Джулия Куин.

Гретна-Грин

(страница 6 из 7)

скачать книгу бесплатно

   – Да, конечно, – сказала она, вставая. – Вы заприте, а ключ возьмите с собой. – Она одной рукой шарила по столу, а другой придерживала ворот рубашки.
   Он покачал головой:
   – Ключ оставьте при себе.
   Она шагнула к нему.
   – Оставить при себе… вы что, с ума сошли? Как вы войдете сюда?
   – Никак не войду. В этом-то все и дело.
   Маргарет несколько раз открыла рот, потом закрыла и сказала:
   – Где же вы будете спать?
   Ангус наклонился к ней, от его близости на нее пахнуло жаром.
   – Я не буду спать. В этом-то вся сложность.
   – Ох. Я… – Маргарет была не настолько невинна, чтобы не понять, о чем речь, но, конечно, не была настолько опытна, чтобы понять, как нужно отвечать в такой ситуации. – Я…
   – Интересно, там опять дождь? – спросил он.
   Маргарет заморгала от такой быстрой перемены разговора. Она наклонила голову набок, прислушиваясь к легкому шороху дождя по крыше.
   – Я… да, кажется, дождь.
   – Хорошо. Лучше, чтобы было холодно.
   И с этими словами он нетвердой походкой вышел из комнаты.
   Маргарет постояла с минуту, окаменев от изумления, после чего подбежала к двери и высунула голову в коридор – как раз вовремя, чтобы увидеть, как высокая фигура Ангуса исчезает за углом. Маргарет немного задержалась в дверях, не понимая, в сущности, чему она так удивляется – тому ли, что он ушел так неожиданно? Или тому, что она позволила ему вольности, какие никогда не позволила бы никому, кроме мужа?
   В действительности же дело было в том, что она просто понятия не имела, что такие вольности вообще существуют.
   Или, может быть, подумала она в смятении, может быть, на нее и впрямь подействовало ошеломляюще, что он был так… да, так восхитителен, она даже не заметила, как эта рубашка сползла с нее, что ее груди торчали напоказ всему свету.
   Или хотя бы напоказ Ангусу…
   Маргарет вздрогнула и закрыла дверь. Потом немного подумала и заперлась. Об Ангусе она не волновалась. Он, должно быть, в дурном настроении, но никогда и пальцем ее не тронет.
   Маргарет не понимала, откуда она это знает. Знает, и все тут.
   Но никто не знает, какие головорезы и идиоты могут встретиться на постоялом дворе, особенно в Гретна-Грин, который, как ей казалось, видел больше идиотов, чем положено одному городу, поскольку сюда все бегут венчаться.
   Маргарет вздохнула и топнула ногой. Что же делать? Что же делать? Тут в животе у нее забурчало, и она вспомнила, что кранахан все еще стоит на столе. – Почему бы не съесть его? Пахнет он восхитительно. Она села и принялась за еду.
   Ангус вернулся на постоялый двор через несколько часов, он озяб, промок и чувствовал себя так, словно был в сильном подпитии.
Дождь, конечно, пошел снова, поднялся ветер, и пальцы походили на сосульки, примерзшие к плоским снежкам, в которые превратились кисти рук.
   Ангус не очень владел замерзшими ногами, и пришлось сделать несколько попыток, прежде чем он сумел подняться на верхний этаж трактира. Он прислонился к двери своей комнаты, поискал ключ, потом вспомнил, что не взял его с собой, повернул дверную ручку и, когда дверь не открылась, раздраженно заворчал.
   Иисусе, виски и Роберт Брюс, зачем он велел ей запереть дверь? Неужели он действительно так сомневался в своем умении владеть собой? В таком состоянии он никак не мог бы взять ее силой. Нижняя часть тела до того замерзла, что он, наверное, не прореагировал бы, даже если бы она открыла ему дверь, в чем мать родила.
   Впрочем, если бы она была совершенно голая…
   Ангус попытался представить себе эту картину.
   Дверная ручка повернулась. Он ввалился в комнату и растянулся на полу.
   И поднял голову. Маргарет быстро моргала, рассматривая его.
   – Вы что, стояли, прислонившись к двери? – спросила она.
   – Ясное дело.
   – Вы же велели мне запереть ее.
   – Вы славная женщина, Маргарет Пеннипейкер. Обязательная и надежная.
   Маргарет сузила глаза:
   – Вы пьяны?
   Он покачал головой, в результате чего стукнулся скулой о пол.
   – Просто замерз.
   – Вы что же, пробыли на улице все это… – Она потрогала его щеку. – Господи, да вы же совсем замерзли!
   Он пожал плечами:
   – Да, там снова пошел дождь.
   Она сунула руки ему под мышки и попыталась поднять.
   – Встаньте. Встаньте же. Нужно снять с вас все мокрое.
   Он послал ей обезоруживающую улыбку. Голова его при этом замоталась из стороны в сторону.
   – В другое время и при другой температуре я пришел бы в восторг от этих слов.
   Маргарет снова попыталась поднять его и тяжело вздохнула. Ей не удалось сдвинуть его с места ни на дюйм.
   – Ангус, прошу вас. Вы должны попытаться встать. Вы, наверное, в два раза тяжелее меня.
   Он окинул взглядом ее фигуру:
   – Сколько в вас, семь стоунов? [2 - Примерно пятьдесят килограммов. – Примеч. пер.]
   – Не думаю. Неужели я кажусь такой субтильной? А теперь умоляю вас, только встаньте на ноги, а я уложу вас в постель.
   Он вздохнул:
   – Вот еще одна фраза, которую мне очень хотелось бы понять на свой лад.
   – Ангус!
   Он с трудом поднялся, в значительной мере при помощи Маргарет.
   – Почему это, – задумчиво сказал он, – я получаю такое удовольствие от того, что вы меня браните?
   – Возможно, потому что вы получаете удовольствие от того, что раздражаете меня.
   Он почесал подбородок, который уже полностью зарос темной щетиной.
   – Наверное, вы правы.
   Маргарет не обращала на него внимания, она сосредоточилась на самом безотлагательном в данный момент деле. Если она уложит его на кровать в таком виде, промокнут все простыни.
   – Ангус, – сказала она, – вам нужно надеть что-то сухое. Я подожду за дверью, пока вы…
   Он покачал головой:
   – У меня больше нет никакой одежды.
   – А куда она подевалась?
   – Она на вас.
   Маргарет проговорила нечто совершенно не подходящее леди.
   – Вы правы, – сказал он с таким видом, словно сделал очень важное открытие. – Мне действительно доставляет удовольствие раздражать вас.
   – Ангус!
   – Ну ладно, буду серьезным. – Он изобразил, каких усилий ему стоит казаться хмурым. – Чего вы хотите?
   – Я хочу, чтобы вы разделись и легли в постель.
   Лицо его посветлело.
   – Прямо сейчас?
   – Конечно, нет. Я выйду на минутку, а когда вернусь, надеюсь, что вы уже будете лежать в постели, укрывшись до подбородка.
   – А вы где будете спать?
   – Нигде. Я буду сушить ваше платье.
   Он повертел головой:
   – У какого очага?
   – Сойду вниз.
   Он выпрямился так, что Маргарет больше не нужно было поддерживать его.
   – Вы не можете спуститься вниз одна среди ночи.
   – Но не могу же я высушить ваше платье на свечке!
   – Я пойду с вами.
   – Вы же будете голый.
   Что бы он ни намеревался сказать – а Маргарет была уверена по его возмущенно вздернутому подбородку, что он собирается что-то сказать, – все это потонуло в громком потоке необычайно разнообразных ругательств. Наконец, перебрав все богохульства, которые она когда-либо слышала, а также множество таких, которые были для нее внове, Ангус проворчал:
   – Подождите здесь, – и вышел из комнаты.
   Он появился через три минуты. Он открыл дверь пинком ноги и выложил на пол примерно три дюжины свечей. Одна свеча еще дымилась.
   Маргарет хотела подождать, пока настроение его не улучшится, но поскольку очень быстро выяснилось, что в ближайшем будущем оно не изменится, она спросила:
   – Где вы все это взяли?
   – Скажем так – когда обитатели «Славного малого» проснутся, утро будет очень темное.
   Маргарет решила не ставить ему на вид, что было далеко за полночь, утро уже началось. Но ей стало совестно, и она сказала:
   – В это время года по утрам действительно бывает темно.
   – Я оставил парочку на кухне, – проворчал Ангус, а потом, не предупредив ее ни единым словом, начал стягивать с себя рубашку.
   Маргарет с воплем выскочила из комнаты. Черт бы его побрал, ведь он же знает, что следует подождать, пока она не выйдет из комнаты, а потом уже раздеваться догола. Она выждала целую минуту, потом прибавила еще тридцать секунд – ведь он очень озяб, а онемевшими пальцами управиться с пуговицами довольно трудно.
   Потом собралась с духом и постучала в дверь.
   – Ангус! – окликнула Маргарет. – Вы в постели? – А потом, не дожидаясь ответа, прищурилась и добавила: – И натянули на себя одеяло?
   Ответ его был неразборчивым, но явно утвердительным, она повернула ручку и толкнула дверь.
   Дверь не открылась.
   Ее охватил панический страх. Не мог же он запереть дверь. Он ни за что не сделал бы этого, а сами двери не запираются.
   Она слегка постучала по дереву.
   – Ангус! Ангус! Я не могу открыть дверь!
   Послышались шаги.
   – Что случилось?
   – Дверь не открывается.
   – Я ее не запирал.
   – Я знаю. Наверное, что-то заело.
   Она услышала его смех, отчего ее охватило непреодолимое желание топнуть ногой – желательно по его ноге.
   – Это становится интересным, – сказал он.
   Желание причинить ему боль стало еще сильнее.
   – Маргарет! – позвал он. – Вы еще здесь?
   Она на мгновение закрыла глаза и втянула воздух сквозь сжатые зубы.
   – Вы намерены помочь мне открыть дверь?
   – Я, как вы понимаете, голый.
   Она вспыхнула. Ангус не мог видеть ее реакции, но Маргарет все равно вспыхнула.
   – Маргарет!
   – Вероятно, при виде вас я ослепну, – съязвила она. – Вы намерены помочь, или мне придется самой ломать дверь?
   – Это будет стоящее зрелище. Я бы заплатил круглую сумму, лишь бы…
   – Ангус!
   Он снова фыркнул, и этот густой теплый звук проник сквозь дверь и пробрал ее до костей.
   – Ладно, – сказал он. – Когда я досчитаю до трех, толкайте дверь изо всех сил.
   Маргарет кивнула, потом вспомнила, что он не видит ее, и сказала:
   – Хорошо.
   – Один… два…
   Она крепко зажмурилась.
   – Три!
   Она едва не ударилась о дверь всем телом, но, наверное, он потянул дверь на себя еще раньше, потому что Маргарет только слегка коснулась ее плечом, а потом ввалилась в комнату и упала на пол.
   Каким-то чудом ей удалось все это время не открыть глаза.
   Она услышала, как в двери щелкнул замок, а потом почувствовала, что Ангус наклонился над ней.
   – Вы не ушиблись? – спросил он. Она прижала руку к глазам.
   – Идите в постель!
   – Не волнуйтесь. Я прикрылся.
   – Я вам не верю.
   – Клянусь. Я обмотался простыней.
   Маргарет развела два пальца так, что получилась очень узкая смотровая щель, и смогла рассмотреть, что он обмотан чем-то белым. Она встала и демонстративно повернулась к нему спиной.
   – Вы трудная женщина, Маргарет Пеннипейкер, – сказал он, но она услышала, что шаги его удаляются по направлению к кровати.
   – Вы легли?
   – Да.
   – Вы натянули на себя одеяло?
   – До подбородка.
   По его голосу Маргарет поняла, что он улыбается, и как ни была она расстроена, это подействовало заразительно. Уголки ее губ приподнялись, и ей пришлось приложить некоторые усилия, чтобы голос ее прозвучал сурово.
   – Теперь я поворачиваюсь.
   – Прошу вас.
   – Если вы мне солгали, я никогда вам этого не прощу.
   – Иисусе, виски и Роберт Брюс, да вы только повернитесь.
   Она повернулась. Он действительно натянул на себя одеяло – не до самого подбородка, но достаточно высоко.
   – Заслужил ли я ваше одобрение?
   Она кивнула.
   – Где ваша мокрая одежда?
   – На стуле.
   Проследив за направлением его взгляда, она обнаружила груду мокрой одежды, а потом принялась зажигать принесенные им свечи.
   – Это будет невероятно смешным занятием, – пробормотала она. Ей требовалось нечто вроде большой вилки, на которой поджаривают хлеб в камине, чтобы распялить на ней одежду. Без такой вилки она вполне может поджечь свою юбку, или руки, или…
   Ход ее мыслей прервала капля горячего воска, упавшая на руку. Маргарет быстро сунула обожженный палец в рот.
   Ангус ни за что не уснет, когда горит столько свечей. В комнате стало светло, как днем.
   Она обернулась, готовая указать на недостаток своего плана, но слова замерли у нее на губах.
   Он уснул.
   Маргарет некоторое время смотрела на непослушные волосы, падающие ему на лоб, на длинные ресницы. Простыня немного сползла с него, открыв взглядам мускулистую грудь, слегка поднимающуюся и опускающуюся при дыхании.
   Она никогда не видела человека, который был бы так великолепен во время сна.
   Прошло много времени, прежде чем она снова повернулась к своим свечам.
   К утру Маргарет высушила всю одежду, задула свечи и уснула. Когда Ангус проснулся, он обнаружил ее, примостившуюся рядом с кроватью. Его свернутая куртка лежала у Маргарет под головой вместо подушки.
   Он осторожно поднял ее и положил на кровать, натянул одеяло ей до подбородка и подоткнул его вокруг ее хрупких плеч. Потом уселся на стул рядом с кроватью и долго смотрел, как она спит.
   Он решил, что это самое прекрасное утро из всех, что он помнит.


   Наутро Маргарет проснулась именно так, как просыпалась всегда, – мгновенно.
   Она села, поморгала глазами, чтобы прогнать сон, и поняла три вещи. Первое – она лежит в постели. Второе – Ангуса в ней, то есть в постели, нет. Третье – его вообще нет в комнате.
   Маргарет спрыгнула с кровати, скривилась при виде непоправимо измятых юбок и подошла к столу. Пустые миски из-под кранахана все еще стояли там, а под двумя крепкими оловянными ложками лежал сложенный лист бумаги. Бумага была помятой, этот кусок явно оторвали от большего листа. Маргарет подумала, что Ангусу, вероятно, пришлось обшарить весь трактир, чтобы найти этот обрывок.
   Она развернула его, разгладила и прочла:
   Ушел завтракать. Скоро вернусь.
   Подписи не было. Но это не имеет значения, думала Маргарет, разыскивая в комнате что-нибудь такое, чем можно было бы причесаться. От кого еще могла она получить записку?
   Маргарет улыбнулась, глядя на уверенный почерк. На этих строчках лежал отпечаток сильной личности.
   Ничего похожего на расческу она не нашла и поэтому прибегла к помощи пальцев. Потом подошла к окну, раздернула занавески и посмотрела наружу. Появилось солнце, лазурное небо было испещрено нежными облачками. Прекрасная погода.
   Маргарет покачала головой и, вздохнув, опустила раму, чтобы подышать свежим воздухом. Итак, она в Шотландии – хотя, как выяснилось, никаких причин приезжать сюда у нее не было – денег нет, одежда испачкана так, что привести ее в порядок нет никакой возможности, и когда она вернется домой, от ее репутации, вероятно, ничего не останется.
   Но сегодня прекрасная погода.
   Городок уже просыпался. Молодая семья перешла улицу и вошла в лавочку; потом Маргарет увидела еще одну пару, которая явно только что прибыла в Гретна-Грин, чтобы обвенчаться. Тогда она принялась считать все молодые пары, которые входили в трактир и выходили из него.
   Она не знала, смеяться ей или хмуриться. В таком количестве тайных венчаний не было ничего хорошего, но все же вчерашний вечер разбудил в ее душе какую-то романтическую струнку. Может быть, кое-кто из этих новобрачных не был полным идиотом, как считала она еще накануне. Вполне разумно можно предположить, что у некоторых из них были серьезные основания бежать венчаться в Шотландию.
   Она попыталась определить, у кого из этих молодых женщин была злобная мачеха, когда громоподобный вопль сотряс дом. Маргарет посмотрела вниз и увидела, что на улицу выбежал Ангус.
   – А-анна-а!
   Маргарет ахнула. Его сестра!
   Ну конечно – высокая черноволосая девушка стояла на другой стороне улицы рядом со щеголеватым экипажем. Анна испуганно попыталась спрятаться за этим экипажем.
   – Иисусе, виски и Роберт Брюс, – прошептала Маргарет. Если она не спустится вниз сию же минуту, Ангус, чего доброго, убьет свою сестрицу. Или уж точно напугает ее до потери сознания.
   И, подобрав юбки, Маргарет бросилась вон из комнаты.
   Ангус пребывал в обоснованно хорошем настроении. Тихонько насвистывая, он готовился подать Маргарет настоящий шотландский завтрак. Конечно, там будет овсянка и настоящие шотландские лепешки из ячменной муки, но Ангусу хотелось, чтобы Маргарет попробовала еще и восхитительную шотландскую копченую рыбу.
   Джордж сказал, что для этого придется сходить в рыбную лавку на той стороне улицы и купить лососины, и Ангус, предупредив трактирщика, что скоро вернется, открыл дверь на улицу.
   Он еще не успел выйти из дома, когда увидел его – свой экипаж. Который, запряженный двумя его лучшими лошадьми, стоял как ни в чем не бывало на другой стороне улицы.
   – А-анна-а!
   Из-за угла экипажа высунулась голова его сестры. Рот ее раскрылся от ужаса, и Ангус увидел, что она выговорила его имя.
   – Анна Грин, – заорал он, – ни шагу дальше!
   Она застыла на месте. Он ринулся через улицу.
   – Ангус Грин! – раздалось у него за спиной. – Ни шагу дальше!
   Он застыл на месте.
   Неужели Маргарет?
   Анна снова высунулась из-за экипажа, ужас в ее глазах уступил место любопытству.
   Ангус обернулся. К нему бежала Маргарет с изяществом и легкостью коровы. Она, как всегда, полностью сосредоточилась на одном объекте. К несчастью, на сей раз этим объектом был он.
   – Ангус, – сказала она тем своим небрежным тоном, который почти убедил его в том, что она знает, о чем говорит, – вы не намерены совершать никаких необдуманных поступков.
   – Я не намерен совершать никаких необдуманных поступков, – сказал он, как ему показалось, с терпением святого. – Я просто намеревался удушить ее.
   Анна ахнула.
   – Он шутит, – торопливо пояснила Маргарет. – Он очень беспокоился о вас.
   – Кто вы? – спросила Анна.
   – Я говорю серьезно! – закричал Ангус. Он ткнул в сестру пальцем. – Ну вы и наделали дел, юная леди.
   – Нужно же ей когда-нибудь стать взрослой, – сказала Маргарет. – Вспомните, что вы сказали мне вчера вечером об Эдварде.
   – Кто это – Эдвард? – обратилась Анна к брату.
   – Эдвард убежал из дома, чтобы поступить во флот, – рявкнул Ангус, – а не для того, чтобы осуществить дурацкую мечту побывать в Лондоне.
   – Ох, а мне-то казалось, что Лондон лучше, чем флот, – насмешливо сказала Маргарет. – По крайней мере, ей не прострелит руку какой-нибудь меткий португальский стрелок. И потом, сезон в Лондоне – это вовсе не дурацкая мечта. Во всяком случае, для девушки в ее возрасте.
   Лицо Анны явно посветлело.
   – Вы только посмотрите на нее. – Ангус махнул рукой в сторону сестры, глядя при этом на Маргарет. – Посмотрите, как она хороша. Ведь за ней будет гоняться каждый лондонский повеса. А мне придется отгонять их палкой.
   Маргарет повернулась к сестре Ангуса. Она действительно была очень хороша собой, с такими же густыми черными волосами и темными глазами, что и у брата. Но она вовсе не была красавицей в классическом смысле слова. Такой она была только в глазах Ангуса.
   До этого мгновения Маргарет не понимала, как любит Ангус свою сестру. Она положила руку ему на плечо.
   – Может быть, пора дать ей повзрослеть, – мягко сказала она. – Вы, кажется, сказали, что у вас есть в Лондоне двоюродная тетка? Анна будет там не одна.
   – Тетя Гертруда уже написала, что я могу пожить у нее, – сказала Анна. – Она сказала, что с удовольствием поживет со мной. Ей, наверное, одиноко.
   Ангус вздернул подбородок, как разъяренный бык:
   – Оставь свои выдумки насчет тети Гертруды. Ты хочешь поехать в Лондон потому, что хочешь поехать в Лондон, а не потому, что беспокоишься о тете Гертруде.
   – Конечно, я хочу поехать в Лондон. Я никогда не говорила, что не хочу этого. Я только пытаюсь объяснить, что от этого будет лучше и тете Гертруде, а не мне одной.
   Ангус сердито посмотрел на нее, она сердито посмотрела на Ангуса, и у Маргарет просто дух захватило – до чего походили в этот момент друг на друга брат и сестра. К несчастью, вид у них был такой, словно они могут взорваться в любую минуту, поэтому Маргарет проворно встала между ними, подняла глаза (Анна была на добрых шесть дюймов выше ее, а Ангус возвышался над ней более чем на фут) и сказала:
   – Это очень мило с вашей стороны, Анна. Ангус, вам не кажется, что Анна права?
   – Так вы на чьей стороне? – проревел Ангус.
   – Я ни на чьей стороне. Я просто пытаюсь быть разумной. – Маргарет отвела его в сторону и тихо проговорила: – Ангус, это точно такая же ситуация, относительно которой вы давали мне советы вчера вечером.
   – Это совсем другая ситуация.
   – Почему же?
   – Ваш брат – мужчина. Моя сестра – всего лишь девушка.
   Маргарет гневно взглянула на него:
   – И что с того? Я тоже «всего лишь девушка».
   – Конечно, нет. Вы… вы… – Он взволнованно поискал нужное слово в воздухе. – Вы Маргарет.
   – Почему, – медленно проговорила она, – почему это звучит как оскорбление?
   – Это вовсе не оскорбление, – резко ответил он. – Я просто делаю комплимент вашему уму. Вы не похожи на других женщин. Вы… вы…
   – Тогда, значит, вы оскорбили вашу сестру.
   – Да, – пискнула Анна, – ты меня оскорбил.
   Ангус круто повернулся:
   – А ты не подслушивай.
   – Бога ради, – фыркнула Анна. – Ты говоришь так громко, что тебя слышно даже в Глазго.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное