Агата Кристи.

Пассажир из Франкфурта

(страница 2 из 18)

скачать книгу бесплатно

Вскоре он поднялся и направился в дальний конец зала, где расположилось то шумное семейство, – все весело смеялись и говорили наперебой. Он уселся рядом, зевнул и откинул голову на спинку кресла. Объявили рейс на Тегеран. Многие пассажиры повставали со своих мест и устремились к регистрационной стойке с соответствующим номером, но в зале оставалось еще множество народу. Он открыл только что купленную книгу и снова зевнул. Ему вдруг страшно захотелось спать… Надо бы решить, где это лучше всего сделать…

Компания «Трансъевропейские линии» объявила вылет очередного самолета. Рейс триста девятый на Лондон.

Многие пассажиры поспешно направились к регистрационной стойке; к этому времени, однако, в зале уже набралось довольно много пассажиров, вылетающих следующими рейсами. А по радио снова сообщили о тумане в Женеве и задержке соответствующего рейса. Тем временем стройный мужчина среднего роста в иссиня-фиолетовом плаще на красной подкладке, с капюшоном, надвинутым на коротко остриженную, но чуть менее аккуратную голову, чем головы многих нынешних молодых людей, пересек зал и встал в очередь. Предъявив посадочный талон, он прошел через выход номер девять.

Последовали другие объявления: рейс компании «Свис эр» на Цюрих, рейс греческой авиалинии на Афины и Кипр… А потом… еще одно объявление, уже иного характера:

«Мисс Дафну Теодофанос, следующую в Женеву, просят пройти регистрацию. Рейс в Женеву откладывается в связи с туманом. Пассажиры будут отправлены через Афины. Самолет готов к вылету».

Потом снова зазвучали объявления, касающиеся пассажиров, следующих рейсами в Японию, Египет, Южную Африку: авиалинии буквально опутывали весь земной шар. Некоего господина Сиднея Кука, следующего в Южную Африку, просили подойти к администратору. И опять вызвали Дафну Теодофанос.

«Последний раз объявляется посадка на рейс триста девять».

В углу зала маленькая девочка глазела на мужчину в темном костюме, который крепко спал, откинувшись на спинку красного кресла. В руке у него была маленькая игрушечная панда.

Малышка потянулась было к панде, но мать остановила ее:

– Не надо, Джоан, не трогай. Дядя спит.

– А куда он летит?

– Может быть, в Австралию, как мы.

– А у него есть маленькая девочка, такая, как я?

– Наверное, есть.

Девчушка вздохнула и снова посмотрела на панду. Сэр Стэффорд Най спал. Ему снилось, что он охотится на леопарда. «Это очень опасное животное, – говорил он своему проводнику. – Очень опасное, так все считают. Леопарду нельзя доверять».

В этот момент сон сменился другим, как это всегда бывает со снами, и вот он уже пьет чай со своей тетушкой Матильдой и пытается с ней разговаривать, но та стала совсем глухая, хуже, чем прежде. Он не слышал никаких объявлений, кроме адресованного Дафне Теодофанос. Девочкина мама сказала:

– Знаешь, мне всегда интересно, кто этот пассажир, который не прибыл в аэропорт к назначенному сроку. Когда бы и куда бы я ни летела, всегда одно и то же: то ли кто-то не слышал объявления, то ли вообще не явился, то ли еще что-то.

Мне всегда хочется узнать, кто же это такой, чем он занимается и почему опоздал к вылету. Наверное, эта мисс, как там ее зовут, не успеет на свой рейс. Интересно, что она потом будет делать?

Никто не мог бы ответить на этот вопрос, потому что никто не располагал такой информацией.

Глава 2
Лондон

У сэра Стэффорда Ная была очень славная квартира с окнами на Грин-парк. Включив кофеварку, он пошел взглянуть, какая этим утром поступила почта: как оказалось, ничего интересного. Он просмотрел письма, обнаружил пару счетов, чек и несколько писем с довольно заурядными марками на конвертах. Он сложил все это стопкой на столе, где уже лежала кое-какая почта, накопившаяся за два последних дня. Видимо, скоро придется вернуться к делам. После обеда должна появиться секретарша.

Он пошел в кухню, налил себе кофе, вернулся в кабинет и взял письма, которые вскрыл вчера вечером по приезде домой. Взглянув на одно из них, он стал его читать и улыбнулся.

– Половина двенадцатого, – сказал он, – вполне подходящее время. Ну-ка, интересно. Наверное, стоит обдумать все как следует и подготовиться к встрече с Четвиндом.

Он услышал, как в почтовый ящик что-то опустили, и поспешил в прихожую. Оказывается, только что доставили утреннюю газету. Ничего особенно нового в ней не было: политический кризис, немного международных новостей, которые могли бы оказаться тревожными, но, по его мнению, таковыми не были, просто журналист выпускал пар и пытался придать событиям больше значимости, чем они того заслуживали. Нужно же что-нибудь предложить читателю! В парке задушена девушка. «Девушек вечно душат, по одной в день», – цинично заметил он. Детей этим утром не похищали и не насиловали – приятный сюрприз. Он приготовил себе тост и выпил кофе.

Позже он вышел из дому, прошел по улице, потом через парк направился к «Уайтхоллу». Он улыбался про себя: жизнь сегодня казалась ему довольно приятной. Он подумал о Четвинде: дурак из дураков. Приятная внешность, величественная осанка, и такой настороженно-подозрительный при этом. Пожалуй, разговор с Четвиндом доставит ему удовольствие.

В «Уайтхолл» он опоздал на добрых семь минут с единственной целью – продемонстрировать важность своей персоны по сравнению с Четвиндом. Он вошел в кабинет. Четвинд, как всегда, с важным видом сидел за своим столом, заваленным бумагами. Здесь же находилась секретарша.

– Привет, Най, – сказал Четвинд с широкой улыбкой на впечатляюще красивом лице. – Ты рад, что вернулся? Как Малайзия?

– Жарко, – ответил Стэффорд Най.

– Да. Что ж, думаю, там всегда жарко. Ты ведь имеешь в виду погоду, а не политику?

– Ну конечно, исключительно погоду, – заверил его Стэффорд Най, взял предложенную ему сигарету и уселся на стул.

– У тебя есть какая-нибудь стоящая информация?

– Нет, пожалуй. Это не то, что ты имеешь в виду. Я уже представил свой отчет. Как обычно, сплошные разговоры. Как там Лейзенби?

– Да такой же зануда, как всегда. Его уже невозможно исправить.

– Да уж, на это трудно надеяться. Я прежде никогда не работал с Баскомом. Он может быть довольно забавным, когда захочет.

– Правда? Я не очень-то хорошо его знаю. Что ж, наверное, так и есть.

– Ну что ж, я так понимаю, других новостей нет?

– Нет, ничего. Ничего, что могло бы тебя заинтересовать.

– В своем письме ты не сообщил, зачем я тебе понадобился.

– О, просто хотелось обсудить пару вопросов, только и всего. Может быть, ты привез какую-нибудь особо важную информацию, которой полезно располагать на случай, если возникнут какие-то вопросы в палате.

– Да, я понимаю.

– Ты ведь прилетел самолетом? Я слышал, у тебя были неприятности.

Лицо Стэффорда Ная приняло заранее отрепетированное выражение: легкая печаль с оттенком досады.

– Значит, ты уже слышал обо этом? Глупейшая ситуация.

– Судя по всему, именно так.

– Поразительно, – заметил Стэффорд Най, – как все это попадает в газеты. Я видел сегодня сообщение в разделе последних событий.

– Думаю, тебе было не очень-то приятно?

– Еще бы, выставили меня идиотом, так ведь? Придется смириться. И это в моем-то возрасте!

– Так что же все-таки произошло? Я подумал, не сгустили ли они краски в своей статье?

– Я полагаю, они просто выжали из этого случая все, что можно. Ты же знаешь эти поездки, тоска смертная. В Женеве был туман, пришлось изменить маршрут, и мы два часа проторчали во Франкфурте.

– Там это и случилось?

– Да. В этих аэропортах можно помереть со скуки: самолеты то прилетают, то улетают, радио орет не переставая: рейс триста второй на Гонконг, рейс сто девятый на Ирландию, и то и се, люди приходят, люди уходят. А ты все сидишь и зеваешь.

– Так что же все-таки произошло? – не унимался Четвинд.

– А то, что у меня на столике стоял стакан с пивом «Пилзнер», и я подумал, что надо бы что-нибудь купить почитать, поскольку все, что у меня при себе было, я уже прочел, поэтому я пошел к киоску и купил какую-то паршивую книжонку, не помню какую, кажется, детектив, и еще купил мягкую игрушку для племянницы. Потом я вернулся на прежнее место, допил пиво, открыл книгу и заснул.

– Да, понятно. Ты заснул.

– Что ж, это вполне естественно, не так ли? Я думаю, мой рейс объявили, но я этого не слышал и, как выяснилось, по самым понятным причинам. Да, я способен заснуть в аэропорту в любое время и тем не менее способен услышать объявление, которое меня касается. На этот раз я его не услышал. Когда я проснулся или пришел в себя, это уж как будет тебе угодно толковать, мной уже занимались врачи. По-видимому, кто-то бросил в мой стакан таблетку снотворного или что-то в этом роде, когда я ненадолго отлучился к киоску.

– Не правда ли, довольно незаурядное происшествие?

– Да, со мной такого еще не случалось, – согласился Стэффорд Най, – и, надеюсь, больше не случится. Главное, при этом чувствуешь себя полным идиотом, не говоря уже о похмелье. Там был врач и какая-то девица, медсестра, что ли. Во всяком случае, на здоровье это не отразилось. Украли мой бумажник с неким количеством денег да паспорт. Конечно, все это было неприятно. К счастью, наличных было немного, а туристские чеки я держал во внутреннем кармане. Когда теряешь паспорт, неизбежно возникает волокита, но у меня были с собой письма и все такое, так что мою личность установили без труда. Все утряслось довольно быстро, и я попал на свой рейс.

– И все-таки это очень неприятно, – неодобрительно заметил Четвинд, – я имею в виду, для человека в твоем положении.

– Да, – согласился Стэффорд Най. – Это выставляет меня не в лучшем свете, так ведь? То есть я выгляжу не столь блестяще, как предполагает мое… э… положение. – Эта мысль, казалось, его позабавила.

– Ты не выяснял, такое часто происходит?

– Не думаю, что это в порядке вещей, хотя может быть и так. Я полагаю, какой-нибудь любитель украсть все, что плохо лежит, мог заметить спящего и залезть к нему в карман, а если он профессионал в своем деле, то и завладеть кошельком или бумажником, смотря как повезет.

– Потерять паспорт довольно неприятно.

– Да уж. Теперь мне предстоит хлопотать о получении другого и, наверное, придется представлять кучу объяснений. Короче говоря, все это ужасная нелепость. И кроме всего прочего, Четвинд, это ведь выставляет меня в весьма невыгодном свете.

– Ну что ты, ты ведь не виноват, дружище, ты не виноват. Такое могло случиться с кем угодно.

– Очень мило с твоей стороны, – согласно улыбаясь, произнес Стэффорд Най. – Хороший урок я получил, правда?

– Ты ведь не думаешь, что кто-то хотел заполучить именно твой паспорт?

– Вряд ли, – ответил Стэффорд Най. – Кому бы мог понадобиться мой паспорт? Разве что кто-то хотел меня разыграть, но это маловероятно. Или же кому-то понравилась моя фотография в паспорте, а это еще менее вероятно.

– Ты никакого знакомого не встретил там… где, говоришь, был, во Франкфурте?

– Нет, нет, совершенно никого.

– И ни с кем не разговаривал?

– Да нет, вроде бы ни с кем, разве что сказал пару слов славной толстушке, которая пыталась развеселить своего малыша. По-моему, они были из Вигана и летели в Австралию. А больше я никого не помню.

– Ты уверен?

– Еще какая-то женщина спрашивала, что ей нужно делать, чтобы изучать археологию в Египте. Я сказал, что ничего об этом не знаю, и посоветовал обратиться в Британский музей. А еще я перемолвился парой слов с мужчиной, по-моему противником вивисекции: он очень горячо об этом говорил.

– Всегда кажется, – заметил Четвинд, – что за такими делами должно что-то скрываться.

– За какими делами?

– Ну, за такими, как то, что произошло с тобой.

– Не вижу, что могло бы за этим скрываться, – возразил сэр Стэффорд. – Газетчики, надо полагать, могли бы состряпать какую-нибудь историю, они на это мастера. И все же история глупейшая. Ради бога, давай оставим это. Наверное, теперь, когда об этом написали в газетах, мои друзья начнут приставать ко мне с расспросами. Ты лучше скажи, как поживает старина Лейланд? Чем он сейчас занимается? До меня доходили какие-то слухи о нем. Лейланд всегда слишком много болтает.

Минут десять мужчины дружески беседовали о делах, затем сэр Стэффорд поднялся.

– У меня много дел сегодня, – объяснил он, – нужно купить подарки родственникам. Беда в том, что, если едешь в Малайзию, все родственники ждут от тебя экзотических сувениров. Пойду-ка я в «Либерти», у них там неплохой набор восточных товаров.

Он бодро вышел, кивнув в коридоре на ходу двоим знакомым. После его ухода Четвинд позвонил по телефону секретарше:

– Попросите ко мне полковника Манроу.

Полковник Манроу вошел, а с ним высокий мужчина средних лет.

– Вы знакомы с Хоршемом? Он из службы безопасности.

– По-моему, мы встречались, – ответил Четвинд.

– Най только что от вас вышел, не так ли? – спросил полковник Манроу. – Есть что-нибудь в его рассказе про Франкфурт? Я имею в виду, что-нибудь, достойное внимания?

– Мне кажется, нет, – сказал Четвинд. – Он немного расстроен: думает, что выставил себя дураком, и, конечно же, так оно и есть.

Человек по фамилии Хоршем кивнул:

– Он так это воспринимает?

– Ну, он пытается представить эту историю в пристойном свете, – произнес Четвинд.

– И все-таки на самом деле он ведь вовсе не дурак, не так ли?

Четвинд пожал плечами:

– Всякое бывает.

– Я знаю, – сказал полковник Манроу, – да, да, я знаю. И тем не менее, видите ли, мне всегда казалось, что Най несколько непредсказуем. Что в некотором роде, так сказать, его суждения здравыми не назовешь.

Человек по фамилии Хоршем возразил:

– Против него ничего нет. Насколько нам известно, совсем ничего.

– Да нет, я и не хочу сказать, что что-то есть, я совсем не это имел в виду, – заторопился Четвинд. – Просто… как бы это выразиться… Он не всегда серьезно относится к жизни.

У мистера Хоршема были усы; он считал полезным иметь усы. Они помогали скрыть улыбку, когда не удавалось ее сдержать.

– Он не глупец, – сказал Манроу. – Знаете ли, мозги у него на месте. Вы не думаете, что… то есть вам не кажется, что за всем этим кроется что-то подозрительное?

– С его стороны? По-моему, нет.

– Вы все проверили, Хоршем?

– У нас было не так много времени, но пока что все вроде бы в порядке. Правда, его паспортом воспользовались.

– Воспользовались? Каким образом?

– Он был предъявлен в Хитроу.

– Вы хотите сказать, кто-то прошел, назвавшись именем сэра Стэффорда Ная?

– Нет, нет, – возразил Хоршем, – подробностей мы не знаем, но едва ли такое могло произойти. Просто этот паспорт прошел контроль наравне с другими, не вызвав никаких подозрений. Насколько я понимаю, в это время он еще даже не очнулся от снотворного, или что там ему подсыпали. Он все еще находился во Франкфурте.

– Но ведь кто-то мог украсть его паспорт, сесть в самолет и прилететь в Англию?

– Да, – согласился Манроу, – создается впечатление, что-либо кто-то похитил бумажник, в котором находились деньги и паспорт, либо же кому-то нужен был именно паспорт, и этот кто-то решил, что сэр Стэффорд Най – как раз тот, у кого можно его стащить. Пиво было на столе, и оставалось лишь бросить в него таблетки снотворного и подождать, пока оно подействует.

– Но паспорта ведь как-никак проверяют! Могли заметить, что это не тот человек, – возразил Четвинд.

– Ну, естественно, какое-то сходство в таких случаях необходимо, – сказал Хоршем. – Но получилось так, что при посадке отсутствия Стэффорда Ная не обнаружили, а его паспорт в руках другого человека не привлек особого внимания. Так бывает, особенно когда идет на посадку огромная толпа. Человек похож на фотографию в паспорте, вот и все. Взгляд мельком, паспорт возвращают, человек проходит. И вообще, обычно присматриваются к прибывающим иностранцам, а не к англичанам. Темные волосы, синие глаза, чисто выбритый подбородок, рост пять с чем-то футов – вот и все, на что обращают внимание; главное, чтобы твое имя не значилось в списке нежелательных иностранцев.

– Знаю, знаю. И все-таки если кому-то просто захотелось украсть бумажник или деньги, он не стал бы пользоваться паспортом. Слишком большой риск.

– Да, – согласился Хоршем. – Да, именно в этом и заключается главное. Конечно, мы ведем расследование, опрашиваем разных людей.

– А сами вы как думаете?

– Я пока воздержусь от высказываний, необходимо еще кое-что уточнить. Нельзя торопить события.

– Все они одинаковы, – вздохнул полковник Манроу, когда Хоршем ушел. – Эти ребята из службы безопасности никогда ничего не рассказывают. Если они считают, что напали на след, то ни за что в этом не признаются.

– Что ж, это естественно, – возразил Четвинд, – они ведь тоже могут ошибаться.

Полковнику эта точка зрения показалась типично политической.

– Хоршем – отличный профессионал, – сообщил он. – Начальство оценивает его работу очень высоко. Вряд ли он может ошибаться.

Глава 3
Человек из химчистки

Сэр Стэффорд Най вернулся в свою квартиру. Со словами приветствия из маленькой кухни выскочила дородная женщина:

– Я рада, что вы благополучно вернулись, сэр. Ох уж эти отвратительные самолеты! Никогда не знаешь, что может случиться, правда?

– Совершенно с вами согласен, миссис Уаррит, – ответил сэр Стэффорд Най. – Мой самолет опоздал на два часа.

– Совсем как автомобили, правда ведь? Я хочу сказать, никогда не знаешь, когда в них что-то сломается, только вот в воздухе пострашнее, правда? Тут уж не съедешь на обочину, чтобы починиться. Ну нет, я-то сама в жизни никогда не летала и не полечу ни за что на свете! Я тут кое-что заказала, – продолжала она, – надеюсь, что не ошиблась: яйца, масло, кофе, чай… – Она тараторила со скоростью араба-экскурсовода, показывающего дворец фараона. – Ну вот, – миссис Уаррит перевела дух, – по-моему, это все, что вы могли бы пожелать. А еще я заказала французскую горчицу.

– Не «Дижон»? Они всегда пытаются всучить именно «Дижон».

– Не знаю такого, но это «Эстер драгон», то, что вы любите, я правильно говорю?

– Совершенно правильно, – подтвердил сэр Стэффорд. – Вы просто чудо.

Польщенная похвалой, миссис Уаррит вернулась на кухню, а сэр Стэффорд направился в спальню и уже взялся за ручку двери, когда вдруг услышал:

– Ничего, что я отдала вашу одежду тому господину, который за ней приходил? Вы не оставили мне никаких распоряжений на этот счет.

– Какую одежду? – Сэр Стэффорд Най замер на месте.

– Два костюма, как сказал тот господин. Он сказал, что из чистки Твисса и Бониворка, по-моему, откуда приходили и прежде. Если я не ошибаюсь, у нас были какие-то недоразумения с чисткой «Белый лебедь».

– Два костюма? – переспросил сэр Стэффорд Най. – Какие именно?

– Ну, тот, в котором вы вернулись домой, сэр, я решила, что один из двух – это именно он. Насчет другого я не была так уверена, но тот синий костюм в полоску, про который вы ничего мне не сказали перед отъездом, нуждался в чистке, и правый рукав надо было починить на обшлаге, но я не хотела распоряжаться самостоятельно, я такого не люблю, – заявила миссис Уаррит с видом самой добродетели.

– Значит, этот парень, кто бы он ни был, унес костюмы?

– Надеюсь, я не сделала что-нибудь не так? – заволновалась миссис Уаррит.

– Ничего не имею против того, что унесли синий костюм в полоску. Я бы сказал, что это даже к лучшему. Что же касается того, в котором я приехал, что ж…

– Он тонковат, сэр, этот костюм, для нашей погоды, вы понимаете, сэр. Он хорош там, где вы были, где жарко. И его пора было вычистить. Он говорил, что вы звонили насчет них, тот парень, который за ними приходил.

– Он вошел в мою комнату и забрал их сам?

– Да, сэр. Я подумала, что так будет лучше.

– Очень интересно, – заметил сэр Стэффорд. – Да, очень интересно.

Он вошел в спальню и осмотрелся: всюду царили чистота и порядок, постель заправлена – чувствовалась рука миссис Уаррит, электробритва поставлена на подзарядку, вещи на туалетном столике аккуратно расставлены.

Он подошел к шкафу и заглянул в него, потом проверил содержимое ящиков комода, который стоял у стены рядом с окном. Все было в полном порядке, в большем, чем следовало бы.

Вчера вечером он распаковал лишь часть своего багажа, небрежно рассовав по ящикам нижнее белье и прочее барахло. Он намеревался утром все как следует разложить по местам и не ожидал, что за него это сделает миссис Уаррит: он не думал, что она займется этим немедленно. Он решил, что у него будет время, чтобы постепенно привести все в порядок: после заграничных поездок полагается отдых – сказывается перемена климата и прочее. Значит, кто-то здесь все обыскал, кто-то выдвинул ящики, быстро просмотрел их содержимое, поменял вещи местами, разложив их аккуратнее, чем сделал бы это он сам. Быстрая тщательная работа, и этот кто-то ушел, унеся под благовидным предлогом два костюма: тот, в котором сэр Стэффорд вернулся домой, и другой, из тонкой материи, видимо, один из тех, которые он брал с собой за границу. И что же это значит?

– Это значит, – задумчиво сказал себе сэр Стэффорд, – что кто-то что-то искал. Но что? И кто? И зачем? Да, непонятно.

Он сел в кресло и задумался. Взгляд его упал на тумбочку у кровати, на которой с наглым видом восседала маленькая плюшевая панда; она вызвала у него целый каскад мыслей. Он подошел к телефону и набрал номер.

– Тетушка Матильда? Это Стэффорд.

– А, мой дорогой, значит, ты вернулся! Я очень рада. Я вчера прочла в газете, что в Малайзии холера, по крайней мере, я думаю, что речь шла именно о Малайзии, я всегда путаю эти названия. Надеюсь, ты вскоре меня навестишь? И не говори, что занят, не можешь же ты быть все время занят! Это только у акул бизнеса так бывает, да и то лишь во время слияний или объединений. Я совершенно не понимаю, что это такое на самом деле. Почему-то теперь все это связано с атомными бомбами и бетонными заводами, – раздраженно продолжала тетушка Матильда. – А эти ужасные компьютеры, которые все цифры тебе путают, не говоря уж о том, что пишут их не так. Право же, жизнь так изменилась из-за них: ты не поверишь, что они сотворили с моим банковским счетом, да и с моим почтовым адресом тоже. Ну что ж, наверное, я слишком зажилась на этом свете.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Поделиться ссылкой на выделенное