Андрей Константинов.

Тульский – Токарев. Часть 2

(страница 1 из 17)

скачать книгу бесплатно

© А. Константинов, 2007

© ООО «Астрель-СПб», 2012

* * *

…В начале последнего десятилетия XX века в Питере окончательно пробудилось дремавшее Лихо. А когда Лихо просыпается – наступает, как известно, пора лихолетья. Собственно говоря, пора лихая наступила не только в Ленинграде, но и во всей некогда могучей империи, доживавшей свои последние месяцы. Однако то, что происходило в Питере, имело особый смысл для всей страны. Москва, она, понятное дело, всегда жила на особицу от России. Провинция и не пыталась понять странный и выморочный столичный уклад, а потому и не тянулась за Белокаменной. Ленинград же, как ни странно, был любимее и социально ближе для остальных советских городов. Поэтому, когда кровавая карусель бандитско-уголовного беспредела начала раскручиваться в Городе трех революций – стало ясно, что по питерскому примеру в самом скором времени кровушкой умоется и вся страна…

Уже в самом начале девяностых, когда бандиты еще ездили на стрелки с часто отказывавшими ППШ времен Отечественной войны, – стрельба из огнестрельного оружия перестала быть чем-то чрезвычайным. Стремительно росло число убитых в странной, никем не объявленной войне за собственность – а на любой войне люди постепенно привыкают к смерти и перестают на нее реагировать так, как реагировали в мирное время. И многие, очень многие тогда ошиблись, полагая, что главная цель в новых условиях – это выжить, выжить любой ценой – и физически и социально. Многие решили, что это – самое важное и трудное, кто справится с этой задачей (не стесняясь в средствах) – тот и герой… (не стесняясь в средствах). И лишь спустя почти десятилетие в стране, с трудом избавлявшейся от угара всеобщего остервенения, начали осторожно говорить о том, что подлинный героизм проявляли те, кто изо всех сил пытался остаться нормальным человеком, несмотря даже на то, что и их Судьба подтаскивала к кровавой мясорубке, работе которой, казалось, не будет конца…

Тульский

7 апреля 1990 г.

Ленинград, Васильевский остров

Старший лейтенант милиции Артур Тульский пребывал в неплохом настроении, поскольку имел приятные планы на вечер. Он закинул ноги на свой рабочий стол, закурил и только было собрался предаться мечтаниям, как в кабинет к нему влетел злой как черт Витя Ткачевский – с недавнего времени зам. по УР начальника 16-го отделения милиции.

– Тульский! – заорал Витя.

– Й-й-я! – бодро откликнулся Артур, не меняя позы.

– Тульский! – угрожающе продолжил Ткачевский. – Я тебе сколько раз говорил, чтобы ты с макаровскими жуликами вопрос решил?!

– Много раз, – скорбно признал Артур и со вздохом опустил нижние конечности на пол.

– Ну так решай, наконец!!! – заверещал Ткачевский. – От терпил отбою нет – твоя же земля, между прочим! Бери кого-нибудь, да хоть Харламова, – и дуйте в магазин, вправляйте мозги! Чтоб границу, твари, не переходили.

У нас своего говна под подбородок! Понятно?

Понять «боевой приказ» было немудрено. Территория, обслуживаемая Тульским, заканчивалась Съездовской и Первой линией. Чуть дальше – уже на земле 30-го отделения, на набережной Макарова, – располагался магазин «Внешпосылторг», в простонародье – «чековая Березка». Конкурировать с этим магазином по престижности и ассортименту могли только валютные «Березки» да знаменитый «Альбатрос», где отоваривались советские моряки на так называемые боны. В магазине же «Внешпосылторга» разные импортные дефицитные товары можно было купить за странные деньги – за чеки этого самого «Внешпосылторга». Схему советское государство придумало довольно мудреную: если гражданин СССР умудрялся пробиться за рубеж и выполнял там мирный или военный «интернациональный долг», зарабатывал иностранную валюту, то вся она шла не на руки гражданину, а на счет во «Внешторгбанке». Там эта валюта пересчитывалась в некие виртуальные «инвалютные рубли», которых никто никогда не видел, но которые после определенного пересчета можно было получить в виде чеков «Внешпосылторга». А уж на эти чеки и можно было скупать дефицит в специальном магазине. По официальным правилам и инструкциям отовариваться в магазинах «Внешпосылторга» могли лишь люди, честно заработавшие свои чеки. Однако… Ежу понятно, что коль скоро в обычных советских магазинах джинсы и приличные кроссовки было не достать, то очень быстро появилась устойчивая прослойка паразитов (будущих коммерсантов), которые принялись скупать чеки у законных владельцев по цене 1: 2, приобретать на них дефицит и перепродавать его втридорога. Дело в том, что официально советский специалист, потрудившийся за рубежом, мог обменять свои чеки на обычные деревянные рубли лишь в неинтересном соотношении 1: 1. В общем, паразиты копошились вокруг магазина на Макарова целыми днями и довольно скоро спелись с персоналом, который тоже не собирался вкалывать за сто двадцать деревянных в месяц. Дальше – больше: через некоторое время была частично скуплена и местная легавка, то есть 30-е отделение милиции, в котором раз в полгода разражались дикие скандалы после служебных проверок по поводу нездоровых связей. Местный отдел и городское управление БХСС перевербовали всех скупщиков и общими усилиями отгоняли от магазина заезжих гастролеров, желавших также нажиться на замечательной кормушке. В общем, сначала всем было хорошо – менты, перекупщики, продавцы и приезжие из загранки общались в любви и согласии, «тихо и богобоязненно», и жалоб никуда ни от кого не поступало.

Но человеку сколько ни дай – все мало! И перекупщики со временем открыли для себя новую золотую жилу, когда доперли, что законных владельцев чеков можно кидать – и практически безнаказанно. Дело в том, что на чеке имелось государственное клеймо: «продаже не подлежит» – то есть обменять его можно было лишь один к одному, а все прочее автоматически становилось спекуляцией! И тут же возле магазина появились кидалы, умело манипулировавшие языком и пальцами, – и вернувшийся из загранки народец стал частенько при неформальном обмене получать за чек не два рубля, а рубль – ну прямо как от государства! Естественно, потерпевшие с воем бросались в 30-е отделение, где местные опера им говорили:

– Обождите, обождите, чек стоит рубль?

– Рубль, – кивали облапошенные.

– Вам сей рубль уплачен?

– Уплачен…

– Так что ж вы тогда уголовный розыск тревожите?! Вот если вам куклу втюхают или всунут за тысячу чеков сто рублей мелкими купюрами – тогда и приходите! Мы тогда этих супостатов в Сибирь законопатим… Да, кстати, а где вы работаете? Ах, в институте «Гипроникель»… И что, много в вашем институте желающих слетать на Кубу, чтобы подзаработать?

– Ох, много.

– Ну так и идите… к себе в институт! А то зашлем вашему руководству представление о том, как вы пытались спекуляцией заниматься… Чек-то продаже не подлежит.

Обманутые выходили из 30-го отделения, как после ледяного душа. А тамошние опера и вовсе оборзели вскорости – посоветовали ломщикам отводить лохов на предмет развода за двести метров от магазина, туда, где уже не их земля, – чтоб можно было, вообще не морочась, терпил в шестнадцатое отфутболивать. Конечно, не все сотрудники занимали такую позицию ради корысти – но у них была четкая установка на «отбой» заявлений, да и формально сделка «один-один» действительно была честной…

Знавшие все эти нюансы скупщики и кидалы жирели и наглели, по магазину ходили вальяжно, нехотя отвечая на вопросы жаждущих поменять чеки, – то есть как бы уже они делали одолжение. Артур Тульский мало вникал в процессы на набережной Макарова, опыта и наглости оперов «тридцатки» у него не было, поэтому, когда в 16-е повалили заявители, он поначалу встал на их сторону. Но Витя Ткачевский очень быстро объяснил ему, что их отделению весь этот геморрой, портящий показатели, – не нужен, и потребовал решительно разобраться с мошенниками, нарушающими границу, – мол, пусть «тридцатка» сама свое говно расхлебывает. А у Артура все руки не доходили… А Витя все требовал…

На этот раз Тульский понял, что начальник дошел до «критической точки кипения», вздохнул и кликнул себе в подмогу Степу Харламова. Харламов Степа, недавно перешедший в милицию из внутренних войск, характером обладал добродушным. Он мог подолгу терпеть насмешки и ор вокруг себя, но после определенной фразы тягуче, по-зэковски плевал себе под ноги и говорил: «О как!» – это был уже нехороший сигнал, после которого те, кто не был знаком со Степой, очень сожалели о своем неправильном поведении.

…В магазине на Макарова Артура и Степу в лицо никто не знал. Оперативники быстренько огляделись, сориентировались в расстановке фигур и выбрали самых отожравшихся – а ими оказались известные кидалы Саша Лерп и Юра Швед.

– Выйдем-ка на воздух, разговор есть! – похлопал по плечу Лерпа Тульский. Дважды судимый за мошенничество кидала лениво потянулся и ответил несколько свысока:

– А шо ты за фрукт, чтобы я терял на тебя время?

– Розыск шестнадцатого. Выходим-выходим! – подбодрил его Артур, научившийся уже не вести специальные профилактические беседы при посторонних, которые потом неожиданно могут стать свидетелями.

– Я ничего не потерял, сынок! – отмахнулся Лерп.

Тульский аж задрожал внутри. Обращение «сынок» он воспринимал только от Варшавы и уважительно терпел от Токарева-старшего. Не задумываясь, он каблуком саданул по стопе Лерпа и тут же добавил коленом ему в промежность – мошенник стал заглатывать жабрами воздух, выпучивая глаза:

– Ты… ы-ы-х… эт-то… ы-ы…

– Глаз высосу, перхоть барыжная, – очень тихо сказал ему на ухо Артур. Между тем Харламов выдернул кушак из моднейшего белоснежного плаща Шведа (того даже развернуло) и гаркнул, показывая, что два года в конвойных войсках не прошли даром:

– Шнурки, ремень – долой! Металлические пуговицы отодрать! Подбородок прижать, руки на загривок! Не оборачиваться! Первый – на выход! При выходе из магазина – на корточки – баулы перед собой! Овчарками затравлю, суки!

Швед впал в ступор, а Лерп, мгновенно учуявший запах костра на лесоповале лагпункта № 15 под Костромой, наоборот, сразу засеменил к выходу. Глаза у него засветились заискивающей покорностью, руки автоматически сомкнулись за спиной:

– Начальник, все путем, не зверей!

Швед, еле увернувшийся от пенделя, последовал за ним:

– Командир, командир – нет проблем!

– Командиры все в следственных изоляторах остались, а здесь – начальники! – поправил его Степа. – Понял?!

– Понял, понял, господи ты боже мой!

– Сегодня ВОХРа злая – даешь образцовую высадку на этапе!!!

Покупатели и продавцы с благоговейным ужасом смотрели на не на шутку расходившегося Харламова – уж очень его задели лоснящиеся рожи жуликов.

При выходе из магазина «великолепная четверка» столкнулась с еще одним известным мошенником – Костей по прозвищу Могилев. Костя не совсем понял ситуацию и добродушно спросил:

– И куда это вы так копытом роете?

– Куда-куда… тащить верблюда! Хошь – горб вырастет? Мы это – мигом! – рявкнул в ответ Тульский и влепил-таки Шведу придающий ускорение пендель.

Костя отшатнулся и, широко распахнув глаза, спросил шепотом у перекупщика Морозова, специализировавшегося, в основном, на телевизорах и радиотоварах:

– Кто это?

– Спецгруппа какая-то, – ответил Морозов. – Надо свалить на время от греха…

Тем временем Тульский вывел свою «спецгруппу» через дорогу прямо на набережную, где Лерп на свежем ветерке начал приходить в себя:

– Между прочим, я не рассмотрел удостоверение!

– Я тоже! – гавкнул Артур, а Харламов тут же подхватил, продолжая «кошмарить» – постучав кулаком по гранитному парапету, он зарычал:

– Все из карманов сюда! Документы! Резких движений не делать! Смехуечки закончились в «Столыпине»! Первому, кто спилит ель, – приварок к пайке!

– Господи, да в чем же дело?! – заблажили мошенники, нервно, но шустро вытряхивая барахло из карманов.

На граните быстро выросли две кучки из ключей, документов на машины, носовых платков, пачек денег, чеков, импортных зажигалок и редких по советским временам сигарет. Тульский подмигнул Степе, и тот выкинул сигареты за борт в весеннюю мутную воду:

– Курить в ШИЗО запрещено!

Швед открыл рот в беззвучном крике.

– Зажигалки содержат газ, то есть сильнодействующее отравляющее вещество!

Зажигалки «Ронсон» полетели вслед за сигаретами.

– Начальник, помилосердствуй! – взмолился Лерп. – Ежели кого из твоих родственников обидели – так возместим!

– Я сирота! – отрезал Харламов, выкидывая в реку записную книжку с переплетом из дорогой кожи. – Судимый? Статья, срок?!

– Осужденный Лерп Александр Павлович, 1958 года рождения, статья 147 часть три!.. – решил вроде как подхохмить Лерп, но Степа перебил его без улыбки:

– Тогда должен знать, что обиженных – ебут!

Первым капитулировал Швед, увидев, что Тульский взялся за его права и техпаспорт на машину:

– Хорош, хорош, начальник! Были неправы! Признаем! Подскажи, как встать на путь исправления!

– А вот теперь и польется у нас незатейливая, можно сказать, товарищеская беседа! – удовлетворенно хмыкнул Артур.

– Слушаем и повинуемся! – Лерп еще пытался юморить, но было видно, что ему не очень смешно.

– Видите ли вы угол Первой линии и набережной Макарова, дети мои? – с благостной интонацией сельского попа спросил Тульский.

– Отчетливо, Ваше Преосвященство!

– А знаете ли вы, на чьей земле Первая линия?

Лерп со Шведом переглянулись:

– Грамоте не обучены, просветите!

Артур вздохнул с укоризной:

– И-эх, яхонтовые вы мои! А земля эта старшего оперуполномоченного по особо важным делам подполковника Тульского! Представляете ли вы себе перспективы вашего не столь уж отдаленного будущего, если кто-нибудь из вашей шайки переступит эту черту и кинет лоха на его земле? Отвечать, рожи немытые!

– Боюсь, что представляем! – медленно кивнул Лерп.

– А я боюсь, что нет, – цыкнул зубом Артур. – Боюсь, что подполковник Тульский гулять в Африку вас пустит не то что голыми и без денег, но и без кожи… Верите ли вы мне, богобоязненные чада?

– Верим, – закивали жулики. – А кто такой этот Тульский? Расскажи, надоумь, как язык с ним общий найти?

– Мы же не хотели его об… – Швед сам себя хлопнул ладонью по губам, – в смысле огорчить его не хотели!

– Если бы хотели – то уже в КПЗ с сержантом о куреве договаривались! – хмыкнул Харламов.

– Неужто такой зверь? – ужаснулся Лерп.

– О-о-о! – протянул Артур, как будто сам боялся, и добавил доверительно: – Нас-то он послал, как стажеров… Сам-то не пошел – не хочет при первой встрече кровушку пить… А повадки у него такие: домик у него под Сосново – ма-ахонький, но жена там хряков разводит… и когда время забоя приходит, так его от стакана с теплой свиной кровью – не оторвешь!

Лерп и Швед не только поверили, но и живо представили себе эту картину. Интеллигентного Шведа, окончившего в свое время философский факультет ЛГУ, затошнило.

– В общем – с Богом, непутевые вы мои! – закруглил разговор Артур. – Не доводите Тульского до греха. Я его сам побаиваюсь, честно говоря.

Оставив жуликов переживать и бояться, Тульский и Харламов с чувством исполненного долга взяли курс «на базу». В отделении они натолкнулись на Ткачевского, который на ходу поинтересовался:

– Ну как, нашли со злодеями общий язык?

Тульский улыбнулся и бодро отрапортовал:

– Никак нет – мы просто сразу жало с корнем вырвали!

Витя, зная характер обоих своих подчиненных, вздернул было недоуменно брови, но потом махнул рукой и уточнять подробности не стал…

(…Чуть позже агентура проинформировала, что в тот же день жулье с Макарова устроило сходняк, на котором Лерп в красках рассказал всему коллективу о ситуации на «приграничье». Костя Могилев покачал головой:

– Если этих отморозков переведут в «тридцатку» работать – я пойду устраиваться таксистом. Во, обмороки!

Спекулянт Морозов осторожно промямлил:

– А может, жалобу на них накатать?

– Коллективную, еби твою мать!!! – обрушились на него всем хуралом.

– Ты, если надумаешь в прокуратуру обращаться, – предупреди, я от тебя письменно открещусь! – заверещал Лерп. – За такие дела против нас и опера из «тридцатки» встанут. А мы будем из Невы свои документы вылавливать. А там течение и вода холодная!

В результате совещания было решено твердо – при работе с клиентурой контрольную полосу не пересекать и ближе, чем на пятьдесят метров, к угловому дому на Первой линии не подходить. На всех очень угнетающе подействовал рассказ Лерпа и Шведа о страшном вурдалаке Тульском – «важняке-подполковнике», потому как бог его знает, чего ждать от зверюги, любящего теплой кровушкой лакомиться!)

ТОЛЬКО ЛИЧНО

Подпись: Конев

14 декабря 1997 г.

ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА БЕЗОПАСНОСТИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Секретно экз. № 1


УПРАВЛЕНИЕ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области

«13» декабря 1997 г.

исх. № 0286/97

г. Санкт-Петербург


Начальнику службы разведки УФСБ РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области полковнику

ТЕРЕБИЛОВУ М. Т.


В ходе проведения ОРМ по линии борьбы с организованными преступными группировками получена оперативная информация о том, что близкой связью активного члена так называемой великолукской ОПТ Сергеева является гражданин США (бывший гражданин СССР) – г-н Лерп Александр Павлович, 13.01.1958 г.р., уроженец г. Выборга Ленинградской области, по прозвищу Ося Шура, в настоящее время проживающий в США, в городе Нью-Йорке. Имеющаяся достоверная оперативная информация позволяет сделать вывод, что г-н Лерп находится в США на легальном положении и ведет активный рекламный бизнес в СМИ Нью-Йорка благодаря первоначальному капиталу, заработанному на аферах, и своей удачной женитьбе на гражданке США, являющейся дочерью крупного предпринимателя Фила Лортингаха. Серьезные суммы были потрачены Лерпом на изменение имиджа для восприятия его в деловых кругах Нью-Йорка как респектабельного бизнесмена.

Г-н Лерп по оперучетам проверен. В результате проверки установлено, что г-н Лерп в 1984 г. и в 1991 г. был осужден по ст. ст. 147, 196 УК РФ (копия приговоров прилагается). В 1987 г. являлся объектом проверки ДОУ «Аллигаторы» (заведенного УКГБ СССР по Ленинграду и Ленобласти) с квалифицирующим признаком – незаконные валютные операции (материалы, касающиеся Лерпа, прилагаются).

В 1990 г. являлся объектом проверки ДОР «Ценители» (заведенного УВХСС ГУВД г. Ленинграда) с квалифицирующим признаком – контрабанда (материалы прилагаются).

С учетом изложенного, прошу Вашего указания рассмотреть вопрос о целесообразности проведения комплекса ОРМ в отношении г-на Лерпа с целью установления с ним ложного оперативного контакта[1]1
  ЛОК – ложный оперативный контакт – первая стадия изучения возможного кандидата на вербовку в качестве агента органа ФСБ России.


[Закрыть]
.

Приложение: на 174 л., 12 фотографий

Начальник службы контрразведки УФСБ РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области полковник
КОНЕВ О. А.
ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА БЕЗОПАСНОСТИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

УПРАВЛЕНИЕ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области

«13» декабря 1997 г.

г. Санкт-Петербург


Генеральному директору ЗАО «СибАл Интерпрайз»

Г-НУ ШВЕДОВУ Ю. В.


Уважаемый ЮРИЙ ВАЛЕРЬЕВИЧ!

Управление ФСБ по Петербургу и Ленинградской области обращается к Вам с просьбой оказать спонсорскую помощь в связи с празднованием 80-летия со дня образования ВЧК. Зная о Вашем неоднократном внимании к работе сотрудников, организации их профессиональной деятельности и досуга, руководство Управления просит Вас посодействовать в материальном поощрении особо отличившихся оперативников. Премии и ценные подарки планируется вручить на торжественном вечере, посвященном 80-летию ВЧК, на котором Вы традиционно будете присутствовать среди почетных гостей Управления.


С уважением

заместитель начальника УФСБ РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области полковник
МЕРКУЛОВ Л. П.

Мероприятие по прослушиванию помещения, так называемая «единица»:

РАЗОСЛАТЬ:

Ивернов О. Г.

Миронов Б. Е.


СЕКРЕТНО

п. 22 пр. МВД

№ 700 дсп – 1997 г.

экз. един.

СВОДКА № 1 Рег.№ 1984
По объекту 78/9-М0339-97 за 14.07.1997

Количество листов: 2

*** 949 ***


17:29 В помещении работает вентилятор, поэтому некоторые слова разобрать не представляется возможным. Объект «ШВ» напевает – «…нам разведка доложила точно…»

17:34 «ШВ» звонит по телефону.

«Ольга Михайловна, вы бумагу с четвертого дома читали?.. Ну, что делать!.. Знаете что, финансовый мой гений, вопросы политического плана решаю я, да и другие вопросы, надеюсь, тоже! Я недавно чай с водкой пил с одним подполковником… он мне еще в восьмидесятых хвоста крутил… так вот он пошутил: бороться за высокое звание подследственного внутренней тюрьмы УФСБ начинают загодя… Смешно?.. Мне

не очень!.. Прошлое не изменишь… И я плачу за него!.. Что? Обеспечить ценными подарками особо отличившихся оперативников! Лучше я у них в президиуме сидеть буду! А как ГубЧека в пять утра за мной придет, так я не сука – молчать не буду!» смеется


Начальник

мн 1984 с.

отпечатано

в единственном экземпляре

без черновика

без дискеты

рабочий файл уничтожен

исполнил

печатал

15.07.1997.

Тульский вернулся в свой кабинет, снова закинул ноги на стол, закурил и подумал о том, что пора позвонить Светлане – при мысли о ней и о предстоящем вечере он почувствовал где-то в нижней части живота сладкую истому…

…Светлана Барышникова работала в ленинградской газете «Смена» и параллельно успевала еще вести собственную передачу на ленинградском радио. Она обладала кипучей энергией, хорошо подвешенным языком, обалденными ямочками на щеках и трогательным, почти детским голосом – все это плюс, как правило, хорошее улыбчивое настроение позволяло ей быстро сходиться с людьми и узнавать разные интересные новости. Авантюрность характера и солнечная беззаботность (расцениваемая некоторыми как легкая отмороженность) толкали ее частенько во всякие истории, из которых она умудрялась, однако, без особых потерь выпутываться.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Поделиться ссылкой на выделенное