Кондратий Жмуриков.

Повесть о настоящем пацане

(страница 5 из 25)

скачать книгу бесплатно

– А где тогда тот паренек? Улетел, что ли?

Действительно, предположить, что выпавший с порядочной высоты человек не оставило никаких следов своего пребывания на земле – даже мокрого пятна, было невозможно.

– Может, он каскадер? – задрав голову спросил второй.

– Встал, отряхнулся, пошел…

– Ну да! Джеки Чана нашел, – отверг начисто эту безумную версию первый. – Однако, куда ж он оделся? Не улетел же он?

Покрутившись немного еще на одном месте, двое свернули за угол, где их поджидал спортивный автомобиль и отправились в сторону, противоположную то, в которую только что уехал грузовик.

Грузовик между тем достиг предела санитарной зоны города Москвы, где под первым же кустом поднял кузов, вывалил кирпичи вперемешку с фрагментами какой-то салатной сантехники и уехал.

Почувствовав, как ему на голову сыплется что-то сухое и неприятное, Валик очнулся и обнаружил себя лежащим в куче кирпичей и побелки. В голове гудело, во рту было солоно и создавалось ощущение, что не очень давно он совершил небольшой полет, закончившийся столкновением с чем-то железным. Впрочем, это было единственное воспоминание, которое осталось после всего пережитого. Ни того, откуда он, ни того, как его зовут, зачем он падал и каким образом здесь очутился, парень не помнил абсолютно. Он лежал, ощущая позвоночником зазубренный край чего-то холодного, глядя в пустое небо, и думал:

«Вот уж попал…»

* * *

Спустившись до ближайшего антикварного магазина по настоятельной рекомендации подруги, Марина с трудом протиснулась мимо людей в комбинезонах в попытках определить, кто здесь продавец, и наткнулась на нервного мужчину в бороде и очках, который проорал ей в самое ухо:

– Девушка, у нас закрыто!

– А у вас есть в продаже лопаты? – невозмутимо спросила Марина, шебурша купюрами и понимая, что покупателя в любом случае должны обслужить.

– Это антикварный магазин!!! – снова заорал мужчина и попытался бесцеремонно вытолкать Марину из помещения, однако не на ту напал.

Девушка провела с ним пару показательных и очень болезненных приемов из арсенала русской борьбы и, отряхнув пылинку с пальто, прошагала к выходу, бормоча:

– Пусть она сама со своими инструментами заморачивается – тут все какие-то нервные…

Не успела Марина покинуть пределы пешеходной зоны, как услышала до боли знакомый визг тормозов.

– Дура! – закричала она Жене, высунувшейся чуть не по пояс из окна машины. – У меня резина не казенная!

– Садись быстрее!!! – закричала ей Женя. – Я тебе другую подарю. Потом.

Марина не успела плюхнуться на сидение, как машина с еще более пронзительным визгом тронулась с места.

– Значит так, – проговорила взбудораженная Женя, пропуская мимо ушей новый взрыв возмущения подруги. – Мамаша моя, дурында, сплавила любимый бабушкин шкафчик куда-то. У меня есть адрес этой фирмы – надо рвать быстрее, пока они наш труп не обнаружили.

– А что теперь будет? – в ужасе поинтересовалась Марина, с любопытством наблюдая разлетающиеся от их немыслимого галопа автомобили и вскрикивая «вау!» при каждой мало-мальски забавной аварии.

– Что-что, – проворчала Женя, подрезая иномарку. – Сдадут его с потрохами ментам, а те – маму к ногтю.

А она, бедняга, ничего не знает. А они ее – в тюрьму…

– … и папин адвокат ее отмажет, – зевая, закончила мысль подруги Марина.

– А вот и нет, – зло заулыбалась Женя, понимая в характере папы несколько больше. – Не станет. Думаешь, папаня у меня – промах? Он ее там с год хотя бы промаринует – надо ж и ему отдохнуть?

Марина, потрясенная новыми подтверждением мужского коварства, в который раз дала себе зарок не иметь с этими козлами никакого дела и родить от замороженной спермы. Женя между тем продолжала:

– Сейчас подъедем к фирме. Я сижу за рулем, ты идешь узнавать про шкаф…

– Это почему это? Твой шкаф – ты и узнавай, – капризно объявила Марина, ощущая приступ гиподинамии. – А я – за рулем…

– А потому, дура ты набитая, – разозлилась Женя. – Что меня они могут запомнить и если что – вместе с мамой засадить. А ты спроси так ненавязчиво…

Женя посмотрела на Марину как можно более наивным взглядом, стараясь не рассмеяться от своей ловкой выдумки. Расчет был прост: если труп не обнаружили, то Марина все, что надо разведает – есть у нее на это нужные способности. Если же труп уже обнаружен, ее просто схватят и у Жени будет время смотаться.

«Подставишь ближнего – выручишь себя», – процитировала Женя шепотом, глядя вслед своей беззаботной подружке, которая уже мелькнула за стеклянной дверью холла.

* * *

– Сюда-сюда! – суетился весь взмокший от волнения и возмущения Давидовыч, управляя несообразительными грузчиками, которые вели себя гораздо хуже, чем слоны в посуднолавке, роняя все, что только не было прикручено к полу.

Когда шкаф был водружен на место, хозяин магазина потер многочисленные ушибленные места и еще раз мысленно выругался в адрес непочтительной девицы.

– Спасибо, спасибо, – легко подталкивая проводил он до двери грузчиков и рассовал им в руки купюры того достоинства, которое не обидит ни одного неквалифицированного труженика. – Я по продаже избавлюсь от накладных, так что проблем с налоговой у вас не будет.

Он торопился остаться один. К счастью, гостям это было только на руку: выходя из двери, водитель повернулся к напарнику и радостно проговорил:

– Ну, Степаныч, теперь мусор сгрузим куда-нибудь и – по маленькой, – он выразительно помахал не толстой пачкой внезапно заработанных денег и пинком открыл дверь.

Давыдович поулыбался им вслед и, только они переступили за порог, запер дверь на засов и вывесил табличку «Закрыто. Close». Потом он медленно обернулся и, стараясь поднимать как можно меньше пыли, приблизился к так внезапно свалившемуся на него шедевру.

– Дорогой мой, – прошептал он, осторожно приближаясь к поблескивавшему настоящим, старинной варки лаком громоздкому чудовищу из дерева.

Давыдович провел пальцем по финтифлюшкам, украшавшим каждую грань, по медным рейкам, оттенявшим естественную красоту древа и сказал:

– Ну, какие же на свете бывают лопухи! Продать за полсотни шедевр восемнадцатого века. Ослы!

Еще не вполне веря своему счастью, Давыдович попробовал весь крепеж, осмотрел зеркала и решил заглянуть внутрь, опасаясь, что дубовые полки заменены на ДСП.

Дверца открылась с благородным скрипом, и вместо моли на Давыдовича обрушился достаточно тяжелый молодой человек, не подававший никаких признаков жизни. Давыдович от неожиданности сел на пол, раздавив коллекцию гербариев, которая стояла в коробках тут же. Общение со старинными вещами сделали антиквара до такой степени суеверным, что если бы вместо совершенно мертвого, по всей видимости, человека из шкафа выскочил черт с рогами, Давыдович не столь удивился бы. Присмотревшись, владелец лавки понял, что столь странным способом найденное тело, было вполне современным и молодым, и ничего мистического в нем не было. Взяв себя по этому поводу в руки и вспомнив, в какое время и в какой стране он находится, антиквар хлопнул по лбу рукой и сказал:

– Надо же, труп подбросили. Вот уроды!

Он поднялся с пола, подошел поближе и стал вслух думать, что же теперь с ним делать.

– Звонить ментам – так как я докажу, что не я его грохнул? Искать тех, кто этот шкаф сбыл с рук? Так где гарантия, что меня тоже в какой-нибудь трельяж не запихают?

Молоденький какой, – вздохнул Давыдович, который о своей молодости уже даже и не вспоминал. – И за что тебя, родимый, грохнули? Впрочем, если грохнули, значит было за что.

Антиквар устало посмотрел на неподвижное тело, на часы и почесал свой плешивый затылок.

– Вот что, мальчик, придется тебе на время поменять жилище. Пойдем-ка со мной, дорогуша. У меня есть саркофаг – настоящий, египетский. В нем тебе будет гораздо удобнее, поверь мне все-таки царская штука, не просто тебе, – так, приговаривая, Давыдович взял свою находку за воротник куртки и отволок в заднюю комнату, где находилось хранилище различных старинных вещей, которые не умещались в зале.

Уложив парня в саркофаг и накрыв его крышкой, Давыдович, нервно напевая под нос какой-то национальный мотивчик, запер лавку и побежал прочь, по дороге продумывая свои дальнейшие шаги.

«От тела нужно отделываться срочно, пока кто-нибудь очень умный не разведал, где оно лежит. А кто узнает, что оно было у меня? Кто докажет? Просто отвезти его куда-нибудь за город и выкинуть в канаву, а там – кому повезет… Сейчас сгоняю за своей лошадью и отправимся. И пусть кто-нибудь скажет, что я поступаю неразумно».

ГЛАВА 6. ОГРАБЛЕНИЕ ПО…

– Уже пора.

– Нет, не пора. Нам сказано в двадцать один десять, а сейчас только двадцать один один.

– Что ты заикаешься?

– Я не заикаюсь, я тебе время говорю! Смотри туда – видишь, дверь снаружи заперли на замок и на сигнализацию поставили. Сейчас почти стемнело, а через пять минут будет еще темнее, а потому – безопаснее, понятно?

– Ну вот! А как мы туда, по-твоему, войдем? Нам же сказали – пойти и взять. Теперь дверь на замке, работает сигнализация, а в темноте еще и поскользнуться можно – сам видишь – ступеньки мраморные.

– Ты что, плана не видел?

– Нет.

– Велено было с планом ознакомится. Давай быстро читай, а то мы из-за тебя, дурака, сейчас все испортим. Прочел?

– Ну.

– Понял?

– А что это здесь мелкими буквами написано, я без очков не вижу.

– Идиот! Это же адрес завода, на котором бумагу делали.

– Что, нам еще и завод грабить придется?

– Придется и лес валить, если ты, чепушило, сейчас что-нибудь перепутаешь! Вылазь давай, пора.

Великолепная парочка вылезла из автомобиля, спрятав его за кафе, и, тревожно озираясь и то и дело переходя на бег, подобрались к одному из боковых окон музея.

– Это оно?

– Оно. Стучи.

– Не получается.

– Что не получается?

– Стучать не получается.

– Это почему?

– Я не достаю.

– Фу-ты, черт! Дай я. Ба, да оно разбито. В него не постучишь – можно обрезаться.

– И что же теперь делать?

– Я не знаю. В плане сказано, что нужно постучать в это окно и нам откроют дверь. Кто же нам теперь дверь откроет?

– А может, это не это окно, а другое?

– В плане ясно нарисовано, вот смотри.

– Да, похоже. А может, все-таки не оно?

– Ладно, не гунди. Пойдем посмотрим в соседнее. Вот смотри – оно целое.

– Стучи!

Постучали раз, постучали второй. В здании – тишина.

– Я тебе говорил, что это не то самое окно. Наше окно разбито.

– Да, но шеф сказал, что мы только так можем попасть в музей незамеченными.

– Я думаю, что большой беды не будет, если мы с тобой пролезем в разбитое окно.

– В плане этого нет.

– Но в плане не было и того, что оно должно быть разбито.

– Может быть, план изменился, и нас не успели предупредить?

– Может быть и так. Я знаю одно: нам сказали пойти и взять. Иных способов пойти я не вижу. К тому же, не мы разбили окно и никто не сможет нас упрекнуть в том, что мы проникли в музей нашумев.

– Да, ты прав. А может быть позвонить шефу и сказать ему об этом?

– А у тебя что, новый тариф – «Экономный»?

– Нет. У меня и телефона-то нету.

– И у меня.

– Если нет телефона, значит, и звонить нечего. Вот все сделаем – тогда и позвоним.

– Согласен.

– Тогда пошли.

– Эй, ты куда? Сначала меня подсади.

– И то правда. Ну, иди сюда. Да не так! Больно же! Фу ты, черт, по голове только не топчись! Ну, ты и боров! Говорил я тебе, нужно меньше жрать, смотри вон – у тебя одышка.

– Я уже здесь! Догоняй! – голос Костика звучал звонко и сопровождался двусложным эхом, будто он сидел на дне колодца в чугунном горшке.

– Да не ори ты, иду!

Дуболомов тяжело спрыгнул внутрь и сперва совершенно не понял причину радости своего напарника: в помещении было темно, как в гробу, и совершенно нельзя было определить направление движения.

– Смотри, что я нашел! – восторженно сказал из темноты голос Костика. И немедленно в глаз Дуболомова вонзилась красная игла.

– А-а-а!

– Ты чего орешь?

Игла исчезла, а вместо нее по полу и стенам запрыгал кроваво-красное световое пятнышко.

– Что это? – растерянно пробормотал ошеломленный Дуболомов, еще наблюдая одним глазом гаснущую алую вспышку.

– Это же лазерный брелок! Я о таком мечтал всю свою жизнь! Помню, как только они появились в продаже, я сказал жене: «Жена…»

– У тебя есть жена?

– Была…

– А где ты эту штуку взял?

– Я на нее прямо упал, когда с окна прыгал.

– Значит, она ничья, если нашел. Это хорошо. Это даже отлично. Мы-то с тобой фонарями не запаслись.

– А почему?

– Нам их не выдали. Машину выдали, патроны выдали, план выдали, а фонарей не давали. Я думал, что мы с тобой войдем и нам здесь свет включат.

– Какой же свет, если тут уже все закрыто?

– Ну, я не знаю. Я так подумал.

– А где тот, кто нам должен был отпереть?

– Я не знаю. Где-то здесь, видимо.

– И что – мы его должны дождаться?

– Ничего об этом не слышал. Возможно, его и не должно было быть.

– Тогда, что дальше?

– Дальше – действуем по плану. Свети сюда. Ага, нужно двигаться в северо-восточном направлении – там вход в коридор. Давай компас.

– У меня подсветка не работает.

– И как мы теперь определим направление? Ты что, не мог, на дело идучи, поменять батарейку?

– Я на складе спрашивал, мне там ничего не дали.

– Ладно. Будем ориентироваться по звездам.

Дуболомов влез на табурет и высунул голову в окно, стараясь не пораниться о выступающие разбитые стекла. Он покрутил головой туда-сюда, косясь на небо, и снова влез обратно.

– Северо-запад там, – объявил он, вытянув руку в сторону прямо противоположную окну.

– Не знаю, где серевро-запад, но тут снова какая-то дверь, – раздался с той стороны голос Костика. – И, кажется, она открыта.

Дуболомов, зажмурив в темноте глаза и вытянув вперед руки, пошел в заданном направлении, осторожно нащупывая ногами пол.

Они вышли в коридор, который заканчивался с одной стороны еще одной дверью, из-под которой была видна полоска тусклого голубого света.

– Нам туда, – переходя на благоговейный шепот проговорил Дуболомов, сверившись по схеме.

– А что там? – так же испуганно зашептал Костик, стараясь успевать за напарником и как всегда не успевая.

– А там – выставочный зал, а в выставочном зале – то, за чем на послали.

– И мы возьмем – и пойдем?

– Так сказал босс, – отозвался Дуболомов, хватаясь за ручку двери.

– Стой! А вдруг она под током?

Рука Дуболомова замерла на полдороги, а сам он в ужасе уставился на Костика.

– А ты почем знаешь?

– Так всегда бывает, – пожал плечами Костик, с укоризной глядя на напарника. – ты разве не знаешь.

– И что же теперь делать?

– Ну, я не знаю. Сначала проверить, что ли…

– А как?

– Ну, кинь на нее какую-нибудь железку. Если заискрит – значит, под напряжением.

– А монеткой можно?

– Ну, монетка тоже из металла – попробуй.

Покидали монеткой – вроде, не искрит.

– По-моему, ты просто гонишь. Нету тут никакого электричества. В конце концов, нас об этом никто не предупреждал.

И это не банк и не особняк какой-нибудь, а обыкновенный краеведческий музей…

Дуболомов решительно взялся за ручку двери и распахнул ее настежь, собираясь шагнуть внутрь.

– Стой! А вдруг там лазеры?

– Какие еще лазеры? – недовольно пробурчал Дуболомов.

– Я никаких лазеров не вижу.

– Так они наверняка невидимые! Их можно только по дыму разузнать. Я завидел, так обычно всяческие ценные экспонаты от грабителей защищают. Ставят экспонат под стеклянный колпак, а комнату лазерами просвечивают. Если ты в луч попадешь, то тревога сработает, и тебе крышка.

– По-моему, ты опять что-то выдумываешь. Босс ничего не говорил о лазерах. В плане этого нет.

– Так в плане уже многого не было. И человека, который нас должен был проводить – тоже не было. Он нам должен был дверь открыть, а потом лазеры выключить. А теперь его нет и нам пришлось лезть в окно и лазеры – включенные.

– И что теперь? – озадаченно спросил Дуболомов.

– Надо здесь надымить, чтобы лучи высветились. А потом пробраться, чтобы не задеть. Для этого нужно кого-то из нас с потолка спустить на подтяжках.

Потрясенный Дуболомов с уважением посмотрел на своего невзрачного спутника и спросил:

– Ты кем раньше работал?

– Билетером в видеосалоне, – невозмутимо ответил тот.

– Какая теперь разница? Давай лучше придумывать, что дальше делать.

– Не знаю. Я уже начинаю сомневаться. А твои лучи могут пол просвечивать?

– Наверное, могут. А может и нет. Может эта какая-нибудь несовершенная конструкция, и до пола они не достают. Да, я почти уверен в этом.

– Тогда ползем по-пластунски – авось пронесет.

– Ползем.

Наемники опустились на пол и, терпеливо сопя поползли по направлению к середине зала, освещенной только светом фонаря с улицы.

Доползая до центрального постамента, они перевели дух и Дуболомов сказал:

– Знаешь, мне кажется тут нет лазера.

– Я не уверен, но вполне возможно, что нет.

– Тогда почему мы лежим?

– Тогда давай вставать, – согласился Костик и первый подал пример, медленно и трусливо поднявшись на карачки, потом так же не спеша присев на корточки.

– Кажется, все спокойно, – не вполне уверенно проговорил он.

Дуболомов молча встал и выпрямился во весь рост, чувствуя себя снова одураченным этим странным товарищем.

– Идем, – мрачно сказал он. – Нужно взять экспонат и уходить – мы и так слишком долго провозились.

– Идем, – согласился Костик, отряхивая вытянувшиеся на коленях штаны.

Они прошли к интересовавшему их стеллажу и, подсвечивая себе лазером, стали читать надписи на экспонатах.

– Здесь, – увидев нужную, остановился Дуболомов.

– Что – здесь? – поинтересовался Костик.

– То, что у нас просили, лежит здесь. Вот написано: «Фамильная печать Богородьевых. Ручная работа, восемнадцатый век…»

– Что написано – вижу. А что нам надо – нет.

Дуболомов проследил взглядом за лучом лазера и спросил:

– Я что-то не понял. Эта надпись к чему-то относится или она здесь просто так?

– Вот и я у тебя спрашиваю. Я тут кроме пустой витрины ничего не вижу.

– Черт, как же так? Оно же должно было быть здесь…

– Может быть ты что-то перепутал?

– На, сам посмотри.

– Я ничего не вижу – темно же. А, спасибо, что догадался включить свет.

– Но я не включал свет…

– Но он загорелся.

– Значит, это сделал кто-то другой.

Друзья не успели закончить свои коллективные логические построения: дверь в противоположном конце зала открылась и в нее влетело несколько милиционеров. Они держались обоими руками за пистолетами, вращали глазами и истошно кричали:

– Стой! Руки вверх!

Напарники переглянулись и медленно выполнили приказ.

* * *

Попал он крепко – это явствовало из того, что ему совершенно не было понятно происхождение ключей, болтавшихся у него на пальце. Если принять во внимание, что при этом ему было совершенно не ясно, как его зовут и кто он такой, а вокруг не было никого, кто бы это ему напомнил, то было очевидно – придется справляться с этим самому. В голове очень сильно гудело, и это так же мешало соображать.

– Нужно рассуждать логически, – произнес он наконец вслух и даже не заподозрил, насколько это для него нехарактерно. – Если есть ключи – значит, есть что-то, что ими открывается. Скорее всего, это – мои ключи и открывается ими моя комната, мой портфель или что там еще. Таким образом, у меня есть портфель и есть комната. Нужно их срочно найти.

Он подскочил на ноги и, превознемогая тошноту, слез с кучи кирпичей вниз. Здесь вся его решимость и понимание ситуации моментально улетучилась. Насколько можно было судить, никаких признаков его комнаты и его портфеля (или чего там?) поблизости не наблюдалось. По близости наблюдалась только одна из городских свалок и дымящаяся труба.

– Дым – значит огонь, – снова рассуждал он гудящим от непривычного напряжения мозгом. – Огонь – значит люди. Я – человек, мое место среди людей.

Он уверенно зашагал в сторону свалки, перевесив на всякий случай ключи на длинную цепочку на шее. Приблизившись к свалке, он действительно увидел людей, которые, по его смутным подозрениям, прямо здесь и жили, а потому вполне гармонировали с местным пейзажем. Во всяком случае, не контрастировали с его ароматом. Люди были заняты глубокомысленными и непонятными ему манипуляциями с мусором.

– Скажите, – заговорил он с ближайшим из них. – А вы меня, случайно, не знаете?

– Чего?

– Вы со мной случаем не знакомы? Мы не встречались раньше?

Человек остановился и некоторое время с нескрываемым интересом разглядывал пришельца с головы до ног. Сам парень проследил за взглядом человека и убедился, что его собственный облик ничем особенным не отличается от облика туземца: та же рваная одежда и строительная пыль толстым слоем. Потерявший память Валентин сразу же понял, что он явно принадлежал каким-тот образом к этому обществу.

– Ты с соседней барахолки, что ли? Той, где стройматериалы? – подтвердил эти подозрения человек, кладя что-то в рот и смачно жуя. – Тама же всех перебили надысь серпуховские.

– Ну, всех перебили, а я вот, видимо, остался, – сокрушенно признался Валентин, в душе которого шевелились какие-то смутные воспоминания, которые почему-то никак не состыковывались с зародившейся версией. Но воспоминания становились все более мутными и вообще исчезли, а стоящий перед ним и смердящий мужик – остался.

– Только я ничего не помню, – признался Валентин. – И как зовут, и откуда я взялся. Головой ударился. Вот, – он наклонился и продемонстрировал мужику длинную рану с запекшейся уже по краям кровью.

– Арматура, как пить дать, – авторитетно констатировал мужик, рассмотрев рану и потрогав ее грязным пальцем. – Поди, серпуховские и настучали по тыкве. Ну ты ниче, не дрейфь. Ты теперь не пропадешь, К себе на свалку не ходи – там все одно никого нет. Понимаю – бизнес бросать не хочется – все ж прибыль с твоих битых кирпичей какая-никакая. Но уж извини – теперя брат будешь жить по-простому, как мы все.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Поделиться ссылкой на выделенное