Владимир Колычев.

Здравствуй, Мурка, и прощай!

(страница 2 из 27)

скачать книгу бесплатно

Но Маринка никак не хотела становиться на четвереньки. И снова взяла над Кнутом верх. Тридцать очков против двадцати двух.

Зато при пятой раздаче фортуна подкинула Кнуту те самые тридцать очков... Но Маринка засветила три туза... Три – два в ее пользу. Три – два в пользу Робика с его долбилкой.

– Э-э, пацаны, не в тему расклад! – Кнут ошалело смотрел на Капрона. – Это неправильно. Переиграть надо.

Капрон лишь сокрушенно развел руками. Игра – это святое. Проигрался – плати по счету. Подставил очко – расплачивайся им.

– Пацаны, вы чего? Мы же в кентах. Мы же один хлеб едим. Так нельзя!

– Брат, тебе же говорили, включай обратку, – уныло вздохнул Анисим. – Какого хрена ты на рожон лез!

– Да кто она такая, пацаны? – Кнут вперил в Маринку ненавистный взгляд. – Откуда она взялась, эта курва?

Ничего другого вперить он ей уже не мог.

– Раньше нужно было спрашивать, – резонно заметил Анисим. – А ты сначала рога вмочил. Плохо, когда болт в голове вместо мозгов. Еще хуже, когда болт сзади.

– Пацаны, вы что, в натуре, под Робика меня подставите?

– А это мне решать! – заявила Маринка. – Могу простить долг, а могу и не простить!

И здесь она была права. Сейчас все зависело только от нее. И хорошо, что Кнут вовремя это понял.

– Марина, сеструха, выручай! – взмолился он. – Не отдавай меня Робику! Лучше убей!

– Убить?! Я подумаю. Завтра скажу, что с тобой делать. А сейчас, извините, парни, мне домой надо! Завтра, в это время и на этом месте. Гуд бай!

Маринка мило улыбнулась, весело помахала на прощание ручкой и скрылась за гаражами. Капрон потрясенно смотрел ей вслед. Атас-баба!

* * *

Марина забросила колоду карт на верхнюю полку шкафа, закрыла дверцы. И легла на кровать поверх покрывала...

Она не обладала даром ясновидения. И карты в «Союзпечати» купила только для того, чтобы пальчики потренировать. А тут этот озабоченный придурок. Пришлось поучить его уму-разуму.

Отец у нее был известным вором. На все руки мастер. И как шулер большой специалист. На матери он женат никогда не был. Но каждый раз после отсидки возвращался к ней. А она его всегда ждала, всегда с радостью принимала. Потому что любила. На этой любви и спилась.

Последний раз батя завис на свободе на целых три года. Два-три месяца на гастролях, один – дома. По такому раскладу и жил. Марину он любил. Но это не мешало чистить ее карманы. И лопатники у нее вытаскивал, и кожняки, и часы золотые. Это он на ней так упражнялся, чтобы чувственность пальчиков не потерять... И ее заодно своему ремеслу обучал. Не для того, чтобы она на жизнь зарабатывала. Когда учишь, тогда и сам учишься – так он говаривал... А Марина оказалась на редкость способной ученицей. Криминальный талант вдруг обнаружился. И карманы чистить влет научилась, и шулерские приемы чуть ли не в совершенстве познала. Еще кое-что по гипнозу освоила.

Никак не думал Кнут, что у нее кляузная колода в рукаве.

Никто не заметил, как ловко она вывела на руку три «девятки»... Видно, что пацаны достаточно опытные, при делах. Видно, что из одной «семьи». А Марина никогда и ни с кем дел не имела. Но на поверку оказалось, что Кнут, Капрон и Анисим – шпана по сравнению с ней.

Надо признать, парни они неплохие. Правильные, можно сказать, пацаны. Все у них по понятиям. Вляпался их кореш в дерьмо, так они за уши вытягивать его оттуда не собирались. И на Марину не наезжали, а ведь могли расстелить ее на мягкой травке и захороводить на троих. Но ведь отпустили. Теперь вот ждут, что скажет она завтра. Помилует Кнута или нет. Конечно же, помилует. В этом городе она никого не знает. А ей нужно общество. Пусть это будет воровская семья, она этому будет только рада. Авантюрного склада у нее душа, и ничего с этим не поделаешь.

Глава 2

В проеме между гаражами мелькнул женский силуэт. Маринка! Но нет, на свет выходит Снегурка...

– Привет, пацаны! А я вас искала!

Лягушачий рот растянут до ушей, в глазах блядские огоньки.

– А-а, Венера пожаловала! – ухмыльнулся Анисим. – Почем нынче триппер?

– По рубль пятьдесят! – ничуть не смутилась Снегурка.

Капрон заметил, как скривился Кнут. Именно столько стоила колода карт, на которой он вчера так жестоко лоханулся.

– И минус четыре копейки, – прикалывался Анисим.

– За гондон? – догадалась Снегурка.

– А они у тебя есть?

– Лечащий врач рекомендовал...

– Смотри, башку оторву, если на конце поймаю!

– А я тебе еще и не дам, Лешечка! – пригрозила Снегурка.

– Кто тебе поверит, – презрительно фыркнул Анисим.

Капрон тоже не верил. Знал, что с этой шалавой можно делать все, что угодно. Не откажет. А иной раз и сама проходу не дает – почеши да почеши... Потом, правда, у самого от мандовошек чешется. Или закапает... Вот Маринка – это да. Крутая. Но видно, что чистая. Ее добиваться нужно. И бегать за ней не западло. Вот сказала вчера, что сегодня пацаны должны собраться на этом месте. И собрались. Потому что сейчас от нее зависит судьба Кнута. Она будет судить, и никто не возражает. Даже смешно представить такую ситуацию, что от Снегурки могло бы что-то зависеть. Разве что только конец может зависнуть в ее распахнутых воротах.

– Не веришь? – хихикнула шалава. – Ну и правильно делаешь, что не веришь... Лешенька, я так по тебе соскучилась! Пойдем прогуляемся! Я все для тебя сделаю!

– Сделаешь, – кивнул Анисим. – Не сейчас. Человека мы одного ждем, не видишь, что ли.

– А-а, я так и поняла, что у вас здесь стрелка.

– Тогда какого хрена приперлась? – рыкнул на нее Кнут.

– А-а, тогда я попозже приду, – прижухла Тонька.

– Ты сначала свали, а затем уже приходи.

– Ухожу, ухожу.

Но уйти Снегурка не успела. Появилась Маринка. Все в том же тесном дешевеньком платье. Но смотрится она в нем как английская королева. Круто! И сама она крутая! Капрон не мог отвести от нее восхищенных глаз.

А Кнут смотрел на нее как на злую богиню. Он полностью был в ее руках. И ясно осознавал это.

Снегурка окинула ее презрительным и в то же время завистливым взглядом.

– О, а кто это такая?

– Вали отсюда! – прикрикнул на нее Кнут.

– Ну зачем так грубо? – недовольно посмотрела на него Маринка.

– Это я не тебе!

– Все равно грубо. Это что, твоя подружка?

– Я же не Дед Мороз, чтобы со Снегурками дружить, – буркнул Кнут.

– А она что, Снегурка?

– Ага, Снегурка. Только растаять никак не может.

– Зачем ей таять? Тем более что Дед Мороз рядом.

– Это кто Дед Мороз?

– Ты! Станешь Дедом Морозом – про вчерашнее можешь забыть.

– Это чо, прикол такой?

– Кнут, ты чего, в натуре! – не выдержал Анисим. – С тебя долг списывают. Так что давай доставай свой посох и вали дружить Снегурку.

– Так это в пять секунд!

Кнут схватил Тоньку за руку и потащил в кусты.

– Я же сказала просто дружить! – изумленно и чуточку наивно посмотрела ему вслед Маринка. – Без всяких посохов.

– Извини, подруга, он по-другому дружить не может. Вот вставит свой посох, тогда такая дружба начнется.

– А Снегурка хочет с ним так дружить?

– Не просто хочет, она без посоха жить не может.

– Она что, шалавая?

– Да это у нее на лбу написано!

– А у меня что на лбу написано? – Маринка пронзительно посмотрела на Анисима.

«Ты не такая!» – вместо него хотел сказать Капрон. Но прозвучало другое:

– Ты цену себе не набивай, не надо!

В конце концов он не какой-то там занюханный юнец. Он воровской пацан. Да, Маринка клевая баба. Но она баба. БАБА! И должна знать свое место. А то расфуфырилась, в натуре. Хочет, чтобы братва у нее в ногах валялась.

– Кто набивает цену? – Она изумленно повела бровью.

Пристально посмотрела на Капрона. На губах ласковая улыбка, а взгляд – жесткое рентгеновское излучение.

– Я цену себе не набиваю. Она и так высокая. Чао!

Маринка повернулась к нему спиной и была такова. Даже ручкой на прощание не помахала.

– Ушла. – Анисим озадаченно почесал затылок.

– Не хрен ей здесь делать, – скривился Капрон. – Кто она такая, чтобы понты здесь кидать? Кнута из-за нее чуть не опустили.

– Так сами же повелись. Есть в ней что-то.

– Да сам знаю, что есть.

– Так зачем наехал?

– А не надо передо мной варганку крутить. Меня, брат, на понт не возьмешь.

Кнут не заставил себя долго ждать.

– А где Маринка? – с ходу спросил он.

Снегурки с ним не было. В кустах осталась.

– Капрон бочку на нее катнул, – ответил Анисим.

– Чего?

– Понтов слишком много, – отозвался Капрон.

– В натуре, темная какая-то баба! – оживился Кнут. – Мозги заморочила. Может, она ведьма, а?

– Может, и ведьма, – не стал спорить Анисим.

– Так это... эту, как ее... инквизицию... На костре сжечь, короче! А лучше на хор поставить, чего добру пропадать?

Капрон недобро посмотрел на Кнута.

– Хоть пальцем ее тронешь, я тебя сам на хор поставлю! Ты меня понял?

Кнут вмиг утух. Не мог он тянуть против Капрона. Не хватало мощи. А после того, как он выставил на кон свое очко и проиграл, авторитет его и вовсе упал.

* * *

Москва завораживала и охмуряла. Кремль, купола церквей, ГУМ, ЦУМ. Толпы народа. Мужчины, женщины, дети... И хамы...

– Ну чего на проходе встала, дура? – рявкнул на Марину толстобрюхий красноморд и грубо оттолкнул ее плечом.

Вроде бы солидный мужчина. В костюме, при галстуке. А ведет себя как пьяный Вася со скотобойни. Ну да, на ней же платьице старенькое, обувка дешевенькая, волосы простой резинкой сзади перехвачены. Но так разве ж это повод, чтобы толкать ее?

Марина нагнала нахала, схватила его за плечо, дернула на себя.

– Мужчина, вы должны извиниться!

– Да пошла ты! – огрызнулся он.

И ускорил ход. Не извинился. Что ж, сам во всем виноват.

Марина убралась подальше от ЦУМа, нашла тихий спокойный дворик, отыскала в нем укромное место. И вытащила из убогой хозяйственной сумки роскошный кожаный бумажник. Красноморду нужно было всего лишь извиниться. А он дернулся, да так, что ее рука сама оказалась под полой его пиджака. И пальчики сами по себе приклеились к лопатнику. Она не хотела, но так получилось. Вернее, она хотела. И получилось...

Она раскрыла бумажник. А там – Клондайк. Сотенные купюры, пятидесятирублевки, четвертаки... Тысячи полторы, не меньше. Вот это улов!

Бумажник сам по себе был дорогим изделием. Натуральная кожа. Но от него нужно избавляться. Как учил Марину незабвенный папашка – от улик нужно избавляться сразу. Брать нужно только деньги.

Как ни странно, но это была ее первая кража. Отец многому ее научил, но с собой на дело никогда не брал. Она как-то попросилась, но получила подзатыльник. Дескать, не бабское это дело. Да и скользкая это дорожка, прямиком на нары. Именно эта дорожка в очередной раз отправила батю на этап. Без него Марина могла бы использовать свои криминальные знания. Но разве ж в деревне развернешься? А здесь Москва! Море людей, океан возможностей. Главное, не зевать. И к ментам в лапы не попадаться.

Трудно представить человека, который не знал бы, что делать с деньгами. Уж Марина точно не принадлежала к числу таких людей. Она девушка очень даже симпатичная. А ходит в каком-то тряпье. Давно уже пора о стоящем прикиде позаботиться. В общем-то именно ради этого она и тряслась целый час в электричке. Именно ради этого и обула красномордого хама.

Страна Советов полна советов. Но советы на тело не натянешь. Нужны деньги, нужен доступ к дефициту. Первое уже есть, а второе образуется. Связей у Марины не было, зато имелись крепкие ноги – чтобы в очереди стоять. А в том же ЦУМе чего только нет. Надо лишь сил и терпения набраться, чтобы добраться до прилавка. И ушки на макушке держать, чтобы на щипача в очереди не нарваться. Марина всерьез подозревала, что в Москве таких специалистов и без нее полным-полно.

Домой она вернулась поздно вечером. С полными пакетами в охапке. Как объяснила одна молодящаяся дама из очереди, ей страшно повезло. Она смогла урвать белый джинсовый «сафари» с накладными карманами. А из другой очереди вырвала итальянские туфли на среднем каблуке. Были и на длинных, но на таких она и ходить-то не умела. Ничего, когда-нибудь научится.

Обновку Марина примеряла перед зеркалом. Класс! Сарафан точно по размеру. И смотрелся на ней не хуже, чем на манекенщице. Туфельки тоже в самую пору. И ходить на них нетрудно.

Марина крутилась перед зеркалом, когда в комнату зашла тетя Лида. Увидела племянницу, и глаза на лоб полезли.

– Откуда у тебя это?

– Купила. Я же в Москву ездила.

– И на какие деньги, позвольте спросить?

– У мамы заначка была. Сказала: вот как помру, дочка, поедешь ты в Москву к тете Лиде, купишь себе красивый сарафан. И ей тоже, говорит, обновку купишь...

Марина торжественно вручила тетке пакет с импортной кофточкой. Но та почему-то не очень обрадовалась.

– Заначка, слова-то какие. Врешь ты все про заначку. Говори, где деньги взяла?

– Говорю же, заначка была.

Марина чуть не расплакалась от обиды. Разумеется, на слезу ее вовсе не пробивало. Это всего лишь игра на чувствах. Лицедейству отец ее не учил. Это у нее в крови. Такая вот кровь у нее – бурная, насыщенная. И в душе авантюристская жилка. Ну кто ж виноват в том, что мама ее такой на свет родила?

– Ну, ладно-ладно, верю... – снисходительно махнула рукой тетя Лида. – Ладно, заначка так заначка... Все, спокойной ночи!

– Так еще десяти даже нет...

– А я говорю, ложись спать!

– Конечно, тетя!

Вообще-то у Марины были совершенно другие планы на вечер. Обновка у нее клевая, ей бы пофорсить перед народом, а ее спать укладывают. Но спорить она не стала. Пусть тетка думает, что ее племянница пай-девочка.

Квартира на первом этаже, окно выходит на пустырь. Под одеяло можно сунуть старый облезлый полушубок – пусть спит. А сама Марина – фить, и нет ее... Так она и поступила. Через окно и на улицу.

А на улице майская благодать. Тепло, зелено, сверчки на своих скрипках-стрекотках заигрываются. Душа вырвалась на волю. Душа праздника требует...

Но до праздника еще добраться нужно. Лукарск – город неплохой. С Москвой, конечно, не сравнить, но и здесь гулять можно. Ресторан есть в центре, танцплощадка в городском парке. Но теткин дом находился даже не на окраине города, а на выселках. Так называемый Пятый километр. Железнодорожная станция рядом, а до городской черты даже не пять, а шесть километров по шоссе. Автобусы после десяти ходят редко. Но у Марины есть деньги. Она спокойно может добраться до города на попутке, благо что машины шли одна за другой.

К остановке, где толпилась молодежь, она шла по обочине дороги. Шла, но не дошла. «Лада» шестой модели остановилась. Из машины вышел мужчина лет тридцати. Не маленького роста, средней упитанности, щегольской костюм бежевого цвета. Не красавчик, но было в нем что-то.

– Девушка, вас подвезти?

– Если остановился, то вези, – пожала плечами Марина и смело села в машину.

– Куда? – усаживаясь за руль, спросил он.

– А в ресторан не слабо? За твой счет.

Уж кого-кого, а недотрогу из себя она строить не собиралась.

– Ну а после ресторана? – приятно разволновался он.

– А что, есть варианты?

– Дача у меня есть. Как раз возвращаюсь. Одному, знаешь ли, скучно.

– А со мной, значит, будет веселей?

– Уверен, что да.

– Уважаю уверенных в себе мужчин. Ну, трогай!

Машина плавно тронулась с места. Мягко идет, тихо. В салоне комфортно. Волнующее ощущение.

Мужчину звали Максим. Живет и работает в Москве, товаровед на овощной базе. Два года назад дачный дом под Лукарском построил, машину новую недавно взял. Он рассказывал, а Марина слушала. И не сразу заметила, что машина едет по шоссе по направлению к Москве. Лукарск остался в стороне.

– И куда мы едем?

– В Москву. Ты же хотела в ресторан. А какой ресторан в этом занюханном городишке! А Москва – это цивилизация.

Патриотических чувств к Лукарску Марина не испытывала. Поэтому пренебрежительная интонация Максима ее нисколько не задела. Зато вдохновили восторженные отзывы о Москве.

Трасса была свободной, скорость у «шестерки» отменная, так что не прошло и часа, как машина выехала на освещенную московскую улицу. А там и ресторан. Большой светлый зал, много людей, музыка гремит, официантки в белых передничках бегают.

Максим не скупердяйничал. Заказал фирменное блюдо, осетрину, красную икру в вазочке, коньяк, шампанское. Марина попросила сигарету, так он через официанта с особой наценкой купил дамские «Phillip Morris». Круто.

Надо сказать, что Марина впервые оказалась в ресторане. Пивные забегаловки, куда она пару раз заглядывала с отцом, не в счет. Но как бы то ни было, держалась она с таким видом, как будто была ресторанным завсегдатаем. В меру развязные, непринужденные манеры. Глаза веселые, но на губах снисходительная улыбка. Дескать, понимает, что не в самом лучшем кабаке оказалась. Типа видали и получше...

Ей нравилось, что мужчины на нее заглядываются. Ей нравилась атмосфера праздника и сдержанной вседозволенности. Хочешь, кури, хочешь, пей, никто на тебя косо не посмотрит.

– Марина, если не секрет, сколько тебе лет? – спросил Максим.

Сама интуиция подсказала ей, что вопрос этот задан неспроста. Есть такая статья – совращение малолетних. И если Максима интересует ее возраст, значит, он что-то задумал. Впрочем, это было ясно и так. Марина не маленькая девочка, она прекрасно знает, зачем мужчины водят малознакомых женщин в ресторан. Сначала ужин, а затем постель.

– Восемнадцать, – не моргнув глазом, соврала она.

Не очень-то она хотела лезть в постель к этому самодовольному болвану, но ей приятно было осознавать, что ее хотят.

– А что, не похоже? – раскрепощенно-удивленно спросила она.

Отвечать на этот вопрос он не стал.

– А парень у тебя есть?

– Ну а как же! В армии служит. Через год вернется, поженимся.

– Не устала ждать?

– Нет. Способ у меня один есть, чтобы не устать. Жду, жду, а когда чувствую, что невмоготу, развлекаться еду. Сегодня вот с тобой развлекаюсь.

– Тогда давай выпьем! Чтобы отдых удался!

– За такое грех не выпить!

Марина осушила свой бокал до дна. Настроение взобралось на самую вершину радужной дуги... Ресторан – это круто. Ресторан – это кайф. А музыка какая!

Девчонки любят марафет, но жить не могут без конфет...

Чешуя. Марафет – это наркотики. А Марина их не признавала. И «конфеты» ее не прельщали. Так что заблуждается лабух.

 
Мурка, ты мой Муреночек,
Мурка, ты мой котеночек...
 

Марина весело посмотрела на Максима.

– А знаешь, почему Мурку Муркой зовут?

– Почему?

– А потому что она как та кошка, которая гуляет сама по себе. Кстати, меня тоже Муркой зовут. Папка меня так называл. В шутку. Но я Мурка не шуточная.

– Гуляешь сама по себе?

– Ты на редкость догадлив. Давай выпьем за твою сообразительность!

– А может, лучше за Мурку выпьем?

– Нет! Мурка – страшный и опасный зверь. А я сейчас хочу быть мягкой, ласковой кошечкой.

– Да, но тогда я знаю одно место, где живет такой же мягкий и ласковый котик! Поехали, я отвезу!

– Не надо торопиться, милый. Мне здесь так нравится. Обожди еще чуть-чуть. Давай лучше потанцуем!

– С превеликим удовольствием!

– Это здорово, когда удовольствие превеликое! – с намеком на крупные обстоятельства хихикнула Марина.

Максим не церемонился. В танце так облапил ее, что у нее дыхание сперло. И руки очень быстро сползли с талии на несколько запретных сантиметров ниже. Но Марина не сопротивлялась. Ей нравилось чувствовать себя в жадных мужских объятиях.

В конце концов она сочла, что ужин затянулся. Хватило одного намека, чтобы Максим подозвал к себе официанта и велел подать счет.

Он повез ее к себе на дачу. Под хмельными парами время летело незаметно. Но тем не менее Марина не прозевала момент, когда машина оказалась в районе выселок, где она жила. Она была пьяной, но головы не теряла.

– Тормози, дорогой, мы уже приехали, – сказала она.

– А как же дача?

– Давай завтра. Сегодня уже поздно. Мама заругает.

– Но мы же договаривались.

– Да, но забыли печать поставить. А без печати, сам понимаешь, договор недействителен. Тем более если роспись поставила несовершеннолетняя девушка. Тебе нужны проблемы, дорогой?

Максим остановил машину. Недовольно посмотрел на нее.

– Ну ты и штучка!

– Ты абсолютно прав, я – штучный вариант. Таких больше нигде не выпускают. Да ты не расстраивайся, дорогой!

Марина подалась к нему, нежно обвила рукой за шею и коснулась языком мочки уха. И тут же быстро отстранилась от него.

– Поехали, покажу, где я живу. Завтра после четырех заедешь за мной. Поедем к тебе на дачу.

Многообещающий взгляд подействовал на Максима как бальзам на душу. Он успокоился и, полный радужных надежд, подвез Марину к самому дому.

Только надежды его не оправдаются. Марина поедет к нему завтра на дачу. Природа, речка, шашлыки, шампанское. Разве можно от этого отказаться? А постель пролетает как фанера над Парижем. Мурка не расплачивается за удовольствие своим телом. А если Максим будет настаивать, то Мурка покажет ему свои коготки. В сумочке у нее изящная «лисичка» – выкидной нож, подарок отца. Острый, как бритва. И опасный, как ядовитый зуб змеи...



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Поделиться ссылкой на выделенное