Владимир Колычев.

Отпусти браткам грехи

(страница 3 из 23)

скачать книгу бесплатно

Ничего особенного, баба как баба. Чересчур короткая, похожая на тифозную стрижка, блеклое лицо без всякого намека на косметику, ссутулившаяся, кое-как одетая. Вдобавок еще и немолодая… Словом, старобытная серая мышь.

Одно только могло привлечь к ней внимание. Большие красивые глаза с надломленными верхними веками. Живые глаза… У Инги такие глаза…

«У Инги?!»

Гарик застыл как вкопанный, развернулся, нагнал уже прошедших мимо женщин. Успел махнуть рукой назад, прогоняя застопорившегося было Степу.

– Инга?!

Женщина остановилась.

– Инга, – кивнула она. И тут же поправилась: – Инга Олеговна.

Да, это была она, его Инга. Но нужно было напрячь воображение, чтобы разглядеть в ней ту ошеломляющую ночную фурию, в обличье которой он ее знал. А это самая обыкновенная рабоче-крестьянская баба. Ну, относительно симпатичная, ну, чуточку посвежей, чем женщины ее возраста, но такая же придавленная беспросветной жизнью…

– Не звучит, – с озадаченным видом мотнул головой Гарик.

– Что не звучит? – недоуменно повела она бровью.

– Инга Олеговна не звучит… Инга лучше.

– В каком смысле лучше?

– Во всех.

Так вдруг захотелось спросить, как она докатилась до такой жизни.

– Что, не нравлюсь? – насмешливо спросила она.

К ней подошла дочь. Юная девушка с большими глазами на вытянутом книзу и узком лице. Худая, нескладная, даже несуразная. Темно-русые волосы стянуты в нелепые хвостики по бокам. Мешковатое платье до пят с огромным карманом посредине… Чудо в перьях.

– Марина, постой там немного. – Инга махнула в сторону проходной, отсылая дочку.

Прежде чем отойти, девчонка стрельнула в Гарика неприязненным взглядом.

– Егоза, – с нежностью улыбнулась ей вслед мать.

– А ты на работу? – спросил он.

– Да, во вторую смену.

– А дочку зачем с собой взяла?

– Оставить не с кем.

– Оставляй с нами… Мы сегодня до полуночи в гараже торчать будем. Колесо на машине отлетело, да и еще много чего…

Багги нуждался в капитальной подтяжке креплений узлов и агрегатов. И с колесом не просто будет сладить… Но до полуночи Гарик собирался закончить работу. Друзья уйдут, а он останется с Мариной. Потом появится Инга, заберет дочь, отведет домой, чтобы уложить ее спать, а самой из дневной лягушки превратиться в ночную царевну. День сегодня жаркий, ночь будет теплая, они поедут к реке, накупаются, а потом… На этот раз он точно не облажается…

– Не надо, – покачала головой Инга.

– Почему? Не доверяешь?

– Да нет, не в том дело, – замялась она.

– А в чем?

– В том, что я дура… Нет, не сейчас, тогда, ну ты помнишь…

– Да нет, это я дурак…

– Погоди, не перебивай, – недовольно поморщилась она. – И вообще, лучше помолчи… Не должна была тогда так себя вести. Мне вообще пить нельзя, а я сдуру… Одним словом, ничего между нами не было.

– Так я и не говорю, что было. А надо, чтобы было…

– Ты не понял.

Не было и ничего не будет. И быть не может…

– Почему?

– Сколько тебе лет?

– Восемнадцать в июле будет.

– Восемнадцать. Будет. А мне уже тридцать семь.

– Да ну! – изобразил удивление Гарик.

– Ой, ладно, не притворяйся, – безрадостно усмехнулась Инга. – Ты же видишь, что я старая. На лице у тебя написано… Да и у меня тоже… Ты даже не узнал меня сейчас.

– Почему не узнал? Узнал. Просто заморочился после гонок. Да, кстати, можешь поздравить меня. Я победил!

– Поздравляю… Станешь знаменитым гонщиком. У тебя еще все впереди… Это у меня все позади…

– Не прибедняйся, тебе это не идет.

– Мне самой лучше знать, что идет мне, а что нет, – сурово отрезала Инга. – Давай договоримся: ты не знаешь меня, а я не знаю тебя…

– Я думал…

– Не надо ничего думать. Прощай.

Она резко повернулась к нему спиной и поспешила к заскучавшей дочке. Дурацкая стрижка, поджатые плечи, сутулая спина, тяжелая походка… Гарик с недоуменным видом почесал затылок. Не так уж она и хороша, чтобы добиваться ее расположения. Не хочет – не надо. Он и помоложе себе найдет…

Машину поставили в гараж, работа заладилась, и уже к восьми часам вечера колесо стояло на месте. Осталось только сделать подтяжку.

– Давай завтра, – первым не выдержал Степа.

– В натуре, такой фурор, а мы еще трезвые, – тут же поддержал его Тема.

– Ну, газолина возьмем и на скачки! – вдохновленно кивнул Миха.

Гарик в раздумье пожал плечами. Действительно, почему бы не выпить. Но стоит ли на танцы идти, вот в чем вопрос.

– На скачки, на скачки! – настаивал Степа. – А то «новые» решат, что мы замохали!

– Митек будет, Жора, Юрик своих подтянет, – спрогнозировал Тема. – Стремно будет, если без нас начнут…

Против таких аргументов Гарик был бессилен…

На танцы собирались, как на войну. Цепи, кастеты, ножи. Это с каратистами можно было драться без железа, а с «новыми» без него все равно что на медведя со связанными руками выходить.

Парк меж двух оврагов – разрушенные тротуары, загаженные скамейки, останки карусели. Одноэтажный клуб – обшарпанный, с пыльными стеклами и просевшей шиферной крышей. За ним танцплощадка, обнесенная высоким забором из сетки-рабицы. Пьяные диск-жокеи, загнанная в грохочущие колонки Сиси Кэч, настороженные стайки танцующих девиц. Парни стоят или сидят, курят, грызут семечки, поглядывая на чужую половину круга. Но пока враждующие стороны в клетке, драка маловероятна. Разве что кто-то затронет кого-то, вспыхнет ссора, последует цепная реакция. Но если «старые» и «новые» собрались по разные стороны вне танцплощадки, значит, уже точно что-то затевается, значит, будет жарко, если вдруг не наскочат полицаи…

Дискотека в самом разгаре. Гарик, Митек, Юрик, Жора, за ними толпа. И «новые» собрали своих. Напряжение нарастает, но пока еще нет искры, которая приведет к взрыву. «Новые» проиграли автогонку, им и начинать, но Жук не спешит, выжидает.

А музыка гремит, а девушки танцуют…

– Смотри, какая краля! – Степа толкнул Гарика в плечо, показал на симпатичную девчонку с маленьким бюстом, но крупным задом.

– И что?

– Да так…

Им сейчас не до баб. Вот-вот начнется…

– Смотри!.. – снова встрепенулся Степа.

Но Гарик даже не повернул голову в сторону, куда он показывал рукой. Зато сам он увидел девчонку, которая показалась ему знакомой. Совсем еще девочка… Это была Марина, дочь Инги. Ее-то сюда каким ветром занесло? Рядом с ней такая же малолетка. Ритка из дома, где она жила вместе с матерью.

Волосы у Марины распущены, губы накрашены, вместо дурацкого платья нарядная блузка и джинсы, из которых она уже выросла. Впрочем, с босоножками на голую ступню они смотрелись очень даже ничего… Сейчас она выглядела получше, чем днем, но несуразность в ее облике осталась. Эти чересчур большие глаза, эта бухенвальдская худоба и неуклюжая нескладность. К тому же танцевала Марина не очень. Ноги у нее сами по себе слишком длинные, и каблук непомерно высокий, не удивительно, что девчонка споткнулась.

Пытаясь удержать равновесие, она случайно толкнула модную блондинку с химической завивкой. Казалось бы, что здесь такого, но пострадавшая девица не снесла оскорбления, толкнула Марину в ответ, впихнув тем самым в свой круг. Девчонка не удержалась на ногах и упала бы, если бы ее в свою очередь не толкнула подруга блондинки…

Ритка испугалась, попятилась к выходу. А кроме нее, и некому было заступиться за Марину. А блондинка со своими подругами вошла в раж. Девчонку бы и дальше пинали как мяч по кругу, если бы не Гарик.

Тротуарная дорожка, ведущая к воротам танцплощадки, была своего рода разделительной линией между враждующими группировками. Рвани к ней Гарик, «новые» бы устремились к нему, началась бы заварушка, виновником которой могли бы признать его. Он поступил проще: перепрыгнул через высокий, но уже хорошо изученный забор, спрыгнул на пустующую скамейку, подскочил к блондинке, одной рукой оттолкнул ее, а другой поймал падающую на него Марину.

– Ты что творишь, сука?

Блондинка была из «новых», и ей не стоило объяснять, кто такой Гарик. С женщинами он, как правило, не воевал, но сейчас вполне мог влепить ей пощечину. Она это поняла, поэтому, что-то жалко пролепетав себе под нос, ретировалась.

Но цепная реакция уже началась.

– Наших бьют!

Враждующие толпы с ревом надвинулись одна на другую, пространство вдоль тротуарной дорожки вмиг превратилось в поле боя. И только в клетке относительно спокойно, но вывести Марину оттуда Гарик не мог. И оставить ее в одиночестве тоже нельзя, мало ли что у бешеной блондинки на уме.

Он не растерялся, затащил девчонку на эстраду, взял за грудки «нейтрального» диск-жокея.

– Если с ней что-то случится, убью!

Парень испуганно закивал.

– И включай хеви-метал! – устремившись к воротам, на ходу бросил он.

Диск-жокей сменил пластинку. Динамики взрыдали под напором «Адских колоколов».

Неистовство AC/DC перекинулось не только на Гарика, но и на толпу, из которой вывалились два молодчика. Оттолкнув контролершу на входе в клетку, они ринулись на него. У одного железный прут, у другого – обрезок трубы. Но и Гарик уже намотал на руку звонкую собачью цепь.

Он не занимался в секции бокса, не участвовал в спортивных спаррингах каратистов, не знал, чем отличается вольная борьба от классической. Его стихией была уличная драка. Здесь было все: и бокс, и карате, и борьба. Грубая, жестокая и совершенно лишенная всякого изящества смесь…

«Новых» было двое, но у Гарика было преимущество перед ними. Мандраж не мешал ему соображать, не тормозил движения. А противник побаивался его, в их натиске не хватало уверенности. Пока первый парень замахивался прутом, Гарик успел хлестнуть его цепью по лицу. Звон металла, всплеск рассекаемой плоти, хруст сломанных зубов.

Под обрезок трубы Гарик подставил руку. Она была защищена намотанной на нее курткой, но все равно было больно. Зато у противника открыто лицо… Он не видел, как парень валится с ног, размазывая по щекам кровь из сломанного носа. Он шел вперед, вгрызался в толпу. Его друзья и соратники должны видеть его, чувствовать его локоть…

Гарик едва устоял на ногах, когда кто-то из толпы перетянул его цепью по шее. Ответил и сокрушил обидчика. Сердце учащенно забилось, когда в руках очередного ненавистника мелькнул нож. Это уже чересчур; видно, градус побоища достиг точки кипения. Если так дальше пойдет, без трупов не обойтись. Нож он выбил цепью, но самого наглеца достать не смог: хлипкая трель милицейского звонка стала для того поводом, чтобы задать стрекача. Его примеру последовали другие, но схватка все равно продолжалась. И только два пистолетных выстрела окончательно разогнали толпу.

Гарик отбросил цепь, вытер кровь с лица. Он никого не трогал, он здесь совершенно случайно… Но ментов нигде не было. Только один человек идет к нему. Капитан Шишов. В форме, с портупеей. Один на льдине… Если братва сейчас поймет, что тревога почти что ложная, его могут смешать с грязью, еще и пистолет отберут…

Шишов был не совсем один. Он шел широким шагом, а за ним семенила Инга. Уж не за дочкой ли пришла?

– Серегин, что здесь такое? – осмотревшись, грозно спросил капитан.

– А что, шел мимо, смотрю, толпа…

– Ну и кому ты врешь?

– Марина где? – чуть ли не умоляюще глянула на него Инга.

– Так из-за нее все и началось…

– Ну ты совсем оборзел! – еще больше возмутился Шишов.

– Да нет, из-за Марины все…

– Из-за нее, из-за нее! – поддакнул появившийся Тема. – Ее мочалы из нового пинать стали, а Гарик вступился…

– Ты не тренди, ты за ней сходи, – подтолкнул его Гарик. – На эстраде она.

Но Марина уже сама бежала к матери.

А толпа за спиной Гарика все сгущалась. И разбежавшиеся было «новые» снова собираются. Один полицай в поле не воин, его всего лишь побаиваются, и сильная искра может воспламенить потушенный, но еще тлеющий костер.

– Вы бы, товарищ капитан, шли отсюда, – посоветовал Шишову Гарик. – Неспокойно здесь…

– Уведешь своих – уйду! – огрызнулся участковый.

– А ты кто такой, чтобы командовать? – угрожающе пробасил Косой.

– Жора, не надо! – попридержал его Гарик. – Это нормальный мент…

– Во-первых, я не мент! – вскинулся капитан. – А во-вторых…

Инга не дала ему договорить. Одной рукой она прижимала к себе насмерть перепуганную дочь, а другой дергала участкового за рукав.

– Пойдем отсюда. Пойдем!

Наконец-то до Шишова дошло, что ему здесь не место.

– Ну ладно! – С декларативной бравадой он сунул пистолет в кобуру, застегнул ее.

И только тогда ушел, увлекая за собой Ингу и Марину.

Как и ожидал Гарик, драка вспыхнула снова, но до ножей дело не дошло. Вой милицейских сирен сбил накал, а сами фараоны разогнали толпу. На этот раз Гарик не стал испытывать на прочность свою выдержку и ретировался вместе со всеми.

Глава 4

Гарик с шиком подъехал к дому. С гусиным шипением стравился воздух из тормозной системы, машина остановилась, плавно покачнувшись на рессорах. Наконец-то у него есть «свой» грузовик. Не новый, но вполне приличный «ЗиЛ» с фургоном для перевозки мебели.

Теперь он работает на автобазе на полную ставку, и не слесарем, а водителем. Сначала ему исполнилось восемнадцать лет, затем состоялся приказ о переводе на новую должность, и только через два месяца после этого он получил машину. Осень на дворе, бабье лето уже на исходе, холодать начинает. Но не так страшны грядущие дожди, как осенний приказ о призыве на воинскую службу. Степу забреют, Миху, и останется Гарик без них. Его в армию не берут, плоскостопие у него, на «белый билет» это пока не тянет, но есть отсрочка на время лечения. Но только дурак в призывном возрасте от такого диагноза избавиться может.

Гарик выпрыгнул из машины, в охотку потянулся. Настроение хоть куда. Скоро на межобластные соревнования поедет, глядишь, заметят, на республиканское первенство пригласят. А это уже уровень…

Домой он на пару минут заскочил, сестра просила отвезти ее с Даниилкой в поликлинику. Сейчас она выйдет, и они поедут… Но из подъезда вышла Инга. Короткое изящное каре, помолодевшее и посвежевшее лицо, накрашенные глаза и губы. Шелковый платок вокруг длинной шеи, плечи расправленные, грудь вперед. Модное шерстяное платье крепового цвета, облегающее, длиной повыше колена. Элегантная сумочка, полусапожки на каблуке. Мажорная одухотворенность во взгляде, походка легкая, грациозная… Она выглядела еще краше, чем тогда, в ночь их первой встречи.

Она жила в доме неподалеку, но за последние три месяца Гарик видел ее всего несколько раз. Невзрачная и потухшая, серая рабочая лошадка. Но вот Инга снова расцвела, и не ночным, а более пышным дневным цветом.

– Привет! – оторопело поздоровался с ней Гарик. – Ты что, переехала?

– Нет, у подруги была, – ответила она сухо и даже неприязненно.

– А что за парад?

Она даже попыталась обойти его, чтобы продолжить путь, но Гарик пресек попытку.

– Тебе какая разница?

– Большая. Нам бы встретиться, поговорить по-людски…

– Знаю, о чем ты хочешь поговорить, – занозисто усмехнулась она. – Поверь, я в эти игры не играю… Я замуж выхожу.

– Замуж?!.. За кого?

– А ты не знаешь?

– Нет.

– Правильно, потому что не замечаешь меня. Не видишь, как я живу…

– Да, но я почти здесь не бываю…

Это походило на правду. Еще в июле мать продала гараж, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Гарик со своим багги окончательно перебрался в мастерские автоклуба, там и пропадал в свободное от работы время. Но ведь все-таки он бывал дома, иногда видел «серую» Ингу. Видел, но не реагировал на нее… Зато возбудился сейчас, когда она снова превратилась в жар-птицу.

– Бываешь. Но не замечаешь, – поджав губы, она мотнула головой.

– Замечаю.

– Да, но я тебе не нужна. И это хорошо.

– Нужна.

– Найди себе хорошую девушку, мой тебе совет.

– Не хочу. С тобой хочу.

– Это не ты говоришь. Это белок в тебе играет. А мне состоявшийся мужчина нужен… Извини…

Гарик увидел выходящую из подъезда Настю и не стал удерживать Ингу. Она пошла к своему дому, а он стоял, глядя ей вслед. Красивая баба. Как можно такую упустить?

Он помог Насте сесть в машину, сам забрался на свое место.

– Ты чего на Ингу заглядываешься? – с интересом спросила сестра.

– Ты ее знаешь?

– Здрасте. Она же с Ольгой в паркетном цеху работает… К ней домой иногда заходит, и я там бываю, чай пьем, сплетничаем…

– И я ничего не знаю.

– А что ты должен знать?

– Что она про меня говорит?

– Кто, Ольга?

– При чем здесь Ольга? Инга!

– Ничего. А что она про тебя может говорить?

– Ну, – замялся Гарик. – Мало ли что.

– Ах, ну да, ты же у нас первый парень на деревне!.. А она красивая, да. Вроде бы невзрачная, но если распушит перья… А распушилась, потому что замуж выходит.

– За кого?

– За нашего участкового. За Шишова.

Гарик ничего не сказал, но так сильно сжал баранку руля, что побелели костяшки пальцев.

Может, и права была Инга, может, белок в нем играет. В любом случае, любви нет… Но ведь она ему нравится, он хочет закончить однажды начатое. А Шишов, подлый полицай, обошел его на повороте. Разве ж такое прощается?…

* * *

Пашка Жук, Ленька Чук, с ними еще пацаны из нового микрорайона. Идут цепью, в руке у Пашки монтировка. А он один, его друзья еще не подошли…

– Здорово, Гарик!

Пашка первым подал ему руку, за ним Ленька, Серега, Макс… Вражда между районами не прекратилась, нет-нет иногда вспыхивали драки на дискотеке, на пустырях, но Гарик этим больше не страдал, и Пашке с Ленькой надоело кулаками махать. У них теперь одна команда – автоспортивная. Соперничество, конечно, осталось, но выяснение отношений происходит исключительно на треке. А когда против другой команды соревнуются, так идут вперед одним строем, плечом к плечу. Гарик помнит, как однажды у него сломался багги, а Пашка остался на ходу. Так он изорался на радостях, когда тот пришел к финишу первым.

Спасибо дяде Косте. Сумел он сплотить уличных и к тому же враждующих пацанов в крепкую команду. И дело свое вывел на новый уровень. Эпоха мелкой кустарщины прошла, теперь машины строились в мастерской клуба, а моторы и все остальное поступало сюда не со свалки, а из Тольяттинского автозавода. Это уже были настоящие багги, скоростные, мощные, высокого уровня. На таких и за границей можно побеждать… И Гарик будет побеждать. Ведь его не забирают в армию, в его карьере не будет простоя. А пилот он хороший; сам дядя Костя говорит, что у него талант…

– Что ты там соображаешь? – спросил Пашка, с интересом глядя на разобранную коробку передач.

– Да так, шестерня шалит…

На самом деле Гарик совершенствовал свой аппарат. Один умный человек объяснил ему, как можно переключать скорости, не выжимая сцепления. Оказывается, такое возможно, но необходимо было поставить специальный ограничитель, чтобы двигатель не перекрутило… Надо будет, он поделится этим секретом с Пашкой, но уже после того, как испытает его на себе. А то ведь и облажаться можно…

– А мы покатаемся чуток, – сказал Пашка. – Пока Костяныча нет…

– Кстати, а где он?

Гарику нужно было уточнить пару моментов у тренера, но его не было с утра. Вечер уже, стемнело, а его все нет и нет.

– Как где? На свадьбе гуляет.

– У кого?

– Ну это, у Шишова…

Шишова в клубе знали хорошо. Валерий Семенович сдружился с дядей Костей, но вовсе не для того, чтобы самому затем участвовать в соревнованиях. Хотя против того, чтобы проехать разок-другой по кругу, он никогда не возражал. Он пытался через спорт воздействовать на «старых» и «новых». И надо сказать, он много сделал для того, чтобы враги стали друзьями, по крайней мере, в масштабе клуба. В принципе, он был классным мужиком и нравился всем, в том числе и Гарику. Но…

– А он женится, да? – насупился Гарик.

– Ну да, – удивленно посмотрел на него Пашка.

– И я ничего не знаю…

– Так у нас гульба идет, в нашем районе, в столовке столы накрыты. Машины были, с ленточками, все такое. Сам видел… А тебе знать зачем?

– Да надо…

Он не знал, что у Шишова сегодня свадьба, зато был в курсе, на ком он женится. Инга замуж выходит. Инга… Она уже в годах, ей нужно устраивать свою жизнь. Но Гарик почему-то думал, что любит она его, а не Шишова. И она ему нравится. К тому же справедливость не восстановлена, ведь он так и не закончил начатое…

Паша и Ленька забрали свои машины, уехали. А потом появились Степа, Тема и Миха. С добычей. Трехлитровая банка пива и бутылка водки.

– Это, Костяныча сегодня не будет, – осторожно сказал Степа. – А нам с Михой через неделю в армию…

Он знал, что Гарик может разозлиться. Спиртное в мастерской – все равно что женщина в багги… Но сейчас ему остро хотелось выпить.

Пиво с водкой под курево и без закуски… Гарик захмелел. И даже не стал возражать, когда Степа сел в машину и отправился за самогоном. Приговорили еще литр на четверых. А первач крепкий, градусов шестьдесят. Гарик осилил и это, но набрался изрядно.

Но голова все же соображала, и с ног не валило. Зато отказали тормоза. Степан снова собрался повторить заход на самогонную точку, но Гарик вытолкал его из машины, сам сел за руль.

Ночь, темнота, тряская дорога… Асфальт, огни высотных домов. Фонари перед широким приземистым крыльцом общепитовской столовой. Машины, нарядные люди, в здании играет музыка. Свадьба.

Гарик был в спецовке, лицо и шея в мазуте, но на него никто не косился – как будто так и надо. Свадьба в самом разгаре, народ простой, и все навеселе… Большой зал, столы по кругу. Казенной водки уже нет, но разбавленный спирт и самогон льются рекой. Люди поют и пляшут. Эх-ух-опа!

Гарик сел на край стола, сдвинув с лавки какую-то толстую девку.

– О! Гарик! Привет!

Это была Тонька. В праздничном платье, но как всегда под рыбным запашком… Гарик молча потянулся к бутылке, но Тонька его опередила.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное