Владимир Колычев.

Мои грехи, моя расплата

(страница 4 из 21)

скачать книгу бесплатно

– Ну, Ларка само собой, а что?

– Верность хранишь?

– А это уже не твое дело, – огрызнулся Ефим.

– Ну, это как сказать, – покачал головой Болек. – Я должен знать, что у тебя на душе творится… Спишь с Ларкой, спи, я как бы и не против, – с каким-то непонятным напряжением в голосе сказал он. – Но если какие-то тараканы в голове, лучше сразу скажи…

– Какие тараканы?

– Да такие… Ты что-то там про Дану говорил. Красивая девка, не вопрос. Если влюбился, так и скажи…

– Ты не замполит, – покачал головой Ефим. – Ты клещ энцефалитный… Ты мне в мозг через уши не лезь, не надо. Я со своими бабами как-нибудь сам разберусь…

– С бабами? – въедливо посмотрел на него Болек. – Значит, все-таки Дана…

– Достал… И вообще, спать уже давно пора. Дело сделали, домой надо ехать…

– В город едем, а по домам – нет, – мотнул головой Гуревич. – На рынок поедем.

В кафе на рынке нашлось несколько матрацев. Ефим так хотел спать, что ни о каком белье даже не помышлял… Сегодня на голом матраце в кафе, а завтра, возможно, придется коротать ночь на жестких нарах в камере предварительного заключения, закрывая глаза, подумал он. И прежде чем заснуть, успел сравнить тюрьму с могилой. Уж лучше неволя, чем смерть. А еще лучше жить на свободе, не думая о том, что завтрашний день может стать последним…

Глава 7

Вчера город заливало дождем, сегодня – лучами разыгравшегося солнца. Небо высокое, синева сочная, еще не выгоревшая, в легкой туманной дымке. Ни тучки, ни ветерка. В такую погоду мысли о возможной гибели казались чем-то диким, противоестественным. Да и в тюрьму садиться не хотелось. Но, увы, Ефим из игры выйти не мог, оставалась только надежда на везение. Авось пронесет…

На стрелку с «речными» Телегин ехал лично. С ним два десятка бойцов, и среди них Ефим. Он молча грустил, Заз спокойно крутил баранку, а вот Болек был взбудоражен.

– Телегин говорил, что в городе шухер был. «Речные» вчера в «Юбилейном» гуляли, что-то там с кем-то не поделили, драка была, менты подъехали, всех повязали…

– А кого конкретно? – спросил Заз.

– Не знаю… Да и не в том дело. И даже не в том, что менты наглеют. А в том, что они силу почувствовали. Потому и в «Юбилейный» сунуться не побоялись. Ждут они чего-то, потому и нагнали толпу. А чего ждут?

– Чего?

– Нас ждут… Неспроста все эти движения. Как бы лиха не вышло…

Из города машины выходили порознь, но на девятом километре Свердловского шоссе собрались в колонну и двинулись к озеру.

– А может, и не будет никаких ментов, – продолжал нагнетать страсти Болек. – Постреляют нас «речные» на подходе…

– Если страшно, так и скажи, – поддел его Ефим.

– Когда будет страшно, тогда и скажу. А пока только опасения… На душе неспокойно…

Плохое предчувствие было не только у него, и уж лучше бы оно обмануло. Но на полпути к озеру колонна из пяти машин напоролась на засаду. И это были менты…

Их было много, и действовали они грамотно.

Подпилив дерево, свалили его перед головной машиной, перегородив дорогу. А вторая сосна отсекла путь отступления. Ефим не мог слышать, как зашумели кусты и затрещали ветки, но увидел одетых в камуфляж омоновцев, которые неслись к их машине.

Менты не стреляли, но в остальном действовали жестко. Сильные руки выдернули Ефима из машины, ткнули носом в дорожную пыль. Затем ему пересчитали ребра – сначала ногами, со зла, затем руками, в поисках запретных предметов.

– Пустой! Нет ничего! – разочарованно сказал кто-то.

– В машине что?

– Тоже ничего…

– Стволы, наркота?

– Да нет же ничего!

– Давай в автобус всех!

Ефиму приходилось ездить в автобусе, но никогда еще он не путешествовал в нем в качестве ковровой дорожки. После долгого и болезненного пути к машине он оказался на полу между сиденьями, вповалку с ним оказались и все остальные. В том числе и Телегин. Болек попробовал было возмутиться, но грузный омоновец молча сел ему на голову, и тот замолчал.

Их «сгрузили» во внутреннем дворе городского УВД, где в подвальном этаже здания находился тюремный изолятор. И прежде чем развести по камерам, дали возможность немного отдышаться. Вряд ли это было сделано из благих побуждений, скорее всего, произошла какая-то заминка, но так или иначе Ефим смог перевести дух. Особенно счастлив был Болек, который после общения с омоновским задом больше всех нуждался в свежем воздухе. Дышал он жадно, но при этом его трудно было назвать растерянным и подавленным. Он хорохорился и здесь.

– Как настроение? – воспользовавшись моментом, спросил он у Ефима.

Ему действительно интересно было знать, в каком состоянии духа он находится. Похоже, он не особо верил в его моральную устойчивость.

– Лучше, чем у тебя, – ехидно усмехнулся Ефим.

– Смотри, менты прессовать будут, не расколись.

Ефим с достоинством промолчал; дескать, и сам прекрасно знает, как ему вести себя на допросе.

Омоновцы получили приказ и снова взялись за братву. Парней уводили по три-четыре человека, и вскоре на площадке остался только один Ефим.

– А с этим что делать? – кивком показав на него, спросил милицейский майор в фуражке с красным околышем. – Мест больше нет.

– Утрясем и утрамбуем…

Ефим и не надеялся на комфортные условия, и ничего бы не сказал, если б его бросили в переполненную камеру к своим. Но его швырнули в тюремное помещение к арестантам из враждебного рода-племени. Он обомлел, увидев перед собой физиономию Макара. На нарах, рядом с ним, сидели внушительного вида парни, одного из которых Ефим видел возле кладбища в толпе «речных».

– Опля! «Телега» к нам заехала! – удивленно распахнув глаза, рыкнул Макар.

– Твою оглоблю сейчас выдернем и свою вставим! – угрожающе осклабился его дружок, кряжистого вида парень с огромной нижней челюстью.

Никто не подсказывал Ефиму, какой тактики ему нужно придерживаться; сам догадался, что нужно идти в наступление. Будешь обороняться или отступать, сначала заклюют, а потом и затопчут. Терпеливых молчунов и уж тем более обиженных нигде не жалуют. Уж лучше в атаке погибнуть…

– Твоя работа? – надвинувшись на Макара, озлобленно спросил он.

– Чего? – возмущенно и вместе с тем изумленно взвыл он. – Ты на кого наезжаешь, чмо?

– Я видел, ты с Демидом вчера был! – Ефим упорно гнул свое. – Вы нас на озеро звали! Знали, что там нас менты примут!.. Сначала под айзеров подставили, потом под ментов. Знаешь, как это называется?

Макар стоял напротив него, слушал, злобно играя желваками. А когда Ефим закончил, еще ближе подступил к нему, зловонно дыхнул в лицо перегаром.

– Все сказал?.. А теперь слушай сюда, козел! Мне по…, что ты там про нас думаешь! Ты никто, понял! И зовут тебя никак!

– А чего ж я тебя на Плешивой поляне не видел? Сошлись бы, посмотрели бы, кто есть кто!

– Ты кто вообще такой? – скривился Макар.

– Ну вот, уже спрашиваешь, а то никак… Ефим я, Болотов, и с Телегиным я, а не с тобой…

– А нам такие чухи, как ты, и не нужны!

– Баклан ты!

– Что?

Макар ударил головой, но Ефим предвидел это, поэтому подставил под удар свой лоб. Как будто чугунное каменоломное ядро на голову опустилось, боль сотрясла сознание, в глазах потемнело, в ушах затрещало – настолько мощным был удар. Но досталось и Макару.

– О-е! – простонал он.

То ли боль была такой свирепой, то ли он потерял способность держаться на ногах, но так или иначе Макар опустился на корточки, охватив голову руками. Ефим бы мог воспользоваться моментом, ударить врага коленкой в лицо, но делать этого не стал. Глупо это, не бить лежачего, тем более в таком положении, в котором он сейчас находился. Но как бы то ни было…

На помощь Макару пришли его друзья. Сначала усадили его на нары, а затем взялись за Ефима. От одного удара он увернулся, второй отбил, а третий – локтем в голову – сбил его с ног. И дальше никаких правил: трое против одного. Ногами в лицо, в живот, по спине…

Ефим уже терял сознание, а может, и жизнь, когда открылась дверь и кто-то крикнул:

– Макаров!.. Комаров!.. Файзиев!.. Прахов!.. На выход, с вещами!

Ефим остался лежать на полу, а его обидчики один за другими покидали камеру. И когда она опустела, никто из ментов не зашел, чтобы помочь Ефиму подняться. Он сам нашел в себе силы встать на ноги, но тут же завалился на нары, чувствуя, как боль скручивает его внутренности.

За ним пришли только через несколько часов, поздно вечером. К этому времени он худо-бедно пришел в себя и до помещения, где ждал его фотограф, дошел на своих двоих. Его сняли в профиль и анфас, взяли отпечатки пальцев и только затем повели в кабинет, где им занялись сразу три опера.

– Фамилия? – жестко и агрессивно спросил один, белобрысый парень с хомячьим лицом.

– Болотов.

– Что это с тобой, Болотов? – спросил другой, худосочный интеллигентной внешности мужчина с приторно-мягким взглядом вероломного искусителя.

Он посмотрел на синяк под его глазом.

– А бить не надо было, – сказал Ефим, облизнув разбитую губу и тронув опухшую от удара скулу.

– Кто тебя бил?

– А при задержании.

– Врешь! Это тебя «речные» отделали, – проговорился третий оперативник, колхозного вида детина с простодушным лицом.

– Так вы нарочно меня к ним бросили? Я жаловаться буду.

– Кому ты жаловаться будешь? – потрясенно уставился на него белобрысый.

– Кому-кому, прокурору, конечно же… Ехал с друзьями на машине, налетели какие-то люди в масках, избили, бросили в тюрьму, еще и там досталось…

– Это еще не тюрьма, Болотов. Это только начало!

– Начало чего?

– Получишь срок, тогда узнаешь.

– За что срок?

– За бандитизм!

– А что я сделал?

– Не надо прикидываться невинной овцой, Болотов. Ты состоишь в банде Телегина и сам прекрасно это знаешь.

– Телегина знаю, а банду нет. Он меня до армии тренировал и сейчас тренирует…

– А ты что, служил, Болотов? – участливо и даже с каким-то восхищением спросил опер-интеллигент.

– Ну да, в мотострелках, два года.

– И звание есть?

– Да, старший сержант.

– Давно уволился?

– Да нет, в прошлом месяце, в мае…

– И уже в банде… Быстро же ты.

– Не понимаю, о чем вы говорите.

– Ты ваньку не валяй, не надо. Ты лучше умных людей послушай. Я понимаю, красивой жизни тебе, парень, захотелось, чтобы все в шоколаде… А не будет никакой красивой жизни, убьют тебя не сегодня завтра и похоронят – хорошо, если на кладбище, а то как собаку какую-нибудь зароют где-нибудь под забором… Не будет красивой жизни, Болотов. Не будет!.. Предъявить мы тебе ничего не можем, потому что не было при тебе оружия. Можно было бы подбросить наркотики, но мы люди честные, играем по правилам… Мы тебя отпустим, Болотов. Но что дальше? Рано или поздно тебя убьют. Тебе это нужно?

– Нет, – искренне ответил Ефим.

Оперативник говорил правду, резал по больному месту, и он завороженно слушал его.

– Ты еще молодой, у тебя вся жизнь впереди, а ты глупостями занимаешься. Учиться тебе надо, работать, женишься, семью заведешь, как человек жить будешь… Иди к нам в милицию работать! Год в патрульно-постовой службе, потом школа милиции, выучишься, офицером станешь… Ты же не уголовник, Болотов, и все, что с тобой сейчас происходит, всего лишь ошибка молодости. Ошибка, которую можно исправить… Ну, так что?

– Да я не против, – пожал плечами Ефим.

Перспектива служить в милиции его совсем не впечатляла, но уж лучше носить погоны, чем бандитскую кожанку. И если погибнуть при исполнении, то хотя бы во имя чего-то светлого…

– Ну, так в чем же дело? – обрадовался оперативник. – Оформим тебя на службу, будешь старшим сержантом патрульно-постовой службы. А не понравится в милиции, через год мы тебе направление в гражданский институт дадим, поступишь вне конкурса, на бюджетное отделение, бесплатно учиться можно…

– А что, так тоже можно.

– Ну, конечно… В общем, так, Болотов, считай, что ты уже принят на службу. Ты в наших рядах, парень, ты с нами заодно. Поэтому как свой своим скажи, где твои бывшие друзья спрятали оружие. Доносить не надо, просто скажи…

– Что сказать?

– Где оружие, скажи.

– Какое оружие? Не знаю ничего…

Не зря Ефим заподозрил интеллигентного оперативника в коварстве. Красивую песню он ему спел, мягкую паутину сплел. А скажи ему, где спрятано оружие, будущий сержант милиции Болотов превратится в настоящего заключенного. Уголовное дело, тюрьма, срок и этап на зону. И вдобавок – презрение или даже проклятие от дружков-товарищей.

– Ну, было у вас оружие. Вы же не просто так к озеру ехали…

Интеллигентный оперативник не спешил менять притворную милость на искренний гнев. И это навело Ефима на мысль о собственной игре.

– Нет, не просто так, – покачал он головой.

– С кем вы там хотели встретиться?

– Ну, сказали, что нас там «речные» ждут. Зачем, не знаю…

– Что еще сказали?

– Ну, что милиции бояться не надо… Мы же свои люди, да?

– Конечно, свои! – фальшиво согласился оперативник.

– Тогда между нами не должно быть никаких секретов… Это же «речные» нас продали, да?

– Они… Они вас продали… По-вашему – это беспредел. Но у вас беспредел сплошь и рядом. Братьями друг друга зовете, а на деле кто вы? Каины вы, вот вы кто. Убиваете друг друга, предаете… Где оружие?

– Не было никакого оружия, – покачал головой Ефим.

– Врешь!

– Я же вам говорю, что мы знали про милицию! Какой дурак оружие с собой возьмет?..

– А… вы его с собой не брали, вы его у озера спрятали. Чтобы потом на месте взять.

– Не знаю, может быть. Мое дело маленькое, что скажут, то и делаю…

– И что ты делаешь?

– К службе в милиции готовлюсь…

– Да ты издеваешься, Болотов! – не выдержал белобрысый.

И так ударил кулаком по столу, что зазвенели стекла в книжном шкафу.

– А если честно, в прокуратуру собираюсь жаловаться. Нет у вас на меня ничего. Через трое суток выпустите. А избивали меня крепко, за три дня следы не сойдут. Сначала экспертиза, потом прокуратура…

– Значит, жаловаться? – свирепо посмотрел на него белобрысый.

– Да.

– В прокуратуру?

– Да.

– А если мы тебя отпустим? – спросил интеллигентный. – Вот возьмем и прямо сейчас отпустим…

– Тогда не буду.

– Ну что ж, тогда пошли…

Он провел Ефима через дежурную часть, помог получить обратно документы и личные вещи, вывел во внутренний двор.

– Ну что ж, Болотов, спасибо тебе! – громко сказал он. – Ты очень здорово нам помог! Желаю удачи!

Он взял его за правую руку и резко вложил в нее свою ладонь. Со стороны это смотрелось как рукопожатие. Ефим вырвал руку и лихорадочно глянул по сторонам. Вроде никто из своих не видит.

– Ничего я вам не помогал! И жаловаться буду!

Но мужчина лишь посмеивался, глядя на него.

– Иди, Болотов! – так же громко сказал он. – И помни, мы всегда рядом! И всегда тебе поможем!.. Михайлов, помоги человеку выйти за ворота, а то ему у нас очень понравилось…

Стоявший у дверей сержант с автоматом повиновался незамедлительно.

– Пошел! – грозно пробасил он.

Ефим не стал испытывать судьбу и поспешно ретировался.

Глава 8

Было еще светло, когда Ефим оказался за воротами ГУВД. Он пребывал в таком замешательстве, что ничего перед собой не видел. И едва не наскочил на девушку, которая шла ему навстречу.

– Молодой человек! – предостерегающе и возмущенно прозвучал ее голос.

Ефим остановился как вкопанный, ошеломленно глядя на нее.

– Дана?!

В это невозможно было поверить, но перед ним стояла первая красавица города, а может, и всего мира. Да он и не верил. Возможно, от сильного удара по голове у него вышла из строя часть полушария, отвечающая за реальность возникающей в глазах картинки. Если так, то Дана всего лишь видение, райский мираж.

– Вы меня знаете? – удивленно спросила она.

– Ну как же! Помнишь, в поезде, мы из Москвы ехали. Я в форме тогда был… Ты с Макаром ехала…

– Да, кажется, припоминаю.

Она смотрела на него как на досадную помеху на своем пути. Хотя, казалось бы, как можно было помешать видению, для которого не существует материальных препятствий.

Дана действительно была миражом, потому что в реальности она не могла выглядеть так смело и нескромно. Белая шелковая кофта не отличалась прозрачностью, но на девушке не было бюстгальтера, и было заметно, как под тонкой тканью темнеют соски ее не самого большого, но, несомненно, прекрасного бюста. И эти лосины на ее чудных ногах, которые были открыты чуть ли не по всей длине. Туфли на высоченном каблуке… Могла ли Дана позволить себе это наяву? Скорее всего, нет…

– Извините, мне можно пройти? – как будто даже немного виновато спросила она.

– К Макару? – догадался он.

– Почему к Макару? Его зовут Лев, а Макаров – это всего лишь фамилия…

– Ну да, Макаров – с вещами на выход.

– Что это значит?

– Выпустили его. Давно уже, часа четыре назад… Он уже в баньке, наверное, парится…

Вспомнив о сегодняшнем обещании Болека, Ефим едва сдержался, чтобы не сказать о банных девочках.

– А вы, я вижу, вещи ему принесли…

Трудно было представить невесомую красавицу с тяжелой ношей. Сумка с вещами была хоть и небольшая, но у Даны в руке смотрелась нелепо. К тому же такие девушки, как она, должны ездить на машине, а она пешком… Ефим в замешательстве взъерошил волосы. И надо было Макару ударить его по голове до фантомных видений перед глазами.

– Да, вещи, – кивнула Дана. – Он просил, я принесла, мне нужно их передать…

– Нет его в изоляторе, отпустили…

– Почему я должна вам верить?

– Прошу!

Ефим посторонился, пропуская ее. Дана недоуменно пожала плечами и пошла к воротам. То ли девушка, то ли видение… Что, если первое? Ведь Макар не привиделся ему, и Ефима били по-настоящему. Если Макар побывал в изоляторе, то и Дана могла его навестить.

Ждать пришлось недолго. Девушка вышла из ворот, на ее губах – мягкая умиротворенная улыбка. Она убедилась, что Макара выпустили, и это ее радовало. Ефим во все глаза смотрел на нее, а она, казалось, его не замечала.

Возможно, и не заметила, если бы он не встал у нее на пути.

– Ну что, я был прав? – спросил он, с трудом и не очень удачно изображая непринужденность.

– Вы до сих пор здесь?

– Почему «вы»? Можно «ты». Меня Ефим зовут…

– Дана, – с легким, но все же заметным раздражением в голосе и только из вежливости представилась девушка.

Ей не нравилось, что Ефим преграждает ей путь, но и конфликтовать с ним она не решалась. Времена смутные, мало ли у кого что на уме.

– Я знаю, – сказал он.

И замер в ожидании встречного вопроса. Но Дану нисколько не волновало, откуда он мог узнать ее имя.

– Мне нужно домой, – сказала она.

– У тебя сумка тяжелая, я бы помог.

Он потянул руку к ее сумке, почти уверенный в том, что получит отказ. Но девушка позволила забрать у нее ношу. И даже сказала «спасибо».

– Я тебя провожу? – спросил он, вдохновленный первым успехом.

– Не надо, – не очень категорично покачала она головой.

– А как же сумка? Без меня она за тобой не пойдет…

– Да, наверное… Ты можешь проводить меня до такси.

Ефим поймал для нее машину, помог сесть. Она подвинулась на заднем сиденье в глубь салона, и Ефим решил, что это своего рода приглашение с ее стороны. Впрочем, он бы и без того поехал вместе с ней.

Он сел в машину рядом с Даной, захлопнул дверь и услышал удивленное:

– Ты со мной?

– Ты же место освободила.

– Это для сумки, не для тебя.

– Но я не мог тебя оставить…

С каждой минутой, проведенной рядом с ней, Ефим становился все уверенней в себе, в своих действиях.

– Я же просила – до такси, – возмущенно, но без упрека сказала она.

– Это не такси, это бомбила, – улыбнулся Ефим и взглядом показал на водителя. – Ты посмотри на этого типа! Ты знаешь, что у него на уме? И я не знаю. Может, он тебя ограбить хочет…

Мужчина за рулем дернулся, услышав это. И даже остановил машину, чтобы вплотную заняться наглецом.

– Ты, парень, что-то сказал? – возмущенно и с угрозой спросил он.

Короткие курчавые волосы, узкое, но сильно вытянутое книзу лицо, нос картошкой, кожа темная, хищный желтозубый оскал. Но Ефим знал, как поступать с такими типами.

– Я не понял, тебе что, слово давали? Ты чего в чужие разговоры лезешь? Может, выйдем, поговорим, а?!

Выходить водитель не захотел. И высаживать Ефима побоялся. Признав его силу, повернулся к нему спиной и повел машину дальше.

– А ты грозный, – с восхищением, как показалось ему, заметила Дана.

– Жизнь такая.

– Какая такая?

Она с интересом смотрела на Ефима, как будто только сейчас увидела в нем мужчину.

– Естественный отбор, выживает сильнейший…

– Лев тоже так говорит.

– Лев… – скривился Ефим. – Твой Лев – бандит!

Эта фраза прозвучала так хлестко, что Дана вздрогнула. Посмотрела на него с неуверенным протестом.

– Это неправда.

– Правда… Не знаю, что он там тебе говорит, но это правда… И я бандит… Пытаюсь убедить себя в том, что это не так, а сам знаю, что бандит. И драться приходилось, и стрелять, и даже убивать…

– Зачем ты это мне говоришь? – ошеломленно смотрела на него Дана.

– Затем, что Лев твой – зло… И я зло… Но еще можно все исправить…

– Что исправить?

– Себя… Мне все это надоело, я хочу выйти…

– Выходи, – сказала она, кивком головы показав на дверь.

– Ты не поняла, я хочу выйти из дела…

– Мне зачем это знать? – спросила Дана, чуть ли не умоляюще глядя на него.

– Затем, что все это из-за тебя!

– Из-за меня? – оторопело спросила она.

– Да, из-за тебя. – Ефиму не нужно было собираться духом, чтобы решиться на новое, более фе-еричное откровение. – Тогда, в поезде, я влюбился в тебя… Как будто в голове что-то замкнуло… Макар появился, с тобой был, братва вас встречала. Я должен был тебя отбить, а у меня друзья в бригаде, я к ним… В общем, теперь я тоже при деле, как твой Макар. Только он с Демидом, а я с Телегиным…

– Ты должен меня отбить? – спросила Дана, настороженно глядя на него.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Поделиться ссылкой на выделенное