Владимир Колычев.

Игра на грани фола

(страница 3 из 32)

скачать книгу бесплатно

Глеб закипел от возмущения. Он хотел сдержаться, но не смог.

– Ты, морда, смотри, как бы самого на лыжу не натянули! – взорвался он.

Громила Давыд аж подпрыгнул от удивления.

В его глазах Глеб был полным ничтожеством. Он даже не замечал его и вел себя так, будто, кроме Алики, никого не было. И тут на тебе – угроза в его адрес, да еще от какой-то козявки.

Он и сейчас смотрел на Глеба как на жалкое недоразумение, которое легко устраняется одним щелчком пальца.

– Кто-то что-то вякнул? – спросил Давыд.

Презрительная улыбка по диагонали перечеркнула его лицо.

– Вякаешь ты, а я говорю.

Глеб отлично знал, чем закончится эта словесная перепалка. Тут не тот случай, когда можно разойтись мирно.

– Что ты сказал? – опасно приблизился к нему Давыд.

– В уши долбишься, говорю, потому ничего и не слышишь...

Последнее слово Глеб договаривал в движении.

Давыд попытался боднуть его головой, но Глеб легко раскусил его и так же легко вышел из-под удара. Давыд пробил головой пустоту, потерял равновесие и лбом врезался в стену.

Но этот ляп не вывел его из игры. Только еще больше разозлил. Он мячиком отскочил от стены, лицом развернулся к Глебу. Глаза мутные от нахлынувшей крови, на губах пена, руки уже переключены в режим молотилки. А молоты у него будь здоров. Не хотел бы Глеб попасть под его кулак.

А он и не попал. Приседая на правую ногу, он вовремя нырнул под выставленную вперед руку и кулаком протаранил Давыду пах. А там кнопка, которая остановила его молотилку.

Давыд взвыл от боли, схватился за отбитое место. Глеб воспользовался паузой и оказался у него за спиной. Нагнулся, ухватился руками за щиколотки и резко дернул их на себя. В этот рывок он вложил всю свою силу. Ноги Давыда пошли вверх, а голова в крутом пике устремилась к земле. Он не успел выставить вперед руки и носом врезался в кафельный пол.

После такого удара трудно подняться. Но Давыд довольно прытко встал с пола и снова ринулся на Глеба. Сейчас он хотел боднуть его в живот, но при этом слишком низко нагнул голову, а вместе с ней и шею. Глеб опять сумел отскочить в сторону, подставить «быку» подножку.

Давыд потерял равновесие и в свободном падении снова рухнул на пол. Глеб упал на него и с силой рубанул его локтем по затылку. Только так он смог остановить эту живую машину.

Глеб поднялся на ноги, огляделся по сторонам. Но Алики нигде не было. Удрала.

Зато вместо нее объявились сразу два мордоворота. Дружки Давыда. Они без предисловий набросились на Глеба.

Они уступали Давыду в силе. Но их было двое, и били они одновременно.

Глеб смог увернуться от первых ударов. А молотьба продолжалась, и его лицо все-таки попало под жернова. Но и его мельница работала исправно.

Он держал удары, крепко бил в ответ. И в конечном итоге мог бы взять верх. Но в игру вступил Давыд. Он уже поднимается, сейчас будет брать Глеба на абордаж.

Глеб мог бы попасть под танк, но в самый последний момент появился наряд милиции.

Как обычно в таких случаях, никто не стал выяснять, кто прав, а кто виноват.

Мощный удар дубиной по спине сбил Глеба с ног, сильная рука прижала голову к полу. Досталось и Давыду с его дружками.

Всех четверых доставили в отделение. Был бы номер, если бы Глеба закрыли в одной клетке с его врагами. Но менты не стали подличать и развели их по разным камерам.

Всю ночь его не трогали, а утром отвели к следователю. Лет тридцать мужику. Маленький, щуплый, но важный. Сам Наполеон рядом с ним – никто.

Какое-то время он изучал паспорт Глеба. Затем отложил его в сторону. Закурил, набрал в легкие побольше дыма, выпустил струю в потолок. Снова затянулся.

Наконец он соизволил обратить свой взор на Глеба. Самодовольство лезло из всех щелей.

– Драться любим?

– Не любим. Приходится... За девушку заступился.

– Ах, мы за девушку заступились!

Глеба раздражал этот клоун. Но делать нечего, придется терпеть его ужимки.

– Ну да, заступился. А что, нельзя?

– Заступаться можно. А вот драться нельзя... В общем, крепко вы влипли, гражданин Орлов. Статья сто двенадцатая – умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, до пяти лет лишения свободы...

– Не понял, это кому я так навредил?

– Гражданину Давыдову.

– А, Давыд который... Так ведь он первый начал.

– Не знаю, не знаю... Из его показаний следует, что первыми начали вы. И его товарищи могут это подтвердить.

– Какие товарищи? Не было никого. Товарищи потом появились... Не, бляха-муха, меня втроем били, а я виноват...

– Кто кого бил, это еще нужно выяснить.

– Ну так выясняйте.

– И выясняю... Хотя... – следователь нарочно затянул паузу, как будто хотел подчеркнуть важность этого момента. – Хотя лично я склонен винить во всем вас.

– Это еще почему? – возмутился Глеб.

– Ну, во-первых, вы были пьяны. Во-вторых, вы не из нашего города. А в-третьих... В-третьих, из-за вас я потерял пятьдесят рублей. Вы удивлены?

– Признаться, да.

– Я тоже... Я тоже был удивлен, когда «Спутник» проиграл «Штурму». Вы, лично вы, Орлов, сломали нам игру. А я ставил на «Спутник»... Пятьдесят рублей – это, конечно, не такая уж большая сумма. Но все-таки, согласитесь, неприятно их потерять...

Оказывается, этот следователь – любитель футбола. Сейчас он улыбнется Глебу, для порядка шутливо пригрозит. Затем улыбнется еще шире и уважительно пожмет ему руку в знак признания. Футбол – это серьезно, но не настолько же, чтобы из-за небольшого огорчения на этой почве сажать человека за решетку.

Но следователь почему-то не спешил жать Глебу руку. И смотрел на него как на врага народа. Да он чокнутый!

Следователь набросил на лицо маску беспристрастности, заполнил шапку протокола допроса и сурово посмотрел на Глеба.

– Итак, начнем! – объявил он.

На этом все и закончилось.

В кабинет вошел милицейский полковник, за ним показались Савицкий и Кормильцев – два главных тренера «Штурма» и «Спутника».

Полковник еще не успел открыть рот, но Глеб уже понял, что спасен.

Так оно и оказалось. На него даже не стали заводить дело и выпустили из-под стражи подчистую. И все благодаря Валерию Кормильцеву, тренеру «Спутника». Он был на короткой ноге с начальником городской милиции, и ему ничего не стоило выручить Глеба из беды.

– Михалыча вот благодари, – показал он на Савицкого. – Такую волну вчера поднял.

– Бурцев рассказал, в какую историю ты вляпался, – сказал Михалыч. – Что, на подвиги потянуло?

– Ага, на подвиги, – кивнул Глеб. – Праздник души, так сказать. По случаю выхода из первой лиги... Фьють! Все ниже, и ниже, и ниже...

Михалыч промолчал. Нечем ему было крыть. И на благие обещания его не тянуло. Знал он, что «Штурм» команда второй лиги и не выше.

– Ничего, бывает и хуже, – сказал Кормильцев.

Ему-то хорошо, он на белом коне. Его команда в высшей лиге. И задачи перед ней поставлены достаточно серьезные – занять в следующем году место не ниже седьмого-восьмого.

– Бывает и хуже, – согласился Глеб. – Но реже...

– Из-за Алики подрался?

– Ну да... А вы ее знаете?

– Да слышал. Город у нас небольшой, сам понимаешь, все как на ладони. А потом, я знаком с ее родителями... Нет, Алика – девчонка неплохая, просто везет ей на всяких уродов...

– Это вы про Давыда?

– И про Давыда тоже... Ты хоть знаешь, кто такой Давыд?

– Урод, сами же сказали.

– Довольно известная личность. С криминальным уклоном... Но я не думаю, что дело дойдет до серьезного конфликта. Если вдруг что, с ним поговорят серьезные люди и он успокоится...

– Вы собираетесь разговаривать насчет меня? – удивился Глеб. – Зачем?

– А хочу, чтобы ты с Аликой поближе познакомился. Шучу. А может, и нет... Мы тут с Сергей Михалычем покумекали и решили, что тебе не место во второй лиге. Сгниешь ведь.

– Сгнию, – с замиранием сердца кивнул Глеб.

Неужели Кормильцев хочет взять его к себе?

– А ты игрок перспективный. Тебе вперед двигаться надо... Ты сейчас домой поезжай. А потом возвращайся. Если, конечно, захочешь...

– Возвращаться как? На смотрины?

– Зачем на смотрины? Ты себя и без того показал. Не скажу, что я в восторге, но твой хет-трик определенно заслуживает внимания... Конечно, смотреть я тебя буду. У нас на межсезонье большие планы. Если все нормально, играющим форвардом будешь, нет – на скамейку запасных пока сядешь. А там я тебя в люди выведу. Или в Спортлото играть отправлю...

– Какое Спортлото? – не понял Глеб.

– А узнаешь. Как будешь поражать ворота с результатом шесть из сорока восьми, так и узнаешь...

Да, с такими результатами можно оставаться в спорте только за прилавком киоска «Спортлото». Но это место Глеба не устраивает. Его ждет большой футбол.

3

«Спутник» приобрел права на Глеба за кругленькую сумму. С финансовой точки зрения, он был достаточно ценным приобретением для команды. Но тем не менее в аэропорту его никто не встречал. Добирайся до Равенска как хочешь.

Впрочем, Глеб не унывал. С деньгами у него порядок, а нанять такси – не проблема.

Но до стоянки такси он не дошел. Словно из-под земли перед ним вырос Давыд. Он как бык стоял посреди дороги и пропускать его не собирался.

Глебу стало немного не по себе. Но страха не было. Только досада – Давыда ему сейчас только и не хватало.

– Может, подвинешься? – угрожающе спросил он.

– А че, и подвинусь, – неожиданно легко согласился Давыд.

Он и в самом деле сошел с места, расчистил ему путь. Глеб прошел мимо него.

– Эй, погоди, – донеслось уже сзади.

Глеб остановился, повернулся к Давыду.

– Что такое?

– Разговор есть...

– Ты за этим сюда приехал?

– Да нет в принципе. Я это, маманю провожал. А тут это, смотрю, ты... Короче, раз такое дело, побазарить надо...

– Ну давай, зови своих дружков, побазарим.

– А, ты про Сливу с Митьком. Так их нет. Я один... Слышь, ты че, думаешь, я разбираться с тобой буду? Не-а, не буду. Если б я хотел с тобой разобраться, я бы тебя втихую шлепнул. Шутка...

В каждой шутке есть доля правды. Этот Давыд натуральный бандит. Кормильцев говорил, что он из группировки, которая держит весь Равенск. И если он очень захочет, может пустить Глеба в распыл. Но, судя по всему, он этого не хочет. Нет угрозы в его взгляде, и голос звучит вполне миролюбиво. Может, притворяется. Кому-кому, а бандитам верить нельзя.

– Это, был бы ты чмошником, – продолжал Давыд, – я бы к тебе и не подошел. А ты нормальный пацан. Мне с тобой не западло базарить... А то, что у нас непонятки были, так это чешуя. Разобрались же... Короче, у нас не Сочи. Холодно уже. Давай ко мне в тачку. Я тебя с ветерком...

– Да нет, я как-нибудь сам.

У Глеба не было никакого желания садиться в машину к этому мордовороту. Это все равно что по своей воле лезть в пасть к дьяволу.

– Эй, я не понял, ты че, боишься?

– Я?! Боюсь?!. Да нет, не боюсь... Просто...

– Что просто? – с насмешкой спросил Давыд.

– Да нет, ничего... Ты один?

– Один.

– Тогда поехали.

Давыд провоцировал его, а Глеб поддался на провокацию. Он сам понимал это, но ничего не мог с собой поделать. Не хотел прослыть трусом в глазах этого бандюка. Не хотел, и все тут.

Видно, среди братвы Давыд котировался недостаточно высоко. Под ним не было крутого «шестисотого» «мерса» или мощного, навороченного джипа. Самый обыкновенный «жигуль» девяносто девятой модели. Тачка новенькая, титановые диски, всякие такие навороты. Чувствовалось, что хозяин холит и лелеет свою машину.

Давыд сел за руль, Глеб устроился рядом, но прежде он украдкой бросил взгляд назад – не прячется ли кто за спинкой его сиденья. Всяко может быть.

– Тут это, папа наш насчет тебя вставлял, – уже в пути сказал Давыд. Он сосредоточенно следил за дорогой и слегка кривил губы. – Типа, чтобы я тебя не цеплял... Так я и без того бы тебя не тронул. Я ж не гниль какая-то подзаборная, чтобы казнить кого-то за свои же косяки... Я ж тогда сам фигню упорол. Под бухом был, да. И это, на Алику был злой. Ну и это, пургу понес, да... А ты молоток, за дело на меня наехал. Уважаю... Давай, что ли, забудем старое?

– Ну, забудем, – пожал плечами Глеб.

– А вот с Аликой... Тут беда такая. Девчонка она классная. Только блажит много. Типа, певицей хочет стать, чтобы большая сцена, то да се. Я ее, конечно, понимаю... В общем, она тут с одним козлом недавно познакомилась. Он ее по самое темечко лапшой загрузил. То да се, пятое-десятое, короче, типа, продюсер он. Ну и, типа, на сцену протащить ее может. Ну, Алика лапшу схавала, ну, и это... Короче, целую неделю у него на даче жила, ну ты понял, да? А он ей потом пинка под зад...

– Ты из-за этого на нее разозлился?

– Ну, в принципе да... А че, я к ней так и этак, а она мне – пошел ты, типа, да. А козлу тому дала...

– Так на козла и нужно было наезжать.

– Ну, так это само собой. Я с ним конкретно побазарил... Не знаю, будут у него дети или нет... Я бы ему башку скрутил, да папа не велит. У нас же не какая-то беспредельная команда. У нас все чисто по понятиям... А это, слышь, ты в «Спутнике» будешь играть, да?

– Ну, вроде должен.

– А это, ты три раза в наши ворота засадил, да?.. Ты молоток, в натуре. Уважаю... Это, если вдруг какие проблемы, ты сразу ко мне двигай, это, чем смогу, тем помогу...

Интеллектом Давыд не блистал. Говорил сбивчиво, на блатном растяге, жаргонные слова мозолили уши. Но при этом он не производил впечатления полного идиота. Простодушным его не назовешь, но слова его шли от души. Он не навязывал Глебу свою дружбу, но и враждовать с ним не собирался.

Хорошо, если так будет на самом деле. Глебу вовсе не хотелось оказаться в любовном треугольнике, как в случае с Катрин и Демьяном.

Он любил Катрин, а Демьян его за это преследовал, пытался убить. И для Катрин он также устроил веселую жизнь.

И тут может случиться точно такая же история. Глебу нужна Алика, но ему может помешать Давыд. И такая может получиться петрушка...

– Это, ты, наверное, про Алику думаешь? – догадался Давыд.

– Ну думаю, – не стал скрывать Глеб.

Надо сразу расставить все точки над «и».

– А я не думаю... Достала она меня своей тупо... Это, короче, я себе тут такую киску надыбал. А с Аликой... Не, мне и без нее головной боли хватает... Это, хочешь, я тебя сейчас прямо к ней отвезу? Только это, не обижайся, если она нас обоих в одно нехорошее место пошлет. Лично я туда идти не собираюсь, не по понятиям это...

– Знаешь, мне тоже в тех местах не хотелось бы оказаться...

– Тогда плюнь ты на эту чокнутую. Хочешь, я тебя с одной телкой познакомлю? Мм, песня... Или Алика лучше?

– Не знаю.

– Да ладно тебе, не знаю. Вижу, что запал ты на нее. Ох и запарит она тебе мозги... Ну так че, к Алике едем или на базу?

– На базу.

С Аликой он как-нибудь сам разберется. А потом, он приехал в Равенск не для того, чтобы крутить амуры. Сейчас прежде всего он должен думать о своей карьере. Первым делом футбол, ну а девочки потом...

Тренировочная база «Спутника» находилась на южной окраине города, в пансионате «Сосновый бор».

Красота. Первозданная природа, река, свежий воздух с ароматом хвои. Сам пансионат огорожен белокаменным забором, на контрольно-пропускном пункте нешуточный охранник. Асфальтированные дороги и дорожки с выбеленными бордюрами, ухоженные газоны, аккуратные зимние домики для отдыхающих, двухэтажный административный корпус с модной черепичной крышей.

Футбольный клуб полностью оккупировал пансионат, поэтому отдыхающих здесь не было. Хотя, конечно, для тренеров, игроков и обслуживающего персонала команды отдых стоял не на последнем месте. Здесь были созданы все условия. Кафе с боулингом, бассейн, сауна, тренажерный зал.

Но все это частности. Центральное место на базе занимало футбольное поле. Стандартные размеры, идеально ровная поверхность, замечательное покрытие. Хоть прямо сейчас команду европейского класса принимай. Правда, болельщиков разместить будет негде ввиду отсутствия трибун.

Зато вместо болельщиков здесь присутствовал главный тренер. И принимать он собирался не «Реал» или «Ювентус», а доморощенного легионера из далекого города Гурьевска.

Кормильцев не стал выпускать Глеба на поле в первый же день. Дал ему возможность немного отдохнуть, прийти в себя. Бассейн, сауна, безалкогольное пиво в кафе при пансионате, комфортный одноместный номер. Но за пределы базы ни шагу.

Об Алике с Глебом ни слова. Видимо, Валерий Анатольевич старательно забыл о не таком уж давнем разговоре. Не было Алики. Она где-то там. А здесь – футбол и только футбол. В принципе все правильно...

Глеб думал о футболе. Но и с Аликой он был бы совсем не прочь встретиться. И... И еще у него было одно тайное желание. Катрин. Он хотел увидеться с ней. От Равенска до Москвы всего каких-то семнадцать километров. До Катрин рукой подать. Только не будет он тянуть к ней руки. У него своя жизнь. У нее своя...

Глава третья

1

Сегодня выходной – спать бы и спать. Но Лев проснулся чуть свет. Снова ему неймется, все норовит забраться в пещеру. Ненасытный...

Катрин хотела спать. Но куда денешься, если муж такой настырный. Тем более свой муж, а не чей-то чужой...

Сначала она всего лишь изображала страсть. Затем в самом деле завелась на все обороты. Когда Лев хотел, он мог быть превосходным любовником. А он хотел, он очень ее хотел. Да и она далеко не ледышка... Лев был на высоте. И Катрин уже на вершине горы Нирваны... Они вместе свалились в глубокую пропасть. Как чудесно парить вниз вместе, рука об руку. Восторг и наслаждение? Нет, этими словами не передать ту силу ярких чувств, которые она испытывала...

Катрин уже на дне пропасти, падает на мягкое теплое облако. Хорошо... И в это время в ушах зазвенел детский голос. Это Алешка. Он уже проснулся и зовет мать. Обычным слухом этот плач не уловишь. Но у Катрин развито материнское чутье. Она своего ребенка и за тридевять земель услышит.

Алешке всего четыре месяца. Это сын Льва. Старший Артемка – сын покойного Марка. Во всяком случае, все думают именно так. А на самом деле... А на самом деле пусть все будет как есть. Артемка – ребенок от первого ее мужа, Алешка – от второго. И не стоит лезть в прошлое, вытаскивать оттуда Глеба, который... Который... Что ж, себе-то можно признаться. В общем, и Алешка, и Артемка – они оба от него. Так уж получилось...

Было у отца три сына: двое умных, а третий – футболист... Глеб, он, конечно, не дурак. Но этот чертов футбол... Игра-то, может, и серьезная. Но у самого Глеба до сих пор детство в одном месте играет. Красивый парень, само искушение, но... Если выбирать между ним и Львом, она бы сто раз выбрала второго. Так она в свое время и поступила – выбрала второго. А Глеб остался первым...

Где он сейчас, этот первый номер? В чьи ворота забивает мячи? Конечно, грешно так думать, но иногда Катрин очень хотелось, чтобы он провел пару матчей в ее постели. Тьфу ты, нашла о чем думать. К ребенку бежать надо.

У Льва очень серьезный бизнес и весьма солидные доходы. У них трехэтажный дом в стиле «Лувр» в экологически чистом районе ближнего Подмосковья, охрана, обслуга и, конечно же, няня для детей. Но это вовсе не значит, что у них плохая мать. Она и сама принимает самое живое участие в их воспитании.

Катрин вскочила с постели, набросила халат.

– В душ? – лениво-разморенно спросил Лев.

– К Алешке!

Она не стала спрашивать, слышит ли он, как плачет ребенок, или нет. И так ясно, что не слышит. Если у него и развит внутренний слух, так только на деньги. Что ж, и это неплохо.

– Алешка, – блаженно протянул Лев.

Он очень любил сына. Своего сына... А Глеб всего лишь самец-производитель. У Катрин и язык никогда не повернется, чтобы назвать его отцом...

И Артемку Лев тоже очень любил, души в нем не чаял. Что ни говори, а муж у нее идеальный. Никакого сравнения с Глебом... Но почему ее часто тянет на такие сравнения?

Алешка и в самом деле плакал. Татьяна пыталась его успокоить – держала на руках и в плавном танце носилась с ним по комнате. Только так можно было успокоить Алешку. Танцором будет? А может, футболистом? Нет, только не это...

Катрин взяла малыша на руки, и он сразу успокоился. Нет, не будет он футболистом. Пусть растет маменькиным сыночком, она не против. Что тут такого, если он всегда будет при ней?

Она успокоила сына, сама покормила из бутылочки, поиграла с ним немного и вернулась к мужу.

Лев по-прежнему лежал в постели.

– Никуда сегодня не пойду, – заявил он. – Весь день так проваляюсь. И ты давай присоединяйся...

Катрин хотела бы на весь день завалиться в постель. Но, увы, она не могла этого себе позволить. Вряд ли по своей конституции она склонна к полноте. Но у нее два ребенка, это уже говорило о многом. Если она хочет сохранить фигуру, ей ни в коем случае нельзя расслабляться. Хочешь не хочешь, но два-три часа в день отдай домашнему тренажерному залу или фитнес-клубу, про косметический салон тоже забывать нельзя. Прическа, макияж, все такое прочее – без этого никуда. Даже после атомной бомбежки настоящая женщина должна быть свежей и красивой.

Плюс ко всему у нее работа. На износ она, конечно, не вкалывает, но тем не менее работа отнимает немало времени. Иногда возникают прямо-таки пожарно-авральные ситуации.

В прошлом году Катрин пыталась влиться в шоу-бизнес в качестве певицы. Голос у нее не такой уж плохой, во всяком случае, не хуже, чем у некоторых. Она могла позволить себе дорогих учителей, которые сумели бы поднять голос. Ей могли бы поставить вокал, она могла бы стать неплохой певицей. Не плохой, но заурядной. А посредственностей на сцене и без нее хоть отбавляй.

А потом у нее вдруг стал пропадать голос. Алешка рос в материнской утробе, развивался и забирал силу из голосовых связок. Не зря же он, когда родился, выдал такую арию – уши закладывало...



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Поделиться ссылкой на выделенное