Владимир Колычев.

Без суда и следствия

(страница 3 из 31)

скачать книгу бесплатно

– Какую версию? Может, все-таки поделитесь? А то все бродите вокруг да около...

Сомов интригующе задумался. Выдержал паузу.

– Ладно, скажу, – решился он наконец. – Только учтите, это информация конфиденциального характера...

– Учтем, – кивнул Смоляев.

– Видите ли, в чем дело, Виктор Николаевич обладал многими достоинствами. Но был у него и один недостаток. Он очень любил женщин...

Это называется – удивить козла капустой.

– У него была любовница. И далеко не одна, – с самым серьезным видом продолжал гендиректор. – Но это его частная жизнь, и нас она не касалась... Но у него были служебные, так сказать, романы. Вот это касалось нас напрямую. Скажу более, он имел секс с женщинами на рабочем месте...

– И что из этого следует? – откровенно заскучал Смоляев.

– А ничего не следует, – торжествующе улыбнулся Сомов. – Поэтому я и говорю, что эта версия не стоит и выеденного яйца...

– Постойте, какая версия? Олег Михайлович, вы же умный человек. И должны знать, чем отличается версия от фактов. Вы подали нам факт, спасибо вам за это. Но вы же обещали нам версию. Где она?

– Видите ли, в кабинете господина Проклова была установлена тайная видеокамера. Есть интересные записи...

– И чем же они интересны?

– Ну, я бы не сказал, что они очень интересные. Но кое-что в них просматривается. Видите ли, не все женщины отдавались Виктору добровольно. Нет, изнасилований как таковых не было. Но есть женщины, которым все это было по меньшей мере неприятно...

– Вы думаете, что кто-то из них мог отомстить Проклову? – насмешливо посмотрел на директора Смоляев.

– Вот видите, вы не воспринимаете эту версию всерьез. Поэтому и мы всерьез ее не рассматриваем.

Но ведь за рулем оранжевых «Жигулей» находилась женщина. Уж не одна ли из обиженных?

– Скажите, эти женщины в чем-то зависели от господина Проклова? – спросил Кирилл.

– Зависели, – нехотя признался Сомов. – Он имел право казнить и миловать – принимать на работу или увольнять. А вы сами должны понимать, что высокооплачиваемая работа в наше время – большая редкость. А даже рядовые сотрудники нашей фирмы получают от пятисот долларов и выше. Оксана... э-э... Оксана Скворцова работала в бухгалтерии. Там оклад повыше. Что-то около двух тысяч долларов...

– Оксана Скворцова, говорите... Проклов ее тоже принуждал?

– Да, принуждал... А потом уволил. Кажется, за профнепригодность...

– Поматросил и бросил, так это называется?..

– Нет, нет, это здесь ни при чем. Прежде всего Виктор ценил в женщинах профессиональные качества...

– А эта Скворцова не была профессиональной проституткой. Поэтому ее и уволили, так?

– Прошу не понимать меня превратно, – нахмурился Сомов. – Хотя... Хотя, если честно, в последнее время Виктор стал слетать с катушек. Я имел с ним серьезный разговор. Но выводов он не сделал. Скажу вам прямо, мы даже рассматривали вопрос о его увольнении...

– Даже так? И почему же не уволили?

– Видите ли, я за него заступился.

Как-никак, мы с Виктором вместе учились. И честно сказать, по молодости бегали за юбками – только держись.

– Но вы-то остепенились.

– Можно сказать, да... Но у Виктора до сих пор в одном месте играет... Я хотел сказать, играло... Извините, мне трудно говорить о Викторе в прошедшем времени. Поверьте, это тяжелая для меня утрата. И я очень хочу найти человека, который его убил...

– Тогда у нас общие цели.

– Да, да, конечно. Можете рассчитывать на мою поддержку. Чем можем, тем поможем...

– Мы могли бы просмотреть записи? – спросил Кирилл.

– Какие записи?

– Ну, как господин Проклов занимался сексом на рабочем месте.

– Разве существуют такие записи?..

– Ну вы же сами говорили...

– Ничего я не говорил.

Всем своим видом Сомов давал понять, что компроматом делиться не намерен.

– Может, вы скажете, кого именно совратил Проклов?

– Никого он не совращал. Не было ничего...

Он еще и дурака валяет.

– А Оксана Скворцова?

– Скворцова... Уволили Скворцову. За профнепригодность... А что у них было с Виктором, не знаю... Вы меня, конечно, извините, но я занятой человек. А ваше время вышло.

– Но мы не закончили разговор.

– Я же говорю, извините... Ничего не могу поделать. – Сомов нажал на клавишу интеркома. – К выезду все готово?

– Да, Олег Михайлович, – ответил мужской голос. – Все готово. Ждем вас.

– Выхожу.

Он поднялся со своего места, посмотрел на Кирилла с Юрой. Во взгляде удивление: «Как, вы еще здесь?»

– Извините, дела, – сухо сказал он. – Звоните. Возможно, я выберу для вас время...

С рубоповцами так мог разговаривать только уверенный в своей силе человек.

– А пока, если хотите, пообщайтесь с моим первым заместителем. Может, Александр Алексеевич вам чем-то поможет...

Александр Алексеевич не помог ничем. Ничего не знаю, ничего не ведаю, тары-бары растабары. Единственно, что они от него смогли добиться, – это вытянуть адрес Скворцовой Оксаны Сергеевны...

3

Эта роль давалась Кириллу нелегко. Само естество возмущалось против этого. Но раз уж взялся за гуж...

– Оксана Сергеевна, я представляю интересы компании «Мебель-Сигма», – еще раз повторил он. – Может, слышали о такой?

– Нет, – покачала головой Скворцова.

Она была молодой и довольно-таки красивой женщиной. Но жизненные невзгоды наложили на нее свой отпечаток. Нет, пришибленной жизнью ее не назовешь. Просто она выглядела чуточку старше своих лет.

– Зато мы наслышаны о компании «Дженерал Престиж», – сказал Кирилл.

Они разговаривали на маленькой кухоньке двухкомнатной «хрущевки». Стоило только Кириллу намекнуть, что он может помочь ей в трудоустройстве, как она тут же впустила его в дом. Глупая женщина. Или просто доведенная до отчаяния.

– Скажу вам более, мы конкурируем с этой фирмой. Рынки сбыта, то да се. Да что я вам объясняю, у вас экономическое образование. Сами должны все понимать...

– Да, я понимаю. Но про вашу компанию ничего не слышала.

– Странно, вы работали в бухгалтерии компании «Дженерал»...

– Откуда вы знаете, где я работала?

– Из очень компетентных источников. Из этих же источников нам известно, как подло с вами поступили...

– И как же со мной поступили?

– Вы меня, конечно, извините, – заелозил перед женщиной Кирилл. – Я не должен был вам этого говорить... И, наверное, не скажу, потому что не имею на это право...

– А я вам помогу, – горько усмехнулась она. – Меня фактически изнасиловал подонок Проклов. А потом подло уволил. Вы это хотели мне сказать?

– Да, именно это... Скажите, вы обращались в милицию?

– Нет.

– Почему?

– Я обращалась к адвокату. И он посоветовал мне не поднимать шум. Сказал, что статья сто тридцать третья – мертворожденная. К тому же нет возможности доказать, что Проклов понуждал меня к действиям сексуального характера... А вообще, вам-то какое до этого дело?

– Мы хотим, чтобы восторжествовала справедливость.

– Ой, только не надо лапши... Скажите, что хотите использовать меня против компании «Дженерал».

– Ну, допустим...

– Не «допустим», а так оно и есть. Думаете, я не поняла, зачем вы ко мне пожаловали. Сколько?..

– Что – сколько?

– Сколько вы готовы мне предложить за содействие? Или вы думаете, я буду помогать вам из чувства оскорбленной невинности? И не надейтесь...

– Вам так нужны деньги?

– А вы думаете, почему я терпела этого подонка Проклова? Из-за денег. Из-за них, проклятых!..

– Вы не хотите отомстить Проклову? – провоцировал женщину Кирилл.

– Если честно, я бы этого ублюдка своими бы руками придушила... Но мне сейчас не до него. У меня на руках больной муж. Мне его поднимать надо... В общем, давайте так: вы называете сумму, которую вы готовы мне заплатить, а я думаю, буду я выступать против Проклова или нет... Ну, чего вы молчите?

– А ваш муж сейчас где?

– В больнице. На процедурах. Он скоро будет... Но при чем здесь мой муж? Он ничего не знает. И знать ничего не должен!

– Он точно ничего не знает?

– Ничего. Предупреждаю, он ничего не должен знать!..

Оксана Скворцова напоминала сейчас нахохлившуюся курицу-несушку, защищающую свой выводок.

– Нет, нет, он ничего не узнает, – поспешил заверить ее Кирилл. – А насчет суммы денег я сказать вам ничего не могу. Надо обговорить все с начальством... – Он поднялся со своего места. И как бы невзначай спросил: – Скажите, а разве вы не знаете, что Проклова убили?

– Проклова убили? – сначала автоматически переспросила она. И только затем до нее дошел весь смысл сказанного. – Убили Проклова?!

Удивление неподдельное. Тут два варианта – или Скворцова ничего не знает, или она по природе своей талантливая актриса.

– Да. Заказное убийство...

– Так ему, скоту, и надо! – Это была первая эмоция, за которой последовала другая, противоположная. – Ой, что это я такое говорю? Нельзя так говорить...

Она испуганно смотрела на Кирилла. Она боялась его. Боялась, что он осудит ее, как человек человека.

– Ну почему же нельзя? Можно. Если он в самом деле был подонком... – подыграл он.

– Да я не знаю, был он подонком или нет. Ну, со мной-то он по-скотски обошелся. Но ведь это не повод, чтобы его убивать...

– А вы думаете, что его убили из-за вас?

– Ну что вы! Я-то здесь при чем!.. Просто подумала...

– О чем вы подумали?

– Я имела в виду не себя. А всех женщин, с которыми он был... Послушайте, а почему вы цепляетесь за слова?

– Оксана Сергеевна, вы меня, конечно, извините, что я действую незаконно. Дело в том, что заказные убийства – это очень серьезно. Их расследование требует особого подхода... В общем, я ввел вас в заблуждение. Нет никакой компании «Мебель-Сигма». Зато есть отдел по расследованию заказных убийств, который я представляю. Капитан Астафьев, любить и жаловать не прошу. А прошу извинить за то, что ввел вас в заблуждение...

Какое-то время Скворцова ошеломленно смотрела на него. Затем расслабилась, простецки махнула рукой:

– Да ладно, чего уж там. Думаете, я не понимаю? А что, Проклова в самом деле убили?

Она не играла, поэтому не фальшивила. А может, это все-таки игра?

– Да. Позавчера утром.

– А я... Я здесь при чем?.. Неужели вы думаете, что это я?

– Оксана Сергеевна, что вы так разволновались?

– Я знаю, знаю, вы подозреваете меня...

– Почему вы так думаете? – удивленно посмотрел на нее Кирилл.

Если она так разволновалась, значит, есть чего бояться. Значит, что-то нечисто.

– Почему? Да потому...

– Это не ответ.

– Сама знаю, что не ответ... Дело в том, что мой муж... Мой муж в прошлом состоял в бандитской группировке...

– Это интересно.

– Я не должна была вам это говорить, – сокрушенно продолжала Оксана. – Но я скажу. Чтобы сразу расставить все точки над «i»... А потом, вы и сами все узнаете...

– Логично.

– Я знаю, что рано или поздно вы во всем обвините Савелия!.. Только он ни в чем не виноват, так и знайте. Он Проклова не убивал!

– А кто убивал?

– Откуда я знаю?.. Я знаю только, что мы с Савелием здесь ни при чем.

– Вы спешите оправдаться.

– Вот именно, я спешу оправдаться. Чтобы вы не вздумали допрашивать Савелия. Он ни в коем случае не должен знать, что было между мной и Прокловым. Вы меня понимаете?

Все правильно, есть вещи, о которых мужу знать нельзя. В логике Оксане не откажешь... А если это изощренная логика? Что, если Оксана пытается выкрутиться?

– Я вас очень хорошо понимаю, – кивнул Кирилл. – Но и вы меня поймите. Мы занимаемся расследованием заказного убийства. И должны отработать все версии... Вы говорите, что у вашего мужа криминальное прошлое. Расскажите мне об этом...

О прошлом своего мужа Оксана знала мало, и все в общих чертах. Это естественно. Нужно быть полным идиотом, чтобы посвящать жену в подробности бандитских дел.

Заслуживало внимания то обстоятельство, что Савелий по своему желанию сошел с бандитской тропы. Как с ним после этого поступили – это уже частности. Хотя последствия этого безобразия он и его жена будут расхлебывать долго, возможно, до конца своих дней...

Кирилл верил Оксане. Но на заметку ее все же взял. Доверяй, но проверяй – непреложный принцип ментовской работы. Можно не доверять, но не проверять нельзя...

* * *

Юра Смоляев был чем-то взбудоражен. Глаза блестят, как у собаки, держащей в зубах сахарную кость.

– Знаешь, кто муж у нашей Оксаны? – спросил он у Кирилла.

– Знаю. Савва Скворец, в прошлом активный член группировки Коли Когалымского. Ныне бандит в отставке. К тому же больной человек. Постоянные головные боли. Как их там, гипертензивные...

– Ага, он сам как головная боль. Ты знаешь, чем он у Коли занимался? Похоже, заказными убийствами... Возможно, он профи по этой части, понял?

– Откуда такая информация?

– Ну, источник не очень надежный. Но выводы делать можно... Да ты сам подумай, этот скот Проклов трахал Оксану, трахал, а потом раз – и уволил. Представь, какой всплеск чувств. А дома муж. Что случилось, спрашивает. А она – так, мол, и так. И все, приговор Проклову подписан. Савва берет ствол – и на дело. Ну и жена с ним. Вспомни, кто был за рулем оранжевых «Жигулей»?

– В принципе все сходится. Только срастется ли?..

– Будем работать. Выясним... Надо брать разрешение на обыск.

– Обыскать квартиру Скворцова? И что это даст? Неужели ты надеешься найти ствол?

– А чем черт не шутит?.. А потом, что ты предлагаешь? Взять Скворцова в разработку, приставить к нему наружку? И что это даст? А ничего не даст. Он же ни с кем не связан. Он сам по себе. И Проклова уже забыл...

– Вопросов нет, разработка ничего не даст... Обыск так обыск...

К Скворцовым они нагрянули с ордером на обыск. Их встретила Оксана. Она смотрела на Кирилла без удивления, но с упреком. «Знала, что придете», – читалось в ее глазах. Она знала. И муж знал. Значит, ствол искать бесполезно.

Савва Скворец тоже был дома. Крепкий мужик, но вид у него болезненный. В глазах хроническое страдание. Это что ж за жизнь такая, когда голову рвут на части постоянные боли!

– Какие проблемы? – тихо спросил он. – Что вам надо?

– Вы находитесь в числе подозреваемых в убийстве гражданина Проклова, – не стал щадить его Смоляев.

Он пристально смотрел ему в глаза. Наблюдал за его реакцией.

– Какой Проклов? Что за чешуя?.. Когда его убили?

– Три дня назад...

– А-а, – с заметным облегчением вздохнул Скворцов.

Он сел в кресло, откинул голову на спинку, рукой закрыл глаза.

Что такое кайф по-бандитски? Это когда к братку домой врываются менты, тыкают его мордой в пол, а потом: «Гражданин Иванов, вы арестованы!» А браток так счастливо: «А я не Иванов, я Сидоров».

Так что сейчас Савва мог испытывать кайф. Он думал, его хотели взять по старым делам, а на него вешают «свежачок», к которому он не имеет никакого отношения... Хотя этот вопрос очень спорный – имеет или нет...

– Ищите что хотите, – тихо сказал Скворцов. – Только не шумите...

Искать долго не пришлось. Пистолет был спрятан хорошо, но в «стандартном» месте – в тайнике за ванной. Дима Якушев раскусил его на ноте «ре».

Пистолет «ТТ» изъяли в присутствии понятых, аккуратно сунули его в прозрачный полиэтиленовый пакет.

– Этого не может быть! – всплеснула руками Оксана.

Она была бледная, как сама смерть.

– Может, гражданка, как видите, может, – усмехнулся Смоляев.

И вместе с Кириллом поспешил в комнату, где находился Савва. От него сейчас можно было ожидать чего угодно.

– Плохо прячете оружие, гражданин Скворцов, – сказал Юра, демонстрируя найденный пистолет.

– Я не понял! Где вы взяли этот ствол? – всполошился Савва.

– У вас за ванной.

– Бред какой-то... Не было там ствола.

– Не было. Пока вы его туда не положили... Что-то мне подсказывает, что это именно тот ствол, который нам нужен...

– Слушай, мент! – вскипел Скворец. – Ты кого на понт берешь? Ты чо, думаешь, я не знаю ваши гнилые ментовские штучки?.. Да вы подбросили мне этот ствол!..

– Ага, ты эти сказки для сокамерников оставь, – хмыкнул Якушев.

Он внимательно наблюдал за Саввой, был в готовности пресечь попытку сопротивления.

– Какие сокамерники? Ты о чем, начальник?

– А может, это не твой ствол? – спросил Смоляев.

– Конечно, не мой!

– Значит, это жены твоей ствол.

– При чем здесь моя жена?

– Ты лучше спроси, кто такой Проклов. Или ты знаешь это и без меня?

– Какой Проклов? Чо ты меня каким-то Прокловым все лечишь?.. Не знаю я никакого Проклова...

В комнату тихо вошла Оксана, подошла к мужу, села на пол рядом с его креслом.

– Савва, ты все равно все узнаешь, – с упреком глядя на Кирилла, сказала она. – Проклов – это мой бывший начальник. Ты же знаешь, я работала... Савва, Проклов изнасиловал меня...

– Что?! – ошеломленно протянул он. – Он?! Тебя?!. Да я его, падлу!!!

– Браво! Браво! – зааплодировал Якушев. – Сцена удалась!..

– Короче, дело к ночи. Давайте собирайтесь, – велел Смоляев. – В управление поедем. Там будем разговаривать...

– Какое управление?! – недоуменно выставился на него Скворцов. – Я что, арестован?!

– Вы задержаны. Пока что только по факту незаконного хранения оружия. А там посмотрим, что экспертиза покажет...

А экспертиза показала, что это именно из этого пистолета был убит Проклов. Отпечатков пальцев Скворцова на нем не обнаружили. Но это не оправдание. Отпечатки стираются очень легко.

Пистолет обнаружили у него дома. Изъяли его в присутствии понятых. Протокол составлен, законность соблюдена – так что Скворцову теперь не отвертеться...

Разговаривал с ним следователь. Но Кирилл присутствовал на допросе. Хотел услышать признание из уст убийцы.

– Да не убивал я никакого Проклова, – сквозь зубы процедил Савва.

У него снова очень сильно болела голова. Но это вовсе не основание для того, чтобы изменить ему меру пресечения.

– Конечно, не убивал, – усмехнулся глазами Пал Иваныч.

Это был кряжистый мужик крестьянской закваски. Но его внешняя простота была обманчива. Хватка у него железная. И объегорить практически невозможно.

– Да говорю, не убивал я его.

– Вы хотите сказать, что гражданина Проклова застрелила ваша жена? Она убила его, принесла пистолет домой и спрятала его за ванной, так?

– Да жена моя здесь ни при чем! Не могла она убить...

– А вы могли... Скажу вам прямо: следствие располагает данными, что в свое время вы убивали людей за деньги...

– У вас есть доказательства? – насмешливо посмотрел на Иваныча Скворец.

– По вашему прошлому – нет. Но у следствия есть неопровержимые доказательства вашей вины в настоящем...

– Да я понимаю, паленый ствол – это железно... Только я не знаю, как он оказался за ванной... Только не говорите, что это сделала Оксана. Она здесь ни при чем...

– А вы знаете, что убийцу ждала машина, за рулем которой находилась женщина...

– О, е! Вы хотите сказать, что убийца – это я, а за рулем была Оксана?..

– Мы хотим, чтобы вы это подтвердили.

– Да не убивал я вашего Проклова! И Оксана здесь ни при чем... Е-мое, блин, попал... Подставили меня, понимаете, подставили!

– Кто?

– Да мало ли кто...

– Коля Когалымский, например?

– Да элементарно... Один раз он меня подставил. До нитки обчистил. И на инвалидность перевел... Не могу, бляха, башка раскалывается...

– А вы чистосердечно во всем признайтесь. Мы вам облегчим режим содержания. Переведем в изолятор номер один, устроим в тюремную больницу...

– Знаю я, чем на больничке лечат. «Антигриппин» из мела... Мне дорогие лекарства нужны.

– Да это понятно. Но, как говорится, увы, ничем помочь не можем...

– Да я и не прошу у вас помощи... Хотя... – Скворцов посмотрел на Кирилла: – Хоть ты поверь мне, начальник. Не убивал я никакого Проклова... Только, вижу, со всех сторон меня обложили. Я бы и сам разобрался, какая паскуда меня подставила. Да руки связаны... Слышь, начальник, будь человеком, докопайся до истины!..

– А чего копать? – усмехнулся Пал Иваныч. – В вашем случае истина вышла на поверхность. Пистолет, из которого застрелили Проклова, найден у вас дома, а значит...

– Э-эх, гражданин начальник, вам бы человека за решетку отправить. А виноват он или нет, вам фиолетово... – тяжко вздохнул Скворец. – Ладно, понял я, что не отвертеться мне... Ты мне скажи, начальник, что с Оксаной моей будет?

– Она проходит как соучастник преступления, – пояснил Иваныч.

– Понятно... И где она?

– Ждет перевода в следственный изолятор номер шесть... Ваша жена, между прочим, во всем созналась...

– Гонишь, начальник! – вспылил Савва. – Не могла она ни в чем сознаться...

– Не могла, но созналась... Созналась в том, что наняла киллера, который и убил Проклова...

– Ага, киллер завалил Проклова, а затем пришел к нам домой и спрятал ствол под ванну... Смешно...

– Вот именно. Поэтому мы вашей жене и не поверили... Она вас выгораживает, Скворцов. Выгораживает!..

– Да Оксана у меня золото! Я за нее любому глотку порву... Да, начальник, любому! Хоть сейчас... Я тебе положа руку на сердце скажу: если б я знал про этого гада Проклова, я бы его сам лично порешил... Можешь записать, что от своих слов я не отказываюсь... Короче, порожняки все это, – обреченно махнул рукой Савва. – Дело надо говорить. Бери ручку, начальник, пиши. Это я завалил Проклова. Подход, отход, все такое... Только это, Оксанку мою не тронь. Она ни в чем не виновата. Ни в чем, понял!..

– А кто за рулем оранжевых «Жигулей» сидел?

– «Жигулей», да? Оранжевых?.. А фиг его знает, смотрю, машина стоит, подошел, сел. Тетка там была за рулем. Точно, тетка. Только я плохо помню. Не в себе был...

– А куртку куда дел?

– А-а, куртку... Какую куртку? В которой на дело ходил?.. Так это, выбросил...

– Какого цвета куртка была?

– Да хрен его знает... А какого?

– Светло-серого, – подсказал Иваныч.

– Во, точно, светло-серого!.. Начальник, ты вола не води. Я Проклова не убивал. Но я во всем сознаюсь. Во всем! Только Оксанку не тронь! Ничего за ней нет, отвечаю... Я все сам сделал, сам!..



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Поделиться ссылкой на выделенное