Василий Ключевский.

Афоризмы и мысли об истории

(страница 6 из 36)

скачать книгу бесплатно

   Интеллигенция не создает жизни и даже не направляет ее. Она не может ни толкнуть общество на известный путь, ни своротить его с пути, по которому оно пошло. Но она наблюдает и изучает жизнь. Из этого наблюдения и изучения, веденного по местам многие века, сложилось известное знание жизни, ее сил и средств, законов и целей. Это знание, добытое соединенными усилиями и опытами разных народов, есть общее достояние человечества. Оно хранится в литературе, переходит в сознание лиц и народов пом[ощью] образования. Каждый отдельный народ стоит ниже этого научного запаса; не было и нет народа, участвовавшего в общей жизни человечества, который всей своей массой знал бы все, до чего додумалось человечество. Посредницей в этом деле между человечеством и отдельными народами должна быть его интеллигенция. Она не дает направления своему народу и даже очень редко правит им в данном не ей направлении. Ее задача угадать это направление и его возможные последствия и потом следить за движением, его ровностью и прямотой, подмечать скачки и уклонения, вовремя указывать на встреч[ные] препятст[вия] и возм[ожные] потребности и на средства для их устранения или удовлетворения. Чтобы справиться с этой задачей, интеллигенция должна понимать положение своего народа в каждую данную минуту, а для этого понимания необходимы два условия: знать точно дела своего народа и знать научный запас человеческого ума. Чтобы понимать, что делается с народом, что откуда пошло у него, как идет и к чему придет, нужно знать, как и чем живет человечество, знать пружины, средства и цели его жизни. Интеллигент – диагност и даже не лекарь народа. Народ сам залижет и вылечит свою рану, если ее почует, только он умеет вовремя замечать ее. Вовремя заметить и указать ее – дело интеллигенции, а чтобы заметить неправильность отправлений в жизни известного народа, необходимо знать физиологию всего человечества. Ее дело: caveant consules. [5 - пусть будут бдительны консулы (лат.).]
   1) Основания жизни одинаковы у всех европейских обществ, но культуры различны.
   2) Местная интеллигенция – посредница между общечеловеческим знанием и своим обществом.
   3) Ее дело – понимать положение своего общества и давать нужные справки практическим дельцам.
   4) Для того ей нужно следить за движением человеческого ума и за ходом своей местной жизни.
   Жить своим умом не значит игнорировать чужой ум, а уметь и им пользоваться для понимания вещей.
   Доморощенное, незаимствованное понимание не есть бессознательный взгляд на вещи, сложившийся дома, а вернее понимание своих домашних дел, хотя бы и с содействием сторонних указаний.
   13.
   Гонор – не гордость, а прикрытие ее отсутствия.
   Быть соседями не значит быть близкими.
   Венчанные содержанки.
   В нем хорошо все, кроме его самого.
   Скажи, что или кого любишь, и я скажу, кто ты.
   Мало любить живые существа: надо любить самую жизнь.
   Мнительность – не наблюдательность, а причина ее отсутствия.
   Добрый сердится не злясь, а злой злится не сердясь.
   Трезвый ум может отчасти заменить отсутствие доброго сердца: чувство потребности добра и расчет последствий зла.
   Классическая гимназия не подняла уровня университетской подготовки, понизив степень любознательности, т. е.
не усилила запасов знаний элементарных, ослабив способность к приобретению высших специальных.
   В поисках житейского благополучия схватил кусок искрившегося альпийского льда, хотел согреться им, – простудился, хотел согреть его, – измочился и стал смешон в обоих случаях, – и в припадке любви и в припадке сострадания. Это потому, что фальшивил в обоих случаях, хотел любить не любя и сострадать без жалости, а только наслаждаться эстетикой любви и жалости.
   Сложная, смачно-приторно-печальная музыка Шопена, холящая себя собственной печалью, как банщица холит обветшалого старика, вытирая его своей загорелой до пояса рукой.
   Кто вам дал право быть судьями самих себя, оценщиками собственного товара, данного вам природой? Цену дает потребитель по вкусу, судебный приговор произносит присяжный по совести, а у вас ни вкуса, ни совести.
   Да, но обыкновенно потребитель ценит продукт, не зная издержек производства, а присяжный по совести произносит приговор в суде, забывая дома совесть.
   Нравственный момент наступает тогда, когда человек, удовлетворяющий сам собою возбудившийся инстинкт и оттого получавший чувство удовольствия, искусственно начинает возбуждать инстинкт, чтобы удовлетворением его достигнуть этого удовольствия. История этики – в превращении следствия в цель. Любовь к женщине выходит из удовлетворения влечения к ней: возбуждают ли влечения, чтобы репетировать испытанное чувство любви именно к этой. Обмен удовольствия с обеих сторон, как качание из стороны в сторону маятника.
   Культурное прожорство: хотят видеть, чего рассмотреть не умеют, слышать, чего не в состоянии понять, сожрать, чего переварить не могут.
   Вращающиеся в орбите героя сателлиты. Организованный эгоизм вместо привязанности (Ренан). Религиозные люди живут мечтой, мы – тенью мечты, чем будут жить после нас? (id.)
   В древнерусском браке не пары подбирались по готовым чувствам и характерам, а характеры и чувства вырабатывались по подобранным парам.
   На открытое нахальство следует отвечать молчаливым смехом.
   Чувство, т. е. гримаса приличия, у женщин становится подробностью их костюма: хорошо одета – прилична.
   Они, эти завистливые преемники, не наследники, ждут не дождутся, когда скатятся с потемневшего неба их предшественники, как падающие звезды.
   Л. – русская гадина, ползающая по окраинам России, чтобы найти удобное место нагадить отечеству.
   Эти семьи международного состава – какие-то водоросли, плавающие по русскому болоту, без корней и почвы, плывущие, куда дует ветер, но не терпящие берегов русского материка, попав на который они засыхают или гниют.
   Этой женщине легко сохранить свою добродетель, которая ограждена таким могучим фортом – вонючим ртом.
   Б-ны. Получая больше, чем ожидали, начинают требовать больше, чем им дать желали.
   Б[услае]в. Всю жизнь занимаясь сказками, как былью, он, наконец, рассказывая свою жизнь, превратил быль в сказку.
   Психолог[ические] мотивы крепостного права при бесправии в патологические припадки или сентим[ентальные) капризы.
   Иная журн[альная] статья лучше иной книги, хотя это значит только правило, что каждая ваша книга д[олжна] быть лучше журн[альной] статьи.
   Энтузиазмом чаще всего называют такое состояние человека, когда его духовные силы приходят в гармоническое и напряженное движение. Тогда управление психологическим оркестром принимает одна духовная сила, господствующая в народе, составляющая характеристическую национальную особенность. По свойству этой дирижирующей силы и энтузиазм принимает разнообразные национальные формы выражения. Итальянец в этом состоянии, помня завет старого Тацита, вспоминает или поет, вспоминает античный Рим или поет арию из «Риголетто»; француз становится в ораторскую позу и произносит un discours académique [6 - академические рассуждения (фр.).] о каких-нибудь принципах; немец начинает кричать, хвастаясь своим я и ругая всех, кто не я; англичанин – но англичанин совсем не умеет приходить в энтузиазм, как есть народы, которые не умеют петь. Русский энтузиируется тоже по-своему: в такие минуты русск[ая] женщина ударяется в слезы, мужчина впадает в грусть.
   14.
   Уровень полит[ического] развития народа определяется политическими формами жизни. У нас выработалась низшая форма г[осу]дарства, вотчина. Это собственно и не форма, а суррогат г[осу]дарства. Но, скажут, этой формой целые века жил великий народ и ее надобно признать самобытным созданием народа. Конечно, можно, как «голодный хлеб» можно признать изобретением голодающего народа; однако это не делает такого хлеба настоящим.
   Фактическая власть могла издавать распоряжения, носившие наружность и название законов.
   15.
   Что вы утверждаете, то вы доказываете основательно, но вы не все утверждаете, что доказываете. Не возражение, а комментарии. Смелее идете к цели, чем подходите к ней. Судя по буквальному смыслу, неужели вся реформа предпринята только потому, что однажды Петр принужден был сказать себе: денег нет! Вы допустили неточное выражение. Больше неудобство для читателя, чем недостаток книги.
   16.
   Цементирующая сила – традиция и цель.
   Нравственное богословие цепляется за хвост русской беллетристики.
   С ним не хочется расходиться, даже когда чувствуешь, что не идешь с ним в ногу. Не натуральная только повинность мыслящего ума, но и нравственная потребность любящего сердца. Уважаешь, даже не разделяя их. С ним не всегда согласишься, но никогда не заспоришь, как никогда не упрекнешь человека за то, что у него морщина на лице легла не как у меня, у других, у всех. Можно расходиться в точках зрения, но непозволительно расходиться в целях, в путях, направл[ении] движения.
   Не будем спорить, пока идем; когда придем, пожмем друг другу руку и, может быть, найдем, что не о чем спорить.
   Классификация убеждений – красных, белых, чернокожих.
   17.
   Ученики – больше рассуждают, чем понимают, и больше толкуют, чем могут растолковать. В выносимых ими впечатлениях (из уроков истории) больше самоуверенности, чем самосознания. Из этого и складывается мираж историч[еского] понимания.
   Логич[еские] ошибки истор[ического] материализма: противополагать личность, как принцип произвола случайности, совокупности историч[еских] условий, как принципу закономерности, необходимости, тогда как сама личность есть только одно из исторических условий; след[овательно], одно из слагаемых противополагают сумме.
 //-- 1900–1910 гг. --// 
   18.
   [Не ранее 1б января 1900 г.]
   […] Не я виноват, что в русской истории мало обращаю внимания на право: меня приучила к тому русская жизнь, не признававшая никакого права. Юрист строгий и только юрист ничего не поймет в русской истории, как целомудренная фельдшерица никогда не поймет целомудренного акушера. 16 янв[аря 1]900 г.
   Богословие на научных основаниях – это кукла Бога, одетая по текущей моде.
   Россия и Финляндия = большой зверь и маленький зверек; их отношение [зависит] от того, чувствует ли себя первый слабее или сильнее второго.
   Вы расслабляете наше сознание и не предлагаете нам таких гофманских капель, которые бы помогли нам быть Вашими приличными слушателями. […]
   Социология
   Отношение свободной личности к исторической закономерности. Личность свободна, насколько она, понимая историческую закономерность, содействует ее проявлению или, не понимая ее, затрудняет ее действие. […]
   Природа рождает людей, жизнь их хоронит, а история воскрешает, блуждая по их могилам.
   19.
   [Не ранее 7 марта 1900 г.]
   Под здравым смыслом всякий разумеет только свой собственный.
   Евангелие стало полиц[ейским] уставом.
   О нем рассказывали страшные вещи: нелюдим, не держит своих журфиксов и редко посещает чужие, терпеть не может писать, хотя пишет хорошо, презирает р[усскую] литературу, особенно беллетристику, мрачно смотрит и на прошедшее и на будущее России и по праздн[икам] ходит к заутрени. Отчего не посмотреть на такого чудака (смеется над русским народом, как петровским подкидышем европ[ейской] цивилизации). Целая аптека пессимизма.
   На его умном лице с широким носом и недоверчивым взглядом не выражалось на этот раз ничего. Он, очевидно, был расположен беседовать только с самим собой и даже сидел с опущенной головой, т. е. не держал на носу пенсне, которое заставляло его автоматически поднимать голову и принимать вид размышляющего человека.
   Коновязев: Шекспир в XIX в., поколение детей революции, испуг перед закономерностью человеч[еской] жизни в XIX в., поколение неврастеников ко введению нового полит[ического] порядка, убеждение вм[есто] ума и миросозерцания (10 заповедей блаженства с прибавлением XI-й – будируй). Напяливают убеждения, как перчатки для выезда в свет.
   Черт его побери, вот ему писать повести и рассказы; однако – порядочный софист.
   Пучок раздраженных и сильно поношенных нервов. С тонким, немного вздернутым носом, с поблекшими голубыми, но все еще подвижными глазами.
   Напол[еоновские] маршалы – это те же Метуэны, Гатакры, Кичинеры. Их величие создано мадамами Sans-Gêne.
   Конов[язев]. Мыслей давно уже ни у кого нет, остались только гальванистические подергивания мозгами. И это только в больших городах. Говорят, то же и на З[ападе]. Что ж? Это ничего не доказывает: скверный пример никому не образец.
   Беллетристика – до порога уголовного суда или психиатрической больницы.
   20.
   [Не ранее 1901 г.]
   Самодержавие и земство. Конфиденц[иальная] записка мин[истра] фин[ансов] статс-секр[етаря] С. Ю. Витте (1899). Печатано «Зарей», Stuttgardt, 1901.
   Всякое общество вправе требовать от власти, чтобы им удовлетворительно управляли, сказать своим управителям: «Правьте нами так, чтобы нам удобно жилось». Но бюрократия думает обыкновенно иначе и расположена отвечать на такое требование: «Нет, вы живите так, чтобы нам удобно было управлять вами, и даже платите нам хорошее жалованье, чтобы нам весело было управлять вами; если же вы чувствуете себя неловко, то в этом виноваты вы, а не мы, потому что не умеете приспособиться к нашему управлению и потому что ваши потребности несовместимы с образом правления, которому мы служим органами».
   21.
   [Неранее 24октября 1902 г.]
   [… ] Слова – самовнушение etc. успокаивают ум, но не просветляют, как есть суррогаты, которые не питают, а только утоляют голод. Сыт не стал, а перестал быть голоден. […]
   Смутное время – любимая эпоха [18]60–70-х годов.
   Эпидемичность мысли, стадность настроения.
   Интересовались красивыми историческими лицами или драматич[ескими] эпизодами, не историей, чем интересуются дети или незрелые взрослые. Анекдот лег краеугольным камнем в основу исторического обществ[енного] сознания.
   Дело несделанное лучше дела испорченного, потому что первое можно сделать, а второго нельзя поправить.
   Плевать, как публика отнесется к делу; нам важно, как мы сами отнесемся к делу.
   Гений, негений – первый не понимает, что он творит, а второй понимает, что он ничего не творит.
   Понимать музыку – не то же, что считать темпы.
   22.
   [1902 г.]
   Страшно только одно – ослабление работоспособности мозга.
   Человек – потенц[иальный]х; он сам не знает, сколько чертей в нем сидит, и только история выводит этих метафизик[ов, как] микробы, на свежую воду. […]
   23.
   [Доавгуста 1904 г.]
   «Всячина» (к курсу)
   Своя таблица умножения, свое непререкаемое дважды два, без которого невозможно никакое мышление, невозможно никакое общение. Новое у Сол[овьева] – дело Петра подготовлено органически из Др[евней] Руси. […]
   Борьба вечная между мыслью и жизнью. Мысль ищет чего-нибудь постоянного, разумного, логики, стереотипа человека, а жизнь ежеминутно составляет комбинации, причудливые, не укладывающиеся под привыч[ные] классификации и категории.
   В России развилась особая привычка к новым эрам в своей жизни, наклонность начинать новую жизнь с восходом солнца, забывая, что вчерашний день потонул под неизбежной тенью. Это предрассудок – все от недостатка исторического мышления, от пренебрежения к исторической закономерности.
   Реформа Петра у Сол[овьева] учила считать накопл[енные] народом силы при всяком движении вперед.
   Много актеров, но на про[тяже]нии веков нет ни одного деятеля, кроме Петра В[еликого]. […]
   Рвут у нас студенты или …Я небезразличен. Тих[омиров]: не нуждается в защите, не могу быть председателем, у меня много личных мнений по этому делу. Учреждение было бы оскандалено, при[ват]ные профессора. Комиссия не поняла своей задачи (ей бы [принять] во внимание историю): хотела быть слишком юридической и не спохватилась остаться универ[ситетск]ой. Но университет не окружной суд, а учебно-воспит[ательное] учреждение.
   Смертию смерть поправ – это русский писатель, который воскресает только по смерти. Готов служить делу свободы, но не хочет быть ее холопом.
   В том и другом случае (реак[ции] или революц[ии]) Учр[едительное] собрание будет партией, не нар[одным] пред[ставитель]ством. Кому инициатива? Страна может остаться без законодательства.
   Утратили чутье действительности и такт дея[тельно]сти.
   Однорожие и единодержавие.
   […] Вырастет человек из ребенка.
   Не выношу его глубокомысленного, новгородско-иерусал[имского] взгляда.
   Забастовки и вооруж[енное] восстание – следствия свободы, которая уничтожила свою причину.
   24.
   [Неранее 19февраля 1906 г.]
   Единство – больше на этнограф[ических] связях, чем на общих политич[еских] идеях или интересах.
   Закон давал частные льготы и специальные классовые повинности, но не общие права и обязанности.
   25.
   [Неранее Змарта 1906 г.]
   Державная дочь П[етра] В[еликого] 160 лет назад восстала против смертной казни, показав тем пример европ[ейским] законодателям. Моск[овский] у[ниверсите]т, протестуя против смертной казни, исполнит завет своей основательницы.
   26.
   [Неранее 20июня 1906 г.].
   Дело, возмутившее всех поряд[очных людей] со свойств[енным] ему выраз[ительно] – образн[ым] красноречием, – выед[енное] яйцо.
   Сами разделяли частное дело от офиц[иального], а теперь частное обращение к товарищам – в протокол. Я не слуга таких изворотов мысли и нрав[ственного] чувства.
   Мурет[ов] может менять свои взгляды, как ему вздумается, но никто не обязан считаться с его настроением, направлением, изменч[ивыми] побуждениями, лично им в себе воспитанными.
   Записка Мышц[ына] – неудачная симуляция порядочности.
   27.
   [Неранееноября1906 г.]
   Мысли
   Что такое закон? Мы не законодатели, но мы исполнители закона, проводники; без нас его некому исполнять.
   Пружина напряжена туже, но не лопнула.
   Международное значение падало, и это падение до поры прикрывается диплом[атическим] приличием. Флота нет ни балтийского, ни тихоокеанского, – нельзя сказать, чтобы его не было, но его нет. Финансы потрясены; кредит заграничный – в биржевое попрошайничество, внутренний – в переписку сумм из одной сметной графы в другую, доверие к правительству – выражение, вышедшее из оборотного языка, как архаизм, требующий ученого комментария. Это часть почвы историческая. Договор с Лидвалем – тоже в силу 87 ст[атьи], как временное правило, подлежащее одобрению Думы.
   Весь г[осу]дарственный порядок – из недоразумений, превратившихся в предупреждения.
   Шаг вперед легче полушага назад – в гору. Не отступать и не забегать, идти ровным постулат[ельным] шагом.
   Одни хотят пасть, другие помириться. Те и другие на моральной или психологической, а не политической [почве]. Но есть ли она? Даже с подпочвой.
   Взгляд на моральную почву в прошлое. Совещания с сведущими людьми.
   Почва есть и психологическая! Ясно, что с нами, с народом, играют: где не догадаются, а где и испугаются.
   Люди без заносчивости и без робости не захватывали чужого и не поступались народным. На игру закрытую отвечать: «Откройте карты». Доверие исчерпано, все израсходовано: там терять уж нечего.
   Знаю только, что первое условие проиграть битву – струсить перед ее началом.
   У русского царя есть корректор посильнее его – министр или секретарь. Царь повелит – министр отменит, как при Ек[атерине] II с наказом. Он лучше понимает волю царя, чем сам царь.
   Наша беда в нас самих: мы не умеем стоять за закон.
   Реакционная Дума – не беда! Ее нельзя желать, но не надо бояться.
   Я понимаю правительство: будущая Дума для нас страшный суд за июль – февраль.
   Не знаю общества, которое терпеливее, не скажу доверчивее, относилось к прав[итель]ству, как не знаю правительства, которое так сорило бы терпением общества, точно казенными деньгами.
   Не нужно сделок; прямой договор.
   Власть как средство для общего блага нравственно обязывает; власть вопреки общему благу – простой захват.
   Успехи: ключ дан, замок отперт, дверь отворена и свежий воздух пахнул на вековую пыль. Выбирайте людей, которые, спокойно, ровно ступая по твердой законной почве, не порываясь, стремились вперед и, не пятясь назад, во имя закона сделают Думу могучим оплотом законности, мира и преуспеянья. Идти напрямки, без сделок, но с прото[колом] в руках: иначе нельзя.
   Воспользовались идеями Думы и только скомкали их. В правительстве Гурко с Лидвалями…
   Делом власти было это сказать; наше дело понять, как это сделать (рескрипты).
   28.
   27 февр[аля] 1907 г.
   [… ] Все эти земские советы, собрания были только сделки, а не учреждения, минутные сборища на всякий случай.
   29.
   [Около 1З октября 1907 г.]
   К духовенству. Л[екция] VI, в у[ниверсите]те
   Великая идея в дурной среде извращается в ряд нелепостей.
   На богословской ли почве, или на материалистической, но ум приучался к научной работе. Гизо, [стр.] 102.
   Виртуоз душевного спасения.
   Великая истина Христа разменялась на обрядовые мелочи или на худож[ественные] пустяки. На народ Ц[ерковь] действовала искусством обрядов, правилами, пленяла воображение и чувство или связывала волю, но не давала пищи уму, не будила мысли. Она водворяла богослужебное мастерство вместо богословия, ставила церк[овный] устав вместо Катехизиса; не богословие, а обрядословие. (Закон Божий – не вероучение, а богослужение.)
   Процесс самосознания в духовенстве есть история его самоотрицания: оно вымирает по мере того, как сознает свое положение.
   30.
   [Неранее 1907 г.]
   […] Петр б[ыл] жертвой собственного деспотизма. Он хотел насилием водворить в стране свободу и науку. Но эти родные дочери человеческого разума жестоко отомстили ему. […]
   31.
   [Неранее 1907 г.]
   Петр не создал ни одного учреждения, которое, обороняя интересы народа и на него опираясь, могло бы встать на защиту своего созидателя и его дела после него.
   Деятельность Петра сплелась из противоречий самодержавного произвола и госуд[арственной] идеи общего блага; только он никак не мог согласить эти два начала, которые никогда не помирятся друг с другом.
   Меншиков, не брезговавший ремеслом фальшивого монетчика для определения искусства Петра выбирать людей.
   Апраксин, самый сухопутный адмирал, полный невежа в навигации, но добродушный хлебосол. […] Он – враг реформы.
   Порицать Петра не значит оправдывать его преемников.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Поделиться ссылкой на выделенное