Стивен Кинг.

Талисман

(страница 11 из 64)

скачать книгу бесплатно

Страх и одиночество слились воедино. Джек еще никогда не чувствовал себя таким несчастным.

Спиди, я не могу больше! Пойми меня, я ведь всего лишь ребенок.

– Дилижанс Моргана везут шесть пар лошадей. И еще одна впереди, – сказал Фаррен. – Они несутся во весь опор. Стук их копыт звучит как гром среди ясного неба. Ты услышишь, не сомневайся. У тебя будет достаточно времени, чтобы убраться с его пути. Будь уверен.

Джек что-то прошептал.

– Что? – спросил Капитан.

– Я сказал, что не хочу никуда уходить, – повторил Джек немного громче. Слезы уже выступили на глазах. Он знал, что нужно стереть их и попросить Капитана, чтобы он помог, чтобы защитил, чтобы сделал что-нибудь

– Слишком поздно что-либо менять. К тому же, мальчик, я не знаю о тебе ничего. Не знаю и не хочу знать. Мне даже не интересно, как тебя зовут.

Джек молча посмотрел на него. Плечи поникли, глаза намокли и покраснели, губы трепетали.

– А ну, стань прямо! – крикнул Капитан с внезапной яростью. – Ты кого собираешься спасать? Куда вообще можно идти в таком виде?! Ты слишком молод, чтобы быть настоящим мужчиной, но ведь можно постараться хотя бы им выглядеть! Как ты думаешь? Не строй из себя побитую собаку.

Джек вздрогнул как ужаленный, расправил плечи и вытер слезы с глаз. Взглянув на сына кучера, он подумал: Конечно, я не похож на настоящего мужчину. Он прав. Но я не могу себе позволить жалеть самого себя. Это было так. И еще он не мог позволить Капитану проникнуть в его душу и нажимать там нужные кнопки.

– Уже лучше, – сказал Фаррен. – Не намного, но лучше.

– Спасибо, – не без сарказма ответил Джек.

– Тебе нельзя здесь больше оставаться, мальчик. Здесь Осмонд, здесь скоро будет Морган. Возможно… Возможно, тебя ждут большие трудности, куда бы ты ни пошел. Но возьми вот это. Если Паркус послал тебя ко мне, значит, он хотел, чтобы я отдал тебе эту вещь. Возьми ее и иди.

Капитан протянул ему монету. Джек немного поколебался, но потом взял ее. Она была размером с полдоллара, старого, с изображением Кеннеди, но по весу намного тяжелее. По весу это было золото, в то время как по цвету – серебро. Вместо Кеннеди на монете был отчеканен царственный профиль Лауры де Луизиан. Джек снова вздрогнул от ее полного сходства с мамой. Нет, это было даже не сходство, несмотря на некоторые внешние отличия, такие, как более тонкий нос или более круглый подбородок, – она и была его мамой. Джек был просто уверен в этом. Он перевернул монету и на обратной стороне увидел изображение животного, голова и крылья которого принадлежали орлу, а все остальные части тела – льву. Животное смотрело прямо на Джека. Этот взгляд был ему неприятен, и он положил монету в карман камзола, где она присоединилась к бутылке с зельем.

– Для чего это? – спросил он Фаррена.

– Узнаешь, когда время придет, – ответил Капитан. – А может, и не узнаешь. Все зависит от тебя. Я сделал все, что было в моих силах.

Расскажи об этом Паркусу при встрече.

Джек с ног до головы покрылся холодным потом.

– Иди, сынок, – сказал Фаррен. Его голос звучал теперь намного тише и ласковее. – Делай свое дело… или хотя бы часть его. Сделай все, что сможешь…

Джека охватило чувство нереальности окружающего. Чувство, будто он сам, все его мысли и действия являются плодом чьей-то галлюцинации. Кто-то двигает им, заставляет ходить: с правой ноги на левую, с левой на правую. Он отшвырнул кусок бочки, насквозь пропитанный элем. Переступил через обломки сломанного колеса. Обошел край фургона, не обращая внимания на жужжание мух, кружащих над лужей крови. Какие мухи и какая кровь могут быть во сне?

Джек миновал грязный, заваленный бочками и кусками дерева участок дороги и оглянулся. Капитан Фаррен шел в другую сторону. Возможно, он хотел встретить своих людей. А может, ему просто нельзя было больше смотреть на Джека. Как бы то ни было, он ни разу не повернул головы. Ну что же, все пути приводят к одной цели. А что позади, то позади. И нечего туда смотреть.

Джек пошарил рукой в кармане камзола и, нащупав монету Капитана, крепко сжал ее в ладони. На душе стало немного легче. Так и шел он, радуясь, словно ребенок, нежданно-негаданно получивший от отца денег на мороженое.

7

Может, через два часа, а может, через четыре Джек услышал звук, описанный Капитаном Фарреном как «гром среди ясного неба». Солнце опустилось за западную кромку леса еще тогда, когда Джек выходил из деревни, и трудно было определить время.

Большинство повозок, движущихся с запада, скорее всего направлялось в королевский дворец. Слыша, как приближается каждая из них, а услышать это можно было с довольно большого расстояния: настолько чист был здесь воздух (Джек вспомнил слова Спиди о том, как один человек надкусывает яблоко, а другой, в миле от него, чувствует запах), Джек был уверен, что это едет Морган, и каждый раз сначала прыгал в канаву, а потом убегал в лес. Ему совсем не нравились такие темные леса, даже самые их окраины, но тем не менее он бежал туда, прятался за стволом какого-нибудь дерева и оттуда смотрел на дорогу. Ему не нравились леса, но еще меньше ему улыбалась перспектива быть брошенным под ноги коней Моргана.

Так вот, каждый раз, когда Джек слышал приближение фургона или коляски, он быстренько прятался, дожидался, когда повозка проедет мимо, и только затем возвращался на дорогу. Это, конечно, не давало ему спокойно идти, но все-таки он был не одинок на этой страшной дороге.

Ему совсем не хотелось в одиночестве шагать в ад.

Зелье Спиди было худшим из лекарств на свете, однако он без раздумий сделал бы большой глоток, если б кто-нибудь – хотя бы сам Спиди, например, – вдруг возник перед ним и заверил, что первой вещью, которую он увидит, открыв глаза, будет золотая арка входа в ресторан «Макдоналдс», который его мама в шутку называла «Большая кормящая грудь Америки»…

Подстегнутое голодом, в нем росло гнетущее чувство страха, чувство, что лес по-настоящему опасен, что он полон чудовищ, мешающих пройти через него. Что сам лес сопротивляется этому. Разве деревья не подступили ближе к дороге? Подступили. Ведь раньше они росли вдоль канавы, а теперь полностью заполонили ее. Раньше весь лес состоял из сосен и елей, теперь к ним присоединились и другие породы деревьев. У некоторых были кривые черные стволы, сплошь покрытые наростами, другие походили на чудовищный гибрид пихты и папоротника; отвратительные серые корни последних торчали из земли, как растопыренные пальцы мертвецов. Наш мальчик! – шептали мерзкие корни. – НАШШШШ МАЛЬЧИК.

Все это только кажется, Джеки, ты просто устал.

Нет, не кажется. Хоть и трудно во все это поверить, хоть не хочется ни во что это верить. Деревья изменялись. Неприятное чувство повисло в воздухе – чувство, что за тобой наблюдают. Джек решил, что эти мысли и галлюцинации он каждый раз выносил из леса, сами деревья каким-то непонятным образом насылали на него видения и страхи.

Он снова подумал о том неисчислимом расстоянии, которое будет отделять его от дома, когда он вернется в свой мир. Сто пятьдесят шагов здесь там равны миле. Исходя из этого – хотя из-за неровностей земли соотношение между пройденными расстояниями постоянно изменялось, – Джек сделал вывод, что, пройдя здесь десять миль, в своем мире он очутится очень-очень далеко от Нью-Хэмпшира. Похоже на сказку про семимильные сапоги.

Но эти деревья, эти серые мерзкие корни…

Когда станет совсем темно, когда небо потеряет свой синий цвет и окрасится в пурпур, он перенесется назад. Он не пойдет через этот лес ночью. Он просто боится. Он маленький мальчик, в конце концов. Если зелье вынесет его в Индиану или в другое место, он напишет Спиди письмо – и Спиди вышлет ему по почте или еще как-нибудь другую бутылку.

Рассуждая об этом и думая, как хорошо иметь свой план, даже если он охватывает только ближайшие два-три часа, Джек внезапно обнаружил, что слышит грохот экипажа и ржание неимоверного количества лошадей.

Вытянув голову, он замер на середине дороги. Его глаза расширились от ужаса. Сразу две картины всплыли в сознании, затмив собой все остальные мысли: огромная машина с двумя людьми… или не людьми. Фургон «Дикое дитя» на полной скорости удалялся от тела дяди Томми, оставляя за собой на дороге кровавые следы протекторов. Он увидел руки на рулевом колесе… Но это были не руки! Это были аккуратные круглые копыта!

Они несутся во весь опор. Стук их копыт звучит как гром среди ясного неба…

Теперь, услышав этот звук, все еще далекий, но совершенно отчетливый в чистом воздухе Долин, Джек сам себе удивился. Как ему пришло в голову, что проезжавшие мимо повозки могут быть дилижансом Моргана? На этот раз ошибиться было нельзя. Звук, который он слышал сейчас, был полон угрозы. Это был грохот катафалка, да, катафалка, за рулем или поводьями которого – Сатана!

Джек прирос к дороге. Он стоял как загипнотизированный, словно кролик перед удавом. Звук неумолимо приближался, становясь все громче – шуршание колес, стук копыт, хлопки кнута. Теперь был слышен голос погонщика: «Хей я-а! Хе-э-эй я-а-а-а! ХЕ-Э-Э-ЭЙ Я-А-А-А!!!»

Он стоял посреди дороги, кровь билась в висках.

Я не могу двигаться! О Господи! Боже мой! Мама! Мама! Ма-а-а-ма-а!

Он стоял посреди дороги, и воображение рисовало ему черный дилижанс, стремительно несущийся вперед, запряженный черными животными, больше похожими на пум или пантер, чем на лошадей. На окнах дилижанса висели черные занавески, впереди стоял кучер с черными волосами, дикими, сумасшедшими глазами и огромным кнутом.

Дилижанс мчался прямо на него, не замедляя скорости.

Он сбил его с ног.

Это вывело Джека из оцепенения. Он бросился вправо, сполз в канаву у дороги, зацепился ногой за один из торчащих корней, упал, покатился. Его спина, пребывавшая в относительном спокойствии последнюю пару часов, покрылась новыми ранами, и Джек скорчился от невыносимой боли.

Он поднялся и побежал в лес.

Вначале Джек хотел спрятаться за одним из черных деревьев: оно было похоже на индийскую смоковницу, которую он видел в позапрошлом году во время поездки на Гавайи, но шишковатый ствол его был липким, маслянистым и неприятным на ощупь. Джек отбежал влево и спрятался за стволом сосны.

Грохотанье дилижанса и топот коней стали еще громче. Каждую секунду Джек ждал, что они вот-вот пронесутся мимо него и полетят в сторону деревни Сторонки. Его пальцы судорожно вцепились в мягкую кору сосны. Губы были искусаны в кровь.

Прямо перед ним открывался узкий, но безукоризненно чистый просвет – туннель, ограниченный иглами лиственницы, сосны и пихты. И вот, когда Джек уже начал думать, что кортеж Моргана никогда не появится, дюжина или более конных солдат на всем скаку пролетели на восток. У того, что скакал впереди, в руках было знамя, но Джек не смог прочитать начертанный на нем девиз… Да он, честно говоря, и не хотел этого делать. Несколько секунд спустя и сам дилижанс оказался в поле зрения Джека.

Он был виден совсем недолго, всего одно короткое мгновение, но впечатление от него осталось грандиозное. Дилижанс оказался гигантских размеров каретой, не менее двенадцати футов в высоту. Мачты со знаменами, крепко привязанные к крыше прочными веревками, добавляли еще три фута. У каждой тянувшей его лошади на голове был черный султан; встречный ветер то беспощадно трепал их, то задувал назад, делая совершенно плоскими. Позже Джек подумал, что для следующей скачки Моргану потребуются новые лошади, потому что эти были уже на последнем издыхании. Пена и кровь извергались из их открытых ртов, глаза закатились. Из-под приоткрытых век виднелись только белые яблоки.

Как и в его воображении или его предвидении, черные крепдешиновые занавески трепетали в лишенных стекол окнах.

Внезапно в одном из этих черных прямоугольников появилось белое лицо. Белое лицо, обрамленное странными темными изломами. Внезапное появление этого лица было таким же ошарашивающим, как если б оно появилось в разбитом окне выселенного дома. Это не было лицо Моргана Слоута… но все же оно существовало.

Его обладатель знал наверняка, что Джек или какая-нибудь другая опасность, не менее серьезная, где-то неподалеку. Джек увидел это в расширенных зрачках его глаз и в нервном подергивании уголков рта.

Капитан Фаррен говорил: Он учует тебя, как мышь. И теперь Джек мрачно подумал: Все, меня учуяли. Он знает, что я здесь, и чего же теперь ждать? Сейчас он остановится, меня схватят и бросят под ноги коням.

Еще несколько солдат, защищающих дилижанс Моргана с тыла, проскакали мимо. Джек ждал. Он был уверен, что Морган прикажет остановиться. Но ничего не произошло; грохот кортежа вскоре начал растворяться вдалеке.

– Его глаза, они точно такие же… Черные глаза на белом лице. Точно такие же, как у…

– Наш мальчик? НАШ-Ш-Ш!

Что-то обвилось вокруг его ноги… и поползло выше. Джек вскрикнул и рванулся в сторону, уверенный, что на него напала змея. Но, посмотрев вниз, он обнаружил, что дела еще хуже: его икры обвил один из этих серых корней.

Но это невозможно! – подумал он. Корни не могут двигаться.

Он рванулся посильнее, вытаскивая ногу из подстроенной корнем ловушки. Тупая боль стискивала икры. Джек поднял глаза, и волна ужаса захлестнула его сердце. Кажется, он понял, почему Морган почувствовал его, но не предпринял никаких действий: Морган знал, что ходить по этому лесу – все равно что купаться в реке, кишащей пираньями. Почему Капитан Фаррен не предупредил его? Единственно возможный ответ заключался в том, что Капитан скорее всего никогда не был в этих местах и ничего не знает о страшных свойствах леса.

Белесые корни гибридов пихты и папоротника пришли в движение. Они поднимались, опускались, тянулись к нему по сырой земле. Сумасшедшая мысль мелькнула в голове Джека: Это Энты. Энты и их жены, как у Толкина. Только это вредные, злобные Энты. Один особенно толстый корень, не менее шести дюймов в ширину, черный от земли и плесени, приподнялся и бросился на него, как дрессированная кобра на звук флейты.

– Наш мальчик? НАШ-Ш-Ш!

Джек рванулся в сторону и с ужасом обнаружил, что корни образовали живой заслон между ним и дорогой. Между ним и безопасностью. Он прислонился к дереву… и тут же с криком отскочил от него как ошпаренный, поскольку кора под его спиной немедленно зашевелилась. Джек огляделся по сторонам, и его взгляд задержался на одном из черных деревьев с кривым маслянистым стволом. Теперь оно двигалось: корчилось и извивалось. Сучки и наросты в верхней части ствола образовали что-то вроде ужасного, грубого лица. Один глаз широко открыт, другой прищурен в свирепой гримасе. Внезапно кора лопнула со звонким, душераздирающим звуком, и бледно-желтая масса заструилась по стволу, словно кровь из раненого животного.

– НАШШШ! Нашшшшш!!!

Какой-то корень залез Джеку под мышку, будто хотел его пощекотать.

Он дернулся и, полагаясь на остатки здравого смысла, усилием воли заставил себя вытащить из кармана куртки заветную бутылку. В этот момент лес наполнился множеством скрипящих звуков, деревья сами себя выкорчевывали из земли. Нет, Толкину это даже не снилось!

Он схватил бутылку за горлышко и сорвал с нее крышку. В этот момент один из серых корней скользнул по спине и обвился вокруг шеи. Секунду спустя он уже прижимал его к земле, захлестнув арканной петлей.

Джек задохнулся. Бутылка выпала из рук, пока он боролся со схватившим его корнем. Тот не был твердым и холодным, каким должен быть нормальный корень, напротив, он был теплым… и упругим, как будто под кожей коры скрывалась живая плоть. Джек боролся с ним, и корень издавал булькающие, гортанные звуки. Жидкая смола стекала с него, как слюна из хищного, голодного рта.

Выбиваясь из сил, Джек последним судорожным движением освободился от корня. Тот сразу же попытался обвиться вокруг его талии. Джек с криком отскочил в сторону. Он посмотрел под ноги и увидел, что бутылка, покачиваясь, удаляется вместе с другим корнем, обвившим ее горлышко наподобие щупальца осьминога.

Джек кинулся вдогонку. Корни царапали ему ноги, обвивали их. Он падал, вставал, бежал, снова падал…

Но вот наконец он увидел темно-зеленый бок бутылки… и схватил ее. Тянуть пришлось изо всех сил. Корни даром времени не теряли, затягиваясь вокруг его ног, словно тюремные оковы. Нечего было и думать о том, чтобы их разорвать. Мертвая хватка! Еще один замаячил перед глазами, пытаясь отнять бутылку. Джек отпихнул его в сторону и сделал большой глоток. Запах гнилых фруктов, казалось, заполонил все вокруг, однако никакого видимого результата не последовало.

Спиди, почему она не действует?

Чем больше корней скользило по спине, обвивалось вокруг талии, заставляя его беспомощно вращаться, тем больше Джек пил, захлебываясь омерзительным вином. Он глотал, он стонал, он умолял, но все без толку. Она не действовала! Глаза уже давно были закрыты, но он чувствовал, как корни затягиваются вокруг его рук и ног, чувствовал…

8

…как вода впитывается в его рубашку и джинсы, ощущал запах…

Вода?

…грязи и ила, слышал…

Рубашка? Джинсы?

…карканье ворон и…

Джек открыл глаза и увидел оранжевый свет заходящего солнца, отраженный в широкой реке. Победивший его лес рос на другом, восточном берегу. На западном же, где находился сейчас он сам, раскинулось широкое поле, подернутое вечерним туманом. Почва под ногами была сырой и слякотной. Джек находился на самом берегу; для того чтобы намокнуть и испачкаться, лучше места не придумаешь. Высокая трава росла и здесь (через месяц-полтора ее убьют жестокие морозы), и Джек запутался в ней, как человек, проснувшийся от ночного кошмара, путается в одеяле.

Он с трудом поднялся на ноги, весь мокрый и облепленный жидкой грязью; лямки рюкзака врезались в плечи. Он сбросил его и с удивлением осмотрелся вокруг. Недалеко от воды, в грязи, лежала волшебная бутылка Спиди. Тут же, рядом с ней, валялась пробка. Некоторое количество зелья было выпито или пролилось во время сражения со злобными деревьями Долин. Теперь бутылка наполнена только на треть.

Он постоял еще минуту. Кроссовки уже почти полностью утонули в нанесенном рекой иле. Это был его мир. Это были старые добрые Соединенные Штаты Америки. Он не увидел ни золотых арок, о которых так мечтал, ни небоскребов, ни мигания искусственных спутников в далеком смеркающемся небе, но он был уверен в том, что это его мир, как в том, что его зовут Джек. Другой вопрос: а был ли он когда-нибудь в том мире?

Джек вгляделся в незнакомую реку, в такие же незнакомые окрестности и услышал отдаленное мычание коров. Что-то здесь не так, подумал он. Я где-то в другом месте. По крайней мере это ничуть не похоже на пляж «Аркадии».

Это и не был пляж «Аркадии», но Джек не настолько хорошо знал его окрестности, чтобы понять, что находится на значительном расстоянии от него. Достаточно далеко от побережья, чтобы не слышать запаха Атлантического океана. Джек словно очнулся от долгого страшного сна. Могло ли на самом деле произойти то, что произошло, начиная от кучера с его облепленным мухами мясом и кончая ожившими деревьями? Или это он во сне прошел такое чудовищное расстояние? Вполне возможно. Значит, он лунатик. Его мама умирала, теперь он знал это наверняка. Все признаки были налицо, и подсознание сделало правильный вывод, хотя сознание и отрицало этот факт. Все вокруг способствовало самовнушению плюс к этому идиотское пойло Спиди Паркера, замутившее ему мозги. Нет сомнения: все это вместе могло дать такой результат.

Дяде Моргану это пришлось бы по душе.

Джек вздрогнул и тяжело сглотнул. Это вызвало боль. Он осторожно ощупал больное место. В этот момент у него был на редкость смешной вид, будто пожилая женщина рассматривает перед зеркалом морщины или двойной подбородок. Чуть ниже адамова яблока он обнаружил зарубцевавшуюся ссадину. Она сильно болела, когда он к ней прикасался. Это след корня, схватившего его за шею.

«Так, значит, все-таки… – прошептал Джек, глядя на оранжевую гладь воды и слушая отдаленный звон колокольчиков и мычание коров. – Так и есть».

9

Джек направился вверх по наклонному полю, оставляя за спиной реку. Пройдя с полмили, он кое о чем вспомнил и снял рюкзак со своей ноющей спины – рубцы, оставленные на ней Осмондом, никуда не делись, и вес рюкзака постоянно напоминал об этом. В свое время он отказался от огромного сандвича, предложенного Спиди, но не положил ли Спиди его в рюкзак, пока он изучал гитарный медиатор?

Желудок одобрил идею.

Джек тщательно исследовал недра рюкзака, согнувшись над ним в свете вечерней звезды. Он вытащил один из свертков – сандвич был внутри. Не кусочек, не половинка, а целый бутерброд, завернутый в обрывок газеты. Глаза Джека наполнились благодарными слезами, и он пожалел, что Спиди сейчас нет рядом и он не может обнять его.

А еще минуту назад ты проклинал его.

Он покраснел при этой мысли, однако не переставал жадно поедать сандвич. Когда с ним было покончено, Джек поднялся и снова набросил рюкзак на плечи. Теперь он чувствовал себя намного лучше, урчание в желудке немедленно прекратилось, и жизнь потекла с новой силой.

Через некоторое время, когда уже совсем стемнело, Джек увидел впереди светящиеся прямоугольники окон. Домик фермера. Залаяла собака; мощный утробный лай мог принадлежать только очень большому животному, и по спине Джека пробежал холодок.

Она за забором, подумал он. Или привязана, я надеюсь.

Он повернул направо, и лай сразу же прекратился. Пользуясь светящимися окнами как ориентиром, Джек в скором времени вышел на узкую, хорошо утоптанную тропинку. Здесь он остановился, тупо глазея по сторонам, не имея ни малейшего понятия, куда двигаться дальше.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64

Поделиться ссылкой на выделенное