Дмитрий Казаков.

Ледяной клинок

(страница 5 из 31)

скачать книгу бесплатно

Остановился, когда в лицо пахнуло холодом, поднял веки.

Впереди лежала мощеная голубовато-зелеными плитами площадь, а в ее центре высилось сооружение, выглядящее таким новым, словно его возвели сегодня. Стального цвета пирамида, окруженная колоннами, покоилась на кубическом основании. На ее грани, обращенной к Олену, переливался синевой и золотом огромный глаз с вертикальным зрачком.

На вершинах колонн виднелись статуи, а в центре основания чернел овал входа.

– Разумнее всего будет убраться отсюда, – пробормотал Олен, ступая на зелено-голубую плиту, – это, наверное, храм, построенный если не Древними, то орданами. Людям здесь делать нечего…

Язык произносил слово за словом, а ноги сами несли вперед, к входу, откуда тянуло прохладой и неприятным сладковатым запахом. Надвинулась исчерканная угловатыми знаками стена основания, нависла над головой пирамида. Оскалилась на колонне крылатая тварь, и Олен очутился в коридоре с гладкими стенами.

Тут он перестал сопротивляться и пошел вперед. Через арку, охраняемую двумя статуями мускулистых человекоподобных существ с волчьими головами, вышел в зал, занимающий большую часть внутренностей пирамиды. Шагнул на бугристый пол, в углах зашепталось эхо.

Зал выглядел пустынным. Свет проходил через пробитые далеко вверху отверстия, падал на большие статуи, стоящие у стен, на занимающую центр прямоугольную плиту из черного камня. Везде лежал толстый слой серой мохнатой пыли, пылинки танцевали в воздухе.

– Мне тут нечего делать, – повторил Олен, дернул себя за мочку уха, но непонятно зачем двинулся к алтарю.

Подошел к нему в клубах поднятой пыли. Наклонился, вглядываясь в линии на черной поверхности, образующие сложный рисунок и…


… едва не ослеп от ударившего со всех сторон света.

Олен болтался в пустоте, раскинув руки и ноги. Свежий, холодный ветер трепал волосы, хлопал рубахой на животе. А далеко внизу, ограниченный бело-синей каймой, лежал громадный серо-желто-коричневый силуэт. Белели шрамы гор, зеленели массивы лесов.

– О боги, это же Алион! – сердце заколотилось от восторга и ужаса, захотелось за что-нибудь ухватиться, чтобы не рухнуть с чудовищной высоты и не превратиться в кучку окровавленной плоти.

Но тело непонятным образом держалось в воздухе, и Олен почувствовал себя увереннее, завертел головой. Он видел раскиданные на просторах Алого океана острова Закатного архипелага, морщинистые склоны Предельных гор, синюю ленту великой реки Дейн, стоящий у ее устья величественный Безарион, с которого началась история людей в этом мире.

Названия сами появлялись в голове, словно кто-то шептал их на ухо.

Там, где Дейн делает петлю, поднимаясь к северу, углядел на ковре леса черно-золотую «заплату». Почуял идущую от нее волну колючего, какого-то неправильного холода, в центре «заплаты» различил сверкающую искорку.

«То место, где я нахожусь!» – мелькнула догадка.

Взгляд заскользил на юг, к Огненным горам и лежащему за ним полуострову Мероэ, населенному Старшими эльфами.

Затем пошел западнее, через бескрайние степи, принадлежащие оркам, к Опорным горам, держащим на себе всю невероятную тяжесть Алиона.

Желтая пустыня к югу от гор поблескивала, как затянутая тонким льдом лужица.

Олен пригляделся к ней, и его со страшной скоростью потянуло вниз. В ушах засвистел ветер, глаза заслезились, перед ними мелькнуло что-то похожее на снежинку из золота. Ощутил удар, его толкнуло вверх, и Рендалл вновь оказался в безбрежной синеве неба, высоко над миром.

Для второй попытки пристального разглядывания выбрал лежащие далеко на севере Драконьи острова, похожие на черные кляксы. Тут все получилось тоже не очень здорово. В лицо дохнуло жаром, на мгновение ослепила багровая вспышка, яркая, как тысяча костров. Олен спешно зажмурился, а когда снова поднял веки, решил, что больше всматриваться ни во что не будет.

Остался висеть в высоте, как невероятно могучий орел.

Непонятное мерцание виднелось не только в южной пустыне. Словно алмазная крошка была рассеяна по островам Западного архипелага, искорки горели на дне Алого океана, золотые точки виднелись далеко на юге, где в синеве теплого моря лежал похожий на толстую рыбу Солнечный остров.

– Что это такое? – спросил Олен, и удивился, как странно звучит его голос – звук словно уходил внутрь головы.

Перед глазами все закружилось, Алион превратился в громадный многоцветный волчок. Бездна жадно всосала в себя человеческое тело, поток ревущего воздуха ударил в лицо…


…и Олен обнаружил, что стоит, упираясь лицом и руками в черную поверхность, канавки на которой складываются в сложный рисунок. Поспешно распрямился и сглотнул пересохшим горлом.

На прямоугольной каменной плите лежал меч – прямой, длинный клинок в ножнах из мягкой коричневой кожи. Рифленая рукоятка матово поблескивала, на ее оконечности виднелся шарик размером со сливу.

– А… – Олен огляделся, надеясь обнаружить того, кто притащил в храм оружие, но не увидел никого.

Рассеянный свет так же падал сверху, освещал пустые углы громадного зала и ниши в стенах. Слой пыли на бугристом полу выглядел не потревоженным, в нем не было вообще никаких следов. Овал выхода за спиной казался черным, как нора исполинского червяка.

Сердце забилось чаще, Олен завертел головой – статуи! Он точно помнил, что вдоль стен и у входа стояли статуи! И куда они в таком случае исчезли? Провалились сквозь землю? И как могли пропасть следы, ведь пыль не может лечь обратно и скрыть их!

Несколько мгновений сражался с паникой, с желанием немедленно броситься бежать.

– Тут никого нет, – шептал Олен, чтобы не вызвать эха, – я совсем один. Наверное, мне это на самом деле кажется. И статуи и следы на месте, просто я их не вижу из-за древней магии…

Успокоившись, решил осмотреть меч. Осторожно коснулся рукоятки, та оказалась неожиданно теплой, словно ее только что держали. Когда потянул, раздался негромкий скрип, и клинок с легкостью вышел из ножен. Те, на вид мягкие, не потеряли формы, но Олен не обратил на это внимания.

Он с открытым ртом пялился на меч.

Длинное прямое лезвие имело светло-синий цвет, в его глубине поблескивали голубоватые искорки. Оно чуть сужалось к концу, а весило оружие куда меньше, чем должно было, исходя из размеров.

– О боги… – пробормотал Олен, поднимая левую руку, чтобы коснуться клинка. – Что это такое?

Лезвие оказалось холодным, боль пронзила указательный палец. Олен спешно отдернул руку и для пробы взмахнул мечом. Тот качнулся, разрезал воздух, по нему побежали неяркие блики.

– Лед, меч изо льда… – голос от волнения звучал хрипло. – Интересно, кто сумел сделать такое?

Кроме этого вопроса, хотелось задать и второй: «Не будет ли хозяин возражать, если я заберу эту штуку себе?». Но Олен сильно сомневался, что маг, создавший чудесное оружие, жив. Судя по слою пыли на полу и развалинам на окраинах города, разумные существа не появлялись тут много веков, если не тысячелетий.

– Ладно, – пробормотал он, – мне еще через лес идти, а там пауки всякие, прочие чудовища. А эта штука куда лучше, чем нож. Если кто-то не хочет, чтобы я взял меч, – Рендалл огляделся, – то дайте знать об этом сейчас…

Ничего не изменилось в храме. Пол не шевельнулся, никакой призрак не явился из-под земли, чтобы заявить права на чудесное оружие.

– Отлично, клянусь Селитой, – Олен сунул клинок обратно в ножны и взялся за них. – Тогда я пошел.

Безо всяких препятствий добрался до выхода из зала. Остался позади овальный коридор, открылась вымощенная голубовато-зелеными плитами площадь, высящаяся на ней громадная статуя. Увидев ее, Олен замер в удивлении – когда шел в храм, ничего подобного не видел – и задрал голову, чтобы разглядеть верхушку изваяния.

Неужели магия орданов могла скрыть такую громадину?

Обнаженное существо, напоминающее человека, но покрытое чешуей, душило громадного лебедя. Крылья птицы топорщились похожими на копейные наконечники перьями, когтям позавидовал бы орел. Две головы исполина, будто отобранные у большущей ящерицы, терялись в низко ползущих облаках.

Все вместе производило жуткое впечатление, казалось, что статуя вот-вот рухнет.

– Пора отсюда убираться, – Олен торопливо сунул меч в ножнах за пояс и зашагал прочь от пирамиды.

Город, через который недавно проходил, тоже изменился. Сине-красные здания исчезли, на смену им пришли желтые конусы, сложенные из небольших блоков. Куда больше стало развалин, статуи на перекрестках сменились черными головами на высоких постаментах.

Принадлежали они самым разным существам, страшным и прекрасным, но мало похожим на людей. Олену чудилось, что слепые, матово поблескивающие глаза следят за ним, смотрят вслед со злобой.

Когда между домами мелькнула опушка леса, он вздохнул с облегчением. Прошел мимо груды развалин, из которых торчала корявая, будто обгрызенная колонна, и неожиданно для себя остановился. Услышал ядовитое негромкое шипение, ноги словно примерзли к растрескавшимся плитам мостовой. С невероятным трудом удалось повернуть голову и скосить глаза.

От колонны, неспешно шевеля лапами, по развалинам двигалось существо, похожее на лишенную крыльев стрекозу размером с корову. Розовое тело неприятно поблескивало, точно намазанное слизью, глаза, напоминающие драгоценные камни, сверкали, из пасти торчал язык длиной в локоть.

Из какой-то щели выскользнула вторая тварь, за ней третья, когти царапнули по камню. Олен подумал, что глупо будет стать едой для насекомых-переростков, и начал бороться с оцепенением. Гнев придал сил, удалось шевельнуть правой ладонью, тронуть шарик на рукояти меча.

Пальцы закололо, вверх к запястью пошла волна тепла. Освобожденная рука задвигалась легче, Олен схватил оружие и потащил его из ножен. От напряжения занемело плечо, на лице выступили крупные капли пота.

Первая «стрекоза» остановилась, задергалось вытянутое брюшко, замелькали вокруг него какие-то тени. Шипение стало громче, ударило со всех сторон, как волна, заставляя разум погаснуть, а тело застыть в оцепенении. Но рука не онемела, и ледяной меч явился во всей красе.

Сверкнули внутри синего лезвия белоснежные звездочки. Забивая шипение, раздался тонкий звон, какой бывает, когда разбиваются падающие с крыш сосульки. Окостенение исчезло, и Олен понял, что вновь может свободно двигаться.

Первая тварь остановилась, точно в нерешительности, вскинула длинное брюшко, увенчанное зазубренным жалом. Вторая и третья подобрались ближе, встали с ней рядом, глаза их заблестели.

– Прочь! – Олен сделал шаг вперед, махнул мечом. «Стрекозы» дружно отступили, но зашипели громче.

Меч смущал их, настораживал, но не более.

– Откуда вы взялись только на мою голову? – Олен прикинул, не пора ли обратиться в бегство, и тут перед глазами мелькнула оранжевая молния. Рыжий кот припал к земле и грозно взвыл.

Выглядел он в этот момент очень крупным, с матерого волка. Шерсть на спине стояла дыбом, в ней сверкали золотые пряди. Уши с кисточками были прижаты, а хвост бил по бокам.

«Стрекозы», не разворачиваясь, метнулись назад, и исчезли в щелях среди развалин.

– Рыжий? – удивился Олен. – Ты тут откуда взялся?

– Мяу, – кот повернулся к человеку, окинул его покровительственным взглядом и неспешно потрусил в сторону леса.

Олену ничего не оставалось, как последовать за ним. На ходу шерсть зверя опускалась, уши поднимались, а сам он постепенно уменьшался, принимая обычные размеры.

Когда разрушенный город и поднимающаяся над ним статуя исчезли за деревьями, кот остановился. Шлепнулся на задницу, точно обыкновенный котяра, и принялся деловито умываться. Олен присел рядом и опустил руку на покрытую мягкой шерстью голову.

– А ведь ты спас меня, – сказал он, заглядывая в золотистые глаза и почесывая Рыжего за ухом. – Те твари испугались тебя, а не моего меча. Кто же ты такой, что сумел отыскать меня снова и не бросил в беде?

Кот работал языком и урчал так, что бока у него ходили ходуном.

Не дождавшись ответа, Олен встал и попытался сообразить, куда идти дальше. За приключениями он несколько подзабыл, с какой именно стороны вошел в город. После некоторых размышлений выбрал направление, больше всего похожее на юго-запад, и двинулся в ту сторону.

Не успел пройти и трех миль, как снова лишившийся солнца небосвод начал темнеть. На берегу небольшого ручейка Олен решил, что дальше идти не стоит, и принялся готовиться к ночлегу.

Кот лежал под «глазастым» кустом и с ленцой наблюдал за действиями человека. Когда тот лег и перестал шевелиться, Рыжий бесшумно поднялся и, двигаясь тише несомой ветром паутинки, исчез в зарослях.

Проснувшись утром, Олен открыл глаза, потянулся так, что заскрипели суставы в плечах, а в спине что-то хрустнуло. Двинул руку за одеялом, чтобы натянуть его на себя, перевернуться на другой бок и поспать еще, и в этот момент вспомнил, где именно находится. Сердце закололо, возникло желание опустить веки и провалиться обратно во мглу сновидений, где цел дом, живы мать и отец…

Олен заскрипел зубами и заставил себя подняться.

Кота видно не было, о нем напоминали лишь следы от когтей на ближайшем стволе да клок рыжей шерсти на одной из ветвей. Тянуло гарью от кострища, шелестели на ветру золотые листья.

– Надо идти дальше, – Олен зевнул, потянулся к стоящим рядом сапогам. – Что толку, если я сгину в этом лесу? Только радость врагам…

Он напился из ручья, еще раз вытащил из ножен чудесное оружие, полюбовался искорками в синем лезвии. Когда запихнул меч за пояс, ощутил неожиданный прилив уверенности. Отправившись в путь, даже принялся насвистывать известную песенку о дочери императора и семи гномах.

Свист звучал глухо, не порождал под сводами Вечного леса даже эха.

Олен миновал гряду холмов, сплошь покрытых кустарником, и от неожиданности споткнулся, когда понял, что по траве перед ним стелется тень. Обернулся и испустил ликующий крик – на синем небе сияло привычное желтое солнце, около него виднелись пухлые белые облака.

Сначала подумал, что это очередной морок. Но потом заметил впереди границу, на которой деревья с зелеными стволами уступали место стройным исполинам эльфийского леса. Когда преодолел ее, на уши обрушился обычный лесной шум – песня соловья, гул кружащихся над цветами пчел, шорох травы под ногами. После безмолвия золотой чащи все это показалось необычайно громким.

Что-то тихонько свистнуло, длинная стрела с блестящим древком и белыми перьями воткнулась в землю у ног Олена. Он резко остановился, уставился на нее во все глаза, вспоминая, где видел такую же…

Выходило, что в той грезе, где орудовал тяжелым топором!

Ветви куста, усеянные крупными белыми цветами, закачались и на открытое место вышли трое эльфов. Поднялись тонкие серебристые клинки, блики потекли по длинным подпоясанным кольчугам. На гладких, точно вода лицах появилось одинаковое презрительное выражение.

– Прими смерть достойно, – с каким-то лязгающим акцентом проговорил самый высокий из эльфов, из-под конического шлема которого выбивались темно-русые кудри. – Бежать бесполезно…

Ноги Олена примерзли к земле. Он судорожно сглотнул, будучи не в силах отвести глаз от блестящих, заточенных до убийственной остроты лезвий, готовых вонзиться в его тело…

И тут Рендалл вспомнил, что и у него есть оружие! Ладонь опустилась на теплую рифленую рукоять, и меч будто сам вылетел из ножен. Синее лезвие оставило в воздухе светящийся след, искорки закружились, образовали что-то вроде уходящего вверх вихря из огня.

Олен от неожиданности клацнул зубами, едва не выронил оружие. Эльфы замерли, глаза их, зеленые и яркие, как изумруды, блеснули удивлением.

– Откуда у тебя это? – вкрадчиво спросил тот из эльфов, что стоял справа.

– Не ваше дело, – просипел Олен через стиснутые зубы. Сияние вокруг клинка исчезло, словно втянулось в него. Мускулы ног сократились сами, и Олен прыгнул вперед. Успел заметить изумление на лице русоволосого, и ледяной меч с невероятной скоростью плашмя обрушился тому на шлем. Брякнуло, глаза эльфа закатились, и он упал в траву.

Стоявший справа сделал выпад, Олен дернул тело вбок и одновременно с разворота ударил туда, где остался третий из воинов лесного народа. С удивлением увидел, что попал, как хрупкое на вид синее лезвие с легкостью прорубило кольчужный рукав и вонзилось в предплечье. Не давая раненому оправиться, подскочил к нему вплотную и рукой с зажатым в ней эфесом меча шарахнул в челюсть.

Эльф свалился без звука, и Олен повернулся к последнему оставшемуся на ногах противнику. Краем уха услышал, что в кустах, из-за которых явились эльфы, началась шумная возня, но отвлечься себе не позволил.

– Я тебя убью, – пообещал эльф и атаковал так стремительно, что очертания его смазались. Олен смог только ринуться навстречу и ударить наотмашь, точно дубиной в надежде хотя бы зацепить противника.

Громыхнуло, лязгнуло. С удивлением обнаружил, что третий эльф валяется рядом с соратниками, и что на его красивом шлеме виднеется здоровенная вмятина.

– Интересно, а что ты собирался делать с тем парнем, что засел тут с луком, – спросили из кустов, – или ты не знал про него?

– Нет, не знал, – ответил Олен, оторопело моргая и переводя взгляд с валяющихся на земле эльфов на меч в своей руке.

Скажи кто, что он сможет в схватке одолеть троих воинов лесного народа – уроженец Заячьего Скока долго бы смеялся. Но сейчас, когда это произошло на самом деле, смеяться желания не было, хотелось укусить себя за руку, чтобы как можно быстрее проснуться.

– Всякому дураку известно, что эльфы-воины ходят по четверо, – ветки раздвинулись, зашуршало, и из-за кустов вышла невысокая девушка в зеленой охотничьей куртке, черных штанах и сапогах. – А ты, судя по всему, не простой дурак, а редкостный. Так и будешь стоять?

– А что делать-то?

Незнакомка выглядела хрупкой, как только что вылезший из-под земли росток. Но на поясе у нее болтался меч, рядом с ней – небольшая сумочка из светлой замши, а из-за плеча выглядывал кончик лука. Вытянутые, как у эльфов, глаза, только синие, смотрели решительно, в светлых волосах выделялись белые, но не седые прядки.

«Как у Рыжего, – подумал Олен, – только у того золото, а у нее – серебро».

– Что делать? – треугольное личико девушки отразило величайшее презрение. – Если ты хочешь выбраться из этого леса живым, то должен для начала связать этих типов. Надо же, разделал их как детей, и не знает, как быть дальше?

– Это вышло случайно, – Олен почувствовал, что краснеет, но ничего не смог с собой поделать.

– Конечно, – девушка нагнулась к самому высокому из эльфов и принялась снимать с него узкий, расшитый листьями пояс, – так я тебе и поверила. Давай, помогай. Вяжи им руки, а ноги скрутим уздечками. Там, за кустами четыре коня. Заберем всех…

– Куда так много?

– Для того чтобы эти альтаро, развязавшись, в погоню за нами не ринулись – Олену достался еще один презрительный взгляд. – И вообще, чудно ты выглядишь. Одет, как крестьянин, но дрался, как настоящий хардаг. И меч этот твой странный, я таких в жизни не видела…

– Альтаро, а кто это?

– Так называют себя хозяева этих мест.

Болтая, она ловко стянула руки высокого эльфа и занялась его раненым в руку собратом. Олен с трудом разобрался со сложной пряжкой из серебра, украшенной изображением хрустальных дождевых капелек, и связал доставшегося ему противника.

– Теперь ноги, – девушка быстро сбегала за кусты и вернулась с тремя кусками веревки, одну ловко бросила Олену, – а вообще, мне повезло, что охранявший коней воин отвлекся на вашу схватку. Так просто к альтаро не подкрасться. И вообще, ты здорово сделал, что не убил никого. Лишить эльфа жизни в его родном лесу – подписать себе смертный приговор…

– Откуда ты столько о них знаешь? – уздечка цеплялась за пальцы, не желала скручиваться в узел, и Олен от натуги пыхтел. – И вообще, кто ты такая? Зачем вмешалась в схватку? Какое тебе до меня дело?

– Не люблю, когда трое на одного. А вообще меня зовут Саттия, я – эльф.

– Олен, – хмуро бросил он. – Что, эльф!?

Всякий знает, что у обитателей Великого леса волосы темные, а глаза – всегда зеленые. Судя по рассказам, их родичи, живущие далеко на юге, за Огненными горами, могут похвастаться светлой мастью и зрачками цвета весеннего неба. Но их к северу от Дейна не видели много столетий.

– Да, – щеки Саттии чуть порозовели, а глаза сердито сверкнули. – Ладно, болтать потом будем. Сейчас нужно убираться отсюда, пока другой патруль на нас не наткнулся. Иди за мной.

За кустами, куда она привела Олена, обнаружился еще один лежащий эльф, уже связанный. Четыре тонконогих коня с белоснежными гривами и огромными черными глазами посмотрели на людей с недоумением. Саттия свистнула, из чащи донеслось негромкое ржание, а затем топот.

Из зарослей выбежала изящная сивая кобылка.

– Чего смотришь? Это моя Чайка, – девушка погладила ее по морде и показала в сторону эльфийских скакунов. – Залезай на любого. Или ты никогда не ездил верхом? А я пока вещички осмотрю, может, найдется чего нужное.

– Ездил… – Олен снова покраснел – стыдно было признаваться, что последний раз катался на конской спине почти десять лет назад во время купания деревенских лошадей, голым, без седла и уздечки…

Он подошел к тому скакуну, что выглядел наиболее смирным. Вставил ногу в окованное серебром стремя, ухватился за высокую луку седла и подтянул себя вверх. Несколько мгновений балансировал в неустойчивом равновесии, потом осознал, что сидит верхом.

– Да, ну и ну, – пробормотала Саттия, вытаскивая из седельной сумки одного из альтаро котелок и какие-то мешочки. – И где только берут таких наездников?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Поделиться ссылкой на выделенное