Дмитрий Казаков.

Грязная магия

(страница 7 из 30)

скачать книгу бесплатно

Только сделав первый из указанных поворотов, он облегчил душу. Выслушавший пятиэтажную тираду кот уважительно моргнул, а слабонервная сорока с истошными криками понеслась прочь.

Переулок Семи Гномов Кривой Билли нашел довольно быстро, как и большой серый дом. Но когда он ступил на дорожку, ведущую к дверям, на пути убийцы возникло препятствие.

При ближайшем рассмотрении оно оказалось толстой женщиной в огромной шляпе, украшенной таким количеством фруктов и цветов, что их хватило бы на небольшую сельскохозяйственную выставку.

– Кто вы есть быть? – спросила женщина строго, заставив Кривого Билли растеряться.

Госпожа Тюфяк, хозяйка дома, в котором снимали комнату Арс и Шнор, происходила из заштатного Лоскута к западу от Ква-Ква и всячески подчеркивала свое происхождение, разговаривая с нарочитой неправильностью. Из-за этого общение с ней напоминало разгадывание ребусов.

– Кто вы есть быть? Я вас спросить! – настаивала она.

Кривой Билли испытал чудовищной силы искушение устранить препятствие обычным для себя способом – ударом ножа. Но вокруг было слишком людно, и он сдержался.

– Я ищу одного человека, – проскрежетал он. – Его зовут Арс. Я должен ему денег!

Но на этот раз байка не сработала.

– Ай-яй-яй, – затрясла головой госпожа Тюфяк, рискуя закрепленными на шляпе сельхозпродуктами. – Врать хорошо не есть! Такой же как вы приходить вчера и тоже просить Арс! Тоже должен деньги. Я отказать – в этот дом приходить только приличный люди! И кроме того, Арс здесь не быть уже несколько день.

Пока Кривой Билли переводил услышанное в нормальные слова, госпожа Тюфяк буровила его недоброжелательным взглядом, годным для разведки глубоко залегающих месторождений нефти.

Осознав то, что ему сказали, убийца обомлел – что, кто-то приходил сюда раньше него? Что, этого студента ищет еще кто-то? Кто-то осмелился перейти дорогу ему, Кривому Билли?

Повторное искушение было еще сильнее первого. За то, что Билли не поддался, Кривого стоило признать святым, достойным вознесения прямо на Влимп и возведения в его честь храма Святого Убийцы…

Ведь он всего лишь заскрипел зубами.

– Нет, говоришь? – слова с трудом прорывались сквозь скрип. – Смотри, мамаша, если ты меня обманываешь…

Госпожа Тюфяк отступила на шаг. В крошечном, скрытом шляпой и черепом мозгу зародилось подозрение, что существуют люди, ее не боящиеся и даже способные причинить ей вред.

Это было сродни откровению.

Когда она пришла в себя, Кривого Билли и след простыл.

Надо сказать, что Дыры, равно как и Норы, представляют собой что-то вроде темного и сырого угла в доме, откуда расползается плесень разных видов, тараканы, клопы, муравьи и прочие разновидности паразитов.

Так вот убийцы занимают в этих темных углах города положение крыс – самых сильных и умных существ, или, если использовать более благородное сравнение, – аристократов преступного мира.

Поэтому когда Кривой Билли пинком отворил дверь таверны «Тугая мошна», где собирались предводители обитающих в Дырах нищих, то завсегдатаи и не подумали выразить возмущение.

Они лишь поглубже втянули головы в плечи и предприняли попытку слиться с ландшафтом (ну или тем, что его заменяет в тавернах).

Совершенно безуспешную, надо сказать.

– Слушайте меня, – сказал Кривой Билли, выйдя в центр таверны и для убедительности поигрывая ножом, – и ты, Жирный Друмс, не отворачивай морду. Мне нужна одна услуга от вас, и кто ее окажет, будет радоваться этому не один год…

– Э, что ты хочешь? – спросил самый смелый из нищих, Однорукий Бобо. Рук у него было две, но в молодости он немало заработал, успешно скрывая конечность где-то в районе ягодиц.

– Чтобы вы нашли мне одного человека. – Кривой Билли обвел таверну взглядом единственного ока, и тупейший из сидящих за столами попрошаек понял, что отказать убийце будет неразумно.

И вредно для здоровья.

– Его зовут Арс Топыряк, он студент, – сообщил убийца, после чего описал внешность жертвы со всей возможной дотошностью.

– Где он может быть, я не знаю, – сказал Кривой Билли на прощание, – и пусть все ваши подопечные ищут его: те, кто побирается у храмов, и жирующие за старыми стенами, и клянчащие на окраинах…

– Мы постараемся, – пообещал Однорукий Бобо. – Очень постараемся.

– Вот и отлично, – сказал Кривой Билли и вышел.

Откуда ему было знать, что вчерашним днем в Норах похожий разговор состоялся у Косого Эдди с некоронованным правителем норных побирушек Золотым Ойлем.

И закончился он примерно с тем же результатом.

Глава 5

С улицы Фиолетовая больница встречала гостей высокой и мощной стеной, способной вызвать зависть у некоторых крепостей. В ней имелись ворота, предназначенные выдерживать удары тарана, и крошечная калитка – для прохода посетителей.

Шнор Орин толкнул ее и тут же был остановлен властным окриком:

– Куда?

Дорогу Шнору преградила необъятных размеров дама в хламиде серого цвета, метла в ее руке смотрелась оружием, более опасным, чем копье или меч. Под суровым взглядом Орин затрепетал, ощутив себя насаженным на булавку жуком.

– Друг у меня… тут… эээ…

– Я спрашиваю, куда на чистое прешь? Не видишь, тут разметено?

Шнор опустил взгляд. Обширный больничный двор был замощен серыми плитами, и отличить, какие плитки являются чистыми, а какие – нет, не смог бы даже орлиный взгляд. Их все покрывал слой грязи.

– Э, а куда идти?

– Вон туда! – хозяйка метлы подняла руку, словно изготовленную из цельного бычьего окорока.

Шнору Орину, ругаясь про себя, пришлось пробираться вдоль стенки. Его провожали подозрительным взглядом. Только вступив на крыльцо, студент вздохнул с облегчением.

Когда черноволосая девица с кафедры медицинской магии явилась вчера к нему домой и рассказала, что Арс в больнице, Шнор сначала решил, что это шутка. Потом подумал, что с приятелем случилось чего-то серьезное, и лишь затем до него дошло, что таким образом Арс Топыряк спасся от неведомого убийцы.

– Ты спрятала его в больнице? – спросил он, изумленно глядя на медичку, которая представилась как Айя.

– Да, и что тут такого? – на лице девушки отразилось недоумение.

Шнор промолчал. Если выбирать, то он предпочел бы быструю смерть.

Больницы предназначались для спасения жизни и здоровья людей, а также представителей прочих разумных рас. Но, несмотря на это, они пользовались славой мрачных застенков, где свирепые доктора удовлетворяют садистские инстинкты, мучая больных всякими хитроумными способами…

Иной точки зрения придерживались разве что сами маги-лекари.

Пройдя в дверь, Шнор Орин оказался перед закрывающей проход металлической решеткой. Сбоку у нее имелась небольшая кабинка, которую занимала еще одна монументальная дама в серой хламиде.

– Куда? – спросила она.

– И тут разметено? – удивился Шнор, пришедший к выводу, что работниц в Фиолетовую больницу набирают по одному признаку – способности перещеголять объемами гиппопотама.

– Куда идешь? К кому? – повторила дама.

– Арс Топыряк, его привезли к вам пару дней назад, – сказал Шнор.

– Так, – дама в будочке зашелестела пергаментными листами, – есть такой. Этаж три, бокс третий… Допуск ограничен, к тому же сейчас не часы для посещений. Ты ему кто: отец, мать?

– Я-то? – был соблазн назваться братом, но Шнор Орин его преодолел. – Друг. Но у него родственников в Ква-Ква нет! А я студент, мне и так пришлось с занятий отпрашиваться!

– Ладно, – дама смягчилась. – Иди уж. Только калоши надень.

У подножия будочки обнаружился деревянный ящик, в котором хранились несколько пар дырявых и грязных галош. С какой целью визитер должен был напялить их на нижние конечности, оставалось неясным. Шнор подумал, что тут замешаны какие-то древние обычаи.

Когда он нацепил галоши, дама в будочке что-то нажала, и решетка с душераздирающим воплем, на который способны разве только баньши или привидения высшего класса, отъехала в сторону.

– Справа будет лестница, – сказала дама. – По ней до третьего. Там свернешь влево и потом спросишь.

Пройдя несколько шагов, Шнор, как в стену, уткнулся в облако запахов. Пахло чем-то горьким, горелым и еще неприятно сладковатым – короче говоря, пахло больницей.

По лестнице поднялся без приключений, но едва вышел на третий этаж, как чуть не столкнулся с каталкой. Толкал ее равнодушно выглядящий тролль (они всегда так выглядят, каменные лица не очень-то выразительны), а на зеленой простыне, закрывающей лежащее на каталке тело, проступали кровавые пятна.

Шнор содрогнулся. Каталка, дребезжа и подпрыгивая, покатилась дальше.

Орин зашагал по коридору, минуя расположенные по обеим сторонам одинаковые двери. Из-за одной донесся металлический лязг и хруст, сменившийся истошным воплем:

– Нет, я буду, буду есть то, что вы сказали! Ааа!

– Поздно! – ответил полный гнева голос. – Раньше надо было думать! Теперь я возьмусь за тебя всерьез! Ха-ха!

На спине Шнора объявились мурашки. Решив, что место подходящее, они принялись топтаться и скакать туда-сюда целыми табунами, щекоча кожу холодными лапками.

Орин невольно ускорил шаг и вылетел в небольшой квадратный вестибюль. С двух его сторон были окна, с третьей – мощная дверь, снабженная множеством замков и охранных заклинаний.

– Вы к кому? – спросила сидящая за конторкой суровая женщина в зеленом халате. Она была чуть помельче первых, но этот недостаток компенсировался решительным выражением лица, перед которым отступил бы и бультерьер.

– К Арсу Топыряку. Друг, но родственников у него нет, – Шнор высказал все сразу, не дожидаясь вопросов.

И, похоже было, поступил правильно.

– Одевайтесь, – проговорила суровая женщина, извлекая откуда-то из-под конторки огромный мешок из полупрозрачной ткани.

– Что это?

– Защитное одноразовое приспособление. Не допустит к вам болезнетворную магию и вирусы, – сообщила женщина. – Без него я не имею права впустить вас внутрь.

В защитное приспособление полагалось влезать целиком. Забравшись в него, Шнор ощутил себя довольно интимным органом, который иногда обряжают подобным образом. Видно сквозь ткань было плохо, а шагать приходилось осторожно, чтобы не наступить на край.

Женщина долго грохотала замками, отпирая дверь. За ней открылся короткий коридор, в который выходили еще шесть дверей, монументальных, как в банковском хранилище. От наложенных на них заклинаний шевелились волосы.

Снова замки, и после пяти минут ожидания и потения (помимо вирусов, защитное устройство не пропускало еще и тепло) Шнор шагнул в бокс номер три, напоминающий внутренности зеленой раковины.

Арс был тут. Бледный, как первый снег, он лежал неподвижно, уставив взгляд в потолок.

– Эй, Арс? – позвал Орин. – Ты жив?

– Жив он, – ответил усатый мужик с соседней кровати. – Только умучили его. Обследовали сегодня.

– Шнор? – Топыряк приподнял голову. – Ты пришел? Ты принес поесть?

– Нет, – Орин даже отступил на шаг. – А зачем? Разве тут тебя не кормят здоровой и питательной пищей?

– Не знаю как насчет здоровой и питательной, но пищей я бы это не назвал, – откликнулся Арс, изобразив на лице величайшее отвращение.

Лежащий на кровати в углу краснощекий здоровяк прекратил храпеть, с неимоверной скоростью вскочил, сожрал все со стоящего около изголовья столика, потом опять рухнул в кровать и заснул.

– Что с ним? – осторожно спросил Шнор.

– Темпоральная лихорадка, – охотно пояснил усач. Одеяло сползло с его груди, обнаружив буйную поросль черных волос, в которой кое-где виднелись проплешины. – Для него сейчас прошел целый день. В прошлый раз, когда он проснулся, то пытался поговорить с нами, но ничего у него не вышло. Слишком быстро слова произносит…

– Ух ты! – Шнор поднял руку, чтобы почесать в затылке, но внутри защитного приспособления оказалось слишком тесно. – А с тобой что, Арс?

– Криенский вирус, – мрачно буркнул Топыряк. – Его пытаются найти во мне второй день. Чего только не делали. Знаешь, что такое сканирование?

– Нет.

– Это когда твои внутренности просматривают при помощи хрустального шара. Копаются в них, будто в собственном кармане. Ощущения такие, словно внутрь к тебе забралось десятка два мышей, которые бегают всюду и все время кусают…

– Ого.

– Есть еще чего похуже…

И тут Арс пустился в жуткие рассказы о внутреннем осмотре, об анализах и прочих «прелестях» больничной жизни, которые делают ее более привлекательной, чем отдых на курорте.

– Э, да, – сказал Шнор, когда ощутил, что его начало тошнить. – Все это ужасно интересно, но мне пожалуй, пора.

– Погоди, – Арс нахмурился, – ты что, не поможешь мне выбраться отсюда?

– Лучше тебе побыть здесь, – Орин оглянулся и чуть понизил голос, – а то заходила мадам Тюфяк, рассказала, что о тебе спрашивали какие-то типы, все как на подбор одноглазые…

– Да? – Арс побелел, точнее попытался это сделать, но поскольку он и так был бледным, то бледность его кожи стала более густого оттенка, вплотную приблизившись к абсолютному рекорду белизны, принадлежащему горным снегам. – Ну тогда… это… да…

– Не скучай, – бодрым голосом, каким и полагается разговаривать с больными, сказал Шнор, отступая к двери, – ребята обещали зайти, Рыггантропов с Тили-Тили. Будут новости – мы тебе сообщим.

Дверь открылась и вновь захлопнулись, оставив больничных узников в изумрудной юдоли скорби.

– Эй, ребята? – прохрипел со своей койки пораженный дендроидными полипами, неожиданно пришедший в сознание. – Навозу не подбросите? А то они, гады, подкормки требуют…


После беседы с начальством лейтенант Поля Лахов чувствовал себя не самым лучшим образом. Но учитывая, что этим начальством был Игг Мухомор, удивляться не приходилось. Наследник славных аристократических традиций и верный слуга города, Магучий Единственный Ночальник Торопливых (сокращенно – МЕНТ) знал только один метод воздействия на подчиненных – разнос, но зато владел им в совершенстве.

По выработанной среди городских стражников шкале Лахову достался разнос класса «шторм средней силы», так что, спускаясь по лестнице, лейтенант несколько пошатывался. В голове у него звенело.

Но все же он нашел силы удивиться, когда заметил у двери, ведущей в Место Временного Тишайшего Отдохновения (попросту говоря, в тюрьму, расположенную в том же здании, что и стража, а точнее – под ним) самого обыкновенного нищего, оборванного, грязного и вонючего, как помойная яма. При виде лейтенанта нищий исчез со скоростью мысли, заглянувшей не в ту черепушку.

– А ему-то что здесь надо? – спросил Лахов, достигнув двери.

– Так спрашивал, не сидит ли у нас некто Арс Топыряк, – через окошечко ответил несущий стражу капрал.

– Ага, – глубокомысленно сказал лейтенант, выбираясь на улицу. Имя это было ему знакомо и вызывало не самые приятные воспоминания о странных убийствах, гневе начальства и говорящих козлах…

– Ну что? – хором спросили ожидающие Лахова сержанты Дука Калис и Васис Ргов.

– Плохо дело, – грустно ответил Лахов. – Никакого выходного. Приказано повысить бдительность в преддверии выборов и не корчить из себя идиотов…

– Это как? – удивился Калис.

– Кто бы знал, – Лахов почесал шлем где-то в районе макушки. – Пытался я ему объяснить, что мы ничего из себя не корчим, да ничего не вышло.

– Нет, это так оставить нельзя! Надо выпить! – воскликнул Васис Ргов. Подобные предложения поступали от него по любому поводу и без оного, и всегда встречали горячее одобрение в сердцах коллег.

Уж в чем в чем, а в потреблении пива стража оправдывала свое гордое название – Торопливые.

– Надо, – согласился Поля Лахов.

Стражники двинулись по давно проторенному маршруту, который по улице имени Тридцатисемилетия Отрытия Канавы вел прямиком к кабачку «Потертое ухо».

– Не многовато ли тут нищих? – удивленно спросил Лахов, уворачиваясь от очередной протянутой к нему ладони, грязной, словно лопата, которой только что грузили навоз.

– Да, есть маленько, – согласился Ргов, у которого от доносящегося со всех сторон нытья «Подайте убогому, пожалейте калеку, на хлебушек не хватает…» звенело в ушах. – Сегодня от них просто не продохнуть.

– Надо с этим разобраться! – Дука Калис споткнулся о костыли, аккуратно положенные поперек дороги, после чего наклонился и одним движением вздернул их владельца на ноги.

– А ну! – прорычал он, раздувая ноздри и бешено сверкая глазами. – Говори, гад, чего тут делаешь?

Происходящий из горцев, сержант знал о сдержанности примерно столько же, сколько морж о бальных танцах, а все проблемы решал самыми простыми методами, чаще всего мордобоем.

– Д-денежки с-собираю, – промямлил нищий, слабо трепыхаясь в лапищах Калиса.

– Не ври, – строго сказал Поля Лахов. – А не то мой приятель даст волю кулакам…

Нищий огляделся в поисках поддержки, но его коллеги расползались со скоростью ящериц, завидевших опасность.

– Зачем кулакам? – кровожадно просопел Калис. – Я его просто зарежу!

– Ладно-ладно, – пробормотал нищий, – велели найти одного человека…

– Кто велел? Кого? – При каждом вопросе Калис встряхивал нищего, и в недрах организма попрошайки что-то звенело, наводя на мысли о золоте.

– Однорукий Бобо… Арса Топыряка…

– Этого студента? – изумился Васис Ргов. – На кой он сдался Однорукому?

– Не знаю… не могу сказать… меня убьют!

– Если не скажешь, точно убьют, – уверенно кивнул Лахов. – Я даже знаю, где и когда. Ну что, будешь отвечать?

– Говорят, – нищий вытаращил глаза до такой степени, что стал похож на рыбу-молот, – что его попросил кто-то из убийц… чуть ли не сам Кривой Билли!

– Сказки! – рыкнул Калис. – Можно, я его зарежу? Сниму стресс заодно…

– Брось, – Лахов сморщил длинный нос и чуть нахмурился. – Вряд ли он скажет больше. Пойдем, а то пиво кончится…

Вот уж последняя фраза была точно из сказки. Пиво в «Потертом ухе» не кончалось никогда.

– Странно это, – задумчиво сказал сержант Ргов, когда Торопливые прикончили по первой кружке.

– Что странно? – спросил Калис, который обладал уникальной способностью жить одним моментом.

Иногда это сильно мешало тем, кто пытался с ним общаться.

– То, что один из лучших убийц нашего города ищет обычного студента, – Васис Ргов восседал за столом в позе мыслителя, подперев кулаком небритую щеку. – И вряд ли для того, чтобы затеять с ним диспут по теоретической магии…

– Убийцы ищут людей с одной единственной целью, – авторитетно добавил Поля Лахов.

С неторопливым причмокиванием опустошили еще по кружке.

– Все же это мне интересно, – не унимался Ргов, – пожалуй, стоит найти Кривого Билли и потолковать с ним. Узнать, кто его нанял…

– Тащиться в Дыры? По этой холодине? – сморщился Калис.

– Почему бы нет? Мне тоже интересно, – сказал Лахов. – Так что давайте еще по одной и прогуляемся!

Калис вздохнул. Он остался в меньшинстве.

* * *

– Ну что, господа, – пропыхтел Тощий Брык, потирая руки самым непотребным с точки зрения кашалотов образом, – техническое совещание позвольте считать открытым!

Двое соперников в борьбе за кресло мэра уставились на него с тем же добродушием, с каким гиена глядит на шакала, первым успевшего к телу антилопы.

– Начнем-начнем, – процедил Вейл Фукотан, – только я не понимаю, почему вы ведете себя так, словно вы тут главный!

– Ведь всякому ясно, что главный – я! – отрезал Крак Мясоруб.

Фукотан смерил его взглядом, в котором было больше льда, чем в средних размеров айсберге.

– Ну-ну…

– Хватит спорить, господа! – воззвал Тощий Брык, про себя кляня соперников самыми последними (и предпоследними, так как последних не хватало) словами. – Мы собрались тут не для того, чтоб выяснить, кто главнее, а чтобы определить, каким именно способом укокошить нашего любимого мэра…

Раздалось слитное пыхтение. Подобное издает бык, сильно разочарованный тем, что вокруг нет подходящих кандидатур для поднятия на рога. В данном случае быков было два.

– Пусть мой помощник начнет первым! – надменно заявил Вейл Фукотан.

– Хорошо, – согласился Тощий Брык, жестом успокаивая готового вскинуться Мясоруба.

– Ну, для изничтожения ворогов имеются многоразличные заклятия, проклятьями, порчами и сглазами именуемые, – заблеял пожилой волшебник, пришедший вместе с Фукотаном, – самыми же эффективными из них признаются проклятья, поелику…

– Нельзя ли поконкретнее? – Тощий Брык сморщился.

– Вот я и говорю, – обиделся маг, – что заклинания, проклятьями именуемые, самые лучшие, поскольку…

Пришлось ждать еще минут десять, прежде чем выяснилось, что пожилой волшебник предлагает использовать древнее и ужасно могучее проклятье под названием Серебряное Копытце.

– Э, а что оно делает? – недоуменно поинтересовался Крак Мясоруб, смущенный безобидным названием.

– О! – маг воздел к потолку узловатый артритный палец. – Оно заморозит всю кровь в теле проклинаемого, и тот умрет не позднее, чем через полгода…

– Этот волшебник явно спец по исторической магии, – прошептал в ухо нанимателю Скрытный, – это проклятье уже несколько тысяч лет как не использовали!

– Хорошая штука, – преувеличенно бодро сказал Тощий Брык. – Только как-то долго действует. За эти полгода Мосик Лужа с помощью поллитртриналохии нас в бараний рог скрутит! Это все, что вы можете нам предложить?

Старый маг выглядел смущенным. Вейл Фукотан аристократично глядел в сторону.

– Ерунда все это, – Крак Мясоруб махнул рукой так, словно в ней был зажат топор, – вот мой… точнее, наш план!

– Сглаз, – проговорил явившийся с ним маг, – дешево и сердито. Три ведра телячьей крови, пара килограмм воска, сотня-другая каленых на огне иголок… и Мосик Лужа, скорее всего, помрет в страшных мучениях.

– Скорее всего? – возмутился Вейл Фукотан. – Что, может и не помереть?

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Поделиться ссылкой на выделенное