Лин Картер.

Джандар с Каллисто

(страница 3 из 13)

скачать книгу бесплатно

   Частицы били в меня снаружи и изнутри, как град, и я чувствовал, что поднимаюсь, поднимаюсь в сверкающей колонне… Все быстрее и быстрее, пока моя скорость не стала ураганной.
   Я не мог видеть, не мог говорить, не чувствовал своего тела, лишился веса, ощущения материальности. Призраком, подгоняемым немыслимой силой, я устремился в небо, окруженный светящимся туманом.
   Может быть, это свечение каким-то необъяснимым способом разорвало путы внутриатомных связей, ту страшную силу, которая удерживает материю? Превратился ли я в дематериализованное облако нейтронов и электронов, подгоняемое каким-то ионным ударом?
   Наука презрительно усмехнется при этом объяснении. Но я никак иначе не могу объяснить необъяснимое.
   Теперь я смутно ощутил страшный холод, сверхарктический холод, какой может быть только в межзвездном пространстве.
   Потом мгновения полной черноты.
   Ощущение невероятной скорости, как будто я движусь быстрее скорости света.
   Холод проникал глубоко, чернота сомкнулась вокруг меня, я летел метеором на немыслимой скорости через немыслимые пространства.
   Мне показалось, что я на мгновение увидел перед собой необыкновенное зрелище. Колоссальный шар, опоясанный коричнево-красными огненными лентами, с циклопическим огненным глазом!
   Холодная мертвая неровная скала устремилась мне навстречу, как замерзший безвоздушный спутник какого-то планетарного гиганта.
   Мгновение я смотрел вниз – или вверх? – на расколотые замерзшие черные скалы, долины, покрытые голубым метановым снегом, на рваную ледяную поверхность, на которой человек не может прожить ни секунды.
   Потом изображение этого шара, несущегося с невероятной скоростью, расплылось.
   Изменилось, претерпело чудесное превращение.
   Я на мгновение увидел густые джунгли, блестящие реки, покрытые снегом горные вершины, сверкающие варварские города и в следующее мгновение почувствовал, как стены вселенной смыкаются вокруг летящей огненной мошки, которой был я сам.
   И больше я ничего не чувствовал.


   Природа во многих смыслах – милосердная мать. Когда плоть ее хрупких детей получает невыносимое потрясение, природа благословляет их беспамятством.
   Я медленно приходил в себя.
   Тело и душа онемели, апатия вяло несла меня на своих волнах. Долго я просто лежал, ни о чем не думая, ничего не ощущая, в тяжелом оцепенении, как после действия сильного наркотика. Я лежал на спине на каком-то гладком холодном камне и смотрел на луны в тускло-золотом небе. Сонно смотрел на три сверкающих луны в темно-золотом небе надо мной.
   Но тут что-то в сознании потребовало внимания. Однако лежать неподвижно и тупо так хорошо! Я постарался закрыть сознание от вторжения непрошенных мыслей и продолжал тупо смотреть на великолепное золотое небо, украшенное тремя лунами, окруженными золотистым паром, – теперь я видел, что это нечто вроде пара, ползущая пленка тускло-золотистого цвета скользила и завивалась над моей головой, как пена на поверхности потревоженного пруда или как многоцветные арабески нефти на тротуарах Нью-Йорка.
   Но все же что-то в этом небе продолжало тревожить мое безмятежное полусознание.
Небо не должно быть золотистого цвета, решил я. У него другой цвет. Голубой?
   Не могу вспомнить.
   Но еще более определенно я понял, что наверху в этом странном небе не может быть трех лун. Особенно таких, как эти. Луна должны быть бледно-белой, не как эти три чудовищных шара, один холодно зеленый, второй тускло-красный, третий – сверкающая смесь лазури и серебра.
   И тут я толчком полностью пришел в себя, как будто на мое обнаженное тело обрушился поток ледяной воды… На обнаженное тело?
   Я невольно взглянул на себя и обнаружил, что гол, как новорожденный. Посмотрел вокруг и увидел, что лежу на широком диске из молочного гагата, окруженном травой с толстыми мясистыми листьями алого цвета, цвета свежей крови… Золотое небо – три луны – алая трава!
   С нечленораздельным криком я вскочил на ноги и пошатнулся, с трудом удерживаясь от падения. Тело онемело, как будто в нем не было кровообращения. Но тут кровообращение возобновилось, и во всем теле я ощутил болезненные уколы. Я с трудом добрался до края кольца и упал на пружинистую траву невероятно алого цвета.
   Тяжело дыша, с сильным сердцебиением, я дико смотрел вокруг себя.
   От сна без сновидений я пришел в себя – в этом кошмаре!
   Гагатовый диск окружен девятью высокими монолитами – столбами черного гладкого камня без всяких украшений. Во все стороны простиралось поле, густо заросшее алой травой с мясистыми листьями. С одной стороны поле понижалось к журчащему в пятидесяти ярдах ручью.
   За мной и справа от меня видимость закрывала густая стена растительности – густые джунгли, но подобных джунглей я никогда не видел. Стволы и ветви, даже самые тонкие веточки, абсолютно черные, черные, как бархат, и форма у них изогнутая, узловатая, какой не может быть ни у одного земного растения.
   А листва опять-таки невозможно, невероятно, фантастически алая!
   Картина кошмарной необычности и фантастической красоты, как видение художника типа Иеронима Босха или Ханса Бока.
   Но это реальность! В этом я не сомневался. Каждая деталь этой невероятной картины вырисовывалась ясно и четко в тройном сиянии невозможно огромных, фантастически раскрашенных лун. Ни сон и видение, ни иллюзия или галлюцинация не могут объяснить эту подробную яркую реальную картину.
   Я лежал, мое ошеломленное сознание пыталось справиться с увиденным, и тут мне в голову пришла еще одна мысль.
   Может быть, я – умер? И этот странно прекрасный и чуждый мир и есть жизнь после смерти? Я разразился насмешливым хохотом. Возможно… Возможно… Но если это так, религии всего мира заблуждаются в описании посмертного существования, потому что это странное место с чудовищными деревьями, золотым небом с тремя лунами, с алой растительностью не ад, и не чистилище, и не рай.
   Не похоже они и на Валгаллу или какой-нибудь другой миф, описывающий то, что за пределами жизни и смерти.
   Эти первые мгновение своей жизни на поверхности Танатора (я впоследствии узнал, что так туземцы называют свой странный мир) я вспоминаю с трудом. Но в одном я уверен: ни на мгновение я не усомнился в своем здравом рассудке. Ни разу не подумал, что то, что я вижу, не реальность, а результат какого-то сна или галлюцинации.
   Я знал, что я жив, в здравом уме, и что окружающая меня картина реальна, это не проявление умственного расстройства или попытка бежать от реальности. Я чувствовал прикосновение алой травы к ступням своих ног, ощущал тепло солнечного света (или того, что принимал за солнечный свет) на своем обнаженном теле; легкий ветерок шевелил разбросанные пряди светлых волос, упавшие мне на лоб, и невидимыми руками прикасался к моему нагому телу. В ноздри вливался запах растительности, какого я раньше никогда не ощущал. Уши слышали легкий шелест листвы, журчание ручейка, покашливание какого-то существа в джунглях.
   Этот мир реален. А я – как бы я тут ни оказался – я здесь.
   Я с любопытством осмотрелся.
   Вся одежда с меня исчезла. Даже белье, носки, ремень от часов, кольцо на указательном пальце правой руки (его в какой-то забытый день рождения мне, мальчику, подарил отец) – все исчезло.
   Прижав руку к груди, я обнаружил, что опознавательный личный знак, висевший на цепочке на шее, тоже исчез.
   И самое невероятное: накануне я поранил бедро и заклеил рану пластырем.
   Порез, полузатянувшийся, на месте. А пластырь – исчез!
   На меня обрушились воспоминания, как будто шок изгнал все остальное из сознания, оставив место только недавнему прошлому. Я вспомнил аварию вертолета на Меконге и свой путь в камбоджийских джунглях, вспомнил затерянный древний город, столб пульсирующего света, в который я упал… Неужели… Вспомнил строку из древней эпической поэмы, где упоминается Арангкор: … Ворота меж мирами там стоят… Фантастично, невероятно, как в самой дикой научной фантастике, но может ли это быть? Неужели этот столб света, летящий меж звездами, транспортное средство, какой-то уцелевший механизм древней науки, забытой людьми?
   Почти тут же в сознании возник термин – луч-транспортер. Я вспомнил сенсорное ощущение полета во тьме и невероятной скорости, ощущение не материи, а нематериального облака электронов. Поразительная концепция. Я вспомнил все, что читал о загадках древних цивилизаций. Древняя Атлантида, чьи сверкающие города поглотил океан еще до начала истории, первобытная Му, о которой шепчут таинственные уцелевшие мифы, утраченная Лемурия, чьи колоссальные каменные города давно погрузились в воды Тихого океана, за исключением загадочных руин Понапе и огромных таинственных каменных лиц, которые вечно смотрят в океан со склонов Восточного острова… Обладали ли древние тайной переноса материи через пространство?
   Наткнулся ли я на тайну, забытую за неисчислимые века?
   Связывает ли планеты сеть неуничтожимых троп? Троп, по которым можно пронестись с невероятной скоростью и материализоваться на другом мире? Если это так, то на каком же я мире? У какой планеты Солнечной системы есть три спутника?
   Напрягая память, я вспомнил, что у Меркурия и Венеры совсем нет спутников. У Марса их только два, Деймос и Фобос. Ни одна известная мне планета не имеет три ярких луны!

 //-- * * * --// 
   Немного погодя я спустился по алому лугу, чтобы умыться в ручье.
   В мире такой невероятной и ужасающей чуждости приятно было обнаружить, что вода – по-прежнему вода. Холодная и чистая вода, она ничем не отличалась по вкусу от воды множества речек в джунглях, из которых мне приходилось пить на Земле.
   Я поднялся, чтобы осмотреть черно-алые джунгли. Густые и темные, я не решился углубляться в них. Нельзя сказать, какие хищники населяют их сумрачные глубины, а у меня нет оружия.
   К тому же мне не хотелось протискиваться сквозь густую растительность неодетым. Толстые широкие листья оканчивались широкими роговыми зазубринами, похожими на пилу. Я не пройду и ярда, как мое тело покроется кровавыми царапинами, а кто может сказать, какой неизвестный яд порождают эти листья?
   Но оставаться на месте бесконечно нельзя.
   А небо темнеет. Золотой пар тускнеет. Блеск трех огромных лун медленно гаснет, как фонари гоблинов. Я решил исследовать край джунглей и двинулся.
   И тут осознал два странных факта.
   Первый – тяготение на этой планете такое же или почти такое же, как в мире, в котором я родился. По-видимому, красно-черная планета размером с Землю, а это кажется невозможным. Хоть я и не очень внимательно читал учебник астрономии в колледже, я помнил, что единственная планета в Солнечной системе, близкая по размеру к Земле, – закутанная в облака, лишенная спутников Венера.
   Три луны, освещавшие темнеющее небо, делали невероятной мысль о том, что это Венера.
   Второй факт – атмосфера. Я дышу ею уже с полчаса. И не чувствую никаких неприятных последствий; наоборот, воздух кажется таким же, как на Земле, может, чуть свежее, чуть богаче кислородом.
   Но на уроках астрономии я изучал, что в Солнечной системе нет другой планеты с пригодной для человека атмосферой. На Марсе атмосфера разрежена, как на вершине Эвереста; у других планет атмосфера состоит из ядовитого метана и аммиака.
   Однако грудь моя спокойно поднималась и опускалась, я без всякого труда дышал.
   Загадка, но лишь одна из окруживших меня мириад загадок. Я отбросил бесплодные попытки решить их: буду ждать новых данных.

 //-- * * * --// 
   Наступила ночь, и с ее приходом новая загадка – ни с чем не сравнимое чудо.
   Подняв голову, я увидел встающую над горизонтом четвертую луну! Маленькая и слабая, сравнительно с тремя грандиозными шарами, чей многоцветный блеск освещал небо, но все же явный диск, движущийся по небу. Я не мог вспомнить и планету с четырьмя спутниками. Значит ли это, что загадочный луч-транспортер, как я его назвал, унес меня за пределы Солнечной системы, на далекую планету, вращающуюся вокруг другого солнца? Ответ на эту новую загадку последовал быстрый и определенный!
   Я продолжал двигаться вдоль края джунглей, и тут мир вокруг меня внезапно осветился густым красным светом, как будто в небе произошел гигантский взрыв. Я повернулся, увидел новое чудо и изумленно вскрикнул.
   Над горизонтом показалась гигантская сверкающая арка.
   Пятая луна – если это вообще луна – должна быть либо невероятно огромной, либо совсем близкой к планете, на которой я стою, потому что арка, вернее часть круга, занимала значительное пространство темного горизонта. Но если большое тело находится так близко, трудно понять, почему гравитационные силы не привели к ужасающему столкновению эти два шара.
   И тут я увидел нечто невероятное. Арка становилась все шире. Поднимаясь в небо над миром джунглей, она не превращалась в шар, и мне стало ясно, что эта пятая луна еще больше, чем я считал.
   Этот сверкающий шар все выше и выше поднимался над горизонтом. Он занял уже его четверть!
   Я со страхом и благоговением смотрел на это неописуемое зрелище.
   Ни один наблюдатель звезд в древнем Вавилоне, ни один астроном в больших обсерваториях не наблюдал такого небесного чуда, которое понималось у меня на глазах.
   Невероятно яркий, невозможно огромный, немыслимо прекрасный, титанический шар наконец полностью поднялся над горизонтом. Его поверхность покрывали горизонтальные полосы самых разных цветов. Обширные области его поверхности были окрашены в прекрасный персиковый цвет. Коричневый и ярко-янтарный, богатый оранжевый и цвет охры, кирпично-красный и бархатно-пурпурный – эти цвета образовывали десять поясов или зон на сверкающей поверхности гиганта, а центральный, или экваториальный, пояс был вдвое шире остальных.
   И как нечестивое позорное пятно, как огненная яма, на южном полушарии виднелся ужасный зияющий алый глаз.
   И я понял, где нахожусь.
   Это не планета неизвестной далекой звезды.
   Нельзя было не узнать этот гигант с яркими поясами и горящим Красным Пятном.
   Загадочный силовой луч перенес меня на поверхность одного из спутников Юпитера.

 //-- * * * --// 
   Неожиданно мое внимание привлек свистящий рев. Звериный рев доносился в края джунглей. Хотя я по-прежнему видел только изогнутые черные стволы с алой листвой, я понял, что в них скрывается какой-то хищник. Я чувствовал на себе его невидимый горящий взгляд.
   И подумал, что нахожусь в смертельной опасности. Я действовал глупо бродил по этому чуждому ландшафту, как полный благоговения мечтатель, тогда как более мудро было бы попытаться немедленно вернуться к себе в родной мир.
   Этот дискообразный камень в кольце колонн, похожий на большой алтарь, разве он не из того же гладкого прозрачного гагата, как и устье таинственного колодца в далеком Арангкоре? Должно быть, луч-транспортер связывает этот чуждый мир с затерянным в джунглях Камбоджи городом. Если я встану в центре этого круга монолитов, может, я сумею вернуться в свой родной мир?
   Я повернулся и побежал к Воротам между мирами, но было уже поздно. Снова послышался ужасный свистящий крик, и прямо из джунглей навстречу мне устремился фантастический кошмарный зверь.
   Представьте себе помесь колоссального саблезубого тигра с огромным доисторическим ящером, и вы поймете, какой зверь, с горящими желтым пламенем глазами, устремился ко мне из джунглей. У него гибкое кошачье тело, наделенное невероятной силой. Но вместо полосатой шерсти, тело этого чудовища покрыто змеиной чешуей. Яркая, изумрудно-зеленая чешуя, переходящая в желтое брюхо. Лапы вооружены изогнутыми когтями, а по спине и хвосту тянется цепь колючек с острыми концами.
   Голова чудовища – маска клыкастого ужаса. Яростные холодные глаза, горящие желтым пламенем, сосредоточены на моей бегущей фигуре. Испустив еще один свистящий рев, чудовище устремилось за мной. А я бежал изо всех сил.
   Странные, невероятные мысли приходят в голову человеку на краю гибели. Я думал о том, что этот клыкастый ужас, эта мускулистая разрушительная машина, вооруженная острым хлещущим хвостом и зазубренной спиной, должна быть хищником невероятной, непреодолимой силы и ярости. Но природа позаботилась и о защите меньших своих созданий в этом странном и чуждом мире, потому что эта блестящая чешуйчатая кожа, эта изумрудная кольчуга не может скрываться в джунглях: слишком она выделяется на фоне алой листвы. Поэтому чудовище должно рассчитывать не на вкрадчивость, а на скорость.
   Позже я узнал, что это страшный ятриб, драконья кошка танаторских джунглей, более опасная, чем саблезубый тигр на моей доисторической родине.
   Я бежал как ветер, но ятриб почти догнал меня, прежде чем я покрыл половину расстояния до кольца каменных столбов и гагатового диска Ворот. Я чувствовал за собой его горячее дыхание. Еще несколько ярдов, и мои приключения в этом удивительном мире придут к внезапному кровавому концу… И тут на склоне холма, к вершине которого, к убежищу каменных Ворот я устремился, появилось несколько еще более невероятных созданий!
   События развивались так быстро, что вначале я не сумел даже разглядеть их. Я мельком заметил странные, тощие, бледные фигуры, одетые в сверкающие доспехи и восседающие на животных, похожих на гигантских бескрылых птиц, и тут передний из этих тощих всадников остановил свое животное прямо передо мной и выпустил стрелу из большого боевого лука, который держал в тонких блестящих руках.
   За мной послышалось задыхающееся рычание. Я свернул, чтобы не столкнуться с всадником, запнулся о какой-то корень и упал лицом вниз в алую траву. Я ожидал в любое мгновение почувствовать на своем теле рвущие когти клыкастого ужаса. Однако ничего не происходило.
   Я перевернулся, встал и увидел, что ятриб извивается и дергается в траве, пытаясь задними лапами извлечь черную стрелу, которая торчит у него в горле.
   Бледный тощий всадник убил чудовище в тот момент, когда оно встало на дыбы, чтобы обрушиться на меня.
   Стрела в ярд длиной, вырезанная, несомненно, из того же черного дерева, которые в изобилии росли в окружающих джунглях. Я позже узнал, что всадник с невероятным мастерством поразил ятриба в единственное уязвимое место – мягкие ткани у основания горла, где жесткая изумрудная кольчуга не защищает жизненно важные органы.
   И в этот момент драконья кошка испустила из пасти поток черной крови, один или два раза дернулась и застыла.
   Я, потрясенный, повернулся, чтобы поблагодарить своих спасителей. И в это мгновение что-то похожее на лассо опустилось мне на плечи, скользнуло на руки и закрепилось рывком. Предводитель всадников выбросил его из тонкой трубки. Он затянул петлю и потянул. Я беспомощно упал в траву, руки мои были прочно прижаты к бокам.
   Мрачная ирония. Я спасся от убийственных челюстей ятриба, только чтобы попасть в рабство к своему спасителю!
   Спешившись, он склонился надо мной, испуская резкие металлические звуки какого-то неведомого мне языка. Я смутно разглядел нечеловеческую внешность – лишенную всякого выражения маску блестящего серебристо-серого рогового вещества, похожего на кожуру гигантского краба, большие глаза, как горящие черные драгоценные камни, уловил странный резкий запах медикаментов, чем-то знакомый мне.
   Казалось, всадника поразил цвет моих волос и глаз; хоть я и не понимал его щелкающей гортанной речи, он все время роговой рукой касался моих волос, а однажды роговым пальцем легко прикоснулся к глазу.
   В следующее мгновение я взлетел на воздух и обнаружил, что вишу лицом вниз на седле, прижимаясь к перьям странного верхового птицеобразного животного. Пленивший меня всадник вскочил в седло, дернул узду, и весь отряд поскакал.
   Я бросил отчаянный взгляд на гагатовый диск и кольцо столбов, которые представляли для меня единственную надежду вернуться в мой собственный мир. Они удалялись и вскоре исчезли из видимости.


   Так начался первый период моего рабства на Танаторе. Два месяца я провел в плену у странных существ, которые спасли меня от нападения ятриба. Дни проходили медленно и без происшествий, и я постепенно осваивался с обычаями мира джунглей. Рассказ о моей повседневной жизни занял бы слишком много места в этой рукописи, поэтому я расскажу только об открытиях, которые совершил в племени ятунов. Присмотревшись поближе к пленившим меня странным существам, я понял, что они совсем не похожи на людей. Своими высокими тощими фигурами и прыгучей походкой на конечностях из многих сочленений они напоминают гигантских насекомых типа богомолов. Пусть ученые, которые, возможно, будут когда-нибудь изучать мою рукопись, решат, были ли они истинными насекомыми в терминологическом смысле этого слова. Достаточно сказать, что из всех знакомых мне форм жизни они больше всего напоминают насекомых.
   Они достигают семи футов роста и при этом очень хрупки и худы. Подобно многим истинным членистоногим, у них наружный скелет, покрывающий все тело оболочкой из хитина. Этот экзоскелет серебристо-серого цвета издает резкий, но не неприятный запах, который я впоследствии идентифицировал как запах муравьев – муравьиная кислота, кажется, называется это вещество.
   Подобно большинству земных насекомых, тело танаторских членистоногих состоит из трех основных секций.
   Первая – голова, это роговой и лишенный внешних черт овоид, похожий на продолговатое яйцо, заостренный в более узком конце. На голове нет ни носа, ни ноздрей, хотя в нижней части овоида под хитиновой каской скрываются рот и челюсти, но они слишком сложно устроены, чтобы я мог описать их на словах.
   У них два глаза, по одному с каждой стороны головы, они гораздо больше человеческих, но без белков. Глаза не фасеточные, как на увеличенных фотографиях земных насекомых, которые мне приходилось видеть. Черные, блестящие и лишенные всякого выражения. Чтобы мигнуть, членистоногое, или артропод, использует две роговых прозрачных мембраны, одна спускается с верхнего края глаза, другая поднимается с нижнего, и они полностью закрывают глаз.
   У насекомоподобных существ нет ушей, по крайней мере наружных, и я так и не понял, каким образом они слышат. Однако у них есть две длинные тонкие сужающиеся к концу многочленные антенны, или чувствователи, которые начинается сразу над глазами и загибаются над черепом. Насколько я могу судить, это, вероятно, чувствительные приемники вибрации, порождаемой звуком.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Поделиться ссылкой на выделенное