Лин Картер.

Небесные пираты Каллисто

(страница 2 из 11)

скачать книгу бесплатно

   Благородный молодой воин сидит рядом с затянутым в хитин человеком-насекомым. Его открытое искреннее лицо, проницательный острый взгляд и широкая грудь свидетельствуют о высоком рождении и хорошем воспитании. Это принц Валкар, с детства обрученный с Дарлуной. Я познакомился с ним, служа инкогнито в Черном Легионе, как и он тоже. Мы записались в разбойничью армию под вымышленными личинами и с одной целью освободить принцессу Дарлуну.
   Следующим сидит стройный пожилой человек, с чистым загорелым лицом и внимательными темными глазами, указывающими на то, что он не из расы янтарнокожих золотоволосых зеленоглазых ку тад. Возраст этого человека очевиден, но он держится прямо, а стройные свободно лежащие руки свидетельствуют о необычной для такого возраста силе и стремительности. Это учитель фехтования из Ганатола Лукор, чью дружбу я завоевал на улицах Занадара и от кого узнал множество секретов фехтовального искусства.
   И последний человек за столом совета – я сам. Население присвоило мне высокое звание комора ку тад в благодарность за смелую попытку освободить Дарлуну из когтей Арколы, верховного вождя Черного Легиона. Перед этим узким кругом я изложил свой безумный план, который в случае удачи приведет к освобождению Дарлуны. Откровенно говоря, хотя они не меньше меня стремились освободить принцессу, мои товарищи вначале решили, что я утратил рассудок в горе из-за потери Дарлуны. Они сочувственно говорили, что только обезумевший человек может серьезно предлагать такой нелепый и опасный план.
   Я вынужден был согласиться, что мой план на первый взгляд свидетельствует о крайнем отчаянии, если не о безумии. Но я просил их подумать, потому что считал, что при более внимательном рассмотрении обнаружатся некоторые шансы на успех.
   Основное затруднение очень простое. Город-в-Облаках назван очень точно.
   Занадарцы соорудили свою столицу-крепость на вершине высокой горы к северу от джунглей Великого Кумалы. Гранитная гора с такими крутыми и гладкими стенами, что подъем сколько-нибудь значительной армии невозможен. Я вообще считал, что подъем на эту гору за пределами человеческих возможностей. Ни один человек, ни тысяча не доберутся до вершины живыми. Крутые обрывистые стены уходят вниз, в глубокие пропасти, и на них нет ни карнизов, ни выступов, нет никакой опоры для рук и ног. Величайший альпинист отказался бы от попытки подняться на эту парящую вершину.
   Именно эта неприступность и сделала Занадар неуязвимым для нападения. Из своего горного гнезда небесные пираты могли спускаться, нападая на торговый караван или беззащитный город, и ни один их враг не мог напасть на Занадар, потому что только небесные пираты владели тайной сооружения замечательных летающих орнитоптеров, и только в горе, на которой был сооружен их город, находились месторождения природного летучего газа этот газ под давлением накачивался в полые корпуса их небесных кораблей, давая им возможность летать.
   Все эти факты хорошо известны и были немедленно признаны моими товарищами по безумному предприятию.
   Затем я указал, что, считая свой высокогорный Занадар неуязвимым и неприступным, небесные пираты не уделяют должного внимания охране и наблюдению за прилегающими территориями.
И если враг, в облике занадарцев, на занадарском корабле, попытается приземлиться в Облачном городе, он вряд ли встретит сопротивление или даже подозрение.
   Мои товарищи вынуждены были согласиться с логикой этого предположения. Это весьма вероятно, хотя все-таки очень опасно.
   – Но Джандар, – возразил мой друг Валкар, – что ты знаешь о летающих кораблях?
   – Кое-что знаю, – спокойно ответил я. – Мы с Коджей были колесными рабами на занадарском флагманском корабле «Каджазелл» во время перелета с великих равнин в Занадар, мы пролетели над всеми джунглями Великого Кумалы. Я хорошо знаком с механизмом крыльев, а что касается навигации, то это тоже не представит серьезной трудности. В каюте капитана должны быть навигационные карты.
   – Это верно, – серьезно заверил моих товарищей Коджа. – Но даже я вынужден признать, Джандар, что есть и другие проблемы у твоего замысла, кроме поддержания корабля в воздухе и управления им.
   – Какие проблемы?
   – Посадка, – ответил он. – Я хорошо помню способ посадки, мы наблюдали во время рабства; нам не удастся гладко посадить корабль, у нас нет опыта и подготовки небесных пиратов. Разве не покажется подозрительным, если мы посадим корабль неуклюже, по-любительски?
   – Несомненно, – согласился я, – но в моем плане есть такие детали, которыми я еще не поделился. Я намерен сознательно слегка повредить корабль и при посадке сделать вид, что корабль серьезно поврежден. Так мы уничтожим подозрения от своей неуклюжей посадки.
   Коджа задумался, его большие черные глаза оставались непроницаемыми. – В плане что-то есть, – сказал он наконец. – Легко будет отколоть куски балюстрады, палубных украшений и перил и создать видимость серьезных повреждений. Может сработать… Следующим заговорил старый учитель фехтования Лукор.
   – Парень, сердце мое за тебя, и я в любом случае присоединюсь к тебе… Но тщательно ли ты все продумал? Когда летающие галеоны кружат перед посадкой, они подают сигналы: днем разноцветными флажками, ночью цветными огнями. Сообщают регистрационный номер, имя капитана и цель назначения. Ты не знаешь кода этих сигналов. А попытка сесть без них обязательно вызовет подозрения.
   – Вероятно, – согласился я. – Однако выскажу предположение, что в каюте капитана мы найдем и коды. А если не найдем, сделаем вид, что повреждение корабля не дает возможность подавать сигналы – например, сорвем всю оснастку, чтобы некуда было вешать флажки, срубим часть носа, откуда сигналят фонарями. Что-нибудь подобное можно сделать.
   Следующее возражение прозвучало из уст самого лорда Яррака.
   – А как насчет внешности экипажа и твоей собственной? – спросил он. – Та нисколько не похож на занадарца.
   Это правда. Золотой народ Шондакора, с его сверкающими изумрудными глазами, рыже-золотыми гривами и янтарной кожей поразительно отличается от занадарцев, с их бумажно-белой кожей, прямыми черными волосами и тусклыми черными глазами.
   Такое резкое различие во внешности рас является еще одной загадкой Танатора [1 - Капитан Дарк имеет в виду тот необычный факт, что на небольшой сравнительно планете, как Каллисто, гораздо меньше Земли, невозможно существование совершенно отличных генетических групп, что приводит к созданию сильно отличающихся друг от друга рас. Каллисто значительно меньше Земли, чей диаметр на экваторе составляет 7 927 миль сравнительно с 2 770 милями диаметра Каллисто. Соответственно у Земли значительно большая поверхность, к тому же состоящая из континентов, разделенных обширными океанами. На Земле в ранние периоды части человечества на многие века отделялись от остальных, поэтому создавалась возможность различных генетических вариантов и образования рас. Но как это могло произойти на Каллисто, с его гораздо меньшей поверхностью, остается загадкой. На Каллисто, согласно описанию капитана Дарка, нет даже океанов, следовательно, нет и деления на континенты, и различные расы живут бок о бок. Теоретически подобные расовые различия невозможны на таком небольшом спутнике, как Каллисто; но и сама жизнь невозможна на таком отдаленном мире, который в пять раз дальше нашего от Солнца и соответственно получает незначительную часть солнечного тепла и света, без которого невозможна жизнь на Земле. Неизвестно, раскроет ли в дальнейших своих странствиях Джандар эту тайну. – Л.К.]. Но я, конечно, предвидел это возражение и был готов к ответу.
   – Эту проблему мы решим с помощью косметики, – сказал я. – Отбеливающий крем придаст нашим лицам занадарскую бледность, а черная краска изменит цвет волос. В битве было убито немало небесных пиратов, мы возьмем их одежду.
   Больше возражений не последовало.
   Только один шанс из тысячи за то, что нам в этом фантастическом предприятии удастся спасти принцессу из крепости ее врагов. Но один шанс из тысячи лучше, чем ничего. И даже такой рискованный шанс достоин внимания, когда речь идет о жизни и свободе принцессы Дарлуны.
   – Я хорошо понимаю, что это путешествие в опасность, – сказал я. – Однако благодаря своей храбрости мы выигрывали в не менее отчаянных ситуациях. Не думаю, чтобы удача отвернулась от нас. Но я пойму, если кто-нибудь откажется от участия. В любом случае лорд Яррак должен оставаться в Шондакоре, управляя городом. А если кто-то из остальных предпочитает остаться, скажите… Коджа, Валкар и даже старый учитель фехтования Лукор об этом и слышать не хотели.
   Так и было решено.


   На следующий день мы занялись летающим галеоном. В этом деле неоценимую помощь оказал старый философ Застро. Я назвал его так из-за отсутствия лучшего термина, но он не был оторванным от мира ученым, годами обдумывающим сложные моральные дилеммы или мысленные загадки. Напротив, Застро из Шондакора близок к тем инженерам-философам земной античности, чьи таланты были посвящены решению практических задач, вроде Архимеда, который применил свой гений для разработки сложных боевых машин при защите Сиракуз, или Леонардо Да Винчи, сверхчеловека Возрождения, создававшего все, начиная от соборов и акведуков и кончая танками и вертолетами.
   Помощь Хзастро оказалась решающей в восстановлении и ремонте поврежденного орнитоптера.
   Коварный и изобретательный верховный вождь Чак Юл Аркола давно предвидел неизбежность воздушного нападения Тутона Занадарского на окруженный каменными стенами город. Как защиту от летающих кораблей, он разместил на крышах катапульты. Хорошо нацеленный камень одной из таких катапульт уничтожил рулевую рубку корабля. Абордажные крюки, прочно вцепившиеся в резные украшения, палубные балюстрады, лишили корабль возможности двигаться, притянули его к крыше соседнего здания, а ожидавшие там воины черного Легиона забросали палубы плененного корабля потоком смертоносных стрел, под которым погиб весь экипаж корабля.
   Все члены экипажа злополучного корабля погибли, в живых остался только капитан, хладнокровный вежливый корсар из Занадара, раненный стрелой в плечо. Этот офицер – его звали Ультар – оказался единственным пленным, захваченным в ходе битвы. И ему тоже нашлось место в моем плане. Возможно, нам удастся заручиться его помощью в восстановлении корабля, оснащении его экипажем и навигации. Но до сих пор капитан Ультар вежливо, но твердо отклонял все попытки заставить его помогать врагам своего народа, за что я не мог осуждать его. И все же я надеялся получить его помощь, хотя бы для того, чтобы спастись от жестокостей рабства, которое ожидало всех пленных. Я также решил взять его с собой в экспедицию, хотя собирался внимательно за ним следить и постоянно содержать под стражей.
   Мы осмотрели поврежденный корабль, оценивая возможность его восстановления. Старый Застро разглядывал корабль проницательным взглядом, от которого не ускользала ни малейшая подробность. Мы с ним ходили по палубам, определяя размеры ущерба, причиненного катапультой Арколы.
   – Изобретательно! Фантастически изобретательно! – говорил старый ученый, рассматривая сложную систему ремней, соединений и блоков, с помощью которых приводились в движение крылья корабля.
   Я был полностью с ним согласен. Хоть я и ненавидел небесных пиратов за их бессердечную жестокость, невероятную жадность ненасытную жадность, нельзя было не согласиться, что это раса инженерных гениев, не знающая себе равных в истории двух миров. Нескладные летающие сооружения занадарцев походили на большие деревянные галеоны и выглядели фантастически со своей резной кормой, развевающимися вымпелами, орнаментальными балюстрадами, куполами и бельведерами. Они передвигались на медленно бьющих крыльях, а преодолевать тяготение Каллисто им помогал природный летучий газ, который под давлением накачивался в их полые двойные корпуса. Для несведущего глаза огромный корабль, плывущий в небе, как некогда древние галеоны имперской Испании плавали по земным морям, казался невероятным, волшебным. Но секрет заключался в изобретательной конструкции корабля. Он был сооружен вовсе не из дерева, а из бумаги. Все детали галеона были сооружены из удивительно прочной и гибкой многослойной бумаги: корпуса, палубы, мачты, переборки.
   Этот секрет не делал флот Занадара менее чудесным, но по крайней мере понятным. Подлинное чудо заключалось, по моему мнению, в сложной системе весов и противовесов, колес и блоков, соединений и распорок, при помощи которых огромные сложные крылья действовали приблизительно, как птичьи, и с их помощью корабль и передвигался.
   Мы с Коджей работали рабами у колес занадарских кораблей и хорошо знали их систему движения. Но это знание нисколько не уменьшало моего восхищения гением, создавшим эти летающие корабли. Научные знания моей далекой Земли не давали возможности создать подобное, хотя бессмертный Да Винчи набрасывал в своих тайных записных книжках чертежи таких приводимых в движение крыльями орнитоптеров. Но даже его гений не сумел осуществить эти планы в действительности. Занадарцы превратили мечту в физическую реальность, и несмотря на всю их жестокость, я не мог не восхищаться их поразительным искусством.
   Но теперь мы собирались обратить против них их созидательный гений. И если только на занадарском галеоне можно достичь их отдаленной, закутанной в облака крепости, у нас было средство для достижения такой цели.
   – Да, очень изобретательно, но можно ли это починить? – с беспокойством спросил я. Престарелый философ задумчиво поджал губы, потом коротко кивнул.
   – Я в этом убежден, – заверил он меня. – Посмотри сюда, комор: снаряд катапульты сбросил рулевую рубку, но не повредил корпус. Запас легкого газа остался нетронутым; нам необходимо только восстановить рубку и соединить кабели.
   – Можно ли это сделать?
   – Безусловно, – ответил он, энергично кивнув. – Я создам рабочую группу из своих учеников и последователей, и, если понадобится, мы призовем всех плотников, колесников и механиков Шондакора. Через десять дней у тебя будет твой корабль, даю слово!

 //-- * * * --// 
   Для человека, чья любимая в руках неумолимых врагов, который не в состоянии освободить ее, десять дней – это целая вечность. Так было и со мной.
   Я провел это время, обучая экипаж шондакорцев управлению кораблем в полете. Свыше полусотни храбрых бойцов, все добровольцы, согласны были рискнуть жизнью в попытке спасти свою любимую принцессу. Почти все воины ку тад выразили желание быть в составе экипажа корабля, даже пожилые ветераны и те, что были тяжело ранены в битве за освобождение Шондакора от власти Черного Легиона. Мы с Лукором и Валкаром осматривали добровольцев, отбирая самых молодых, самых смелых, самых искусных бойцов, в конце концов отобрав отряд опытных солдат, дисциплинированных, бесстрашных и поглощенных желанием освободить Дарлуну.
   Большинство эти солдат будет работать у колес. Экипажа на корабле не было, и поэтому руки моих людей понадобятся, чтобы управлять крыльями. Коджа учил этих людей технике работы, а мы с Валкаром и Лукором тренировали их в исполнении других многочисленных обязанностей, которые нам понадобятся, если мы хотим подняться в небо Танатора и благополучно долететь до города небесных пиратов. Все эти десять дней я был очень занят, и потому они оказались не такими болезненными, как могли бы быть. Все равно они показались мне вечностью; но и эта вечность прошла.
   Мы были готовы к отлету.

 //-- * * * --// 
   Я внес небольшое изменение в систему неизвестного занадарского гения, потому что готовился к случайностям, о которых он никогда не задумывался. На передней палубе я приказал установить катапульту моей собственной конструкции, которая послужит для защиты от других воздушных кораблей. Необходимость в такой предосторожности никогда не приходила в голову пиратам Занадара, потому что у них не было соперников в небе Каллисто. Никакой другой народ не обладал способностями и знаниями, необходимыми для постройки таких кораблей, и потому оружие для воздушного боя не изобреталось, в нем не было необходимости.
   Когда я показал свои чертежи Застро, его проницательные глаза восхищенно вспыхнули, он сразу понял пользу такой установки. И заметил, что занадарцы не только не смогут защититься от такого оружия, они не смогут ничем ответить.
   Так как нашему единственному кораблю предстояло противостоять всему вражескому воздушному флоту, небольшое технологическое усовершенствование давало нам неоценимое преимущество. Ремесленники построили по моим чертежам катапульту и установили ее на передней палубе, на носу.
   Мои знания древнего оружия могут показаться удивительными, потому что со Средних Веков ни одна земная армия такое оружие не применяла. Но в юности я очень интересовался военными машинами римлян, и мой отец, будучи инженером, поддерживал мой энтузиазм, помогая конструировать и строить модели катапульт и баллист. Некоторые из этих миниатюрных военных машин пускали стрелы, другие бросали каменные снаряды. С тех пор я не забывал об этом древнем оружии и теперь благодарил неизвестное мне милостивое божество, которое подсказало мне в юности такое хобби.
   Я избрал слегка видоизмененный стандартный образец римской осадной катапульты. Современное значение слова «катапульта» отличается от древнего. Сегодня мы считаем катапультой изогнутую деревянную балку, которая сгибается под давлением и выпускает каменный снаряд. Балка распрямляется, снаряд взлетает высоко вверх, пролетает над крепостной стеной и падает на здания осажденного города. Такое устройство для моих целей бесполезно.
   Но древняя осадная катапульта совсем другая. Она выпускает стрелу или другой снаряд горизонтально и скорее напоминает самострел, чем привычную нам катапульту. Именно такое орудие я выбрал. Древняя римская катапульта состоит из прочного основания, на котором крепится треугольная рама. Горизонтальный нижний брус этой рамы имеет углубление, в которое вкладывается стрела. Этот брус с помощью несложного устройства с зубчатым колесом можно поднимать и опускать, придавая ему нужный угол.
   Такое орудие я приказал соорудить на передней палубе летающего галеона.
   Стандартная римская катапульта такого образца метала двадцатишестидюймовые стрелы весом в полфунта на расстояние в четыреста ярдов. Моя модифицированная катапульта позволяла использовать более тяжелую стрелу со стальным наконечником весом в шесть фунтов. Соответственно сокращалась дальность огня, но металлический наконечник был необходим, потому что я намерен был стрелами пробивать отверстия в многослойных бумажных корпусах вражеских кораблей, чтобы лишить их подъемной силы. С этой целью я поручил кузнецам Шондакора изготовить для меня некоторое количество тяжелых стальных стрел, напоминавших своей длиной и острыми наконечниками фантастические гарпуны.
   Мы экспериментировали с этим оружием, совершенствуя свою технику. Дальность выстрела достигала трехсот ярдов, это позволяло стрелять по занадарским кораблям, оставаясь вне пределов досягаемости их лучников. Я был удивлен, что катапульта может стрелять на такое расстояние. Математически это объяснить не удавалось. Возможно, ответ прост и заключается в большей упругости танаторской древесины или тетивы, чего не было у древних римлян. На самом деле так и оказалось: в качестве тетивы мы использовали веревки, сделанные из паутины, которую находят в джунглях Великого Кумалы.
   Чудовищные пауки джунглей размером с небольшую собаку. Ку тад называют их ксимчак. Паутина у них толщиной в рыбачью леску, и ее можно натягивать, не боясь порвать. По толщине паутины я решил, что предпочел бы не сталкиваться с ткачами. Ничего не имею против насекомых, о чем свидетельствует моя дружба с инсектоидом Коджей, но паук размером с собаку на мой вкус великоват.
   Мы установили свое оружие и закрыли его легко снимающимся навесом. И успокоились, считая, считая, что обладаем неплохим средством сдерживания, если нас будут преследовать небесные пираты.

 //-- * * * --// 
   В ясный безветренный день мы начали свое путешествие. Танаторский год не делится на сезоны, поэтому я затрудняюсь определить время. С моей точки зрения, могла быть весна, лето, осень или зима. Лишенная ощущения времени жизнь Танатора напоминает мне описанный Эдгаром Райсом Берроузом Пеллюсидар, воображаемый мир в глубине Земли.
   Разница заключается в том, что этот талантливый писатель считает неспособность отличить один час дня или месяца от другого источником отсутствия всякого представления о времени и соответственно делает жителей Пеллюсидара вечно молодыми.
   Уверяю вас, на Танаторе совсем не так.
   Ремонт воздушного корабля занял двадцать дней, вместо десяти обещанных Застро.
   Готов поклясться, что за это время я постарел на двадцать лет. Да, мир Каллисто совсем не Пеллюсидар!
   Но вот ожидание окончилось и мы отправились в опасное путешествие.
   Улицы и площади Шондакора заполнились огромными толпами жителей, желающих видеть наш отлет. Орнитоптер был привязан к верхнему этажу дворца. Удерживаемый прочными канатами, он свободно плавал в воздухе. Экипаж находился на борту и занимал свои места. Оставалось только попрощаться.
   Под охраной привели на борт нашего пленника Ультара. Это был худощавый человек, с проницательными глазами, прикрытыми тяжелыми веками, и спокойными манерами, за которыми скрывался острый ум. Я был также убежден, что он при малейшей возможности постарается помешать нашему предприятию.
   Поднимаясь под охраной на палубу, Ультар внимательно осмотрел ее. На губах его застыла легкая ироническая усмешка, он с насмешливым выражением приветствовал меня. И исчез в каюте, которую закрыли за ним и приставили охрану. Яррак сдержал недовольный возглас.
   – Я беспокоюсь из-за того, что ты отправляешься в опасный путь с потенциальным шпионом и убийцей на борту, Джандар, – проворчал старик. – Мне кажется глупостью, граничащей с самоубийством, брать с собой эту хитрую велеречивую змею.
   Я пожал плечами.
   – Я принял все необходимые предосторожности. Он не сможет причинить нам вред, – заверил я Яррака. – Прежде всего он дал честное слово, что будет оставаться нашим пленником и не станет угрожать нашей безопасности во время полета.
   – Его слово чести? – Яррак произнес это так, будто ему стало горько. – Я не стал бы доверять честному слову небесного пирата! Занадарец, которому можно доверять, это мертвый занадарец. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, но сомневаюсь в этом! – заключил он беспокойным тоном, с сомнением качая головой.
   Я старался успокоить его, но, по правде говоря, сам сомневался в разумности своего решения включить потенциального предателя в экипаж. Ультар дал слово чести не вредить нам, пока мы не требуем от него тайн его народа; он джентльмен. Но все равно рискованно верить врагу на слово.
   Но, по-моему, рискнуть стоило. Я так и сказал Ярраку, подчеркнув, что принял все меры предосторожности. Проводить нас вместе с лордом Ярраком пришли высшие чиновники двора, одетые в свои роскошные костюмы, они пожелали нам успеха в нашем опасном деле. Они желали нам благополучного возвращения вместе с нашей любимой принцессой.
   Мы поблагодарили их и под аплодисменты собравшихся на улицах и на крышах зданий толп поднялись на палубу корабля, который мы назвали «Джалатадар».
   Это слово, если перевести его с повсеместно распространенного танаторского языка на английский, означает «отчаянное предприятие». И ни один человек на борту не сомневался в уместности этого названия.
   Мои товарищи заняли свои места.
   Трап втащили на борт и закрепили, а я поднялся в контрольную рубку, с которой мог следить за всеми действиями воздушного галеона.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное