Лин Картер.

Черный легион Каллисто

(страница 3 из 12)

скачать книгу бесплатно

   Его это высказывание позабавило, и он протянул мне руку.
   – Я Валкар из Ганатола, комор третьей когорты, – сказал он. Комор – это офицерский чин, соответствующий начальнику когорты воинов. Значит, мой новый знакомый занимает довольно важный пост в Черном Легионе. Я оглядел его, и то, что увидел, мне понравилось. Высокий и аккуратно сложенный, смуглая кожа, черные волосы, зеленые глаза – странная комбинация, которой я раньше в своих блужданиях по Танатору не встречал; несомненно, полукровка, хотя осанка и манеры человека высокого рождения, из хорошей семьи. Правильные черты лица, но не настолько красивые, чтобы казаться изнеженными; сильные челюсти, хорошая улыбка и откровенный взгляд. Мне он понравился с первого взгляда.
   Я обнаружил, что обладаю способностью с первой же встречи определять достоинства человека; в первые же мгновения я могу установить, честный ли передо мной человек и можно ли ему доверять. До сих пор эта редкая способность сохраняла мне жизнь, и я привык ей верить. Поэтому я протянул Валкару руку, и мы сразу стали друзьями и будем ими, пока нас не разлучит смерть, Великий Разрушитель Дружбы.
   – Спасибо за дружеские слова, – сказал я, крепко пожимая ему руку. – Меня зовут Джандар.
   С откровенным любопытством он разглядывал мои светлые волосы, загорелую кожу, голубые глаза.
   – Никогда не видел такого, как ты, – сказал он наконец. – Могу ли я спросить, в какой стране ты вырос?
   – В Соединенных Штатах Америки, очень далекой земле, – ответил я и сказал правду: моя страна находится в четырехстах миллионах миль. Мне кажется, это вполне отвечает слову «далекая».
   Валкар повторил это название, немного споткнувшись на незнакомых звуках. Потом покачал головой.
   – Должно быть, на другой стороне Танатора, потому что я никогда о ней не слышал и не встречал людей оттуда.
   – Вполне понятно, – сказал я. – Думаю, я первым из своего народа попал в эти земли. – И это тоже сущая правда.
   Мой новый друг провел меня по улицам Шондакора к крепости Черного Легиона. По дороге мы разговаривали, и я воспользовался возможностью познакомиться с городом. Хотя Шондакор уже несколько месяцев как завоеван, новые правители не очень вмешивались в дела его жителей: горожане жили своей жизнью, открывали магазины, разговаривали на форуме, покупали товары на базаре – и все это со свободой, которая свидетельствовала, что завоеватели почти не налагают на них ограничения.
   Большой город произвел на меня сильное впечатление своими прекрасными сооружениями. Широкие улицы с многочисленными цветущими деревьями были заполнены народом. Проносились колесницы, запряженные специально обученными тапторами. Богатые купцы и их женщины перемещались в носилках на плечах крепких рабов. В переулках играли и дрались мальчишки, оборванные шумные нищие завывали у порогов, воины Чак Юл проводили в винных лавках свободное от службы время.
Ежедневная жизнь города, по-видимому, продолжалась как ни в чем не бывало, несмотря на смену династии.
   Начальник новобранцев – не буду затруднять читателей танаторским названием этого офицера – оказался занятым человеком, и поскольку за меня поручился комор Валкар, он без отлагательств и ненужных расспросов записал меня и принял присягу. В качестве места своей последней службы я назвал город Сорабу на берегах Корунд Ладж. Свой отъезд оттуда я объяснил тем, что преимущество в продвижении по службе отдавалось выходцам из знатных семейств перед более подготовленными и способными воинами, такими, как я сам. Возможно, с моей стороны это было нескромно, но я решил, что в разбойничьей армии Чак Юл не действует правило самоуничижения, обязательное для других бойцов Танатора.
   Как оказалось, моя догадка была правильной. Во всяком случае через час я уже был полноправным воином Черного Легиона, и по моей просьбе меня приписали к когорте, которой командовал мой новый друг Валкар из Ганатола. Так я осуществил первую часть своего плана и умудрился войти в город и вступить в армию врагов. А что касается остальных частей плана, то только время покажет, сумею ли я освободить женщину, которой отдал сердце.


   Так я, Джандар с Каллисто, начал службу в качестве рядового солдата Черного Легиона под началом моего нового друга Валкара из Ганатола.
   Третья когорта, которой командовал мой друг, размещалась в грубых казармах вдоль южной стороны большой площади, которая называлась форумом Зельтадара. Позже я узнал, что название происходит от имени короля отдаленного прошлого, предка династии Дарлуны.
   Рядовые солдаты, и я среди них, спали в большом зале под плоской крышей на жестких матрацах, которые днем свертывались и подвешивались на специальные крючки в деревянных стенах здания.
   Вставали мы обычно на рассвете, и если в этот день наша когорта не назначалась в караул, тренировались на площади под пристальным взглядом нашего командира Валкара. И я скоро понял, что быть солдатом означает гораздо больше, чем умение владеть мечом.
   Короче, мы маршировали. Тренировались. Производили маневры, иногда очень сложные. У меня появилось уважение к воинским качествам Чак Юл: ни на Танаторе, ни на своей родной Земле я не встречал армии, состоящей из так хорошо подготовленных солдат; и они никогда не нарушали железную дисциплину.
   И я начал понимать, почему народы Танатора говорят о них с дрожью и страхом. Для такой планеты это великолепная армия.

 //-- * * * --// 
   В последующие дни я узнал много военных приемов, которые раньше мне не было необходимости знать.
   Например, я овладел техникой ведения боя верхом на тапторе, что очень отличается от фехтования на ногах.
   Я тренировался в использовании танаторского оружия, называемого длинное копье; насколько мне известно, это оружие характерно только для Танатора; во всяком случае я никогда не слышал, чтобы его использовали в земных армиях. Длинное копье и есть длинное копье: длинное тонкое древко не менее двадцати футов, заканчивающееся стальным когтем или крюком. Пешие танаторские воины с его помощью стаскивают всадников с тапторов. Валкар и его офицеры тренировали нас в использовании короткого метательного копья; его метают с помощью лассо, и танаторцы удивительно искусны в этом; мы действовали также ручным топором и боевым луком. Я обнаружил, что съедаю свою еду с огромным аппетитом и сплю каждую ночь как мертвый.
   Валкар оказался прекрасным офицером, твердым, но сдержанным, справедливым и человеком слова. Каждый солдат под его командой твердо знал, каковы пределы свободы его действий, за ними его ожидало наказание. Правила – кстати, они были разработаны самим Валкаром и не были распространены по всему Легиону, как я узнал позже, – очень просты. Нельзя приставать к женщинам в городе, нельзя входить в дома шондакорцев; наказание – двадцать плетей. Драки с другими солдатами, пьянство и уход из казармы ночью наказывались десятью плетями. Солдат, уснувший на посту, награждался смертью.
   И хотя солдаты в когорте Валкара были в основном непослушным сбродом, даже самые тупые из них приветствовали дисциплину, насаждавшуюся командиром. Никто не наказывался из каприза, а каждый наказанный точно знал свою вину. Валкар объяснял, что жители Шондакора многократно превышают численность оккупантов, и насилия и грабежи вполне могут поджечь порох и вызвать восстание. Он говорил, что солдат, напившийся или уснувший на посту, вполне может стать причиной гибели своих товарищей и поражения всего Легиона, если враг проберется мимо его поста. Солдаты начали относиться к Валкару вначале с неохотным уважением, а постепенно с собачьей преданностью – следствие прирожденной способности Валкара вести и приказывать.

 //-- * * * --// 
   Мы с Валкаром оставались добрыми друзьями, но он дал мне понять, что на дисциплине плохо отразится, если у него в его собственной когорте появятся любимчики, поэтому в этот начальный период моей службы я почти не видел его в свободное время. Я, конечно, понимал причину этого, и мое уважение к нему росло. Но встречались мы всегда с дружеским словом, взглядом или улыбкой, хотя я знал, что он внимательно следит за моим обучением. И как только я достаточно овладел воинскими искусствами, мне было поручено тренировать других, менее сообразительных и более неуклюжих солдат. Вскоре я был назначен командиром взвода – звание, примерно соответствующее лейтенанту.
   Как младший офицер, я теперь жил вблизи казарм в комнате, которую делил с пятью-шестью офицерами своего ранга, ел в офицерской столовой, в которой обедал сам Валкар. Он нашел возможность поздравить меня с повышением, и мы изредка обменивались дружескими словами.
   Когда мое обучение закончилось, а мой взвод приобрел достаточные военные навыки, обязанностей у меня стало поменьше. День мы находились на дежурстве, день отдыхали; это дало мне возможность хорошо познакомиться с городом.
   Пятнадцать человек у меня под командой были грубыми и непокорными солдатами, но я помнил методы Валкара, с помощью которых он добивался таких прекрасных результатов, и обращался со своими людьми с исключительной справедливостью и твердостью. Они быстро научились меня уважать, после того как мою власть попытались оспорить двое здоровенных задир; я преподал им такой же урок кулачного боя, каким в свое время бросил в пыль Блуто. Этот судебный поединок происходил в тайне, и никто из старших офицеров о нем не узнал. Иначе моих людей, с которыми я дрался, выпороли бы до потери сознания. Они это прекрасно понимали и, мне кажется, начали уважать за то, что я справился с ними собственными силами, не прибегая к власти старших по команде.
   Во всяком случае внешний вид и подготовка моего взвода оказались превосходными, меня похвалил старший командир, и вскоре я получил следующее звание и командовал тремя взводами.
   Однако проходили недели, а я был не ближе к принцессе Дарлуне, чем в тот день, когда вошел в город.
   Я мрачно утешал себя тем, что по крайней мере могу совершить военную карьеру, если захочу.

 //-- * * * --// 
   Новое звание позволяло мне чаще видеться с Валкаром, и я был этим доволен. Потому что среди моих подчиненных или среди других офицеров не нашлось никого, с кем мне бы хотелось подружиться. Мне кажется, Валкар тоже был одинок: другие коморы, грубые и малообразованные, скорее готовы были выпить или поиграть в карты, чем вести интеллигентный разговор. Поэтому Валкар часто приглашал меня пообедать за его столом, и не очень часто, но в свободные дни мы вместе уходили в город. Я лучше узнавал Валкара, и мое уважение к нему росло.
   Очевидно, он не ровня другим офицерам, и я часто удивлялся, почему такой образованный и воспитанный человек из хорошей семьи решил присоединиться к Черному Легиону. К тому времени я уже знал, что Валкар появился в Легионе всего за несколько месяцев до меня. Его рост в рядах этой армии точно походил на мой: хоть основной состав армии – грубые и невежественные солдаты, старшие командиры постоянно ищут одаренных и умных людей. И если находят, то без колебаний продвигают их по службе, к какой расе они бы ни принадлежали И тем не менее Валка казался совершенно неуместным рядах этой армии, и я часто раздумывал над этой загадкой. Честно говоря, мне никогда не приходило в голову, что его присутствие в армии могло объясняться теми же причинами, что и мое.

 //-- * * * --// 
   Эта загадка еще более усложнилась через несколько недель после моего повышения. У нас совпали свободные дни, Валкар предложил сходить в театр, и я с готовностью согласился.
   Надев лучшую одежду, прикрепив к кожаным курткам знаки различия, мы заняли ложу в нижнем ярусе «Короля Гамелиона», самого известного театра Шондакора; «Гамелион» по существу национальная святыня, его положение напоминает «Комеди Франсез» в Париже или Национальный театр в Великобритании. Лучшие семейства Шондакора посещают представления национальной классики, и хотя большая часть воинственных аристократов королевства оказалась в изгнании вместе с Дарлуной и лордом Ярраком, ее дядей, конечно, были и такие, кто вследствие возраста или болезней не смог бежать. И вот лучшие представители оставшихся посещали «Гамелион», а вместе с ними высшие офицеры Чак Юл, которые превратились в господствующий класс.
   Сегодняшняя пьеса была мне незнакома. Это трагедия «Парканд и Илидора» знаменитого поэта предшествующего поколения Сорасто. Я лишь поверхностно знаком с литературой Танатора и хотел восполнить этот пробел. Поэтому я с энтузиазмом подхватил предложение Валкара.
   Пьеса показалась мне восхитительной, похожей на некоторые драмы Шекспира, хотя мне трудно было иногда понимать возвышенный словарь предыдущей эпохи.
   В середине первого акта слушатели заволновались, начали перешептываться и бросать любопытные взгляды на ложи вверху. Я подтолкнул Валкара, повернулся и застыл в изумлении.
   Там сидела Дарлуна, моя утраченная любимая Дарлуна!
   Она была бледна, но спокойна и великолепно выглядела в желтых кружевах с драгоценностями на горле. Ее сопровождал смуглолицый сардонического вида молодой человек, которого я раньше не встречал. У него был жесткий злой взгляд быстрых холодных и умных глаз и тонкие губы, которые мне сразу не понравились. Смуглая кожа прирожденного Чак Юл, но гладкие черные волосы, которые, как я потом узнал, он унаследовал от матери занадарки. На нем был роскошный мундир. Он весь сверкал украшениями и драгоценностями.
   Я побледнел, прикусил губу и искоса взглянул на своего товарища: заметил ли он мое смущение.
   К своему полному удивлению, я увидел, что Валкар тоже побледнел, губы его побелели, странный блеск появился в холодном взгляде, когда он смотрел на принцессу и ее сопровождающего.
   Загадка становилась все запутанней! А скоро она еще более углубится. Боюсь, что, занятый своими мыслями, я мало внимания уделял пьесе в этот вечер и так до сего дня и не знаю, вовремя ли переодетый принц открылся волшебнику Закарандусу, чтобы помешать Илидоре выйти замуж за богатого купца.
   Но моя невнимательность осталась незамеченной, потому что Валкара весь вечер занимали собственные мысли.
   После представления мы отправились в винную лавку по соседству, чтобы разделить бутылку вина. И здесь произошел случай, который еще более усилил мое любопытство относительно моего друга. Потому что загадка его прошлого приобрела еще один оттенок.
   Служанка случайно споткнулась и пролила вино, залив лицо Валкара. Обычное происшествие; Валкар смеялся, когда девушка извинялась, вытирая его лицо его же платком.
   И все бы осталось незамеченным, если бы не одна небольшая подробность. Я заметил, что на платке Валкара, когда он прятал его в карман, было темное пятно.
   Взглянув на друга, я увидел, что та сторона его лица, с которой он вытер вино, казалась золотисто-янтарной, хотя раньше была смугло-коричневой.
   Валкар сразу извинился и вышел в туалет. Когда он чуть позже вернулся, золотистого цвета на его лице не было.
   Я был заинтригован, но промолчал и ничего об этом не сказал. И не стал задавать никаких вопросов. Но стал думать, почему Валкар, офицер Черного Легиона, ходит в замаскированном виде!
   Потому что он совсем не полукровка, за которого себя выдает.
   Смуглая кожа, свидетельствовавшая о происхождении от Чак Юл, и черные волосы занадарца противоречили изумрудным глазам шондакорца.
   И я заподозрил, что под гримом и париком Валкар – чистокровный шондакорец.
   Но к чему весь этот маскарад?
   Кто такой Валкар?



   Через два дня после примечательного открытия, что мой друг Валкар чистокровный шондакорец, события приняли новый поворот.
   Неторопливо идя по широкой, поросшей деревьями улице Золотого города ку тад, я услышал тревожные крики.
   Глядя вперед, я увидел колесницу с единственным пассажиром. Тапторы, тащившие колесницу, вышли из-под контроля, они на головокружительной скорости понеслись по бульвару. В любое мгновение колесница могла перевернуться, бросив седока на каменный тротуар и серьезно поранив его. Тапторы могли понести по любой причине; незнакомый звук, неожиданное движение, болезненный удар хлыстом по уязвимой части тела и просто неуживчивость. Потому что причудливые птицы-лошади Танатора полностью так и не были одомашнены, они оставались непокорными и норовистыми и при малейшей возможности могли подвергнуть своих всадников опасности.
   Мой поступок не был результатом сознательного решения, следствием какой-то мысли. Когда несущаяся колесница приблизилась ко мне, я выскочил на середину улицы, замахал над головой руками и крикнул. В следующее мгновение меня могли затоптать насмерть или искалечить, но, откровенно говоря, эта мысль даже не пришла мне в голову.
   Тапторы неожиданно остановились и, встав на дыбы, забили в воздухе когтями.
   Я подскочил к ним, схватил за узду и заставил опуститься. Все кончилось в одно мгновение, но должен признаться, что я дрожал, как листок, и весь, с головы до ног, покрылся холодным потом.
   Одинокий пассажир колесницы спрыгнул на землю, бледный и дрожащий, как и я.
   – Благодарю, воин, – выдохнул он. – Одни владыки Гордриматора знают, что заставило этих пустоголовых животных понести. И если бы не ты, я бы мог быть уже мертв!
   Он сжал мне руку, и я с удивлением уставился на худого смуглого молодого человека с холодным взглядом, того самого, который в памятный вечер сопровождал в театре Дарлуну.
   Очевидно, он принял мое удивление за страх от его высокого положения, потому что снисходительно улыбнулся. Я понятия не имел, кто он такой: я не решился расспрашивать Валкара, боясь обнаружить необычный интерес к принцессе. Но следующие слова незнакомца раскрыли его личность; естественно, он считал, что я его узнал.
   – Да, воин, ты спас жизнь своего принца! – сказал он. – И не думай, что сын Арколы забудет о твоем доблестном и благородном поступке. Твоя имя и когорта?
   – Джандар, коджат третьей когорты, – ошеломленно ответил я. Он кивнул, улыбнулся, принял мой салют и исчез в толпе.
   Когда я вечером вернулся в казарму, мне было приказано немедленно явиться к командиру. Я вошел в кабинет Валкара и приветствовал его. Он с отсутствующим видом ответил на мое приветствие; смотрел он на меня с явным недоумением.
   – Джандар, я не знал, что ты знаком с принцем Васпианом, – заметил он.
   – А я и не знаком, – ответил я. – Насколько мне известно, я видел его только дважды: первый раз в театре в тот вечер, второй раз сегодня утром, когда мне удалось остановить его несущуюся колесницу.
   Лицо его прояснилось.
   – А, это объясняет загадку! Я получил приказ из дворца. Ты отчисляешься из моей когорты и поступаешь в свиту принца в знак «смелости, верности, способности к самопожертвованию и за успешную службу короне». Именно последнее замечание меня и удивило.
   Я обрадовался возможности проникнуть во дворец, но удивился импульсивным поступкам принца.
   – Ты хочешь сказать, что я случайно остановил колесницу принца и потому назначаюсь его личным телохранителем? – спросил я.
   Он покачал головой.
   – И не только это. Принц Васпиан затребовал все данные о твоей службе в Черном Легионе, включая отчет о том случае с Блуто у городских ворот, твое продвижение по службе и все прочее. Твоя карьера произвела на него впечатление.
   – А что за человек этот принц?
   Валкар пожал плечами.
   – Трудно сказать. Я сам лично с ним не встречался. Но ты должен понять, Джандар, что высший совет Чак Юл разрывается соперничеством и фракционностью. Больше всего, по-видимому, принцу понравилось известие, что ты достойный доверия новичок в Черном Легионе. У тебя нет привязанностей в Легионе, ты был с нами слишком недолго, чтобы у тебя появились близкие друзья. Поэтому принц Васпиан может доверять тебе там, где в другом человеке он заподозрил бы шпиона или даже тайного убийцу. Во всяком случае он приказал тебе поступить к нему в свиту, поэтому ты немедленно освобождаешься от службы в третьей когорте и назначаешься во дворец. Мне жаль, что ты нас покидаешь.
   Этот замечательный случай давал мне возможность проникнуть во дворец и приблизиться к Дарлуне, и я почувствовал сильное возбуждение. Но постарался его скрыть, потому что видел, как опечален Валкар тем, что мы больше не сможем встречаться и наши дороги расходятся.
   – Мне тоже жаль покидать когорту, – признался я, – больше всего жаль, что мы не сможем видеться. Но, возможно, мое новое назначение не обязательно означает конец нашей дружбы. Разумеется, в свободное от службы время мы по-прежнему сможем встречаться.
   Он улыбнулся, но неохотно покачал головой.
   – Боюсь, что нет, Джандар: у простого комора не может быть дел в высших кругах Чак Юл. Но я не забуду нашей дружбы, и, возможно, мы еще встретимся.
   Мы попрощались, и через час я уже был на пути во дворец вместе со своими скромными пожитками, которые разместились в седельном мешке моего таптора.

 //-- * * * --// 
   В самом центре Шондакора расположена квадратная площадь, с севера ее ограничивает древний королевский дворец.
   Дворец имеет три главных крыла, он окружен парками и садами, которые в свою очередь окружены высокими стенами, меньшими, но не менее прочными и хорошо охраняемыми, как стены самого метрополиса. Эти стены образуют внутреннюю цитадель города и должны служить последней линией обороны, если осаждающие ворвутся в город. Все это я узнал из разговоров с лордом Ярраком еще до того, как попытался освободить принцессу Дарлуну из крепости Черного Легиона.
   Пропуск с печатью принца дал мне доступ во дворец, и дворецкий провел меня по бесконечным коридорам м залам, приемным и комнатам, помещениям для встреч и пиршественным залам в северное крыло, где размещалась свита принца Васпиана.
   Повсюду виднелись картины великолепия и царской роскоши. Никаких расходов не жалели, украшая великолепные покои дворца. Редкие сорта дерева, изысканные шпалеры, драгоценные камни и благородные металлы изобиловали в убранстве. Серебряные лампы бросали ровный свет на шелковые ковры и резные экраны. В вазах из гагата, янтаря и оникса стояли свежесрезанные цветы. Медные шары с отверстиями распространяли в воздухе приятный аромат. В нишах вдоль коридоров с высокими потолками стояли превосходные статуи из мрамора и бронзы. Драгоценности сверкали в складках великолепных шпалер. Роскошь, изобилие, красота дворца поражали. Я вспомнил свое краткое знакомство с крепостью Занадара, когда учитель фехтования Лукор провел меня во дворец принца Тутона в попытке в последний момент спасти моего друга ятуна Коджу от смерти на арене. Даже королевская цитадель Города-в-Облаках уступала роскошному великолепию Шондакора.
   Принц Васпиан принял меня в прекрасной комнате, со стенами, обитыми драгоценными тканями. Принц был одет в блестящий белый шелк.
   На его лбу, на горле, запястьях и поясе сверкали драгоценности. Небрежным взмахом руки он ответил на мое приветствие и потребовал внимания.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Поделиться ссылкой на выделенное