Валерий Карышев.

Криминальная история России. 1993–1995. Сильвестр. Отари. Мансур

(страница 2 из 91)

скачать книгу бесплатно

Добравшись до отделения без особых приключений, я припарковал машину и направился в сторону здания. Еще раз мелькнула мысль о том, что сам факт вызова сотрудниками милиции меня, адвоката, к моему клиенту очень подозрителен. Чаще всего ситуация складывается кардинально противоположным образом: когда мы пытаемся разыскать своих клиентов, сотрудники милиции обычно делают все, чтобы мы их не нашли, особенно если те находятся под следствием. Поступая таким образом, менты рассчитывают на то, что клиент, лишившийся контакта с адвокатом, может «расколоться» и им удастся выудить из него информацию, которую в присутствии адвоката получить от задержанного им не удастся.

А тут вдруг менты сами звонят, да еще и приглашают срочно приехать. Поневоле задумаешься, а не провокация ли это?

Подойдя к дежурному, назвав свою фамилию и предъявив удостоверение, я пояснил:

– Мне к Сергееву.

– Второй этаж, шестнадцатый кабинет, – бесстрастно сказал дежурный.

Я поднялся по лестнице со скользкими стертыми ступенями. Проходя мимо кабинетов в поисках нужного мне 16-го номера, я читал надписи на дверях: «Начальник оперативного отдела», «Оперуполномоченные», «Следователи». Под цифрой 16 значилось: «Начальник следственного отдела». Я постучал и, не дожидаясь ответа, вошел.

В просторном кабинете за большим столом, заваленным бумагами, сидел мужчина лет сорока пяти, с короткими темными волосами. Рядом лежали какие-то сумки, рюкзаки, автомат без магазина, пистолет без обоймы, традиционные бланки – протоколы допроса, осмотра и другие, характерные для следователей районных отделений милиции. В углу высился древний облупленный сейф, рядом – небольшой телевизор, на сейфе помещалась недорогая стереомагнитола.

Я представился. Сергеев, услышав фамилию, встал и протянул мне руку. На его уставшем лице мелькнуло даже некое подобие улыбки.

– Быстро вы добрались! – сказал он.

– Так ведь дело неотложное, сами говорили. В чем проблема? – поинтересовался я.

– Да проблема в том, что создалась достаточно щекотливая ситуация…

– Какая же? – не мог не поинтересоваться я.

– Задержали мы вашего клиента, как я уже говорил, Александра Циборовского, он ведь ваш клиент? – Сергеев смерил меня испытующим взглядом.

– Да, мой.

– А по какому делу вы его защищали?

– Это вы и без меня можете узнать. Ведь у вас есть специальный вычислительный центр, там и проверяйте. А я уже, представьте себе, забыл, – улыбаясь, ответил я. – Дел невпроворот – разве все упомнишь!

– Понятно. – Сергеев сразу же сменил тему разговора, перейдя к существу возникшей проблемы. – Так вот, задержали мы его на Мичуринском проспекте при странных обстоятельствах. Машину Циборовского – черную «девятку» – обстреляли из «БМВ». Так говорит сам потерпевший, то же показали свидетели. Циборовский, по свидетельству очевидцев, также стрелял, правда, оружия его не нашли. Мы привезли вашего клиента в милицию, стали с ним беседовать, подчеркиваю, просто беседовать – наши сотрудники не применяли по отношению к нему никаких действий.

Вдруг неожиданно у господина Циборовского началось что-то вроде истерики: он начал бросаться на наших сотрудников, потом голову себе в камере расшиб – об стены бился. Теперь угрожает, что покончит жизнь самоубийством, если к нему не вызовут его адвоката. Вашу фамилию назвал и номер пейджера дал. Мы сочли за лучшее поскорее с вами связаться.

– Да, – согласился я, – интересно… Могу я видеть своего клиента?

– Конечно, – ответил Сергеев. – Я полагаю, именно для этого вы и приехали! – И неуверенно добавил: – К вам просьба большая – постарайтесь как-то успокоить его. Мы ему даже «Скорую» вызвать хотели, но он наотрез отказался общаться с врачами… А вообще, как вы полагаете – ваш клиент способен выполнить свою угрозу?

– Я не настолько близко знаком с ним, чтобы быть уверенным в его поступках, но, насколько понимаю склад его характера, он обычно выполняет свои обещания. Так что исключать возможность самоубийства не советую.

Сергеев помрачнел и пробубнил:

– Этого нам только и не хватало. Я вас очень прошу, переговорите с ним, пусть ничего такого не делает. Мы понять не можем – что на него нашло, ведь против него ничего особенного пока нет. Были показания, что он стрелял, но оружие не нашли. Вы как адвокат разъясните ему. Мы оружие, конечно, ищем… но найдем ли – тоже неизвестно.

– В таком случае почему бы вам не отпустить его?

– Этого мы сделать не можем. Пока он задержан по указу, – объяснил Сергеев. – Пойдемте вниз, – пригласил он, показывая рукой на дверь.

Мы спустились на первый этаж, подошли к тому же дежурному по отделению. Сергеев кивнул ему:

– Открой камеру!

Тот удивленно посмотрел на начальника, потом перевел взгляд на меня:

– Как открыть камеру?

– Открой! Приехал адвокат Циборовского.

Я подошел к камере. Она была закрыта на засов. Сергеев отодвинул засов, открыл дверь и встал позади меня.

В темноте ничего не было видно.

– Циборовский, – сказал в темноту Сергеев. – Приехал твой адвокат.

Какая-то фигура отделилась от стены и подошла ближе. Я увидел лицо Александра. Оно было в крови. Вероятно, об стену он бился не понарошку. В крови были и руки. Следов побоев я не обнаружил – не было заметно ни синяков, ни кровоподтеков, только правый рукав пиждака был порван и держался буквально на честном слове. Костюм был весь вывалян в пыли, как будто его хозяин катался по земле. Александр дрожал.

– Суки, падлы, – неразборчиво говорил он, зубы его едва ли не лязгали, – они хотят меня завалить!

– Постой, постой, – остановил я его, – уймись и не спеши! – И, повернувшись к Сергееву, спросил – Можно мне поговорить с ним один на один?

– Да, но только здесь, – сказал Сергеев, отходя немного в сторону. – Мы не можем предоставить вам других условий…

– Хорошо, меня это вполне устраивает.

Когда Сергеев удалился достаточно, я спросил Александра:

– Что случилось? Только спокойно, четко и без лишних эмоций. Времени у нас довольно мало – терпение милиции не безгранично.

– Пусть попить принесут, – попросил Александр.

Я позвал дежурного и передал просьбу. Тот сразу же вернулся со стаканом воды.

Отпив немного, Циборовский продолжил:

– Пять дней назад они взорвали Сильвестра, Сергея Ивановича, – поправился он. – Вчера завалили Культика…

– Кого?

– Ну, Культика. Это правая рука Сильвестра. А сегодня хотели убить меня!

– Кто они? – осторожно спросил я.

– Не знаю – то ли братва, то ли погоны.

– В каком смысле?

– Ну, спецслужбы какие-нибудь…

– А ты-то тут при чем? – удивился я. – Сильвестр и ты…

– Как при чем? Когда на Тверской-Ямской машину взорвали, я ж рядом был!

– Ну и что? – не понимал я.

– Я ж у Иваныча телохранителем работал! – почти закричал Циборовский.

– Как телохранителем? – крайне удивился я, так как об этой ипостаси Циборовского ничего не знал.

– А вы не знали об этом? – в унисон моим мыслям спросил Александр.

– Откуда мне было знать? – автоматически ответил я. – Я тебя вообще раза два всего видел, сам знаешь. И в свои дела ты меня никогда не посвящал.

– Я думал, вы все же общаетесь с нашими, так что в курсе…

– Да нет, никто ничего мне не говорил, и вообще стараюсь в ваши дела особо не лезть, сам понимаешь – серьезные у вас там отношения.

– Они хотят меня убить! – немного спокойнее произнес Александр.

– А причина для этого есть? – поинтересовался я.

– Даже две: во-первых, я могу знать, кто убил Сергея Ивановича. Во-вторых, они могли подумать, что я тоже имею отношение к его смерти. Я ехал в Солнцево, с братвой встречаться. По дороге меня догнал «БМВ» черного цвета, номер 935.

– Модель какая?

– Пятьсот двадцатая. Из «калаша» меня чуть не пришили. Я отстрелялся.

– Кстати, пушку твою не нашли, – сказал я шепотом, оглянувшись по сторонам.

– Странно – пистолет я там же, на дороге, бросил. Но мне на волю сейчас никак не ломит. Я лучше тут, в ИВС посижу, – так же шепотом ответил Александр.

– И сколько ж ты сидеть собираешься?

– Пока на воле ситуация не прояснится.

– А откуда ты узнаешь, что она прояснилась?

– Я узнаю. Запишите телефон, позвоните кое-кому… – Он продиктовал мне номер телефона. – Ее Верой зовут. Скажите, что я здесь, что в меня стреляли. Она знает, что дальше делать. Кроме нее, никому обо мне ни слова.

– Это не в моих интересах, – успокоил я его.

– Это понятно. Я так… на всякий случай. А теперь скажите ментам, чтоб врача вызвали, только сами не уходите. Хочу, чтоб врач осмотрел меня при вас. И проверьте, чтобы врач был настоящий, а не туфта какая!

– Подозреваешь, врачи могут оказаться туфтовыми?

– Могут погоны приехать, врачами переодетые, и меня усыпить.

– Саша, – сказал я ему, – а тебе не кажется, что ты чрезмерно «зашифровался»? Неужели для кого-нибудь ты представляешь настолько большой интерес?

– Сами посудите – две смерти подряд бывают случайными? – Александр опять стал нервничать.

Я решил сменить тему:

– А ты знаешь, что вот тут, в газете, написали… – начал было я. Но Александр прервал меня:

– Вызывайте «Cкорую» – я себя плохо чувствую!

Я позвал дежурного и попросил пригласить Сергеева.

– Можно «Скорую» вызвать? – спросил я, как только тот подошел.

– Конечно, – ответил он. – Сейчас!

Отделение милиции я покинул только через два часа, после того как самые что ни на есть настоящие врачи со «Скорой помощи» осмотрели Циборовского и, сделав ему уколы успокоительного, отбыли. Александр оставался в отделении. Я окончательно вымотался. Разговаривать с оперативниками и Сергеевым у меня не было уже ни желания, ни сил. Часы на моей руке показывали час ночи.

Улицы были пустынны. Но, сев в машину, я проанализировал свой разговор с Александром и пришел к выводу, что и меня кто-то может «вести». Всю дорогу я периодически поглядывал в зеркало заднего вида, но ничего подозрительного так и не заметил. Однако первое, что я увидел, въезжая во двор своего дома, был черный «БМВ», стоящий у моего подъезда. В темноте невозможно было разглядеть номера, но можно было с уверенностью сказать, что в машине сидят люди. Такое совпадение показалось мне чрезвычайно странным. «Уж не та ли это „бээмвушка“, что преследовала Циборовского?» – вспыхнуло в моем мозгу, и я почувствовал, что холодею от страха.

Я сидел в машине, не зная, что делать дальше. Наконец, пересилив себя, открыл дверцу и осторожно вылез наружу. Действий со стороны пассажиров «БМВ» не последовало. Короткий путь от машины к подъезду показался самой длинной в моей жизни дорогой. Наконец я вошел в подъезд и, прислушиваясь к каждому шороху, поднялся на шестой этаж. Открыв дверь своей квартиры ключом, я вошел внутрь.

Захлопнув дверь и не включая свет, первым делом подошел к окну и, отогнув край портьеры, выглянул на улицу. Черный «БМВ» все еще стоял у подъезда.

Был второй час ночи. Я сварил себе кофе, сел в кресло и, отпивая напиток маленькими глоточками, стал размышлять над сложившейся ситуацией. Ситуация была несколько загадочной и явно угрожающей. Пять дней назад взорван в собственной машине лидер ореховской группировки Сильвестр. Через несколько дней убивают его заместителя Культика. Сегодня покушались на жизнь телохранителя Сильвестра Александра Циборовского. Идет явная охота на людей из ближайшего окружения авторитета.

Параллельно с этим все сильнее муссируются слухи, что сам Сильвестр жив. А если он действительно жив, то, быть может, убийство Культика и покушение на Циборовского – его рук дело? Что, если он задумал убрать тех людей, которые могут его опознать? Влезать в эти разборки – дело для меня очень опасное, подтверждением чему может служить черная тачка под моим окном. Я не верил в то, что машина, как две капли воды похожая на ту, преследовавшую Александра, оказалась рядом с моим подъездом по странному стечению обстоятельств.

Теперь следует обдумать план предстоящих действий. Прежде всего прояснить обстановку. Для этого надо как можно скорее встретиться с Циборовским и подробно расспросить его.

Мои размышления внезапно были прерваны каким-то звуком, донесшимся со стороны входной двери. Прокравшись по коридору, я остановился перед ней и прислушался. В подъезде явственно слышались чьи-то шаги. Через минуту шаги стихли. Ощущение такое, будто кто-то стоит перед моей дверью с той стороны и выжидает. Кто там стоит, чего он ждет? Меня обуяла паника. «Что делать? Может, вызвать милицию?» – лихорадочно думал я. Вдруг они подложили бомбу или сейчас ворвутся в квартиру и прикончат меня на месте! Было бы не так обидно, если бы я действительно владел какой-нибудь важной информацией, а то ведь погибну практически ни за что. Хотя они же не знают, что мне известно! Может, думают, что я посвящен во все тайны «мадридского двора»! Тем временем за дверью воцарилась полная тишина. А если мне показалось, что там кто-то есть? У страха глаза велики… Я постоял у двери еще несколько минут, но, так ничего и не услышав, решил не паниковать. Немного успокоившись, я лег спать, убеждая себя, что все прояснится и утрясется.

Глава 2
На Петровке

На следующее утро, около десяти часов, я уже переступил порог 138-го отделения милиции. Но тут меня подстерегала неожиданность – ни Александра, ни Сергеева в отделении не было. Александра, как объяснил дежурный по отделению, вывезли еще ночью в неизвестном направлении какие-то оперативники. Сергеев уехал на совещание в муниципальный округ. Мне ничего не оставалось, как дожидаться возвращения начальника следственного отдела.

Часа через полтора Сергеев появился в отделении. Я сразу поднялся к нему в кабинет.

– Куда вывезли моего клиента? – поздоровавшись, спросил я.

– Вчера ночью люди с Петровки приезжали, забрали Циборовского к себе, в ИВС.

– Но ведь дело-то числится за вами?

– Пока за мной, – бесстрастно ответил Сергеев. – Но, возможно, они что-нибудь еще на него накопают.

– А почему его увезли на Петровку? Так ли уж необходимо держать Циборовского именно там? – продолжал я расспросы.

– У нас нет питания, плохие условия содержания. Здесь людей больше двух суток держать нельзя, ну, максимум – трое. Поэтому всех задержанных мы направляем в ИВС. Там все-таки условия получше. – В голосе Сергеева я уловил слабую нотку оправдания.

Меня его объяснения совершенно не успокоили, скорее наоборот – они показались мне очень сомнительными.

– Хорошо, – сказал я, – поскольку дело ведете вы, дайте мне разрешение на встречу с моим клиентом.

– Пожалуйста! – Сергеев тут же сел за компьютер печатать разрешение.

Через несколько минут я уже ехал на Петровку, 38. Прибыв на место, оформил через дежурного допуск на встречу с Александром.

ИВС находился во внутреннем дворе громадного здания Петровки, 38, где одновременно находятся и Главное управление внутренних дел, и несколько подразделений – в том числе уголовный розыск – Управления по борьбе с экономическими преступлениями, бывшего ОБХСС.

Я протянул в окошко пропусков свое удостоверение и попросил выписать мне пропуск в изолятор временного содержания. Но женщина, сидящая за окном, спросила:

– А вы звонили сюда, узнавали – здесь ли ваш клиент?

– Нет, – сказал я, – но в Крылатском, в 138-м отделении, мне сказали, что его повезли именно сюда.

– На всякий случай проверьте, – посоветовала женщина.

Я подошел к телефону внутренней связи, набрал номер изолятора. Назвав себя, попросил узнать у дежурного, содержится ли у них подследственный Циборовский Александр.

– Как вы сказали? – переспросил дежурный. – Циборовский? Сейчас проверю… – на минуту в трубке повисла тишина, затем вновь послышался голос дежурного: – Нет такого.

– Как это нет? – моему удивлению не было границ. – Его же вчера привезли!

– Не знаю. По книге он у нас не проходит, – безапелляционно заявил дежурный.

– А могут его просто без книги…

– Нет, такое исключено, – не дослушав, ответил тот.

– Как мне узнать, где мой клиент?

– Обращайтесь к начальнику следственного отдела в том районе, откуда его должны были привезти.

Сергееву я и сам позвонить догадался бы, другой же информацией дежурный со мной поделиться не захотел.

Я вышел на улицу. Получалось что-то совсем непонятное. Александра совершенно точно вывезли из 138-го отделения и должны были привезти сюда. Но здесь его нет. Может, Циборовский не зря паниковал – что, если его убрали по дороге? Сделать это проще простого: инсценируют попытку к бегству – и концов не найдешь никогда. Единственное, что можно было сделать в этой ситуации, – связаться с Сергеевым и попытаться выведать что-нибудь у него.

Дойдя до ближайшего телефона-автомата, я вновь набрал номер начальника следственного отдела.

– Слушаю! – раздался в трубке знакомый голос Сергеева.

Я коротко изложил суть дела.

– Вообще-то, я не обязан делиться с вами никакой информацией, – сказал Сергеев, – но учитывая то, что вы пошли мне навстречу, когда я вас просил, постараюсь узнать что-нибудь через оперативников, которые забирали вашего подопечного. Попробую выяснить – где он. Перезвоните мне минут через десять.

Десять минут показались мне несколькими часами. Я ходил по Петровке взад и вперед. Наконец время истекло, и я снова набрал номер Сергеева.

– Я все выяснил! – В голосе Сергеева мне послышалось облегчение. – Ваш подопечный там. Просто его зарегистрировать не успели.

– Ну что ж, спасибо, – ответил я. – Спасибо. Сейчас перезвоню и уточню. Надеюсь, ваша информация окажется правильной.

– Не сомневайтесь! – заверил Сергеев.

Набрав номер ИВС, я вновь попросил дежурного проверить, содержится ли у них Александр Циборовский.

– Да, да, только что доставили! – на этот раз ответил он.

Странно! Где же Александр был все это время?

Выписав документы, я подошел к ограде. Еще давно, при прежнем начальнике ГУВД, была издана инструкция, гласящая, что все лица, посещающие Петровку, 38, непременно должны сопровождаться сотрудником, который их вызывает или которого они посещают. Эта инструкция не распространялась только на сотрудников, работающих в системе МВД. Поэтому мне пришлось ждать человека, который должен был проводить меня в ИВС. Скоро появился сержант, с которым мы молча прошли по двору Петровки и приблизились к зданию, выкрашенному в желтый цвет. Обойдя цветочные клумбы и нырнув в арку, мы оказались около квадратной четырехэтажной постройки. Это и был ИВС.

Я подошел к дежурному и предъявил документы – разрешение, подписанное начальником следственного отдела Сергеевым, и свое удостоверение. Дежурный выдал металлический жетон:

– Поднимайтесь на второй этаж. Сейчас туда доставят вашего подопечного.

На втором этаже я заполнил карточку вызова заключенного. Ждать пришлось недолго – вскоре привели Александра. Он был спокоен. Его поведение резко отличалось от вчерашнего. Никаких следов насилия я не заметил, только глаза были красными и слегка отекли – видать, не спал всю ночь, бедолага.

Я поздоровался и спросил его о самочувствии.

– Более-менее нормально, – ответил Александр.

– Тебя не били?

– Нет, не били.

– А почему и когда тебя сюда вывезли?

– Как только вы ушли, прискакали опера с Петровки. Сначала допрашивали у Сергеева в кабинете. Затем привезли сюда. Опять допрашивали, всю ночь. Записывали что-то…

– Куда записывали? – поинтересовался я.

– На магнитофон и на видео.

– Ты признался в чем-нибудь?

– Нет. В чем мне признаваться? – удивился Александр. – Только какие-то чумные все эти допросы…

– В каком смысле?

– Они совершенно не касаются меня и происшествия, из-за которого я попал в милицию. Менты даже не спросили, стрелял я или нет. В общем, их не интересовало ничего касательно меня лично.

– А что же их интересовало?

– Им нужно было все знать о человеке, которого я охранял.

– Какого рода вопросы они задавали тебе относительно Сергея Ивановича? – снова спросил я.

– Вопросов было слишком много – все сразу не передам.

Тут я вспомнил о своем вчерашнем приключении.

– Слушай, – сказал я, – вчера ты, наверное, загрузил меня своими рассказами, но вечером у своего подъезда я видел черный «БМВ», точь-в-точь такой, как ты описывал. Как думаешь, это могли быть те же люди, что напали на тебя?

– Какой номер у машины? – насторожился Александр.

– Темно было, номера я не разглядел…

– Это и не важно, – прервал меня Циборовский. – Номера и сменить можно. Что дальше было?

– Да в том и дело, что ничего не было. Показалось мне, правда, что кто-то стоял возле моей двери, но ведь и померещиться могло. Я дверь не открывал…

– Знаете, – сказал Александр, – тут тоже что-то странное творится. Камеры все переполнены, но я сижу в одиночке. Понимаете?

– Ну это не настолько из ряда вон выходящий случай. Хотя такое отношение к заключенным у них практикуется довольно редко. Ты сам по этому поводу что думаешь?

– Вы что, не понимаете? Меня же могут повесить или по-другому как-то убрать и инсценировать самоубийство! – выдал Александр.

– Прекрати выдумывать всякие ужасы! – прикрикнул я. – Но на всякий случай сейчас же напиши заявление на мое имя – хоть как-то себя обезопасишь.

– Какое еще заявление? – заинтересовался Циборовский.

– Напишешь, что не собираешься кончать жизнь самоубийством. А я это заявление, если что…

– Ну, спасибо за заботу! – грустно улыбнулся Александр.

– Только растолкуй мне, почему считаешь, что тебе что-то угрожает? У тебя есть какая-то важная информация? Ты посвящен в какие-нибудь секреты? – задал я тревоживший меня вопрос.

– Секреты не секреты, а знаю я и вправду ништяк…

– Честно говоря, не понимаю, как ты оказался в телохранителях у Сергея Ивановича? Ты ведь, кажется, даже нездешний? Насколько я помню – из Владивостока?



скачать книгу бесплатно


Поделиться ссылкой на выделенное