Валерий Карышев.

Криминальная история России. 1993–1995. Сильвестр. Отари. Мансур

(страница 18 из 91)

скачать книгу бесплатно

– Ходят слухи, – неопределенно отозвался Солоник, как бы подтверждая информацию, – это моя работа, но распространяться на эту тему я не буду.

Сильвестр одобрительно кивнул головой.

– Давай сделаем так. Я завтра на пару дней поеду по разным местам, согласовывать этот вопрос. Сам понимаешь – дело серьезное, без того чтобы посоветоваться с некоторыми людьми, никак не обойтись.

Солоник никак не отреагировал на слова Сильвестра.

– Мне это по фигу, – произнес он спокойно. – Хочешь – согласовывай, не хочешь – не надо. Даете мне работу – я ее выполняю. Остальное – ваши дела.

– Все это так, – сказал Сильвестр, – но косяк-то на меня потом ляжет! Вся Москва знает о моем с ним конфликте. А братву не обманешь! В общем, это мои проблемы, – неожиданно закончил он разговор. – А тебя Санек, – он показал на меня, – повозит пока по Москве, покажет город. Сам будешь думать, вычислишь его места, а там посмотришь, где и из чего… Все нужное мои ребята тебе достанут. Поживешь пока на этой квартире. Танька уехала, недели две ее не будет. Но ты не торопись. Дело серьезное. Если в течение двух недель не подготовишься, значит, продлим отдых Таньке.

Сильвестр поднялся и пошел к выходу, за ним последовал и молчавший все это время Леня Клещ. Выходя из Танькиной квартиры, я думал над тем, откуда у Клеща подобный знакомый и как кстати он подвернулся именно сейчас.

На следующий день Сильвестр уехал, видимо, согласовывать решение проблемы с Глобусом. Я встретился с Солоником. Сильвестр выделил нам три машины. Мы должны были менять тачки каждый день, а то и по два раза на дню, чтобы братва Глобуса нас не запеленговала. Все машины были с тонированными стеклами, чтобы нельзя было разглядеть, что делается внутри.

Мы начали отслеживать маршруты Глобуса. Вскоре нам уже был известен весь его распорядок дня, все привычки. Глобус ездил на «Мерседесе» или на «Форде», время от времени меняя машины. Его сопровождали две тачки с охраной.

Рабочий день Глобуса проходил по стандартному расписанию обычного российского мафиози. Подъем около двенадцати дня, иногда тренажерный или спортзал, постоянные встречи с братвой и с ворами в ресторанах. Вечером – обязательно ночной клуб, ресторан или дискотека. Глобус очень любил проводить время в так называемых ночных дискотеках, где обычно усердно снимал девочек. Любовь Глобуса к женскому полу была безгранична. Его любимым местом был, бесспорно, спорткомплекс «Олимпийский» на проспекте Мира. Один предприимчивый бывший комсомольский работник, почувствовав, что на шоу-бизнесе можно делать большие деньги, взял в этом комплексе в аренду большое спортивное сооружение, где оборудовал ночную дискотеку, ставшую в какой-то степени конкурентом ночному клубу на Пресне. Посетителей там становилось все больше, потому что помещение было просторнее, а оборудование круче. Глобус полюбил это заведение со страшною силой и нередко зависал там до утра.

Побывав около «Олимпийского», Александр осмотрел различные позиции, откуда удобнее всего было совершить задуманное.

Лучшим местом, как я понял, оказалась верхняя антресоль, с которой был виден весь подъездной путь к «Олимпийскому». Оттуда хорошо просматривался и выход из дискотеки, у которого постоянно парковались машины. Глобус также ставил свою машину на этой стоянке, следовательно, оставалось лишь дождаться его возвращения с дискотеки.

Мотаясь с Солоником в машине, мы практически не разговаривали. Хотя, впрочем, темы иногда находились. В основном они касались тачек. Мой тезка хорошо в них разбирался. Он знал практически все иностранные марки автомобилей, от спортивных до представительских.

Сильвестр вернулся через пару дней. Он был доволен. Вероятно, разрешение на проведение акции было получено. Иваныч снова встретился с Солоником на той же квартире. При разговоре я не присутствовал, поэтому все, что они обсуждали, осталось для меня загадкой. Вероятно, обговаривали дату. Единственное, о чем меня проинформировали, что теперь я становлюсь связным, так как всякие прямые контакты между Сильвестром и Солоником с этого момента прекращаются.

Оружием Солоника обеспечивал Леня Клещ. Александр остановил свой выбор на винтовке с оптическим прицелом. Об этом я узнал совершенно случайно. Как-то на одной из встреч с Солоником я взял в руки лежавший на кухонном столе каталог оружия. Сильвестр и Александр в гостиной были заняты разговором. Полистав каталог, наткнулся на закладку, помечающую страницу со всевозможными ружьями с оптикой. Солоник, видимо, прекрасно разбирался в оружии. В том же каталоге я заметил листочек бумаги, на котором мелким аккуратным почерком были выписаны характеристики трех видов ружей, рядом красовалось нечто вроде сводной таблицы, в которой сравнивались между собой параметры оружия. Те или иные преимущества были подчеркнуты красной ручкой. Учитывая, что каталог, с которым работал Солоник, был на английском языке, я проникся к Александру искренним уважением.

Неожиданно на кухню вошел Сильвестр. Я тут же захлопнул каталог, но Сильвестр, конечно, понял, чем я занимался. Он улыбнулся и, подойдя ко мне, сказал:

– Мы же с тобой договорились…

Я кивнул утвердительно.

– Ну так смотри дальше и не пугайся, – с этими словами Сильвестр налил в стакан минеральной воды и вернулся в комнату.

Минут через пятнадцать меня позвали туда же.

– Значит, так, Сашок, – обратился ко мне Сильвестр. – Кстати, вы же тезки… Я тебе назову день, когда ты пойдешь на дискотеку в «Олимпийский». Оденься подходяще. Твоя основная задача – присутствовать там и смотреть до самого конца, пока наш человек, – он имел в виду Глобуса, – не покинет дискотеку. Вот и вся задача. Он на улицу – и ты на улицу. Следить нужно аккуратно, чтобы никто тебя не засек.

Глава 13
Киллер
9 апреля 1993 года, 23.40, ночной клуб «Олимпийский»

В ночном клубе «Олимпийский» я бывал уже несколько раз. О точной дате проведения акции Сильвестр сообщил мне за два дня.

Приехав в клуб в назначенное время, я внимательно осмотрел все вокруг, пытаясь вычислить местонахождение Солоника, но так никого и не заметил. Махнув на это безнадежное дело рукой, я зашел внутрь клуба. Он был полон, дискотека уже началась, и народ веселился как мог.

Надо сказать, что «Олимпийский» посещала специфическая публика. Этот ночной клуб был весьма дорогим, входя в пятерку наиболее престижных заведений Москвы. Частыми гостями клуба были бандиты выше среднего уровня, бизнесмены не очень высокого ранга и, конечно же, проститутки, обслуживающие и тех и других. Женщин, присутствующих в клубе, я мысленно делил на три категории. Самую многочисленную из них составляли дорогие проститутки. Вычислить их было легко по дорогой одежде, несколько ярковатой косметике и некоторым специфическим нюансам поведения. Вторую категорию составляли так называемые бизнес-вуман. Я всегда удивлялся тому, что они назначают деловые встречи в подобных заведениях, но им такой расклад, видимо, нравился. Наконец, в третью категорию я определил жен и любовниц бизнесменов и бандитов. Эти сразу привлекали внимание обилием золотых украшений и прочей мишуры.

Веселье было в разгаре. Время от времени на эстраду выходили какие-то исполнители, группы. В противоположном углу диск-жокей проигрывал модные мелодии. Публика танцевала, было весело.

Я слонялся по залу, периодически натыкаясь на знакомых. Вскоре в зал вошли несколько человек, мало чем отличающихся внешне от остальных присутствующих. Разве что шмотки на них были хотя и дорогие, но безвкусные, а поведение слишком вызывающе-наглое. По агрессии, которая так и перла из них наружу, нельзя было не догадаться, что ребята принадлежат к миру российского криминала. Среди вошедших я заметил Глобуса.

Свободных мест уже не было, но Глобусу на это было явно наплевать. Вышвырнув из-за приглянувшегося столика какого-то лоха с компанией, он вальяжно расположился за ним в окружении своих людей. Тотчас к Глобусу подбежала малость напуганная официантка. Компания заказала что-то из выпивки, после чего Глобус подозвал тусовавшуюся неподалеку сутенершу. Я знал, чем занимается эта дама, так как через нее нередко заказывали девочек наши братки. Сутенерша предложила компании выбрать девочек. Веселье вокруг достигло своего апогея, но я в нем не участвовал. На меня была возложена важная задача – контролировать все перемещения Глобуса как внутри клуба, так и снаружи. Вместе с тем мне нельзя было попадаться ему на глаза, чего пока добиться было нетрудно, учитывая немалое скопление народа. Но это обстоятельство могло стать мне помехой, так как, если Глобус вздумает направиться к выходу, он сможет легко затеряться в толпе. Пока же мой маршрут ограничивался дорожкой от бара к столику, с которого хорошо была видна вся компания «отморозков», и обратно.

В очередной раз преодолевая это расстояние, я неожиданно столкнулся лоб в лоб с охранником Глобуса. Тот сразу узнал меня.

– О, братуха! – фыркнул здоровенный охранник. – Ты че, один?

– Один, – кивнул я головой, судорожно соображая, как выпутаться из этой ситуации.

– А старшой твой где? – удивленно спросил охранник.

– У меня выходной сегодня, я тут с телкой, – не долго думая, ответил я и пошел к бару.

«Ну вот, теперь меня вычислили, – думал я, – и если что случится – начнется разборка, наверняка как раз на меня и укажут. Но, с другой стороны, мало ли кто тут сегодня… Половина криминальной Москвы собралась!»

Действительно, время от времени к столику Глобуса подходили разные люди, в некоторых из них я узнавал авторитетов и братков из разных бригад. Кое-кто присаживался за столик, некоторые, немного поговорив, отходили в сторону. Глобус не танцевал, он просидел весь вечер, базаря со своими ребятами и с подходившими знакомыми. На снятых девчонок Глобус не обращал практически никакого внимания, только изредка перебрасываясь с ними ничего не значащими фразами.

К тому времени перед входом в «Олимпийский» уже должны были собраться все наши ребята, задействованные в предстоящей акции. Там находились Вадим, который был сегодня водителем, и Славка. Я догадывался, что Славка был дублером. Но я не знал тогда, что в роль Славки входило и устранение Солоника, если того «примут» менты или заберет братва.

Где-то в середине ночи Глобус стал собираться. В половине четвертого в сопровождении семи человек он не спеша вышел из дверей клуба на залитую светом автомобильную стоянку. Я незаметно выскользнул вслед за ним и затаился за одной из машин. Неожиданно раздался негромкий хлопок, краем глаза я успел заметить, как на расстоянии сорока метров, за барьером пандуса, мелькнул силуэт человека. В то же время Глобус неожиданно схватился за бок и стал медленно оседать на землю. Братва, сопровождающая его, моментально поняла, в чем дело. Началась паника. Кто-то закричал. Один из охранников выхватил пистолет и стал палить в воздух.

– Достанем тебя! – кричал он. – Достанем!

Один из присутствующих на стоянке людей резко рванулся в сторону. Часть сопровождающих Глобуса охранников бросилась за ним. В убегавшем я узнал хорошего знакомого Глобуса, некоего Горхилашвили по прозвищу Итальянец. Итальянец бросился к своей машине, пытаясь уехать с места происшествия, и братва Глобуса, посчитав, что киллер именно он, быстро «разобралась» с ним, пристрелив на месте. Тем временем ребята из окружения Глобуса затолкали безжизненное тело шефа в «мерс», который тотчас же рванул с места и покатил в сторону больницы Склифосовского. Просчитав про себя маршрут их движения, я понял, что дорога туда займет не менее пятнадцати минут и, даже если Глобус не убит, а тяжело ранен, живым до больницы он вряд ли доберется.

После того как Глобуса увезли, я, по заранее обговоренному плану, сел в машину и поехал домой, не пытаясь отыскать своих ребят.

На следующий день все средства массовой информации трубили о загадочном убийстве вора в законе Глобуса. Но это было не единственное убийство на этой неделе. Через день в половине шестого вечера на улице Строителей, недалеко от метро «Университет», был обнаружен труп генерального директора товарищества с ограниченной ответственностью «Интерформула» Анатолия Семенова, известного в криминальной среде под кличкой Рэмбо. Семенов был застрелен в подъезде своего дома из пистолета «макаров». Две пули попали в живот, а третья в голову. Это был так называемый контрольный выстрел.

Глобус и Рэмбо очень хорошо знали друг друга, это говорило о том, что оба убийства были взаимосвязаны. Вполне возможно, что Рэмбо посчитали виновным в гибели Глобуса и отомстили ему за это.

Убийство Глобуса имело огромный резонанс в криминальном мире Москвы. Сильвестр, все это время находившийся в своем загородном коттедже, послал ребят для сбора информации. Братва выясняла на всевозможных тусовках, в ночных клубах и барах, какие основные «косяки» ложатся по убийству Глобуса. Вскоре выяснились три основных «косяка» – прежде всего на самих воров, которые дали отмашку на убийство Глобуса якобы за его беспредел и скверный характер, второй «косяк» ложился на Сильвестра за его конфликт, о котором знала вся столица, и третий – что это было убийство за деньги, связанное с торговлей нефтью, которой занимался Глобус.

Новым лидером басманной группировки стал правая рука Глобуса, уголовный авторитет Григорий Вагнер по кличке Барон. Все это время Сильвестр отсиживался в своем загородном доме, стараясь ни с кем не встречаться и в Москве без серьезной причины не показываться.

Однако был один звонок. От человека, встречу с которым Сильвестр отменить не смог. Этим человеком был Отари Витальевич Квантришвили. Встреча с ним состоялась через два дня.

Мы с Сильвестром ехали в сторону Центра. Конечной точкой нашего пути была гостиница «Интурист», в ресторане которой назначил встречу Отари. Мне было известно, что Квантришвили курировал, или по крайней мере опекал, басманную группировку. Естественно, и Глобус, и Барон были в какой-то мере его протеже. Предстоящий разговор Сильвестра с Отари обещал быть неприятным, поэтому Сильвестр сразу постарался правильно на него настроиться. В то же время возможности уклониться от этого разговора у Иваныча не было. Раз «косяк» на него пошел, раз его будут пробивать – значит, он должен держать ответ.

Сильвестр внутренне был уже готов к разговору. Подъехав к гостинице, он велел мне остаться в машине и один направился в сторону ресторана. Мне было видно, как он зашел внутрь, сдал пальто гардеробщику, оставшись в темном костюме и черной водолазке. Затем Сильвестр направился в банкетный зал разыскивать Отари.

Разговор продолжался около часа. Сильвестр вышел молча, в мрачном настроении. Видимо, разговора не получилось. Всю дорогу до загородного дома Иваныч молчал, не проронив ни слова. Все говорило о том, что Отари Витальевич встретил его с явным негодованием. Я тоже молчал, только когда мы уже подъезжали к загородному коттеджу, не выдержав, спросил:

– Иваныч, проблемы возникли?

– Какие проблемы? – неожиданно переспросил Сильвестр. – Ты думаешь, что Отари может мне проблемы ставить?! Кто он такой? Он такой же, как я. Другое дело, что придется на разбор к ворам ехать. Никуда от этого не денешься.

Глава 14
На воровской сходке

Сильвестр оказался прав. Через некоторое время он получил приглашение явиться на воровскую сходку в Подольск. С одной стороны, вызов в Подольск на воровскую сходку для Сильвестра был неожиданным. В недалеком прошлом Подольск враждовал с Ореховом, и оттуда неоднократно приезжали бригады трясти ореховских. Тем более повестку воровской сходки никто не объявлял, она держалась в тайне. Хотя, по всем воровским понятиям и обычаям – а постепенно я стал их осваивать, общаясь с братвой из разных группировок, – никто никогда заранее воровскую повестку не объявлял, и те, кто приглашался на нее, также не должны были этим интересоваться. То, что Сильвестра вызвали на воровскую сходку для разбора, ни у кого сомнений не вызывало, ведь Глобус входил в первую пятерку влиятельнейших воров. Один из «косяков» упал на Сильвестра, следовательно, Иванычу придется отвечать за это убийство.

Машина медленно выехала из Москвы и направилась в сторону Подольска.

Подольск относительно недалеко от Москвы. Всю дорогу ехали молча. Я понимал, что сейчас практически решается наша дальнейшая судьба. После столь громкого и дерзкого убийства криминального авторитета, когда «косяки» упали на Сильвестра, может произойти непредвиденное. Если воровской сход вынесет решение о том, что Сильвестр причастен к этому убийству, то будет неминуемо вынесен смертный приговор. «Тогда они порешат его, – думал я, – а вместе с ним и меня, и Вадима, и охранника – кто там будет разбираться! Какая разница им – одного Сильвестра „мочить“ или всю кодлу?»

Время от времени я смотрел на своего шефа и старался догадаться, о чем он думает. Но Сильвестр сидел, погруженный в свои мысли. Ему необходимо было держать ответ, и он должен был привести такие весомые аргументы, чтобы доказать либо свою непричастность к убийству Глобуса, либо правомерность своего поступка. Сильвестр не посвящал меня в свои планы будущего разговора с ворами. Может быть, он и сам не знал, по какому руслу пойдет разговор, как лягут карты…

Чем ближе мы подъезжали к Подольску, тем больше нервничал Сильвестр. Лицо у него было красным, одна щека постоянно подергивалась – явный признак того, что Иваныч сильно волнуется. Время от времени он постукивал согнутым пальцем по панели управления автомобиля.

«Странно, – думал я, – вот он, криминальный мир! Знает же Иваныч заранее, что может быть вынесен приговор, – скорее всего он и будет вынесен, и все равно едет. А куда он денется – если не приедет, то они сами его найдут и шлепнут, даже разобраться не захотят». Я снова посмотрел на Сильвестра. Тот не отрываясь глядел на дорогу, но вдруг обернулся к нам и спросил:

– Пацаны, ни у кого закурить не найдется?

Мы оторопели. Все знали, что Сильвестр никогда не курил, а тут – на тебе, сигарету просит!

– Сергей Иванович, да у нас же никто не курит! – наконец ответил Вадим.

– Да ладно вам, – улыбнулся Сильвестр, – знаю я, как вы не курите! Только для меня, а на самом деле дымите в нерабочее время, а?

– Нет, правда сигарет нет, – сказал я.

– Тогда тормозни, – приказал Сильвестр. Машина остановилась у коммерческого киоска в каком-то придорожном поселке. – Александр, выйди, купи сигарет!

– Каких, Иваныч? – полюбопытствовал я.

– Да любых, с фильтром! – отмахнулся Сильвестр.

Я быстро выскочил из машины, бегом кинулся к ларьку и через несколько секунд вернулся с сигаретами «Мальборо» и зажигалкой. Сильвестр вышел из машины, достал из пачки сигарету и стал прикуривать. Но был сильный ветер, и пламя зажигалки тут же гасло. Сильвестр занервничал. Он пытался повернуться спиной, прикрыть зажигалку рукой, но все его попытки прикурить закончились неудачно. Я видел, что Сильвестр нервничает, и хотел предложить Иванычу покурить в машине, но он уже выплюнул сигарету и сел на свое место. Я подумал, что мне лучше не вмешиваться.

– Поехали! – коротко кинул Сильвестр и выбросил пачку с сигаретами в окно.

В полном молчании мы доехали до Подольска.

У меня тревожно забилось сердце, когда машина остановилась перед ресторанчиком на окраине Подольска, где должен был состояться сход. Вся площадка перед рестораном была уставлена дорогими иномарками. Кто приехал на воровскую сходку – известно не было. Лишь мрачные, угрюмые братки из охраны воров… Охранники ходили взад-вперед по площадке, иногда перекидываясь между собой несколькими словами.

Вылезая из машины, Сильвестр похлопал меня по плечу:

– Не робей, парень! Что случится, то случится. Если вынесут – значит вынесут. И тебя порешат. Если выйду живым – значит жить долго буду.

Он вошел в ресторанчик. Дверь за ним закрылась.

Я немного размялся, бродя по площадке, и, вернувшись в машину, стал ждать. Разговаривать с охранниками у меня не было никакого желания. Я ведь даже не знал своей дальнейшей судьбы. В случае, если на сходке будет вынесен смертный приговор, меня постигнет та же участь, что и Иваныча, – ведь я его телохранитель, а следовательно, и его доверенное лицо. Мне не оставалось ничего иного, кроме томительного ожидания.

Единственное, чем я мог себя занять, – поисками машины Шурика Макара из Балашихи. В недалеком прошлом Глобус говорил, что необходимо развенчать Шурика Макара, лишить его звания вора. Поэтому если он приедет на сходку, то наверняка у Сильвестра появится союзник. Но машины, на которой ездил Шурик Макар, на стоянке я не нашел, хотя вполне могло случиться, что тачку он сменил.

За свое не очень долгое пребывание в Москве и общение с братвой из других группировок, а также с так называемыми синими, то есть блатными, которые придерживались воровских понятий, я уже знал, что к смерти на воровском сходе вправе приговорить лишь краевой сходняк, то есть люди не местные. К блатным санкциям, которые могут наложить воры, принадлежало три вида наказания. Одно из них – пощечина. Ее, как правило, дают за оскорбление, к тому же публично, во время сходки. Уклоняться или бить в ответ наказанный не имеет права. Безобидная на первый взгляд кара, но без последствий не остается. Авторитет вора падает, по миру расползается слух – «битый», мол. За очередную провинность, которая раньше сходила с рук, может последовать вторая санкция – это удар по ушам. По существу – лишение воровского титула. И третье – лишение жизни, то есть убийство. Если первые две санкции были неприменимы к Сильвестру, поскольку он не был вором в законе и, следовательно, не может быть ни развенчан, ни оскорблен пощечиной, то его убийство становилось весьма и весьма вероятным.



скачать книгу бесплатно


Поделиться ссылкой на выделенное