Валерий Карышев.

Криминальная история России. 1993–1995. Сильвестр. Отари. Мансур

(страница 17 из 91)

скачать книгу бесплатно

– Серега, братан, неужели мы не русские люди! Что мы эту встречу всухую будем проводить? Пойдем в ресторан, вмокрую отметим!

Братва дружно загоготала, второе значение слова «мокрое» было прекрасно известно всем.

Перед тем как войти в мотель, Сильвестр демонстративно, чтобы все видели, отпустил машину с оружием. На глазах у всех он остался практически безоружным. Это значило, что он доверяет Сереже Подольскому. Сережа, оценив жест, похлопал Сильвестра по плечу и показал, что он тоже пустой.

Вскоре мы уже расположились в банкетном зале ресторана. Подольские стали нам чуть ли не братьями. Веселились мы от души, настроение, оттого что не пришлось пускать в ход оружие, у всех было отличное.

Позднее неожиданно приехал Борода. Он был хорошо знаком с Сережей Подольским. Втроем с Сильвестром они сели за отдаленный столик и начали о чем-то разговаривать. Беседа оказалась долгой, что они обсуждали – неизвестно, но выглядели все трое довольными.

Когда поздно вечером мы вернулись в Орехово, нас ожидало неприятное известие. Пока мы проводили мирную стрелку с подольскими, на другую стрелку с чеченцами отправился Витя Коган по кличке Моня. Встреча закончилась трагично – Моню убили.

Сильвестр очень переживал эту потерю. Моня был одним из его верных людей, он доверял ему практически как самому себе. Шеф вообще тяжело переносил потерю своих людей – в этом смысле он был настоящим лидером, заботящимся о каждом из своих подчиненных.

Через два дня хоронили Моню. Похороны были обставлены со всей возможной пышностью. Проводить Моню в последний путь на кладбище приехало около четырехсот человек, причем присутствовали даже братки из тех бригад, которые не поддерживали с нами дружеских отношений. Сильвестр решил воспользоваться этой ситуацией.

День похорон выдался серым и холодным. Возле свежевырытой могилы собрались многие авторитеты, воры в законе и просто боевики из разных бригад. Моня лежал в дорогом гробу, и казалось, что он просто спит. По очереди из толпы провожавших выходили люди и говорили несколько слов на помин Мони. Рассуждали о том, каким честным и справедливым он был при жизни и как горько, что он покинул этот мир таким молодым. Когда панихида закончилась, гроб забили и опустили в холодную землю. Присутствующие стали по одному подходить и бросать в могилу землю. Затем Моню закопали и завалили свежий могильный холм охапками цветов и венками.

С кладбища все присутствующие на похоронах отправились на поминки в ресторан. Народу было так много, что все с трудом разместились в двух банкетных залах, соединенных между собой. Подавали традиционные поминальные блюда, стол был сплошь заставлен бутылками водки разных сортов. Приехавшие помянуть Моню расселись за столы, лица у всех были угрюмые, настроение подавленное.

Сильвестр, Сережа Борода, а также все близкое окружение Сильвестра и бригадиры других ореховских бригад разместились за одним столом. Сильвестр поднялся и взял слово:

– Братва! Сегодня мы похоронили Моню.

Он погиб не потому, что не готов был к трудностям, связанным с его работой, и не потому, что допустил какую-нибудь ошибку в своих действиях. Моня был замечательным человеком, храбрым товарищем, не знал никакого страха. Но мы его потеряли. И потеряем еще многих, пока будем разобщены. Когда-то нашу страну покорили татары, потому что все славянские лидеры были каждый за себя. Давайте не будем повторять их ошибку, в наших же интересах объединиться и дать совместно отпор всякой кавказской швали, засевшей на нашей родине.

– Правильно говорит Иваныч! – раздались с разных сторон одобрительные возгласы бригадиров. – Мы с тобой!

Я проникся уважением к психологическому ходу Сильвестра. Воспользовавшись тем, что вся братва находилась под впечатлением гибели и похорон Мони, он осторожно подвел их к мысли, что каждого может ждать такой конец, если только не объединиться и не дать отпор противнику совместными силами. В итоге Сильвестр добился того, что единство практически было достигнуто.

Таким образом, к лету 1993 года во многом благодаря миротворческой деятельности Сильвестра все Орехово было объединено.

Мне снова пришлось прервать рассказ Циборовского – я уже опаздывал на встречу. Попросив Александра закончить свое повествование в следующий раз, я покинул здание тюрьмы.

День у меня выдался на редкость тяжелым. Домой я пришел поздно вечером. На входе меня поймал телефонный звонок. Я поднял трубку и услышал незнакомый голос, который назвал меня по имени и фамилии.

Дальнейшую беседу передавать не имеет смысла. В двух словах можно сказать, что меня убедительно просили не заниматься делом Циборовского. Если же я все-таки буду упорствовать, со мной может произойти нечто весьма неприятное.

Слава богу – адвокатской практикой я занимаюсь не первый год и не то чтобы перестал бояться подобных угроз, но все же приобрел к ним некоторый иммунитет. Однако на всякий случай перед следующим посещением Бутырки я предпринял некоторые меры предосторожности, в частности – зашил карманы, чтобы какой-нибудь подкупленный субъект не смог подкинуть мне некий предмет, хранение которого преследуется по закону.

Встретившись с Александром через два дня, я не стал говорить ему о телефонном звонке недоброжелателя – парню и так было туго. Видимо, тюремная жизнь плохо сказывалась на его самочувствии – он сильно похудел и осунулся.

Однако с радостью согласился продолжить свой рассказ…

Глава 12
Опасные гости
Москва, Орехово, 1993 год

Криминальный расклад в столице 1993 года напоминал карту, раскрашенную различными цветами. Каждый цвет обозначал ту или иную группировку, разместившуюся в данном районе столицы. К таким районам принадлежали Солнцево, Измайлово, а с 1993 года и Орехово. Вместе с тем другие районы Москвы смотрелись бы на этой карте пестрыми кусками наподобие лоскутного одеяла по причине того, что там обосновалось по нескольку группировок, каждая со своими экономическими интересами.

Центр города был поделен между различными группировками. Своей группировки, «обслуживающей» этот район, в столице не было.

В 1993 году Сильвестр активно проводил различные встречи с авторитетами и коммерсантами по поводу вложения своих капиталов в разнообразные коммерческие проекты. Наиболее выгодным делом в последнее время была банковская деятельность и так называемый бизнес на отдыхе.

В Москве стали возникать ночные клубы, казино, дискотеки. При нехитром оборудовании, низких материальных затратах этот практически простейший вид деятельности давал колоссальные прибыли.

«Как все, оказывается, просто, – думал я, мотаясь по городу с Сильвестром. – Снял помещение, оборудовал его соответствующим инвентарем, поставил игральные столы, и все – включай счетчик, сиди и жди прибыли, которая идет, идет и идет. Причем идет „черный нал“, не облагаемый никакими налогами».

В то время налоговый контроль со стороны государства за игровым и шоу-бизнесом был практически равен нулю и владельцы подобных заведений получали огромные барыши.

Одним из первых ночных клубов-казино, который открылся в городе и был раскручен, оказался клуб под названием «Пресня», находившийся недалеко от Московского зоопарка. «Пресня» представляла собой ночной клуб, располагавшийся в здании одного из кинотеатров Москвы, которые стали пустеть из-за дороговизны. Группа предприимчивых людей открыла в кинотеатре первый ночной клуб и не просто открыла, а еще и раскрутила его в рекордно короткие сроки.

«Пресня» стала самым крутым клубом столицы. Владельцы начали приглашать с выступлениями отечественных и зарубежных звезд, которых до недавнего времени можно было увидеть только по телевизору. Этот факт сыграл решающую роль, и в клуб потянулись толпы посетителей.

Владельцами клуба являлись два закадычных друга, в недалеком прошлом, во времена застоя, работавшие в одном из московских ресторанов. Один из них был в этом заведении заведующим, другой барменом. Предприимчивые друзья, поняв, что настало новое время, и почувствовав выгоды кооперативного движения, быстро обнаружили нужную нишу в бизнесе и хорошенько в ней окопались. К тому времени, когда ночные клубы и казино стали открываться в Москве чуть ли не каждый день, конкуренция «Пресне» не была уже страшна.

Сильвестра владельцы ночного клуба Алексей и Павел знали еще по прежней своей работе в ресторане. Он в то время был их «крышей». Естественно, первым делом, открывая ночной клуб, друзья обратились именно к Сильвестру, поскольку между ними были практически дружеские отношения. Предугадывая, что в этом ночном клубе будут тусоваться многие криминальные авторитеты, следовательно, проблемы наезда и пробивки клуба просто неизбежны, друзья решили, что лучшего кандидата, чем Сильвестр, им не найти.

К тому времени Сильвестр уже имел в Москве достаточно весомый и серьезный авторитет. Он принимал участие практически во всех крупных воровских сходах, так называемых мирных стрелках, где обсуждались те или иные экономические или криминальные проблемы. Хотя Сильвестр не был вором, многие авторитеты и воры в законе относились к нему с большим уважением. Однако недоброжелателей у Иваныча тоже хватало. Особенно недолюбливали его «пиковые воры» – то есть воры кавказского происхождения.

Друзей, приехавших с идеей открытия ночного клуба, Сильвестр встретил приветливо и активно взялся помогать им в претворении этого проекта в жизнь. Очень скоро в помещении кинотеатра был сделан ремонт, помещение оформили соответствующе, и клуб торжественно открылся. На первых порах вход был бесплатным, что помогало обзавестись постоянной клиентурой.

Клуб стал раскручиваться, и друзья начали получать прибыль. Но с получением первой прибыли возникли и первые проблемы. Это не были наезды или пробивка каких-то левых группировок – достаточно было назвать имя Сильвестра, и вопросы у каких-либо заезжих тут же отпадали. Беда была в другом – и территория, на которой находился клуб, и все здание бывшего кинотеатра с прилегающими к нему всевозможными смежными организациями, также арендующими площадь, находились под покровительством басманной группировки. Лидером ее был известный вор в законе Виктор Длугач по кличке Глобус. Как вора Глобуса крестили представители кавказской уголовной элиты. С его помощью «пиковые» хотели укрепить свое положение в Москве, пошатнувшееся из-за усиления в тот период славянских группировок.

Постепенно Глобус стал набирать авторитет и собрал бригаду как из жителей Бауманского района, так и из представителей закавказских республик. Первоначально его бригада работала с некоторыми станциями технического обслуживания, где они бесплатно ремонтировали свои автомобили и имели долю от доходов этих предприятий. Все члены басманной группировки, и Глобус в частности, имели слабость к автомобилям, поэтому практически все бабки Глобус делал на предоставлении охранных услуг всевозможным автостоянкам, СТО и автомагазинам, которые в последнее время появлялись в Москве как грибы после дождя и стали все больше и больше набирать обороты.

За Глобусом утвердилась репутация беспредельщика. Он отбирал машины, мог с боевиками, вооруженными автоматами, наехать на чужие коммерческие точки и потребовать переадресовки налога на охрану. По его приказу члены группировки бросили на одну из московских автостоянок две гранаты, чтобы «излечить» противников от излишней самостоятельности. При Глобусе постоянно находились около десятка человек, предпочитающих действовать не убеждением, а силой огневой мощи. Сам же Глобус никогда не появлялся без телохранителей и никогда не расставался с оружием. «Если нас попытаются взять, то им дороже встанет», – говорил Глобус, намекая на возможную дальнейшую судьбу своих оппонентов. Вместе с тем Глобус имел не только врагов, но и друзей. Конечно, со своим бескомпромиссным, напористым и жестоким характером он нашел союзников, которые преклонялись перед ним и делали на него определенную ставку, но в то же время его беспредел не нравился даже самым крутым авторитетам. Постепенно росло недовольство Глобусом среди славянской воровской элиты.

Теперь Сильвестру предстояла встреча с Глобусом. Она была продиктована вчерашней выходкой беспредельщика в «Пресне». Глобус наехал на Алексея и Павла, потребовав в жесткой форме переадресовки дани на его структуру. Никаких возражений он слушать не захотел, пообещав в случае неповиновения расправиться с обоими.

– Я сказал – завтра, и все! – грозно предупредил он их. Вполне естественно, что Алексей и Павел тут же позвонили Сильвестру и рассказали ему о происшествии. Сильвестр был взбешен.

На следующий день была назначена стрелка в небольшом уютном кафе в центре Москвы.

Ехали мы туда на трех машинах. Вместе с Сильвестром ехали его правая рука Двоечник и Леня Клещ. Группу сопровождения, помимо меня, представляли Вадим и Славка, а также еще несколько боевиков из дальневосточной бригады.

Машины медленно подъехали к кафе, где была запланирована встреча. Я заметил, что на площадке перед кафе стояли припаркованные машины – «БМВ», джип и бронированный «Мерседес». Последняя тачка принадлежала Глобусу – значит, он уже был на месте. Боевики из басманной группировки встретили прибывших молча. Никто никому не кивал, хотя мы уже неоднократно встречались между собой. Было ясно, что отношения накалены до предела. Я внимательно следил за тем, как разворачивается ситуация. Конечно, мне и до этого случалось бывать в различных переделках, и я знал, как нужно действовать в подобной ситуации, но все же мне было не по себе. Глобус – беспредельщик, и от него можно ожидать любой подлянки.

Подъехав к кафе, мы оставили машины на стоянке и прошли внутрь. Несколько человек Сильвестр оставил у входа, взяв с собой Двоечника, Клеща, меня и Вадима. Славка остался сидеть в машине.

Посетителей в кафе практически не было. В самом углу за столиком расположился Глобус с парнем и двумя красивыми девчонками – видимо, очередными подружками. Сильвестра такой расклад очень удивил, но он все же направился с Двоечником и Леней к его столику. Мы с Вадимом сели за соседний. Рядом с нами сидела охрана Глобуса – здоровые качки, некоторые из них были кавказцами.

С Сильвестром Глобус поздоровался очень холодно, не вставая. Начался разговор. Слов слышно не было, но я без труда догадался, о чем они беседуют: сначала о том, на каком основании и почему, в нарушение всяких традиций, здесь присутствуют эти девицы. Это можно было понять по тому, с каким видом Сильвестр все время кивал в сторону красоток. Вероятно, Глобус отвечал, что это его дело, что он тут хозяин и никто не может ему приказывать. Он жулик, а Сильвестр – никто. Вскоре девицы все же были отправлены за другой стол. Далее разговор проходил на повышенных тонах. Глобус постоянно качал головой и взмахом руки показывал наверх, вероятно, апеллируя к своим покровителям из кавказской элиты. Разговаривали только Сильвестр и Глобус, остальные присутствующие молчали, внимательно наблюдая за происходящим.

Минут через двадцать Сильвестр и Глобус практически одновременно встали и разошлись, не попрощавшись. Это могло означать только одно – разговор не получился. За лидерами покинули кафе и остальные.

Подходя к машине, я заметил краем глаза, как кто-то из басманной группировки, выйдя на крыльцо, дал отмашку рукой охране. Что это значит? Я нащупал пистолет. Неужели дали команду на истребление наших и сейчас начнется перестрелка? Но Сильвестр уверенно и хладнокровно шел по направлению к машине. Рядом с ним вышагивали Клещ и Двоечник. В машину с Сильвестром сел только Леня, Двоечник сел в другую. Я занял свое обычное место на заднем сиденье, и машина плавно тронулась. Мои худшие ожидания не оправдались – боевики Глобуса пропустили нас, не сделав попытки прикончить. Проехав несколько метров, Сильвестр выругался и, обращаясь к Лене, сказал:

– Что за человек! Как себя ведет! На серьезную стрелку каких-то баб притащил! Чушь какую-то несет, постоянно на меня наезжает… Твердит одно и то же: я вор, ты никто… Да я мог быть вором уже трижды, если не четырежды. Меня уговаривали, но я не хочу этого. А он все время только об этом и говорит: я жулик, а ты никто! Странный человек… На Отари постоянно кивает…

– Отари его поддерживает, – задумчиво сказал Леня Клещ.

– Да я в курсе. Там свои интересы, коммерческие. Вся беда в том, что нам никак нельзя Глобуса тронуть. Если мы его тронем – начнется война. За Глобусом есть определенные силы. Но ведь он ни на какой компромисс не идет – уперся, и все! Для нас ночной клуб как кость в горле. Я уже не рад, что во все это ввязался, но, понимаешь, братуха, у меня выхода нет. Я должен решить эту проблему. Сейчас вся московская братва за нашим с ним спором следит!

– Иваныч, что ты меня убеждаешь? – сказал Леня Клещ. – Я за тебя. Скажешь мочить – пойдем завтра всех валить. Что решишь – то и сделаем!

– Подожди, Ленчик, не встревай, – перебил его Сильвестр. – Дай я выговорюсь. Мы должны эту проблему с Глобусом решить, и обязательно в свою пользу. Ты понимаешь? Если мы не решим ее, то все… По крайней мере, нашему авторитету хана!

– Иваныч, – остановил его Леня Клещ. – У меня есть одна мысль. – И он приказал водителю притормозить. – Давай выйдем поговорим.

Они вышли из машины. Я знал, что время от времени такие разговоры наедине у Сильвестра происходили со многими лицами. Хотя он и доверял мне, но, вероятно, тайны все же лучше знать двоим, а не троим. Леня Клещ достал записную книжку и стал что-то говорить Сильвестру. Тот кивал головой. Минут через десять они вернулись в машину, и мы двинули дальше.

Сильвестр погрузился в глубокое раздумье, видимо размышляя над информацией, полученной от Клеща. Скорее всего все это было связано с проблемой Глобуса. Наконец Сильвестр вышел из прострации и, обращаясь к Клещу, спросил:

– А он что, сейчас в побеге?

– В побеге. У него два побега, – пояснил Леня Клещ. – Он в розыске, но парень очень толковый. И самое главное – не москвич. Его никто не знает.

Я смекнул, что Леня дал Сильвестру координаты какого-то заезжего киллера, чтобы с его помощью убрать Глобуса.

Через пару дней Сильвестр велел мне сопровождать его на одну из квартир, в которой он встречался со своими любовницами или проститутками. Таких квартир Сильвестр снимал несколько, в разных районах Москвы. Там он также проводил некоторые встречи, носящие конфиденциальный характер. Сейчас мы ехали в Сокольники, где Сильвестр снимал квартиру для одной из своих подруг, на время уехавшей то ли в свой родной город, то ли отдыхать. На этой квартире должна была состояться встреча с вызывным киллером. Всю дорогу Сильвестр молчал, думая о чем-то своем. Подъезжая к квартире, он сказал:

– Послушай, Сашок, ты, наверное, помнишь, что при первой встрече одним из условий нашей совместной работы было молчание?

– Конечно, Иваныч! – ответил я.

– Надеюсь, ты это не забыл. Особенно это касается сегодняшнего случая. С кем я встречаюсь, о чем говорю, об этом не должен знать никто – ни Вадик, ни Славка, ни твои дальневосточные дружки. Понял меня?

– Иваныч, нет вопросов. О чем разговор?!

– Ну, тогда пошли со мной, – сказал Сильвестр, вылезая из машины.

Мы вошли в загаженный подъезд обычного четырнадцатиэтажного блочного дома. Поднявшись на девятый этаж, подошли к квартире Таньки, женщины, которую Сильвестр время от времени навещал. В квартире к тому времени уже были двое – Леня Клещ и мужик невысокого роста лет тридцати пяти.

– Саша, – представился он. Тогда я не знал, что передо мной будущий знаменитый киллер Александр Солоник.

Сильвестр поздоровался с ним. Все сели в кресла, стоявшие возле журнального столика.

– Что-нибудь выпьем? – предложил Сильвестр.

– Я не пью, – ответил Александр.

Он был невысокого роста – не больше ста шестидесяти пяти сантиметров. Светло-русые волосы, светлые глаза, круглое лицо. Одет был неброско и держался очень скромно.

– Ну, расскажи о себе, – сказал Сильвестр.

Я не прислушивался к их разговору, частенько выходя на кухню то за кофе, то за пепельницей. Из отрывочных сведений, которые все же дошли до меня, складывалась следующая картина.

Солоник уже сидел за якобы совершенное им изнасилование. До этого он учился в Школе милиции, параллельно работая участковым. Судимость, естественно, перевернула его судьбу. Александр совершил первый побег из зала суда. Год или два скитался по стране, затем обосновался в Тюменской области. Как-то, идя на свидание к своей любовнице, он попал в засаду. Его забрали, установили личность и вновь отправили по этапу…

– А где сидел-то? – спросил Сильвестр.

– Сначала в Перми, потом под Ульяновском, в 21-м ИТУ, – ответил Солоник. – Там была разборка с ворами, с «синими», блатными, драка. Потом я снова совершил побег. Сейчас в розыске.

– Значит, на тебе «сторожок», – констатировал Сильвестр.

– Конечно. Но плохо, видать, ищут, – улыбнулся Александр.

– Я это понял, – сказал Сильвестр. – Леня сказал, какая работа? – сменив тему разговора, спросил Иваныч.

– Да, – коротко ответил Солоник.

– Кого именно, тоже знаешь?

– В курсе.

– В общем, надо решать эту проблему, – сказал Сильвестр. – Я сейчас поеду согласовывать эту акцию с верхами. Если все идет в цвет, все сойдется, значит, тебе есть работа. Ты из чего предпочитаешь?

– Это зависит от места, где все произойдет, – со знанием дела ответил киллер.

– Да, тут слухи ходят, – вдруг неожиданно обратился к нему Сильвестр, – что ты в Тюмени кого-то из воров…



скачать книгу бесплатно


Поделиться ссылкой на выделенное