Алексей Калугин.

Лабиринт

(страница 6 из 32)

скачать книгу бесплатно

Чужак не ведал ни сомнений, ни страха, и он первым сделал шаг вперед.

Кийск плотнее обхватил рукоятку резака и попытался еще глубже вдавить клавишу мощности, которая и без того была до предела утоплена в своем гнезде.

Появившийся в дверях Киванов взмахом секиры раскроил своему двойнику череп.

Кийск выключил резак и вытер рукавом пот со лба.

– Что же ты резак не подобрал? – укоризненно спросил он Киванова.

Тот посмотрел на свое оружие и пожал плечами.

– Привык я к этой дубинке.

– Пошли отсюда. Хватит искать приключений.

Они подобрали плазменные резаки чужаков и пошли в сторону складского корпуса.

– Подожди! – остановился неожиданно Кийск. – В живых остались только мы двое. Если погибнем и мы, то некому будет предупредить эсбэшников об опасности. Чужаки смогут выдать себя за нас. А что у них на уме, никому не известно.

– Что ты предлагаешь?

– Подпалить станцию!

– И чужаки выдадут себя за несчастных погорельцев.

– Хотя про эсбэшников и рассказывают анекдоты, но не настолько же они глупы, чтобы не суметь определить, что причина пожара – поджог.

– А система пожаротушения?

– Мы устроим такой фейерверк, что никакая противопожарная система не справится!

Они нашли две двадцатилитровые канистры и прошлись по лабораториям, сливая в них все горючие жидкости, какие попадались на глаза. После этого они пошли по коридорам, разливая эту адскую смесь. Остатки они вылили уже в помещении складского корпуса, возле резервуара с горючим. Взяв на складе два баллона с кислородом, они отнесли их в дальний конец лабораторного корпуса и там открыли.

Кийск сел за руль приготовленного вездехода и подогнал его вплотную к дверям шлюза. Киванов поджег лужицу горючей смеси и, посмотрев, как струя огня побежала по проходу между боксами, бросился к шлюзу. Нажав на кнопку дверного привода, он запрыгнул на сиденье рядом с Кийском.

Едва они выехали из шлюза, как на них набросилась целая свора обезумевших чужаков. Они, как камикадзе, бросались под колеса, лезли на борта, цеплялись за кузов. Киванов со своей стороны довольно легко отбивал атаки чужаков, используя плазменный резак. Кийску приходилось труднее. Держа руль одной рукой, он взял в другую нож и рубил им по пальцам рук, цепляющихся за борт.

Картина происходящего была вдвойне ужаснее от того, что жуткое побоище происходило в полном безмолвии, только под звук надсадно рычащего двигателя. Чужаки, падая искалеченными под колеса машины, не издавали ни крика, ни стона.

Наконец вездеход вырвался из плотного кольца беснующихся чужаков и смог набрать скорость. Озверелая толпа человекоподобных существ осталась позади.

Кийск гнал вездеход в сторону Южных гор.

Позади раздался страшный грохот, и столб рыжего пламени взлетел над развороченной станцией к предрассветному небу.

– Грохнуло, – удовлетворенно произнес Кийск.

– Ты знаешь, Иво, – сказал Киванов. – Я так и не понял, что же здесь произошло? Из-за чего началась эта бойня? Почему разумные существа не смогли договориться друг с другом?

– Где ты увидел разумных существ? Ты называешь разумными тех, что бросались нам под колеса? Двойники – это автоматы, действующие по заданной схеме.

Ты наблюдал проявления разума с их стороны? Не больше, чем со стороны посудомоечной машины. Какие-то мифические хозяева, которые послали двойников? Но мы их не видели! Может быть, они такие же машины, только программируемые на более высоком уровне. Возможно, что Лабиринт – это оружие, созданное неизвестной нам цивилизацией, которое производит двойников, кодируя их на убийство пришельцев. Чем не вариант ответа на все вопросы? Разумные стороны всегда могут договориться. Беда в том, что мы столкнулись не с разумом, а с жесткой программой.

– Тогда, может быть, нам, людям, лучше просто убраться с этой планеты?

– Может быть. Я, например, так и сделаю при первой же возможности.

Глава 11
В скалах

День уже полностью вступил в свои права, когда Кийск с Кивановым добрались до подножия Южных гор.

Попетляв по крутым склонам, которые под колесами вездехода осыпались потоками камней, скрывающим все следы, они загнали машину в устье просторной пещеры, невидимой снизу.

– Ты здесь уже бывал? – поинтересовался Кийск, спрыгивая на землю.

– Да, но заходил не очень далеко. Там, – Киванов указал в глубь пещеры, – начинается длинный проход.

– Может быть, у пещеры есть второй выход?

– Не исключено.

– Пойдем посмотрим.

Взяв в руки фонари и плазменные резаки, они вошли под гулкие каменные своды.

Некоторое время они пробирались по узкому, петляющему лазу, пригибаясь все ниже, временами едва не становясь на четвереньки, протискиваясь друг за другом между каменными выступами. Но после очередного поворота потолок пещеры резко ушел вверх, стены раздались в стороны, и проход стал свободным.

Пол между тем приобретал все более заметный уклон вниз. Потянуло затхлой сыростью.

– Мы так спустимся к самому подножию горы, – сказал Кийск.

Не успел он произнести эти слова, как сзади на них накатился глухой, раскатистый рокот, своды пещеры содрогнулись, с потолка посыпались струи песка и мелких камней.

Киванов и Кийск встревоженно переглянулись.

– Обвал, – едва слышно прошептал Киванов.

Они бегом бросились назад и через пару сотен метров, в том месте, где ход сужался, наткнулись на глухую стену каменного завала.

Кийск со злостью швырнул резак на пол.

– Ну надо же было так попасться! Надо же было влезть в эту дыру!

– Здесь резак не поможет, – рассудительно произнес Киванов. – Надо поискать другой выход.

– А если его нет?

– Совершенно верно, другого выхода нет, – вмешался в разговор посторонний голос.

Кийск резко обернулся и осветил фонарем проход пещеры. Сзади никого не было.

– Кто здесь? – крикнул Кийск и, наклонившись, подобрал с земли резак.

– Я, – ответил голос.

Голос был спокойный, даже можно сказать приятный, но какой-то неопределенный: он мог принадлежать одновременно и мужчине, и женщине, взрослому и ребенку. К тому же невозможно было определить, откуда он доносится.

– Где ты? Мы тебя не видим! – прокричал Кийск в пустоту пещеры.

– Я здесь, – ответил голос. – А не видите вы меня потому, что я просто Голос. Разве можно увидеть звук?

– Но голос не может существовать сам по себе.

– Почему же?

– Должен быть какой-то источник звуков.

Голос весело рассмеялся.

– А как насчет улыбки Чеширского кота? – спросил он.

– При чем здесь это? – непонимающе взмахнул рукой Борис.

– Вы полагаете, улыбка без кота существовать может, а голос без тела – нет?

– Но это ведь всего лишь сказка!

– Разве?

– Послушайте, – произнес Кийск, обращаясь одновременно к Борису и голосу, звучащему откуда-то из-под сводов пещеры. – Я, честно говоря, вообще не понимаю, о чем идет речь.

– Голос пытается убедить нас в том, что он реально существует, но не имеет при этом никакого матриального источника, – объяснил суть проблемы Киванов.

– Ну и что? – недоумевающе пожал плечами Кийск. – Я тоже читал книгу про Чеширского кота. По-моему, довольно убедительный образ.

– Но ведь это сказка! – возмущенно всплеснул руками Борис.

– Во-первых, – назидательно произнес голос, – если вы не встречались с чем-то прежде, то это совсем не означает, что данного предмета или явления не существует вовсе, – назидательным тоном произнес он. – Во-вторых, если нечто противоречит привычным для вас понятиям, подумайте о том, не следует ли их пересмотреть.

– Боюсь, что такая возможность нам теперь представится не скоро, – мрачно усмехнулся Кийск. – А, кстати, как ты попал сюда?

– Наблюдал за вами.

– Кто тебя послал?

– Меня никто не может послать, – голос, похоже, обиделся. – Я сам наблюдал за вами.

– Зачем?

– Мне было интересно.

– И давно ты за нами следишь?

– С тех самых пор, как вы влезли в Лабиринт.

– Ты и про Лабиринт знаешь? – удивился Киванов.

– Конечно. Я с самого начала примерно представлял себе, чем закончится ваша встреча с Лабиринтом. Но я даже не предполагал, что вы продержитесь так долго. Сражались вы великолепно! Жаль, но с самого начала вы были обречены на поражение – силы неравные.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что Лабиринт невозможно победить.

– Лабиринт – боевая машина?

Голос снова рассмеялся.

– Вы даже не смогли постичь суть Лабиринта, а вознамерились победить его, – произнес он с укоризной. – Лабиринт – это первооснова всей Вселенной. Он был уже тогда, когда ничего не было, и, когда вновь ничего не станет, останется только один Лабиринт. Он существует вне времени и пространства и, одновременно с этим, пронизывает своими ходами все времена и измерения. Посредством Лабиринта все события в мире связаны между собой, и именно поэтому Вселенная существует. В противном случае, она давно бы уже взорвалась изнутри миллиардами противоречий и конфликтов.

– Нам ничего не известно о Лабиринте.

– Совсем не обязательно, чтобы о нем знали все. Имеет значение только то, что он существует.

– Но почему Лабиринт хотел нас уничтожить?

– Во-первых, не хотел, а практически уничтожил. Не исключено, что обвал, засыпавший вас в этой пещере, тоже устроен Лабиринтом. Во-вторых, конечно же, он боролся не конкретно с Иво Кийском и Борисом Кивановым, а с неким тревожащим его дестабилизирующим фактором.

– Но в чем причина? Какую опасность мы представляем для Лабиринта?

– Не вы и не для Лабиринта. Это я разговариваю с вами как с людьми, а для Лабиринта вы ничто. Для Лабиринта существует только вся Вселенная в целом. Она – его детище, его конечная цель. Ради благополучия Вселенной Лабиринт уничтожает миры, что уж говорить о таких букашках, как вы.

– Пусть так, но что Лабиринт намерен делать после того, как уничтожит нас? Завтра сюда прибудет корабль с Земли. Он тоже обречен на гибель?

– Ни мне, ни кому-либо другому сие неизвестно. Лабиринт – это непостигаемая первопричина того, что в мире уже произошло и чему только еще предстоит случиться. Возможно, его интересует ваша планета, а вы – только как ее представители. Так сказать, маленький лабораторный эксперимент.

– Земле угрожает какая-то опасность?

– Вполне вероятно. Но так же может быть, что сама она представляет какую-то угрозу для Вселенной. На эту тему можно строить любые догадки и предположения, но единственный правильный ответ известен только самому Лабиринту.

– И как его узнать?

– Невозможно. Не стоит и пытаться.

– Хорошо. Отложим пока эту тему. Давайте лучше вместе подумаем, как будем отсюда выбираться.

– Для меня не существует проблемы передвижения в пространстве, – ехидно усмехнулся Голос. – Я могу уйти отсюда в любое время, как только пожелаю.

– А вот меня эта проблема просто заела, – с досадой щелкнул пальцами Кийск. – Ты не мог бы предупредить об опасности наших друзей, когда они прилетят сюда, а заодно и сообщить им, где мы находимся?

– Нет! – резко ответил Голос.

– Почему?

– Не могу – и все тут!

– А ты уверен, что у пещеры нет другого выхода?

– Абсолютно. Зато здесь есть другой вход.

– Вход куда?

– В Лабиринт. Вообще-то это не мое дело, – сами впутались, сами и выбирайтесь. Но мне понравилось, как вы сражались!

– И ты проводишь нас по Лабиринту на поверхность?

– Нет. По Лабиринту вы пойдете одни, и куда он выведет вас, я не знаю.

– А куда можно попасть через Лабиринт?

– Куда угодно. Это непредсказуемо. Но разве у вас есть другой выход?

– Похоже, что нет.

– Ну так что?

Кийск с Кивановым переглянулись.

– Идем? – спросил Кийск.

– А что нам еще остается, – ответил Киванов.

– Ну вот и отлично! – обрадовался Голос. – Положите, пожалуйста, на пол свои фонари и плазменные резаки.

– Мы возьмем их с собой, – сразу же насторожился Кийск.

– В таком случае, мы никуда не идем, – непреклонно заявил Голос. – Вы уже один раз влезли в Лабиринт с плазменными резаками, и, сами видите, что из этого получилось.

– Но фонари?..

– В Лабиринте вам фонари не понадобятся, а до входа я вас провожу.

– Снова ультиматум, – недовольно проворчал Кийск и бросил резак на пол.

Фонарь он положил на землю так, чтобы он светил в глубь пещеры. Так же поступил и Киванов.

– Вперед! – сказал Голос.

Вскоре свет фонарей померк где-то далеко за спиной. Они шли, держась руками за стены, осторожно нащупывая ногами дорогу.

– Идите спокойно. Дорога здесь ровная, потолок высокий, крутых поворотов нет, – говорил Голос, двигаясь чуть впереди. – Сюда, сюда, – звал он, и они шли все дальше и дальше.

– Стоп! – скомандовал Голос. – Теперь поверните направо.

Люди выполнили команду.

– И три шага вперед.

Шагнув, они оказались в квадратном коридоре с гладкими, светящимися стенами.

– Ну вот и все, – сказал Голос. – Теперь я вас покидаю. Дальше пойдете одни.

– Скажи хотя бы, в какую сторону? – попросил Киванов.

– Без разницы, – ответил Голос. – До свидания. Может быть, еще когда-нибудь поговорим. Мне очень понравилось, как вы сражались!

И голос растаял.

– Куда пойдем? – спросил Кийск.

– Прямо, – вытянул руку указал направление Киванов.

– Отличная мысль! – горячо поддержал его решение Кийск. – Вперед!

– Одну минуту, – Киванов принялся сосредоточенно рыскать по карманам. – Ч-черт! – в сердцах выругался он. – Платок потерял.

– Нечем утереть слезу расставания?

– Платок с кровью моего двойника. Я так и не узнал, кто из нас настоящий.

– Брось, – усмехнулся Кийск. – Какая теперь разница. Теперь ты остался один, значит, ты и есть настоящий.

И они пошли вперед, сопровождаемые плывущим по периметру коридора светом.

* * *

Из рапорта Специальной комиссии Совета безопасности по планете РХ-183.

«…Корабль со Специальной комиссией Совета безопасности прибыл на планету РХ-183 для проверки сообщения работающей на планете комплексной экспедиции под руководством профессора Эмерсона Маклайна, касающегося феномена, названного «Лабиринт».

При посадке корабля произошла авария. По причине того, что вторая посадочная опора не вышла из гнезда, корабль начал опасно крениться на бок. Пилот был вынужден включить маршевый двигатель. В момент отрыва корабля от грунта, когда крен еще не был выровнен, вторая посадочная опора вышла из гнезда и уперлась в грунт. Корабль развернуло вокруг опоры и его кормовая часть врезалась в лабораторный корпус станции.

В результате аварии была значительно повреждена станция и погибли все находившиеся на ней участники комплексной экспедиции:

Эмерсон Маклайн

Иво Кийск

Ален Палмер

Карен Качетрян

Борис Киванов

Марта Ивлева.

…По факту сообщения комплексной экспедиции о феномене, названном «Лабиринт», все эксперты комиссии Совета безопасности в результате тщательного расследования пришли к единому мнению, что названное явление на планете РХ-183 отсутствует. Возможно, за так называемый «Лабиринт» были приняты пещеры в горах, имеющие разветвленную структуру, но, несомненно, естественного происхождения…

…Дальнейшие работы на планете РХ-183 следует признать бесперспективными…»

Часть 2
Колония

Глава 1
Безнадежность и отчаяние

Первую половину дня Кийск провел с психотехником. Он полулежал в глубоком гидрокресле с прилепленными к вискам датчиками и смотрел, как по потолку медленно плывут размытые цветные тени от тусклого вращающегося светильника, что стоял в углу на столике. Психотехник, расположившийся за спиной Кийска, тихим, ровным и абсолютно невыразительным голосом задавал вопросы. Сколько бы времени ни понадобилось Кийску на размышление, он всегда молча, терпеливо ждал ответа. Вопросы следовали вперемежку, без какой-либо явной системы, то и дело повторяясь, будучи несколько иначе сформулированы. Чтобы ответить на них, Кийску приходилось переноситься мысленно то в далекое детство, то в годы учебы, то во времена службы в отряде галактической разведки. Порой психотехник спрашивал о таких вещах или событиях, которые сам Кийск давно успел забыть и, как ни пытался, не мог вспомнить. Кийск недоумевал: для чего нужно выуживать из него все эти сведения, если здесь о нем знают больше, чем он сам? Но психотехник на его вопросы никогда не отвечал, как будто и не слышал их. За все достаточно продолжительное время их встреч Кийску не удалось даже узнать его имени. Глебов же, с которым Кийску приходилось общаться чаще всего, сказал, что работа психотехника не входит в сферу его компетенции. Психотехник нравился Кийску больше, потому что, по крайней мере, не врал.

Настойчиво и дотошно копаясь в деталях жизни Кийска, психотехник никогда не затрагивал того, что произошло на планете РХ-183. Даже когда Кийск своими ответами пытался спровоцировать его. Тема эта, похоже, была для него закрытой.

За три с половиной месяца, проведенные за плотно закрытыми дверями в стенах Совета безопасности, Кийск так и не смог уяснить структуру и методы работы этой организации. Вопросы ему задавали без конца, и не только психотехник, но никто не хотел что-либо объяснить ему.

Роль ненавязчивого собеседника должен был играть Глебов, который осуществлял постоянный контроль за Кийском. Для себя Кийск окрестил его «главным надзирателем». Слушал Глебов внимательно, с мягкой, благосклонной полуулыбкой, но вытянуть из него что-нибудь достоверное было практически невозможно. Он умел говорить убедительно, пространно, но после разговора с ним Кийск понимал, что не узнал ничего нового.

С Кивановым их в первый же день развели в разные комнаты, и с тех пор они больше не виделись. Кийску сказали, что с Борисом все в порядке, но им занимается другой отдел.

Кийска поместили в двухкомнатную жилую секцию, обставленную так, что она вполне могла бы сойти за номер «люкс» в каком-нибудь фешенебельном отеле, если бы у нее были окна и не дежурил круглосуточно у двери молчаливый лейтенант с каменно-невозмутимым лицом из спецподразделения «Х» сухопутных войск, одетый по полной форме и с пристегнутым к поясу парализатором дальнего действия.

С положением почетного заключенного свыкнуться Кийск не мог, но понимал, что изменить что-либо пока не в его силах.

После обеда, который как обычно доставил безмолвный лейтенант, пришел Глебов.

Судя по тому, как уверенно он раздавал приказы, Глебов имел не самый низкий ранг в иерархии Совета безопасности, но являлся он исключительно в штатском. При этом одежде его кто-то старательно придавал поношенный вид, дабы создать впечатление, что она является повседневной.

– Как жизнь, как настроение, Иво? – жизнеутверждающе улыбаясь, поинтересовался Глебов.

– Прекрасно, господин Глебов, – не поднимаясь с дивана, ответил Кийск.

С самого начала их знакомства Глебов решительно повел общение в манере старого, доброго знакомого и в отсутствие посторонних всегда называл Кийска только по имени. Того же он добивался и от Кийска, но тот упорно придерживался строго официальной линии общения.

Да, Кийск понимал, что Совет безопасности – организация серьезная и занимаются здесь отнюдь не детскими играми. Но почему к нему относятся здесь как к врагу? Почему их с Кивановым изолировали друг от друга и держат взаперти, под охраной? Почему то, что он рассказывает, неизменно воспринимается как заведомая ложь?

– Нас ждут в зале совещаний, – сказал Глебов. – Вы готовы?

– А разве у меня есть выбор? – вяло пожал плечами Кийск.

– Сегодня вы встретитесь с новыми людьми, – Глебов снял со спинки стула пиджак и подал его Кийску. – Возможно, они станут задавать вопросы, на которые вы отвечали уже много раз. Все это, должно быть, изрядно вам надоело. И, тем не менее, Иво, прошу вас, будьте предельно сосредоточены и внимательны. Возможно, сегодняшняя встреча в значительной мере определит то, что ожидает вас в дальнейшем.

– Мне наконец-то вынесут приговор? – мрачно пошутил Кийск.

Лицо Глебова расплылось в улыбке.

– Мне импонирует ваше пристрастие к черному юмору.

Когда Кийск в сопровождении Глебова вышел из комнаты, дежуривший у двери лейтенант окинул его придирчивым взглядам, точно строгая мамаша, провожающая дочь на первый бал, но, как обычно, остался безмолвен. Глебов вызвал лифт. Кийск давно уже обратил внимание на то, что стоило только Глебову нажать кнопку вызова, как двери лифта тотчас же открывались. Еще ни разу им не пришлось ждать, как будто лифт, которым пользовался Глебов, был предназначен только для него одного.

Зал, в который доставил Кийска Глебов, был знаком ему едва ли не до боли. Освещение в зале было неярким, чуть зеленоватым. Должно быть потому, что психологи считают, будто зеленый цвет действует на людей успокаивающе. Всю дальнюю стену занимал огромный экран. В центре стоял подковообразно изогнутый стол.

Войдя в зал, Кийск, не дожидаясь приглашения, занял свое обычное место на стуле, установленном в центре подковы. Глебов подошел к правому от Кийска краю стола.

За столом сидело пять человек. Двое из них были знакомы Кийску. Сидевший слева, почти на самом углу, маленький, щуплый, с редкими серыми волосами, зачесанными так, чтобы маскировать плешь на затылке, не пропустил ни одной встречи с Кийском. Он всегда занимал одно и то же место, никогда ничего не говорил, но, то и дело бросая на Кийска быстрые взгляды, что-то старательно строчил в тонких ученических тетрадях. Того, что сидел рядом, – высокого, сухопарого, с орлиным профилем и седыми волосами, остриженными так коротко, что череп его казался голым, – Кийск видел раз пять или шесть, в самом начале своего пребывания в Совете безопасности. Кийску он тогда показался похожим не на эсбэшника, а на кадрового военного. Вопросы он задавал дельные и ответов требовал конкретных, но спустя какое-то время перестал показываться.

Глебов непременно представлял Кийску новых людей, но имена, называемые им, были либо подчеркнуто безликими, либо надуманно вычурными, так что явно не имело смысла пытаться запоминать их.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Поделиться ссылкой на выделенное