Жюль Верн.

Юные путешественники

(страница 2 из 18)

скачать книгу бесплатно

Путешествие на родину должно было прийтись по сердцу молодым антильцам, и, не представься этого случая, кто знает, суждено ли им было увидеть еще раз свою отчизну? У Луи Клодиона был на Гваделупе дядя, родной брат его матери, у Нильса Арбо – брат на острове Святого Фомы, вся семья Губерта Перкинса жила в Антигуа. У остальных лауреатов не было никого из родных на навсегда покинутых ими Антильских островах.

Старший из всей компании, Роджер Гинсдал, отличался высокомерным характером. Луи Клодион был серьезный, прилежный мальчик, пользовавшийся всеобщей любовью. Голландская кровь Альберта Льювена не разогрелась и под жаркими лучами антильского солнца. Нильс Арбо никак не мог еще открыть в себе какого-либо призвания. Магнус Андерс страстно любил море и собирался поступить моряком на какое-нибудь коммерческое судно. Аксель Викборн мечтал о военной службе в датской армии. Джон Говард был не настолько типичным англичанином, как Роджер Гинсдал, наконец, Губерт Перкинс готовился поступить в коммерческий флот, а Тони Рено любил кататься на лодке, что, вероятно, сулило ему в будущем карьеру моряка.

Теперь путешественникам важно было узнать, объедут ли они все Антильские острова: Большие и Малые, те, что расположены на ветру и под ветром. Нескольких недель, бывших в распоряжении наших школьников, было бы, однако, недостаточно, чтобы объехать весь архипелаг Вест-Индии, насчитывающий не менее трехсот пятидесяти островов и островков. Если даже предположить, что для осмотра каждого из них понадобится всего один день, то, чтобы объехать их все, надо было бы потратить целый год.

Мисс Китлен Сеймур и не вынашивала такого замысла. Воспитанники Антильской школы должны были ограничиться посещением каждый своего родного острова, провести там несколько дней, повидать живших там родственников и друзей.

Таким образом, в маршрут путешествия не входили прежде всего Большие Антильские острова – Куба, Гаити, Сан-Доминго, Пуэрто-Рико, – так как среди экскурсантов не было ни одного испанца; Ямайка – потому что не было между ними и уроженца этой британской колонии, а по той же причине и голландский остров Кюрасао. Не поедут также школьники и на Малые Антильские острова Тортуга, Маргарита, Бланкилла, Орделью, Авас, принадлежавшие венесуэльцам. Из группы Малых Антильских островов школьники должны высадиться лишь на следующих: на английских островах Сент-Люсия, Доминика, Антигуа; французских – Гваделупа и Мартиника, датских – Святого Фомы и Святого Креста; на шведском острове Святого Варфоломея, наконец, на острове Святого Мартина, одна половина которого принадлежит Голландии, другая – Франции.

Вот эти девять островов и должны были посетить наши школьники, – острова, которые составляют группу, известную в географии под названием островов, расположенных с наветренной стороны.

Никого не удивит, однако, что к этим девяти островам в маршруте прибавили еще один, на котором предполагалось сделать наиболее продолжительную остановку.

Это остров Барбадос, наиболее значительная британская колония в этой местности.

Там жила мисс Китлен Сеймур; поэтому прямой обязанностью школьников, путешествующих на ее счет, было навестить и поблагодарить ее.

Щедрая англичанка желала видеть и принять у себя антильских школьников, а те, в свою очередь, жаждали познакомиться с богатой обитательницей Барбадоса и выразить ей признательность.

Итак, школьники были не прочь поехать на Барбадос, а постскриптум к письму, прочитанному мистером Джулианом Ардагом, показал, как далеко мисс Китлен Сеймур простирала свою щедрость.

Мало того что она принимала на свой счет все путевые издержки, она распорядилась, чтобы каждому школьнику при отъезде с острова Барбадос была выдана сумма в семьсот фунтов стерлингов.

Но успеют ли наши юные путешественники совершить поездку в течение каникул? Конечно, только каникулы на этот раз начнутся на месяц раньше, чем обыкновенно, чтобы позволить им переплыть Атлантический океан туда и обратно в хорошее время года.

Условия оказались самыми подходящими и были охотно приняты.

Нечего было опасаться, что родители воспитанников воспротивятся такой, во всех отношениях приятной и полезной экскурсии. Быстро промелькнут шесть, самое большее семь недель, если считать возможными какие-нибудь задержки или опоздания, и юные путешественники вернутся в Европу, полные чудных воспоминаний о своих милых островах там, в Новом Свете.

Оставалось ответить еще на один вопрос родителей школьников.

Неужели этих юношей, из которых старшему всего двадцать лет, предоставят самим себе? Неужели ими не будет руководить воспитатель? При посещении этого архипелага, где находятся владения всех европейских государств, возможны столкновения на почве зависти и национального самолюбия. Не забудут ли юные путешественники, что все они антильцы, все питомцы одного учреждения, когда с ними не будет проницательного и осторожного мистера Ардага?

Обо всех этих затруднениях думал и директор Антильской школы. Сам он не мог ехать со школьниками и задумался над вопросом, кому бы поручить сопровождать их.

Практический ум мисс Китлен Сеймур предусмотрел, однако, и это. Осторожная англичанка не допускала и мысли, чтобы мальчиков оставили без всякого надзора. Далее мы узнаем, что она придумала.

Но как же путешественникам переправиться через Атлантический океан? Быть может, на одном из пароходов, совершающих рейсы между Англией и Антильскими островами? Тогда надо запастись билетами и занять девять кают, по числу школьников. Нет, путешествовать все они будут не за свой счет, даже те семьсот фунтов, которые получат при отъезде с острова Барбадос, они не должны трогать.

Ответ на эти вопросы найдем в следующем параграфе письма мисс Китлен Сеймур:

«Переезд через Атлантический океан будет оплачен мною. Корабль, зафрахтованный на Антильские острова, будет ожидать пассажиров в порту Корк, Кингстон, Ирландия. Название корабля «Резвый», капитан – Пакстон. Корабль должен выйти в море тридцатого июня. К этому сроку капитан Пакстон ожидает пассажиров, и, лишь только они прибудут, корабль снимется с якоря».

Итак, школьники будут путешествовать если не по-царски, то как настоящие моряки. Они отправятся в Вест-Индию и оттуда вернутся в Англию на собственном корабле! Мисс Китлен Сеймур умеет недурно устраивать прогулки. Эта женщина-меценат не скупится. Если бы все миллионеры так хорошо употребляли свои капиталы, оставалось бы только пожелать им побольше миллионов.

Если товарищи завидовали экскурсантам, когда еще не знали всех распоряжений мисс Сеймур, это чувство среди антильских школьников удвоилось, когда они узнали, с каким комфортом и как приятно будет обставлена поездка девяти счастливых избранников.

Сами путешественники были в восторге. Мечты их почти сбылись наяву. Переплыв Атлантический океан, они на собственной яхте обойдут главнейшие острова Антильского архипелага.

– Когда же мы отправимся? – спрашивали они.

– Завтра же!

– Сегодня!

– У нас еще целая неделя впереди! – замечали наиболее благоразумные.

– Ах, зачем мы еще не на «Резвом»! – вздыхал Магнус Андерс.

– На собственном корабле! – восклицал Тони Рено. Они не хотели и слышать, что для такого дальнего плавания необходимы сборы и приготовления.

Прежде всего, надо было посоветоваться с родителями, спросить их согласия, так как школьников отправляли хотя и не на тот, то, во всяком случае, в Новый Свет. Мистер Джулиан Ардаг принял необходимые для переговоров меры. Кроме того, ввиду предпринимаемой поездки, которая могла продолжаться два с половиной месяца, нужно было запастись одеждой, особенно ввиду поездки морем, большими сапогами, непромокаемыми плащами и всем, что необходимо моряку.

Директор должен был также выбрать доверенное лицо, на чью ответственность он мог бы сдать юных путешественников. Вести себя они, конечно, сумели бы и без воспитателя, и благоразумны они были достаточно, но все же им следовало дать в спутники руководителя, который пользовался бы у них авторитетом. Так хотела мисс Китлен Сеймур, и с этим желанием надо было считаться.

Родители юношей должны были согласиться на все предложения мистера Ардага. У некоторых школьников на Антильских островах были родственники, которых они не видели уже несколько лет. Поездка представляла неожиданный и приятный случай повидаться с ними.

Впрочем, родители школьников еще раньше знали от директора Антильской школы о конкурсе, целью которого было получение награды в виде путешествия. Мистер Ардаг не сомневался, что, получив известие о результатах конкурса и о предстоящем путешествии в Вест-Индию, родители школьников, получивших награду, отнесутся к делу сочувственно.

Между тем мистер Ардаг все еще решал, кого бы ему дать в менторы путешественникам, кто сумел бы мирно управлять этими юными Телемаками. Поручить эту обязанность одному из преподавателей Антильской школы, который наиболее подходил бы к роли руководителя, было немыслимо, потому что учебный год еще не окончился и весь обучающий персонал должен был оставаться в школе.

По той же причине не мог сопровождать юношей и сам мистер Ардаг. В последний месяц учебного года присутствие его в школе было более необходимо, чем когда-либо, кроме того, он должен был лично раздавать награды.

Кроме самого директора и учителей был в училище еще один человек, серьезный, аккуратный, который мог добросовестно исполнить эту обязанность, заслуживавший полного доверия, всеми любимый, которого охотно признают своим ментором.

Вопрос только в том, примет ли этот человек предложение, согласится ли он ехать так далеко, особенно морем.

Утром двадцать четвертого июня, за пять дней до отплытия «Резвого», мистер Ардаг попросил к себе в кабинет для важных переговоров мистера Паттерсона.

Когда эконому Антильской школы мистеру Паттерсону пришли доложить о желании директора говорить с ним, его застали за обычным занятием: он подсчитывал вчерашние расходы.

– Я сейчас же приду к господину директору! – ответил, сдвинув на лоб очки, мистер Паттерсон пришедшему с докладом лакею.

Снова надвинув очки на нос, он дописал хвостик у начатой им внизу графы «расход» девятки, взял линейку из черного дерева и подвел черту под столбцом цифр, которые только что складывал. Потом, слегка стряхнув перо над чернильницей, мистер Паттерсон обмакнул его несколько раз в стаканчик с дробью, чтобы вычистить, старательно вытер, положил рядом с линейкой на конторку, закрыл чернильницу, приложил промокательную бумагу к странице расходов, стараясь не размазать хвостик девятки, закрыл книгу, положил ее в ящик бюро, уложил туда же карандаш, резинку и скоблильный ножик, сдул пылинку с бювара, встал, отодвинув обитое клеенкой кресло, снял люстриновые нарукавники, повесил их на розетку у камина, почистил щеткой свой сюртук, жилет и брюки, взял шляпу, пригладил на ней ворс локтем рукава, надел ее, натянул на руки черные лайковые перчатки, точно собирался с визитом к высокопоставленному лицу из университетского начальства; окинул себя взглядом перед зеркалом, чтобы убедиться в безупречности своего костюма, подстриг ножницами волосок бакенбард, который вырос за предел положенной ему границы, пощупал, не забыл ли положить в карман платок и бумажник, открыл дверь конторы, вышел, закрыл дверь одним из семнадцати ключей, бренчавших у него в связке, спустился по лестнице и размеренным шагом прошел через большой двор наискосок к флигелю, где помещался кабинет директора, нажал пуговку электрического звонка и остановился в ожидании перед дверью.

Только тогда мистер Паттерсон, почесывая указательным пальцем лоб, подумал: «О чем это господин директор хочет переговорить со мной»?

В самом деле, приглашение в директорский кабинет в такой ранний час должно было показаться мистеру Паттерсону странным, и мысли его зашевелились в предположениях.

Посудите сами! Стрелки на часах мистера Паттерсона, таких же точных, как и их хозяин, не отставали ни на секунду в день – показывали без четверти девять. Между тем никогда мистер Паттерсон не являлся к мистеру Ардагу раньше одиннадцати часов сорока трех минут с докладом, о состоянии хозяйственной части Антильской школы; не было еще случая, чтобы он явился минутой раньше или позже.

Мистер Паттерсон был поэтому вправе предположить, что случилось нечто необычайное, если директор зовет его к себе раньше, чем он успел подвести итоги вчерашним расходам и доходам. Конечно, он подведет баланс, когда вернется, и можно ручаться, что непредвиденный перерыв не заставит его ошибиться при подсчете.

Швейцар открыл дверь на блоке. Мистер Паттерсон сделал пять шагов по коридору – это было привычное число шагов – и постучал во вторую дверь, над которой была надпись: «Кабинет директора».

– Войдите! – послышалось в ответ.

Мистер Паттерсон снял шляпу, отряхнул пыль с сапог, расправил пальцы перчаток и вошел в кабинет. Шторы на обоих окнах кабинета, выходивших во двор, были наполовину спущены.

Мистер Ардаг сидел за письменным столом. Перед ним лежали разные бумаги. У письменного стола было приделано несколько электрических звонков. Оторвавшись от чтения бумаг, директор дружески кивнул вошедшему.

– Вы меня звали, господин директор? – спросил мистер Паттерсон.

– Да, господин эконом, – отвечал мистер Ардаг, – чтобы поговорить с вами о деле, в котором вы лично заинтересованы. Садитесь, пожалуйста. – Указал он на стул у своего стола.

Мистер Паттерсон сел, осторожно раздвинув полы своего длинного сюртука, положив одну руку на колени, а другой придерживая перед собой шляпу.

– Господин эконом, вы знаете, конечно, – начал мистер Ардаг, – о результатах конкурса?

– Слышал, господин директор, – отвечал мистер Паттерсон, – и нахожу, что инициатива нашей щедрой соотечественницы мисс Сеймур делает честь Антильской школе!

Мистер Паттерсон говорил степенно, тщательно выговаривая слоги и не без принужденности ставя ударения в словах.

– Вы, вероятно, также знаете, как будут употреблены эти премии?

– Знаю, господин директор, – отвечал мистер Паттерсон, кланяясь и делая при этом жест шляпой, как будто он посылал приветствие лицу, находящемуся по ту сторону океана. – Трудно, мне кажется, найти лучшее употребление унаследованному и благоприобретенному богатству, как на пользу юношества, жаждущего путешествий. Имя мисс Китлен Сеймур будет повторяться грядущими поколениями!

– Я с вами согласен, господин эконом. Но вернемся к делу. Вы знаете, без сомнения, и об условиях путешествия на Антильские острова!

– Мне рассказывали о них, господин директор. Наших юных путешественников ожидает корабль. Надеюсь, что им не придется молить Нептуна произнести гневным волнам Атлантического океана свое «quos ego»[2]2
  Однажды ветры подняли бурю без разрешения Нептуна. Разгневанный их дерзостью бог моря поднял свой трезубец и воскликнул: «Я вас!» («quos ego»)


[Закрыть]
.

– Я тоже надеюсь на это, мистер Паттерсон, ведь переезжать через океан и туда, и обратно они будут в хорошее время года!

– Действительно, – ответил эконом, – капризная богиня Фетида обыкновенно успокаивается и отдыхает в течение июля и августа.

– Таким образом, – продолжал мистер Ардаг, – путешествие обещает быть приятным не только для молодых людей, но и для того лица, которое будет сопровождать их!..

– Лица, – заметил мистер Паттерсон, – на долю которого выпадет приятная обязанность выразить мисс Китлен Сеймур почтительнейшее уважение и глубокую признательность воспитанников Антильской школы…

– Я очень жалею, – сказал директор, – что не могу быть сам этим лицом. Но мне нельзя уехать в конце учебного года, накануне экзаменов, на которых я должен присутствовать!

– Невозможно, господин директор, – возразил эконом, – а тот, кто будет выбран, чтобы заменить вас во время поездки, почтет себя счастливым!

– Конечно, желающих нашлось много. Но мне нужен человек, на которого я вполне мог бы положиться и к которому родители молодых людей питали бы такое же доверие. Я нашел такого человека среди служащего персонала нашего заведения!

– Я очень рад за вас, господин директор. Вероятно, это один из преподавателей?

– Никоим образом: немыслимо отрывать их от занятий до окончания годового курса. Однако такой перерыв в хозяйстве школе принес бы, по моему мнению, меньше вреда, и потому я остановил свой выбор на вас, господин эконом. Вас я попрошу сопровождать наших мальчиков на Антильские острова!

Мистер Паттерсон не мог удержаться, чтобы не выразить своего удивления. Быстро встав со своего места, он снял очки.

– Меня, господин директор? – проговорил он дрожащим голосом.

– Именно вас, мистер Паттерсон, и я заранее уверен, что счета расходов на поездку будут вестись с такой же точностью, как в училище!

Мистер Паттерсон вытер уголком своего платка подернувшиеся туманом стекла очков.

– Мисс Китлен Сеймур желает, – продолжал мистер Ардаг, – чтобы лицо, взявшее на себя ответственную обязанность сопровождать мальчиков, получило также премию в семьсот фунтов. Прошу вас, мистер Паттерсон, будьте готовы к предстоящему через пять дней отъезду!

Глава третья
Мистер и миссис Паттерсон

Мистер Гораций Паттерсон был когда-то преподавателем и променял место учителя на место эконома. Это был заядлый латинист, а в Англии язык Вергилия и Цицерона далеко не пользуется таким уважением, как во Франции, где он играет видную роль в университетских кружках. Правда, французский язык ведет свое начало от латинского, чего нельзя сказать про наречие сынов Альбиона, и, быть может, благодаря этому во Франции латинский язык не будет изгнан ради новых языков.

Хотя мистер Паттерсон и не был больше преподавателем, в душе он оставался верен культу древних римлян. Он посвящал свои математические способности, точность и методичность административной части Антильской школы, но в то же время твердо помнил цитаты из Вергилия, Овидия и Горация. Присущие ему аккуратность и даже мелочность делали его образцовым экономом, от которого не скрылись бы никакие тайны дебета и кредита, ни малейшие детали административной отчетности. Когда-то он получил награду за экзамены по древним языкам, теперь он мог бы с успехом выйти победителем в конкурсе по бухгалтерии и составлению смет школьного бюджета.

Более чем вероятно, впрочем, в случае, если мистер Ардаг, составив себе состояние, уйдет на покой, то Антильская школа, процветающая под его управлением, перейдет в руки вполне достойного преемника, Горация Паттерсона.

Мистеру Горацию Паттерсону было сорок лет с небольшим. Скорее кабинетный ученый, чем любитель спорта, он отличался, однако, прекрасным здоровьем, так как никогда не предавался никаким излишествам: у него был прекрасный желудок, здоровое сердце, превосходные легкие. Всегда скромный, сдержанный, уравновешенный, никогда не скомпрометировавший себя ни словом, ни поступком, практичный человек и теоретик в одно и то же время, никого никогда не обидевший, снисходительный к другим, мистер Паттерсон умел владеть собой.

Ростом немного выше среднего, с узкими плечами, он не отличался красотой движений, а походка у него была неуклюжая. Говорил он несколько напыщенно, сопровождая свою речь жеманными жестами. По природе серьезный, он улыбался, когда находил, что это прилично случаю. У него были синие, выцветшие и близорукие глаза, и он носил поэтому на довольно-таки почтенных размеров носу очки с очень сильными стеклами. Он конфузился за свои чрезмерно длинные ноги, ходил, усиленно откидывая носки, а когда неловко опускался на стул, присутствующими невольно овладевал страх, что вот-вот он растянется во весь рост.

У мистера Паттерсона была жена, миссис Паттерсон, женщина неглупая и без всяких претензий на кокетство. В то время ей было лет тридцать семь. Она не замечала странностей или смешных сторон своего мужа, а он, в свою очередь, умел ценить ее заслуги, когда она помогала ему в бухгалтерских работах. Из того, что эконом Антильской школы был математиком, еще не следует, чтобы он был небрежен в своей манере одеваться. Тот, кто подумал это, ошибся бы. Его белый галстук был всегда тщательно завязан, сапоги с лакированными носками блестели, рубашка была крепко накрахмалена – да и сам-то он был весь точно накрахмаленный – брюки безупречно черного цвета, жилет, точно у клерджимена, а широкий, длинный, до колен, сюртук застегнут на все пуговицы.

Мистер и миссис Паттерсон занимали в школьном здании уютную квартирку в шесть комнат, помещавшуюся в первом этаже. Часть окон выходила во двор, другая в сад с тенистыми вековыми деревьями и красивыми зелеными лужайками.

От директора мистер Паттерсон прошел к себе домой. Шел он не спеша, как бы желая основательно обдумать дело. Имея привычку верно оценивать вещи, видеть их под надлежащим углом зрения и взвешивать в каждом деле все за и против, как он подводил баланс между дебетом и кредитом в своей большой приходно-расходной книге, мистер Паттерсон довольно быстро пришел к следующему заключению – пускаться в дальнее плавание, не обдумав дело, нельзя.

И вот, прежде чем вернуться в свою квартиру, мистер Гораций Паттерсон сделал сто шагов по пустынному в этот час дня двору; шел он прямой, как громоотвод или как столб, останавливался, снова продолжал путь, то держа руки за спиной, то скрестив их на груди, с глазами, устремленными, казалось, далеко за пределы стен, окружавших Антильскую школу.

Прежде чем отправиться поговорить с миссис Паттерсон, он не мог удержаться, чтобы не вернуться в свою контору и кончить прерванные утром счета. Когда он проверит еще раз счет, ему легче будет на свободе, отрешившись от всяких забот, обсудить все выгоды сделанного ему директором предложения.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Поделиться ссылкой на выделенное