Жак Деларю.

История гестапо

(страница 3 из 39)

скачать книгу бесплатно

1 мая Гитлер провозгласил «национальным праздником труда». Накануне этого события нацисты начали вежливые, но жесткие переговоры с руководителями свободных профсоюзов – с теми, кто остался у руководства католических или социалистических синдикатов. Профсоюзам предложили принять участие в манифестации, организуемой нацистами по поводу первого праздника нового режима. Они собирались праздновать день рабочей солидарности, объединения трудящихся в духе общенационального братства. Намечалось не политическое, а общественное действие, направленное на примирение. Праздничный день предлагалось оплачивать как обычный рабочий; всем, кто придет на демонстрацию, полагалось возмещение транспортных расходов и расходов на питание.

Наивность или трусость? Кто осмелится дать определенный ответ? Тем не менее профсоюзы дали свое согласие.

1 мая немецкие рабочие (миллион человек) собрались на бывшем военном плацу в Темпельгофе. Гитлер произнес перед ними небольшую, но замечательную речь, призывая народ трудиться и взывая к Богу. На следующий день в десять часов утра отряды штурмовиков и полицейские взводы заняли штаб-квартиры профсоюзов, их газеты, их кооперативы, народные дома, Рабочий банк и его филиалы.

Гестапо было основано специальным декретом Геринга в Пруссии, но впервые опробовало свои силы под новым названием в Берлине. Руководители профсоюзов, внесенные в особые списки, были арестованы на дому или там, где они скрывались. Лейпарт, руководитель реформистских профсоюзов, Гроссман, Висель – в общей сложности 58 профсоюзных лидеров – были задержаны «для обеспечения их безопасности». Профсоюзные архивы, банковские счета были изъяты, в том числе фонды благотворительности и пенсий.

Тем же днем Комитет по защите немецких трудящихся, возглавляемый доктором Леем, взял в свои руки управление всеми профсоюзами, которые попали в подчинение заводским партийным комитетам нацистов.

Так, организации численностью около 6 миллионов членов, с годовым доходом около 184 миллионов марок, были разгромлены, не оказав ни малейшего сопротивления.

4 мая доктор Лей объявил о создании Трудового фронта, специальным декретом вводя принудительный труд. Этот фронт будет использоваться как гигантский пропагандистский аппарат для внедрения нацистской идеологии в сознание миллионных масс людей, принужденных в него вступить. Результатом стало уравнение условий жизни среди рабочих. Хотя масштабные нацистские программы снизили уровень безработицы, зарплаты рабочих были снижены до минимума в пользу промышленников, перешедших на сторону нацистов.

Покончив с профсоюзами, уже легче было справиться с оставшимися политическими партиями.

Гугенберг, пришедший к власти вместе с Гитлером и фон Папеном 30 января, обеспечивал для Гитлера очень ценную поддержку немецких националистов. Он выразил опасения по поводу мер, предпринятых в отношении партий центра. Тотчас, в соответствии с новыми декретами, государственные служащие – члены его партии были бесцеремонно смещены со своих постов.

Однако у Гугенберга было еще два портфеля: экономики и сельского хозяйства. Чтобы от него избавиться, были организованы масштабные протесты, направленные против его сельскохозяйственных реформ. И 28 июня он был вынужден подать в отставку.

В тот же день популистская партия – бывшая партия Штреземана – в мерах предосторожности произвела самороспуск; за ней 4 июля последовала католическая партия центра. Единственной партией, храбро противостоявшей невзгодам, была баварская популистская партия. Наконец взялись и за нее: последовали аресты руководства партии, в том числе принца Вреде, кавалерийского офицера, в 1923 году участвовавшего в провалившемся путче вместе с Гитлером и вместе с ним посаженного в Ландсбергскую тюрьму. Ему пришлось уступить и распустить партию.

Новый декрет от 7 июля исключал всех депутатов-социалистов из рейхстага и всех правительственных органов земель. Многие из руководства социалистических партий уже перебрались за границу. Оставшиеся были в тюрьме либо в концентрационных лагерях. Нацисты объявили, что те, кто еще не отдал должное их идеям, отправятся туда на «перевоспитание». Еще 25 марта под Штутгартом был открыт первый концентрационный лагерь. Он был рассчитан на полторы тысячи мест, но вскоре насчитывал в три или четыре раза больше заключенных. Этот вид учреждений в краткие сроки стал одним из основных институтов страны.

В тот же день, 7 июля, появляется пакет из 19 законов. Один из них ставил точку под всеми политическими дискуссиями и переговорами: «Национал-социалистическая немецкая рабочая партия является в Германии отныне единственной политической партией. Лица, оказывающие поддержку другим политическим партиям либо пытающиеся основать новую политическую партию, наказываются каторжными работами на срок до 3 лет или тюремным заключением от 6 месяцев до 3 лет, в случае если не предусмотрено иного наказания в текстах других законоположений».

Без сомнения, многие честные немцы были поражены создавшимся положением дел. Их ошибка заключалась в том, что они не приняли всерьез предупреждение Гитлера: «Там, где мы есть, нет места никому другому!» У всех тех, кто начинал вместе с Гитлером, было достаточно времени, чтобы обдумать эти слова.

Отныне нацисты стали абсолютными хозяевами Германии. Их «новые учреждения» начали работать без помех.

Глава 2
Геринг обращается к полиции

Весной 1934 года 65 тысяч немцев покинули свою страну. Год нацистской диктатуры способствовал этой миграции, побуждая сотни людей, в большинстве своем артистов, писателей, преподавателей, рисковать своей жизнью во время нелегального пересечения границы. Они бежали от страха, зависимости и скрытого ужаса под названием гестапо.

Гестапо. Эти три слога заставляли бледнеть самых отважных, ибо несли в себе несчастье и кошмар. Кто смог сотворить ужасающее образование? Какое чудовище выдумало этот карающий молот нацистской машины, принесший смерть 25 миллионам человек и ввергший Европу в руины и прах?

Этот человек не выглядел ужасно. Его круглое лицо было скорее симпатичным, он выглядел приятнее своих соратников, а его манеры отличались непринужденностью. Этого человека звали Герман Геринг.

При изучении биографии Геринга на ум приходят две фразы Мальро: первая из его романа «Орешники Альтенбурга»: «Суть человека не в том, что он скрывает, а в том, что он делает», и вторая из «Условий человеческого существования»: «Человек есть сумма его поступков: тех, которые он сделал, и тех, которые мог сделать». Геббельс, Гесс, Борман, Гиммлер, не говоря о Гитлере, сразу вызывали чувство беспокойства. Геринг, наоборот, вселял спокойствие и уверенность. Только Отто Штрассер вносил нестройную нотку, оценивая Геринга: «Геринг – прирожденный убийца, он наслаждается ужасом…» Это «наслаждение ужасом» действительно очень увлекало ожиревшего маршала на вершине его карьеры. Зная толк в мучениях, он предавался им с артистически-декадентской утонченностью.

Такие особенные свойства развились у Геринга при весьма любопытных обстоятельствах. Напомним, что рейхстаг, избранный после голосования от 14 сентября 1930 года, через месяц провел свое первое заседание. Национал– социалистическая партия по количеству мест оказалась на втором месте после социалистов, получивших 143 места. 107 новых нацистских депутатов рейхстага вошли четким маршем в зал заседаний, одетые в коричневые рубашки. Замыкающим этой необычной колонны был один из старейших членов партии Герман Геринг. Он появился в рейхстаге двумя годами ранее – 20 мая 1928 года, когда его партия еле-еле добилась 12 мест в парламенте. В то время мало кто из немцев помнил, что этот новый депутат был одним из героев последней войны, которую еще не объявили легендарной. Его присутствие в рядах молодой и шумной национал-социалистической партии, пользующейся дурной славой, было, пожалуй, странным. По своему происхождению и прошлому ему скорее следовало быть членом одной из консервативных партий (в большинстве своем монархистских) или той партии центра, которая объединяла представителей крупной буржуазии.

Сын доктора Генриха Геринга, высокопоставленного чиновника старой школы, Герман Геринг родился 12 января 1893 года в Баварии, в городе Розенхайме. По бабушке со стороны матери Каролине де Нерэ у него были французские предки – гугеноты, осевшие в Нидерландах. Его отец, близкий друг Бисмарка, в 1885 году стал первым генерал-губернатором немецкой Юго-Западной Африки. Закончив два университета – Боннский и Гейдельбергский, служивший офицером в прусской армии, отец Геринга был глубоко проникнут прусскими порядками и прусским образом жизни.

Став вдовцом с пятью детьми от первого брака, доктор Геринг во второй раз женился на молодой тирольке, увезя ее с собой на Гаити, – он был назначен туда на свой второй колониальный пост. Потом он отправил ее обратно в Баварию, чтобы она произвела на свет маленького Германа.

Его детство представляло собой длинную череду драк и потасовок. Германа регулярно выгоняли из школьных учреждений за слишком агрессивный нрав и независимый характер. Видя такое положение дел, отец решил отправить его в Карлсруэ, в кадетскую школу, из которой он перевелся в военную школу в Берлине.

Юный Геринг окончил эту школу с отличием и уже в марте 1912 года начал свою военную карьеру младшим лейтенантом в пехотном полку принца Вильгельма, который располагался в Мюлузе. Ему только что исполнилось девятнадцать лет. Гарнизонная служба претила энергичному молодому человеку, и он с радостью воспринял мобилизацию на войну. В октябре 1914 года он добился перевода в авиацию. Именно там служба принесет ему славу. Сначала он летал в качестве наблюдателя; пилотом бомбардировочной авиации его назначили в июне 1915 года, а уже осенью 1915-го он становится летчиком-истребителем.

За штурвалом маленького самолета лейтенант Геринг полностью раскрыл свои боевые качества, направив воинственные инстинкты в нужное русло. Он подбил один из тяжелых британских бомбардировщиков «хэндли-пейдж», а затем сам был сбит английскими истребителями. Он был ранен в левые бедро и руку, но по выздоровлении снова занял место в строю, став одним из лучших немецких летчиков-истребителей. В мае 1917 года он получил должность командира 27-й эскадрильи. В начале 1918 года у него на счету уже 21 сбитый самолет, и в мае этого года кайзер наградил его орденом «За заслуги», тогда высшим германским отличием. Затем Геринга переводят в знаменитую эскадрилью номер 1, известную как эскадрилья Рихтгофена – по фамилии ее первого командира.

21 апреля 1918 года капитан барон Фрейкер фон Рихтгофен, имевший на своем счету более 80 побед в воздушных боях, погиб. Его место занял лейтенант Рейнхард, который погиб 3 июля. Тогда командование этой знаменитой эскадрильей принял Герман Геринг. Он вступил в должность 14 июля, когда германские войска начали свой отход на Марне.

Несмотря на проявленное в боях мужество, эскадрилье номер 1 пришлось смириться с поражением Германии. Для Геринга это был тяжелый период. В ноябре ему пришлось возвращать свои самолеты и личный состав в Германию. С болью в сердце Геринг сделал запись о перемирии в журнале боевых действий эскадрильи. С начала своего формирования эскадрилья номер 1 принесла Германии 644 победы в воздушных боях; 62 человека числилось в списке погибших.

Геринг демобилизовался в чине капитана. На его мундире красовались Железный крест 1-го класса, орден Льва Захрингена со шпагой, орден Карла Фридриха, орден Гогенцоллернов 3-й степени со шпагой и орден «За заслуги». Он никогда не забудет этот период своей жизни, как не забудет и друзей по эскадрилье Рихтгофена. В 1943 году в Гамбурге гестапо арестовало одного из сослуживцев Геринга по эскадрилье, еврея по фамилии Лютер. Едва узнав об этом, Геринг немедленно вмешался, добился его освобождения и принял под свое покровительство.

После своей демобилизации в конце 1919 года капитан Геринг был вынужден искать себе работу. Он мог бы продолжить службу в рейхсвере, но, будучи противником республики, Геринг не желал служить в ее армии. Чтобы заработать себе на жизнь, он принимал участие в показательных полетах сначала в Дании, а затем в Швеции. По воскресеньям он катал любителей острых ощущений на своем маленьком «фокке». Зарабатывая так себе на хлеб, он неожиданно встретил одну женщину, которую впоследствии увел от ее мужа и сына, чтобы в Германии, в Мюнхене, на ней жениться.

Вернувшись в Баварию, безработный герой едва сводил концы с концами. Поступив в Мюнхенский университет, Геринг рассчитывал не столько изучать политические науки и историю, сколько придать некоторую респектабельность своей вынужденной праздности.

Жил он в милом домике в пригороде Мюнхена на деньги, которые его жена, урожденная Карин фон Фок, получала от своей семьи.

Осенью 1922 года союзники потребовали от немецкого правительства выдачи некоторых военных преступников. Геринг был взбешен, узнав, что его имя фигурирует в одном из списков, предоставленных Францией.

В одно ноябрьское воскресенье в Мюнхене на площади Кёнигсплац был организован митинг протеста против требований союзников. Геринг присутствовал там. Слушая ораторов, выступающих против этих требований, он заметил в толпе рядом с собой худощавого человека с острым профилем и маленькими черными усиками. Его лицо показалось Герману знакомым. Это был Адольф Гитлер, о котором в Баварии начинали говорить; его портреты Герингу уже приводилось видеть. Вокруг него собралось небольшое кольцо людей, которые просили его выступить. Гитлер отказывался, говоря, что не хочет «нарушать добропорядочное проявление национального единства». Это было сказано в манере тщательно скрытого презрения, чем Геринг был поражен. Он тоже считал, что эти высосанные из пальца протесты не будут иметь никакого эффекта, лишь более жесткое и решительное действие может дать положительный результат. На следующей неделе Геринг пришел на собрание Национал-социалистической немецкой рабочей партии. Гитлер делал доклад, основным мотивом которого была борьба против «версальского диктата». Версальский мирный договор сделал из блестящего офицера Геринга полунищего человека, живущего за счет жены, поэтому поднятая тема живо задела его. Когда собрание было окончено, он представился Гитлеру и предложил свои услуги.

Для партии, еще не набравшей силу, но уже расправлявшей крылья, Геринг был счастливым билетом. Его славу героя войны можно было использовать, а жестокость, проскальзывавшая в его речах, полностью согласовывалась с партийными установками. Уже на следующей неделе Геринг становится членом Национал-социалистической немецкой рабочей партии и решает посвятить себя душой и телом служению человеку, которого знал менее двух недель. Ударные команды партии – ее штурмовые отряды нуждались в руководителе. Им нужна была хорошая организация, дисциплина, координация действий; из штурмовиков предстояло сделать «абсолютно надежное формирование, которое будет осуществлять приказания Гитлера и мои собственные», как позже скажет Геринг. В начале января 1923 года Герман Геринг, безработный герой, принимает командование нацистскими ударными силами.

Из этих отрядов, уже имевших большое значение, но пока слабо организованных, Геринг в течение нескольких месяцев сделал боеспособную армию. Ему помогали знакомые военные, особенно капитан Рем, в то время командир 7-й дивизии и руководитель подпольных милицейских групп. Кроме того, Рем также был «духовным наставником» ряда националистических партий, придумывая разные лозунги и подавая соответствующие «идеи». Гитлер вместе со своей партией очень его интересовали, но между ними было одно крупное расхождение: для Гитлера на первом месте стояли политика и политическая организация партии, а Рем отдавал первенство солдату. Именно солдата, по мнению Рема, следовало перевоспитать и политизировать.

Рем нелегально снабжал штурмовиков оружием из секретных складов рейхсвера, лелея надежду возглавить эти формирования. Вскоре между Ремом и Герингом, чей приход Рем воспринял негативно, возникло глухое соперничество. Геринг в свою очередь не замедлил увидеть в капитане Реме опасного соперника.

Все же благодаря их вынужденному сотрудничеству нацистская партия к началу ноября 1923 года обладала настоящей армией, одетой в серо-зеленую форму, с военной выправкой, имевшей в своих рядах бывших боевых офицеров, набранных по объявлениям, опубликованным Герингом при поддержке Рема в газете «Фёлькишер беобахтер». Коричневые рубашки и гитлеровское приветствие появятся значительно позже.

Возлагая большие надежды на это воинство, 9 ноября 1923 года Гитлер и его друзья предпринимают непродуманную попытку путча.

Только 23 октября были предприняты первые шаги к подготовке этого путча, который должен был установить диктатуру Гитлера и Людендорфа. Плохо подготовленный путч был подавлен в течение нескольких часов. Мюнхенский полк штурмовиков занял позицию на правом берегу реки Изар, а полицейские отряды расположились на левом. Чтобы не терять попусту время, Геринг взял несколько заложников. Дело кончилось перестрелкой на улице Фельдгернгалле, где Геринг получил две пули в нижнюю часть живота. На первое время после перестрелки его укрыла в своем доме еврейская семья Баллин, пока преданные друзья тайно не переправили его через австрийскую границу, а потом в Инсбрук, где он смог начать лечиться.

Это ранение вкупе с периодом бездействия, который за этим последовал, оказали существенное воздействие на Геринга. Ордер на арест помешал ему вернуться в Германию, поэтому он был вынужден жить на протяжении четырех лет в Австрии, в Италии и потом в Швеции. Из-за позднего начала лечения его ранения плохо заживали. В течение двух лет он принимал морфий и стал им злоупотреблять. Интоксикация морфием повлекла за собой психическое расстройство; Геринг стал опасен для окружающих. Его пришлось положить в психиатрическую лечебницу в Лангбро, а потом в аналогичную в Конрадсберге. Снова переведенный в Лангбро, Геринг выписался оттуда, не долечившись, под регулярное наблюдение врачей. Судебный медик Карл А. Лундберг, который наблюдал Геринга в Лангбро, отметил его истерический темперамент, раздвоение личности, характеризовавшееся чередой припадков слезливой сентиментальности и приступов ярости, во время которых он был способен на крайности.

В этом не было ничего удивительного для членов его семьи: уже давно они дали ему самую суровую оценку. По словам его двоюродного брата Герберта Геринга, семья считала, что основными чертами характера Германа были тщеславие, страх ответственности и полное отсутствие нравственных устоев, позволявших ему «при необходимости шагать по трупам».

Продолжительное бездействие, пребывание в клиниках и госпиталях сильно изменили Геринга. Склонность к полноте превратилась в ожирение. Уже к тридцати двум годам он был тучен, налит нездоровым жиром, от которого ему позже не удалось избавиться. В изоляции от своих друзей национал-социалистов ему удалось избежать их грубого влияния. Отныне ему претили прямые силовые действия. Неудачный мюнхенский опыт, о котором он размышлял, привел его к выводу, что решения проблем могут быть иными.

Вчерашний хищник изменил свое обличье, зверь надел другую личину. Теперь Геринг решил использовать гораздо более опасное оружие. Эти перемены отдалят его от Рема, который останется грубым солдафоном. В 1927 году, вернувшись в Германию, Геринг, как и Гитлер, теперь убежден, что власть можно получить лишь при использовании «политических» средств. Под «политическими» он подразумевал, разумеется, самые грязные методы.


Возвратившись в Мюнхен после осенней амнистии 1927 года, Геринг нашел там всех своих друзей: Гитлера, давно освобожденного из тюрьмы, Геббельса, Штрейхера и Розенберга. В их рядах появился новый человек – Гиммлер, которому Гитлер хотел доверить реорганизацию своей личной охраны – службы СС. Что касается Рема, он в это время был в Боливии, занимаясь обучением новой армии. Геринг мог бы снова взять командование штурмовыми отрядами, однако почувствовал, что для него есть дело поважнее: его выдвинут кандидатом в депутаты на выборах 1928 года. И он был избран, хотя нацисты получили на них всего 12 мест. Торжественность заседаний в рейхстаге ему пришлась по вкусу, а депутатский месячный оклад в 600 марок существенно поправил его материальное положение. Его происхождение, как и его бывшее воинское звание, позволило ему войти в высшее берлинское общество и, главное, в круги крупных промышленников. Там он стал «представителем» Гитлера, впоследствии как «верный соратник фюрера». Посещение салонов берлинского общества закончилось тем, что Геринг полностью отдалился от наемников Рема и штурмовых отрядов. С этого времени он начинает рьяно увлекаться предметами искусства и проявлять претензии на меценатство.

В это время внутри нацистской партии назревало глухое противостояние штурмовиков и политической организации, руководимой Грегором Штрассером, с которым Геринг был в ужасных отношениях. Ловко обходя все подводные камни, Геринг следовал за Гитлером, своим господином, который искусно извлекал выгоду из соперничества своих приближенных, которых он настраивал друг против друга, чтобы лучше управлять ими.

По прошествии сентябрьских выборов 1930 года Геринг вошел в рейхстаг во главе 107 нацистских депутатов. Среди них находился и Грегор Штрассер. Геринг был единственным, который предвидел этот триумф: менее чем за два с половиной года количество мест нацистских депутатов в рейхстаге увеличилось с 12 до 107. В октябре 1931 года он похоронил свою жену Карин, долгие годы таявшую от туберкулеза. С тех пор он бросился в политику, посвятив всю свою жизнь Гитлеру, который стал для него почти богом. В начале 1932 года началась предвыборная президентская кампания, так как срок полномочий престарелого Гинденбурга истекал в апреле. Для Гитлера существовало серьезное препятствие: он не имел немецкого гражданства. Вот тогда блеснул гений Геринга: с помощью своих друзей– нацистов в брауншвейгском правительстве – председателя Кюхенталя и министра внутренних дел Клаггеса – он организует назначение Гитлера на пост экономического советника представительства Брауншвейга в Берлине. Это назначение автоматически предоставило Гитлеру немецкое гражданство. И фокус удался: 24 февраля он получил назначение, 26 февраля принес присягу, отказавшись от должностного оклада, а 4 марта подал в отставку. Вот так, за восемь дней, Гитлер стал немцем!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

Поделиться ссылкой на выделенное