Сергей Иванов.

Сезон охоты на ведьм

(страница 1 из 36)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Сергей Григорьевич Иванов
|
|  Сезон охоты на ведьм
 -------

 //-- 1. Пора в монастырь --// 
   Если судить со стороны, рабочая неделя началась для Вадима как обычно, и с утра до позднего вечера его понедельник прокатился, словно по наезженной колее, – Вадим даже на тренировку сходил, хотя за уик-энд нагрузился достаточно. К сожалению, Юльки там не застал, а впрочем, сейчас ему было даже не до нее. И в лаборатории, укрывшись в персональном закутке, и на пути в зал, стиснутый бормочущими потными телами, и даже ворочая центнеры железа, Вадим не отрывался от своих мыслей, получивших наконец должный разгон. Прежняя суета, служебная и бытовая, теперь окончательно утратила смысл, а отступать перед накатывавшей лавиной событий было уже некуда: дальше – пропасть.
   “Я принимаю бой”, – твердил Вадим, как заклинание. Этого вы добивались? Даже и один я сумею попортить вам кровь, пусть каплю-другую, – но больше вам не погнать меня по своему кругу! Это хуже смерти, а ее, как выяснилось, я опасаюсь не слишком – во всяком случае, не той, которой вы можете мне угрожать. И потом, кто сказал, будто я один? Недовольных хватает, только оглянись. Пусть и не все готовы дойти до края, но даже временный спутник сокращает дорогу – а там, бог даст, пристроятся другие.
   Но сперва надо разобраться с тем, что уже знаю: разложить по ящичкам, переварить, – а для этого не мешает слегка потянуть время. Поиграем, поиграем… Вообразим себя глубоко законспирированным агентом (на службе у будущего?), для которого главное – не выделяться. А потому пусть все течет пока обычным чередом.
   Следя за собой и поглядывая вокруг, Вадим привычным маршрутом вернулся домой, в свою малогабаритную конурку, где у порога его встретил воспрянувший Жофрей, потягиваясь со сна и приветствуя беззвучным мявом. Наскоро Вадим покормил котейку рыбой, оставшейся от обеда, затем проведал на кухне мышь, аккуратно прикрыв за собой дверь, чтоб не увязался новый жилец. Ласковый-то он ласковый, однако потомственный хищник и в подвалах, наверно, не церемонился. Вообще, для полного комплекта здесь не хватает пса позубастей. (А вот про ящеров не будем – насмотрелись.)
   Перекусив остатками вчерашнего ужина, Вадим с трудом удержался, чтобы, вопреки обыкновению, не отправиться в гости к Тиму. Старина спец, пользуясь его же терминологией, не обладал значительной “оперативкой”, зато мог похвалиться недюжинным “быстродействием”, потому Вадим с охотой привлек бы Тима к нынешним задачкам. Но после двухдневного перерыва, как и ожидалось, тот не замедлил возникнуть сам, оживленный и настороженный, торжественно неся коробочку с пирожными, добытыми где-то по большому блату.
Впрочем его торжество поблекло, когда он увидел миску с отборным печеньем и баночку варенья, сунутыми Вадиму “на дорожку” гостеприимной Оксаной, дочкой лесного колдуна.
   – Так это ты с Юлькой запирался? – предположил Тим подозрительно.
   – Лопух! – отозвался Вадим. – Тоже мне, разведчик, “особый нюх”!.. Разве не видишь, что печенюшки делались на дому, не говоря о варенье? По-твоему, станет Юлька этим заниматься?
   – Чего не сделаешь от большой любви, – с облегчением возразил Тим. И тотчас развалился на диване, не замечая пугливого Жофрея, после первого же звонка укрывшегося за портьерой – от греха. Однако блюдце с остатками рыбы Тим разглядел.
   – Ни фига твоя мышь раздухарилась! – удивился он. – На людей еще не кидается?
   – Домовых прикармливаю, – ухмыльнулся Вадим, решив не выдавать кота, пока тот не обвыкнется с гостем. – Уж очень борзеют в последнее время!
   Он сходил на кухню поставить чайник, а заодно принес посуду. Сразу выложил пирожные на тарелку, чтобы гость по рассеянности не прихватил с собой.
   – Ладно, а теперь доклада й, – нахально потребовал Тим. – Как прошел выходной?
   Хмыкнув, Вадим ответил:
   – Хреновей некуда, если честно. Однако с толком.
   – Ну? – подстегнул гость. – Я слушаю, слушаю!..
   – Ты слыхал что-нибудь о деревенской жизни, Тим? Коровки там, козочки пасутся, птички поют или кукарекают, солнышко блестит… Слыхал? Так этого больше нет.
   – Ты побывал за городом? – догадался Тим.
   Вадим кивнул.
   – Может, даже добрался до границы?
   Он кивнул вторично.
   – И что?
   – Еще хуже, чем мы думали, – ответил Вадим. – Смотаться отсюда нельзя, разве только превратившись в студень. На Бугре какие-то заморочки – с гравитацией или, того пуще, с пространством. Нарушение пространственной однородности, представляешь? А со всех сторон нас окружает чужой мир, и с каждым днем он подступает все ближе.
   – Чужой – насколько?
   – Намного, – снова хмыкнул Вадим. – Как говорит мой приятель-крутарь, “мало не покажется”. Одни зверюги чего стоят!.. Хочешь взглянуть?
   – Только не надо меня стращать, – попросил Тим, пристально глядя на шевельнувшуюся портьеру. – Ты никого оттуда не прихватил? По-моему, возле окна кто-то прячется.
   – Сквозняк, – отмахнулся Вадим, вставляя дискетку в самодельный свой комп. – Погоды-то уже портятся – к ночи. Лучше смотри сюда!
   Нехотя Тим отвернулся от портьеры и уставился на экран, где уже проступали фотографии. Брови его медленно поползли вверх, глаза округлились – как и рот. Зато лицо удлинилось еще больше.
   – Откуда это? – спросил он, когда сумел вернуть отвисшую челюсть на место. – Боже, ну и уродины!
   – У приятелей переснял, – ответил Вадим. – А еще нескольких видел живьем и, уж конечно, не в клетке. Попадаются-то самые безобидные.
   – Ну да, мотыльки вроде этих, – кивнул Тим на экран и покачал головой: – Черт меня раздери!
   – А представляешь, если они станут наведываться в город?
   – Если уже не наве…
   Портьера снова затрепетала, и из-за нее застенчиво выбрался Жофрей, исподлобья глядя на остолбеневшего Тима.
   – Surprise, – пояснил Вадим, довольный произведенным эффектом. – Знакомьтесь, господа!
   Внезапно Тим расхохотался, теперь сам напугав котейку – тот опасливо попятился обратно, за спасительную портьеру.
   – Так вот он, таинственный разоритель рыбного блюдца! – сказал Тим, вытирая проступившие слезы. – Уф… Мне следовало догадаться.
   Вадим поднял Жофрея к плечам, и тот с удовольствием там разлегся, прищуренными глазами поглядывая на всех сверху вниз.
   – На воротник тебя, мерзавец! – пригрозил Тим, таская его за пушистые щеки. – Так меня перешугать, а?
   Однако вскоре оставил кота в покое и снова озадаченно воззрился на экран. Отрывисто спросил:
   – Чего еще узнал?
   – Ты скопируй дискетку, – предложил Вадим. – Там есть почти все.
   – А чего там нет?
   – Например, моих домыслов. Но они тебе и ни к чему, верно?
   – А еще?
   – Я уже говорил: в этом проглядывает система. Кто-то взялся за губернию всерьез, и касается сие не только горожан. Чтоб ты знал, большинство сел уже недоступно для наземного транспорта, и чего там деется, не ведают даже крутари! Добавь сюда шуточки с гравитацией: пресловутый Бугор, – затем суперновые плазмо-пушки и вездеходы-ходульники, эти новые материалы, прущие из всех щелей, загадочные вставки в тивишниках…
   – Хорошо, и куда всё ведет?
   – Погоди, – сказал Вадим, услышав на кухне свист. Быстренько смотавшись за чайником, он залил кипятком насыпанную в заварник смесь, тоже подаренную Оксаной.
   – Я уверен в одном, – произнес Вадим затем. – Чтоб удержаться у власти, наши задолизы пойдут на сговор с кем угодно – хоть с дьяволом.
   – Ну да, только мистики нам не хватало!..
   – А что есть мистика? – сразу спросил хозяин. – Всё, что выходит за пределы наших знаний? Так ведь пределы-то очень тесные!
   – А чем не устраивают тебя, скажем, обычные зачуханные марсиане? – спросил Тим. – Ну, или ладно, пусть это будут каллистяне, обставившие нас на сотню-другую лет. Чем они-то тебе не угодили?
   – Тоже в детстве Мартыновым ушибся? – усмехнулся Вадим. – “Каллистяне”, “Звездоплаватели”, эники-бэники… Мало собственных утопий, подавай инопланетные, причем на блюдце! Без пересадки из сумеречного настоящего в солнечное будущее. Ну да, когда-то и я с надеждой вглядывался в небо, – но если мы и дождались, то кого? Уж никак не коммунаров, и я даже не уверен, что из-за облаков.
   – Конечно: из-под земли! – огрызнулся Тим так обиженно, будто у него отбирали игрушку. – С рогами и хвостом, да?
   – Но ведь что такое каллистяне, подумай! Довольно простенькая, хотя и премилая экстраполяция наших тогдашних надежд – от которых ныне остался пшик, как ни печально. Если коммунизм состоится, то на каких-то иных принципах или на ином материале, качественно отличном от нынешнего.
   – На суперменах, что ли? – фыркнул щупляк.
   – На суперлюдях, – возразил Вадим, – в которых человечности будет куда больше, чем в теперешних. И связи между ними станут куда прочнее, хотя свободней.
   – Все это лирика, – отмахнулся Тим. – Вечно нас заносит в крайности!.. Пока что даже демократия нам не светит – выбраться б из дерьма, и то ладно.
   – Можно подумать, ты знаешь способ!..
   – Что упираться надо – ты уже понял, – сказал Тим. – Но перед тем, как определить способ, не мешало бы разведать цель, разве нет?
   – И заняться этим ты предлагаешь мне, – догадался Вадим. – Для кого ж я буду стараться: для себя, для тебя, – на чью мельницу стану лить? Или, как тот Ихтиандр, буду нырять за жемчугом, а распоряжаться станут другие? Хватит темнить, Тим! Ты ж знаешь: вслепую я не работаю. И плевать на ваши субординацию с конспирацией – накушался этим при прежней и нынешней властях. Пока не состыкуюсь с вашими заправилами, не вызнаю цели, хрен вы от меня чего дождетесь!..
   – Погоди, Вадик, ну погоди, – Тим закрестился, ошеломлено смеясь: – Свят, свят, свят… С чего ты на меня напал? Что ты несешь, какая организация! Ты чего, Вад?
   – Про организацию ты сам сказал, – заметил Вадим. – А я, может, имел в виду вашу лабораторию. Ты кому лапшу вешаешь, суслик?
   – “Я не суслик, я барсук”, – машинально отозвался Тим и спросил с беспокойством: – Тебе и вправду чего известно? Но я ж никогда…
   – Просто я тебя знаю, – оборвал Вадим. – Ты жить не можешь без интриг или заговоров, Тимушка, это у тебя в крови – скажешь, нет? В средние века, при каком-нибудь дворе, тебе б цены не было, и угодил бы ты в графья либо на плаху. Сейчас правила иные, для них ты мало подходишь – вот и маешься. Нынешняя система тебя выдавила – значит, ты непременно станешь под нее копать и, конечно, не в одиночку: ты ж не я. А кто сейчас в оппозиции? Пожалуй, немногие из спецов да вольные творцы – если не считать крутарей. Но последних ты убоишься, а среди прочих тебе самое место. Вопрос в том, на что годятся твои заговорщики?
   – Ну чего ты от меня хочешь? – с тоской вопросил Тим. – Злыдень!
   – Я? – удивился Вадим, вынимая из компа дискетку. – Абсолютно ничего. При условии, что и ты ничего от меня не ждешь.
   Он спрятал дискетку в ящик, насмешливо наблюдая за напряженным лицом приятеля. Поинтересовался:
   – Думаешь, здесь и оставлю? Ага, разбежался!.. Я ж насквозь тебя вижу, забыл?
   Насвистывая, Вадим достал из ящика, будто из ларца с сюрпризами, давешний предплечный брус, снятый с убитого Шершня, и принялся сосредоточенно его разбирать, время от времени поглядывая на Тима.
   – Чего это? – воспылал тот, падкий на подобные штуковины, как и любой нормальный мужик.
   – Оружие, – ответил Вадим. – Я назвал его иглометом. Пуляет вот этими спицами, по отдельности либо пачками, почти бесшумно. Убойная сила чудовищная: доспехи прошивает, точно картон.
   – Дальность?
   – Для города – вполне.
   – И откуда?
   – От верблюда, – отрезал Вадим, – двугорбого. Так и выложу тебе все!.. Честный обмен, забыл?
   – Значитца, так, – решившись, сказал Тим. – Сейчас я дискеточку приберу, да? А завтра, ближе к вечеру, сведу тебя кое с кем. Идет?
   – А не врешь?
   – Слово!
   В самом деле, Вадим ощутил его искренность. Беда в том, что завтра Тим с той же убежденностью сможет пообещать прямо противоположное. Отличная штука – искренность… если уметь ею пользоваться.
   Вадим снова достал дискетку, задумчиво повертел.
   – Да на, – он бросил дискетку Тиму, – подавись!
   – “Вот теперь тебя люблю я”, – бодро сказал тот. – А чего станешь делать дальше? Я ж вижу: ты нацелился на что-то!..
   Оказывается, за тридцать лет знакомства и он наловчился проницать Вадима.
   – Во-первых, пора перестать уповать на забугорного барина, – заговорил Вадим. – На фиг мы сдались ему, сам подумай? Во-вторых, главные события здесь происходят ночами, – значит, придется менять режим, благо и так почти не сплю. В-третьих, надо разобраться наконец с мясорубками, пока они не захлестнули город.
   – Кажись, ты на что-то намекаешь?
   – На то, что их становится многовато для одиночек, даже для целой банды маньяков. Но вытворяют это именно люди, хотя и странные. Загородное зверье тут ни при чем: оно б не оставляло трупов – только кровь да немного костей, самых неудобоваримых. А если убийства массовые, значит убийц много и с каждой неделей становится больше, словно распространяется эпидемия. Вспомни Варфоломеевскую ночь, когда весь город будто сошел с ума, превратившись в маньяка!.. Правда, в Париже это случилось сразу, зато и прошло быстро; а наша крыша съезжает помалу – но, видимо, напрочь. Каждый начинает искать жертву по силам, упражняясь пока на девицах да на таких вот бедолагах, – Вадим подергал задремавшего Жофрея за свисающий хвост. – А что будет, когда шакалы станут сбиваться в стаи? Впрочем, вряд ли им это позволят, – спохватился он. – У них другое предназначение: стадное, – кого-то ведь надо доить? А в сторожа определят нынешних волков.
   – Крутарей, что ли?
   – Может, их, – согласился Вадим. – А может, они сами накопят силенок и подомнут управителей. К твоему сведению, эти ребята прекрасно знают, чего хотят, и умеют своего добиваться – в отличие от спецов. Только сперва они разберутся между собой – а похоже, у наших крутарей слишком много гонора и азарта, чтобы договориться мирно. В Чикаго бы это еще прошло, но не у нас.
   – Все-таки, с чего ты начнешь? – спросил Тим.
   – Как раз с убийств. Помимо прочего они могут вывести на куда более масштабные вещи.
   – А самих мясорубок тебе недостаточно?
   – Я понимаю: ужасна каждая смерть, – ответил Вадим. – Но даже тут уместны сравнения, хотя бы количественные. Сейчас не до эмоций – нужен беспристрастный анализ этого кошмара. А для анализа мне не хватает данных. Не знаешь, через кого можно разжиться? Наверно, это не так и трудно: вряд ли такая информация засекречена.
   – Как понимаю, ты делаешь заказ?
   – Только не надо интересоваться оплатой – хватит с меня крутарей!
   – Ага, хлебнул! – позлорадствовал Тим. – Не боись, здесь возьмут не звонкой монетой, даже не камушками – натурой. В смысле: тебе – данные; с тебя – выводы. Подходит? Отчитываться будешь каждый вечер. А я стану к тебе наведываться, благо к этому привыкли.
   Вадим поглядел на него со снисходительной усмешкой.
   – Мне это нравится! – сказал он. – Уже требуешь с меня отчета. Давно не командовал – соскучился? Хоть маленький, да начальник!
   – А вот роста касаться не будем, – отшутился малыш, все же смутясь. – Рад, что вымахал, да?
   – Запомни, Тимка, если еще не понял: ни в какие организации я входить не собираюсь – я вне любых стай, даже самых возвышенных!.. И что за компашка у вас, если даже за неумеху вроде меня хватаетесь, точно за соломинку? Наверно, сплошные теоретики?
   – По-твоему, мы должны объявить набор боевиков? – огрызнулся Тим. – Так они либо в крутари, либо в репрессоры подались – вот там есть, где развернуться и чего наварить!.. К нам-то зачем идти?
   – А у самих, что ли, кишка тонка? Да уж, это не салонные игры – тут правила жестче. Не пожалели бы, что ввязались.
   – Как будто у нас есть выбор!
   – И мне выбирать особенно не из кого, – согласился Вадим. – Сойдет за неимением.
   – Ну, спасибо.
   – Да подавись!
   Оба одновременно ухмыльнулись, расслабились и наконец приступили к чаепитию. Немедленно пробудившись, Жофрей спустился Вадиму на колени и стал из-под его руки деликатно принюхиваться к пирожному, интересуясь: чем это угощаются тут – без него.
   – Ты-то при чем? – проворчал Вадим, однако сунул коту немного крема на пальце. – На, дурачок, травись.
   Тот осторожно лизнул, затем неожиданно смахнул все, щекоча палец шершавым розовым язычком.
   – Ишь ты! – удивился Вадим и порцию повторил. Сметя и это, котейка удовлетворился и снова заснул, теперь у хозяина на коленях. Наверно, Жофрей решил лечиться от побоев сном, а также усиленным питанием.
   – Что, Юльку с тех пор не видел? – небрежно спросил Тим, прихлебывая душистый чай.
   – Козел старый, – сказал Вадим, – все-таки раскатал губу!.. Нет, даже на тренинг не явилась.
   – Что ли и мне заняться? – предположил Тим, задумчиво трогая себя за пузико. – Внутри я – Аполлон!
   – Да уж никак не Сократ. Думаешь, там мало Аполлонов?
   – Так ведь я ж еще и забавный! Женщины это любят. – Тим вздохнул и добавил: – Как правило.
   – Что, очкарик, влип? – позлорадствовал Вадим. – Не все ж тебе сердца разбивать – походи и сам с разбитым.
   – Хорошо быть молодым – а, Вадька? Ты-то как огурчик.
   – Хорошо быть здоровым. И умным.
   – И красивым, – подхватил Тим. – И сильным. И богатым… Ничего не пропустил? – Он снова вздохнул. – Между прочим, что за чай? – спросил вдруг. – Совершенно необычный букет – никак не угадаю сорт. – Тим мнил себя знатоком чая, а впрочем, действительно разбирался в этом неплохо. – Хотя заваривать не умеешь, – добавил он мстительно. – Учишь тебя, учишь!..
   – Из потусторонней травки, – объяснил Вадим и усмехнулся: – В самом деле, я не шучу. Кстати, можешь прихватить щепотку – твоим теоретикам на исследование. Не все ж им задания раздавать.
   – Тебе, пожалуй, раздашь: где сядешь, там и слезешь… Кстати, не слыхал? – сказал Тим неожиданно. – Гога пропал.
   – Гога? – вскинулся Вадим. – Ч-черт!.. Откуда знаешь?
   – Да уж знаю. На работу не вышел, в общаге никаких следов. Все, как обычно.
   – А семья?
   – Говорят, он отправил своих погостить к жениному дяде, в глухомань. Теперь вряд ли вернутся.
   – Сужается круг, а? – спросил Вадим мрачно. – И кто их только наводит!.. Не пора ль и тебе, Тимушка, менять дислокацию?
   – Кому я сдался, господи!..
   – Ах, Гога, Гога… Как он-то влетел? Ведь просчитывал на десять шагов.
   – Может, просто слинял под шумок? – предположил Тим. – А придет время – снова всплывет?
   – Дай-то бог.
   Тим скоро ушел, умяв две трети пирожных и основательно приложившись к печенью. С собой унес дискетку, а также образцы чужеродной травы и осколки звериного панциря, отщепленные пулеметом Гризли. Черт знает, может, в той странной компании сыщется хотя бы один приличный биолог? И химик. Конечно, и хороший психолог не помешает. А социологи, экономисты? Господи, отпусти меня на волю!.. Что там сегодня по ТВ?
   Итак, что имеем? – размышлял Вадим, механически перекладывая стопки белья со шкафных полок на диван. Странности все прибывают – чем дальше, тем быстрей. Причем неизвестно, где их больше: снаружи или внутри. Или это связано? Ну вот чем, к примеру, располагаю я?
   Во-первых, идеально настроенной и сбалансированной нерво-системой, вдобавок подкрепленной разросшимся мысле -полем (которому отчего-то тесно в рамках мозга – в отличие от нормальных сознаний). Это еще не внепространственные закоротки, однако реакцию ускоряет едва не вдвое. К тому ж любые подсмотренные движения я усваиваю сразу и накрепко, будто переписываю из чужой памяти – с помощью того же мысле -поля.
   Во-вторых, подправленным омоложенным телом, абсолютно здоровым и способным к регенерации – невиданно быстрой, точно у вампиров. При этом к крови меня не тянет, а садизм душу не греет, как полагалось бы.
   В-третьих, странной способностью к озарениям: будто время от времени я углубляюсь душой настолько, что ощущаю Абсолютное Знание. Информационные поля, чтоб им…
   В-четвертых, очень похоже, мысле -облако расплывается не только на три измерения, но и во времени – так, что я уже способен проницать будущее, пусть и на чуть. Ах, Эва, Эва, ненаглядная моя ведьма… Конечно, спасибо тебе за подарок, иногда он выручает, – но насколько же с ним трудней жить!
   Обнажив в шкафу приборную панель, Вадим включил приемник и пробежался настройкой по частотам, вылавливая станции, еще доступные его приборам. Теперь он представлял, почему с каждым месяцем все меньше становится спутниковых программ и отчего удлиняется мертвый период на пике ночи, когда не ловится ни одна, – это нарастает крутизна подбугорных склонов. Уже не трудно прикинуть сроки полного затмения эфира. Здешний климат к тому времени изменится окончательно, а губернией завладеет чужая природа. И что начнется затем?
   Как по расписанию, каналы вырубились, и Вадим со вздохом отключил приемник. Спрятав приборы за стопками, принялся наводить в квартире марафет, стараясь не слишком скрипеть полом. Но не успел он убрать со стола и вымыть посуду, ссыпав крошки разгулявшемуся к ночи мышонку, – как в дверь опять постучали. Для подтверждения глянув на Жофрея, сейчас и не подумавшего прятаться, Вадим безбоязненно открыл и пропустил внутрь Алису, красавицу губернского масштаба, тоже что-то притаранившую в клюве своим домашним любимцам.
   Конечно, Вадиму было приятно видеть ее, всегда цветущую и ухоженную, – но не слишком ли она зачастила сюда? Проводить каждую ночь с ведущей дикторшей Студии, наверное, лестно, однако хлопотно. К тому ж Алиса не из тех, кто согласится делить Вадима с кем-нибудь или чем-то, – рано или поздно потребует его целиком. А что он сможет дать?
   Однако сейчас за ее избыточной живостью Вадим ощутил неладное и отправился ставить чайник, по мере сил разыгрывая из себя радушного хозяина. Потискав котейку, тоже на диво безропотного, Алиса водрузила на столик сумку и принялась раскладывать по тарелкам отборные продукты, будто явилась спасать их от голодной смерти, – при этом не забывая потчевать заинтригованного Жофрея лакомыми кусочками. Кажется, он наконец дождался кошачьего рая – за столько месяцев страданий!


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Поделиться ссылкой на выделенное