Сергей Иванов.

Миро-Творцы

(страница 3 из 38)

скачать книгу бесплатно

   – Ч-черт… Кто-нибудь еще это слышал?
   – Ну… кажется, Нонна.
   – Ч-черт, – снова сказал он. – Пся крэв!.. И там она же? – Вадим кивнул на свой закуток.
   – Угу.
   – Черт! – в третий раз выдал он и поднялся.
   – Э-э… Куда? – заволновался лабуправ. – Ну постой, Вадик, так же нельзя! Раз пришел, я должен тебя задержать – до выяснения. У меня инструкции!..
   – Может, и силу применить? – спросил Вадим. – Толян, ты чего?
   – Может, и силу, – подтвердил лабуправ, кряхтя от неловкости. – А ты как думал? Мне ж отвечать!
   И принялся строить знаки двум камикадзе, пристегнутым к приборам. Неуверенно переглядываясь, те стали подниматься.
   – Это и раньше б не вышло, – возразил Вадим. – Даже если забыть о стволе.
   Не напрягаясь, одними пальцами, он оторвал от пола тяжелый стол, подержал с пяток секунд. Затем вздохнул и добавил:
   – Что с вами, парни? Распустились без меня. Всего неделю не был!..
   – Вадя, а чего ж делать? – проникновенно спросил Толян. – Тебе-то хорошо – одному. А у меня семья и обязательства. Я не могу вытворять, что хочу.
   – Еще и обязательства, – хмыкнул Вадим, качая головой. – По-моему, это еще ниже долга, не говоря о чести. А уж до совести тут!..
   – Сам же говорил: нельзя требовать от людей святости, – напомнил толстун. – Это безнравственно!,
   – Слишком ты себя жалеешь, – сказал Вадим. – И потому жалеть тебя не хочется.
   Потянувшись, он выдрал телефонный шнур из гнезда, подмигнул ошарашенному Толяну и двинулся к двери – на сторонний взгляд, метнулся. У порога оглянулся, встретясь глазами с Нонной, напряженно пялившейся из угла, состроил жуткую гримасу, заимствованную у серков, дополнил устрашающим жестом, подсмотренным в кино, и нырнул в проем.
   А вдруг подействует? Десяток минут форы ему бы не помешал.
   Для надежности Вадим подпер створку железным шкафом, единым махом передвинув от стены напротив. Вот вам: визитная карточка богатыря. Эх, раззудись плечо!.. Жаль, Максика не застал – уж я б его расспросил, со всем почтением к сану. Все-таки сколько их, этих “отцов”, – тоже полторы сотни, как Шершней?
   Выскочив на лестницу, Вадим едва не столкнулся с рослой девицей, тотчас заступившей ему дорогу. Не сразу он узнал Руфь. Магнетический блеск в выпуклых глазах, надменная осанистость, шикарный костюм, пышная прическа – в ней мало осталось от прежней “мышки”-надсмотрщицы, вкладывавшей душу в свою службу. И тянуло к ней, почти как к Алисе.
   А может, сходство не случайно? – подумал Вадим. Ведь обеих почтил вниманием Марк!.. Или то был не Марк? Или это вовсе иная пирамида – сугубо женская? И кто на вершине?
   – Ну наконец! – с издевкой воскликнула Руфь. – Я так скучала!..
   – Заняться нечем? – огрызнулся Вадим. – Найди дело, чтоб не скучать!
   Рывком обогнув девицу, он скатился по ступеням, перемахнул ограждение и побежал дальше, не обращая внимания на ругань придверных.
За секунды проскочив оба квартала, оседлал колесник и рванул с места, вылетев на дорогу перед накатывающей четверкой триколесов. Вильнув, впритирку увернулся от переднего, грузного как носорог, и погнал свою машину прочь, разгоняя на пределе.

 //-- 2. Гости из захолустья --// 
   “Вот и опять возникла Оксана, юная ведьмочка из глухомани, – думал Вадим, все прибавляя скорость. – Недели не прошло! Что ж там стрялось? Ведь оставил им адрес, предлагал обращаться, сам хотел наведаться – так и не выбрался. Позор на мои седины!..”
   Звонила она скорее всего с сотовика: в обширном хозяйстве Михалыча вполне могла сыскаться такая вещица, в общем ему не нужная. Либо – второй вариант – из окрестностей порта, зоны росского влияния, заскочив к кому-то из знакомых. И надо ж было ей нарваться на Нонну!.. Если та успела передать по цепочке, дело лишь за расторопностью Псов.
   Еще издали Вадим увидел старенький открытый джип, на полной скорости мчащий по пустынной улице. Вплотную за ним несся обтекаемый триколес, медленно настигая, – все-таки на прямой он оказался быстрей. Но куда большим было преимущество у Вадима, оседлавшего княжеский двуколесник. Срезая угол, он пронизал чахлый парк, слетел, будто с трамплина, с метрового обрыва, нависшего над шоссе, и приземлился в десятке метров позади Псов. До джипа тем оставалось еще меньше, но это не играло роли.
   На полном ускорении Вадим догнал триколес, в момент сшибки вдруг вскинулся с седла и, подхваченный инерцией, перебежал со своей машины на чужую. Соскочив в люк, он аккуратно, в три касания, отключил всполошившихся Псов, тут же перехватил управление и затормозил. Затем, поднатужась, выворотил с корнями пульт, чтоб не шалили больше, и выбрался из машины, озирая окрестности. Других патрулей поблизости не наблюдалось, и слава богу.
   Джипик уже подкатывал к нему, успев развернуться. Потом из кабины выпрыгнула Оксана и кинулась к Вадиму, будто не видела его год.
   Ее личико оставалось столь же милым и по-детскому свежим, а роскошная коса короной венчала гордую голову. Но в глазах читалась усталость, пока затмеваемая возбуждением. Тяжкие потрясения, боль и горе – вот что он слышал в ее сознании. Это не считая бессоной ночи.
   В отличие от прошлого раза, Оксана оказалась одетой в ситцевый сарафанчик, больше похожий на ночнушку, а вдобавок босой – будто ее застали врасплох. Такой наряд гляделся странно посреди города, зато открывал едва не больше, чем прятал. И теперь Вадим смог оценить кожу лесной ведьмы – матовую, как у ребенка, немыслимо гладкую, лишенную не только родинок или волос, но даже обычного девичьего пушка. Уходим от предков все дальше, да?
   Вопросительно заглянув Вадиму в глаза, беглянка шагнула к нему и прижалась, пряча лицо на груди. Она не плакала, не жаловалась, однако все тело сотрясала нервная дрожь, не стихавшая, наверно, много часов. Отложив расспросы, Вадим закрыл ее спину руками, вбирая в себя горячку, гася вибрацию – благо весил против нее втрое. Умница Оксана не препятствовала, даже старалась помочь, как умела. Понимала: в таком состоянии от нее мало проку.
   А за ветровым стеклом джипа виднелись головы других ездоков: ребячья, кудлатая, и звериная, будто медвежья. Обе напряженно пялились на Вадима, то ли узнавая, то ли испытывая.
   – Ну, – наконец спросил он, – что стряслось?
   – Папеньку изловили, – сообщила Оксана тихо.
   – И в клетку посадили, и надпись написали… Что значит: “изловили”?
   Присев на массивный бампер триколеса, Вадим усадил девушку рядом, взял ее руки в свои, продолжая делиться теплом.
   – То и значит, – сказала она. – Вы ж помните, как толковал он про своего нутряного Зверя? Его и подловил чужак, а с ним – папеньку.
   – Какой чужак? – спросил он. – Хозяин? Мы ж его изолировали!..
   Оксана помотала головой:
   – Другой, в людском обличье. Ночью пришел.
   – Ногами, что ль?
   – Не своими – железными.
   Все-таки заразил Михалыч дочь странностью своей речи – вычурной, перенасыщенной образами. Теперь вот разбирайся!
   – Ходульник, да? Так это был Шершень? Один?
   – Много. Однако прочие не в счет. Да мы б и отбились, кабы не их главный.
   – “Король”? – догадался Вадим. – Вот где он всплыл!..
   – Он приказал, и папенька открыл ворота. Я не успела задержать и вряд ли б смогла. Хорошо, пальнула из гранамета по ходульнику, подбила лапищу, а то бы не спаслась. Папенька-то гнался за мной, вместе с парой шипастых, – но, видно, не изо всех сил, иначе б не убежала. А со мной припустил Бэк, хитрюга мохнатый.
   – Где машиной-то разжилась?
   – Так держали же в сарае на случай – всего и надо было, что рощицу пересечь!.. А в ней ловушек полно. Кто-то даже попался – из догонял.
   – А это что за чудо? – Вадим кивнул на пацана, уже выбиравшегося из машины.
   – То Алеха-слухач, сын охотника Мирона, – ответила девушка. – Разве не помнишь?
   – Такое не забывается – как страшный сон. “Ты не слухай их”, верно? – спросил он. – “Пусть себе зовут!”
   Малец шмыгнул носом и кивнул с солидностью.
   – На дороге подобрала, – добавила Оксана. – Взрослые подсмеиваются – вот он и решил добыть Хозяина.
   – Не слабо! – качнул головой Вадим. – Старичок, ты показался мне разумней.
   – А это видал? – распахнув пальтецо, Алеха показал гирлянду миниатюрных гранат, развешенных по груди. – Мне Гризли напривозил – по одной за ходку. Знаешь, как бахают!..
   – Голову оторвать твоему Гризли, – проворчал Вадим. – И в гостиную вместо трофея. Чем он думает?
   – Да ладно, чего там!..
   – Дома не хватятся? Папка, небось, с ума сходит.
   – А неча насмехаться! – непримиримо отрезал малец. – Умру, а себя докажу!
   Из кабины скакнул к Вадиму косматый зверь и обрушил тяжелую башку ему на колени, словно давнему приятелю.
   – И тебе привет, Бэксик, – обрадованно сказал Вадим, в две ладони меся могучий заривок. – Хорош, хорош!..
   Песик и впрямь впечатлял. Конечно, не чистых кровей – так и не надо. Наверное, тут скрестили ирландского волкодава с кавказцем, а может, еще и с волком – судя по загадочным прозрачным глазам. И получился зверюга, превосходящий родителей силой и проворством. А имя пса указывало на известную начитанность Михалыча. Кто сейчас помнит Лондона с его “Зовом предков”?
   – Ладно, поехали, – сказал Вадим, поднимаясь. – Теперь поведу я – никто не против?
   Он уложил двуколесник, слегка помятый после падения, в кузов автомобиля и сел за руль. Джипик оказался вполне бодрым, несмотря на преклонные года. Пластиковые бронещиты, закрывавшие машину с боков и спереди, не слишком ее утяжелили, а мотор тянул как молодой. Лишь бы не случилось на пути новых загонщиков – но за этим приглядит мысле -облако.
   Оксана затихла в соседнем кресле, однако продолжала жаться к Вадиму, словно продрогла до костей. Алеха в своем углу смачно лузгал семечки, сплевывая в исцарапанный кулачок. По сторонам он поглядывал, но без особого интереса. Похоже, тутошняя жизнь была бы ему скучна. Вот гонять зверье по лесам – это да!.. Бэк дремал, едва уместившись у Алехи в ногах.
   Проезжая помойки, Вадим почти у каждой замечал маргиналов, влезших в ящики едва не по пояс, – по двое, по трое. Если в Крепости расцвело махровое средневековье, то эти и вовсе вернулись к собирательству, точно пещерники. Сосредоточенно они разгребали мусор, набивая растянутые карманы, иногда сразу совали в рот. Рядом громоздились дранные пластиковые пакеты, некоторые даже обзавелись колясками. Дворняги не гоняли их, и даже Псы словно не видели, – вероятно, потому, что маргиналы сильно облегчали вывоз мусора, устраивая вторичную переработку.
   Бедняги казались пришельцами из иного мира, живущего по странным правилам. И какая судьба им уготована? Может, для того их и прикармливают, чтоб устроить Большую Охоту. Как на кошек и собак годом раньше. И похожие “дяди Проши”, местные цари природы, будут гоняться за маргиналами с железными дрючьями, добивая тех, кто спасся от пуль.
   – Вот и приехали, – сказал Вадим, впритирку проводя джипик меж гранитными надолбами, перегородившими улочку, словно погранстолбы. Колесник посолидней тут бы не протиснулся – хотя для таких найдутся другие ходы, возникни надобность.
   Помимо укрепленного поселка росичи пустили прочные корни и в самом Городе. Большинство их данников гнездилось вблизи речного вокзала, где помещалась росская база. Другая резиденция росичей, куда менее известная, располагалась в бывшем Дворце Спорта, посреди обширного дикого парка.
   На вокзале заправлял росский вожак Скиф, давний знакомец Вадима, кряжистый и сивогривый, чем-то похожий на Бату – наверное, вислыми усами. Хотя заправлять особенно было нечем, поскольку в подчинении Скифа осталось человек пять, а прочих поглотило Шершневое Гнездо, с утра переименованное в Подземный Замок.
   Зато с приездом гостей забот у вожака прибавилось сразу и намного. Ибо не успели те подняться в его кабинет, как на привокзальную площадь выкатили четыре Псиных триколеса и застыли против здания, нацеля пулеметы на окна. Очень впечатляющая картинка – такой здесь не видели со времен Отделения.
   – По-моему, я уже встречал эту четверку, – заметил Вадим. – Вот привязались!..
   – Не нравится мне это, – откликнулся Скиф, угрюмо разглядывая машины. – С чего блюсты раздухарились?
   – Это Боевые Псы, – поправил Вадим.
   – Один хрен!.. Прежде себе не позволяли.
   – Прежде и вас было тут больше.
   Вадим не стал объяснять, что вообще-то, если подойти формально, первым напал на Псов он сам. Собственно, что ему оставалось?
   – Думаешь, они знают об этом? – забеспокоился Скиф. – Дьявол!.. Может, садануть по ним для острастки?
   – Ну, горяч!.. Прямо, как молодой. И много у вас подствольников?
   – Один.
   – И только?
   – “Всё для фронта”, слышал? А сколько раздали!..
   – Вот то-то, – сказал Вадим. – Так что не лезь на рожон – еще не время.
   Заслышав жужжание вертушки, он высунул голову в окно.
   – А это кто – Шершни? – мрачно спросил Скиф. Похоже, он больше не ждал от жизни хорошего.
   – Росичи, – возразил Вадим. – Руслан с Корнеем.
   – Ну!.. Это кстати.
   “Ворон” спланировал на плоскую крышу вокзала, и если им действительно управлял Руслан, то мастерства в нем явно прибавилось.
   Только затихли лопасти, как на плиты спрыгнул гигант в Шершневых доспехах, уже перекрашенных в бежевые тона (хорошо, не белые), и побежал к дальнему краю, зажав под мышкой шестиствол. Его напарник, оставшись в кабине, нацелил на площадь плазмомет, грозно поводя им из стороны в сторону.
   Демонстрация возымела действие: триколесы отступили на приличную дистанцию и снова выстроились в ряд, наставив стволы.
   Тотчас Руслан забросил пулемет на плечо, и по винтовой лестнице сбежал вниз, в перегороженный стеклянными стенами зал, где возле окон засели росичи с огнестрелами, пока стараясь не маячить. Приблизясь летящей поступью, юный великан сдержанно кивнул вожаку, радостно улыбнулся Вадиму, застенчиво поклонился Оксане. Он уже совершенно оправился после ночных потрясений (что значит “мертвая вода”!) и выглядел даже цветущим, исполненным сил. Недавнее ранение, почти равное смерти, не прибавило ни слабости его телу, ни робости душе. И он уже перешел в новое качество, – это читалось в его сознании.
   Невольно Вадим залюбовался новым персонажем. Росич был столь же красив, как юный серк, исчезнувший с Юлей, и почти столь же статен. Вдобавок его лицо светилось благородством, чего в серке не могло быть по определению. В скором времени из Руслана наверняка проклюнется богатырь – если опять не кинется кого-то защищать и не нарвется грудью на сталь. И кто тогда станет поливать беднягу “мертвой водой”?
   – Брон велел не вязаться, – сообщил юноша. – Будут напирать – загрузиться в вертушку и отчалить. Сейчас не до них – после сочтемся.
   – И все тут бросить? – возмутился прижимистый Скиф. – Жалко ведь!
   – Ты б видел, сколько добра припасено в Гнезде, – не удержавшись, Руслан расплылся в счастливой ухмылке. – Забудь про колеса – теперь мы обзавелись крыльями!
   – Как же, разлетался!.. Орелик.
   В одном из триколесов открылся люк, и наружу выбрался здоровенный, мордатый Пес. Вразвалку приблизился к зданию, призывно помахал толстой рукой. Поколебавшись, Скиф встал по центру окна, молча воззрился на парламентера.
   – Мы за девкой прикатили, – объявил Пес, ухмыляясь. – Чё на вас наезжать? Она из нашего стада, точно! И папашка переживает.
   – Да пусть удавится – нам-то что?
   – Она ж почка совсем: семнадцати нет! А это киднепинг, разве нет? Преследуется законом – по всей губернии.
   Искоса Скиф посмотрел на Вадима.
   – Беглых не выдавать, – сейчас же сказал тот. – Старинное правило вольницы!.. К тому ж он врет, сам знаешь. Михалыч такой же крепостной, как и вы.
   Руслан кивнул, ласково улыбаясь. И эта его улыбка не сулила Псам доброго. Чистый паренек, но без сантиментов, – занятное сочетание.
   – Пусть придет отец, – пробасил вожак. – С ним потолкуем. А вы – проваливайте!
   И снова укрылся за стеной.
   Пожав плечами, Пес развернулся и потопал к машине. Квадратная его спина, устланная пластиковыми ромбами, выказывала что угодно, кроме почтения.
   – Подпалить один, что ли? – спросил Скиф, глядя на триколесы. – Для наглядности.
   – Тебе бы все палить, – рассердился Вадим. – Дорвался!..
   В крайнем случае он мог ринуться на Псов прямо из окна – вместе с Русланом. При нынешнем их проворстве этого хватило бы для успеха. Да только к чему высвечиваться? Он уже сигал сегодня с колесника на колесник, но такие фортеля еще можно списать на обычную ловкость.
   – Сделаем вот что, – сказал Вадим. – Им ведь и вправду нужна Оксана. Ну так мы загрузимся с нею в “ворон” и улетим, а они пусть это видят. В усиление оставим тут пулемет и пару подствольников, но, полагаю, Псы уберутся, лишь только птичка упорхнет. На кой им вокзал? Не революция, чай!..
   На том и порешили. Вместе с Вадимом в вертушку забрались Оксана с Алехой и “сопровождающий их” пес. А побратимы-росичи разделились. Корней принялся крепить на окне чудовищный шестиствол, в одиночку переспоривший бы все Псиные огнестрелы. Руслан, уступив управление Вадиму, сел рядом с ним, за еще более грозный плазмомет. Пассажиры устроились тут же, в кабине, на откидных сиденьях – исключая Бэка, сразу растянувшегося на полу. Неизвестно, летал ли он прежде, однако странной машине не доверял.
   Сейчас же взлетели, для острастки сделав круг над строем триколесов, затем круто набрали высоту, скрывшись за тучами.
   – Что за публика? – спросил юноша, кивая вниз. – Раньше не встречал.
   – Боевые Псы, – со вздохом откликнулся Вадим. – Новая порода, свежевыведенная. В блюстах-то надобность отпала – пора и им на свалку! Нынче крепостные ходят по струнке, повинуясь окрикам надсмотров, – а значит, высвободились ресурсы. И пришло время взяться за неприструненных: умельцев, торгашей, наймитов. Так что борьба двух систем переходит, кажется, в новую фазу – открытую.
   – Хорошо, – помолчав, сказал Руслан. – А Оксанка им на кой?
   С интересом Вадим покосился на него. Кажись, и этот нашел свою ведьму! Что же, всё правильно. Во-первых, ее требовалось защищать. Во-вторых, в ней бил живой родник, коего недоставало самому витязю. В-третьих, и это главное, девочка “чудо как хороша”!.. И чем плох сам Руслан?
   – А на кой она Шершневому “королю”? – спросил Вадим. – Ведь это он пленил Михалыча. Никто другой оборотня бы не подмял – только вампир!.. Но при свете, когда его Сила на спаде, потребовалась помощь легалов. И выходит, что Крепость наконец объявила о своей кровной связи с Роем.
   – Вот так, значит, да?
   – А какой смысл темнить дальше? Ведь они знают, что мы знаем.
   Не видя земли и не включая локаторы, Вадим направлял “ворона” по мысленной карте. Наверняка его спутникам не терпелось узнать маршрут, но спрашивать не решались. Даже самостоятельный мужчинка Алеха помалкивал, уткнувшись конопатым носом в стекло. “Надо б его разоружить, – подумал Вадим. – Не то рванет всех, как террорист!” Но тоже не решился затронуть щекотливый вопрос. Что за компания собралась: один другого деликатней!
   – Все ж я не понял, – снова заговорил Руслан. – Зачем “королю” Оксана?
   – Действительно, странно, – кивнул Вадим. – Зачем бросать столько сил на поимку простой ведьмы? Наверное, она имеет что рассказать.
   – О чем?
   – О том, что творится в блокгаузе.
   – А что там творится?
   Глядя в сторону, Оксана передернула плечами, будто ей снова сделалось зябко. Но промолчала.
   – Сколько повыбили Шершней, ты не прикидывал? – спросил Вадим. – Хорошо, если дюжины три-четыре. А было их втрое больше. И куда, по-твоему, делись прочие?
   – А по-вашему? – откликнулся Руслан, глядя на него, словно на умудренного старца.
   – По-моему, сейчас они скликают найтов, чтобы ночью ударить по Гнезду всей мощью. “Вставай, страна огромная!..” Но заняты этим рядовые Шершни – иерархия тут блюдется четко. Что до вожаков, они где-то отсиживаются, набираются сил для грядущей битвы. А сам “король”, вероятно, отправился к хозяину за инструкциями. Ведь кто-то же произвел его в монархи?
   – Я не знаю, – честно ответил Руслан.
   Вадим вздохнул:
   – Вот и я тоже. А знать надо. Но сперва придется разобраться с Шершнями.
   Вообще с этим Роем сплошная путаница! – подумал он. Помимо трехуровневой пирамиды, простой и понятной, сюда затесались элитные Шершни-“солдаты”. Если не путаю, они немногим уступают тамошним вожакам. Зато их собственный вожак, которого мы с Адамом еле заломали, намного превзошел обычных. Значит, каждому уровню отводится не фиксированное значение, а диапазон. Но если от элитной дюжины осталась едва четверть, то вожаки уцелели почти все. А их подпирает сотня раздраженных Шершней и бог знает сколько найтов. С такой силой не пошутишь!
   – Михалыч не обычный оборотень, – сказал Вадим. (И сам усмехнулся: а что, бывают обычные?) – Людского и звериного в нем поровну, вдобавок есть прочная привязка – дочь. Он способен противиться “королю”, особенно днем. Помните байки про красоток и чудищ? Если что и может удержать озверелого мужика от эксцессов, так это любовь, как ни банально. А Михалыч дочь любит – по-настоящему. Именно ее, а не себя в ней. Его счастье, что он не стал Оксанку ломать под себя, как это принято в приличных семьях. Сейчас бы нить лопнула и – привет!.. А так даже “король” над ней не властен. И только это еще может спасти Михалыча. Ты ведь слышишь его, девочка?
   – Вот здесь, – ладонью Оксана коснулась груди.
   Невольно оба мужчины туда глянули. И оба оценили такое достояние, хотя по-разному. Руслан словно бы смутился картинки, тотчас нарисованной пылким воображением. А Вадим даже умилился этой неосознанной провокации. Ведьма есть ведьма, а у девочки, слава богу, имеется вкус. К мужчинам тоже, что радует.
   – Когда станете “плодиться и размножаться”, не забывайте о таких поворотах судьбы, – назидательно молвил Вадим. – А то сами ж детки, как подрастут, и покажут вам “кузькину мать”, с коей их так усердно знакомили.
   – Вот тут мне трудно жаловаться, – признала Оксана. – К тому ж папенька многому меня научил – не обо всем и расскажешь.
   Проницательно Вадим на нее посмотрел: ну, интересно!.. Еще один пример практического секс-воспитания? То-то девочка так расцвела к семнадцати годам!.. Действительно, такое не все поймут.
   – Этот научит! – пробормотал Руслан без особенной теплоты. Но тут же устыдился своей черствости: человек-то в беде… Или все же предатель?


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Поделиться ссылкой на выделенное