Сергей Иванов.

Кентавр на распутье

(страница 1 из 35)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Сергей Григорьевич Иванов
|
|  Кентавр на распутье
 -------

   День начинался тускло, несмотря на ясную погоду. После вчерашнего силового тренинга, короткого, но изнуряющего, удовлетворенно ныли мышцы, и клонило в сон – вернее, хотелось снова залечь и погрезить с полчасика на грани сознания. Организм требовал отдыха. Даже сидеть было лень, тем более что-то делать. Впрочем (я это знал), ближе к вечеру тело оправится уже настолько, что благосклонно, даже с приятностью примет каждодневную растяжку и обычный набор приемов, закрепляющий боевые навыки. Конечно, если в накатанный распорядок не вторгнется непредвиденное.
   Нехотя поднявшись, я прошел к широкому окну, расцвеченному утренними лучами. Сбылась давняя мечта: выходило оно на море – теплое, яркое, живое. Сколько лет этот берег вспоминался мне, являлся во снах, прежде чем я смог поселиться тут. Дом громоздился на самом краю каменного отвеса, массивными стенами словно бы продолжая прибрежную скалу, а достался мне во время последнего передела, за смехотворную цену. Было в нем два этажа, не считая роскошной мансарды да огромного подвала, и снаружи он смахивал на крепость – как и пристало жилищу современного феодала.
   Ныне прежний хозяин «канул в лету», сохранив разве шкуру, а в его родовом гнезде воцарился я, мизантроп-одиночка. Сгинувшую охрану заменил страж-системой, исполненной по последнему слову, обзавелся радиостанцией, напрямую пускавшей в Океан. Внизу, у подножия скалы, устроил волновую мини-ГЭС, в обилии снабжавшую энергией, и подстраховал ее ветряками на крыше. А чего стоило оборудовать комнаты под свои нужды и предпочтения – отдельный разговор. Зато теперь дом стал точно с плаката: живописные уютные стены, паркетные полы с подогревом, дымчатые стекла-"хамелеоны" и лучшее из бытовой техники, что производят на сегодняшний день, – включая новейший компьютер, прозванный мною Дворецким.
   Утро действительно выдалось солнечное да безветренное. Искрящаяся бирюзовая вода омывала мою скалу с трех сторон, и с четвертой вид открывался не хуже – на вздымавшиеся к небесам горы. Перед домом, на пологом отроге, каменным языком выступающим в море, расстилался тенистый парк, а вдоль него журчал ручей, впадая в прозрачное озерцо, окруженное валунами. Тут и впрямь было красиво, но главное: я жил один. Теперь мне не докучали голоса за стеной, топот над головой, ор на улице – я выбрался из общего муравейника. За окнами обрыв в сорок метров, под ним плещутся волны. И ни одна сволочь не сможет заглянуть в мои окна, разве только взобравшись на горный склон да вооружась могучей оптикой.
   Со вздохом я отошел от окна. Завернув ненадолго в ванную, направился в кабинет.
По пути проверил ночные звонки, связавшись с Дворецким. Он же – мой секретарь, консультант, помощник, а заодно и штат слуг, неприметный, но вездесущий. Для каждой ипостаси у него запасен подходящий голос: от интимного альта до деловитого баритона, – и соответствующий лексикон. Даже на вызовы он отвечал разными голосами, чем создавал у чужаков иллюзию немалой обслуги. Дворецкий был не особенно умен и, уж конечно, не обладал свободой воли, а потому я мог доверить ему многое. Впрочем, программы в него заправлены лучшие, так что, общаясь с ним, я иногда забывал, что разговариваю с машиной.
   Звонков оказалось мало, что и понятно, учитывая нынешний круг моей клиентуры. Далеко не все были интересны мне. Или полезны. Или приятны. Для экстренных вызовов служила прямая связь, но ею могли пользоваться единицы. Прочие дожидались, пока позвоню сам, – если позвоню. Спрос на мои услуги прибывал, и уже можно было выбирать клиентов – повлиятельней либо симпатичней. А вести дела с явной поганью я избегал всегда.
   – Как прошла ночь? – спросил у Дворецкого. – Не было поползновений?
   – Происшествия не зафиксированы, – доложил тот ворчливым басом. – В пределах территории посторонние не замечены.
   «Не зафиксированы», «не замечены» – Дворецкий любил четкость в формулировках. Чем выгодно отличался от людей.
   – И слава богам!.. А в окрестностях?
   – Что?
   – Никаких отклонений?
   – Какого рода?
   Пришлось уточнять:
   – Движение, огни, блики?..
   – Огни наблюдались. Под водой.
   – Опять, да? В следующий раз сообщай о них сразу.
   – Понял.
   – И сразу же выводи на дисплей.
   – Понял.
   – Что ты понял? – сдерживаясь, спросил я. – Запись давай!
   Раздражаться на комп так же глупо, как на скверную погоду. Даже глупее, потому что здесь винить следует себя: каков вопрос – таков ответ.
   – Подводных огней?
   – Именно.
   Ничего нового я не увидел. Что-то неясное творилось последнее время под поверхностью, какое-то загадочное шевеление. Уже третью ночь изредка и кое-где, то там то тут, мерцали тусклые пятна, похожие на отражения дальних сполохов, – возникая, пропадая, перемещаясь. Словно бы невдалеке от моей скалы затеяли подводные работы, вынюхивая невесть что. Нешто опять кладоискатели? Как будто на здешнем мелководье еще не обследовали каждую пядь! Вот поглубже – другое дело. В средние века эти берега слыли проклятыми и корабли тут гробились якобы через один, взамен плодя фантастические легенды. Правда, на глубине требуется оснастка серьезней той, что имеется у местных халявщиков, а со стороны сюда побаиваются наезжать. Хотя, хотя… Все ж таки не помешает взглянуть на это ближе – но чуть погодя, не сейчас.
   Я позвонил двоим, добивая старые дела и подводя там окончательный баланс. Затем занялся разбором почты. Это сделалось для меня таким же привычным, как литр дистиллированной воды по утрам или йогурт на ночь. Из всех дел, какими я мог нагрузить себя, чтоб обеспечить свои немалые потребности, глубинные погружения в Океан оказались наименее обременительными. К тому ж они удаются мне, как немногим. За считанные месяцы я стал, видимо, лучшим в губернии знатоком новейших технологий и теперь охотно делюсь знаниями – за соразмерную плату. Но, ради собственного благополучия, всегда держусь на шаг впереди своих клиентов.
   От моих «далеких друзей», коих я в глаза не видел (и тем лучше с ними ладил), пришло несколько писем, вполне информативных. Хотя бы в Океане отыскались партнеры, честно обменивающие знания. Тут находились даже энтузиасты, готовые делиться бесплатно, – будто это возвышало их в собственных глазах. Впрочем, пакостники, норовившие подсунуть гадость, встречались чаще. Но на них велась охота, не уступавшая по азарту настоящей.
   Поступила и пара объемистых пакетов – в ответ на мои вчерашние запросы. Содержимое порадовало – как раз то, что я хотел. Далеко не всегда натыкаешься на желаемое с первой попытки.
   Наконец получил ответ от сестры, с которой не встречался года четыре. Вот там все оставалось грустным. Внешне мы были похожи – к несчастью. То, что добавило мне притягательности, ее сделало некрасивой. А хуже всего, что она сама этим прониклась. И почему одиночество не выделяется по заявкам?
   – На территории посторонний, – внезапно объявил Дворецкий. – Направляется в сторону дома.
   В лязгающем его голосе мне почудилось возмущение – уж чужакам вход сюда настрого воспрещен. Непроизвольно оглянувшись, я потребовал:
   – Покажи!
   Невдалеке от ограды действительно пробирался через кусты человек. Приземистый и не слишком ловкий, одетый, точно бандит из мелкой стаи. Кроме плохонькой бронекуртки, на нем имелись коже-пластиковые брюки, металлизированные ботинки на изрядных каблуках и синяя шапочка с выступающим козырьком. Последняя, наверно, смотрелась бы неплохо – на красивой голове и при мускулистой шее. Но этому не подфартило ни с внешностью, ни с мышцами. И навыков у него оказалось не густо. Возможно, он и крался – в своем понимании. Но с равным успехом мог бы подкрадываться бегемот. Рассеянные по парку датчики с легкостью фиксировали его перемещения, а укрытые в листве «глазки» провожали взглядами, передавая от одного к другому. Идиот! Сунулся бы он сюда ночью, когда страж-система настроена всерьез, и его оцепенелое тело уже доставили бы к крыльцу – на предмет опознания.
   – Кажись, знаю его, – пробормотал я, будто Дворецкому не все равно. – Ладно, нехай живет!
   Встав из-за пульта, я потянулся, с удовольствием напрягая мышцы. Затем набросил на плечи просторную рубаху и без спешки прошлепал ко входу, распахнув дверь за миг до того, как в нее попытался стукнуть незванный гость.
   – Здрас-сь, – промямлил он, опуская вздетую было руку. – А это я! – И расплылся в дурацкой ухмылке, вполне ему подходившей.
   Радость какая: наконец и к нам пожаловал Лазер. Зацепенев, шаромыга глядел на меня точно на гору, грозящую обвалом. К опаске примешивалась зависть, даже преобладала. Не виделись мы давно, и за этот срок я сделался одним из самых здоровенных в губернии – чего, собственно, и добивался. Если прибавить к сему обширный арсенал навыков, почерпнутый из Океана, да отменное техобеспечение, мало-помалу собранное в моем гнезде… А у Лазера ни первого, ни второго, ни третьего. Где справедливость?
   – Какого черта? – проворчал я. – Почему без звонка?
   – Сюрприз! – ухмыльнулся гость. – Давно хотел тебя проведать.
   По его нечистому, угреватому лицу катился пот, и на меня извне дохнуло зноем. В моих-то комнатах всегда прохладно, словно в подводной глубине.
   – А уж как я тебя ждал!..
   Следовало бы послать этого хмыря подальше, да еще придать ускорения пинком под зад, но… требовался повод.
   – Ну, входи, – уступил я, кляня себя за мягкотелость. – Если не боишься.
   У Лазера хватило ума промолчать, не ерепениться на пороге, через который еще могли не пустить. Вот затеять свару в доме, наплевав на приличия… Н-да. «Невольник чести» – это и про меня.
   – Двигай в комнату, – сказал я, с брезгливостью глядя на его обувь. Конечно, можно заставить гостя разуться, но не оказалось бы еще хуже.
   Понурясь, Лазер затопал по коридору впереди меня. Его защитный жилет был усилен с тыла пластиковыми бляхами, словно бы он опасался удара в спину. Меж лопаток свисал жиденький рюкзак, в котором что-то позвякивало на самом дне. Вступив в гостиную, Лазер закрутил головой, разыскивая, откуда слышится «мой любимый старый джаз», – но не преуспел. Саму-то мелодию он вряд ли оценил. А ведь звучала «песнь о Грузии» в исполнении Рэя Чарлза: «Georgia on my mind», – классная вещь, на самом деле.
   – Выкладывай, – велел я, лишь только Лазер уселся. – Чего надо?
   И покривился, увидав его во всей красе: от скверных зубов врастопырку до сальных волос, выбившихся из-под щегольской шапочки. А ногти-то, ногти!.. Землю он, что ли, рыл?
   – Щас, щас… Не гони коней!
   Гость еще озирался, завистливо морщась. Поглядеть было на что: стильная мебель, шикарная аппаратура, да и сама зала впечатляет. Конечно, Лазер не отказался бы от такого. Но чем обоснует свои аппетиты? В нормальную Семью его не берут: пакостен, треплив, – личными дарованиями не наделен. Разве пронырлив сверх меры и нюх, как у гиены. Так ведь вкупе с дуростью это прямая тропка на тот свет.
   А еще Лазер рассчитывал угоститься. На столике стояла ваза с фруктами, рядом помещалась коробка трюфелей – но что это для настоящего мужика!.. В другом месте Лазер не постеснялся бы пошуровать по укромным углам, за что и получил прозвище, – но здесь ему живо отбили бы руки.
   – Выпить бы, – облизнув губы, пожелал он. – Блин, пересохло все!
   – Сок.
   – Ну, хотя бы…
   Выставив перед ним запотелую бутыль, я самолично наполнил бокалы и первым отхлебнул из своего, чтобы рассеять возможные подозрения. Конечно, Лазер и даром мне не нужен, однако он-то убежден, будто все вокруг спят и видят, как бы его, драгоценного, в могилу спровадить. Туда и дорога, если откровенно, – но чтобы я марал руки?..
   Сам сел по другую сторону стола, подальше от его «ауры», уже расплывавшейся по комнате. Если уж допустил свинью в дом, приходится терпеть. Впрочем, попытку Лазера развалиться повольготней я пресек угрюмым взглядом.
   – Так ни с кем и не сдружился? – хорошенько приложась к бокалу, спросил Лазер. – А, Род?
   В его понимании дружить значило сотрудничать к взаимной выгоде.
   – Тебе-то что?
   – Вот не умеешь ты с людьми ладить! – посетовал он.
   – Или не хочу?
   – Да ладно, дело твое…
   – Ну, слава богу.
   – А вот я давеча… – И Лазер пустился в россказни про свои достижения на ниве бизнеса. Затем вполне мог переключиться на любовные подвиги – кто ж этим хвалится, если не лузеры? (Кстати, забавное созвучие.) Его речь было неряшлива, как он сам. И разжижалась таким количеством матюгов, что вполне могла быть сокращена вдвое без всякого ущерба для содержания. Лазер явно не ценил время – ни свое, ни чужое. Но у меня-то оно расписано по минутам.
   – Моего терпения хватит на четверть часа, – предупредил я. – Затем вышвырну. Этого добиваешься?
   – Ну ладно, блин, ты чё? – обиделся он. – Ведь столько не виделись!
   – А летаем по разным орбитам – с чего пересекаться?
   – Зато нынче дорожки совпали, – хихикнул Лазер. – Не веришь?
   – Докажи.
   – Щас, – нагнувшись, он сунул пятерню в рюкзачок, а я, будто невзначай, направил на гостя предплечье. Конечно, он мог и не знать, что кроется в моем рукаве. Во всяком случае, не карты – хуже, много хуже. Лучше не выяснять.
   – Во! – Лазер вытащил на свет предмет, в котором даже я, спец по новинкам, не сразу распознал наручный диагност-аптечку, объединенный с видеофоном. – Видал такое?
   – Дай сюда, – велел я.
   Нехотя бандит расстался с драгоценностью. Этот самый ДАВФ и походил больше на изящный браслет, украшенный каменьями. Которые вообще-то были дисплеями да проекторами объемных картинок и оживали при нажатии скрытой кнопки. Не сразу я отыскал крышечку, под которой пряталась крохотная батарея – из разряда едва не вечных, насколько можно судить. И весь прибор скорее всего потреблял крохи. А занимал всего ничего. Большая часть объема отводилась под лекарства – конечно, самые насущные, экстренные, предназначенные поддержать жизнь, пока не подоспеет помощь, вызванная по видеофону. А до ее прихода можно глядеть программы, транслируемые со спутников.
   Действительно – вещь! Техника завтрашнего дня. Если себя я воображал летящим на гребне прогресса, то ребята, которые произвели такое, мчались впереди волны.
   – Где добыл? – небрежно спросил я.
   Лазер осклабился, сузив глаза в щелки:
   – Мое дело, да?
   Эдакий упырь вполне мог снять и с трупа, предварительно укокошив владельца. Либо отобрать у больного, коему эта штуковина как воздух. Но разве докажешь сейчас?
   – Ладно, что дальше?
   – Эй, эй! – заволновался он. – А цацку?
   Подавив вздох, я вернул браслет, хотя вряд ли тот принадлежал Лазеру. Но ведь и не мне? Увы, увы… Редкостным своим чутьем Лазер ощутил во мне интерес и тут же попытался протиснуться дальше:
   – Слыхал, у тебя погребок классный? Угостил бы.
   Можно подумать, он разбирается в винах! Лишь бы глаза залить.
   – Ты по делу или как? – спросил я.
   – Ну?
   – А дела ведутся на трезвую голову.
   – Ну да, у тебя ж правила! – огорчился Лазер. – Бляха-муха, ну хоть попробовать?
   – Молока хочешь? Или кефира?
   Если бы гость не знал, что я и сам это пью, счел бы оскорблением, – а так сошло за подколку. Впрочем, от меня Лазер стерпит любую обиду.
   – Или кумыса, – буркнул он уныло и скорчил брезгливую гримасу.
   С горя Лазер плеснул себе еще сока, щедро разбрызгав по столу, сделал пару гулких глотков, закусил трюфелями. Затем сообщил:
   – Проследил я, откуда это выскочило. Цепочка еще та!
   – И что на конце? – спросил я.
   – Головка! – прыснул Лазер, но тут же потух, убоявшись возмездия, и зачастил: – Есть на речной набережной дом – голубенький такой, в три этажа… Ну, знаешь, где растет старый дубище?
   – А на дубе том цепь, – перебил я, симулируя закипающий гнев. – Ты что, байку сказываешь?
   – Не-е, кроме шуток! – и вовсе перетрухал Лазер, наслышанный про мои приступы ярости. – Шатун, ты чё? Я же гость!
   – Кость ты в горле, а не гость, – проворчал я, словно бы с трудом сдерживаясь. – Не тяни мякину!
   – Так я ж говорю: дом, дуб…
   – И «три колодца». Ты издеваешься?
   Не перегнуть бы – сдуру схватится за огнестрел.
   – Бляха-муха, не дави! – взмолился Лазер. – Собьюсь ведь, а ты раздухаришься. Так вот, в доме том…
   На сей раз я лишь хмыкнул.
   – …обитают несколько типчиков. Двое-трое – вряд ли больше. Хотя и здоровы#, кого разглядел. Каждый за центнер, а движутся, будто не весят ни хрена, – бойцы, уж я понимаю в этом!
   И Лазер выразительно поглядел на меня: мол, и ты такой же. Большой, страшный, море по колено… Ну спасибо, родной!
   – Предлагаешь взять их в оборот? – спросил я. – Прижать в темном месте, попытать, откуда цацка да есть ли еще такие или получше. И почему не делятся с достойными, а разбрасывают, кому попало… Так?
   – Ну, – согласился он, недолго подумав.
   – И в помощь никого привлекать не будем?
   – Да зачем нам лишние? Ты один стоишь…
   – Целого взвода? – подхватил я. – А то и роты.
   Но гость не оценил цитаты. Или не вспомнил.
   – А если попросят защиты у Двора? – спросил я. – Или обратятся за помощью к какой-нибудь Семье?
   – Эти хмыри не любят высвечиваться. Контачат с немногими, остальных сторонятся, будто спидоносцев. Гордые!
   «Хмыри», надо же. Уж кто бы говорил.
   – На чем навариваются – не понять, но живут кудряво.
   – За это и невзлюбил их?
   – Ну дык – завидки ж берут! – подтвердил он. – А как выряжены, ты б видел!.. И телки по высшему разряду.
   Распробовав трюфели, Лазер принялся за них всерьез, обильно запивая соком. Эдак ему и коробки не хватит.
   – Много «телок»-то? – поинтересовался я.
   – Да парочку высмотрел – им бы в кино сниматься, сукам продажным.
   – Чтоб и ты мог пользоваться?
   – Я и в натуре не прочь, – осклабился Лазер, а я опять гадливо поморщился. Чем грязней лапы, тем шибче желание залапать. Закон природы?
   – Уже пробовал?
   Я оглядел гостя внимательней, отыскивая свежие синяки. Вроде за последние дни по морде не били. Может, восполнить пробел?
   – Так ведь не подобраться!.. Чего б тогда я приперся к тебе?
   – Подручный понадобился? – осведомился я. – Придержать «телку» за плечи, пока будешь в нее внедряться?
   Лазер разом поблек, вспомнив, видно, как я разбирался с насильниками, если меня привлекали. К слову, рисковал я не слишком: среди насильников редко встречаются настоящие бойцы.
   – Ладно, – сказал я. – Что еще имеешь добавить?
   – Ну, следил я за ними с пяток дней.
   – Сам, что ли?
   – Зачем? Есть у меня пара пацанов… Так вот, домик все ж посещают – разные. Но что чудно#: заходит-то к ним народу больше, чем выходит. Некоторые не возвращаются – ни через день, ни через два.
   – И что надумал?
   – А?
   – Объясняешь как?
   – Непохоже на фирму, вот что! – выпалил Лазер. – Скорее секта.
   – Тогда при чем тут мы?
   – А будто не знаешь, как умеют навариваться пророки! Если каждый сектант отстегнет по чуть…
   – Богачи редко впадают в религию. А из лузеров много не вытянешь – разве их будет тысячи.
   – Не скажи. Счастье-то не в одном богатстве.
   – Надо же, – поразился я. – И от кого слышу?
   Хотя Лазер прав: достаток – еще не все. И за примером далеко ходить не надо. Но меня-то религия не спасет. Не верую, Господи!.. Уж извини.
   – И знаешь, кто исчезает? – продолжал гость, подмигивая. – Кто моложе да посмазливей. В большинстве – девахи.
   И когда успел набрать статистику? Хотя Лазер из тех, кто строит теории на хилом фундаменте.
   – По-твоему, их приносят в жертву?
   – Это ж сатанисты, гадом буду!
   – Ты и есть гад, – проворчал я. – Сознайся: приплел секту, чтобы меня зацепить?
   Выходит, уже и до шаромыг дошло, как не люблю я «божьих людей». А Лазер обрадованно закудахтал, будто я удачно сострил. Кажется, даже вознамерился хлопнуть меня по колену, но вовремя одумался.
   – Все путем, – заверил он. – Мы ж партнеры, Род!
   – Еще нет.
   И вряд ли станем. Не хватало, чтобы я затевал с Лазером совместные шашни. Он даже на комический персонаж не тянул – слишком отвратен.
   – Ну хочешь, дневник выдам? Мои орёлики там всё пометили: кто внутрь, кто наружу…
   – Кто в лес, кто по дрова… У вас что, паршивого «глаза» не нашлось?
   – Это ж ты технарь, – возразил он. – Тут и нужен подкованный кадр, чтоб припереть к стене.
   – Ишь, грозный!.. И как ты собираешься «припереть»?
   – Пригрозим рассказать про их делишки кому следует. А станут возбухать, захватим одну из сучек… даже обеих.
   Лазер облизнулся в предвкушении, будто эта часть плана его особенно грела.
   – Ага, – понимающе сказал я. – Обеих… Чтоб, значит, каждому по штуке. А по по не по?
   – Чё?
   – По портрету не получишь? – перевел я. – Эти парни, как ты их обрисовал, не походят на лохов. А если в отместку за тонкий ход тебе натянут глаза на задницу?
   – А мне плевать! – заявил Лазер. – Подумаешь!
   Ну да, «потом мне будет плохо – но это уж потом». Или он настолько меня зауважал? Такие шавки горазды лаять из-за чужих спин.
   – Ты что, очень озабочен? – спросил я. – Так купи пылесос.
   – Зачем? – удивился он.
   – За тем самым.
   – Шуточки у тебя!
   – Ну, я-то отмахаюсь, – повел я плечами. – А тебе не завидую. За такие шалости вполне могут кастрировать. И откроется тебе вокруг огромный мир!.. Давно ты был, скажем, в театре? Или музее?
   Почему-то Лазера это не обрадовало – он и слова такие едва помнил. А ведь недурное средство. Сразу успокоится, перестанет доказывать, какой крутой. А живут кастраты, говорят, дольше.
   Впрочем, Лазер уже нашел другое решение.
   – Поделился бы секретами, – снова закинул он удочку. – Ну хоть парочку? Тоже хочу быть сильным.
   Ишь, будто стихи цитирует. А продолжение знает?
   – Силу – тебе? – Я покачал головой. – Довольно и того, что ты мордуешь своих шлюжек.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Поделиться ссылкой на выделенное