Ирина Мазаева.

Ласты на каблуках

(страница 3 из 12)

скачать книгу бесплатно

И все было бы прекрасно, но однажды ты понимаешь, что дурацкие неудобные сапоги ты купила только потому, что они стоят ровно в два раза дороже, чем те, что она купила на прошлой неделе. «Неужели же я соперничаю с ней? – в ужасе думаешь ты, заламывая руки. – Я же уверена в себе и без этого?»

Впрочем, суть подруги-соперницы заключается не только в совместном шопинге. Она – спец по людским несчастьям. Если у тебя все плохо, она всегда рядом и всегда готова помочь. Она всегда радостно согласится с тобой, что «умных начальников не бывает» и «все мужики – сволочи». И тебе кажется, что никто так не понимает тебя, как она. Правда, если у тебя все хорошо – ты становишься для нее не интереснее пустой пивной банки.

Насмешки и подначивания подруги-соперницы – твой двигатель прогресса, она – твой неподкупный критик, твой контролер, который всегда с тобой. Благодаря ей ты всегда в тонусе: ведь каждый день рядом с ней походит на забег по пересеченной местности. Главное, чтобы тебе нравились высокие стройные блондины, а ей – маленькие плотные брюнеты, иначе...

А еще тебе может не повезти – рядом может оказаться подруга-фанатка. Она может быть фанаткой фитнеса, раздельного питания, сиамских кошек, общения в ЖЖ и даже – заядлой футбольной болельщицей. Прежде чем рассказать ей очередную историю о твоем новом увлечении (высоком стройном блондине), приходится два часа выслушивать про объект ее фанатизма. Иногда с ней и вовсе невозможно поговорить о мужчинах. Зато – ты не имеешь право пропустить занятие по фитнесу (съесть пирожное и запить его топленым молоком, обидеть кошку или не быть в курсе событий твоих ЖЖ-шных френдов).

У Лизочки в качестве подруги-фанатки была соседка с третьего этажа, впадавшая в экстаз при словах «кактусы и суккуленты». Лизочка любила цветы, и долгие спокойные рассказы соседки хорошо снимали стресс.

Думаете это все? Нет, все эти подруги могут иметь какую-нибудь особенную окраску. Например, быть истеричками, которые при этом ведут себя так, будто ты – их МММ. Такая подруга требует, чтобы ты ей звонила каждый день, она хочет быть в курсе всех твоих дел, она ревнует тебя к другим подругам и знакомым.

По отношению к тебе она пребывает в двух состояниях. Первое: она страстно любит, обожает и обожествляет тебя. Проявления такой любви сначала приятны тебе, затем тебе становится неловко. Второе: она устраивает дикую истерику, ненавидит и презирает тебя. При этом ты можешь узнать о себе много нового: она смело и бескомпромиссно скажет тебе правду в лицо... щедро сдобрив ее своими домыслами, имеющими мало общего с действительностью.

Была и у Лизочки такая подруга – Танька. Как отдельный вид. Она закатывала ей истерики, ревновала и выслеживала, звонила ночами и требовала, чтобы та бежала вынимать ее из петли. Лизочка же последовательно решала, что нужно прекратить с Танькой всякие отношения – сменить номер телефона, адрес, работу и вообще желательно выехать из страны. Но при этом именно с Танькой она предпочитала развлекаться.

И это были не скучные вечеринки с нужными людьми, как с Ленкой. Не унылые встречи с одноклассниками, как с Женькой. Не продвинутые клубы, как с Иркой. И не кружок садоводов-любителей. Это были театры, литературные вечера и вернисажи.

Элита общества ходит на премьеры спектаклей. Богема – на сдачу. Чтобы в день премьеры с утра уже кинуть пару едких замечаний: «Постановка приличная, но N что-то была немного вяловата в последнем акте...» Истеричная Танька была богемой, и у нее всегда были контрамарки в самые престижные театры. И Лизочка по утрам могла кидаться едкими фразами, сколько душе угодно. Благодаря чему на Фирме ее считали и утонченной, и артистичной, и богемной.

Лизочка любила Таньку. Та была Лизочкиным крестом в этой жизни и ее же праздником, который всегда с тобой.

Иными словами, Лизочкина жизнь была полна. Полна общением. Все ее подруги, само собой, были свободны. Свободны для вечеринок, шопинга и флирта. Каждая занимала в сердце нашей Лизочки определенный уголок и не претендовала на большее. Более того, все они терпимо относились друг к другу, и Лизочка могла позволить себе собирать их всех вместе у себя дома или где-нибудь в ресторане на свой собственный день рождения. Это – вместе с их подругами и знакомыми – и был «ее круг», где она чувствовала себя как рыба в воде или, как сейчас принято говорить, как анчоус в маслине.

Кому-то хотелось бы укорить Лизочку за слишком уж прагматичный подход к дружбе? А вот и зря. Ведь для этого придется углубиться в само понятие дружбы. Попытаться вычислить пропорции, в чем мы бываем с друзьями бескорыстно добры и сердечны, а где – помним и о своей выгоде. Подруги Лизочки были интересны как личности, она находила их приятными для общения и достаточно представительными для выхода в люди, а также сполна получала от них необходимую каждому человеку дозу внимания, одобрения и поддержки. А что они думали о самой Лизочке, ей как-то даже не приходило в голову спросить.

Почему об этом зашла речь, станет понятно позже. А пока вернемся к Лизочкиной кузине Динке, которая, как уже давно всем понятно, не вписывалась в Лизочкину жизнь ни с какой стороны, но тем не менее прочно в ней присутствовала. Есть такие люди – сами мы их не выбирали, но судьбе зачем-то было угодно навсегда прицепить их к нам, как баржу к пароходу. Впрочем, Динка была баржой необременительной.

Виделись они редко, раз месяц. И совершенно непонятно зачем. Чаще всего – встречались у бабушки на 7 ноября: бабушка была ярой коммунисткой, и по традиции внучкам раз в год приходилось петь с ней «Интернационал» и «Наш паровоз вперед летит».

Но иногда Динка появлялась в Лизочкиной жизни и просто так, вне бабушкиной воли летящего паровоза. Усаживалась в кресло хозяйки, намекала, что неплохо бы чего-нибудь съесть, и съедала все, что предлагалось. Говорила «спасибо» и безропотно выслушивала длинные Лизочкины поучения. Лизочка же считала, что от каждого человека должна быть какая-нибудь польза, поэтому располагала Динкиным временем, как считала нужным.

Динка, естественно, тоже была свободной. Правда, ей еще не было тридцати, но возраст сей уже был, как говорится, не за горами. Динка тоже жила одна, но квартиру она снимала. Работала то там, то здесь – где придется, и была довольна, но, с точки зрения Лизочки, ее жизнь не удалась, и в ее сознании Динка навсегда прописалась «бедной родственницей». Впрочем, Динка никогда ни о чем Лизочку не просила.

Глава 5
О новой стадии в Лизочкиной жизни

Неделя проскочила сама собой.

В понедельник с утра Лизочка, едва проснувшись, включила телефон и с радостью обнаружила приятную кучку пропущенных вызовов и эсэмэсок. Звонили все подружки по списку – и Ленка, и Женька, и Ирка, и Танька, и даже соседка Зиночка. И как они почувствовали, что отношения Лизочки и Борюсика перешли в новую стадию?!

Лизочка, стоя в домашнем халатике посередине своих апартаментов, даже ручки в бока уперла и ножкой от негодования притопнула. А потом счастливо рассмеялась. Ах, эта женская чуткость! «Помариную немного и признаюсь каждой в своем счастье, – подумала Лизочка. – Жалко, что ли?» Рассказывать о своих победах... А вы думали – это победа Борюсика? Конечно, Лизочки! Рассказывать о своих победах было приятно. Очень приятно.

Но самое главное, на дисплее телефона высветились непринятые звонки от Борюсика и его же множественные эсэмэски. Борюсик разливался медом в этих дивных маленьких сообщеньицах. «Душа моя», «мой маленький ушастик», «милая» и «дорогая» – как приятны Лизочке были эти обращения.

Едва она успела их прочитать, как телефон в ее руке призывно завибрировал и разразился мелодией из фильма «Секс в большом городе». На дисплее высветилось: «Борюсик».

– Да, милый... Все хорошо... – замурлыкала в трубку Лизочка, – все прекрасно... я тоже... и я тебя... и я с тобой... и я, конечно... Пока-пока, дорогой.

Что нужно женщине для счастья? Вот такой вот утренний звонок.

Лизочка шла утром в понедельник 25 июня 20... года на работу и вдруг поняла всем своим существом, что жизнь прекрасна. И не было ей никакого дела до того, будет ли обещанная распродажа в бутике на проспекте Мира или нет, позовут ли ее вечером на деловой ужин с французскими заказчиками, а также ровным счетом было наплевать на найденную вчера перед сном свеженькую растяжку на попе. Лизочка за одну секунду воспарила над землей и стала как-то сразу выше всех житейских мелочей. Лизочка взлетела, но не как «Боинг» или «МиГ», а, скорее, как яркий воздушный шарик из детства.

Лизочка взлетела... И парила так ровно двести пятьдесят три метра, что отделяли ее родной подъезд от входа в метро. В метро пришлось вернуться на грешную землю.

Лизочка стояла на эскалаторе и смотрела на людей. Люди ехали по своим делам и игнорировали Лизочку. Но Лизочка и не ждала их внимания. Более того, она сама, скользя по их лицам, мало что различала вокруг. Среди них не было Борюсика – зачем они все ей?

«Какая же я была дура! – вдруг с ужасом подумала Лизочка, сидя в вагоне. – Чего я распорхалась? Неужели я влюбилась?!»

«Этого быть не может, – сама себе под нос сказала она. – Главное во всех этих делах – не расслабляться».

Конечно, ведь было еще непонятно, понравится ли Борюсик Ленке, не отобьет ли его Ирка, прекратит ли с Лизочкой отношения, приревновав ее, Танька и т. п.

Но, выйдя из метро на свет божий, Лизочка снова воспарила. Ничего не могла с собой поделать – и парила так весь день, то бишь понедельник, 25 июня 20... года, ровно до 13.15. В 13.15 она встретилась в кафе на ланче с Ленкой.

– Вся в любви? – внимательно оглядев ее с ног до головы, констатировала Ленка и аккуратно наколола на вилку кусочек салата.

– Похоже, – осторожно согласилась Лизочка.

Поговорили о мировых новостях, о курсе доллара и новых тенденциях в развитии экономики страны.

– Не показывай ему своей любви. – Ленка непринужденно отодвинула от себя чашку с зеленым чаем. – Понимаешь, жизнь состоит из будней. Из понедельника, вторника, среды, четверга, пятницы, субботы и воскресенья. И великая любовь в эту схему не вписывается. Вот живете вы с ним: понедельник, вторник... А потом у тебя р-раз – и великая любовь. И ты из вторника уходишь в эту свою великую любовь. А он из вторника уходит в среду. Вот вы и разошлись.

Лизочка ни о каких советах Ленку не просила. Но Ленка никогда и не ждала просьб.

– Ну все, мне пора. – Ленка встала, наклонилась к Лизочке и, почти и не касаясь ее, традиционно расцеловалась с подругой. – Веди себя хорошо.

– Хорошо... – эхом откликнулась Лизочка.

Лизочка, можно сказать, была даже оскорблена. Она всю первую половину дня придумывала самые точные, самые ироничные выражения, в которых намеревалась поведать Ленке об их ночи. Поведать так, чтобы вроде бы и дать понять, но при этом не сказать ничего. И нате вам! Ленка ничего и не спросила. Еще и поучила уму-разуму напоследок. Как будто Лизочка этого и сама не знает!

Но, даже несмотря на Ленку, жизнь все равно осталась для Лизочки прекрасной. В иной какой день она бы часа три переживала по этому поводу, но сейчас ей хватило три минуты, чтобы понять, сколь ничтожен повод. Лизочка встала из-за стола и воспарила.


Вечером, после йоги в фитнес-клубе Лизочка отвела душу – позвонила Женьке. И медленно, со вкусом, с подробностями рассказала ей про субботнее рандеву. Даже, возможно, с некоторыми излишними подробностями. В конце концов, делиться своими тайнами или нет – личное дело каждого человека, но делиться чужими... Впрочем, как, наверное, думала Лизочка, чужие тайны бывают так тесно переплетены с нашими, что не грех немного и ошибиться.

Во вторник Лизочка воспарила, едва встав с постели. Потому что разбудил ее не будильник, а голос Борюсика по телефону: «Милая, с добрым утром!»

Воспарив, Лизочка так и порхала по квартире: ванная, кухня, прихожая... Одеваясь и красясь, Лизочка не могла оторвать взгляда от собственного лица в зеркале: такая она красивая! И кожа была ровная и гладкая, и укладка получалась локон к локону, и косметика ложилась легко и аккуратно. И ничего в этом не было необыкновенного: красота – это не приемы, это состояние души.

Впрочем, на работе Лизочка контролировала свои порывы. Старалась парить максимум на три сантиметра над полом, чтобы не так было заметно. Но дело опять же совсем не в сантиметрах, а все в той же душе.

На Фирме Лизочка работала с мужчинами. С мужчинами, мужчинками, взрослыми мальчиками, принцами, мужчинами чьей-то мечты, особями противоположного пола и просто самцами. И все это поголовье радостно среагировало на обновленную Лизочку и, как один, признало ее своим кумиром.

– Елизавета Николаевна, – поминутно звучало рядом, – а что вы думаете о стратегии ступенчатых премий – действительно ли она позволит раздвинуть временные рамки, в которых мы сможем снимать сливки с этого рынка?

Означало это примерно следующее:

– Лизочка, вы выглядите сногсшибательно, если так будет продолжаться и дальше, мне придется пуститься во все тяжкие: овладеть вами прямо на столе в конференц-зале.

На что Лизочка неизменно отвечала:

– Почитайте Мак Кизи.

Что все понимали как:

– Если у вас спермотоксикоз и при виде красивой женщины вас разрывает, как хомячка, то это – НЕ МОИ ПРОБЛЕМЫ.

Дело в том, что Лизочка к своим тридцати годам уже прекрасно умела отличать чужие проблемы от своих. Если ей хамили в магазине, она спокойно отвечала: «Если у вас плохое настроение, то я в этом не виновата. Подайте мне, пожалуйста, вон тот кусок мяса и будьте повежливее». И уходила из магазина с тем же прекрасным настроением, с каким попала в него.

Если в маршрутке ее не хотели везти, потому что не было сдачи с пятисотенной, которой она пыталась расплатиться, Лизочка напоминала о том, что «это – не ее проблемы», и сдача находилась. Если ее молодой человек вдруг увлекался другой девицей, она тут же решала, что «это – не ее молодой человек», а стало быть, и не ее проблемы. И уходила все с тем же прекрасным настроением, которое ей вообще было свойственно.

Впрочем, нельзя сказать, чтобы на работе она так уж прямо всех и отшивала. Конечно, нет. Отшивала она только поначалу, чтобы простимулировать. А дальше могла и улыбнуться в ответ, и поговорить. Но совсем немного, так, чтобы быть в тонусе, чтобы не забыть нечаянно, что она – женщина. Фирма как-то сама собой превратилась для нее в «рынок продавца», где спрос превышал предложение, а она, Лизочка, стала звездным товаром. Но...

Но Лизочка на работе была не женщиной. Она была работником. Безупречным работником. Работа была для Лизочки теми самыми «самолетами», которые – «первым делом». Лизочке казалось, что начальство – само ли, через кого-нибудь или как-то еще – наблюдает за своими сотрудниками и что флирт при этом не особенно-то поощряется, если не сказать определеннее. Поэтому Лизочка была стремительной, красивой и недосягаемой, умной и компетентной. Свой имидж она создавала кропотливо, читая глянцевые журналы и мудрые книжки, слушая и спрашивая советы, а также – угадывая и нащупывая интуитивно. Ей все меньше предлагалось «тарелок с кашей» – малоперспективных проектов и все больше – «жемчужин». Значит, ее стратегия и тактика были верны.

И потом, у нее был Борюсик. Лизочка была девочкой продвинутой во многих направлениях, кроме одного – отношения к изменам. Измену она не могла ни понять, ни простить. Лизочка искренне не понимала, зачем создавать отношения, чтобы каждый, так сказать, имел право сходить налево. Отношения, в ее восприятии, это было что-то прочное, устойчивое и нерушимое. Прекрасная железобетонная конструкция, в которой ее эстетические качества в какой-то степени даже принесены в жертву утилитарным.

С Борюсиком она мыслила именно такие отношения. Хотя почему мыслила? Лизочка их уже видела, уже ощущала всем своим существом, слышала каждый день в телефонной трубке. Для Лизочки Борюсик был этаким стопором: все, выбор сделан, можно расслабиться и получать бонусы. Отношения с Борюсиком были той прекрасной чертой, границей, по одну сторону которой были она и ее избранник, по другую – все остальные мужчины и женщины Лизочка решила не изменять Борюсику. Даже в мыслях.

О чем во вторник вечером в модной кафешке и поведала Ирке.

– И что, он прямо такой прекрасный? – все не верила та.

– Прекрасный! Дефицит. Такого на рынке и двигать не надо: выложи – с руками оторвут.

– Оторвала, значит?

– Что значит – оторвала? Не виноватая я, он сам пришел. А я что – не дефицит?

– Да, что-то ты сегодня похожа на дефицитный товар. – Ирке, глядя на цветущую и благоухающую Лизочку, пришлось сказать правду. – Но помни, что ты – товар со «шлейфом».

– Каким шлейфом? – не смогла сразу переключиться на рабочую терминологию Лизочка.

– Со шлейфом обслуживания, дополнительных гарантий, технических рекомендаций, кредита... Маркетолог хренов. Да не переживай, все бабы – товар со шлейфом. Заполучить мужика – это одно, а удержать – другое. Чтобы удержать...

– Ах, да что вы меня все жизни учить пытаетесь?! – взвыла, не выдержав Лизочка.


В среду Лизочка снова проснулась от звонка Борюсика. Снова – «доброе утро, милая», снова – «не знаю, как доживу до пятницы...» Снова, все еще не привыкнув к новому способу существования, воспарила Лизочка и полетела...

Маркетинговая философия фирмы реализуется в двух направлениях ее деятельности: стратегическом и оперативном маркетинге. Стратегический маркетинг включает в себя анализ нужд, проблем, потребностей и требований различных групп потребителей и покупателей, разработку на этой базе товарной концепции, отличной от конкурентов и позволяющей максимально обслуживать своих клиентов. Оперативный маркетинг, или часто используемый в литературе термин «маркетинг-микс», – это тактические средства, относящиеся к инструментам маркетинга, с краткосрочным периодом планирования, направленные на организацию сбыта, продаж и коммуникационной политики с целью информирования покупателей и демонстрации отличительных качеств товара.

У Лизочки была своя стратегия в отношениях с мужиками.

Во-первых, никогда не давать повода стопроцентно увериться, что он тебя уже завоевал.

Во-вторых, поддерживать в мужике уверенность, что это ему сказочно повезло с тобой, а не наоборот.

В-третьих, хвалить его за то, что он сделал что-то хорошее для тебя, и наказывать, когда он сделал что-то плохое.

Пожалуй, это были три неизменных кита Лизочкиной стратегии «привязки» мужика к себе. Поэтому, во-первых, периодически на звонки Борюсика она не отвечала, во-вторых, периодически она рассказывала ему о котировках своих акций на мужском рынке Фирмы, в-третьих, периодически хвалила и наказывала его. Определение же периодичности этих действий относилось как раз к оперативному маркетингу. «Как хорошо быть умной женщиной!» – думала Лизочка и крутилась на вертящемся кресле.


В четверг умной женщиной она быть устала. И после солярия с антицеллюлитным массажем заскочила к соседке Зинке.

– Лизочка, представляешь, все кругом знают, что кактусы поливать надо редко. Но никто не знает, что то же самое нужно делать с суккулентами! – Зинка победоносно посмотрела на Лизочку.

Лизочка посмотрела на Зинку безэмоционально: ей не хотелось думать – она пришла отдыхать.

– Известно более 200 видов суккулентных растений; они распространены в тропической и Южной Африке, Южной и Юго-Восточной Азии до Китая и Явы и в тропических районах Южной Америки. Вот, например, каланхоэ. – Соседка продемонстрировала Лизочке растение, похожее на мясистую капустку в меленьких желтеньких цветочках. – Растение из семейства толстянковых, родина его – Африка. Популярное неприхотливое комнатное растение. Каланхоэ перистое, или бриофиллюм, высотой до 1 метра, у нас называют «доктор», в Европе – деревом Гете. Великий немецкий поэт и философ наблюдал и изучал это растение, открыл многие его лечебные свойства.

Лизочка уселась на тахту и приготовилась прослушать длинную лекцию.

– Ты, наверное, видела каланхоэ живородящее: между зубчиками мясистых листьев появляются «детки» – маленькие растения с воздушными корнями, которые опадают и укореняются в почве? Но это – кустистое каланхоэ Блоссфельда. С прекрасными темно-зелеными прямостоячими листьями и цветками, которые могут быть белые, желтые, оранжевые, лиловые, розовые и красные... Оно цветет полгода – с апреля по октябрь!

– Да? – изумилась для приличия Лизочка.

– А знаешь, в чем секрет? Ведь у многих каланхоэ не цветет!

– В чем?

– Зимой это растение требует очень, очень редкого полива вплоть до полного его прекращения. Зимой каланхоэ нужен месяц полного покоя: без воды, без солнечного света. Тогда оно заложит почки и будет цвести все лето! Видишь? Каланхоэ... – и лекция продолжилась.

Зинка выносила на сцену то одно, то другое суккулентное растение и давала каждому полную характеристику. Ее монотонный голос успокаивал и убаюкивал Лизочку. От вида ухоженных аккуратных растений по телу у нее разливалась приятная истома. Лизочка сама не заметила, как задремала.

– Ты меня не слушаешь! – тут же ее разбудил обиженный вопль. – Тебе не интересно?!

– Что ты, я уже почти созрела купить себе какой-нибудь ссу... сук...

– Сук-ку-лент. Ладно, пойдем на кухню, я тебе кофе налью.

Выпили кофе.

– Вот все думают: купили себе красивое растение, огромные деньги выложили, поставили на подоконник – и все. Ну раз в неделю еще вспомнят и польют. А растение – оно живое. Ему уход нужен, забота, любовь. Да-да, что ты улыбаешься? Именно любовь. – Зинка грустно подперла голову. – Без любви ты его просто вынесешь на помойку через месяц.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Поделиться ссылкой на выделенное