Ирина Малкина-Пых.

Гендерная терапия

(страница 18 из 84)

скачать книгу бесплатно

– теории легитимизации поведенческих образцов (общественно закрепленная легитимность лидерства или доминирования мужчин и подчиненности женщин в социальной сфере проецируется на уровень семьи, что дает мужчинам право выбирать степень своего участия в домашнем хозяйстве; учитывая невысокую престижность, рутинность домашнего труда мужчины, реализуя упомянутое право выбора, минимизируют свое участие в таком труде) (Барсукова, Радаев, 2000).

Гендерные отношения в семье рассматриваются и с помощью параметра иерархичности позиций супругов как субъектов межличностных отношений. В этой системе муж и жена могут занимать равноправные либо неравноправные позиции. Равноправие – симметричная позиция, тут оба супруга имеют равные права и обязанности, никто не подчинен другому; возника11111ющие проблемы решаются путем согласия или компромисса, никто из супругов не доминирует, не подавляет и не подчиняет себе другого (Шнейдер, 2000).

Неравноправные позиции в системе супружеских отношений порождают ситуации, в которых один распоряжается, приказывает, другой подчиняется, ожидает совета или инструкции. При этом подчинение может быть как добровольным, так и вынужденным. Если у одного из супругов выражена ориентация на доминирование, а у другого – на подчинение, отношения будут комплиментарными, если же и для мужа, и для жены характерна одинаковая ориентация – неважно, на доминирование или зависимость, – то отношения будут некомплиментарными, что чревато конфликтностью и непродуктивностью действия. Позиция доминирования предполагает принятие социальной ответственности за того, кто подчиняется. Задача доминирующей личности в диаде – обеспечение безопасности, координация действий, определение перспектив и помощь в развитии партнера.

Показателями позиции в системе гендерных отношений могут служить сведения о главенстве мужа либо жены в семье. В специальной литературе долгое время употребляли термин «глава семьи». Это институциональная характеристика обозначала лицо, которому беспрекословно подчинялись другие члены семьи (в патриархальной семье, как правило, такой статус был у мужа или у кого-либо из представителей старшего поколения) (Гурко, Босс, 1995). Статус главы семьи предполагает, прежде всего, первенство в распределении ресурсов и принятии решений, касающихся жизнедеятельности семьи. Доминирующую позицию занимает тот член семьи, кто распоряжается ее ресурсами и чаще принимает решения, значимые для функционирования семьи и всех ее членов.

Проведенные исследования (Гурко, Босс, 1995) показали, что практически во всех сферах семейной жизни жена чаще, чем муж, принимает решения, хотя есть немало семей, где это делают оба супруга. В тех семьях, где нет практики совместного решения проблем, в основном жены, а не мужья распоряжаются деньгами, организуют досуг семьи, решают хозяйственные вопросы, определяют, как надо воспитывать ребенка, и имеют решающее слово при обсуждении большинства других вопросов, важных для организации семейной жизни.

Существует несколько вариантов объяснения ведущей роли женщин в семье:

– концепция компенсаторного поведения.

Доминантная позиция женщин в сфере семейного взаимодействия является компенсацией их низкого сравнительно с мужчинами статуса в сфере социальной жизни. Доминирование женщин в семейных отношениях может осуществляться как явно, так и неявно (скрыто, завуалированно), при помощи манипуляции;

– концепция социальных ожиданий. Распространенные в обществе представления о нормативном, социально приемлемом гендерном поведении побуждают женщин брать на себя ответственность в сфере семейных отношений, а мужчин – в сфере внесемейного взаимодействия. Наличие ответственности стимулирует развитие и проявление у женщин лидерских качеств, что, в свою очередь, выражается в позиции доминирования (Барсукова, Радаев, 2000);

– концепция идентификации. Женщины не желают отказываться от контроля в сфере домашних дел в связи с тем, что преимущественно идентифицируют себя с этой областью жизни (Берн, 2001). Эта концепция базируется на разработанном Джин Миллер подходе к психологии женщины, центрированном на отношениях (Miller, 1976). Такой подход подчеркивает роль отношений и общения со значимыми людьми для жизни женщины. Центрированный на отношениях подход включает в себя следующие положения: 1) личностное развитие женщины происходит именно в отношениях; 2) общение с людьми определяет психологическое состояние женщин; 3) женщины ориентированы на заботу о других людях, ответственность за них; 4) для женщин особенно важна эмоциональная близость с людьми, которая определяет роль женщины на работе и в семье (Фрейджер, Фейдимен, 2001).

Сложившиеся в семьях роли, тип распределения домашних обязанностей, принятия решений и другие аспекты взаимодействия мужей и жен определяют устойчивые модели гендерных отношений в семье. В системе межличностного взаимодействия супругов гендерные отношения выражаются в следующих двух основных моделях: партнерской и доминантно-зависимой.

Первая модель, партнерские отношения, есть отношения двух равноправных субъектов, личностная ценность и значимость которых не подвергается сомнению. Супруги имеют свои индивидуальные цели, но каждый принимает во внимание цели и интересы другого. Отношения между супругами строятся на равных, нет стремления подавить и подчинить себе партнера, выражена готовность к взаимным уступкам. Общение отличается уважением и корректностью, умением поставить себя на место партнера, понять его, вникнуть в его проблемы и ситуацию, причем это свойственно обоим супругам.

Партнерская модель отношений в семье характеризуется следующими особенностями:

? сотрудничество при использовании власти;

? руководство, базирующееся на авторитете;

? взаимозаменяемость ролей в семье;

? гибкое распределение семейных обязанностей и видов деятельности;

? конструктивный способ разрешения конфликтов;

? неудачи и ошибки не скрываются, обсуждаются без упреков, прощаются, забываются;

? уважение к личным делам, интимным сторонам жизни, без посягательства на индивидуальную сферу жизни партнера без его разрешения;

? восприятие семьи как безопасного убежища, где приобретается уверенность в себе, исчезают сомнения, тревожность, улучшается настроение;

? открытость семейной жизни для социума;

? расширение автономии ребенка, признание его права участвовать в принятии коллективных решений и выражать свое мнение.

Противоположная модель отношений, доминантно-зависимая модель, не предполагает равноправия. В этом случае один из супругов побуждает другого подчиниться себе и принять цели, не согласующиеся с устремлениями и намерениями партнера. Доминантная позиция включает в себя такие проявления в поведении, как уверенность в себе, независимость, властность, демонстрация собственной значимости, умение настоять на своем. В общении доминирующий супруг, как правило, использует инструментальный стиль вербальной коммуникации, часто игнорирует точку зрения собеседника, настаивает на своем мнении и варианте решения проблемы.

Доминантно-зависимая модель отношений в семье характеризуется следующими особенностями:

? неравномерное распределение власти, злоупотребление властью;

? руководство, основанное на силе;

? ригидность и жесткость семейных ролей;

? полотипизированные семейные обязанности, сегрегация интересов членов семьи;

? деструктивный способ разрешения конфликтов;

? неудачи и ошибки скрываются, осуждаются, подвергаются обструкции, часто вспоминаются;

? отсутствие уважения к личным делам, интимным сторонам жизни, тотальная подконтрольность поведения;

? ощущение незащищенности, одиночества, вины, тревожности, депрессии;

? закрытость семейной жизни, отгороженность от социума;

? воспитание детей в условиях гиперконтроля, подчиненности.

В партнерской модели гендерных отношений позиции мужа и жены равны. В системе доминантно-зависимых гендерных отношений доминирующую позицию может занимать и муж, и жена.

На внутриличностном уровне объектом анализа становится отношение личности как субъекта определенного пола к себе, а гендерная идентичность (см. раздел 1.7.3.1), составляющая социальной идентичности, тут выступает как детерминанта. Внутриличностный уровень анализа гендерных отношений включает такие феномены, как внутренний гендерный конфликт и кризис гендерной идентичности (см. раздел 1.7.3.1) (Алешина, Лекторская, 1989; Гаврилица, 1998; Кон, 2002; Здравомыслова, Темкина 2002; Луковицкая, 2002; Турецкая, 1998).

1.7.5. Гендерные конфликты

В основе гендерного конфликта лежит противоречивое восприятие гендерных ценностей, отношений, ролей, приводящее к столкновению интересов и целей. Гендерный конфликт вызван противоречием между нормативными представлениями о чертах личности и особенностях поведения мужчин и женщин и невозможностью или нежеланием личности соответствовать этим представлениям-требованиям. Любой гендерный конфликт базируется на явлениях полоролевой дифференциации и иерархичности статусов мужчин и женщин в обществе.

В соответствии с уровнями анализа гендерных отношений можно рассматривать три больших группы гендерных конфликтов, которые вызваны рассогласованием традиционного полоролевого поведения и потребностями личности в изменении содержания предписанных гендерных ролей (Клецина, 2004).

На макроуровне гендерный конфликт представляет собой конфликт социальный. В основе социального конфликта лежит борьба между социальными группами за реализацию собственных целей. В упрощенном виде гендерный конфликт этого уровня можно рассмотреть как конфликт интересов, скажем, борьбу женщин как социальной группы за более высокий статус в обществе. Во всех современных обществах женщины по сравнению с мужчинами обладают более низким статусом, следовательно, они имеют меньше власти и меньше доступа к принятию решений, важных для общественного развития (Гидденс, 1999).

На уровне межличностных отношений гендерные конфликты наиболее распространены в семейной и профессиональной сферах. Исследователи, занимающиеся изучением семейных отношений, как правило, учитывают такой значимый показатель семейной жизни, как характер распределения ролей между мужем и женой. Так, в работе Ю.Е. Алешиной и И.Ю. Борисова полоролевая дифференциация рассматривается как комплексный показатель, учитывающий не только реальное распределение ролей в семье, но и отношение к нему супругов (Алешина, Борисов, 1989). Гендерные конфликты в основном вызваны потребностью в пересмотре традиционных женских и мужских ролей. Мужчины чаще склонны к традиционному типу семейных отношений в быту (жена выполняет больший объем домашних работ, а если муж ей и помогает, то только выполняя традиционно «мужские дела»). Женщины чаще предпочитают эгалитарный тип распределения ролей в семье, при котором семейные обязанности делятся поровну между мужем и женой либо распределяются в зависимости от сложившейся ситуации: основную часть домашних дел берет на себя тот член семьи, у кого больше свободного времени.

Гендерный стереотип закрепления социальных ролей за определенным полом влияет на возникновение гендерных конфликтов и на индивидуальном уровне. Эти ролевые конфликты называют внутриличностными, они представляют собой внутреннее состояние человека, раздираемого противоречивыми представлениями, мотивами, моделями поведения. Внутренние конфликты представляют собой противоречия, возникающие между несовместимыми (или, по меньшей мере, трудно совместимыми) интересами, потребностями, представлениями, ролями. В зависимости от того, какие именно аспекты личности затрагиваются противоречиями, различают конфликты в мотивационной, когнитивной или деятельной сферах.

Существует классификация внутренних (внутриличностных) конфликтов на основе аспектов ценностно-мотивационной сферы личности. Внутренний мир человека включает мотивы («хочу», потребности, интересы, желания), ценности («надо», «я должен») и самооценку («могу», «я есть»). Исходя из такого понимания внутреннего мира человека, исследователи выделяют следующие внутренние конфликты (Анцупов, Шипилов, 1999):

– мотивационный конфликт – столкновение мотивов, бессознательных стремлений (З. Фрейд, К. Хорни, К. Левин); конфликт между «хочу» и «хочу»;

– нравственный конфликт – столкновение долга и желания, моральных принципов и личной привязанности, желаний и внешних требований, долга и сомнения в необходимости ему следовать (В. Франкл); конфликт между «хочу» и «надо»;.

– конфликт нереализованного желания или комплекса неполноценности – конфликт между желаниями и действительностью, которая блокирует их удовлетворение, или недостаточными физическими возможностями (часто это конфликт между желанием быть таким, как они – референтная группа, и невозможностью его осуществления) (А. Адлер); конфликт между «хочу» и «могу»;

– ролевой конфликт можно подразделить на два типа: внутриролевой конфликт (различное понимание себя и своей роли: Я и роль) и межролевой (невозможность соединять несколько ролей). Интенсивность ролевого конфликта определяют степень несовместимости различных ожиданий; уровень жесткости соответствующих требований; личностные характеристики субъекта, его отношение к ролевым ожиданиям; конфликт между «надо» и «надо»;

– адаптационный конфликт – нарушение равновесия между человеком и окружающей средой, в частности нарушение процесса социальной или профессиональной адаптации; конфликт между «надо» и «могу».


– конфликт неадекватной самооценки – расхождение между самооценкой, притязаниями и реальными возможностями (варианты: низкая или высокая самооценка и низкий или высокий уровень притязаний); конфликт между «могу» и «могу»;.

– невротический конфликт – длительно сохраняющийся конфликт любого из описанных выше типов или их совокупности.

В рамках гендерной психологии рассматриваются все указанные выше конфликты, однако лучше всего изучены гендерные ролевые конфликты. В самом общем виде ролевой конфликт – это «любое из нескольких возможных относительно продолжительных несоответствий между элементами ролей, проявляемых людьми в социальной ситуации, которые приводят к индивидуальным проблемам для одного или большего числа людей» (Biddl et al., 1960). Это достаточно широкое определение, охватывающее большой круг противоречий в рамках ролевого поведения.

Обобщая данные исследований (Лейтц, 1994; Biddl et al., 1960; Gross et al., 1957; Kahn et al., 1964; Stryker, Macke, 1978), в которых изучалась структура ролевого взаимодействия и типы ролевых конфликтов (в разных источниках их насчитывается от 4 до 16 типов), можно сделать вывод, что конфликты возникают из противоречий между тремя группами факторов: а) организационными (ролевые предписания, или социально заданные ролевые позиции); б) межличностными (стиль взаимодействия, взаимные ролевые ожидания); в) личностными (мотивы, ценности, опасения, Я-концепция).

В целом все ролевые конфликты можно разделить на две большие группы: 1) внешние, или межличностные (зависящие от объективных характеристик – реальных ролевых ожиданий, ролевого поведения, ролевых норм и т.п.); 2) внутренние, или внутриличностные (зависящие от компонентов когнитивной структуры индивида, например от его представления о ролевых ожиданиях). В некоторых источниках рассматриваются понятия объективного и субъективного ролевого конфликта (Горностай, 1999).

Традиционно различаются два основных вида ролевых конфликтов внутриличностного уровня. Это, во-первых, межролевые конфликты, когда разные ролевые позиции личности (и соответствующие формы ролевого поведения) несовместимы, что становится серьезной психологической проблемой.

Например, типичным, широко распространенным межролевым конфликтом является противоречие между профессиональной и семейной (жены, матери) ролями женщины. Само это противоречие в известном смысле неизбежно («чем больше уделяешь внимания работе, тем больше страдает семья», и наоборот) и обычно заставляет искать компромиссный вариант решения, однако оно может превратиться и в острый конфликт с жесткой необходимостью выбирать одну из двух альтернатив.

Выделяют типичные факторы, которые определяют силу конфликтов данного типа:

– степень несовместимости противоречивых ролевых ожиданий;

– жесткость, с которой предъявляются соответствующие требования;

– личностные характеристики субъекта, его отношение к ролевым ожиданиям.

Второй вариант ролевых конфликтов – это внутриролевые конфликты, то есть противоречия между требованиями роли и возможностями субъекта, когда тот не в состоянии соответствовать требованиям (например, быстро, без колебаний принимать решения) или не желает им соответствовать, что ставит перед ним проблему выбора (играть роль и изменить себе или отказаться от роли, а возможно, найти компромиссный способ снятия или ослабления этого противоречия).

Внешние и внутренние конфликты могут переходить один в другой. Поддаваясь групповому давлению и изменяя свое ролевое поведение на социально желательное, человек «загоняет» конфликт вовнутрь. Наоборот, если он начинает строить свое поведение в соответствии с собственной Я-концепцией и по внутреннему побуждению «сбрасывает» с себя неугодную роль, внутренний конфликт переходит во внешний.

Проблема ролевых конфликтов при более глубоком анализе выходит за рамки ролевого поведения и межличностных отношений. Ролевые конфликты теснейшим образом связаны с ролевым развитием личности, которое является важнейшей составляющей социализации личности на протяжении практически всего жизненного цикла. Противоречия ролевого развития могут проявляться в форме жизненных кризисов разной степени остроты и тяжести.

Изучение жизненных кризисов в рамках ролевых теорий позволяет ввести понятие жизненной роли. В отличие от большинства социальных ролей, жизненная роль тесно связана с бытием человека, с глубинной структурой личности, по сути, это одна из форм бытия. Примерами жизненных ролей могут быть роли отца, матери, дочери, сына, а также половые роли, которые онтологически связаны с основами личности.

Противоречия жизненных ролей могут порождать ролевые конфликты. Например, такое противоречие половой роли, как транссексуализм, можно рассматривать как ролевой конфликт между социально заданной моделью роли, определяемой биологическим полом, ролевыми ожиданиями со стороны социума, и полоролевым самосознанием – Я-концепцией человека.

Жизненный кризис всегда сопровождается сменой жизненных ролей, разрушением старых ролей и появлением новых. Эта смена далеко не всегда безболезненна, противоречия, невозможность избавиться от старой роли или трудности принятия новой часто утяжеляют процесс кризиса.

Выделяют несколько самых распространенных типов ситуаций, в которых появляется ролевой конфликт или другие формы ролевого стресса (Горностай, 1998).

I. Несовместимость различных ролей. Эти ситуации возникают тогда, когда различные роли (или компоненты ролевого кластера) не могут функционировать одновременно или когда одна роль существенно затрудняет исполнение другой. Примером тут могут служить противоречия между семейными и профессиональными ролями.

II. Противоречия между ролевыми ожиданиями разных людей. Это противоречивые или взаимоисключающие требования со стороны разных людей из значимого окружения личности. Пример: роль молодой жены муж видит иначе, чем свекровь.

III. Противоречия между ролью, которую необходимо выполнять, и ролевой Я-концепцией личности. Эти ситуации возникают, когда исполняемая (или та, которую предстоит исполнить) роль не соответствует представлениям человека о роли, а также о себе как субъекте роли. Примеры: неверно (вопреки призванию) избранный жизненный путь; отсутствие единомышленников, которые принимают человека и его роли такими, какими он их видит сам.

IV. Противоречия между ролевым поведением и ролевыми ожиданиями. Тут возможны ситуации односторонних и двусторонних противоречий (случаи дивергентных ролей, или полная ролевая несовместимость). Пример: поведение жены не совпадает с идеальными представлениями мужа о роли жены.

Три первых типа объединяет то, что их решение можно свести к проблеме личного выбора. В первом случае – это выбор между противоречивыми ролями. Во втором – между значимыми людьми. В третьем – между собой и группой или сложившимися социальными обстоятельствами. Необходимость выбора – очень серьезная экзистенциальная задача, от эффективности решения которой зависит или личностный рост или течение жизненного кризиса.

Проблема внутреннего или внешнего локуса ролевого конфликта характерна для третьего и четвертого типа описанных ситуаций. Она выражается в выборе между внутренними ценностями человека и ценностями других людей. Выбор между «Я» и «не-Я» – это самая общая стратегия поведения в ролевом конфликте. Однако решение о том, выносить ли его в сферу межличностных отношений или загонять вовнутрь, не дается легко и безболезненно. Оно зависит от таких существенных характеристик личности, как Я-концепция и система личностных смыслов.

Таким образом, гендерный конфликт как разновидность ролевого конфликта вызван противоречием между нормативными представлениями о характеристиках и особенностях поведения мужчин и женщин и невозможностью или нежеланием личности или группы людей соответствовать этим представлениям-требованиям.

Тема ролевых, в том числе и ролевых гендерных, конфликтов в отечественной социологической и особенно психологической литературе освещена недостаточно. Почти не существует диагностических методик исследования параметров ролевого конфликта и основных его видов. Созданы лишь несколько опросников для изучения ролевого поведения в семье, которые можно использовать и для косвенной диагностики семейно-ролевых конфликтов, например: «Распределение ролей в семье» (Алешина и др., 1987), «Ролевые ожидания и притязания в браке», разрабатываемая С. И. Ериной «Шкала ролевого конфликта» и «Шкала локуса ролевого конфликта» (Горностай, 2004).

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно


Поделиться ссылкой на выделенное