Илья Новак.

Планета под контролем

(страница 3 из 29)

скачать книгу бесплатно

– …Карантин… – донеслось до гидроника, и он вернулся к происходящему.

Хан Виши, будучи официальным декларантом на «Плюмаже», привычно использовал суконный язык дипломатических протоколов Хелицеров, главенствующего домена Властительной Халге.

– Во времена, когда властные ханы повелевали здесь мобильными отрядами, ни о какой эмигрантской барже, подвергшейся заражению креаторами, не могло быть и речи… – говорил халганин. – Даже если бы подобное произошло, такой объект мы бы немедленно уничтожили…

– На сохранности баржи настаивает уполномоченный Клубка, – указал Болий Капп. – Он вскоре прибудет сюда.

– Вы позволяете змееракам руководить вами! – обвинил Виши. Его лицо, покрытое толстым слоем светоотталкивающего лака, с подведенными синей тушью глазами, напоминало маску. Руки от плеч до запястий прятались в широких узорчатых рукавах светло-желтого церемониального халата, а ниже запястий их скрывали тонкие, но очень прочные полимерные перчатки. Короткие толстые пальцы нервно перебирали крупные четки. Все это – и халат, и узоры на халате, и четки, и лак на ланолиновой основе – было частью церемоний и ритуалов, из которых состояла жизнь властных ханов Халге, управляемая церемониалами доменов.

– Это я попросил доставить сюда пиччули. Хотел увидеть последнего приживалу Оси, – откликнулся гидроник. – А заодно, раз уж к лекарям попала проба креаторов, изучить бактерии и…

– Пиччули! – перебил халганский декларант. – Еще и потерявший имя! Какая теперь от него может быть польза? Последний представитель паразитической расы, прославившейся тем, что именно из нее вышли все отбросы Оси! Разве могло во времена главенства на Глифе Властительной Халге произойти такое – чтобы презренный приживала, убийца, вор и насильник опустился на поверхность планеты? Что будет, если он достигнет Парника? – Рука с четками поднялась, рукав сполз, обнажая запястье, точки от уколов нейростимуляторов и полоску фатального браслета. Своей нежно-розовой плотью тот напоминал свернувшееся в кольцо живое, но вряд ли разумное существо. Утопленный в фат-браслет световой датчик, похожий на бессмысленный равнодушный глаз, еле заметно мерцал.

– Что будет, если приживала достигнет Парника? – продолжал Виши, потрясая четками. – Эта извращенная, злобная личность, набравшаяся дурных наклонностей от своих предыдущих доминант? Смертельно опасная для невинных половинок, как она повлияет на них?!

– Оно, – поправил гидроник. – В этой фазе пол приживал еще не определен. И если оно их растормошит… Как я понимаю, память пиччули полностью стерта. Возможно, именно в этих обстоятельствах эксперимент Клубка и станет успешным? В окружении «невинных половинок» приживала может переродиться как личность, найдя себе подходящую доминанту. Что у вас? – Болий Капп повернулся в сторону подошедшего к ним землянина, из подразделения мониторов-связистов, которые с недавних пор постоянно дежурили на «Плюмаже».

– Не переродится, – сказал тот.

– Что?.. – властный хан с презрением воззрился на сорвиголову.

Посмотрел и гидроник, хотя во взгляде его прозрачно-зеленых глаз презрения не было – всего лишь вежливое внимание.

– Не переродится, – повторил космополовец сухо.

Он с виду был совсем молод, но смотрел на халганина и гидроника безо всякого уважения, с холодным безразличием. – Ему не дадут. Жажду Утоляющий, только что пришло сообщение от патрульной фаланги. Они атаковали неизвестный «спрут», который состыковался со стратостатом, принадлежащим, по некоторым данным, пиратам-глифанам. «Спрут» взорван, стратостат тоже, но от него успела отделиться модульная кабина. Капитан Заан в одиночку преследовал ее на «мурене», сенсоры остальных засекли взрыв и пиковую резонансную волну в облачном слое. Потом смогли отследить два объекта, которые летели в район Парника. Один – судя по изотропной метке, это была «мурена» – взорвался. Хотя Заан катапультировался. Другой объект, видимо кабина-модуль, также опустился… В районе Парника.

Шелест заставил гидроника обернуться. Властный хан домена Хелицеров стремительно удалялся по коридору, полы его халата развевались.

– И еще, – добавил монитор, – в сопровождении трех «акул» прибыл уполномоченный Клубка лекарей. Он ждет вас.


Когда емкость вплыла в занимаемую Болием Каппом жилую секцию, уполномоченный Клубка лекарей уже поджидал там, неподвижно возвышаясь возле стены. Одежду змеерак не носил, только широкий многофункциональный ремень.

Ротовые жвала рака разошлись, снаружи показалась лоснящаяся плоская голова. Змеи привыкли жить в разряженной атмосфере, которую обеспечивала физиология их симбиотов, и предпочитали без крайней необходимости не покидать ее. Говорить – в пангалактическом понимании – они не могли, так что симбиот, показавшись гидронику и отдав таким образом дань вежливости, скрылся.

Жвала рака сомкнулись, он чуть качнул изогнутой хитиновой конечностью и вновь замер. Повинуясь ментальному сигналу, гигантское ракообразное зашипело, забулькало, и прикрепленный к ремню ретранслятор произнес:

– Это во многом все еще территория халган, и Клубок предпочитает использовать здесь узаконенную терминологию. Правом Клубка присутствующая пара задекларирована на орбите Глифа. Присутствующая пара является… декларантом Клубка лекарей… это правильно сформулировано, личность-гидроник?

– То есть присутствующая пара-декларант имеет право выступать от имени лекарей. Кажется, именно такими прерогативами обладает декларант, как это понимают халгане, – уточнил Болий Капп.

В прямом общении со змеераками всегда присутствовала некая условность. Местоимений они почти не употребляли, а имена собственные – редко и только с определенными дополнениями. Кроме того, они не воспринимали себя как отдельных личностей, лишь в паре со своим раком – хотя те являлись замкнутыми малоразумными особями, – и резко отрицательно относились ко всяким попыткам обращаться к ним как к самостоятельным, «единичным» персонам. К этой их особенности все относились снисходительно, потому что змеи были лучшими в Оси, не имеющими соперников докторами. Их не хватало, и примерно два десятка лет назад Клубок решил включать в свои ряды тех гуманоидов, которые получили соответствующее образование, прошли медицинскую практику у симбиотов и дали Клятву. Произнесение определенного набора звуков и сложное упражнение, чем-то напоминающее движения из старинной земной школы хатха-йоги, означало, что гуманоид становится полноправным членом Клубка. Хотя некоторых из «новобранцев» Клятва ввергала в продолжительное коматозное состояние, чаще всего заканчивающееся смертью. Змеераки объясняли, что такие претенденты оказались нечистыпомыслами – по мнению же других федератов, клятва являлась психосоматическим тестом, процедурой, отсеивающей скрытых шпионов Конклава Света, корыстных или просто не лояльных к Клубку.

– Две одиночные личности были включены в Клубок, – заявил голос из ретранслятора. – Они сопровождали пиччули… стертую не-личность… на «Плюмаж» к присутствующей личности-гидронику. Произошла утечка креаторов глетт-класса. Личность-мальт и личность-круля вернулись в пенаты Клубка. Где не-личность пиччули?

– Приживалу не нашли, – сказал гидроник.

В разговоре наступила пауза. Рак застыл как изваяние. Что делал змей с непроизносимым именем внутри своей «легочной пазухи» – пространства между двумя мембранами, где обычно располагались симбиоты, – оставалось неизвестным.

– Возможно ли это? – наконец произнес ретранслятор.

Болий Капп качнул из стороны в сторону плоским хвостом, вдумываясь в скрытый смысл сказанного змеераком.


На Гидронике имелось кое-что ценное. В ее огромных, достигающих невероятной глубины океанах под чудовищным давлением жили диковинные моллюски с хрупкими, изящными раковинами. Не было точно известно, разумны ли они. Моллюски мигрировали, неизвестным способом передвигаясь по дну океанов, обменивались сигналами, а иногда из своих раковин создавали что-то вроде конусовидных городов со сложной архитектурой. И еще они производили светящиеся жемчужины, обладавшие в Оси фантастической ценностью. Лишенный жемчужины моллюск быстро погибал, ну а гидроники заботились о своей гидросфере и добывали жемчуг лишь из тех моллюсков, которых прибой выбрасывал на атоллы, – все равно они должны были сгнить.

Незаконная добыча светящегося жемчуга считалась занятием прибыльным, но смертельно опасным. И не потому, что на орбите имелась сильная техническая оборона, – оборона как раз была слабой. Но гидроникам удавалось отлавливать мародеров еще в атмосфере… Потому что они слушали свою атмосферу.

Их способность оставалась загадкой для всех других рас, но не для симбиотов. Змеераки и гидроники считались двумя самыми старыми и мудрыми расами пангалактики – поэтому симбиоты знали этот секрет.

И, так же как и гидроники, они обладали способностью к ментальной диффузии. Основная причина, по которой Болий Капп поселился на «Плюмаже», заключалась в том, что он лучше всех – орбитальной защиты, фаланги космопола под командованием Заана Ушастого и любой автоматики – контролировал поверхность и атмосферу Глифа.

– Присутствующая личность-гидроник не слышит пиччули, – сказал Болий Капп. – Присутствующей паре должно быть ясно…

– Поправка! – донеслось из ретранслятора. – Необходимое обращение: «присутствующая пара-декларант». Точный смысл всегда крайне важен. Присутствующая личность-гидроник принимает определение «пара-декларант»?

– Конечно, – согласился гидроник.

– Присутствующая пара-декларант просит продолжать коммуницировать.

– Так вот, сознания… – он замялся, пытаясь адаптировать свою речь под восприятие змеерака. – То есть личности гуманоидов не всегда определимы. Более развитые личности, к примеру, космополовцев – более заметны. Геноцид халган привел к тому, что личности глифанов развиты хуже, и присутствующая личность-гидроник различает их слабее. Личности кренчиков – совсем просты. Присутствующая личность-гидроник почти не различает их. А стертая не-личность приживалы расплывается на общем фоне планеты, который крайне высок из-за биологического излучения клубней. Его просто невозможно распознать. Только если он покинет фазу одиночного эго, сознание стертой не-личности обретет форму. Две «пираньи» находятся в боевой готовности. Если до того, как пиччули попадет в район Парника, ему дадут имя, я немедленно обнаружу его и сообщу примерные координаты месторасположения приживалы. Его подберут и доставят к паре-декларанту. Но если это случится в Парнике, будет поздно. Впрочем, возникает сомнение, что стертая не-личность приживалы сможет преодолеть репрессивное поле…

Вновь наступила пауза. Круглые серебристые глаза рака, похожие на два стальных шарика, бездумно пялились перед собой.

– Объяснение принимается, – сказал голос из ретранслятора. – Возвращение стертой не-личности не является принципиальным. Но стертая не-личность действительно сейчас на Глифе?

«Для него неважно возвращение приживалы?» – с некоторым удивлением подумал гидроник. Вслух он сказал:

– Скорее всего, стертая не-личность сейчас уже на планете. Но всех личностей, присутствующих на «Плюмаже», больше волнует проблема креаторов и возможной эпидемии.

Они помолчали.

– Клубок лекарей возлагает на себя ответственность за начавшийся кризис, – поведал ретранслятор. – Присутствующая пара-декларант переместилась в эту точку, чтобы Правом Клубка решить проблему креаторов. Три «акулы» уже окружили баржу. Личности-гидронику предлагается повелеть, чтобы блокаду космопола сняли. На одной из «акул» Клубка установлена вирусная катапульта. Искусственные вирусы созданы по нашей последней нанотехнологии, с большой вероятностью они уничтожат штамм. После этого еще трое суток «акулы» Клубка будут поддерживать карантин. Бактерии с минимальной долей вероятности могут выжить. Потом, когда будет установлено, что креаторы погибли, свободный доступ на баржу восстановится. Однако Клубок полагает, что объект, определяемый словоформой «Альта», теперь не имеет ценности?

– Лишь историческую, – подтвердил гидроник. – На ней когда-то глифаны пытались спасти своих детей от ищеек халган, вывезти их с планеты. Скорее всего, это и так был ее последний рейс…

– В таком случае, хотя Клубок и не использует здесь свое Право, он рекомендует направить баржу на ближайшую звезду. Пара-декларант останется на «Плюмаже» в ожидании дальнейших событий. Личность-гидроник и пара-декларант еще встретятся в роли обоюдных коммуникантов…

Закончив беседу этим не то вопросом, не то утверждением, симбиот развернулся и покинул помещение. Некоторое время после его ухода гидроник размышлял, что в том варианте панречи, который использовали змеераки, произошло как минимум одно изменение. Раньше они не употребляли словоформу «Клубок лекарей». Вместо этого звучало обычно что-то несуразное вроде «коммуникативная общность пар, объединенных процессом по накоплению познания и облегчению существования одиночных личностей» или нечто похожее. Клубок по мере своих сил пытался подстроиться под окружающий мир. «Все дело в том, – думал Болий Капп, – что на своей планете змеераки обитают в огромных живых городах. Рак, который только что удалился, является чем-то вроде малогабаритного органического модуля, мини-подобием настоящего Города, специально выращенным почками одного из них. Клубок – семья змей, живущая во внутренностях исполинского Города, – пребывает в таком тесном взаимодействии, что вообще не использует ни одну из известных в пангалактике коммуникативных систем».

От этих мыслей Болия Каппа отвлек сигнал, донесшийся с консоли на стене его секции. Гидроник дистанционно включил экран связи и увидел лицо землянина, того самого молодого космополовца-монитора, который чуть раньше сообщил о прибытии симбиота.

– Знаю, – сказал Болий Капп, не давая монитору открыть рот. – «Акулы» Клубка заняли позиции вокруг баржи.

– И они что-то готовят, – добавил монитор.

– Снимайте свою блокаду и уходите оттуда, – велел гидроник.

– Жажду Утоляющий, вы представитель Миссии Объединения на орбите Глифа, но у нас своя субординация, мы подчиняемся напрямую…

Болий Капп перебил:

– Это не приказ. Это совет. Лекари собираются забросить на баржу свои вирусы-агрессоры. И они никого не станут дожидаться. Снимайте блокаду и возвращайтесь на платформу, если не хотите, чтобы молекулярные машины змеераков поселились в ваших телах. Свяжитесь с командором Дакваном и передайте, что я посоветовал сделать это. В конце концов, пусть он сам свяжется со мной…


Пока в жилом отсеке Болий Капп вел переговоры с симбиотом-лекарем, хан Виши сел в вагон магнитной дороги. По пути, тянувшемуся вдоль окружности Шлема, он достиг той части базового корпуса, от которой расходились Перья – три коридора-стержня, ведущие к наружным взлетно-посадочным площадкам. До того как Властительная Халге потеряла абсолютный контроль над Глифом, Виши прожил на платформе долгое время и хорошо знал «Плюмаж».

Вагон, следуя изгибам магнитной подвески, неторопливо приближался к конечной остановке. Хан разглядывал проплывающие за круглым окном металлические стены периметра, гуманоидов, идущих по своим делам, и дежурных, попарно патрулирующих коридоры на реактивных одноколесных моноциклах.

На конечной станции он сошел и зашагал в сторону пункта общественного питания, предназначенного для наций земного корня. В этот час третейских суток пункт был почти пуст, лишь за дальним столом молча обедали два мальта. Хан быстро, скрывая отвращение, съел порцию синтетической пищи и прошел в дальний угол помещения, к кабинке внутренней связи. На каждой более или менее крупной космической станции, базе или платформе имелась своя информационная паутина. Через нее передавались общие объявления и осуществлялась связь между находящимися в разных местах гуманоидами. В кабине имелись стандартное коммуникационное гнездо и экран с универсальной клавиатурой.

Вставив усики своего чойзена в пазы гнезда, Виши отправил сообщение. Набор кодовых позывных, заархивированный в точечный сигнал, стремительно пронесся сквозь многовекторную электронную амебу – информационную паутину платформы «Плюмаж», – достиг механического адресата, вспыхнул микроскопической сверхновой и исчез, уничтожив самого себя. Электронные макрофаги, предназначенные для очистки паутины от мусора и вирусов, этого не заметили. Зато в одном из вспомогательных регистров из ниоткуда возник новый подключ. Цепочка внештатных сигналов была настолько коротка, что макрофаги не заметили и ее, но в результате пластиковая панель под экраном в стене информационной кабины отодвинулась, открывая узкое отверстие, освещенное лишь светом, падающим из кабины. Через четыре секунды, когда подключ самоуничтожился и цепочка оборвалась, панель бесшумно вернулась на место. К тому моменту властного хана Виши в кабине уже не было.

Какое-то время он полз в полной темноте, потом впереди замерцал тусклый свет. Там диаметр трубы уменьшался; Виши, путаясь в полах халата, согнулся, цепляясь головой за шершавую поверхность. К выходу он добирался на животе и задом наперед. Это было мерзко и унизительно, ханы не должны заниматься подобным – на то есть низшие; он, властный крупнейшего домена Халге, ползает здесь как презренный дзен или мальт!

Случайно правая щека коснулась внутренней поверхности трубы. Давно въевшийся в плоть и кровь рефлекс заставил хана с внезапным уколом ужаса отдернуть голову.

Он достиг конца трубы и спрыгнул, на мгновение зависнув в точке, где изменялись векторы гравитации. Желудок скрутило, когда верхняя часть тела еще оставалась там, где действовала постоянная Шлема, а нижняя уже достигла области, где была включена искусственная гравитация «Перьев».

Мелькнула мысль: говорят, часто переходить из одного гравитационного поля в другое вредно, расшатывается вестибулярный аппарат, нарушается координация, и пока что даже лекари-симбиоты ничего не могут поделать с этим. В следующую секунду он мягко опустился на узкую решетку – с сюрреалистическим ощущением, что раньше ходил по стене.

В базовом корпусе-Шлеме гравитационные вектора направлены радиально, от условного центра конуса к внешней кольцевой поверхности, а в Перьях – продольно, в сторону взлетно-посадочных площадок. Теперь Шлем располагался «вверху», тысячетонной громадой зависнув над головой хана. Центральный стержень, в верхней точке которого он стоял, тянулся «вниз» на полторы мили. Под ногами сквозь ячейки решетчатого пола виднелся круглый колодец, заполненный переплетениями кабелей и световодов, трубками атмосферной системы, проводами и пенометаллическими распорками.

Каждый стержень состоял из двух труб, вложенных одна в другую. Между внутренней поверхностью более широкой трубы и наружной поверхностью более узкой в наполненной атмосферой полости тянулись винтовые лестницы и автоматические подъемники для грузов и гуманоидов, попадающих сквозь шлюзы со взлетно-посадочных площадок. А все пространство более узкой трубы отдали под коммуникации и технические системы, сделав его нежилым. По переплетению кабелей, похожему на узловатый маслянисто-черный ствол гигантского дерева, вдоль которого тянулись ковши элеватора-подъемника, ползали лишь автономные пауки-ремонтники – они следили за исправностью изоляции и поддерживали в норме другие параметры. Все это освещали люминофорные трубки.

Властный хан разглядел шесть фигур в фиолетовых комбинезонах. Пятеро клонов-спичи сидели на корточках под круглой стеной внутреннего колодца. Низший халганин стоял возле них. Рядом возвышался куб электронагревателя с широким раструбом термальной тарелки. Над фигурами потолок изгибался – полость имела форму колокола. В верхней его точке находилось вентиляционное отверстие, а ниже медленно вращались широкие лопасти вентилятора. Воздух дрожал от тяжелого мерного гудения.

Когда хан приблизился, низший халганин по имени Элеандр опустился на колено и склонил голову, как предписывал церемониал Хелицеров. Спичи никак не отреагировали, они вообще не шевелились и, казалось, даже не дышали. На шее каждого виднелась тонкая полоска ошейника, от внутренней стороны которого сквозь кожу, слизистую и гортань тянулся волосковый рецептор. Он заканчивался в подкорковой части мозга.

Элеандр негромко хлопнул ладонями по своей груди, начал поднимать голову, и тут хан ощутил легкий зуд на коже лица. Он сунул руку в изящную сумочку на груди, выхватил овальное зеркальце, поднес к глазам.

На правой щеке, в том месте, где пенометалл трубы соскреб светоотталкивающий лак, белело пятно. Хорошо, что здесь очень слабое люминесцентное освещение, иначе последствия могли бы оказаться ужасными… Проклиная себя за то, что перед выходом из жилой секции гидроника не нанес дополнительный слой лака, Виши достал плоскую перламутровую коробочку и открыл ее. Пальцем в перчатке провел по густой полупрозрачной субстанции, затем, действуя очень тщательно, нанес новый слой лака на лицо. Специальной кисточкой подновил синюю эмульсию на веках. Зуд на правой щеке превратился в легкое жжение, но ничего более страшного не случилось.

Все это время Элеандр стоял в той же позе, опустив голову. Хан, закончив процедуру, посмотрел на него. Испугавшись, он упустил из виду низшего. Если тот осмелился хоть краем глаза взглянуть… Стоило немедленно очистить его, но замены сейчас не было. Виши успокоил себя мыслью, что подвергнет Элеандра Последнему очищению, когда после окончания акции они вернутся в домены Властительной Халге. Старший звена еще пожалеет, что не подвергся обычному быстрому очищению на месте!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное