Илья Деревянко.

Тихая гавань

(страница 1 из 2)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Илья Деревянко
|
|  Тихая гавань
 -------


   Все имена, фамилии действующих лиц, равно как и названия населенных пунктов – вымышлены. Любые совпадения случайны.


   Солнце медленно спускалось к горизонту. Под ногами тихо плескалась река. Пахло свежестью и немного тиной. Ветви старых деревьев склонялись почти к самой воде, словно усталые путники, желающие напиться. Мой поплавок неподвижно застыл на поверхности воды, метрах в трех от берега. Клева, как обычно, не было. Но меня это не волновало. Я ходил каждый день на рыбалку не ради улова, а посидеть в тишине, подышать воздухом… Присутствие же удочки придавало моим походам видимость хоть какой-то деятельности. Болтаться просто так, ради одной только прогулки, я с детства не любил и не мог. Между тем врач настойчиво рекомендовал моцион. Пришлось пускаться на маленькие хитрости…
   Извините, забыл представиться: майор ФСБ Корсаков Дмитрий Олегович, двадцать восемь лет (исполнилось в апреле), русский, беспартийный, неженатый. В настоящий момент нахожусь в отпуске, в ста километрах от Н-ска, в деревне с романтическим названием Тихая Гавань. Последний раз мы с вами встречались в повести «Изгой», когда после яростного столкновения с пресловутой Структурой я отлеживался на резервной базе начальника Управления и больше напоминал живой труп. Особенно внутренним состоянием: какая-то душевная омертвелость, сердце – как кусок льда и… Впрочем, не буду распространяться на данную тему!
   Те, кто испытал нечто похожее, – поймут и так. Остальным лучше не знать. Слишком ужасное состояние! Боюсь, что натуры впечатлительные, проникнувшись моими откровениями, поспешат свести счеты с жизнью. Не хочу брать лишний грех на душу. У меня их и без того хватает. А посему – продолжим ближе к делу.
   С той поры произошли определенные изменения. Видя, как я буквально таю у него на глазах, генерал Марков пригласил ко мне православного священника. После подробной трехчасовой исповеди, соборования и причастия на душе заметно полегчало.
   Перед уходом батюшка порекомендовал на время сменить обстановку, пожить где-нибудь в глуши: подальше от крови, насилия и ненависти, с которыми мне постоянно приходилось сталкиваться по службе. Точно такого же мнения придерживался и начальник Управления. Но в отличие от священника генерал был гораздо категоричнее.
   – По завершении курса медицинской реабилитации отправишься сюда! – заявил он, ткнув пальцем в точку на карте. – Отпуск внеочередной и почти бессрочный. По крайней мере до начала июня. Отдыхай, майор, заслужил! – Так я впервые узнал о своем повышении в звании. – Райское местечко, – вдруг расцвел Марков,– Лес, река, спокойные, дружелюбные люди.
Я, помнится, снимал там дачу лет пятнадцать назад… Или двадцать…
   Вот так, в первых числах апреля 2004 года я прибыл на электричке в деревню Тихая Гавань и поселился на окраине, в доме лесника дяди Васи, которому представился скромным городским клерком, недавно перенесшим тяжелую болезнь и получившим длительный отпуск от доброго начальства.
   Поверил лесник или нет, однако вопросов задавать не стал и, даже паря меня в бане, не произнес ни единого слова насчет множества пулевых и осколочных шрамов на теле, не особенно вязавшихся с указанной профессией. Согласно договоренности, дядя Вася кормил меня обедами и ужинами, а к общению не стремился. Разговаривали мы мало, от силы несколько слов в день. И лишь на 9 Мая посидели немного за столом, выпили за Победу. Подобные отношения меня полностью устраивали. Сразу за домом дяди Васи начинался лес. Река располагалась в получасе ходьбы. Там-то я и проводил большую часть времени. Прочие местные жители занимались каждый своим делом. Они не проявляли (по крайней мере внешне) свойственного деревенским любопытства. В итоге их жизнь и моя текли как бы в параллельных руслах и до 10 мая 2004 года ни разу не пересекались…
   Закурив сигарету, я лениво глянул на поплавок. Он, разумеется, и не думал шевелиться. Здешняя рыба не воспринимала меня всерьез. Неожиданно из леса донеслись плотоядное звериное уханье и отчаянный женский крик, тут же оборвавшийся. Выпустив из рук удилище, я поспешил на звук. На травянистой полянке, метрах в ста от берега, лежала молоденькая девушка с перекошенным от ужаса лицом. А рядом копошились два диковинных существа, напоминающие то ли леших, то ли оборотней. Длинные спутанные волосы до пояса, странные одеяния (похожие на «лохматый» камуфляж спецназовцев), вместо физиономий – оскаленные волчьи морды. Хороши, нечего сказать! Будто из народной сказки выпрыгнули. Впрочем, занимались они совсем не сказочным делом. Один держал девчонку за горло, а другой, задрав юбку, стягивал с нее трусики. Заметив меня, оба вскочили, растопырили руки и завыли дурными голосами. Очевидно, напугать хотели. Но не тут-то было.
   – Получай, сволочь! – рявкнул я, с разбега врезав первому пяткой в грудь. С задушенным хрипом он впечатался спиной в ствол старого дуба. Второй выхватил из-под одежды охотничий нож и, злобно рыча, пырнул меня снизу в живот. Блокировав удар сложенными крест-накрест руками, я отшагнул немного назад [1 - Это делается для того, чтобы противник не смог ударить вас ногой в живот или в промежность.], произвел соответствующий захват [2 - Сразу после блокировки вы захватываете правую руку противника вашей левой и с силой нажимаете большим пальцем на тыльную сторону его ладони. Затем делаете то же самое своей левой рукой.], вывернул запястье противника и одновременно прижал его кисть к его же предплечью. Агрессивный рык сменился скулежем побитой шавки, а сам урод, выронив нож, свалился на землю. Услышав за спиной подозрительный шорох, я инстинктивно отпрянул в сторону. На то место, где секунду назад находился мой затылок, обрушилась тяжелая дубина. Второй мерзавец не терял даром времени! Я ударил ступней наугад, попал во что-то мягкое, проворно обернулся и… увидел лохматую спину улепетывающего со всех ног насильника. Дубина валялась поблизости на траве. Подобрав с земли нож, я собрался уложить гада хорошим броском, но он уже успел скрыться среди деревьев. Второго подлеца тоже след простыл. Девушка, по счастью, была жива. Она успела сесть, одернуть юбку и с плачем разминала помятое горло. С хорошенького юного личика не сходило выражение запредельного ужаса.
   – Вставай, малышка, – протянул руку я. – Отведу домой, к родителям…
 //-- * * * --// 
   Деревенский страж порядка – плотный сорокалетний тип с погонами капитана – сидел за столом у себя в комнате и прихлебывал из расписной кружки настоянный на травах квас. Я пристроился рядом на стуле, но от угощения отказался. За открытым окном щебетали птицы в саду. Откуда-то издалека доносились возбужденные бабские пересуды.
   – Слышите, майор? – прищурился участковый. – Обсуждают! Вам, поди, кости моют.
   – Мне-е-е?!
   – Ну да. Вы попросту не знаете местных обычаев, поверьев…
   – Какие на фиг поверья?! – опешил я. – Двое ряженых ублюдков пытались изнасиловать несовершеннолетнюю девочку. Я им помешал…
   – Вот именно, помешал! – подчеркнуто вставил мент.
   – На дубине отпечатки пальцев! – отмахнувшись, продолжил я. – У одного из насильников на груди кровоподтек (след от моего удара). Народу вокруг мало. Чай не Москва! Найти выродков не составит особого труда.
   – Это, по-вашему…
   – Хватит туман наводить! – разозлился я. – Странные намеки, загадочные взоры… Или мне позвонить начальству в Н-ск?! Наши оперативники быстро вам тут разъяснят.
   – Потерпевшая и ее родители наотрез отказались писать заявление, – пряча глаза, сказал капитан. – А без заявления, сами знаете. Что же касается поверий. Гм. Выслушайте-ка сперва одну старинную историю. Тогда вам многое станет понятнее…

   РАССКАЗ УЧАСТКОВОГО СЕРГЕЯ СЕЛИВАНОВА (цитирую дословно)
   «В начале XIX века жили в деревне два колдуна. Братья Максимовы, Варфоломей и Степан. Дом их стоял за околицей, на кромке леса. Колдуны как колдуны. Порчу наводили, порчу снимали, в церковь никогда не ходили. По ночам, обернувшись волками, по лесу рыскали. Ну… еще краденое находили (за плату, естественно), травы, воду и соль заговаривали. Приворожить могли по заказу и так далее. Боялся их народ. Н-да-а! Подарки богатые приносил, чтобы вреда не чинили. Но однажды задумал старший брат Варфоломей жениться. Причем невесту выбрал не какую-нибудь, а засватанную, которой назавтра под венец идти. Ему, конечно, отказали. И поклялся колдун отомстить. На вторую ночь после свадьбы в спальню молодых запрыгнули через окно два огромных волка, бешено расхохотались да перегрызли глотки мужу с женой. Подозрение сразу пало на Максимовых. Вломились люди к ним в дом, а у братьев морды в запекшейся крови, и в углу разодранная фата валяется. Били их долго, смертным боем. Затем, чуть живых, сунули в мешки с камнями и утопили в реке. По дороге к месту казни братья наперебой кричали из мешков: «Рано радуетесь!.. Мы вернемся на Землю! И не одну невестушку возьмем, а многих!»

   – Чушь собачья! – не удержавшись, фыркнул я.
   – Так-то оно так, – вздохнул капитан, – да только с той поры стали пропадать в деревне молодые девушки. Некоторые бесследно, а иных находили в реке со страшными ранами на мертвых телах. Одна, чудом спасшаяся, рассказала родителям, что гнались за ней по лесу два здоровенных волка, а когда ей все же удалось оторваться от них и добежать до края деревни, прорычали вдогонку: «Вместо тебя десяток заберем!!!» И действительно, в последующую неделю сгинули одна за другой десять юных красавиц пятнадцати-шестнадцати лет от роду. В том числе родная сестра спасшейся. Потому-то местные бабы и злы на вас донельзя! Боятся неизбежной мести колдунов-оборотней. Каждая опасается за собственную дочь или внучку. Примите, майор, добрый совет, уезжайте-ка отсюда от греха подальше. И чем скорее, тем лучше!!!
   Я пристально вгляделся в лицо участкового, ища в нем признаки сумасшествия. Но нет, капитан Селиванов казался абсолютно нормальным, а кроме того – всерьез озабоченным и встревоженным.
   – И вы правда верите во весь этот бред? – хмуро осведомился я.
   – Да какая разница! – пожал плечами он. – Главное, народ верит! А моя обязанность вас предупредить!
   – Благодарю за заботу, – усмехнулся я, поднявшись на ноги. – И за интереснейший экскурс в область местного фольклора. А теперь послушайте мойсовет. Прекратите забивать голову белибердой и безотлагательно займитесь розыском преступников. «Ниточку» я дал вполне реальную. Всего наилучшего!!!
   Выйдя на неасфальтированную сельскую улицу, я прошел шагов десять и покосился через плечо на капитанскую избу. Прильнув к оконному стеклу, участковый со странным выражением смотрел мне вслед…


   Дяди Васи дома не оказалось. В печи стоял разогретый ужин, а на столе лежала записка: «Отправился по делам. Вернусь к утру». Подкрепившись, я позвонил с мобильника Рябову, попросил полковника навести некоторые справки, а затем растянулся на кровати, сунул под подушку привезенный из города пистолет с глушителем и незаметно для себя уснул. Пригрезилась мне та самая поляна, однако выглядела она совсем не так, как днем. Трава из зеленой и нежной превратилась в бурую, засохшую. Темные деревья коряво топорщились голыми ветвями. Повсюду валялась осыпавшаяся листва. В воздухе ощущалась страшная духота. «Вероятно, засуха», – мелькнуло у меня в голове. Судя по положению солнца на небе, было около двух часов пополудни. Вместе с тем вокруг в лесу активно перекликались ночные птицы. Вдалеке, на противоположной стороне реки, зловеще ухала сова. Внезапно из кустов вышел толстый человек в старинном кафтане, до глаз заросший неряшливой черной бородой. Не обращая на меня внимания, он вынул из холщовой сумки кремень, кресало и сноровисто разжег костер. Ввысь потянулись змеящиеся языки пламени. Почему-то запахло серой. В следующий момент на поляне появился второй тип, очень похожий на первого, но значительно моложе и тоньше в поясе. «Братья Максимовы», – догадался я. – Те колдуны-утопленники, о которых рассказывал участковый».
   – Принес харч, Степа? – басом спросил старший. Младший утвердительно кивнул и достал из-под полы отрубленную женскую руку с серебряным колечком на безымянном пальце.
   – В ельнике дуру отловил! – хихикнув, пояснил он.
   – А остальное?!
   – В копне припрятал.
   – Молодец! – довольно пробурчал Варфоломей. – Разогреем да подкрепимся. Время-то обеденное. А после за прочим мясом сходим.
   – А ну, стоять, уроды! – выхватив оружие, скомандовал я. – Вещдок на землю, руки на затылки. Стреляю без предупреждения!
   – Стреляет он, ага! – гадко осклабился старший колдун. – Ни черта у тебя не получится! Здесь наша власть, наш закон, а ты, жандарм, смерть свою найдешь!
   Он ловко перекувыркнулся через спину и превратился в громадного черного волка со светящимися как угли глазами. Младший остался в человечьем обличье и, не произнеся ни слова, жадно впился зубами в мертвечину. Тут я с изумлением обнаружил, что мой пистолет куда-то пропал, а вместо него ладонь сжимает длинный гнилой сучок.
   – Ну-с, господин хороший, чего дальше? Как выкручиваться намерен?! – ехидно поинтересовался оборотень, приближаясь ко мне. Вместо ответа я истово перекрестился. Волк моментально отпрыгнул назад и злобно завыл, а его братец-трупоед рухнул на колени, в панике обхватив голову руками. Я перекрестился еще раз. Налетевший порыв ветра смел махом и поляну, и костер, и обоих колдунов, а сам я проснулся. Видимо, прошло немало времени. В темном небе виднелась серебристая россыпь звезд. Из раскрытого окна веяло ночной прохладой. В старом деревянном доме сами собой поскрипывали половицы. За печкой заливался сверчок. Тишина, покой, уютно тикающие «ходики» на стене… Вместе с тем где-то поблизости притаилась смертельная угроза. Я ощущал ее едва ли не физически. Не шевелясь, я осторожно запустил руку под подушку. «ПСС» лежал на прежнем месте. Между тем предчувствие надвигающейся опасности обострилось до предела. Так бывало и на войне, и во время моих многочисленных «приключений», связанных со службой в ФСБ. Причем интуиция меня никогда не подводила. «Скоро начнется», – подумал я, и действительно – ждать долго не пришлось. Секунд через десять из сада донесся протяжный волчий вой и потом жалобный голос, похожий на женский: – «Помогите, о-оо, помогите, люди добрые!!!» Соскользнув с кровати, с пистолетом в руке, я по-пластунски подполз к входной двери, толчком распахнул ее, и в тот же момент из сада грянул выстрел, нацеленный точно в то место, где должна была находиться грудь стоящего человека. Судя по вспышке, стреляли от дровяного сарая, расположенного напротив, и я незамедлительно выпустил туда две пули из «ПСС». Послышался смачный шлепок, чей-то надсадный хрип и яростный матерный вопль. Затем одновременно грохнул новый выстрел из охотничьего ружья и протрещала автоматная очередь. Нападавших было минимум трое. На сей раз пули легли гораздо ниже, а одна расщепила дверной косяк в нескольких сантиметрах от моего виска. Я, не мешкая, убрался с прохода и укрылся за толстой бревенчатой стеной. Как выяснилось – своевременно! Вторая очередь прошла впритирку к полу. Неизвестный стрелок отличался завидной меткостью. Эх, гранату бы мне, а лучше – две, но… на нет и суда нет! Высунув в дверной проем руку с пистолетом, я наугад пальнул в сторону сарая (вызвав тем самым новый шквал огня), рыбкой выпрыгнул в распахнутое окно, при приземлении плавно перешел в кувырок, вкатился в заросль прошлогоднего бурьяна и отчетливо увидел своих противников: две темные фигуры, залегшие около сарая и остервенело плюющиеся огнем. Одна из автомата, другая из многозарядного карабина. Третья фигура не подавала признаков жизни и больше напоминала труп: неестественная поза, вывернутая набок шея… Безжизненная рука сжимала длинный, продолговатый предмет. Надо полагать – ружье. «Попались, засранцы!» – хищно усмехнулся я, нажимая спуск.
   – П-ф-ф. – Тип с карабином конвульсивно дернулся и застыл без движения. Я ушел влево лепестковым движением [3 - «Лепестковым» называется движение, включающее в себя полный поворот тела вокруг оси в любой плоскости. Оно может производиться стоя, лежа, в прыжке и в падении. Например, лежа на земле и вытянув перед собой руку с оружием, вы делаете полный оборот, переворачиваясь на спину и на живот и направляя при этом оружие в сторону взгляда. Переворачиваются, как правило, через невооруженную руку.], ловя в прицел автоматчика, но тот среагировал молниеносно: огрызнулся длинной очередью (на пару секунд прижав меня вплотную к земле), вскочил на ноги и в мгновение ока скрылся за сараем. Почти сразу на улице взревел мотор отъезжающего мотоцикла.
   – Кто там балует?! – заорал знакомый голос. – А ну выходи с поднятыми лапами! Иначе решето из тебя сделаю!!! – В ночной тиши грозно лязгнул передернутый затвор.
   – Не стреляйте, дядя Вася, – поднимаясь на ноги, сказал я. – Это меня пытались убить. Трое каких-то гавриков. Одному, к сожалению, удалось удрать…
 //-- * * * --// 
   При ближайшем рассмотрении застреленные мной типы оказались молодчиками лет по тридцать каждый, с противными дегенеративными физиономиями. У одного была вытатуирована на спине обнаженная женщина, обвитая змеей [4 - Таким образом в местах лишения свободы метят пассивных гомосексуалистов (петухов). Есть, конечно, и другие разновидности «петушиных» татуировок.], у второго две точки: на носу [5 - Точка на носу означает стукача, доносчика.] и возле губ [6 - Точка у губ – минетчика.]. Сложением они как две капли воды напоминали тех насильников, с которыми я повстречался днем. А у первого вдобавок красовался на груди внушительный кровоподтек.
   – Вы их знаете? – спросил я.
   – Нет, – отрицательно покачал головой лесник. – Впервые вижу. Однако – гнусные хари! И оба пидоры. Вот этого, – он пнул ногой мертвеца с точками, – опустили за стукачество. Мразь, одним словом! Интересно, за что они хотели тебя прикончить?!
   Я вкратце поведал о недавних событиях на лесной поляне и в завершение указал на кровоподтек: «Точно моя работа».
   Лицо дяди Васи просветлело.
   – Наконец-то! – обрадованно выдохнул он. – Избавились от нечисти! Огромное тебе спасибо, парень. – Старик громко всхлипнул и заключил меня в объятия. – Та девочка, внучка моя, – сглатывая слезы, пробормотал он. – Олей зовут. Шестнадцать годков в апреле исполнилось. Я, как услышал о нападении, тотчас же отправился в лес, выслеживать нелюдей. Похоже, берлога у них там. Но где – неизвестно. Второй год найти не можем. Все окрестности прочесали, кроме Поганого болота…
   – Почему кроме? – перебил я.
   – Да непролазное оно, – просто ответил лесник. – Ни единой тропки нет. Сунешься – засосет с головой… Но почему ты не рассказал о случившемся мне?! – вдруг воскликнул он. – А я-то гадал, КТО спаситель моей деточки?! Кому в ноги поклониться?!
   – Мы с вами не виделись с утра, – высвободившись из объятий, напомнил я. – Да и хвастаться здесь нечем. Дать по мордасам двум ублюдкам – невелика заслуга. А главное – я их упустил тогда. Не сумел ни «спеленать», ни уничтожить. За подобные проколы наше начальство шкуру спускает. Без наркоза!
   – Ты в КГБ служишь? – в упор спросил дядя Вася.
   – В ФСБ, – поправил я.
   – Не суть важно!
   Я собрался возразить, но не успел. Послышался приближающийся треск мотоциклетного мотора, скрип отворяемой калитки, тяжелые шаги, и перед нами появился капитан Селиванов собственной персоной – хмурый, насупленный, с табельным «макаровым» в руке. Помятая, небритая физиономия участкового абсолютно не гармонировала с новеньким парадным мундиром. В красных слезящихся глазах читалась откровенная неприязнь.
   – Вот ваши «оборотни», – не дав ему рта раскрыть, объявил я, указывая на покойников. – Забирайте, оформляйте, составляйте протокол. Но одно условие – для переноски тел подыскивайте в помощь какого-нибудь забулдыгу. Мне к этой падали прикасаться западло…


   Накрытый вышитой скатертью стол ломился от угощений. Наваристый борщ, жареный поросенок, холодец. Домашние: сыр, масло, сметана, различные соленья, салаты, пирожки и т.д. и т.п. В центре – литровая бутыль с настоянной на смородине водкой. Рядом – запотевший глиняный ковш с ледяным квасом из погреба. Выпив сто граммов для аппетита, я с удовольствием наворачивал за обе щеки. Вместе со мной сидели: дядя Вася, его дочь Татьяна, зять Михаил и упоминавшаяся внучка Оля – очаровательное создание с сияющими ярко-синими глазами. Она уже полностью оправилась от пережитого кошмара и выглядела потрясающе: настоящая юная принцесса, выросшая на лоне природы и совершенно не испорченная городской скверной. Ее родители мне тоже понравились. Милые, добродушные, приветливые люди. (Вчера я не успел с ними познакомиться, а доведя рыдающую Олю до дома, сразу заспешил к участковому.)
   Взрослые ели мало (в основном мне подкладывали), а девочка вовсе к еде не притрагивалась и только смотрела на меня с собачьей преданностью.
   – У-у-ф! – насытившись, выдохнул я, поглаживая туго набитый живот. – Спасибо, накормили! Давно такой вкуснятины не пробовал!
   – Может, выпьете еще? – спросила Татьяна – цветущая женщина лет тридцати пяти.
   – Пока не хочется, – вежливо отказался я. – А вот покурить не мешало бы.
   – Оля, пепельницу! – скомандовал Михаил.
   – Давайте лучше в сад, – предложил я. – Погода сегодня больно хорошая.
   – Желание гостя закон, – улыбнулся дядя Вася, первым вставая из-за стола....
   Вместе с ним и с Михаилом мы вышли из дома (женщины остались в комнате) и устроились на лавочке, под старой раскидистой яблоней. Прикурив сигарету, я глубоко затянулся и выпустил дым, стараясь соорудить в воздухе колечко. Но не получилось.
   – Ты хотел о чем-то поговорить? – спросил догадливый лесник.
   – Верно, – подтвердил я. – Расскажите мне о народных поверьях, связанных с колдунами Максимовыми, утопленными жителями деревни в начале XIX века.
   – Поверьях? – удивился Михаил.
   – Ну да. О том, как они в образе волков без малого двести лет набрасываются на местных девушек.
   – А-а-а-а! Ты небось участкового наслушался, – протянул дядя Вася. – Сережка краснобай известный и вдобавок буквально помешан на краеведении и народном фольклоре. У него весь дом забит под завязку соответствующей литературой. Что же касается братьев Максимовых… Гм! И впрямь были такие. Бабка покойница, помню, сказывала. О выродках этих.
   – Чуть подробнее, пожалуйста! – попросил я.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное