Илья Деревянко.

Сны убийцы

(страница 1 из 5)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Илья Деревянко
|
|  Сны убийцы
 -------

   Ноги их быстры на пролитие крови; разрушение и пагуба на путях их; Они не знают пути мира. Нет страха Божия перед глазами их.
 Послание к римлянам святого Апостола Павла, 3, 15—18

   Око наше становится темным, а в душе тьма кромешная. Сколько бед отсюда!
 Архимандрит Лазарь. «О тайных недугах души», М., 1994, с. 10

   Август 1978 г., г. Москва
   – Стой, приехали, – сказал один из инкассаторов – низкорослый, широкоплечий, скуластый парень по имени Володя, двадцати четырех лет от роду. Юрий Анатольевич Снежин, шофер потрепанной «Волги», арендованной на сегодня инкассацией, [1 - В отличие от нынешней эпохи «развитого гангстеризма» в 70-е годы инкассаторы в большинстве случаев ездили не на бронированных машинах, а на обычных, часто их арендовали в таксопарке вместе с водителем. (Здесь и далее примечания автора.)] послушно нажал на тормоз.
   «Начало шестого, – озабоченно подумал он. – Ох, скорей бы от них отделаться! Тогда останется время прокатиться по городу, подхалтурить малость!»
   – Это последняя точка, – словно прочитав мысли таксиста, сказал другой инкассатор, двадцатитрехлетний белобрысый Сергей, с постоянно прищуренными глазами неопределенного цвета. – Потом доставим денежки по назначению да разойдемся, как в море корабли! Еще успеешь накалымить – детишкам на молочишко! – парень насмешливо улыбнулся.
   «Болван! – мысленно выругался Снежин. – Шут гороховый! Попробуй сперва сам прокормить двух детей да беременную жену и лишь потом суди других, сопляк!!» В отличие от большинства своих коллег Юрий Анатольевич не являлся хапугой. Однако «халтурить», хочешь не хочешь, приходилось. Трехлетняя дочь Оксана отличалась слабым здоровьем, постоянно болела, в садик ходить не могла. Врачи рекомендовали побольше свежих фруктов, естественно – не гнилых магазинных, а качественных, с рынка, за которые кавказские торговцы заламывали умопомрачительные цены.
   Жена Юля, ходившая на четвертом месяце беременности и крайне тяжело ее переносившая, также нуждалась в улучшенном питании. Восьмилетний сын Витя, напротив, на здоровье не жаловался, увлекался спортом, лопал все подряд, но в неимоверных количествах.
   Как тут проживешь на официальную зарплату?
   – Давай, Володя, топай, – обратился к напарнику Сергей. – Да смотри не канителься. У меня вечером свидание с девушкой.
   Взяв левой рукой пустую сумку, Володя поправил правой кобуру с табельным, давно не чищенным наганом, не спеша выбрался из машины и не оглядываясь направился к дверям сберкассы. Сергей закурил сигарету и вольготно развалился на заднем сиденье, лениво полуприкрыв глаза.
Проработав в инкассации без малого год, он ни разу не сталкивался с налетчиками, назойливые призывы начальства к бдительности пропускал мимо ушей, а непосредственного шефа, шестидесятилетнего Василия Ивановича Родина, в прошлом офицера госбезопасности, считал выжившим из ума придурком, параноиком и перестраховщиком, если не сказать хуже. Судя по газетам, в стране развитого социализма царила тишь да благодать, серьезные преступники вымерли как мамонты, а остались лишь пьяные дебоширы да мелкие вокзальные воришки. Родин неоднократно рассказывал подчиненным об убийствах инкассаторов, приводил многочисленные примеры с леденящими душу подробностями, а Сергей мысленно ехидничал:
   «Набиваешь себе цену, старый хрыч! Ну, ну, ври дальше! Доказывай окружающим и в первую очередь самому себе, что не даром зарплату получаешь!»
   Ни Сергей, ни Владимир, ни тем более озабоченный собственными проблемами Снежин не обратили внимания на грязновато-серенькие, неприметные «Жигули», уже около часа следовавшие за ними по пятам и в настоящий момент остановившиеся рядом, за углом пятиэтажного жилого дома…
 //-- * * * --// 
   Вопреки утверждениям советских средств массовой информации серьезные преступники не только не вымерли, но активно функционировали, добывая хлеб насущный, кто как умел. Мелкие воришки, по-блатному «сявки», действительно шуровали на вокзалах, уводя из-под носа зазевавшихся пассажиров чемоданы с чем Бог (вернее, черт) пошлет, другие, покруче, выставляли [2 - Обворовывали.] упакованные хаты, [3 - Богатые квартиры.] третьи – профессиональные шулера – облапошивали в карты богатеньких фраеров, приезжавших на курорты греть под южным солнцем толстые, геморроидальные задницы, и т. д. и т. п. В общем, каждый трудился не покладая рук в меру способностей. Находившиеся в замызганных «Жигулях» Зуб, Шрам и Хан предпочитали работать по-крупному, а не «мелочь по карманам тырить».
   – Грабить так на миллион, спать так с королевой, – не уставал повторять коллегам Зуб (по паспорту Михаил Борисович Зубов), матерый пятидесятилетний уголовник, имевший за плечами двадцать годов отсидки и пользующийся заслуженным уважением в преступном мире. Его молодые подручные, Хан со Шрамом, придерживались аналогичной точки зрения. Ограбление инкассаторов подготовили тщательнейшим образом, не пожалев времени на слежку, продолжавшуюся в течение нескольких дней. В результате они досконально изучили график работы потенциальных жертв и разработали план операции. Начать действовать решили у последней точки, сберкассы на улице Карла Маркса, когда в инкассационной машине соберется достаточно крупная сумма (лезть под расстрельную статью за копейки по меньшей мере глупо!). Один (сам Зуб) валит [4 - Убивает.] инкассатора при выходе из сберкассы, выхватывает сумку. Остальные в тот же момент уничтожают его напарника вместе с водителем, забирают скопившиеся в машине мешки с деньгами, прыгают в свою колымагу, и по газам. Простенько, но со вкусом, можно сказать, изящно, если не брать в расчет три трупа. А свидетелей можно не опасаться. Все произойдет слишком быстро. Случайные прохожие потом мало чего вспомнят насчет внешности преступников. Составленные с их слов милицейские фотороботы гроша ломаного не стоят. По ним тебя даже родная мать не узнает!
   – А вдруг кто-нибудь из потенциальных свидетелей знает нас в лицо? – во время последнего инструктажа спросил отличавшийся дотошностью Шрам. – Тогда как быть?
   – Ну ты, парень, фантазер, – ухмыльнулся главарь банды. – Откуда им взяться? Мы все живем на другом конце города!
   – А все-таки, – настаивал молодой бандит. – Чем черт не шутит?!
   – Мочи с ходу. Иначе стенка, без вариантов! – с минуту подумав, посуровел лицом Зуб. – Хотя такие совпадения бывают раз в сто лет, но… В общем, ты меня понял…
 //-- * * * --// 
   Шрам с Ханом заметно нервничали, зато видавший виды Зуб хранил олимпийское спокойствие.
   – Не бздите, пацаны, – бросил он подельникам. – Кто не рискует, тот не пьет шампанского! К тому же, по моему мнению, операция должна пройти без сучка, без задоринки. Инкассатор нынче лоховатый пошел. Наберут сопляков, отслуживших в армии, наспех проинструктируют, сунут в руки допотопный наган, и в путь. Гы-гы!..
   Прошло несколько минут. Старый уголовник взглянул на часы, вынул из кармана «ТТ», загнал патрон в патронник, сунул руку с пистолетом за пазуху под пиджак и жестко скомандовал:
   – Готовьтесь! Клиент вот-вот появится. Пойду встречу…
 //-- * * * --// 
   Выйдя на улицу, Владимир поудобнее перехватил тяжелую, доверху набитую пачками банкнот сумку, полной грудью вдохнул прохладный воздух (день выдался нежаркий) и улыбнулся краешками губ. Все, работа закончена! Теперь доставить деньги по назначению, выполнить необходимые формальности, и свободен!!! А завтра выходной. Можно съездить позагорать в Серебряный Бор, или вволю попить с друзьями пивко, или и то и другое одновременно.
   Владимир быстрым шагом двинулся к «Волге». «Сережка небось заждался, – подумал он, – на свидание опоздать боится! Ох, чует сердце, окрутит парня эта смазливая киска! Впрочем, вольному воля! Желаешь хомут на шею – надевай! А я пока подожду, погуляю в холостяках. Жениться никогда не поздно. Вся жизнь впереди!..» Внезапно дорогу инкассатору преградил плотный пожилой мужчина в мешковатом двубортном костюме. Случайно встретившись с ним взглядом, Владимир невольно вздрогнул. Глаза незнакомца были точь-в-точь как у волка, изготовившегося к прыжку. «Почему у него рука за пазухой? – встревоженно подумал инкассатор. – Неужели…» Эта мысль оказалась последней в недолгой земной жизни двадцатичетырехлетнего парня. Зуб выстрелил через пиджак. Пуля угодила точно в сердце…
 //-- * * * --// 
   Когда Зуб начал сближаться со своей жертвой, Шрам и Хан, не теряя даром времени, выпрыгнули из «Жигулей» и, крепко сжимая рукоятки пистолетов, подошли к «Волге». Приглушенный выстрел Зуба послужил сигналом. Шрам всадил пулю в лицо второму инкассатору, наконец-таки прочухавшемуся, разлепившему сонные, ленивые глаза и судорожно лапавшему кобуру с наганом. Хан прикончил шофера, распахнул заднюю дверцу и выбросил наружу мешки с деньгами.
   – Господи! – послышался испуганный девичий голос. – Господи, Боже!!!
   Шрам резко обернулся и вздрогнул. На него в упор смотрели широко распахнутые от ужаса знакомые глаза… глаза семнадцатилетней Ани Голубевой, соседки по лестничной площадке.
   – Петя, ты?! – выдохнула она. – Петя, да как же…
   «Мочи с ходу! – вспомнились молодому бандиту слова главаря. – Иначе стенка. Без вариантов!» Шрам автоматически нажал спусковой крючок. Изумленно охнув, девушка схватилась обеими руками за простреленную грудь и начала медленно оседать на землю.
   – Добей суку! – прохрипел подоспевший Зуб. – Сдаст ментам, блядина!
   Почти не отдавая себе отчета в происходящем, Шрам выстрелил Ане в голову…
 //-- * * * --// 
   Вечером того же дня банда усердно оттягивалась в загородном доме, принадлежавшем очередной любовнице Зуба – Люське. Люська, она же Людмила Горячева, была бабой надежной, что называется своей в доску. Официально (для отвода глаз и дабы не привлекли за тунеядство) Горячева числилась уборщицей в расположенном неподалеку пансионате, а на жизнь зарабатывала скупкой и реализацией краденого. К полуночи в Люськином доме стоял дым коромыслом. У бандитов имелись веские причины для безудержного веселья. Добыча превзошла все ожидания. Около миллиона рублей! Сумма по тем временам громадная! Спиртное лилось рекой.
   – Молодец, пацан! Не растерялся! – попыхивая папиросой с анашой, хвалил Шрама Зуб и отечески хлопал его по плечу. – Далеко пойдешь, большим человеком станешь, если милиция не остановит! Ха-ха! Шучу! Капусты [5 - Денег.] мы хапнули предостаточно. Завтра отправляемся в Сочи. Билеты у меня в кармане. Погуляем в курортных кабаках, порезвимся с тамошними шлюшками. При таких бабках они все твои, с потрохами!!!
   Шрам глотал лошадиными дозами марочный коньяк. Лицо его застыло в пьяной счастливой улыбке.
   – А я бы и сейчас от телки не отказался! – подал голос Хан. – Яйца зудят, в натуре.
   – Люська, распорядись. У тебя, знаю, есть на примете несколько пансионатских подстилок. Только выбери поприличнее!
   – Не беспокойся, – заверила Люська. – Товар высшего качества! А тебе, парень, подогнать девочку? – обернулась она к Шраму.
   – Угу! – осоловело кивнул тот. – Подгоняй!..


   И голоса играющих на гуслях и поющих и играющих на свирелях, и трубящих трубами в тебе уже не слышно будет… и свет светильника уже не появится в тебе…
 «Апокалипсис», 18, 22—24

   Конец января 1998 г., г. Москва
   Липкое, гнилое болото медленно-медленно, словно специально растягивая садистское наслаждение, засасывало свою жертву. Человек пытался высвободить ноги, увязшие пока лишь по щиколотку, ступить на твердую почву, находившуюся всего в полуметре от него, но бесполезно. Болото не отпускало, удерживая ступни не хуже стальных кандалов. Промучившись таким образом, казалось, целую вечность, человек отчаянно закричал, взывая о помощи, и с облегчением увидел, что из чащи леса вышел маленький, горбатый старичок. Горбун был невероятно кривоног. Он даже не шел, а кое-как ковылял, вихляя из стороны в сторону и опираясь на толстую суковатую палку.
   «Дедушка, помоги! – взмолился утопающий. – В долгу не останусь!»
   Тихонько хихикнув, старичок поднял доселе низко опущенную голову, и человек взвыл от страха. Вместо лица у горбуна оказалась грязно-серая, слизистая масса, обильно усыпанная жирными шевелящимися червями. В глазницах светились раскаленные угли.
   «Помочь, говоришь? – ухмыльнулся монстр. – Что ж, оно, пожалуй, можно, – ужасный старикашка протянул утопающему клюку, – хватайся, ха-ха, если сумеешь!!!»
   Человек судорожно вцепился в палку, но руки соскользнули… попробовал еще раз – тот же результат…
   «И не получится, – издевательски расхохоталось чудище. – Посмотри-ка на свои лапы!!!»
   Человек посмотрел и содрогнулся. От кончиков пальцев до локтей руки покрывал густой слой свежей крови. Хохот страшилища перешел в истошный, нечеловеческий визг.
   «Кровь невинных жертв не сворачивается?! – задыхаясь, выплюнуло оно. – Никогда! Ладно, ты тут постой, а я немного прогуляюсь, – посерьезнев сказал горбун. – Скоро вернусь и займусь тобой по-настоящему, а пока извольте получить маленький авансик!..»
   Тресь… Тяжелая дубина врезалась человеку в лоб… Тресь-тресь… «Гы-гы, не нравится!..» Тресь…
   – У-у-у-у!!!
   – Ты чего разорался? – спросил недовольный женский голос.
   Петр Александрович Аникин, хозяин преуспевающей фирмы «Эсмеральда», а также совладелец не менее преуспевающего банка «Меркурий», с трудом разлепил заплывшие глаза. На него зло смотрела жена Галина, растрепанная со сна, одетая в ночную сорочку.
   – Допился! – с сарказмом констатировала она. – Третью ночь и сам толком не спишь, и мне не даешь! Алкоголик! Скоро за зелеными чертиками начнешь охотиться!
   – Заткнись, сука! – болезненно простонал Петр Александрович, попытался приподняться и, громко охнув, рухнул обратно на подушку: голова трещала по швам.
   – Кто сука, я?! – возмутилась Галина. – Ах ты, гад!!! Козлиное отродье!!!
   – Что-о-о?!! – оскорбление придало Аникину сил. Он рывком вскочил с кровати, схватил жену за волосы, выволок на середину комнаты и отвесил ей мощную оплеуху. Женщина отлетела в угол, сильно ударившись головой о стену.
   – Повтори, что сказала, профура липкая! – просипел Петр Александрович, готовясь нанести новый удар.
   – Милый, прости!!! – уловив во взгляде мужа нечто чрезвычайно страшное, змеиное, запричитала Галина. – Сама не знаю, как такое ляпнула. Вероятно, черт попутал!
   – Это меня черт попутал на тебе жениться, – с грехом пополам подавив гнев, проворчал Аникин, одновременно покосившись на золотые наручные часы, показывавшие половину четвертого утра. – Хрен с тобой, живи и впредь не распускай язык… Да, кстати, возьми две таблетки аспирина «Упса», разведи в стакане воды и дай мне, а заодно подбери в аптечке на кухне снотворное покрепче. Живее, блин! Ишь, расселась!!!
 //-- * * * --// 
   Остаток ночи прошел для Аникина без кошмаров, даже утреннее похмелье мучило меньше обычного, однако настроение в течение всего дня было отвратительным, и, хотя глава фирмы «Эсмеральда» заключил сегодня наивыгоднейший контракт – плод долгих, упорных трудов, заговоров, козней и различных пакостей конкурентам, граничащих порой с откровенной уголовщиной, подписывая долгожданный документ, Петр Александрович не только не выказывал ни малейших признаков радости, но выглядел как грозовая туча.
   – С женой поругался! – шушукались некоторые охочие до сплетен сотрудники (преимущественно представительницы прекрасного пола). – Не иначе! Эта грымза любого в гроб загонит!..
   – …Гадина отпетая. Прямо на лбу написано – стер-ва! И восклицательный знак стоит, хи, хи!.. Страшна как смертный грех, а такого видного, богатого мужика захомутала!.. Дурам везет!..
   – …Не-е-ет, девочки! Здесь приворотом пахнет!.. Уверена на двести процентов!..
   Милые дамы все поголовно ошибались. Аникин и не думал о жене. Просто в душе у него шевелилось что-то странное, ядовито-болезненное. Петр Александрович знал – это неспроста, но причину не понимал и оттого мучился еще сильнее… В середине дня позвонил старинный приятель, Игорь Семенович Баскаков, второй совладелец «Меркурия».
   – Привет! – жизнерадостно поздоровался он. – Как дела?
   – Как сажа бела, – хмуро ответил Аникин.
   – Перестань придуриваться! Я-то знаю!..
   – Что?
   – Про контракт! Захапал-таки! Молодец! Высший пилотаж! Небось опомниться не можешь от радости, а, дружище?!!
   – Брось! Мне он до фени…
   – Ох лицемер, лицемер! Впрочем, дело хозяйское. Хочешь повыпендриваться – на здоровье!.. Кстати, какие планы на вечер? – сменил Баскаков тему разговора.
   – При наличии отсутствия, – вымученно сострил Петр Александрович.
   – Вот и хорошо! Подгребай ко мне часов эдак в девять. Гарантирую полное снятие меланхолии, – Игорь Семенович залился игривым смехом. – Приедешь?!
   – Пожалуй…
   – Не пожалуй, а так точно! Ладно, жду…
   Повесив трубку, Аникин подпер голову руками и задумался: «Действительно, почему не развеяться? Игорь большой специалист по организации увеселительных мероприятий. Нужно обязательно заскочить к нему на огонек, но предварительно следует хорошенько выспаться. Снятие меланхолии методом Баскакова затянется по меньшей мере до утра. Да, выспаться необходимо! Благо важных дел сегодня больше не предвидится, а с мелочевкой заместитель справится!»
   Петр Александрович приказал секретарше никого к нему не впускать, по телефону ни с кем не соединять… дескать: «Нету! Отъехал! Когда вернется – неизвестно!», отключил сотовый (пусть и близкие, избранные не беспокоят), принял несколько таблеток сильнодействующего снотворного, выкурил одну за другой две сигареты, [6 - Некоторых людей после снотворного (как после алкоголя или кофе) «пробивает» на курево.] прошел в смежную с рабочим кабинетом комнату для отдыха, улегся на широкий кожаный диван и вскоре крепко уснул…
 //-- * * * --// 
   Старик висел на цепях и вопил диким, нечеловеческим голосом, а низенький кривобокий тип, покрытый с ног до головы густой, грязной, свалявшейся шерстью, старательно хлестал его обнаженное, судорожно дергающееся тело длинным, гибким хлыстом, сотканным из раскаленных добела металлических нитей.
   – Явился?! – прохрюкал тип, обернувшись к Аникину. – Решил повидаться с любимым учителем и наставником? Может, совета спросить желаешь? Ага, молчишь! Испугался! Понимаю! Что ж, не стану смущать тебя своим присутствием. Схожу перекушу, – мохнатый растаял в воздухе, если, конечно, можно назвать воздухом царивший в помещении невыразимый смрад. Впрочем, в помещении ли?! Ни пола, ни стен, ни потолка…
   Лишь старик на цепях, насмерть перепуганный глава фирмы «Эсмеральда» да изредка мелькающие где-то вдали языки багрового пламени… Несмотря на временное отсутствие мучителя, старик продолжал извиваться в конвульсиях боли.
   – Пе-е-етька, – прохрипел он спекшимся ртом. – Пе-е-етька!.. Я н-не знал, что так будет… Д-думал – ничего, пусто-та-а-а-а!!! – хрип подвешенного перешел в протяжный вой.
   Аникин трясся от ужаса, не в силах вымолвить ни слова. Он потерял счет времени и не знал, сколько уже находится в этом жутком месте. Минуту? Час? День? Год? Вечность?
   Внезапно прекратив выть, старик уставился на Петра Александровича круглыми, безумными глазами.
   – И т-ты, Петька, сюда попадешь! – более членораздельно произнес он. – И т-т-ты душу потерял… Гы-гы… – На тонких бескровных губах появилась кривая улыбка. – Составишь мне компанию! Вдвоем веселее… Ох, опять начинается!..
   Из темноты появились и молча, беззвучно приблизились три призрака в белых ночных рубашках, заляпанных кровью. Молодая женщина с двумя маленькими детьми.
   – Убирайтесь!!! – взвизгнул старик, но тут же успокоился, обреченно вздохнул и пояснил: – Я зарезал их в семьдесят седьмом как опасных свидетелей одного моего прибыльного дельца. Милиция его не распутала, но есть другие «следователи», от которых не скроешься…
   …Кровь невинных жертв не сворачивается.
   – Почему же невинные вместе с тобой, дядь Миша? – удивился Аникин.
   – Да это не они вовсе, – горестно усмехнулся Зубов. – Души тех в другом месте. Мы же видим нечто вроде кинопроекции, однако… ар-х-хх-х-е! – Изо рта Михаила Борисовича выползли несколько шипящих гадюк, опутали голову скользкими кольцами и принялись ожесточенно жалить лысый череп.
   – У нас, как видишь, культурно-развлекательная программа на высшем уровне! – злорадно хрюкнул непонятно откуда появившийся мохнатый тип и помахал перед носом Петра Александровича раскаленным хлыстом. – Собственное кино имеется, гораздо эффектнее людского, и, заметь, для каждого персональное. Вон твое, кстати! – Урод ткнул в сторону когтистой лапой. Аникин невольно обернулся в указанном направлении, захлебнулся истошным криком и… проснулся.
   Он по-прежнему лежал на диване в комнате для отдыха. Мокрый от пота, трясущийся и полуживой от страха. Лишь через несколько томительных минут к хозяину фирмы «Эсмеральда» вернулась способность шевелиться и более-менее трезво мыслить.
   Петр Александрович посмотрел на часы. Оказывается, он проспал чуть более двух часов. Принять очередную порцию таблеток да завалиться по новой? Ну нет!!! Малейшее воспоминание о только что пережитом кошмаре приводило в ужас, заставляло усиленно колотиться сердце, бросало в холодный пот. «Да уж, „приятный“ сон! – подумал Аникин. – Невероятно реалистичный, и, более того, это не просто сон». Бизнесмен содрогнулся. Затем вызвал звонком секретаршу и голосом тяжелобольного попросил:
   – Черный кофе. Две чашки или лучше три…


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

Поделиться ссылкой на выделенное