Игорь Огай.

Уровень атаки

(страница 6 из 34)

скачать книгу бесплатно

– Я не хотел привлекать внимание… – выговорил Павел и почувствовал почву под ногами. – Шокировать подозреваемого было бы ошибкой, а ящер… – он ощутил толчок в бок и оглянулся на напарника, – ну, чего?

– Смарр, – прошептал тот зловеще.

– Да, смарр… Он может шокировать кого угодно… из местных.

– Ящер, значит?.. – атлант улыбнулся. – Вполне логично. И что же произошло дальше?

Тщательно подбирая слова, Павел снова изложил историю. В урезанном варианте она уложилась в три предложения, на протяжении которых шеф одобрительно кивал.

– Значит, ни подтвердить, ни опровергнуть версию о депутате не удалось, – заключил Максенций.

– Почему – не удалось? – удивился Павел. – Наоборот, совершенно очевидно, что именно он лоббировал решение о фабрике. А если удастся выяснить, кто прикрывал его сегодня… – Павел снова ощутил толчок в бок.

– А вот это уже вне зоны вашей ответственности, – оборвал его Максенций, – и является внутренним делом Атлансии. Ваше руководство, Павел, доведет до вашего сведения всю необходимую информацию на этот счет. Не советую нарушать их инструкции, особенно, если учитывать вашу оперативную хватку.

Не прощаясь, атлант повернулся и пошел к автобусу. Только уже поставив ногу на ступеньку, он сообщил через плечо:

– Сергей Анатольевич не забудьте – в девятнадцать часов я соберу совещание руководства Миссии. Ваше присутствие обязательно.

Его бойцы снялись из оцепления подъезда и вслед за боссом организованно погрузились в автобус. В тот миг, когда за ними мягко закрылась дверь, воздух как будто бесшумно вздрогнул, пошел волной и… Павел вдруг понял, что до этого мгновения мир был мертвым. Без движения ветра, без шороха опадающей листвы, без людских голосов – без всего того, чего не замечаешь в обычной жизни и даже, оказывается, не сразу спохватываешься когда оно исчезает. Зато, когда все это вдруг появляется вновь…

– Выключил «паузу», – снисходительно объяснил шеф в ответ на ошарашенный взгляд Павла. – Они без нее шагу не ступят – прикрывают этой штукой любую масштабную акцию.

– Мы тоже, – добавил Филиппыч. – Когда нам ее дают. Пойдемте в машину, дождь идет…


В мире без «паузы» действительно шел дождь.

Три дверцы джипа хлопнули почти одновременно, и в салоне воцарилась неожиданная тишина. Шеф удобно расположился в одиночку на заднем сиденье, и, задавая вопрос, Филиппычу пришлось повернуться вполоборота:

– Ну, что там?

– Там? – рассеянно переспросил шеф, рисуя ногтем узоры на запотевшем боковом стекле. – Там полная задница, Семен. Атланты не знают, кто напал на Головина. У меня создалось впечатление, что Максенций очень обеспокоен ситуацией… если не сказать – напуган.

– Даже так? – Филиппыч поскреб бороду.

– Именно. Он несколько раз просил меня соблюдать строгую конфиденциальность в общении с наблюдателями других ветвей вплоть до окончания разбирательства. Атланты явно боятся огласки инцидента.

– Так это же хорошо, – брякнул Павел, – у нас появляется шанс взять их за горло.

– Кого? – не сразу понял шеф, – Атлантов?

Филиппыч усмехнулся.

– Нет, Паша, тут уже не до местных разборок.

Цветочки кончились, игра пойдет по-крупному. Ты, кстати, заводи, здесь отсвечивать больше резона нет.

– Есть два объяснения случившегося, – сказал шеф, уже забыв о легкомысленном предложении стажера. – Либо атланты проморгали кого-то из своих сателлитов, либо действует их внутренняя оппозиция.

– Как это? – перебил Павел.

Мотор отозвался на поворот ключа мягким утробным рыком.

– Общественное устройство в других мирах так же неоднородно, как наше. У властей многих из них тоже есть оппозиция, – пояснил Филиппыч мимоходом и, возвращаясь к теме, повернулся к Потапову: – Вариант других ветвей исключаешь?

– Исключаю. Иначе они, наоборот, в рамках действия договора привлекли бы к отражению атаки всех остальных. Это же как минимум четвертый уровень угрозы.

– Логично. Но сателлиты… Как-то уж очень маловероятно. Не припомню, чтобы они дорастали до конкуренции со своей образующей ветвью.

– Я тоже. Но расы Ассамблеи теоретически допускают такую возможность. К тому же – полное генетическое сходство нападавшего… Если это действительно так, то атланты никогда не признаются, что проморгали кого-то из своих сателлитов. Союзнички их опустят ниже плинтуса.

– Так что же получается, – встрепенулся Филиппыч, – подкоп с самого начала велся не под Ассамблею, а под самих атлантов?

– Получается, что так. Плохо только то, что это «внутринациональные» разборки, а значит, привлекать Ассамблею они не позволят. Сегодня наверняка будет поставлен вопрос об отзыве прикомандированных к нам бойцов. А мы ведь не знаем, что еще есть в заначке у конкурентов.

– Что-то я не пойму, – проговорил Павел, выворачивая из переулков на Садовое. – Какая нам-то разница, что за власть будет в этой их Атлансии? Или что их место займет какой-то сателлит, тем более если он генетически схож? Да пусть хоть все разом перегрызутся!

Шеф помолчал секунду, разглядывая осенний город за окном джипа, потом произнес:

– Последняя большая разборка была с евреями. Гипербореи вычислили территорию влияния – западная Европа, время – 1933 год и сам фактор – численность расы в нашей реальности. Это была на редкость прямая зависимость – евреям не повезло. Атака третьего уровня была проведена безжалостно. Вторая мировая война оказалась всего лишь следствием, побочным эффектом воздействия – для ассамблейщиков главным было привести к власти подходящего подонка и инициировать политику холокоста. Ты, вероятно, в курсе, что это им с блеском удалось. В результате ветка, где Израиль становился доминирующим мировым государством, потеряла всякую вероятность реализации и доживает где-то в самом низу иерархии свои жалкие сотни лет до полной нуллификации. А у нас – сорок миллионов убитых. Вот так вот, Головин. Пусть перегрызутся, говоришь?

Павел сглотнул и не нашел, что ответить. Да и дорожная обстановка при выезде на Олимпийский проспект не способствовала активной беседе.

– Ладно, – сказал шеф. – К делу. В итоге мы имеем оборванную ниточку депутата и нелокализованную угрозу атлантам, которые начинают нервничать. Чем эти нервы аукнутся Земле, не вполне ясно. Выбранный их противниками фактор влияния неизвестен, ясно только, что Ассамблея им пока мешает. К ликвидации ее представительства на Земле или внесению раскола между участниками приложены серьезные усилия… Я что-нибудь упустил? – Шеф покосился на Филиппыча.


– Да. Ты забыл спросить: «Что делать?» – подсказал тот.

– Пожалуйста: что будем делать?

– В первую очередь разберемся с той кашей, которую сами заварили.

Шеф усмехнулся.

– А что – каша? Каша-то как раз почти удалась. Провокация сработала замечательно, и если бы не кое-какие технические неполадки…

– Вот именно – почти. Только гиперборей и ящер больше за ним присматривать не смогут, – Филиппыч кивнул в сторону Павла.

– Что значит присматривать… – начал было тот и осекся, пораженный догадкой. Хорошо, что пробка на проспекте двигалась так медленно, несколько секунд Павел почти не контролировал движение автомобиля.

– Ну вот, сообразил… – недовольно протянул шеф. – Любишь ты все усложнять, Семен.

– Я люблю, чтобы все по-человечески. Хотя бы под конец.

– Подождите-ка… – новая картина вдруг сложилась у Павла в голове с пронзительной четкостью.

Ящер: «Отдай его людям, они такого ищут…»

Щедрое предложение: «Работа нужна?.. Пять тысяч, и не спрашивай чего…»

Перепуганный депутат: «Настоящий волкодав… Фабричные ему деньги, тачку…»

Господин Максенций: «Учитывая вашу оперативную хватку…»

– Значит, провокация… – Слова у Павла как-то вдруг кончились. Так его еще ни разу не кидали. Даже родная страна.

– Извини, – проговорил шеф. – Семен с самого начала был против использования слепой марионетки, но я настоял на таком варианте. Ты вправе обижаться. Все доставленные неприятности мы компенсируем…

Да, родная страна его еще так не кидала. Но страна и не играла по таким ставкам, с тех пор как имперские амбиции как-то разом канули в Лету, уступив место заботам о прибавочной стоимости. И стране своей Павел Головин по-прежнему был не нужен, как будто не осталось для него в ней достойного дела. А если бы и нашлось таковое… Одна-единственная схватка с атлантом, пожалуй, стоила целого разведрейда в горы. И то ли еще будет?

– …Машину можешь оставить – документы на нее чистые. Месячную зарплату получишь в бухгалтерии… Квартирку, правда, запалили, но ничего, и ее подчистим. Только карту из телефона верни. Там информация, которая все равно тебе не пригодится. И до фабрики подкинь напоследок, если нетрудно, а то мы, видишь, без машины остались…

Эти профи уже списали его со счетов как лоха, неспособного понять и оценить красивую оперативную комбинацию. Как ударившегося в обиду дешевого фраера…

– Я против того, чтобы прерывать операцию, – сказал Павел, и шеф замолк на полуслове. – Вариант депутата еще не отработан до конца. Резидент теперь наверняка запаникует, потому что не знает, о чем Павлюк успел проговориться.

Молчание было недолгим. Филиппыч вздохнул в своей манере и произнес в сторону:

– На редкость удачная провокация. Просто на редкость. Даже Максенций поверил…

Шеф кинул на него хмурый взгляд.

– А кто про ящера с гипербореем вспоминал?

– Так это… – Пронин потупился.

– Если уж вы меня так подставили, – заявил Павел, – то в покое меня все равно не оставят.

– О! – Филиппыч поднял указательный перст к потолку.

Шеф кашлянул, как показалось, смущенно.

– Ну, и… твои предложения?

– По-моему, очевидно. Нужно постараться не испортить то, что уже достигнуто, и ждать результатов. Может быть, организовать маленькую утечку о сегодняшнем инциденте вместе со вчерашними «моими» подвигами, это взволнует кого угодно.

– Примерно так мы это себе и представляли, – сообщил Филиппыч, – другого способа поднять со дна стукача я не вижу.

– Так, – шеф наморщил лоб. – Без бойцов будет трудно, но, если привлечь Мишу, появится хотя бы видимость прикрытия. Кроме того… поскребем по сусекам, соберем что-то из спецсредств… Да и сам ты не смирный ягненок на заклании. Ладно, попробуем продержаться, сдается мне, что надолго ситуация не затянется… Только вот здесь на Сущевку повернуть не забудь!

Павел чертыхнулся и через два правых ряда бросил джип к съезду к туннельной развязке под проспектом Мира. Зазор между машинами был достаточен, чтобы его резкий маневр не вызвал затруднений, и Павел в первое мгновение очень удивился, когда сзади послышались раздраженные сигналы. Впрочем, недоразумение быстро разъяснилось: вслед за «Лендкрузером» сквозь ряды автомобилей продиралась «БМВ»-»пятерка», подрезая и почти тараня зазевавшихся.

– Ваши прикомандированные на права сами сдавали? – осведомился Павел. – Или Ассамблея покупала корочки оптом?

– Что? – Филиппыч оглянулся назад. – Это не наши! Дави на газ, Паша!..

Боднув напоследок в угол бампера зазевавшегося «жигуленка», «БМВ» съехала на развязку.

– Не на фабрику! – уточнил шеф. – Перед тоннелем направо!

– Зачем? – Павел задал вопрос, хотя руки уже повернули руль, выполняя директиву. – Там разворот на эстакаду или в центр! Завязнем!

– Чтобы половину Сущевки с собой не прихватить, когда шарахнут, – спокойно пояснил шеф. – На валу пробка небось до самой Шереметьевской…

– А жилой квартал можно?.. – начал Филиппыч, но тут Павел преодолел светофор на красный свет и утопил педаль.

Адаптированный к России японец шлефанул колесами асфальт, заставив пассажиров умолкнуть и прижаться к спинкам сиденьев. Впрочем, конкурент не уступал «Лендкрузеру» в мощности, а в пригодности к динамичной езде даже превосходил. «БМВ» мгновенно проглотила трехсотметровый участок перед поворотом и почти юзом встроилась в поперечный поток, вынужденно пропустив вперед лишь длинную фуру.

– Приказа на отзыв бойцов еще не было, – намекнул Филиппыч.

– Уже вызываю, – отозвался шеф. – Только, боюсь, не успеют. Спасибо Головину – отправил их в Торопово.

– Куда?! – возмутился Павел. Естественное препятствие между «Лендкрузером» и преследователями давало шанс если не оторваться, то протянуть время, и он отчаянно давил на газ, молясь, чтобы встречное движение не прервалось.

– На свалку за твоим телефоном уехали, – пояснил Филиппыч. – Вместо того, чтобы тебя прикрывать.

– Не успеют, самим придется… – проворчал шеф. – Семен, что у тебя из игрушек с собой?

– Ничего. Только «глиняные» пули.

– Отдай пистолет Головину – он у нас стрелок.

Филиппыч без разговоров полез за пазуху и вытащил из кобуры под мышкой видавшую виды «гюрзу».

– Держи. Защита атлантов – сильное электрическое поле, простые пули в нем сгорают. В рукопашной тоже помогает, но на керамику не действует… Давай твой «макаров» – хоть пошумлю, когда начнется…

– Если только это атланты, – вставил шеф.

– А если братва, то и свинец подойдет.

Во встречном ряду все же образовался просвет, и Павел уловил в зеркале, как «БМВ» акулой вынырнула из-за прилично отставшего грузовика. Впереди замаячила эстакада третьего кольца. Слева от дороги тянулась насыпь с редкими постройками, отделяющая шоссе от железнодорожных путей. Справа…

– Не уйти, – подвел Филиппыч очевидный итог.

– Тормози! – крикнул шеф и подался вперед, когда Павел рефлекторно ударил по педали. – Налево! В гору!

– Куда?! – переспросил тот, но уже и сам видел, в какую гору.

Прямо под эстакадой насыпь сменялась железобетонным забором, но за десяток метров перед этим она становилась пологой, легко преодолимой для внедорожника. Двигаясь наискосок, тяжелая машина взлетела на вал и, и удачно миновав край платформы «Ржевская», спустилась по отлогому склону на рельсы. Десяток маневровых и сортировочных путей – целое железнодорожное поле – собирались в этом месте в единый жгут, уходящий к центру города – трем известным московским вокзалам.

– Не те-ряй тем-па! – прокаркал Филиппыч в такт прыжкам джипа через рельсы и шпалы.

– Куда?! – гаркнул Потапов. – Там вокзалы! Разворачивай!..

– Черт!.. – Павел крутанул руль, сработал педалями. – Сразу говорить надо!

Прыгая козлом, джип развернулся через пути и, взревывая, поскакал по шпалам прочь от центра города.

– Подвеске… конец… – сообщил Павел.

– Самим бы уцелеть! – отозвался шеф.

Когда «Лендкрузер», не слишком удачно изображая электричку, въехал в пространство между двумя платформами, над насыпью мелькнул хищный оскал «БМВ». Водитель не сумел повторить маневр Павла. Машина скатилась на платформу, распугивая редких пассажиров, пересекла ее поперек. Передние колеса сорвались с плит, металл проскрежетал по бетону, и гордый «немец» с размаху уперся бампером в шпалы, замерев на полпути к земле.

– Все! Спекся! – радость Пронина оказалась преждевременной. Павел увидел в зеркале, как дверцы поверженного противника распахнулись и из машины выскочили двое. Правая рука каждого была по локоть одета в змеящуюся голубую пряжу электрических разрядов.

– Все-таки атланты, – прокомментировал шеф, наблюдавший эту картину через заднее стекло, – Служители… Берегись!

Это было что-то помощнее тех молний, которыми Павла уже пытались убить сегодня. От первого разряда он успел увернуться, бросив машину в сторону. Яркий светящийся шарик потянулся за джипом, но, пролетая над рельсом, канул вниз, будто притянутый магнитом. Стальная полоса плеснула в стороны расплавленным металлом.

– Молодец! – крикнул Филиппыч. – Теперь влево, влево!..

Павел послушно дернул баранку, но второй шарик, уже начиная снижаться, все же клюнул джип в задний правый колесный диск. Машина подкинула зад и грузно осела на оставшуюся без колеса ось.

– Жаль, – выговорил шеф. – Хорошая была идея… Ну все, хватит тянуть кота…

Он не договорил. Сунул руку под плащ, щелкнул чем-то, и…

И мир остановился.

Замерли изумленные и напуганные люди на платформе. Остановился на выезде из-за поворота поезд, две минуты назад ушедший с Ленинградского вокзала. Автомобильное движение за оградой, кроны деревьев, ветер… Только двое из поверженного «БМВ» переглянулись и заспешили навстречу людям.

– Откуда у тебя «пауза»? – деловито осведомился Филиппыч.

– Забыл отдать.

– Ассамблейщики нас четвертуют, – горестно выдохнул Пронин.

– Чепуха. Лучше спроси, откуда у этих «пауза»! Да еще синхронизированная с нашей…

Подобные тонкости Павла интересовали мало.

– Чего расселись? – рявкнул он. – Вон из машины!

Резина на оплавленном диске уже занялась, и от кормы джипа тянуло противным едким чадом.

– Давай, Паша, давай, – торопил Филиппыч, выглядывая из-за капота. – Не подпускай ближе пятидесяти метров – зажарят, что в твоем гриле!

– Пятидесяти?.. – Павел с сомнением посмотрел на дымящее колесо, потом на приближающихся атлантов. Вот один из них не снижая темпа поднял руку, и новый комочек плазмы родился в растопыренной пятерне.

– Спокойно, Головин…

Шарик метнулся вперед, но, угодив в пространство над железнодорожной колеей, заметался от рельса к рельсу, потерял направление, свечкой взмыл вверх и с треском лопнул на полпути к небу.

– Не могут прицелиться, – заключил шеф, – слишком много заземленного железа вокруг.

– Ага… – Павел перевел дух, выпрямился за капотом во весь рост. Поднял пистолет.

Ноги на ширину плеч, обе руки вперед, левый глаз прищурен… Только наушников не хватает, а так – тир. Мушка вросла в прорезь прицельной планки, закрыв силуэт атланта, спуск мягко поддался пальцу…

Выстрел ударил в ладонь неожиданно сильной отдачей, гулким раскатом прокатился в наступившей между платформами тишине. Один из атлантов оступился на бегу, припал на одно колено, прижав руку к левой части груди.

– Попал! – Филиппыч хлопнул Павла по плечу. – Давай еще!..

– Погоди, – прошептал тот. – Не так быстро…

Второй боец замер, глядя, как товарищ медленно валится навзничь. Потом снова посмотрел на людей уже совсем другим взглядом, наклонил голову и ринулся вперед. Его вытянутая рука окуталась голубым свечением, в рельсы под ногами с треском били маленькие молнии.

– Сейчас шарахнет… – выдохнул шеф, и Павел отреагировал помимо воли.

Палец на спуске дрогнул, торопливо выбирая последний миллиметр свободного хода, и «гюрза» раскатисто рявкнула навстречу врагу… В ответ тот сделал сложный пасс, и в сторону джипа с пушечным грохотом ударил пробой. Для такой атаки все еще было слишком далеко – людей снова спасли рельсы. Огненный ствол разветвился, рассыпался на сотни серебряных нитей, опутывая стальные пути и оставляя на них белые дорожки вскипающего металла…

Должно быть, в этот момент нервы у Павла все-таки сдали. Сколько раз можно убивать человека в течение одного дня?! Из двух следующих выстрелов только первая пуля легонько дернула атланта за плечо, но тот почти не обратил на это внимания.

– Ты что творишь?! – крик Филиппыча перекрыл эхо выстрелов. – У меня «керамики» пять штук в обойме! Остальные – медь!

– Что? – Павел посмотрел на свое оружие, ставшее вдруг почти бесполезным.

– Целься лучше!..

Новая шаровая молния почти сумела взять верный прицел и в лохмотья разнесла дверь джипа. Жаркая волна ударила в лицо, на голове зашевелились наэлектризованные волосы.

– …Я тебя умоляю, – закончил Семен.

И вытащив «макаров» Павла, метнулся под ближайшую платформу.

– Семен!.. Черт! – Чтобы выразить возмущение, у Потапова не хватило слов. Он лишь сумел повторить за Филиппычем: – Давай, Головин… Лучше целься.

Три выстрела очередью хлопнули из-за бетонной опоры платформы. Одним из них Филиппыч даже умудрился почти попасть – у головы атланта мелькнула вспышка сгоревшей пули. В ответ, не стремясь к разнообразию, служитель сделал несколько вращательных движений кистями обеих рук, и в сторону платформы полетели сразу шесть ослепительно белых шаров. Плиты вздрогнули, из опоры полетели ошметки бетона и арматуры. Грунт, годами наносимый в бруствер под обрезом платформы, вскипел тучей пыли и вырванного дерна…

А Павел облокотился – почти лег – на капот нашедшего свое последнее пристанище «Лендкрузера», положил перед собой руки с пистолетом. Дым от колеса, чадившего в опасной близости от полупустого бака, растекался над головой вонючей тучей… Руки атланта снова наливались голубым свечением… Шеф бубнил над ухом, что служитель не бережет энергию и что надолго его не хватит…

Все это осталось там, снаружи. А внутри своего крохотного мирка Павел совместил прорезь прицельной планки в одну линию с мушкой и потянул спуск. Говорят – хороший стрелок не должен знать, в какой момент произойдет выстрел, но у данного экземпляра «Гюрзы» в механизме похоже образовалась выработка… Да, вот она, замеченная еще при первом выстреле легкая задержка курка… Значит, осталось дожать еще чуть-чуть, буквально на толщину волоса…

Цилиндрик из тяжелой керамики беспрепятственно преодолел защитное электрическое поле, пробил височную кость врага и рассыпался внутри его черепа множеством осколков. Свечение на руках атланта погасло, служитель мешком повалился на правый бок.

Потапов шумно вздохнул.

– Наконец-то… Со второго бы выстрела так… Помоги!

Из-за опоры платформы послышался стон.

– Е-мое… – выговорил Павел и бросился вслед за шефом.

Ни одна из молний в Филиппыча не попала, но какая-то из них все же влетела под платформу и разорвалась неподалеку. Пронин лежал, уткнувшись носом в дымящийся грунт и зажав уши руками. Из-под ладоней струилась кровь. Ни своих стонов, ни голосов подоспевших коллег он не слышал.

– Хватай под руки! – приказал шеф.

Вдвоем они выволокли Филиппыча на рельсы.

– Ну? Как? – отрывисто проговорил Потапов. – Стоишь?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Поделиться ссылкой на выделенное