Игорь Огай.

Предел обороны

(страница 5 из 32)

скачать книгу бесплатно

– Градобор… – пробормотал Павел, поднимаясь на ноги. – Сукин сын…

– К тво-оим у-услуга-ам…

Стараясь быстрее попасть в квартиру, гиперборей сэкономил время даже на пробежке по лестнице. Его режущие воздух крылья отчетливо гудели. Вошедшие в резонанс мышцы спины и грудной клетки делали речь малоразборчивой.

– Ты нарочно ждал до последней секунды? – Это вполне могло быть правдой, но Павел с удивлением понял, что обиды нет. Ресурс каждой «паузы» теперь слишком ценен.

Главный дознаватель не ответил. Он опустился на изуродованный паркет и дернул пряжку на груди, обтянутый перепонкой гибкий каркас упал к его ногам. Десятки веков назад враги и друзья Гипербореи начинали войны ради овладения секретом полета, пока не поняли, что конструкция механизма почти не имеет значения.

– По-осле-е, – пресек Градобор новый вопрос Павла.

Меч со звоном покинул ножны за спиной воина. Размытое, дрожащее с частотой ультразвука лезвие описало невидимый глазу полукруг…

Экономя каждую субъективную секунду «паузы», Градобор потянулся к серой коробочке на поясе и нажал ее единственную кнопку. В былые времена прибор остался бы включенным вплоть до окончания разбора ситуации и зачистки территории, но сейчас это была непозволительная роскошь.

Время снова набрало ход, и в тот же миг с грохотом и содроганием пола монстр рухнул вниз. Жвалы отделенной головы сделали несколько хватательных движений и затихли. Тело, пару раз изогнувшись в судороге, перевернулось на спину, ноги суетливо и бестолково рвали воздух, «вилка» хвоста царапала замысловатый вензель на дальней стене.

– Вы что? Жить надоело? – Механический голос сумел передать вопросительные интонации, но об истинных эмоциях Палония можно было судить только по энергичности восклицания на языке Атлансии.

С орихалкового стика воина ударил слепяще-белый жгут, обернулся несколько раз вокруг обезглавленной твари, сковал ее хаотичные движения. Не сопротивлявшееся больше тело с хрустом сложилось пополам, потом вчетверо… Остановился Палоний, только скатав насекомое в шар полутораметрового диаметра.

– Это была не самая большая из наших проблем, – заметил Градобор. Уняв последние боевые вибрации своего тела, он выразительно обернулся к проему в стене.

Человеческое любопытство неодолимо, особенно пока сохраняется иллюзия отсутствия угрозы. Бой в реальном времени видела и слышала вся улица. Окна домов напротив были утыканы любопытными лицами. Прохожие, отбежав на кажущееся безопасным расстояние, остановились поглазеть, чем кончится дело.

Сама драка издали еще могла походить на перестрелку и серию взрывов. Но как быть с монстром, заползающим в квартиру по стене дома?

– У Пронина появилось очень много работы, – сообщил гиперборей, стоя на краю четырехэтажной пропасти. Ничуть не смущаясь зрителей, он вытер меч о попавшийся под руку обрывок тряпки и вложил его в ножны за спиной.

– Ланцелот, сразивший дракона… – пробормотал Павел. – Картина, блин, маслом…

И только тогда он спохватился.

Оттолкнув едва пришедшего в себя инка, пролетел через коридор, ворвался на кухню…

Как и следовало ожидать, капитан Сергеев злостно нарушил все указания. Помещение было пустым.

3

Филиппыч примчался минут через десять. С сиреной и с мигалкой на том же патрульном «уазике», на котором поехал выручать сбитых троллейбусом гипербореев. Сейчас оба пострадавших воина делили заднее сиденье с совершенно обалдевшим милиционером. Другой послушно вертел баранку – разобраться в ситуации и полномочиях Пронина он, похоже, отчаялся.

Павел и трое ассамблейщиков ждали у подъезда дома. Задавать им лишние вопросы было пока некому: пара рядовых бывшего оцепления испарились с объекта вместе с первыми залпами атлантов. Но когда «козел» наконец затормозил, отчаянно скрипя колодками, вздох облегчения вырвался у Павла помимо воли.

– Наконец-то! Где тебя носит? Нас же скоро прямо здесь всех повяжут!..

Гиперборей, атлант и инка промолчали, но явно придерживались того же мнения.

– Скажите спасибо, что уже обратно ехал, – буркнул Филиппыч. – А то бы…

Он не договорил, с обоих концов улицы уже донеслись сирены. Слева приближались милицейские «Жигули», справа – два пожарных «ЗИЛа».

Пронин повернулся к Павлу:

– Нелюдей в автобус быстро и марш на фабрику! Градобор… Слишком много свидетелей. Мы предусматривали этот вариант, придется воспользоваться твоим планом.

– Согласен. Жди здесь, я пришлю творцов.

– Да уж куда я денусь… Побыстрее давай, операм я долго морочить голову не смогу.

Ничуть не обидевшись на «нелюдей», ассамблейщики погрузились в автобус. Павел успел занять место за рулем и – едва последний инка ступил на подножку – тронул машину с места. Экипаж встречных «Жигулей» с синей надписью ДПС проводил автобус взглядами, явно терзаясь сомнениями, не стоит ли задержать до выяснения.

– Что за план у вас с Семеном? – бросил через плечо Павел Градобору.

Тот помедлил, устраиваясь поудобнее на ближайшем к водителю сиденье. Потом, решив, что нет причин скрывать правду, сообщил:

– Жаль, что атланты могут стирать память только в лабораторных условиях.

Павел стерпел и не выругался. На главного дознавателя порой нападала манера говорить эзоповым языком, и обычно это происходило крайне не вовремя.

– Творцы делают то же самое без оборудования? – уточнил землянин.

– Не совсем. Они не могут заставить людей забыть, но сделают так, что никто больше никогда не вспомнит об увиденном.

Звучало это настолько же непонятно, насколько и угрожающе. Если бы такое озвучил инка, Павел решил бы, что всех свидетелей попросту расстреляют.

– Никто не пострадает, – успокоил его гиперборей. И, подумав, добавил: – Скорее всего… Просто люди еще раз проживут последние полчаса. Но в их новой реальности сражения не будет.

– Ничего не понял, – устало констатировал землянин.

– И не старайся. А сейчас извини, мне надо позвонить…

Слушая звуки чужой речи, Павел в очередной раз дал себе зарок выучить хотя бы по паре сотен слов на всех трех языках Ассамблеи. Подслушанная невзначай фраза может оказаться гораздо дороже переведенной специально для ушей землян.

– Все хотел спросить… – произнес он, когда Градобор сложил трубку. – У кого-нибудь в Ассамблее уже есть хоть примерное понимание того, что происходит?

Слуга дознавательной коллегии покосился на бойцов.

– Москву атакуют монстры, – сообщил он доверительно.

Павел вздохнул:

– Я вообще-то серьезно…

– А если серьезно, то ты пока еще не глава Земного отдела для таких вопросов. И к тому же слишком хороший водитель – за оставшиеся три минуты я не сумею объяснить тебе основы теории Хаоса.

Павел, уже открывший было рот для возражений, прикусил язык.

Теория Хаоса… Случайная оговорка? Снисхождение к любопытству землянина? Или все-таки допустимый слив информации? Главный дознаватель очень редко делал что-то из голого альтруизма и тем более по ошибке. Значит – последнее. Градобору нужно было добиться от Павла каких-то конкретных слов или действий… Но сказать прямо, конечно, язык отвалится!

Стремление ассамблейщиков интриговать, где надо и где не надо, кого угодно могло вывести из себя.

– Даже не рассчитывай, – прошипел Павел, сдерживая усилием воли порыв перейти на ненормативную лексику. – Твои теории меня не касаются, понял?.. Я подчиняюсь только Потапову и буду делать только свою работу. Это ясно?

– Более чем, – с готовностью согласился Градобор, ничуть не удивившись реакции землянина. – Но тогда ни о чем больше меня не спрашивай.

Оставшуюся пару поворотов Павел преодолел молча. И без того неважное настроение стремительно портилось. Абстрактные слова шефа о новом кризисе в Древе неожиданно налились угрожающим смыслом, когда ситуация коснулась Павла лично. Зачищать улицы от монстров – это одно, быть объектом или орудием чужой интриги – совсем другое.

– Черта с два, – прошипел Павел, вконец озлобившись. – У вас свой заговор, у меня свой…

Он пнул тормоз перед воротами фабрики. Бросил через плечо:

– Загони сам… Я сойду здесь.

И, спрыгнув с подножки, зашагал прочь, не оглядываясь на оклик гиперборея.

Пятьдесят шагов в направлении улицы – вполне достаточно, чтобы немного остыть и попытаться продумать ближайшие действия.

Глобальные катаклизмы Древа и атакующие мутанты – это все для гроссмейстеров. Потапова и ассамблейщиков хлебом не корми, дай только влезть в очередной кризис. У него же, рядового оперативного сотрудника, есть куда более скромные, но зато вполне конкретные и понятные обязанности. Одна из них – не оставлять свидетелей работы нелюдей.

Еще раз вдохнув полной грудью утреннюю прохладу, Павел полез за телефоном. Филиппычу сейчас наверняка не до мелочей, но добиться хотя бы пары слов от него было совершенно необходимо. Если только он вообще возьмет трубку…

– Пронин, слушаю, – раздалось в динамике возле уха. – Докладывайте…

Семен, похоже, вовсю «играл роль», и рядом был кто-то из слушателей. Кого именно принесла нелегкая из МЧС и УВД, можно было только догадываться.

– У нас проблема, – сообщил Павел, чтобы сразу придать значимости своим словам. – Один из свидетелей исчез с объекта во время драки.

– Какого черта, Головин? Свидетелей здесь человек триста! Это дело для… – Филиппыч запнулся на секунду: слово «гипербореев» встало у него поперек горла. – В общем, не твое это дело.

– Твои триста – не мое, – согласился Павел. – А тот один – это вчерашний капитан Сергеев. Мы застали его в квартире, и атланты взяли его в оборот. К тому же он видел гусеницу и начало драки.

Филиппыч помолчал секунду. Потом проговорил уже без прежнего напора:

– Ну не могу я сейчас этим заниматься, Паша… Где эти творцы чертовы градоборовские?

– Я и не прошу тебя самого заниматься, – снизошел Павел. – Дай мне контакт в УВД Северо-Восточного округа. Наверняка ведь есть человечек…

– Есть, – с готовностью отозвался Филиппыч. – Железных Владимир Васильевич, зам по работе с личным составом. Покажешь ему свое фээсбэшное удостоверение и скажешь – от меня. Он тебе капитана из-под земли достанет. Пиши мобильный…

Не дожидаясь «спасиба», Семен выключил телефон. А Павел остался стоять с открытым ртом. Н-да, тесен все-таки мир…

Вопрос: может ли карьерная кривая вывести заштатного взяточника-участкового в заместители начальника УВД округа? В ответ любой ассамблейщик скажет: во вселенском Древе возможно все. И будет по-своему прав… Или все-таки нет? Все-таки однофамилец?..

Об оставленном за воротами фабрики записанном на отдел «Форде» жалеть не стоило – у здания управления припарковаться наверняка будет негде. Шагая к метро, Павел снова вытащил телефон и набрал нужный номер…


Кабинет полковника Железных был таким, каким и должен быть кабинет полковника – зама начальника окружного УВД. Паркет, большой стол для заседаний, портрет президента… Да и сам Владимир Васильич оказался под стать. Со времени последней встречи с призывником Головиным он «повзрослел»: равномерно раздался во всех направлениях, налился административным самосознанием и соответствующей полнотой власти в масштабах округа.

Этот тяжелый груз не позволил ему не то что подняться навстречу вошедшему майору ФСБ, но и просто кивнуть в знак приветствия. Однако память мента нареканий не вызывала.

– Ну?.. – прогудел Железных при виде Павла. – И ты, значит, туда же?

Туманное обвинение тот понял не до конца, но счел нужным опровергнуть:

– Никак нет. Я оттуда.

– То-то и гляжу, – заверил его полковник. – Каждая сопля теперь при корочке… Ладно. Даже знать не хочу, как выслужился. Говори свое дело.

Повод выражать недовольство у полковника был. Впрочем, как и у всякого отца при встрече с бывшим неудачным хахалем дочери. К своему давнему и почти забытому приключению Павел был склонен относиться философски. Прямой своей вины он в нем не видел и потому неприкрытого хамства терпеть был не намерен.

– Да ты тоже, гляжу, времени не терял. Последний-то раз виделись – все шпану по подворотням гонял. За двенадцать лет из простых участковых… Рецепт не подскажешь?

Вот тут полковника наконец проняло. Всей своей массой он вздыбился из-за стола и процедил:

– А ну-ка прикуси язык, майор! Не то никакой Пронин не заступится! У меня тоже есть кому из ваших позвонить!

Павел открыл рот и действительно прикусил язык. Не стоило сейчас ссориться с полковником. Не сегодня.

– Ну хорошо… – выдавил он, приближаясь к стульям у стола, но не торопясь садиться. – Извините, товарищ полковник, погорячился…

Железных постоял еще секунд десять. Потом с видимым усилием умостил свой геморрой на кресле. Просипел сквозь зубы:

– С тебя триста баксов, Головин.

– Это за что? – совершенно искренне удивился Павел.

– За аборт Галкин на десятой неделе! И за психотерапевта еще бы содрать с тебя, засранца!..

– То есть как… за аборт?.. – Павел почувствовал, что его внутренние позиции внезапно пошатнулись. – Она же ничего не говорила…

Вот тебе и раз! Дело, конечно, прошлое – двенадцать лет как-никак… Да и девчонка-то была, прямо сказать, не подарок – еще с тем гонором. Но аборт?.. Оно бы, конечно, ничего не изменило тогда, но ведь правда молчала, зараза!

Не говоря больше ни слова, Павел полез во внутренний карман за бумажником. Деньги в Москве могли понадобиться в любой момент и на что угодно: от поимки частника до взяток постовым или чиновникам. Учитывая характер некоторых грузов ассамблейщиков, взятки эти порой достигали астрономических размеров, и тратить по пустякам оперативный резерв означало гневить Филиппыча и расстраивать шефа. С тех пор как Земной отдел оказался формально уравнен в правах с остальными расами Ассамблеи и перешел на самофинансирование, его сотрудникам пришлось отучиться от привычки швыряться деньгами налево и направо.

Но ведь установление контакта с полковником – это не пустяки?

– Совсем с дуба рухнул? – поинтересовался Железных, косо глядя на валюту. – Убери, пока статью не пришил.

Павел засунул бумажки обратно в кошель.

– Зачем сказали тогда?

– Чтоб знал, где нашкодил, может, совесть уколет. И еще чтоб не вздумал снова к ней в душу соваться!

– Да нужно больно! – вырвалось у Павла совершенно непроизвольно, но очень искренне.

– Нужно, не нужно… Я откуда знаю, зачем ты явился?

– По делу явился. – Павел покосился на Железных, оценивая его готовность к конструктивной беседе. – Разрешите, товарищ полковник?..

– Валяй, – согласился тот. – Коротко.

– Нужен ваш человек один.

– Кто?

– Капитан Сергеев. Опер. Имени-отчества не запомнил…

– Сергеев? – Лицо полковника снова потемнело прямо на глазах. Изумление, подозрительность, гнев… Плюс элементарный прилив крови. Но продолжил он на удивление сдержанно: – Зачем он тебе?

– Я обязан отчитываться? Служебная необходимость.

– А если я пошлю тебя к черту? Составляй официальный запрос, через месяц, глядишь, ответим.

Павел вздохнул и пустил в ход последний козырь:

– Пронин обещал, что не пошлете.

– Пронин… – повторил полковник. – Н-да… Ну ладно, что тебе надо про Сергеева? Дела его?

– Нет. Только адрес.

Павел понял это за секунду до того, как сказать: чтобы найти капитана, ему действительно нужен лишь домашний адрес и ничего больше. Скрыться во время боя опер вполне мог – это на его месте любой бы сделал. Но в паре кварталов от драки у него снова должен был включиться разум, а значит, дальше МКАДа Сергеев не побежит.

– Адрес? Ты что, в «кадры» зайти не мог? Полчаса мне мозги канифолишь!

Павел покосился на стенные часы. Насчет получаса Железных слегка преувеличивал, минут этак на двадцать.

– В «кадрах» мозги канифолили бы мне, – пояснил он. – И ответ я, возможно, получил бы как раз через месяц, после официального запроса.

– Можайское шоссе, тринадцать, квартира семь, – с видимым облегчением отчеканил полковник. – Если это все, то иди прочь. И учти, что Пронину я еще позвоню!..


О том, что ознакомиться с делами Сергеева все-таки стоило, Павел подумал уже на улице. Встреча с полковником произвела сильное впечатление. Ошибки молодости склонны забываться, особенно когда не чувствуешь за них собственной вины: было и прошло… Возможно, именно поэтому особенно неприятно встречаться с их свидетелями, да еще такими напористыми.

Поборов мимолетные угрызения совести («…Да Галька и сама-то небось уже все забыла…»), Павел шагнул к проезжей части с поднятой рукой. Тачка от ВДНХ до Можайки обойдется недешево, но от метро придется слишком далеко идти. Водитель первой же машины мигнул было поворотником, но в последний момент передумал и, окатив ботинки Павла жидкой снежной кашей, прибавил газу. Не опуская руки, тот чертыхнулся, провожая недоумка взглядом. Потом повернулся к следующей машине…

И едва успел отскочить от бордюра. Заляпанная грязью «Волга» бодро подпрыгнула, ударившись в камень передними колесами, и остановилась, только почти целиком въехав на тротуар.

Воспоминание об утреннем «нападении» троллейбуса было слишком свежо, чтобы размышлять о совпадениях. Павел распахнул дверь, ввинчиваясь на переднее сиденье. Прикрытый полой куртки ствол «Гюрзы» уперся водителю в правый бок.

– Не ори, – процедил Павел, упреждая реакцию парня. – Аккуратно сдавай назад и двигай по улице.

После такого финта светиться около здания УВД не стоило. На крыльце уже появился дежурный милиционер с подозрительным интересом к «Волге» во взгляде. Но парень за рулем либо решил послушаться своего нового попутчика, либо и сам был того же мнения. Дергаясь и взрыкивая, автомобиль сполз на проезжую часть (сзади тут же раздались нервные сигналы) и взял неторопливый старт.

– Хорошо, – прокомментировал Павел, оглядываясь. – Молодец. Скажи, мало€й, тебе жить уже совсем надоело или как? Я ведь мог не разбираясь шмальнуть…

– За что вы так? – выдавил наконец водитель. – Меня занесло, извините…

– Кому другому расскажи, – отрезал Павел и повнимательнее присмотрелся к парню.

От силы 22, немного старомодные очки, в меру прыщавая физиономия… Машина – небось еще на дедовой летней резине – поддавалась его управлению с явной неохотой. На «занесло» и в самом деле было очень похоже, в другой бы день обматерить и отпустить на все четыре стороны. Но не сегодня… Даже жаль, что самому возиться некогда.

Не убирая пистолета, Павел достал телефон. Помедлил секунду, раздумывая. Филиппыч и Градобор едва ли освободились, шеф мог и не знать нужного ответа, а для звонка атлантам или инкам ситуация была недостаточно безнадежной. Отлистав пару записей вниз по справочнику, Павел включил соединение.

– Ай-Ти центр, третья, слушаю? – ответили по-русски, значит, его номер определился корректно. Уже хорошо.

– Павел Головин, Земной отдел. Нужна оперативная информация о связи с патрульной группой в районе ВДНХ.

– Одну минуту, идентификация. – Акцент у «третьей» все-таки был. Кажется, гиперборейский.

Трубка противно пискнула, Павел едва удержался, чтобы не отдернуть ее от уха.

– Статус подтвержден, но прямая связь с патрульной группой для вас, к сожалению, недоступна.

– С какой стати? – Павел заранее нахмурился. Если это снова проклятая ассамблейская конспирация!..

– Воинам не выдали мобильных телефонов, – извиняющимся тоном сообщила «третья». – Я могу соединить вас лишь через коммутатор фабрики.

Землянин облегченно вздохнул.

– Годится. Соединяйте.

– Соединяю…

Какими путями сотовый сигнал оказался преобразован в мыслепередачу атлантов, Павел даже не пытался себе представить. Он предпочел просто воспользоваться результатом.

– Головин, Земной отдел, – повторил он, когда в трубке вдруг стало подозрительно тихо. – С кем я говорю?

– Посейдона слуга Аскинус… – На сеансе фильма ужасов зал вздрогнул бы от этих звуков. Так мог говорить только самый страшный маньяк, угрожая жертве по телефону. – Зовешь ты зачем? Меня и всех остальных?

То, что пытался воспроизвести динамик телефона, никогда не было голосом. Атлант транслировал в радиоэфире свои мысли, возможно, даже не оформленные в слова. Едва ли можно было еще ближе подойти к пониманию стиля их общения между собой.

– Я сейчас в вашем районе, – проговорил Павел, усилием воли сбрасывая поволоку ирреальности. – Нужно встретиться.

– Приходи… Большой дом… Прочтешь: один и три…

Павел помедлил еще немного, ожидая пояснений. А потом наконец понял, что телефон смолк окончательно.

– З-зараза! – с чувством произнес он, и парень за рулем сжался, словно от удара.

– Что я вам сделал? У меня даже денег нет…

– Заткнись! Вот здесь тормозни.

К счастью, поток сознания атланта переводился достаточно просто, а тринадцатый дом не прятался во дворах, красуясь у самой проезжей части. Да и четыре спортивных молодых человека под самой табличкой с номером смотрелись очень характерно. В этот раз группа не была сбалансированной – землянина ждали атлант и трое инков.

– Выходи, – приказал Павел очкарику. – И не глупи, не посмотрю, что народ кругом. Будешь смирным, глядишь, и обойдется все.

Возможно, тот и сам сообразил, что похищение или ограбление здесь ни при чем. Послушался парень беспрекословно: под пристальным взглядом Павла обошел машину и ступил на тротуар. Под ручку, словно закадычные приятели, они приблизились к патрулю.

– Головин? – осведомился один из индейцев, обращаясь к задержанному. Едва ли в это было заложено оскорбление, он просто не знал оперативника отдела в лицо.

– Нет, – поправил его Павел. – Это я.

– Зачем искал нас? – Когда атлант открыл рот, Павел приготовился услышать пронзительный, скребущий душу шепот маньяка сродни тому, что доносился из телефонной трубки. Но голос автоматического переводчика звучал точно так же, как и у старшего утренней группы.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Поделиться ссылкой на выделенное