Елена Хаецкая.

Срочный фрахт

(страница 1 из 3)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Елена Владимировна Хаецкая
|
|  Срочный фрахт
 -------


 //-- Из «Эльбейского патерика» --// 
   В космопорту «Арбео» капитан Герхох задержался дольше, чем предполагал. Дела в последнее время шли у него неважно, и несколько раз уже на компьютер «Молукки» приходили предложения продать или заложить корабль. Интересно только, откуда все эти акулы разузнали о его трудностях? Космос полнится сплетнями, даром что считается пустым пространством. Ни один из корреспондентов капитана не раскрыл своих источников информации. Ну и плевать на них – расставаться с «Молуккой» Герхох не имел никакого намерения. В «Арбео» он рассчитывал взять выгодный фрахт и тем самым хотя бы отчасти поправить свое положение.
   На Арбео имелось несколько ферм по выращиванию клонов. Массовое производство клонов стоило сравнительно дешево, а розничные цены на отдельные партии стабильно держались на высоком уровне. И, если уж на то пошло, то выгоднее работорговли была только контрабанда наркотиков.
   Герхох перелистывал «Буклет-предложение» одной из двух процветавших на Арбео ферм. Они даже толком не конкурировали, просто поделили между собой рынки сбыта. Буклет повествовал о выгодах применения клонов на тяжелых физических работах. Расхваливалась их сила, выносливость, нечувствительность к боли и лишениям, неприхотливость. Приводилась, кстати, сравнительная таблица достоинств клона и человека. Так, без воды человек умирает на третий день, клон – на шестой; человек в состоянии поднять груз в семьдесят килограммов, клон – в сто пятьдесят; человеку, согласно международной конвенции о труде, необходимо платить ежемесячную зарплату не ниже двадцати экю, а за клона достаточно выложить сто экю единовременно – и он будет трудиться все остальное время бесплатно. Гарантийный срок эксплуатации клона – шесть лет. Таким образом, Разумный Потребитель, к которому и был обращен сей текст, мог сделать самостоятельные выводы о том, насколько выгодным может оказаться для него приобретение.
   Яркая забавная картинка изображала фермера-колониста, рудокопа в комбинезоне и с молотком в нагрудном кармане, аквалангиста, строителя в фартуке и домохозяйку с огромной ложкой. Они опрометью неслись в сторону фермы клонов – рты счастливо распахнуты, глаза выпучены, руки алчно простерты.
   Затем следовала деловая информация. Покупка партии однородных клонов (с одинаковой внешностью и данными, т.е. выращенных из клеток одного донора) обходится потребителю на двадцать процентов дешевле, нежели разнородные (соответственно, с разной внешностью и т. д.). Согласно международной конвенции, выращивание клонов для использования их в армиях или борделях (соответственно, мужские и женские модели) было строго запрещено.
В буклете этот пункт выделялся красным. Почему-то именно это обстоятельство, да еще любовно выполненные изображения ладного солдата с автоматическим оружием на шее и красотки в пышной юбочке и спущенной с плеча блузе, перечеркнутые строгими крестиками, уверили капитана в полной лживости буклета. Впрочем, его это не касалось.
   Специальное предложение астронавтам – за приличную плату послужить донорами клеток. «Абсолютно безболезненно! Ваш генетический материал – на службе всего человечества!» На рисунке – улыбающийся малый во главе целого взвода точно таких же малых.
   «Немного о наших методах», – сообщала последняя страничка. Ускоренный рост – комбикорма; наращивание мускулатуры – другие комбикорма (явно бессмысленные «формулы» комбикормов); график прироста: синяя линия – комбикорма прошлого поколения, красная линия – улучшенная формула. Сбоку фото какого-то типа с микроскопом.
   Методы капитана интересовали мало. Его занимали чисто технические проблемы: оформление документации на груз, медицинское освидетельствование, размещение товара в грузовых отсеках, которые надлежало переоборудовать под бараки. Все утро он провел за личным компьютером, не подключенным к общей сети. Прикидывал, вычислял. Дефицит, как ни поверни, получался свыше пятнадцати тысяч экю. Из них пять тысяч следовало выплатить в течение ближайшего месяца.
   Он связался с дальней колонией Мира-6. «Мира» на некоторых языках эльбейской группы значит «Дивная». Дивными в этой колонии были богатейшие полиметаллические месторождения, в том числе единственное на всю исследованную галактику семиметаллическое, где собраны в одном месте руды на стронций, барий, свинец, мышьяк, серу, кобальд – и золото. Несколько тысяч алчных и бесстрашных голов с Эльбеи перебрались туда, стойко претерпевая ужасы местного климата и дефицит кислорода. Питались они отвратительно, их сотрясала малярия, поедал местный гнус, а вокруг лагеря бродили недовольные вторжением хищники. Аборигенов металлы не занимали – они кочевали со своими стадами значительно южнее. Другие континенты Миры-6 вообще не были пока исследованы.
   У капитана Герхоха имелся среди колонистов «Дивной» приятель. Одно давнее знакомство, о котором вспоминается от случая к случаю. Как-то вместе дрались в одном баре – кстати, как раз здесь, на Арбео. Изрядно намяли бока одному сиволапому расисту. Потом бродили от одной бочки местного сладкого пива к другой, под утро изрядно назюзюкались, свели знакомство с каким-то прилизанным типом, а тот снабдил их девицами-клонами. Во всей этой истории ничего такого не было, кроме приятного, щекочущего зуда – молодость все-таки – а вот свела их душа к душе, и когда один связывался с другим, то оба по-детски радовались.
   Теперь вот пришло известие с этой самой Миры-6. Просил знакомец, раз уж судьба привела в Арбео, закупить и доставить колонистам «Дивной» партию рабочих клонов численностью в двести голов. Лучше, конечно, подешевле – однородков. И по цене не выше восьмидесяти экю за голову.
   Герхох сперва сказал, что подумает.
   И вот теперь он думал. Доверенность на заключение сделки, перечисление денег, переоборудование грузовых отсеков – все это делается быстро и без особого труда. Загвоздочка в том, что лететь с Арбео на Миру-6 придется через восьмой сектор, где работорговля запрещена и карается смертью. В восьмом секторе к рабовладению приравнивается содержание в неволе, разведение и эксплуатация любых млекопитающих в принципе. Там даже корову за просто так не продашь – нужна особая санкция. Тамошние блюстители как заглянут в грузовые отсеки «Молукки», так даже разбираться не станут – капитана пристрелят на месте.
   Поэтому лететь придется либо очень быстро, либо по широкой дуге. А это существенно повышает стоимость перевозки. Капитан принял решение и вышел на связь. Передал на Миру-6, что согласен, и сообщил свои условия. «Дивная» приняла их подозрительно легко.
   Затем капитан вызвал к себе первого помощника, грузового помощника и боцмана. Его выслушали безмолвно. О положении дел на «Молукке» всем было хорошо известно. Боцман отправился в Заветный город – вылавливать команду и лишать парней их простых и естественных радостей. Грузовой помощник спустился в трюм – производить обмеры.
   Отдав распоряжения и оставшись наедине с собой, капитан полез в ящик стола, вынул красивую флягу из толстого стекла и небольшой стакан, плеснул можжевеловой «ленивки» и аккуратно перелил содержимое стаканчика себе в горло. Полегчало, отпустило. Мир, доселе черно-белый, стал чуть более цветным. Можно считать, Герхоху повезло. Еще два-три таких рейса – и корабль спасен.
   Капитан тянул «ленивку» и не спеша мусолил забытый боцманом каталог явно подпольного бюро по найму «операторов персонального компьютера» (как значилось на обложке). Некоторые девицы предлагались очень даже симпатичные. Наверняка клоны.
   И тут дверь отворилась, и в капитанской каюте появился корабельный священник – отец Гермион. В свое время Герхох взял его на борт без особого энтузиазма. Священник, в практическом отношении личность совершенно бесполезная, явно занимал чье-то место. Но ничего не поделаешь: среди членов экипажа было четверо христиан, а согласно международной конвенции о религии наличие в коллективе трех и более христиан позволяет им считать себя Церковью и требовать постоянного пресвитера. Герхох старался быть в ладу с законом и конвенциями в максимально возможном для себя количестве случаев.
   Отец Гермион, впрочем, не слишком капитану докучал и в корабельные дела не вмешивался.
   Это был сухощавый седеющий человек лет пятидесяти, неказистый с виду, нешумный и спокойный. Он и сейчас вошел почти беззвучно и сразу остановился в дверях.
   – Хотите выпить, святой отец? – добродушно приветствовал его капитан.
   Священник присел рядом, понюхал протянутый ему стаканчик, кашлянул. Капитан спрятал в стол каталог «операторов», быстро проглотил еще «ленивки» и приготовился слушать.
   Отец Гермион сказал:
   – Итак, вы согласились.
   Капитан глянул на часы. С момента совещания прошло не более получаса. Быстро!
   Суховатым тоном он ответил:
   – Да, я согласился. Чем могу быть вам полезен?
   Ему хотелось быть сейчас в зюзю пьяным. Чтобы священник отстал. Но отец Гермион настиг капитана почти трезвого. Не успел Герхох напиться – черт, черт и черт!
   – Клоны – не тот груз, который следует брать на борт, – сказал отец Гермион и придвинул к себе флягу. – Я, пожалуй, попробую этой вашей выпивки. Можжевельником пахнет – приятная.
   И деликатно препроводил в свое пресвитерское горло почти все содержимое фляги. И хоть бы поморщился! Капитан Герхох вдруг похолодел. Ему не нравилось открывать в членах экипажа новые, неожиданные стороны.
   – Вы что, намерены читать мне нравоучения? – спросил капитан. Хотелось бы язвительно, но вышло как-то бессильно.
   – Именно, – невозмутимо молвил отец Гермион. – Клоны – нечестивое порождение человеческой гордыни. Это дьявольское изобретение.
   – Угу, – отозвался капитан, усердно обводя ногтем старое пятно на столе.
   – Клоны обладают внешними признаками человека, – продолжал священник, будто читал лекцию. – Они имеют как бы человеческое тело, наделены как бы человеческими эмоциями, могут наслаждаться, страдать и умирать. И при этом у них отсутствует душа. Вас это не пугает?
   – Не городите, пожалуйста, ерунды, святой отец, – нехотя возразил капитан. – Если некто способен чувствовать, значит, и душонка у него имеется. Хоть завалящая, да есть. И хватит с меня теологии.
   – Я отказываюсь совершать Таинства, пока на корабле находятся эти богомерзкие существа, – объявил отец Гермион.
   – Дело ваше, – фыркнул капитан. – Лично меня это заботит меньше всего.
   Отец Гермион поднялся и так же беззвучно вышел.

   В бюро проката автомобилей Герхоха снабдили подробным планом магистралей, где были отмечены все заправки и мотели, так что капитан без труда отыскал ферму. Уже на подъездах видны были плантации каких-то корнеплодов и особенно ощущалась близость свиноводческого хозяйства; затем за невысокой живой изгородью мелькнули кирпичные корпуса фабрики по производству комбикормов и, наконец, в окно автомобиля словно бы вплыло белое здание с колоннами, стоящее на холме между двух розовых кустов, похожих на румяные пухлые щеки. Герхох сразу понял, что здесь найдет все, за чем приехал.
   Вежливый охранник при виде посетителя нажал кнопку и активизировал другого служащего – в костюме; тот выдал Герхоху бейджик с надписью «ВИЗИТЕР» и проводил его по лестнице, сделанной из прозрачного пластика, на второй этаж; там он нажал ряд кнопок на панели – и спустя каких-нибудь десять минут капитан уже находился в надежных руках менеджера по работе со срочными клиентами. Менеджер, приятный молодой человек, сразу и охотно вник в потребности капитана. Предложил для начала – чтобы клиент до конца осознал правильность своего выбора – провести краткую ознакомительную экскурсию. Капитан согласился.
   Ему показали клонов, дозревающих в автоклавах, белых и упитанных, как гусеницы; клонов, проходящих профессиональную подготовку в различных тренажерных залах; затем – теннисный корт, волейбольную площадку, кинозал и библиотеку. Там проводили досуг клоны последних поколений – улучшенная модель, способная вести интенсивную духовную жизнь. «Мы заботимся о том, чтобы наши клоны были максимально близки потребителю», – пояснил меденжер, видя, как озабоченно хмурится капитан. Это несколько обескураживало бойкого сотрудника фермы: обычно библиотека и теннис производили на покупателей самое благоприятное впечатление. «Они способны не только трудиться, но и поддерживать интеллектуальную беседу, – продолжал менеджер. – Мы заботимся не только о потребителях крупных партий клонов, но и о мелкооптовом и даже розничном покупателе. Небогатому фермеру будет по карману батрак, вполне способный долгими зимними вечерами обсуждать с ним новости теннисных турниров или произведения классиков мировой литературы».
   – Мне бы что попроще, – сказал Герхох. – Там, куда я должен доставить двести голов, классика и теннис ни к чему.
   Менеджер прищурился:
   – Скотоводческое хозяйство?
   – Горнорудная компания.
   – Понимаю. – Менеджер чуть вздохнул, слегка угас, его лицо приняло куда менее мечтательное выражение.
   – Покрепче и подешевле, – добавил капитан. – Можно однородков.
   Менеджер еле заметно поморщился.
   – Таких больших партий однородных клонов мы в последние годы уже не производим, – сказал он. – Мы заботимся о том, чтобы наш товар отличался штучностью, единичностью – обычно этого ожидают клиенты. Генетического материала сейчас хватает, а технология закладки новой партии сравнительно проста.
   – К сожалению, мой заказчик не может себе позволить теннисных турниров, – гнул свое капитан.
   Менеджер сделал над собой заметное усилие и еще глубже вошел в положение клиента.
   – В таком случае, – заявил он бодро, – могу предложить вам нечто специальное. Партию второго призыва. С большой скидкой.
   – Что такое «второй призыв»? – насторожился капитан. – Из отходов, что ли?
   Менеджер рассмеялся – неискренне.
   – О, до такого мы еще не дошли и вряд ли когда-нибудь дойдем! Мы заботимся о том, чтобы наши клоны всегда выращивались из первосортного сырья. Нет, речь идет о клонах с уже имеющимся опытом работы – видите, даже определенная выгода: не придется их обучать! Каждый из них некоторое время был использован в тех или иных производственных процессах, а затем по ряду причин возвращен на ферму. Контракт предусматривает возможность возвращения клона в течение года. В этом случае мы компенсируем половину первоначальной стоимости клона.
   – А причины, по которым их возвращают?
   – Различные. Чаще всего – недовольство людей, которые теряют из-за этого работу. Если ситуация начинает грозить социальным взрывом, то правительство, как правило, требует от заводчиков избавиться от клонов. Поэтому обычной практикой стало внедрять в производство клонов единичной работы, не афишируя их истинного происхождения. Поэтому теперь мы рекомендуем всем нашим покупателям формировать партии из клонов неоднородного происхождения.
   – Умно, – сказал капитан.
   Они миновали очень длинный коридор и оказались в полутемном холле. Со всех сторон в холл выходили двери. Множество дверей. Все они были закрыты. Менеджер нажал кнопку, и внезапно двери как будто исчезли. В залитых ярким светом небольших помещениях находились люди. Они лежали на кроватях, сидели за столами, причесывались, переодевались, мылись в душе. Кто-то читал, кто-то обедал, большинство смотрело телевизор, один приседал с гантелями.
   – Они нас не видят, – пояснил меденжер. – Двери прозрачны только для нас. Таким образом мы можем демонстрировать покупателю товар незаметно для последнего.
   – Неловко все же, – проговорил капитан.
   – Мы должны заботиться также о чувствах продаваемых клонов, – произнес менеджер. – Все же мы не работорговцы.
   Капитан взвел бровь, но предпочел заговорить о другом:
   – И почем у вас идут эти второгодки?
   – По шестидесяти экю за голову. Как видите, скидка немалая.
   Герхох быстро прикинул в уме. Клиент просил купить по восемьдесят, другие суммы даже не оговаривались. Герхох посмотрел на менеджера – воплощение честности.
   – Мне бы хотелось, чтобы в официальном контракте была обозначена другая сумма, не совпадающая с фактической, – сказал капитан прямо.
   Менеджер погасил в холле свет и в темноте молвил: «Нет проблем». По голосу было слышно, что он улыбается.

   Партию клонов доставили на «Молукку» специальным фургоном, предоставленным фирмой-изготовителем. На столе Герхоха лежал контракт с приятно пахнущим свежим оттиском круглой печати. В окно Герхох видел, как клоны, одетые в новые синие комбинезоны, один за другим выпрыгивают из фургона. Все рослые, ладно сложенные, сильные – как и было обещано. И все разные. Трудно было привыкнуть к мысли о том, что они не люди. В конце концов, менеджер прав: куда проще считать их людьми. Герхох вложил контракт в папочку, папочку – в ящик стола; после чего вышел из каюты и спустился в грузовой отсек – проследить за погрузкой.
   В грузовом отсеке имелись трехъярусные нары, одеяла и жесткие валики, набитые опилками. В углу на высокой штанге укрепили телевизор с видеочитателем, а под ним лежала стопка дисков, в основном с порнографией и несколькими кровавыми боевиками. «Мировая классика, теннис», – подумал капитан и усмехнулся. Забота ребят о пассажирах его, тем не менее, тронула: они явно отдали самые любимые диски. Кстати, именовать клонов не «грузом», а «пассажирами» придумал грузовой помощник – добротно воспитанный малый, мечтающий стать писателем.
   Среди «пассажиров» примерно четверть составляли женщины. Команда разглядывала их с особенным любопытством. Они были все недурны собой, только портило их неприятное, мертвенное выражение лица, какое можно наблюдать у дорогих проституток, секретарш и жен больших боссов и тренеров аэробики. Для «пассажирок» особого помещения решено было не выделять – обойдутся.
   Судя по всему, и нары с одеялами оказались для клонов приятной неожиданностью. Они трогали постели, переглядывались. Одни сразу улеглись, другие ходили по отсеку, рассматривали диски, жестяную посуду, сложенную для них в ящике. Двое, посмеиваясь, чокались пустыми кружками. «Второгодки, – опять подумал Герхох. – Интересно, как их перевозили в первый раз? Вповалку, как мешки? Стоймя, как лошадей?»
   Он вошел в грузовой отсек и сказал в рупор:
   – Гх-хм! Слышно? Прошу внимания!
   Они замерли и уставились на него. Две сотни пар холодных глаз. В них не было даже любопытства.
   – Наше путешествие займет приблизительно тридцать, возможно – сорок дней, – сказал капитан. – Каждому из вас выделено по комплекту спальных принадлежностей. По прибытии на место можете забрать их с собой. Питаться будете здесь же, один раз в сутки. Надеюсь на ваше благоразумие.
   Он опустил рупор и еще раз окинул взглядом клонов. Те продолжали стоять неподвижно, точно ждали еще чего-то. Потом все разом словно бы ожили и вернулись к своим занятиям.
   Погрузили несколько мешков с комбикормами. «Клоны охотно едят также человеческую пищу, – объяснял менеджер, – они, кстати, идеальны для утилизации пищевых отходов. Но комбикорма на первое время просто незаменимы. Экономичны, занимают мало места, содержат все необходимые элементы».
   Ребята уже успели открыть один мешок и теперь разглядывали темные сухие катышки, едко пахнущие солониной. Кто-то с хрустом разгрыз несколько штук.
   – Похоже на оленье дерьмо, – сказал боцман. – Но, говорят, с пивом идет неплохо.

   «Молукка» взяла курс на Миру-6 с таким расчетом, чтобы обойти восьмой сектор и избежать возможных неприятных столкновений. Первые десять дней капитана не оставляло радужное настроение. Он перечислил кредиторам четыре тысячи неучтенных экю, которые выручил при заключении сделки, и обещал в самом скором времени добавить еще тысячу. Ответ пришел благосклонный.
   Клоны безвылазно сидели в грузовом отсеке, исправно съедая строго учтенное количество комбикормов в день, и решительно ничем более себя не проявляли. Дважды в сутки капитан заходил в рубку – нанести визит вежливости автопилоту, как он говорил. На экране штурманского компьютера раз в полчаса появлялась новая точка, тут же присоединяемая к имеющейся кривой изящной плавной линией.
   На одиннадцатый день столь приятного полета капитан застал в рубке старшего штурмана. Его звали Ирминдин. У него были редкие желтоватые волосы и замечательная густая борода. Ирминдин выглядел на редкость мрачно. При появлении капитана он поглядел исподлобья, ничего не сказал и снова уставился в экран.
   – Как дела? – спросил капитан бодро и присел на ручку вертящегося кресла.
   – Младший штурман Уирко в депрессии, – сообщил Ирминдин. – Невозможно доверить ей самые простые расчеты. Ошибка на ошибке. И чуть что – рыдать! – Он хватил кулаком по столу, едва не погубив приборную панель.
   Капитан переместился с ручки кресла на сиденье.
   – Это она по женской части, – беспечно молвил он.
   – Если бы, – вздохнул старший штурман. – Нет, все куда хуже. Она, видите ли, позавчера согрешила. Не то надавала по морде мичману Тотте, не то провела с ним ночь – у нее разве дознаешься? Побежала наутро с этим к попу, к отцу Гермиону, – а тот: не могу, мол, ни исповедь принять, ни отпущение тебе дать, поскольку, мол, все вы тут под отлучением, пока на борту богопротивный груз. И уперся – ни в какую. Она сперва ныть – не помогло; потом распереживалась. Вдруг, говорит, что-нибудь случится, и я в грехе помру? А он знаете, что ей ответил? Это, говорит, такое дело, что грех твой в случае чего поделится натрое: тебе часть наименьшая – за совершенное, мне – побольше, за неотпущенное, а капитан Герхох, да смилуется над ним Господь, будет гореть в аду по полной, значит, программе!
   – Ну, сперва надо, чтоб случился этот самый случай, – сказал капитан, поднимаясь. – А вот то худо, что проклятый поп начал морочить голову команде… Хорошо, что христиан на борту только четверо.
   – Девятеро, – угрюмо поправил его старший штурман и, заметив на лице капитана искреннее удивление, добавил: – Да, он времени даром не терял. А вы не знали?

   У двери в каюту священника с небольшой иконой наверху капитан остановился. Крылатый воин в пестром облегающем костюме – так выглядят легкие скафандры для короткого выхода в космос или в незнакомую атмосферу – держал в руке длинный язык пламени. Красивое женственное лицо с круглыми бровями смотрело испытующе и зло.
   Капитан постучал.
   – Открыто, – донесся голос отца Гермиона.
   Священник обедал – сидел за столом, благоговейно отправляя в рот комковатую кашу. Ложка за ложкой. Рядом с ним на табурете стоял включенный самочтец, и из маленького динамика слышался женский голос, который чуть в нос читал какое-то повествование. Отец Гермион приглашающе кивнул капитану на кашу, однако тот в ужасе отказался.
   – Я подожду, – сказал он, усаживаясь на небольшой диванчик, находившийся в глубине каюты. Хоть капитана и душил гнев на вздорного попа, однако устраивать человеку выволочку посреди обеда – нет, на такое Герхох был не способен даже в состоянии самой лютой ярости.
   – Посидите, посидите, – молвил священник, – заодно и послушаете душеполезное чтение. Может, и вас на мысли наведет.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3

Поделиться ссылкой на выделенное