Валерий Гусев.

Хозяин черной жемчужины

(страница 2 из 11)

скачать книгу бесплатно

…Тридакна вернулась к нам. Мама затосковала. Алешка посоветовал ей подарить гигантскую раковину подруге Зинке на день рождения.

– Это жестоко, – сказал папа.

– Это справедливо, – обрадовалась мама. – Зинка мне на день рождения подарила пылесос, который так ни разу и не заработал.

Раковину подарили Зинке. Она сначала пришла в восторг, а потом не только перестала заходить в гости, но даже и звонить.

– Хоть какая-то польза от твоей раковины, – сказала мама Алешке.

Вот такая была история. Вспомнив о ней, мы посмеялись, а папа подначил Алешку:

– Конхиолог изучает не только обычные раковины, но и жемчужницы.

– Это которые драгоценный жемчуг делают? – спросил Алешка.

– Они самые. У Коренькова очень хорошая коллекция жемчуга. Одна из лучших в мире. Некоторые из его жемчужин даже занесены в специальные каталоги.

Но Алешку коллекционирование жемчуга явно интересовало меньше, чем производство и потребление конфет.

– Я, собственно, и познакомился с вашим будущим профессором из-за его коллекции. – Папа помолчал, вспоминая, чему-то улыбнулся: – Он очень рассеянный.

– Ты тоже, – сказала мама. – Я недавно нашла твои очки в холодильнике. Для полковника милиции это непростительно.

– Полковники милиции, – не смутился папа, – такие же люди, как и все.

– Только немножко лучше, – поддержал его Алешка.

Мама не стала спорить. Ей было интересно послушать про еще одного рассеянного человека. Да не простого, а «жемчужного» профессора.

– Я с ним познакомился в прошлом году, – сказал папа. – У него пропала из коллекции самая большая и ценная жемчужина. По кличке Черная Марго.

– И кто ее украл? – спросила мама.

– Да никто ее не крал. – Папа усмехнулся. – Он все время перекладывал ее с места на место. Ну и забыл, где ее в последний раз спрятал.

– В холодильнике? – «догадался» Алешка.

– А вот и нет!

– В духовке? – еще раз попробовал угадать Алешка.

Папа покачал головой.

– Я знаю! – воскликнула мама. – В стиральной машине!

– Холодно, холодно, – подначил ее папа. – Хотите подсказку? Намек дам. Кореньков обнаружил жемчужину, когда пил чай.

– В бачке унитаза? – ляпнул Алешка и поспешно поправился: – В сахарнице!

– Угадал! Молодец! Точнее, он нашел ее в чайной чашке. Прятал в сахарнице, зачерпнул ложечкой вместе с песком и бухнул в чашку. И чуть не проглотил.

– Да, – вздохнула мама. – Это вам не очки в холодильнике.

– Ну и проглотил бы, – отмахнулся Алешка. – Не так страшно.

– Что ты имеешь в виду? – спросил папа.

– То самое! Что ты подумал.

– Алексей! – мама схватила его за ухо.

– А что? Не так, что ли?

– Отпусти его, – сказал папа. – Он больше не будет.

– Конхиологи! – с обидой высказался Алешка.

Да вот только конхиологом он стал сам. Незаметно и постепенно. Увлекся. Сначала, правда, он трепался с Кореньковым обо всем понемногу и задавал ему всякие безумные вопросы.

Кореньков рассеянно отвечал ему, а потом однажды с уважением сказал:

– А с тобой не соскучишься. Ты очень неглуп.

– Я знаю, – скромно согласился Алешка. – Все так говорят. – И вернулся к своему вопросу: – Когда я смотрю в зеркало, то там правое становится левым, так? А все левое становится правым. Так?

Кореньков кивнул, еще не догадываясь, в какой безнадежный угол загнал его Алешка.

– А почему же тогда в зеркале верх не становится низом? А низ не становится верхом? Почему? Правое ухо становится левым, а голова остается наверху, не меняется местами с ногами?

Кореньков задумался и как-то растерянно поморгал. А потом так же растерянно повторил:

– Да, с тобой не соскучишься.

Но и с профессором – тоже. Устав от Лешкиных заморочек, он садился на своего надежного коня – начинал нам рассказывать всякие чудеса про свои любимые раковины, про далекие острова в далеких океанах, о ловцах жемчуга, о беспощадных акулах и прекрасных жемчужинах. Вот бы так, батенька мой, ученые профессора с бородами и лысинами писали для нас учебники!

– Жемчуг – удивительное создание природы, – увлеченно рассказывал Кореньков. – Некоторые ученые всерьез считают жемчужины живыми существами…

– Правда, что ль? – удивился Алешка.

– …И с ними можно отчасти согласиться. Ведь жемчуг живет немногим более ста лет, потом стареет и постепенно умирает. Теряет свой волшебный цвет и рассыпается в мелкую пыль.

– Жалко, – вздохнул Алешка. – Удивительное создание природы.

– В старину считали, что жемчуг нельзя долго хранить в шкатулочках и футлярчиках, что он обязательно должен соприкасаться с кожей человека. От человеческого тепла он получает дополнительные живительные импульсы. Вот такая легенда.

– Ага, – сказал Алешка. – Про что-нибудь интересное всегда легенды придумывают. Про летающих голландцев, например.

– На Севере, – вспомнил Кореньков, – считают, что жемчуг – это замерзшие в ледяной воде упавшие с неба звезды.

– Ну да! – подхватил Алешка. – Плюхнулась горячая звезда в воду, зашипела и погасла…

– И на дно моря опустилась уже жемчужиной.

– И прямо в раковину! – Алешка рассмеялся. – А еще что придумали?

– Ну… Жемчуг еще называют отвердевшей росой… Слезами русалки.

– А вы сами ныряли за жемчугами? – спросил Алешка. – На сто метров?

– Нырял. Но, конечно, не на сто метров. Вообще, это очень вредный и опасный промысел. Среди ловцов жемчуга долгожителей не бывает.

– А почему?

– По многим причинам. Акулы, ядовитые рыбы, огромное давление воды. Кислородное голодание.

– Вот! – сказал Алешка сердито. – А все из-за женщин. Чтобы они себе на уши жемчуга вешали. И на шеи тоже.

Кореньков с ним согласился. И даже добавил, что из-за женщин охотники убивают красивых хищных животных. Которых и так уже осталось очень мало в природе.

– Я жениться не буду, – сделал вывод Алешка.

– Я тоже, – кивнул Кореньков.

В общем, договорились. Нашли общий язык. Подружились. И я бы сказал, Алешка даже над этим Вадиком взял шефство. Например, напоминал вполголоса:

– Вадим Иванович, а у вас сегодня разные ботинки на ногах.

– Это естественно, – рассеянно отвечал Кореньков, – один правый, а другой левый.

– Один черный, а другой желтый, – уточнял Алешка.

Правда, однажды они чуть не поссорились. Алешка что-то рассказывал Вадику, распахнув глаза и задрав хохолок на макушке:

– …А потом налетел такой дождепад!..

– Дождь пошел, – рассеянно поправил его Кореньков.

– Дождепад, – упрямо повторил Алешка.

– Это неправильно!

– Снегопад – правильно? Звездопад – правильно? Камнепад – правильно? А дождь пошел?

Кореньков так растерялся, что очень долго с Алешкой не разговаривал. Минут пятнадцать.


…А капитан Павлик грустно и рассерженно доложил папе еще об одной краже на юбилее престарелого гражданина…

Он вообще к нам зачастил. Стал приходить почти каждый вечер. Как на работу. Во вторую смену. Как правило, к ужину. Докладывал папе обо всех «подвижках по делу», получал от него советы и указания. А от мамы – приглашение на кухню. Мама его жалела – «он такой одинокий» – и кормила даже более настойчиво, чем нас с Алешкой.

Сообщив об очередной краже, Павлик радостно выпалил:

– Кое-что есть, Сергей Александрович! Опросил я этих мужичков, которые у Люсьены на поминках были.

– И что?

– Интереснейшие показания дали. – Павлик пошел прямо на кухню. Дорогу туда уже изучил. – Вышли покурить, как вы правильно предположили. А тут из квартиры выбегает расстроенный гражданин. Весь нараспашку, с шубой в руках. И кричит: «Лена, Лена, куда же ты раздетая?» А мужичкам смущенно объяснил: «Истерика у нее, переживает сильно. Даже не оделась». И – вниз по лестнице.

– «Лена, Лена, шубу надень!» – продолжил папа с усмешкой. – Так, Павлик?

– Так точно, товарищ полковник.

– Как они его описали?

– Ничего особенного, – Павлик сел за стол и машинально принял у мамы тарелку. – Пожилой. В черном, далеко не новом костюме. Белая рубашка, тоже не модная. Галстук в полосочку. В нагрудном кармашке – уголок сиреневого платочка.

– Да… Негусто. И никаких особых примет?

– То-то и оно. – Павлик отложил вилку, достал блокнот, полистал.

– Ты прожуй сначала, – заботливо посоветовал папа. – А то подавишься.

Павлик его не услышал.

– Вот, дословно записал: «Он мимо меня как раз по лестнице загремел. И вот так вот шубу держал, в обнимку. Так мне показалось, на руке у него вроде как небольшое синее пятнышко. То ли родинка, то ли еще что. Вот тут вот, в ямке между большим пальцем и указательным».

– Отлично! – почему-то обрадовался папа. – Ты ешь, ешь, Павлик. Заслужил.

– Я ем, Сергей Александрович. Очень вкусно ваша супруга готовит.

– Только мало, – буркнул Алешка. – На всех не хватает.


А наши дела пока что шли свои чередом. Практически каждый день мы оставались втроем в кабинете биологии. И постепенно, благодаря рассказам Коренькова, я стал чувствовать к ней интерес. Об Алешке я уже и не говорю. Они разговаривали на равных. Алешка похвалился своей тридакной.

– Это еще не самый крупный экземпляр, – сказал Кореньков. – Вы про капитана Немо читали?

– Да, – ответил я.

– Нет, – ответил Алешка.

– На его подводном корабле по имени «Наутилус» в роскошном салоне был фонтан. Чаша этого фонтана была сделана из одной-единой раковины.

– Вот такой? – Алешка широко развел руки.

– Шестиметровой, – сказал Кореньков, – вот какой! И это не фантазия.

– У вас такой нету? – спросил Алешка. – Я бы посмотрел.

Такой раковины у Коренькова не было. Но он прекрасно понял, что Алешка напрашивается в гости, посмотреть его коллекцию раковин. И пригласил нас на выходной.

Накануне Алешка пристал к маме:

– Мам, а тетя Зина все еще страдает от твоего подарка?

– Не знаю, – мама вздохнула. – Мы давно не общались.

– Я вас помирю, – сказал Алешка. – Она из-за раковины на тебя обиделась. Выбросить ее жалко, а в квартире из-за нее теснота. Так, что ли?

Мама опять вздохнула, на этот раз молча. И с опаской посмотрела на Алешку. Он правильно понял ее встревоженный взгляд. И поспешил успокоить:

– Ты не думай, я не собираюсь тащить ее обратно.

– А куда ты ее собираешься тащить? – Это маму насторожило еще больше.

– Одному человеку. Он будет без ума от нее!

– Представляю! – усмехнулась мама.

– Конфетологу! У него тыща раковин, а такой нет. Теперь будет! Мы завтра идем к нему в гости.


Но операция под кодовым названием «Тридакна» не состоялась. В тот же вечер маме позвонила Зинка, и они щебетали почти целый час. Мы с Алешкой сразу же поняли, в чем дело: Зинка избавилась от раковины и простила маму.

Алешка быстренько вырвал листок из тетрадки, накарябал на нем: «Мам, спраси где ракушька» – и подсунул его маме. Не прерывая щебет, мама взглянула на страничку, кивнула Алешке. И, конечно, забыла задать этот вопрос своей подруге Зинке. Положила трубку и ахнула:

– Ой, Лешк, извини. Я завтра ей звякну.

Пустое дело, но мы тогда не догадывались, куда заведет нас громадная и тяжеленная раковина. В какие мрачные и опасные дела она нас втянет.


…А бедный капитан Павлик доложил папе о краже на веселой свадьбе молодого моряка…

Глава III
Кусачая ракушка

В воскресенье мы поехали к Коренькову. Он жил в центре, в старом большом доме, украшенном фигурами всяких рабочих и крестьян. Рабочие держали в руках молотки, а крестьяне – серпы и пшеничные колосья. На головах у них лежали снежные шапки. Перед домом раскинулся большой фонтан. Воды в нем не было, наверное, даже и летом, зато в самом центре стояла на хвосте неведомая рыба.

Квартира Коренькова была на самом последнем этаже. И она нам понравилась. Вся такая старинная, с высоченными потолками, по краям которых шли всякие бордюрчики в виде яичек в листиках сирени. Или черемухи. И мебель тоже была не современная. Тяжелая такая, громоздкая, но очень уютная. И книги – тоже все толстые, в массивных переплетах, на полках до потолка.

Но самое главное – это необыкновенные раковины в стеклянных витринах. Да, тридакны у Коренькова не было. Но зато была, наверное, не одна тысяча раковин. Я, конечно, никаких их названий не запомнил, они все очень трудные для запоминания, но красоты они были потрясающей. И все разные, ни одна не повторяла другую ни расцветками, ни формой. Я даже не мог представить себе, как здорово, оказывается, может поработать природа над их созданием.

– Клево, – сказал Алешка. – Только вы бы лучше жемчуг собирали. Он места меньше занимает.

Я понял, что Алешка приглядывает в комнате местечко для тридакны.

– Да жемчуг меня не особо интересует. Я собирал его из-за раковин. Не выбрасывать же, правда?

– Конечно, – кивнул Алешка. – Он красивый. Беленький.

Кореньков усмехнулся:

– Беленький… Жемчуг бывает не только беленький, а многих цветов. Розовый, серебристо-серый, желтый, голубой. Даже черный бывает, он особенно ценится любителями. Вот, полюбуйтесь.

Кореньков взял с полки небольшую баночку из-под крема и снял с нее крышку. В баночке лежал безупречной формы шарик густого черного цвета. Он казался живым.

Алешка вздохнул с восхищением:

– Это вы сами ее поймали, эту жемчужину? На глубине сто метров?

Кореньков покачал головой.

– Нет, я ее не поймал. Я ее сам вырастил. В аквариуме.

И мы услышали от него удивительные вещи.

– Вы знаете, как зарождается и растет жемчужина?

– Русалки слезки роняют, – напомнил Алешка. – По своей далекой молодости.

Кореньков усмехнулся.

– Есть такие двустворчатые моллюски, называются – жемчужницы. И вот лежит жемчужница на дне океана, раскрыв свои створки. И если внутрь попадет, например, крохотная песчинка, она начинает раздражать нежное тельце моллюска. И он начинает с этим бороться – обволакивать песчинку слоями перламутра. Все больше и больше. Получается жемчужина, она постепенно растет. Но очень медленно, десятилетиями.

– А они большие, эти ваши жемчужницы? – спросил Алешка.

– Бывают очень большие. До полуметра. И весом больше десяти килограммов. Кстати, для ловца жемчуга такая раковина опаснее акулы.

– Кусается? – Алешка широко распахнул глаза. – У нее и зубы есть?

Кореньков рассмеялся.

– Зубов у нее нет. Но вот представь себе… Ныряет в глубину океана ловец жемчуга. Погружается все глубже и глубже. Вода вокруг него из изумрудно-зеленой становится голубой, а потом густо-синей. Наконец, появляется песчаное дно. На дне – разные водоросли, шныряют между ними диковинные рыбы, и лежат, распахнув створки, большие и маленькие жемчужницы. Маленькие ловец быстро, потому что воздуха ему уже не хватает, собирает в специальную сетку, привязанную к его поясу…

– А большие?

– А большие в сетку не влезут, да и не поднять их, не оторвать от дна. И вдруг он видит, что в одной из самых больших раковин лежит самая большая в мире жемчужина. Она нежно светится розоватым светом. Что он делает?

– Цап эту розоватую – и все, пошел наверх!

– А получается наоборот. «Цап» делает жемчужница. Как только рука ловца оказывается в раковине, она мгновенно захлопывается. Как капкан. Только этот капкан весит килограммов пятнадцать. Ловец пытается выдернуть руку, но она схвачена намертво. А воздуху ему уже не хватает…

– Ни фига! – выдохнул Алешка. А потом вдруг сказал: – А вы смелый человек. Вас такие раковины не хватали?

– Слава богу! Но акула на меня нападала.

– И что? – Алешка затаил дыхание.

– Я отбивался от нее ножом, но у нее такая шкура, которую и из ружья-то не пробьешь… А потом я выронил нож… – Кореньков замолчал.

– А потом? – Алешка затаил дыхание.

Кореньков пожал плечами и грустно сказал:

– А потом она меня съела…

Алешка хлопнул глазами и звонко расхохотался. Мне показалось – с облегчением.

– Но жемчуга в Мировом океане, – продолжил Кореньков, – становится все меньше. И добывать его все труднее и уже не выгодно.

– И опасно. Цапнет раковина, или акула проглотит, – поддержал его Алешка. – А почему меньше?

– Жемчужницы живут в прибрежной зоне, на сравнительно небольшой глубине, а у берегов вода сильно загрязнена. Им такая вода не нравится.

– Жалко, – сказал Алешка. – Все-таки фауна.

– Сейчас в некоторых странах на специальных плантациях искусственно выращивают в жемчужницах жемчуг.

– Приручают, – усмехнулся Алешка. – Подкармливают.

– Вроде того. Но вообще-то уже давно создают без особого труда искусственный жемчуг.

– Из камешков? – предположил Алешка. – И краской их красят, что ль?

– Не «что ль». И не из камешков. Стеклянный шарик заполняют жемчужной эссенцией.

– Что за фишка?

– Очень простая. Мелкая чешуя мелкой рыбешки уклейки.

Действительно – фишка. А Кореньков еще сказал, что такой искусственный жемчуг из чешуи по внешнему виду совершенно не отличается от природного. И даже иногда искусственные жемчужины выглядят более красивыми, чем настоящий жемчуг.

– Вот и правильно, – сказал Алешка с азартом. – И нырять за ними не надо, и вообще…

Кореньков грустно улыбнулся.

– Леша, разве можно создать искусственно солнечный свет, синеву океана, золото песчаного побережья, теплый ветер?..

А он романтик, этот Вадик, подумал я. Наверное последний на нашей Земле.

А романтик продолжил свою лекцию, с увлечением.

– Но и на плантации, и в океане жемчуг растет очень медленно. А спрос на него – очень быстро. – Тут он немного призадумался.

Мне показалось, что он решает – стоит ли ему открывать для маленькой компании какой-то большой секрет? Достойны ли мы, ленивые школьники, чтобы поделиться с нами сокровенной тайной?

Но его взгляд остановился на Лешке – распахнутый рот, раскрытые во всю ширь глаза и настроенные уши.

– А вот мне удалось ускорить рост жемчужины. Кстати, вот эта – я назвал ее Черная Марго – выросла у меня в аквариуме за три месяца.

Алешка ахнул.

– А чем вы ее кормили?

– Это секрет, научная тайна, – серьезно ответил Вадик Кореньков. – Но смысл моего открытия в том, что… Вы знаете, из чего состоит жемчужина?

– Из этого, как его… пел… рамутрия.

– Верно, примерно. Состав ее прост – углекислый кальций.

Алешка огорчился, а я не очень. Я уже знал, что, например, даже самый прекрасный алмаз – это всего лишь полиморфный углерод. И Кореньков сказал об этом так скучно, что я сразу подумал: «Никакой он не романтик. Обыкновенный, батенька мой, профессор».

– Так вот. Я создал препарат, растворимый в морской воде, благодаря которому этот самый кальций наращивается более активно.

Алешка слушал взахлеб, а я был слегка разочарован. Значит, жемчуг никакое не чудо природы, а обыкновенный кальций. Немного обидно. И этот кальций можно наращивать какими-то таблетками. И зачем человек вмешивается в законы природы?

– Но мое открытие, – предупредил нас Кореньков, – это большой секрет. Для жуликов такой препарат – лакомый кусочек. И они не будут, завладев им, проводить исследования, расширять применение жечуга: например для лечения тяжелобольных, – он и в медицине ведь используется…

– Конечно! – сказал Алешка. – Они заведут себе аквариумы и будут в них печь, как блины, скоростные жемчужины. И продавать их у метро по штуке баксов.

Кореньков рассмеялся.

– Не совсем так, коллега, но очень близко к истине.

Мы еще полюбовались на черную жемчужину, и Алешка спросил:

– А чтой-то вы ее так назвали – Черная Марго?

– Марго – сокращенно от Маргариты. Маргарита в переводе значит жемчужина.

Алешка хлопнул глазами.

– А у Димки одна учителка есть, ее тоже Маргаритой зовут. Она совсем на жемчужину не похожа.

Тут он прав. Наша биологичка на жемчужину не похожа. Не зря ее Королевой прозвали. У нее такой характер – она никого, кроме себя, не слушает и не слышит. И разговаривает с нами только вопросами, не дожидаясь ответа:

– Ну что, Иванов, пойдешь на расправу? – Это значит идти отвечать к доске. – Расскажешь нам что-нибудь новенькое из жизни млекопитающих? Двойки тебе достаточно?

И объясняет она очень скучно. Когда рассказывает об обитателях полярных областей, глаза у нее леденеют. Когда она говорит о фауне пустыни, они у нее становятся сухими, как мелкий песок. А когда объясняет животный мир бразильских джунглей, глаза у Королевы становятся непроницаемыми, как у анаконды. Не знаю, может, так и надо, но я очень рад, что биологию у нас стал преподавать Вадик. И что мы с ним подружились. Хотя эта дружба завела нас в такие криминальные дебри, что куда до них амазонским джунглям…


Алешка с нетерпением дождался родителей и взахлеб стал рассказывать им про все чудеса, которых нахватался в квартире Коренькова.

– Пап, он ныряет на сто метров в самую глубину! Мам, у него есть Черная Марго! Он ее на подоконнике наращивает. Кальцексом! Пап, а раковины кусаются! И очень тяжелые. Цап – и нет ловца жемчуга. Мам, а его акула сожрала!

– На завтрак? – спросила мама, которая уже прижимала пальцы к вискам. – С майонезом?

– А женщин на Земле становится все больше. А жемчуга – все меньше. А японцы высиживают его в корзинках, на дне моря.

– Как куры? – спросил папа.

– И фаршируют чешуей.

– Все! – Мама поставила на стол салат и раздала нам тарелки.

– А что на ужин? – спросил папа.

– Черная Марго в куриной чешуе, – ответила мама. – Под фирменным соусом из кальция.

– Как называется?

– «Цап»! – сказала мама.

– Он кусается? – испугался папа.

– Нет, – мама вздохнула. – Он осторожен. Его на Земле становится все меньше. А женщин в корзинах на подоконниках – все больше.

– Я тоже буду профессором, – завершил дискуссию Алешка. – Конфетологом.

– Ты женись сначала, – буркнул я.

– Мам, а кому Зинка нашу тридакну подарила?

– Она ее не подарила, – поморщилась мама. – Она ее продала.

– А кому?

– Очень приличному человеку. Он пенсионер. Одинокий мужчина. У него в квартире мебели мало, а места много.

– А где она?

– Кто?

– Квартира.

– В доме.

– А дом где?

– Это тебе зачем? – насторожилась мама. – Хочешь вернуть ее домой? Я тебе этого не прощу!

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное