Терри Гудкайнд.

Огненная цепь

(страница 13 из 61)

скачать книгу бесплатно

Лицо Натана посветлело.

– Еще лучше, если бы мы могли попросить Верну послать кого-нибудь в Народный Дворец в Д’Харе. В бытность мою там я провел много времени в дворцовой библиотеке и видел ряд этих книг. Если кто-то их проверит, тогда мы сможем судить, находятся ли здешние книги под заклятием, как ты предположила, и ограничиваются сложности именно этими экземплярами – или же мы имеем дело с более широким явлением. Пусть Верна немедленно отправит гонца в Народный Дворец!

– Это будет нетрудно. Верна как раз собирается отправиться на юг. По дороге они обязательно пройдут мимо Народного Дворца.

– У тебя есть известия от Верны? – нахмурился Натан. – И она сказала, что направляется на юг? Почему?

У Энн сразу испортилось настроение.

– Я получила известие от нее сегодня вечером – как раз перед тем, как пришла сюда.

– И что же молодая аббатиса сообщила тебе? Зачем она едет на юг?

Понимая, что промолчать не удастся, Энн сокрушенно вздохнула.

– Увы, новости не из лучших. Она сказала, что Джегань разделил армию. Он надумал повести часть своих головорезов в обход гор, чтобы ворваться в Д’Хару с юга. Соответственно, силы Д’Хары также разделились. Верна будет сопровождать большой отряд, который должен перекрыть путь войскам Ордена и принять бой с ними.

– Что ты сказала? – прошептал Натан, бледнея так, словно вся кровь отхлынула от его лица.

– Джегань разделил свою армию, – повторила Энн, озадаченная его испугом.

Она не думала, что такое возможно, но лицо пророка сделалось совсем пепельным.

– Духи милостивые, спасите нас, – прошептал он. – Как не вовремя! Мы не готовы…

Энн почувствовала, что душа у нее уходит в пятки. Волосы едва не встали дыбом.

– Натан, о чем ты? Что случилось?

Он отвернулся и принялся лихорадочно пересматривать корешки книг, разложенных по столам. Найдя то, что искал, в середине стопки, он выдернул книгу, не заботясь о том, что остальные повалились на стол. Бормоча невнятно себе под нос, он торопливо перелистал книгу.

– Здесь! Вот оно! – сказал он, ткнув пальцем в страницу. – В этом подземелье, в книгах, никогда мною прежде не виданных, содержится огромное количество разных пророчеств. Те из них, что касаются последней битвы, затуманены – то есть я не могу представить их в видениях, но и слова сами по себе достаточно зловещи. Вот это – наиболее обобщенное и ясное из всех.

Низко нагнувшись, он подвинул свечу поближе к книге и прочел:

– «В год явления цикад, когда сеятель смерти и страданий, поднявший знамя Добра и Света, наконец разделит свой рой, то будет знаком, что пророчество пробудилось и близится последняя решающая битва. Будьте осторожны, ибо все истинные развилки и производные от них сцеплены в этом корне. Лишь один ствол произрастает из этого спаянного истока. Если fuer grissa ostdrauka не возглавит последнюю битву, тогда мир, уже стоящий на грани тьмы, падет пред властью ужасной тени».

Fuer grissa ost drauka – так древние книги называли Ричарда.

Это именование, одно из многих, содержалось в широко известном пророчестве, написанном на древнед‘харианском наречии. Значило оно «несущий смерть». Называя его так, неизвестный пророк связывал свое предсказание с другим, образуя логическую развилку.

– Если цикады появятся в этом году, – сказал Натан, – мы будем знать, что это пророчество не только истинное, но и действенное.

Энн почувствовала слабость в коленях.

– Натан, цикады появились сегодня.

Натан вперил в нее взгляд сверху вниз, словно Создатель, изрекающий приговор:

– Значит, время определено. Все пророчества стали на свои места. Ряд событий выстроен. Близится конец всему.

– Добрый Создатель, спаси нас и сохрани, – прошептала Энн.

Натан сунул книгу в карман.

– Мы должны разыскать Ричарда.

Она с готовностью согласилась:

– Да, ты прав. Нельзя терять время.

– Мы, конечно же, не можем забрать все эти драгоценные книги с собой, – сказал Натан, обводя взглядом подземелье. – Но и сидеть здесь, читая их, у нас нет времени. Значит, нужно запечатать подземелье, как было прежде, и уходить немедленно.

Не успела Энн высказать свое согласие, а Натан уже вскинул руку, и свечи все разом погасли – кроме фонаря, стоявшего на углу стола. Натан подхватил его и воскликнул:

– Идем!

Он шагал так размашисто, что Энн пришлось почти бежать, чтобы не остаться вне маленького круга света, покидая странное подземелье, погруженное во мрак.

– Ты уверен, что ни одной из этих книг не нужно брать?

Пророк уже взбирался по узким ступеням, свет полукружиями ложился на стены.

– Они тяжелые, и с ними мы пойдем медленнее. Да и потом, какую выбрать? – Он приостановился на минуту и оглянулся через плечо. Лицо его в резком освещении казалось составленным из острых углов и теней. – Мы уже знаем суть пророчеств, а главное – впервые точно знаем время. Мы должны добраться до Ричарда. Он должен быть на месте, когда армии столкнутся, иначе все будет потеряно.

– Да, если мы обеспечим его присутствие, тем самым предсказание сбудется!

– Ну, значит, договорились, – сказал пророк и, повернувшись, помчался вверх по ступеням. Лестница напоминала скорее узкий и низкий туннель, и он то и дело цеплялся о стены.

Наконец они выбрались наружу, к свежему воздуху ночи и пронзительному стрекоту цикад. Деревья слабо колыхались от влажного ветерка. Натан окликнул Тома и Дженнсен. Казалось, они не отзывались целую вечность, хотя в действительности почти мгновенно вынырнули из темноты.

– Что случилось? – запыхавшись, еле выговорила Дженнсен. Том темным силуэтом высился рядом с нею. – Какие-то неприятности?

– Да, и очень серьезные, – подтвердил Натан и вытащил из кармана книгу, взятую в хранилище.

Энн подумала, что ему не стоило бы откровенничать, но положение было настолько серьезным, что секретность становилась бессмысленной. Натан раскрыл книгу на пустом развороте с исчезнувшими пророчествами и всунул в руки Дженнсен.

– Скажи, что это означает?

– Что это означает? – она нахмурилась. – Но, Натан, здесь ничего не написано!

Он проворчал недовольно, глядя на Энн:

– Так, значит, здесь замешана Магия Ущерба. Это магия потустороннего мира, основанная на силе смерти, поэтому она влияет на нее так же, как и на нас.

Снова обернувшись к Дженнсен, Натан пояснил:

– Мы нашли новое пророчество про Ричарда и теперь должны как можно скорее найти его, иначе Джегань выиграет войну.

Дженнсен ахнула, Том тихо присвистнул.

– Ты знаешь, где он? – спросил Натан.

Том, не колеблясь, повернулся вполоборота и указал рукою в темноту. Энн всмотрелась туда, но напрасно – ночь была непроницаема. Однако опыт подсказал солдату то, что они не могли определить при помощи дара.

– Он в той стороне. Не слишком далеко отсюда, но и не близко тоже.

– Нам нужно собрать вещи. Выйдем на рассвете, – сказала Энн.

– Он в пути, – сказал Том. – Сомневаюсь, что вы найдете его в том месте, когда туда доберетесь.

Натан выругался про себя.

– И никак нельзя узнать, куда парень направляется?

– Полагаю, он возвращается в Алтур-Ранг, – сказала Энн.

– Да, но что, если он там не задержится? – Пророк положил руку на плечо Тома. – Тебе придется пойти с нами. Ты – один из тайных защитников лорда Рала. Это очень важно.

Энн разглядела, что рука Тома легла на рукоять кинжала, висящего на поясе. Серебряную рукоять кинжала украшала буква «Р», обозначая принадлежность к дому Ралов. Редкой работы кинжал, и носили их лишь очень немногие – те, кто незримо трудился, охраняя жизнь лорда Рала.

– Разумеется, – сказал Том.

– Я тоже пойду! – взволновалась Дженнсен. – Мне нужно только…

– Нет, – перебил ее Натан. – Нам нужно, чтобы ты осталась здесь.

– Зачем?

– Затем, – сказала Энн более сочувственным тоном, чем Натан, – что через тебя Ричард связан со здешним народом. Им нужно помочь понять, что творится в мире, лишь недавно открывшемся перед ними. Иначе они могут легко поддаться Имперскому Ордену, и тогда их используют против нас. Ведь они уже сделали свой выбор, став на нашу сторону и присоединившись к империи Д’Хары. Ричарду нужно, чтобы ты оставалась здесь, а вот место Тома сейчас с нами – так велит его долг перед Ричардом.

– Но я… – с ужасом в глазах она посмотрела на Тома.

– Дженнсен, – сказал Натан, обняв ее за плечи, – посмотри сюда! – Он указал на вход в подземелье. – Ты знаешь, что здесь хранится. Если с нами что-то случится, а Ричарду понадобится узнать об этом, кто ему скажет? Ты должна охранять это место ради него. Это важно – ничуть не меньше, чем задача Тома. Требуя, чтобы ты осталась, мы вовсе не оберегаем тебя от опасности – на самом деле здесь может оказаться опаснее!

Дженнсен посмотрела на Натана, на Энн – и с неохотой признала, насколько серьезна ситуация.

– Хорошо, если это пойдет на пользу Ричарду, я остаюсь.

Энн кончиками пальцев прикоснулась к подбородку девушки.

– Спасибо за благоразумие, дитя мое!

– Мы должны скрыть следы нашего вторжения, чтобы все выглядело, как до находки, – нетерпеливо взмахнул руками Натан. – Я покажу вам затвор и объясню, как он работает. Потом вернемся в город и соберемся в дорогу. Поспать до рассвета нам удастся всего несколько часов, но с этим ничего не поделаешь.

– От Бандакара нам предстоит далекий путь, – сказал Том. – После того, как пройдем перевал, придется найти лошадей, если хотим догнать лорда Рала.

– Разумно. Договорились, – сказал пророк. – Давайте же закроем эту гробницу сокровищ и возьмемся за дело!

Энн внезапно нахмурилась.

– Натан, это хранилище книг было спрятано под могильным камнем не одну тысячу лет. И за все это время никто его здесь не обнаружил. Как же тебе удалось найти его?

Натан насмешливо поиграл бровями.

– А вот как раз это особого труда не составило. – Он обошел вокруг постамента памятника, подождал, пока Энн подойдет поближе, и высоко поднял фонарь.

Ей сразу бросились в глаза два слова, выбитые на древнем камне: НАТАН РАЛ.

Глава 13

Полдень уже давно миновал, когда Виктор, Никки, Кара и Ричард, пересекая длинные тени деревьев, вступили в масличные рощи, покрывающие холмы вокруг Алтур-Ранга. Весь день Ричард не сбавлял хода, и трудное, хотя и не слишком долгое путешествие вымотало всех четверых. На смену прохладному дождю пришли давящая духота и влажность. От ходьбы путники взмокли так, словно дождь все еще поливал их.

И все же Ричард чувствовал себя лучше, чем пару дней назад. Несмотря на сильное напряжение, он понемногу выздоравливал.

Радовало его также и то, что чудовищный зверь никак не заявлял о себе. Несколько раз Ричард оставлял своих спутников и возвращался по следам на некоторое расстояние, проверяя, не преследует ли их кто-либо. Он так и не заметил никого и ничего, и ему стало чуть легче дышать. Он также успел поразмыслить над сообщением Никки; если Джеганю действительно удалось создать такое чудовище, вовсе не обязательно оно же убило бойцов Виктора. И нападение как таковое не означало, что чудовище уже вышло на охоту за Ричардом. Но никакого иного объяснения, даже приблизительного, он придумать не мог.

По дорогам, ведущим в город, оживленной чередой двигались тележки, фургоны и отдельные пешеходы. Видимо, торговля успела заметно развиться со времен отбытия Ричарда из Алтур-Ранга. Люди прибывали как из ближайших поселков, так и, судя по одежде, издалека. Кое-кто из пешеходов узнавал то Виктора, то Никки. Восстание сделало их обоих известными в городе. Многие узнавали и Ричарда – одни видели его в Алтур-Ранге в ночь, когда началось освободительное восстание, другие замечали его меч. Люди, выросшие в Древнем мире, под властью Ордена, непривычные к красивым вещам, сразу запоминали это уникальное оружие в блестящих, отделанных серебром и золотом ножнах.

Проходя мимо четверки, люди улыбались, приподнимали шляпы или дружески кивали. Непривычно было видеть столько улыбок в Алтур-Ранге. Кара относилась к этим знакам внимания подозрительно.

Ричарда порадовало бы оживление, царящее в Алтур-Ранге, не будь он так сосредоточен на вещах, гораздо более важных для него. Но день уже клонился к вечеру, и до темноты маловероятно было успеть приобрести лошадей, заготовить провизию и все, что нужно для путешествия. Нехотя он признал, что без ночевки в Алтур-Ранге не обойтись.

Теперь Ричард с большим вниманием поглядывал по сторонам. Раздумывая, где закупать припасы, он заметил, что на перекрестках дорог, прежде бывших лишь тропами и проселками, возникли скопления торговых палаток. В них продавали всевозможные товары, от различных овощей до вязанок дров и женских украшений. В предместьях проезжим предлагали сыры, колбасы, булки – а в окраинных кварталах народ толпился у прилавков, прицениваясь к отрезам тканей или проверяя качество кожаных изделий.

Ричард вспомнил, как приходилось им, когда Никки впервые привела его в Алтур-Ранг, простаивать день напролет в очереди, чтобы получить краюху хлеба – и бывало, что запас заканчивался гораздо раньше, чем очередь доходила до них. Хлеб был дешев – но его, как и всех прочих продуктов, вечно не хватало.

Ричарду казалось крайне нелогичным называть что-то несуществующее доступным. Хотя законы и повелевали накормить голодных, призрак голода витал над улицами и унылыми домами города. А теперь хлеб в изобилии продавался на каждом углу, и голод стал не более чем тяжелым воспоминанием.

Те, кто распространял идеи Ордена, оставались преступно слепы к бесчисленным страданиям и смерти, сопутствовавшим этим идеям. Но эти люди в большинстве своем потерпели поражение – либо были убиты, либо бежали.

Те, кто боролся за свободу и обрел ее, имели все основания дорожить ею. Ричард надеялся, что у них хватит сил удержать свои завоевания – столь наглядные и важные для всех.

Добравшись до старых кварталов города, он заметил, что многие кирпичные домики, в прошлом замызганные, теперь были вычищены и сияли, как новенькие. Ставни, выкрашенные в яркие цвета, поблескивали в послеполуденной солнечной дымке. Дома, сгоревшие во время восстания, уже восстанавливались. Ричарду, помнившему прежние картины Алтур-Ранга, казалось чудом, что город так преобразился и стал таким жизнерадостным.

Когда они вышли на широкую улицу, уводящую к центру города, Виктор остановился на углу одного из перекрестков.

– Мне нужно навестить семью Феррана и родственников других ребят. Если не возражаешь, Ричард, я сперва поговорю с ними сам. Трудно совместить горе от нежданной потери с приемом важных гостей…

Ричарду неловко было слышать, что его считают «важным гостем» – особенно в семьях, только что переживших потерю близких. Но сейчас было не время оспаривать такое отношение к себе.

– Я понимаю, Виктор.

– Но я надеюсь, что как-нибудь попозже ты скажешь им несколько слов. Для них будет немалым утешением, если ты расскажешь, какими храбрыми были их родные, воздашь им почести.

– Я постараюсь.

– Я и другим сообщу, что мы вернулись. Все захотят встретиться с тобою.

Ричард кивком указал на Кару и Никки.

– Я хочу показать им кое-что, – он махнул в сторону центра. – Вон там.

– На площади Свободы?

Ричард кивнул.

– Тогда я найду тебя, как только освобожусь.

Ричард проследил взглядом, как Виктор уходит по узкой, мощенной булыжником улочке.

– Что вы хотите показать нам? – спросила Кара.

– То, что может подхлестнуть вашу память.

Ричард понимал, что здравый смысл велит сперва найти пристанище, отдохнуть или хотя бы оставить дорожные мешки – но сердечная тоска подгоняла его, а женщины молча, не жалуясь, следовали за ним. Завидев величественную статую, вырубленную из наилучшего белого каватурского мрамора, сверкающую в янтарном свете закатного солнца, он едва удержался на ногах. Никки схватила его за руку:

– Ричард, с тобой все в порядке?

Он знал досконально каждый изгиб этой фигуры, каждую складку ниспадающих одежд. Знал, потому что сам вырезал исходную модель. Не сводя глаз со статуи, возвышающейся над зелеными лужайками, он едва сумел прошептать:

– Все хорошо…

Это обширное открытое пространство ранее было строительной площадкой, где возводился дворец для правящей клики Имперского Ордена. Именно сюда Никки когда-то привела Ричарда, чтобы он потрудился во славу дела Ордена – в надежде, что он научится ценить самоотречение и постигнет всю мерзость человеческой природы. Вместо этого она сама научилась ценить жизнь во всех ее проявлениях.

Будучи пленником Никки, Ричард несколько месяцев трудился на стройке. Все, что успели тогда возвести, теперь было разрушено, стерто с лица земли. Только полукруг колонн главного входа остался стоять, будто часовые, вокруг беломраморной статуи, поставленной на том месте, где впервые среди тьмы порабощения вспыхнуло пламя свободы. Это место теперь стало священным для горожан.

Статую исполнили после того, как восстание смело власть Ордена, ее посвятили народу Алтур-Ранга и памяти тех, кто отдал свои жизни за его свободу. По предложению Виктора это место назвали площадью Свободы.

В лучах низко спустившегося солнца статуя горела, как маяк.

– Что видите вы обе, а? – спросил Ричард.

Кара тоже положила руку на его плечо:

– Лорд Рал, эту статую мы видели, когда в прошлый раз приезжали сюда.

Никки кивнула, соглашаясь с нею:

– Это статуя, созданная камнерезами после восстания.

Ричарду больно было смотреть на статую. Женственность стройного тела, изгибы и выпуклости отчетливо проступали под текучими складками каменного одеяния. Мраморная женщина казалась живой.

– А где камнерезы взяли модель для работы? – спросил Ричард. Обе женщины непонимающе уставились на него.

Никки откинула согнутым пальцем прядь волос, брошенную на лицо влажным ветром.

– На что ты намекаешь?

– Для того, чтобы создать большую статую, опытные резчики соразмерно увеличивают небольшую модель. Вы помните, какая она была?

– Да, – сказала Кара, и лицо ее посветлело от воспоминания, – вы сами ее сделали.

– Верно, Кара. Мы с тобою вдвоем искали материал для маленькой статуэтки. И ты нашла ореховое дерево. Оно росло на склоне над широкой долиной, но поваленная ветром ель свалила его. Ты была со мной, когда я срубил часть этого отбеленного непогодами сухого ствола. Ты видела, как я вырезал из него маленькую фигурку. Мы тогда часами просиживали на берегу ручья, беседовали, и я вырезал ее.

– Да, я помню, как вы занимались этим, пока мы торчали на природе. – Тень улыбки промелькнула по лицу Кары. – Ну и что с того?

– Мы жили в домике, который я сам построил. Зачем мы поселились там?

Кара взглянула на него удивленно, как если бы вопрос был слишком очевиден.

– После того, как жители Андерита решили стать на сторону Имперского Ордена, оставив вас и Д’Хару, вы отказались возглавить борьбу против Ордена. Вы сказали, что насильно тащить людей к свободе не станете, пусть сперва они сделают свой выбор.

Ричарду было трудно спокойно напоминать об этих событиях женщине, которая должна была знать все не хуже его самого – но он понимал, что упреками ее память не подстегнуть. К тому же, какова ни была причина их забывчивости, он не сомневался, что Никки и Кара вовсе не обманывают его нарочно.

– Это одна из причин, – сказал он. – Но была и другая, намного более важная, из-за чего мы жили в тех безлюдных горах.

– Более важная причина?

– Кэлен была избита до полусмерти. Я нашел укромное место, где она могла бы спокойно выздоравливать. Мы с тобой провели несколько месяцев, ухаживая за ней, пытаясь вернуть ей здоровье. Но ей не становилось лучше. Она впала в глубокое уныние, отчаялась когда-либо поправиться, вновь ощутить радость жизни…

Он не смог заставить себя открыть главную причину подавленности Кэлен: когда злые люди избивали ее, она была беременна – и потеряла ребенка.

– И тогда вы запечатлели ее, вырезав статуэтку? – спросила Кара.

Он поглядел на горделивую фигуру, тянущуюся ввысь, к синему небу. Вырезая деревянную статуэтку, он не стремился придать ей прямое сходство с Кэлен. Эта женщина, в одежде, летящей по ветру, с гордо вскинутой головою, стояла выпрямившись, стиснув кулаки опущенных рук, словно готовясь дать отпор невидимой силе, пытающейся покорить ее. Но это была не Кэлен – не внешность ее, нет, а ее жизненная стойкость, ее душа. И великолепное творение, высящееся перед ними, воплотило дух Кэлен в камне.

– Я запечатлел другое, – наконец проговорил Ричард. – Отвагу Кэлен, ее любовь, ее решимость. Поэтому я и назвал статую «Сильная духом». Когда Кэлен ее увидела, то сразу поняла, что я задумал. И она захотела снова стать сильной и независимой. С того дня и началось ее выздоровление.

Лица обеих женщин выражали более чем сильное сомнение, но спорить они не стали.

– Так вот, – сказал Ричард и пошел вперед по лужайке, – если бы вы спросили мастеров, которые воздвигали монумент, где сейчас та маленькая статуэтка, сделанная мною и послужившая им моделью, они бы не смогли отыскать ее или объяснить, куда она подевалась.

Никки поспешила догнать его.

– И где же она тогда?

– Та статуэтка, вырезанная из орехового дерева летом в горах, очень многое значила для Кэлен. Она жаждала получить ее обратно, когда мастера закончат работу. Вот Кэлен ее и получила.

Никки, глядя себе под ноги, сокрушенно вздохнула.

– Ну конечно, получила.

– И ты не споришь? – хмуро усмехнулся он.

– Ричард, когда человек впадает в бред, его разум стремится заполнить пустоты сознания, связать разорванные нити памяти. Только так удается придать какой-то смысл их путанице.

– Хорошо, тогда где, по-вашему, статуэтка? – спросил он сердито.

– Вот уж не знаю. – Кара пожала плечами. – Я не помню, что с ней случилось. Но большая, мраморная – вот она, и это главное!

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61

Поделиться ссылкой на выделенное