Терри Гудкайнд.

Десятое Правило Волшебника, или Призрак

(страница 3 из 60)

скачать книгу бесплатно

   Она бросила взгляд через плечо и увидела мертвые глаза бедной девочки, пристально смотревшие на нее, наблюдая, как она уходит.


   Ричард внезапно поднялся. Ножки тяжелого деревянного стула, на котором он сидел, заскрежетали, проехавшись по грубому каменному полу. Кончики его пальцев все еще касались края стола, на котором перед серебряным светильником услужливо лежала открытая книга.
   С воздухом явно было что-то не так.
   Насторожившее его не было связано с запахом, с температурой или с влажностью, хотя ночь была жаркая и душная. Нет, дело было в самом воздухе. В нем ощущалось что-то неправильное.
   Ричард не мог даже представить, почему столь неожиданная мысль могла прийти ему в голову. Ни тени предположения, что именно могло послужить причиной столь странного убеждения. В его маленьком читальном зале окон не было, так что он не знал, что сейчас снаружи – было ли там, ясно, ветрено или начиналась гроза. Он знал только, что сейчас глубокая ночь.
   Кара, сидевшая неподалеку от него и так же занимавшаяся чтением, тоже поднялась с обитого коричневой кожей мягкого стула. Она внимательно ждала, но ничего не говорила.
   Ричард попросил ее просмотреть несколько найденных им исторических фолиантов. Все, что удастся найти относительно тех древних времен, когда была написана книга «Огненная Цепь», может оказаться полезным. Она не возражала против подобной задачи. Кара вообще очень редко возражала против чего-либо, при условии что это не мешало ей обеспечивать его защиту. А поскольку при этом она могла оставаться с ним в одной комнате, то и не возражала против чтения тех книг, которые он предлагал. Еще одна девушка из морд-ситов, по имени Бердина, тоже могла читать на древнед’харианском и в прошлом бывала очень полезна в чтении записей на этом древнем языке, который нередко встречается в старых книгах, но Бердина сейчас далеко, в Народном Дворце. Поэтому бесчленное множество книг, написанных на их родном языке, предстояло просмотреть Каре.
   Она наблюдала за Ричардом, в то время как он вглядывался в забранные панелями стены комнаты, и его пристальный взгляд методично перемещался по произведениям искусства, расположенным на полках: лакированным ларцам, инкрустированным серебряными узорами, маленьким резным фигуркам танцоров, гладким камням, лежащим в отделанных бархатом коробочках, и декоративным стеклянным вазам.
   – Лорд Рал, – наконец спросила она, – что-то не так?
   Ричард оглянулся через плечо.
   – Да. Что-то не так с воздухом.
   Он осознал уже после, заметив напряженное беспокойство на ее лице, что, должно быть, его суждение по поводу воздуха прозвучало абсурдно.
   Однако, по мнению Кары, неважно, сколь абсурдно это прозвучало, потому что реально имела значение лишь его мысль о некоторой тревоге, а тревога эта означала потенциальную угрозу.
Ее кожаная одежда слегка скрипнула, когда она ухватила свой эйджил и крепко зажала его в руке. С оружием наготове оглядела маленькую комнату, внимательно исследуя даже тени, будто из-за деревянной обшивки могли внезапно напасть призраки. Выражение ее лица было напряженным.
   – Думаешь, это зверь?
   Ричард эту возможность во внимание не принимал. Зверь, которого по приказу Джеганя захваченные в плен сестры Тьмы околдовали и отправили охотиться на Ричарда, представлял потенциальную угрозу. В прошлом уже было несколько случаев, когда он появлялся словно бы из воздуха.
   При всем желании Ричард не мог сказать точно, что именно показалось ему несоответствующим. Но хотя он и не мог указать источник своих ощущений, источник этот казался ему чем-то знакомым, чем-то таким, что следовало бы помнить, чем-то таким, что ему следовало знать и, несомненно, распознать. Но он так и не понял, было ли это ощущение реальностью или всего лишь игрой воображения.
   Ричард покачал головой.
   – Нет… Не думаю, что это зверь. Его я точно узнал бы.
   – Лорд Рал, вы провели большую часть ночи за чтением. Возможно, всего лишь переутомление.
   Бывало, что он, лишь начав дремать, вдруг просыпался – с затуманенным рассудком, потеряв ориентацию, – от внезапного падения в порочные объятия ночных кошмаров, которых, проснувшись, никогда не помнил. Но теперешнее впечатление оказалось иным; оно не было рождено общим притуплением, вызванным наплывом сонливости. Напротив, несмотря на все утомление и усталость, его не клонило в сон; он был слишком озабочен, чтобы заснуть.
   Только лишь вчера ему наконец-то удалось убедить остальных, что Кэлен – реальность, что она существовала и не плод его фантазий или галлюцинация, вызванная увечьем. Теперь они убедились, что Кэлен – не результат его больного воображения. Сейчас, когда он наконец получил некоторую помощь, ощущение крайней необходимости отыскать ее подталкивало его вперед и не давало спать. Он не мог позволить себе тратить время на какой-то там отдых – во всяком случае, теперь, когда уже получил несколько фрагментов головоломки.
   Возле Народного Дворца, допрашивая Тови прямо перед ее смертью, Никки выяснила ужасные подробности о том, как эти четыре женщины – сестры Улисия, Цецилия, Эрминия и Тови – запустили Огненную Цепь. Когда они высвободили силы, на протяжении тысячелетий тайно скрывавшиеся в древних книгах, каждый, сохранявший хоть какую-то память о Кэлен, мгновенно забыл ее – за исключением Ричарда. Каким-то образом его меч защитил его разум. Но, сохраняя память о Кэлен, в попытках отыскать ее он утратил свой меч.
   Теория запуска Огненной Цепи возникла у волшебников в очень древние времена. Они искали способ пробираться среди врагов, оставаясь невидимыми, не привлекающими к себе внимания, моментально забываемыми. Они придумали метод изменения памяти людей с помощью магии Ущерба. Теоретически предполагалось, что действие этого метода таково, что разобщенные части воспоминаний отдельной личности самопроизвольно перестраиваются и соединяются друг с другом, но в совокупности теперь представляют ложную память, созданную с целью заполнить пробелы, появившиеся в момент, когда объект этой магии оказывается «стерт» из памяти.
   Волшебники, разработавшие теорию этого процесса, пришли в итоге к убеждению, что порождение подобных явлений способно вызвать целый каскад непредсказуемых и неконтролируемых эффектов. Они сделали вывод о том, что, подобно блуждающему огню, эта магия будет продолжать выжигать косвенные связи и у других людей, чья память изначально не нуждалась в изменении. И в конце концов они осознали, что при таких непредсказуемых, стремительных и пагубных последствиях Огненная Цепь способна преобразить все царство жизни, и потому не осмелились даже проверить свои предположения.
   Но эти самые четыре сестры Тьмы осмелились – проверить на Кэлен. Их не беспокоило, что при этом все царство жизни может погибнуть. Фактически в этом и была их конечная цель.
   У Ричарда не было времени на сон. Теперь, когда он окончательно убедил Никки, Зедда, Кару, Натана и Энн, что он не сумасшедший и что Кэлен существует на самом деле, даже если больше не присутствует в их памяти, они дали слово помогать ему. Он же крайне нуждался в помощи. Ему необходимо отыскать Кэлен. В ней – вся его жизнь. Она полностью занимала его мыслями. Для него она была всем. Ее необыкновенный ум пленил его с первой минуты, как они встретились. Воспоминания о зеленых глазах, улыбке, прикосновениях постоянно преследовали его. Каждое пробуждение оказывалось настоящим кошмаром, подстегивающим настоятельную необходимость что-нибудь сделать.
   В то время как никто больше не мог вспомнить Кэлен, Ричард же, казалось, ни о чем другом не мог и думать. Ему частенько казалось, что только он ее единственная связь с этим миром и если он перестанет помнить о ней, прекратит думать о ней, то она в конце концов действительно перестанет существовать.
   Но при этом он осознал и то, что для того чтобы довести это дело до конца, чтобы найти когда-либо Кэлен, следует время от времени отвлекать мысли от нее и обращать их к своим делам.
   Он повернулся в сторону Кары.
   – Ты не чувствуешь ничего странного?
   Она выгнула бровь.
   – Ведь мы в Цитадели Волшебника, Лорд Рал… кто не ощутил бы здесь некоторую странность? От этого места у меня мурашки по коже.
   – То есть сейчас не хуже, чем обычно?
   Она тяжело вздохнула и провела рукой по длинной светлой косе, переброшенной вперед через плечо.
   – Нет.
   Ричард схватил фонарь.
   – Идем.
   Он покинул маленькую комнату и заторопился по длинному коридору, выложенному толстыми коврами так, будто у кого-то оказалось их слишком много, а коридор был единственным местом, которое удалось найти, чтобы там их разместить. Ковры имели в основном классические узоры и были сотканы в мягких приглушенных тонах, но на некоторых, выглядывавших снизу, попадались ярко-желтые и оранжевые цвета.
   Ковры заглушали звуки его сапог, когда он следовал мимо располагавшихся с обеих сторон двойных дверей, ведущих в темные комнаты. Длинноногая Кара без труда успевала за ним. Ричард знал, что многие из этих комнат – библиотеки, в то время как некоторые другие были весьма искусно украшены и, казалось, не служили никакой иной цели, кроме как вести вас в другие комнаты. А те, в свою очередь, вели вас в следующие, среди которых попадались и комнаты без всякой отделки, а некоторые содержали изящные украшения, и все это образовывало загадочный и сложный лабиринт, составлявший Цитадель Волшебника.
   На развилке Ричард свернул направо и пошел по коридору, стены которого были расписаны спиральными узорами, потускневшими за многие века до теплых золотисто-коричневых тонов. Когда они дошли до лестничного марша, Ричард обхватил согнутой рукой белый полированный мрамор колонны винтовой лестницы, а затем по ступеням направился вниз. Глянув вверх, он мог видеть, как лестница уходит высоко в темноту, извиваясь в квадратном шахтном стволе, уводя к далеким верхним уровням Цитадели.
   – Куда мы направляемся? – спросила Кара.
   Ричард оказался слегка смущен этим вопросом.
   – Не знаю.
   Кара метнула в его сторону мрачный взгляд.
   – Ты решил прогуляться по месту с бесчисленным множеством комнат, по постройке, огромной, как гора, и частично встроенной в гору, пока что-то не привлечет твое внимание?
   – В воздухе что-то неладное. И я всего лишь следую за своим чутьем.
   – Ты следуешь за воздухом, – заметила Кара спокойным насмешливым тоном. Подозрение вспыхнуло у нее с новой силой. – Уж не пользуешься ли ты магией?
   – Кара, ты, как и все остальные, прекрасно знаешь, что я не представляю, как использовать мой дар. Я не способен обратиться к магии по своему желанию.
   И желания этого вовсе не было.
   Если он воспользуется своим дару, тот зверь почти моментально сможет найти его. Кара, всегда готовая его защитить, беспокоилась, что он может сделать что-то по легкомыслию, привлекая тем самым зверя, натравленного на него по приказу императора Джеганя.
   Ричард вернулся к проблеме, которая его занимала, и пытался понять, что именно показалось ему странным в окружающем воздухе. Он сосредоточил мысли на точном анализе своих ощущений. Ему казалось, что он ощущает в воздухе нечто, что бывает во время грозы, именно такое же резкое, зловещее качество.
   Спустившись на несколько пролетов белой мраморной лестницы, они вышли в коридор, сложенный из каменных блоков. Проследовали этим коридором прямо, оставили позади несколько развилок и остановились, когда Ричард увидел идущую вниз мрачную каменную винтовую лестницу с железными поручнями. Он начал спускаться, Кара двинулась за ним. Внизу они миновали короткий проход со сводчатым потолком, обшитым дубовыми досками, прежде чем вошли в комнату, которая была общим холлом для нескольких залов. Эта круглая комната оказалась богато убранной: колонны серого гранита по окружности комнаты поддерживали позолоченные притолоки, расположенные над каждым ведущим в темноту проходом.
   Ричард вытянул перед собой фонарь и, щурясь, пытался заглянуть в эти темные галереи. Он не узнал эту круглую комнату, но зато осознал, что они находятся в той части Цитадели, что была каким-то образом иной, особой… иной в том смысле, который заставил его понять, что имела в виду Кара, когда говорила о месте, вызывающем мурашки на коже. Один из коридоров, непохожий на другие, вел с заметным уклоном в какие-то расположенные глубже помещения Цитадели. Ричард задался вопросом, почему здесь просто уклон, а не еще одна из бесчисленного множества лестниц.
   – Сюда, – сказал он Каре и повел ее вниз, в темноту.
   Казалось, этот уклон был бесконечным. Однако в итоге они вышли в грандиозный зал, который, хотя и будучи не более дюжины футов в ширину, имел почти семидесятифутовую высоту. Ричард чувствовал себя подобно муравью на дне длинной и узкой щели глубоко под землей. С левой стороны поднималась стена из натурального камня, часть самой горы, тогда как стена справа была сформирована из плотно подогнанных громадных каменных блоков. Они миновали целый ряд комнат со стороны этих блоков, продолжая идти вперед по этой, казавшейся нескончаемой, расщелине в горном массиве. Относительно слабый свет лампы не позволял разглядеть впереди хоть какой-то намек на противоположный конец этого помещения.
   Внезапно Ричард осознал, что, собственно, говорили его чувства. Воздух ощущался так, как бывало временами рядом с определенными людьми, обладавшими исключительно сильным даром. Он припомнил, что таким вот образом воздух словно бы потрескивал вокруг его бывших учителей, сестер Цецилии, Эрминии, Мериссы и, особенно, Никки. Он вспомнил моменты, когда казалось, что воздух около Никки вот-вот воспламенится – до того мощной была та необычная энергия, что концентрировалась возле нее. Но подобное ощущение всегда бывало лишь в непосредственной близости от этого человека; оно никогда не было столь сильным.
   Еще до того, как увидеть свет, пробивающийся далеко впереди из одной из бесчисленных боковых комнат, Ричард осознал, что его ощущения сгустились. Он почти ожидал увидеть, как воздух по всему этому залу-коридору начнет искриться.
   Огромные обитые желтой медью двери были открыты и вели в помещение, оказавшееся тускло освещенной библиотекой. Он сразу понял, что это то самое место, которое он ищет.
   Пройдя через эти двери, украшенные тщательно выгравированными на них символами, Ричард застыл на середине шага и уставился с немым удивлением.
   Мерцающий свет от бьющих молний проникал внутрь через дюжину скругленных сверху окон и освещал ряды полок, расположенных по стенам этой напоминавшей пещеру комнаты. Окна, располагавшиеся двумя ярусами, занимали почти всю дальнюю стену. Полированные колонны из красного мрамора, поднимавшиеся между окнами на оба яруса, поддерживали тяжелые бархатные шторы темно-зеленого оттенка. Края штор обрамляла золотистая бахрома, а шнурки с кисточками их удерживали, открывая обзор. Окна были собраны из квадратных кусков, очень толстых в ущерб прозрачности, так что казалось, словно стекло помутнело при разливке. Когда вспыхивала молния, создавалось впечатление, что мерцает само стекло. Расставленные по комнате светильники с рассеивателями обеспечивали общее теплое мягкое освещение и отражались от полированной поверхности столов между лежавшими на них повсюду открытыми книгами.
   Полки содержали не совсем то, чего следовало ожидать. На некоторых из них действительно были книги. Но на других полках были беспорядочно навалены самые разные предметы… Там было все что угодно – от аккуратно сложенной сверкающей ткани до металлических спиралей, от флаконов зеленого стекла и каких-то сложных предметов, собранных из деревянных стержней, до множества пергаментных свитков, древних костей и длинных изогнутых клыков, прежнего обладателя которых Ричард так и не опознал и даже предположить не брался.
   Когда очередной раз вспыхнула молния, миллионы теней от решетчатой структуры окон разбежались по всем уголкам комнаты, по столам, стульям, колоннам, книжным шкафам и ящикам, создавая впечатление, будто все окружающее раскалывалось на части.
   – Зедд… что ты такое делаешь?
   – Лорд Рал, – заметила Кара негромким голосом из-за его плеча, – мне кажется, ваш дед, должно быть, спятил.
   Зедд повернулся, чтобы бросить короткий пристальный взгляд на стоявших в дверном проеме Ричарда и Кару. При свете ламп волнистые седые волосы старика казались приподнятыми, слегка взъерошенными и выглядели бледной оранжевой тенью, но становились белыми как снег всякий раз, когда вспыхивала молния.
   – Мы сейчас немного заняты, мой мальчик.
   В самом центре комнаты над одним из массивных столов парила Никки. Ричард прищурился, пытаясь удостовериться, действительно ли видит именно то, что, похоже, видит. Ноги Никки находились совершенно отчетливо на ширину ладони над поверхностью стола. Она застыла без движения, абсолютно неподвижно, прямо посреди воздуха.
   Каким бы невероятным и потрясающим ни было это видение, это оказалось не самое худшее. На крышке стола был начерчен магический знак, известный как Благодать. И, похоже, он был нанесен кровью.
   Подобно самой Никки, линии, образующие эту фигуру, тоже висели в воздухе. Ричарду не раз доводилось видеть, как люди, обладающие даром, рисовали подобные магические фигуры, так что он вполне уверенно ее опознал, но еще ни разу он не видел ничего подобного такому вот парящему в воздухе сплетению.
   Гармонично образуя единое целое, вся композиция, составленная из линий яркого зеленого света, висела в воздухе, как трехмерная фигура магического заклинания.
   И в центре этой замысловатой геометрической структуры парила, неподвижная как статуя, Никки. Казалось, ее утонченные черты застыли в камне. Одна рука ее была отведена далеко в сторону. Пальцы другой руки, прижатой к боку, растопырены. Ее ноги располагались не на одном уровне, будто она не стояла, а свободно покачивалась, словно замерев посреди прыжка. Волосы были чуть приподняты, как будто взметнулись вверх как раз в тот момент, когда девушка должна была приземлиться, – и тут же была обращена в камень.
   Она явно не выглядела живой.


   Ричард, ошеломленный, замер, будто прикованный к месту, глядя на Никки, подвешенную в воздухе над массивным библиотечным столом, опутанную со всех сторон поблескивающей сеткой из светящихся зеленых геометрических фигур. Все в ней было неподвижно. Казалось, она даже не дышит. Голубые глаза не мигая смотрели куда-то вдаль, будто пристально созерцали одной только ей видимый мир. А столь знакомые утонченные черты выглядели идеально прорисованными в зеленоватом оттенке, испускаемом светящимися линиями.
   Ричард решил, что она выглядит скорее мертвой, чем живой; так выглядит покойник в гробу, перед тем как отправиться к вечному покою.
   Это было невозможно красивое и в то же время глубоко тревожное зрелище. Она казалась не чем иным, как безжизненной статуей, созданной из плоти и света. Спутанные пряди светлых волос, собранные в скрученные, мягко выгнутые дуги и завитки, и даже отдельные их нити застыли совершенно неподвижно посреди воздуха. Ричард по-прежнему все еще ожидал, что она сейчас окончательно и неожиданно упадет на стол.
   Осознав, что продолжает сдерживать дыхание, он наконец позволил себе выдохнуть.
   По-видимому, в тон с дикой энергией молний, сверкавших за окнами, воздух в комнате отчетливо потрескивал, пропитанный силой, которая даже для нетренированного глаза Ричарда казалась необычайной магией. Это было то самое удивительное свойство воздуха, которое привлекло его внимание еще там, в маленьком читальном зале.
   Ричард не имел ни малейшего представления и не мог даже вообразить, что происходит и что является целью такого использования магии. Он был одновременно очарован этим зрелищем и приведен в замешательство тем, что очень мало знал о подобных вещах. Однако самое главное, что для него подобное зрелище было загадочно пугающим.
   Выросший в Вестландии, где никакой магии не было и в помине, он время от времени задавался вопросом, чего же такого был лишен, – особенно в такие моменты, как этот, когда ощущал себя беспомощным невеждой. Но в других случаях, подобных исчезновению Кэлен, он начинал ненавидеть магию и не желал иметь с ней никаких дел.
   Посвященные в учение Имперского Ордена нашли бы циничное удовлетворение в столь отстраненных отношениях с магией со стороны Лорда Рала.
   Несмотря на то, что он вырос, не имея представления о магии, тем не менее Ричард уже многое узнал о ней. Например, то, что Благодать, начертанная на столе под Никки, – это мощнейший элемент, используемый теми, у кого есть дар. Он также знал, что, начертанный кровью, этот знак являет собой нечто, что делалось крайне редко и только в самых угрожающих обстоятельствах.
   Разглядывая блестящие линии крови, образующие саму форму Благодати, Ричард заметил нечто, что заставило волосы у него на затылке встать дыбом. Одна из ног Никки зависла над самым центром изображенной на столе структуры Благодати – над той самой частью, что символизировала Создателя Света, откуда исходила не только жизнь, но и лучи, изображающие дар, проходящий через жизнь, через оболочку и затем в вечность преисподней. Однако другая нога Никки застыла в нескольких дюймах над столом за пределами внешнего круга рисунка – над той частью, что представляла преисподнюю.
   Никки парила в воздухе, подвешенная между миром живых и миром мертвых. Ричард понял, что вряд ли так получилось случайно.
   Он направил взгляд чуть далее, за потрясающий воображение облик парящей в воздухе Никки, и там, в сгустившихся позади нее тенях, увидел освещаемых время от времени вспышками молнии Натана и Энн, напоминавших то исчезающих, то внезапно появляющихся призраков. Они тоже с серьезным видом наблюдали за Никки, находившейся в центре светящейся магической структуры.
   Зедд, опустив одну руку на костлявое бедро и поглаживая тонким пальцем другой руки гладкий подбородок, медленно обходил вокруг стола, внимательно наблюдая за непрерывно растущим и усложняющимся узором из светящихся зеленых линий.
   Снаружи, сквозь высокие окна, продолжали пробиваться резкие вспышки молний, однако раскаты грома заглушались толстой каменной стеной Цитадели.
   Ричард поднял взгляд, вглядываясь в лицо Никки.
   – С ней… все… в порядке?
   Зедд оглядел его, будто уже забыв, что Ричард давно вошел в эту комнату.
   – Что?
   – С ней все в порядке?
   Густые брови Зедда сдвинулись.
   – Как бы это узнать?
   Ричард вскинул вверх обе руки и с шумом опустил их, выражая свое беспокойство.
   – Ну, какого черта, Зедд, разве не ты отправил ее туда?
   – Не совсем так, – пробормотал Зедд, потирая ладони и продолжая перемещаться вокруг стола.
   Ричард подошел ближе к столу, над которым парила Никки.
   – Что происходит? С Никки все в порядке? Она в опасности?
   Наконец Зедд оглянулся и вздохнул.
   – Мы ничего не знаем наверняка, мой мальчик.
   Из тени к столу в зеленоватый свет вышел Натан. Было хорошо заметно, как встревожены темно-синие глаза высокого предсказателя. Он пожал плечами вместо утешения, и его длинные белые волосы при этом коснулись плеч.
   – Мы думаем, что с ней все в порядке, Ричард.
   – Ничего плохого с ней случиться не должно, – заверила его Энн, присоединяясь к Натану.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60

Поделиться ссылкой на выделенное