Терри Гудкайнд.

Голая империя

(страница 2 из 54)

скачать книгу бесплатно

– Пойду проверю, не засели ли где на скале черные твари, высматривающие нас черными глазами, – произнесла Кара.

Дженнсен испуганно оглянулась, словно чернокрылые хищники вот-вот могли накинуться на нее из темноты.

– Они улетели, – покачал головой Ричард.

– Ты сам сказал, что они за тобой следят. – Козочка ткнулась в ноги хозяйки, ища ласки. Дженнсен обхватила Бетти за шею. Близнецы спрятались за мамой. – Я не видела этих птиц до сегодняшнего дня. Их не было ни вчера, ни сегодня. Они показались только нынче вечером. Если они вправду следят за тобой, то не улетели бы на ночь далеко. Они бы все время держались рядом.

– Они могут ненадолго отлучаться, чтобы поохотиться или чтобы мы ничего не заподозрили, но даже если мы тронемся в путь, они смогут нас легко найти. В этом преимущество чернокрылых хищников: им нет нужды следить за нами каждую минуту.

– Ну и как же тогда ты можешь быть уверен, что они следят именно за тобой? – Дженнсен упрямо уперла руки в боки. – Птицы одни и те же. Вороны, воробьи, гуси, колибри, зяблики, голуби – откуда ты знаешь, что никто из них не летит за тобой? – тыча рукой вперед, в темноту, спорила она.

– Я знаю, – утомленно проговорил Ричард, отворачиваясь и направляясь к повозке. – Так, надо достать вещи и разбить стоянку.

Кэлен поймала Дженнсен за руку.

– Дай ему отдохнуть, хорошо? И не спрашивай о птицах. Ты меня поняла? – Кэлен приподняла бровь.

У жены лорда Рала не было сомнений, что птицы следят за ними. Она всегда верила Ричарду в подобных вещах, так же как супруг доверял ее познаниям и чутью в других сферах. Кэлен разбиралась в устройстве государств, дворцовом протоколе и церемониях; знала различные культуры, причины древних распрей между землями; говорила на всех языках и наречиях, в том числе и на двуличном языке дипломатии. Во всех этих областях Ричард доверял ее слову.

Но в случае со странными птицами она полагалась на слово Ричарда. Кэлен понимала, что он еще не знает ответы на все вопросы. Она уже видела мужа таким – отстраненным и ушедшим в себя, – когда он пытался найти недостающие звенья в цепи. Кэлен знала, что в такие моменты ему надо дать возможность побыть одному. Выпытывать у Ричарда ответы, когда он сам еще не нашел их – только отвлекать его.

Дженнсен смотрела, как Ричард уходит, и наконец улыбнулась, соглашаясь с ним. Вдруг ее глаза широко распахнулись, озаренные неожиданно пришедшей мыслью.

– Это относится к магии? – прошептала она, наклонившись к уху Кэлен.

– Мы пока не знаем.

– Ага, – кивнула Дженнсен. – Тогда я буду помогать. Все, что я хочу, – это помочь.

Кэлен подавила беспокойство и, с благодарностью обняв девушку за плечи, повела ее к лагерю.

3

В необъятной, немой пустоте ночи Кэлен ясно слышала, как Фридрих ласково разговаривает с лошадьми. Он похлопывал по холкам или проводил рукой по бокам животных, пока чистил их и стреноживал на ночь. В непроглядной тьме пустыни привычное занятие – уход за животными – делало враждебные окрестности чуть менее пугающими.

Фридрих был самым старшим.

Скромный человек среднего роста, несмотря на преклонный возраст, предпринял длительное и опасное путешествие, чтобы увидеть Ричарда. Он отправился в путь после смерти жены, храня важные сведения и ни на минуту не забывая о страшной трагедии. Тоска по умершей до сих пор искажала мягкие черты его лица, и Кэлен подумала, что так будет всегда.

В неярком свете луны она разглядела улыбку, которую Дженнсен послала Тому, заметив, с каким выражением он смотрит ей вслед. На лице светловолосого д'харианца расплылась мальчишеская улыбка, и парень, смутившись, быстро склонился над повозкой, доставая спальные мешки из-под скамьи. Затем он вытащил припасы и передал их вниз, Ричарду.

– Здесь нет дров для костра, лорд Рал. – Том оставил ногу на стертой подножке и оперся локтем на согнутое колено. – Но если хотите, можно взять немного угля, чтобы приготовить пищу.

– Чего бы я действительно хотел, так это чтобы ты перестал называть меня лордом Ралом. Если мы окажемся поблизости от врагов и ты назовешь меня подобным образом, нас ждут серьезные неприятности.

– Не волнуйтесь, лорд Рал. Сталь против стали, – осклабился Том, проведя рукой по витиеватому вензелю «Р» на серебряной рукояти ножа.

Ричард с грустью подумал о том, насколько тяжело человеку менять в себе то, что впитано с молоком матери и вошло в его плоть и кровь. Абсолютно правдивым было часто повторяемое присловье о преданности людей Д'Хары лорду Ралу. Том и Фридрих обещали, что не будут использовать титулы Кэлен и Ричарда в незнакомом окружении. Но привычки нелегко изменить, и тем более слугам было неловко называть правителей по именам, когда им казалось, что вокруг нет посторонних.

– Ну так как насчет маленького огонька? – произнес Том, спуская на землю последний спальный мешок.

– В такой жаре, как сейчас, мне кажется, мы сможем приготовить ужин и без огня. Ричард положил спальные принадлежности на заранее вытащенный мешок с овсом. – Кроме того, я считаю неразумным тратить время. Думаю, надо двинуться дальше с первыми лучами солнца, а значит, нам всем нужно хорошо отдохнуть.

– Не буду спорить с тобой, – с неохотой сказал Том, выпрямляясь во весь рост. – Мне только не нравится, что мы встали на таком открытом месте, где нас легко заметить.

Ричард обвел рукой наводящий на раздумья склон темного небосвода над головой.

Том бросил настороженный взгляд на небо. Неодобрительно качнув головой, он принялся доставать инструменты, чтобы починить деревянные кормушки для лошадей. Ричард поставил ногу на крепкую ступицу колеса и запрыгнул в повозку помочь Тому.

Том, застенчивый, но веселый парень, встретился с ними всего лишь вчера, сразу после того, как они нашли Дженнсен. Со стороны он выглядел типичным странствующим торговцем. Перевозка всяких товаров в его фургоне, как выяснили Кэлен и Ричард, давала Тому возможность проезжать где угодно, скрывая то, что он – один из членов секретной группы, в чью обязанность вменялась защита лорда Рала от тайных заговоров и опасностей.

– Возможно, за этими птицами кто-то наблюдает. По характеру полета хищников обычно можно узнать, где лежит добыча, – тихо произнесла Дженнсен, подойдя ближе к Кэлен. – Их видно с далекого расстояния, когда они кружатся и собираются вокруг жертвы. Я хочу сказать, что чернокрылые птицы похожи на них; и мне кажется, что этих птиц, кто-то направил в эти края, чтобы узнать, что происходит внизу.

Кэлен не ответила. У нее раскалывалась голова, она была голодна и просто хотела выспаться, а не обсуждать вопросы, на которые не знает ответа. Она удивлялась тому, насколько терпеливо Ричард переносил ее собственные настойчивые вопросы, а теперь ей приходится отвечать на вопросы Дженнсен. Кэлен пообещала себе, что будет хотя бы вполовину такой же терпеливой, каким всегда был Ричард.

– Вопрос в том, как этот некто заставил птиц… ну, понимаешь, кружить над нами, словно хищники над жертвой? – продолжала как ни в чем не бывало Дженнсен. – Может быть, они посланы с помощью магии следить за особыми людьми, – прошептала она, придвинувшись еще ближе к Кэлен и так тихо, чтобы Ричард не услышал.

Кара метнула в сторону Дженнсен испепеляющий взгляд. Кэлен заметила его и на мгновение удивленно подумала, что морд-сит собирается устроить выговор сестре Ричарда, но потом понадеялась, что Кара все-таки проявит к ней, как к члену семьи, несвойственную ей снисходительную мягкость. Вопросы магии, особенно в связи с опасностью, грозящей Ричарду и Кэлен, всегда раздражали Кару. Морд-сит бесстрашно готовы встретить смерть, но не любят магию и не стесняются заявлять об этом.

В некотором смысле такая враждебность к магии объяснялась сущностью и целью существования морд-сит; они обладали единственной в своем роде силой, которая в конечном итоге убивала их. Морд-сит безжалостно натаскивали, развивая в них жестокость и умение причинять боль. Ричард освободил их от безумия этого долга.

Но Кэлен тоже казалось очевидным, что птицы следуют за ними, подчиняясь некоему заклинанию. Эта догадка беспокоила ее, и потому она промолчала.

– Почему вы думаете, что кто-то следит за нами с помощью птиц? – спросила Дженнсен, не дождавшись ответа.

– Дорогая, мы в самом центре Древнего мира, – взглянула на девушку Кэлен, удивленно приподняв брови. – Едва ли стоит удивляться тому, что за нами охотятся на вражеской земле.

– Ты права, – подтвердила Дженнсен. – Но тут есть и что-то еще. – Несмотря на жару, она поежилась, словно по коже пробежал холодок. – Как вы думаете, не хочет ли вас заполучить император Джегань?

– О, я думаю, очень, – улыбнулась про себя Кэлен.

Дженнсен наблюдала, как Ричард наливает в кормушки воду из бочонков, принесенных из повозки. Затем он спустился и передал одну из емкостей Фридриху. Кони начали прядать ушами, предвкушая питье. Бетти, кормящая малышей, проблеяла, давая хозяйке знак, что тоже хочет напиться. Наполнив кормушки, Ричард долил воды в свою флягу.

Дженнсен встряхнула волосами и посмотрела в глаза Кэлен.

– Император Джегань обманул меня, заставив поверить, что Ричард хочет меня убить. – Она быстро кинула взгляд на мужчин, занятых работой, стремясь, чтобы они не услышали ее слов. – Я была с Джеганем, когда он напал на Эйдиндрил.

Кэлен почувствовала, как екнуло и заметалось в груди сердце: оказывается, у Дженнсен есть достоверные сведения о жестоком нападении на место, где прошло ее детство.

– Он уничтожил город? – не могла не спросить Кэлен, хотя и не была уверена, что выдержит правду ответа.

После пленения Ричарда Кэлен вместе с Карой бросила армию Д'Хары на бесчисленные орды Джеганя из Древнего мира. Месяц за месяцем ее армия вела неравные бои, отступая все дальше в глубь Срединных Земель.

К тому времени, как они проиграли битву за Срединные Земли, Кэлен уже год не видела Ричарда; о нем словно бы забыли. Когда она узнала, где его держат, то вместе с Карой отправилась на юг, в Древний мир. Они добрались как раз тогда, когда Ричард разжег огонь восстания в самом сердце родины Джеганя.

Но перед тем, как покинуть родные места, Кэлен вывезла всех из Эйдиндрила и дворца Исповедниц. Жизнь людей, а не город – вот что имело значение.

– Он ни за что не разрушил бы город, – сказала Дженнсен. – Когда мы оказались во дворце Исповедниц, император Джегань ожидал, что загнал в угол и тебя, и Ричарда. Но его ждало копье с насаженной головой уважаемого им духовника, брата Нарева. – Девушка многозначительно понизила голос. – Джегань нашел послание рядом с головой.

Кэлен хорошо помнила день, когда Ричард отправил в долгое путешествие на север голову брата Нарева вместе с посланием Джеганю: «С наилучшими пожеланиями, Ричард Рал».

– Точно, – кивнула на ее невысказанное воспоминание Дженнсен. – Если бы ты видела ярость Джеганя! – Девушка замолчала, чтобы убедиться в том, что Кэлен ее внимательно слушает. – Он сделает все, чтобы заполучить в свои лапы и тебя, и Ричарда.

Кэлен и сама знала, сколь сильно Джегань их ненавидит.

– Тем больше причин убраться отсюда и где-нибудь спрятаться, – убежденно произнесла Кара.

– А птицы? – напомнила Кэлен.

– Если мы сделаем кое-что, этой трудности не будет, – приглушенно сказала Кэлен морд-сит, бросив на Дженнсен предостерегающий взгляд.

Задача Кары – защищать Ричарда. Она бы с большой радостью замуровала его в какой-нибудь пещере, если бы была уверена, что это место достаточно безопасно.

Дженнсен ждала, наблюдая за ними обеими. Кэлен до сих пор не верит, что она может чем-то помочь. Ричард тоже все обдумал, и у него оставались серьезные сомнения насчет ее плана. Но Кэлен и помимо колебаний Ричарда была настроена скептически. Все еще сомневаясь…

– Может быть, – только произнесла она.

– Если есть что-то, что я могу сделать, я хочу попытаться, – Дженнсен в волнении теребила пуговицу на платье. – Ричард думает, я не могу помочь. Но если это связано с магией, разве бы он не знал? Ричард – волшебник, он должен знать о магии.

– Ричард вырос в Вестландии – далеко от Срединных Земель, еще дальше от Д'Хары, – вздохнула Кэлен. – Он прожил долгие годы, ничего не зная о своем даре. И несмотря на то что ему удалось многому научиться и многое совершить, он до сих пор слишком мало осведомлен о даре, полученном им при рождении.

Они уже говорили об этом Дженнсен, но девушка всем своим видом показывала, что считает преувеличением то, что Ричард так мало знает о собственном даре. Однажды старший брат в одночасье спас ее от ужаса, в котором она жила. Такое сильное пробуждение казалось тому, кто не обладал магическими способностями, безусловно связанным с магией. Возможно, так оно и было…

– Если Ричард так несведущ в магии, как вы говорите, тогда, может, нам не следует так уж волноваться о том, что он думает, – со значением произнесла Дженнсен, чувствуя, что приближается к сути своего намерения. – Может быть, нам стоит просто не говорить ему ни о чем и поступить так, как хочет Кара, чтобы эти птицы наконец-то убрались.

Рядом Бетти мирно вылизывала белых близнецов. Душная тьма и тяжесть окружающего безмолвия казались бесконечными, как сама смерть.

Кэлен мягко взяла Дженнсен за плечо.

– Я выросла, гуляя по коридорам Башни Волшебников и дворца Исповедниц. Я достаточно знаю о магии. – Она притянула девушку ближе. – Могу сказать тебе только одно: подобные наивные представления, особенно насчет таких грозных дел, запросто приводят к смерти. Конечно, всегда остается шанс надеяться, что все обстоит так просто, как ты себе представляешь. Но скорее всего это лишь игры твоего воображения, а любая поспешность может разжечь огонь, который уничтожит всех нас. Кроме того, существует еще одна смертельная опасность, опасность незнания, когда такую попытку предпринимает кто-то типа тебя, кто-то, неодаренный от рождения. – Кэлен, как никому другому, была знакома ужасная правда, стоящая за ее увещеваниями. – Были времена, когда не оставалось выбора и надо было действовать немедленно; но даже тогда полагаешься на всю свою трезвость ума, опыт и знания. Сейчас есть выбор и не следует прибегать к магии, если нет уверенности в том, что это необходимо. По крайней мере не получишь удар в спину в темноте.

– Но если он действительно не знает много о магии, его страхи могут быть всего лишь… – Дженнсен не выглядела убежденной.

– Я прошла через мертвые города, мимо расчлененных тел мужчин, женщин и детей, убитых Имперским Орденом. Я видела молодых девушек не старше тебя, которые совершили беспечные, необдуманные шаги и простились с жизнью, прикованные к столбу, где их насиловали банды солдат, прежде чем замучивали до смерти. Эти девушки были убиты ради потехи людей, которые получают нездоровое наслаждение, когда насилуют женщин, испытывающих смертельную агонию. – Кэлен стиснула зубы от воспоминаний, безжалостно промелькнувших перед ее мысленным взором. Она сильнее сжала плечо Дженнсен. – Все мои сестры Исповедницы так погибли, а они знали о своей силе и умели пользоваться ею. Человек, который схватил их, тоже был сведущ в этих делах и умело применил их же силу против них самих. Самая близкая подруга умерла у меня на руках, после того как эти скоты разделались с ней. Жизнь для таких людей – ничто; они преклоняются перед смертью. – Кэлен продолжала взволнованно взывать к Дженнсен, но голос ее не дрожал. – Ты не забыла? Они – те, кто безжалостно убил твою мать. Те, кто расправятся и с нами, если мы допустим ошибку. Те, кто расставляет для нас ловушки, в том числе и магические. Что касается того, что Ричард не знаком с магией… Вначале, когда мы только встретились, он не знал простейших вещей, а я едва могла поверить в это и постоянно напоминала себе, что он вырос там, где его никто не учил обращению с даром. Я старалась быть терпеливой и помогала ему. Все, что я ему говорила, он воспринимал очень серьезно… Несколько раз мне казалось, он владеет такой сложной магией, что ни мне, ни кому-либо другому не измерить и не представить ее. И в этом только он сам сможет стать себе проводником. Жизни многих достойных людей зависят от того, совершим ли мы ошибку, главным образом, ошибку, связанную с магией. Как Мать-Исповедница я не позволю по необдуманной прихоти погубить эти жизни. Теперь ты меня понимаешь? – Кэлен часто снились кошмары о том, что прошло перед ее глазами, о тех, кто был схвачен, кто допустил нелепую ошибку и поплатился за это жизнью. Она была ненамного старше Дженнсен, но здесь бездна была намного шире, чем несколько лет разницы. – Ты меня понимаешь? – еще раз повторила Кэлен, встряхнув девушку.

Дженнсен сглотнула, смотря на жену лорда Рала широко распахнутыми глазами.

– Да, Мать-Исповедница, – она смиренно склонила голову.

И только тогда Кэлен отпустила ее.

4

– Кто хочет есть? – обратился Том к женщинам.

Ричард достал фонарь из повозки, зажег его при помощи огнива и поставил на скалу. Он обвел подозрительным взглядом трех подошедших женщин, но однако решил промолчать.

Кэлен села рядом с Ричардом, Том предложил предводителю первый аппетитный кусок, отрезанный от длинной колбасы. Ричард отказался, и тогда за еду принялась Колен. Том отрезал другой кусок и передал его Каре, затем следующий Фридриху.

Дженнсен отошла к повозке, как будто ей понадобилось что-то из вещей. Кэлен подумала, что, должно быть, она просто хочет ненадолго остаться одна, прийти в себя. Она знала, насколько болезненны были ее слова, но не могла позволить себе навредить Дженнсен, обласкав ее приятной ложью.

Девушка вернулась спокойной. Бетти легла за Расти – рыжей кобылой Дженнсен. Коза и кобыла отлично ладили. Остальные лошади, казалось, были рады гостье и проявляли живой интерес к двум ее детям, довольно фыркая, когда те подходили достаточно близко.

Дженнсен поманила козочку, показав кусочек морковки. Бетти стремительно вскочила. Ее хвостик взмахивал в нетерпеливом ожидании, превращаясь в размытое пятно. Лошади заржали и вскинули головы, надеясь, что им тоже перепадет что-нибудь вкусное. Каждая в свой черед получила небольшое угощение и почесывание за ухом.

Если бы у них был огонь, путники могли бы потушить мясо, рис или бобы, зажарить немного лепешек, или, может, сварить чудесный суп. Несмотря на голод Кэлен подумала, что у нее все равно не нашлось бы сил что-нибудь готовить, так что пришлось обойтись тем, что было под рукой. Дженнсен, достав полоски сушеного мяса из свертка, предложила их окружающим. Ричард снова отказался, поедая изрядно попутешествовавший хлебец, орехи и сушеные фрукты.

– Почему ты не ешь мяса? – спросила его сестра, усевшись на спальник. – Тебе нужно не просто есть, тебе нужно что-нибудь питательное.

– Я не могу есть мясо. С тех пор, как обрел дар.

– Почему твой дар не позволяет тебе есть мясо? – недоуменно глядя на брата, наморщила нос Дженнсен.

Ричард повернулся, перенес вес на локоть и принялся рассматривать звезды, пытаясь найти слова для ответа.

– Равновесие, по сути своей, является состоянием, зависящим от правильного взаимодействия всех существующих вещей, – произнес он чуть погодя. – На простом уровне, посмотри, хищник и жертва находятся в равновесии. Если хищников слишком много, все жертвы будут съедены, а затем процветающие хищники тоже начнут голодать и так же вымрут… Отсутствие равновесия смертельно и для хищника и для жертвы, мир прекратит существовать для них обоих. Для животных естественно пребывать в состоянии равновесия, поскольку их действия соответствуют их естеству и ведут к равновесию. При этом они стремятся к поддержанию равновесия инстинктивно, и такое стремление не является их сознательным намерением… Другое дело – люди. Все мы такие разные! Без осознанного намерения мы не так уж обязательно достигнем равновесия, которое часто столь необходимо нам, чтобы выжить. Нам надо научиться использовать свой ум, научиться думать, если мы хотим выжить. Мы растим урожай, охотимся ради меха, чтобы было тепло, или же стрижем овец, собираем их шерсть и учимся ткать. Нам нужно учиться, как выстроить кров. Мы уравновешиваем стоимость одной вещи с другой и торгуем товарами, которые мы произвели, обменивая их на то, что нам нужно – на то, что другие произвели, или вырастили, или соткали, или добыли на охоте. – Ричард тяжело вздохнул, думая о том, как непросто сестре вникать в такие важные для него вещи. – Мы уравновешиваем наши потребности с нашими знаниями о сущности мира. Мы уравновешиваем наши эгоистические рациональные интересы, мы стараемся не поддаваться импульсивным желаниям, потому что знаем, что того требует наше выживание. Мы берем дерево, чтобы зажечь огонь в очаге, дабы не замерзнуть зимней ночью, но, как бы холодно нам ни было, когда мы зажигаем огонь, мы все же не делаем огонь слишком большим, зная, что дом может сгореть после того, как мы согреемся и уснем.

– Но ведь люди алчны, они действуют в близоруком себялюбии, жаждут власти, разрушают жизни, наконец! – Дженнсен простерла руку во тьму. – Смотри, чем занимается Имперский Орден, и делает это вполне успешно. Они не заботятся о ткачестве, или постройке домов, или торговле товарами. Их занятие – убийство людей ради завоевания. Они берут все, что захотят, и столько, сколько пожелают. Орден все крушит и оставляет после себя только руины.

– А мы противостоим им. Мы научились понимать ценность жизни, и потому мы боремся за восстановление. Мы – оплот равновесия в этом мире.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54

Поделиться ссылкой на выделенное