Терри Гудкайнд.

Голая империя

(страница 12 из 54)

скачать книгу бесплатно

Дженнсен чуть подвинулась, очарованная тайной свертка.

– Что это?

– Никки мне не сказала, – пожал плечами Сабар. По его лицу скользнуло недовольство тем, как мало он знает о своем поручении. – Когда Никки смотрит на тебя и говорит, что делать, у тебя из головы вылетают все вопросы.

Ричард улыбнулся, продолжая разворачивать письмо. Он слишком хорошо знал, что это значит.

– Сказала ли Никки, кто может открыть эту штуку?

– Нет, лорд Рал. Она только велела отдать ее тебе и добавила, что в письме все написано.

– Если бы здесь тоже была наложена сеть, она бы предупредила тебя. – Ричард поднял глаза. – Кара, почему бы тебе не развернуть его, пока мы с Кэлен читаем письмо? – он небрежно махнул рукой в сторону свертка.

Пока Кара, сев на землю и скрестив ноги, принялась развязывать узлы на кожаных ремешках, Ричард и Кэлен молча читали письмо.


Дорогие Ричард и Кэлен!

Простите, что не могу сказать вам всего сейчас, но есть важное дело, и я не смею ждать. Джегань собирается сделать то, что я считала невозможным. Благодаря своей способности сноходца, он подчинил сестер Тьмы и хочет с их помощью создать оружие из людей, как во времена Великой войны. Это опасно само по себе, а кроме того, у Джеганя нет дара и знания его об этом поверхностны. Он действует наобум. Он и его люди используют волшебников для своих опытов. Я пока не знаю точно, чего они добились, и, честно говоря, даже боюсь узнать.

Теперь о том, что я вам посылаю. Я нашла этот предмет, когда напала на след и шла к тому месту, где мы должны были с вами встретиться. Надеюсь, вы уже видели однажды то, что привезет вам мой посланец, потому что этого предмета касался тот, кто связан с вами.

Это – сигнальный маяк. Он работал не только потому, что к нему прикасались, но еще и в результате определенных событий. Скажу сразу, что эта вещь достаточно непроста, и я не преувеличиваю ее опасность.

Такие маяки способны были сотворить только волшебники прошлого; их создание требует обеих сторон дара – Ущерба и Приращения. Именно поэтому они так редки, и раньше я никогда их не видела.

Прежде я читала о них во Дворце Пророков. Такие сигнальные маяки продолжают работать благодаря связи с умершим волшебником, который их создал…


Ричард выпрямил спину и глубоко вздохнул.

– Как может существовать такая связь? – спросила Кэлен.

Лорд Рал понял скрытый смысл того, о чем хотела сказать Никки.

– Каким-то образом связь сохраняется в подземном мире, – шепотом ответил он жене.

В ее зеленых глазах танцевали крошечные блики костра.

Кэлен взглянула на Кару. Морд-сит разворачивала вещь, связанную незримой связью с мертвым волшебником в подземном мире. Кэлен уцепилась за краешек письма и углубилась в текст.


…Насколько я знаю, такие сигнальные маяки создают мощные защитные поля. Их ставят парами. Первый всегда из янтаря. Он предупреждает того, кто нарушает печать.

Прикосновение связанного с умершим волшебником или того, кто с ним, зажигает маяк, который служит одной цели – предупреждает вовлеченного в эту связь. После предупреждения маяк надо уничтожить. Я послала его вам, чтобы быть уверенной, что вы его видели.

Природа второго маяка мне неизвестна, но он способен восстановить печать.

Я не знаю, какая печать была наложена и что она защищала. Несомненно то, что ее нарушили.

Причина разрыва, если только не особые обстоятельства, заставившие загореться маяк, очевидна…


– О, только не это! – Кара отскочила от черного свертка, как от источника моровой чумы. – Я в этом не виновата. – Она указала вниз. – Теперь вы скажете, что это я.

В центре развернутой черной материи стояла полупрозрачная статуя, которой коснулась Кара.

Это изваяние они уже видели – изваяние Кэлен.

Левая рука статуи прижата к боку, правая поднята вверх. Изваяние представляло собой песочные часы из прозрачного янтаря.

Песок сыпался из верхней части часов вниз, через узкую талию, в складки широкой одежды Матери-Исповедницы.

Песок сыпался так же, как и в последний раз, когда Ричард видел статую. Тогда в верхней части оставалось больше песка.

Лицо Кэлен стало мертвенно-бледным.

Когда Ричард впервые увидел часы, ему не нужно было предупреждение Никки, чтобы он понял, насколько опасна эта вещь. И у него не возникло ни малейшего желания прикоснуться к ней. Когда он первый раз прошел мимо нее по тропе под скалой, статуя была тусклой и темной, но все же в ней угадывались черты Кэлен. Она лежала на боку.

Тогда Каре не понравилось, что изображение Кэлен валяется в месте, где любой может найти ее, забрать и использовать бог знает для чего. Кара подняла статую прежде, чем Ричард успел крикнуть ей, чтобы она этого не делала.

Когда Кара дотронулась до статуи, та засветилась.

В ужасе Кара ее отбросила.

Правая рука изваяния поднялась и указала на восток.

Статуя стала прозрачной, и они увидели, как внутри побежал песок.

Звук сыпавшегося песка был таким тихим и грозным, что это заставило их всех оцепенеть. Кара хотела положить фигуру обратно, но Ричард, ничего не зная об этом предмете и сомневаясь, что такое простое действие поможет, не позволил Каре еще раз коснуться статуи. Он забросал статую ветками и камнями, надеясь, что ее никто не обнаружит. Как видно, это не сработало.

Теперь, из письма Никки, Ричард узнал, что прикосновение Кары запустило предупреждение, и это подтверждало его первоначальную мысль.

– Кара, положи ее.

– Положить?

– На бок – как ты хотела сделать тогда. Мне надо знать, остановится ли песок.

Кара секунду задержала на нем взгляд и носком сапога перевернула статую набок.

Песок все так же продолжал сыпаться.

– Как такое может быть? – взволнованно спросила Дженнсен. – Как песок может продолжать течь, если статуя лежит на боку?

– Ты видишь это? – изумленно спросила Кэлен. – Ты видишь, как падает песок?

– Вижу, конечно, у меня мурашки ползут по коже, – кивнула Дженнсен.

Ричард смог только потрясенно уставиться на сестру. Песок, падающий в лежащей на земле статуе, – несомненная магия. Дженнсен – Столп Творения, дыра в мире, обделенный даром отпрыск Даркена Рала. Она не может видеть магию.

И все же она ее видит.

– Согласен с молодой леди, – заметил Сабар. – Это даже более ошеломительно, чем огромные черные птицы, которых я видел последнюю неделю.

– Ты видел… – встрепенулась Кэлен.

Вдали раздался предупреждающий крик Тома. Одним движением Ричард вскочил на ноги и вытащил из ножен меч. Особенный звон клинка разнесся в ночном воздухе.

Только магия меча не поднялась…

14

Когда Ричард выхватил меч, Кэлен отклонилась назад. Эхо звенящей стали и крик Тома все еще разносились над окрестными холмами. Кэлен пристально вглядывалась и вслушивалась в темноту окутывающей их ночи. Чутье было ее оружием – свой меч она оставила в повозке, чтобы не вызывать подозрений: женщины в Древнем мире не носят оружия.

В свете костра она ясно видела лицо Ричарда. Кэлен много раз была свидетельницей того, как муж доставал Меч Истины. Как тогда, когда Зедд вручил Ричарду меч, и тот впервые вытащил его из ножен. Он видела меч во времена, когда Ричард выхватывал его в пылу битвы или, как сейчас, когда надо было защищаться.

Когда Ричард вынимал меч, он одновременно вызывал магию. Такова была особенность клинка: магия не являлась только для того, чтобы защитить хозяина меча, она защищала то, к чему он стремился. Меч Истины не талисман, он – принадлежность Искателя Истины.

Искатель владеет магией меча, и магия ему отвечает.

Каждый раз, когда Ричард вынимал меч, Кэлен видела, как в серых глазах мужа начинала опасно поблескивать магия.

Сейчас впервые Ричард вытащил меч, а она не увидела магии в его глазах.

То, что магия не появилась, поразило Кэлен, но еще больше это ошеломило Ричарда. На секунду он замешкался.

Прежде чем они успели подумать о том, что могло вызвать крик Тома, с окруживших поляну деревьев соскользнули темные фигуры. Громкие крики и леденящие кровь вопли наполнили ночь. Неизвестные враги ворвались в лагерь, едва освещенный слабым костерком.

Кэлен решила, что эти люди не похожи на солдат. На них не было формы и они не атаковали, как принято в армии, держа оружие наперевес. Женщина не заметила, чтобы кто-нибудь из них размахивал топорами, мечами или хотя бы ножами.

Но были они вооружены или нет – сути дела это не меняло. Нападающих было очень много, и они издавали боевые кличи, в которых звучала готовность к кровавым убийствам. Кэлен знала, что такие внезапные агрессивные вопли могут быть тактическим ходом, призванным напугать и ослабить противника. Порой она сама применяла такую тактику устрашения.

С клинком в руке Ричард был самим собой – сосредоточен, решителен и настроен беспощадно, пусть даже с ним не было магии меча.

Меч Истины рассек воздух, красные языки пламени костра запылали на лезвии клинка. В эти несколько секунд перед началом битвы Кэлен испугалась, что без магии меча все может закончиться совершенно чудовищно.

В мгновение ока тихий лагерь превратился в обитель демонов. Хотя нападающие и не выглядели солдатами, они были огромны и не оставляли сомнений в жестокости своих намерений.

Темная фигура метнулась вперед, пытаясь перехватить Ричарда, прежде чем он успеет пустить меч в дело. Кончик меча просвистел в воздухе в смертельном ударе. Клинок отсек одну из вытянутых рук и разнес череп. Над костром рассыпались брызги крови, мозга и осколки кости. Раздался еще один вопль. Меч Ричарда прошел через грудь еще одного противника. За два коротких мгновения два врага стали мертвецами.

В глазах Ричарда заблестела магия.

Кэлен не понимала, что делают эти люди. Они бросались в бой без оружия и не испытывали страха. Их свирепый вид, многочисленность, высокий рост и скорость, с которой они нападали, внушили бы ужас кому угодно.

Из темноты выбегали все новые нападающие. Кара выхватила эйджил. Многие завопили от невыносимой боли, когда оружие коснулось их. Сабар с ножом в руке повалился на землю, увлекаемый напавшим сзади. Еще один схватил за волосы Дженнсен. Ей удалось вырваться и полоснуть врага ножом по лицу. Крики раненого слились с другими воплями.

Кэлен поняла, что кричат не только люди, но и лошади. Эйджил Кары коснулся чьей-то бычьей шеи, вызвав пронзительный визг. Люди вопили и отдавали приказы, которые Ричард пресекал ударом меча.

Наконец Кэлен осознала, что происходит. Их не собирались убивать. Врагам нужно было взять их живыми. Убийство в глазах этих людей было великой милостью по сравнению с тем, что они собирались с ними сделать.

Два здоровяка бросились к Кэлен и Ричарду. Кара оказалась рядом и схватила за рубашку одного из них, развернув к себе. Она ударила его эйджилом в живот и бросила на колени. Другой нападающий неожиданно встретился с мечом Ричарда. Короткий крик смертельной боли оборвался, когда Ричард перерезал ему горло. Кара, стоя над противником, ткнула его эйджилом в грудь и повернула, свалив окончательно.

Ричард уже перескочил через костер и оказался в самом центре схватки. Как только его ступни коснулись земли, он разрубил почти надвое повалившего Сабара человека, разбрызгивая вокруг его внутренности.

Человек, которого ранила Дженнсен, поднялся и тут же получил удар ножом. Девушка отскочила назад, а он пошатнулся и грохнулся наземь, сжимая руками перерезанное горло. Кара расправилась с противником, который пытался напасть на Дженнсен со спины. Морд-сит с лицом, перекошенным дикой решимостью, приложила эйджил к его горлу и дождалась, пока он не захлебнется собственной кровью.

В руках тех, кто окружил Ричарда, Кэлен заметила ножи. Нападающие отказались от первоначального намерения завалить их голыми руками. Вид ножей придал Ричарду еще больше ярости. В его глазах пылал огонь магии.

Кэлен застыла на месте, будто прикованная видом Ричарда, для которого убийство превратилось в грациозное представление – танец со смертью. В сравнении с Ричардом, двигавшимся быстро и легко, остальные казались неуклюжими быками. Он носился среди врагов, как между застывших статуй. Каждый бросок меча встречал живую плоть врага. Каждый взмах рассекал мышцы и кости. Каждым поворотом Ричард сокрушал нападение. Ни одной упущенной возможности, ни одного пропущенного удара, ни одного лишнего броска. Каждую секунду Ричард поднимал меч, отражал атаку и начинал новую. Его меч разил врага без сомнения, без сожаления, без жалости.

Кэлен была в ярости, что при ней нет меча. Противника не убывало. Ей было слишком хорошо известно, что такое – чувствовать себя беспомощной в лапах банды, и она стала продвигаться к повозке.

Один из громил утащил в темноту Сабара и Дженнсен. Он бросил их на землю и уселся сверху. Огромные ручищи мужлана прижали их запястья к земле, не давая дотянуться до ножей.

Клинок Ричарда сверкал в воздухе, разрубая тела. Он опустился на колено, меч описал дугу и пронзил еще одного нападающего. На лице противника застыло выражение устрашающего удивления, как это он мог напороться грудью на меч Ричарда. Здоровяк, придавивший Дженнсен и Сабара, дернулся, бездыханный. Ричард, все еще стоя на одном колене, вытащил меч из тела смертельно раненного громилы.

Еще один враг ворвался в лагерь. Кара помчалась к нему и ударила эйджилом по шее. Противник осел, и Кара двинула его локтем по лицу, но сзади ее обхватил еще один. Раздался вопль, руки нападавшего превратились в месиво из костей и крови. Кара вывернулась и ударила его между ног. Пока он падал, инстинктивно пытаясь дотянуться до паха, Кара довершила начатое. Выверенным ударом колена охранница сломала ему челюсть, а потом мгновенно развернулась и ударила эйджилом третьего.

Еще один враг бросился на Сабара и опрокинул его на спину. Литейщик успел выхватить нож и воткнуть его в нападающего. Один из врагов заметил на земле послание Никки. Кэлен увидела, как, зажав письмо в руке, он бросился прочь. Но на его пути встала Дженнсен. Огромный мужчина вытянул руки и оттолкнул ее. Дженнсен казалась былинкой рядом с ним и пошатнулась от мощного толчка, но все же успела точно засадить свой нож ему между лопаток.

Девушка ухитрилась не отпустить нож и безжалостно его повернула, человек изогнулся дугой от боли и издал вопль ярости, быстро захлебнувшийся в мокром бормотании, наполнившем легкие. Нож Дженнсен нашел его сердце. Он пошатнулся, дернулся и упал в костер. Языки пламени охватили одежду врага. Кэлен попыталась вытащить из его крепко сжатого кулака свиток, но жар огня обжигал кожу так сильно, что она не смогла подойти ближе.

Было все равно поздно. Письмо, которое они успели прочесть только наполовину, быстро превратилось в черный пепел, взметнулось к небу искрами костра.

Кэлен прикрыла рот и нос от невыносимой вони горящих волос и плоти. Казалось, схватка длится часы, вокруг валялись трупы, но появлялись все новые и новые противники.

Потеряв надежду спасти письмо, она отошла от костра и побежала к повозке, к своему мечу. На пути Кэлен вырос огромный детина. Увидев, что у нее нет оружия, он мерзко ухмыльнулся.

За его спиной Кэлен заметила Ричарда. Их глаза встретились. Муж расчищал мечом путь к ней, пробиваясь сквозь тела.

Он не может быть сразу везде.

Ричарду не успеть к ней вовремя. Но он продолжал пытаться. Даже если Ричард доберется до них, Кэлен это уже не спасет. Он слишком далеко. Все усилия напрасны.

Кэлен смотрела в глаза человека, которого любит больше жизни, и видела в них неукротимую ярость. Она знала, что Ричард видит лицо, которое не выражает ничего, – лицо Исповедницы. Затем приближающийся враг заслонил их друг от друга.

Взгляд Кэлен сосредоточился на нападающем. Его лапы поднялись, как у медведя, впавшего в бешенство. Зубы были стиснуты в дикой злобе. Гримаса исказила лицо врага, рвавшегося схватить ее прежде, чем она успеет отскочить в сторону и убежать.

Кэлен оценила, насколько близко уже подобрался к ней зверь в облике человека, чтобы рискнуть бежать, и не стала тратить силы в бесполезной попытке.

Этот враг сумел избежать смерти. Он обошел Дженнсен и Сабара. Он увернулся от меча Ричарда и проскользнул мимо эйджила Кары. Он не устал и был готов к бешеной атаке.

Этот человек был уверен, что почти поймал то, что искал.

Он был в одном ударе сердца от нее, несясь к Кэлен на полной скорости.

Краем сознания женщина услышала крик Ричарда, ее глаза встретились с тусклым блеском в темных глазах противника.

Детина издал вопль ярости и бросился вперед. Его ступня оторвалась от земли, и он словно повис в воздухе, протягивая к Кэлен волосатые ручищи. Злобный оскал выдавал его торжество.

Как в замедленном сне, Кэлен видела мельчайшие детали на лице врага. Вот он прикусил треснувшую нижнюю губу, темный зуб рядом с остальными желтыми… Вот маленький белый шрам, видимо, появившийся, когда он ел с ножа и случайно порезал уголок рта… Вот щетина на щеках и шее, похожая на жесткую проволоку… Левый глаз чуть прикрыт. На козелке правого уха – выемка в виде буквы V. Это напомнило Кэлен то, как фермеры метят свиней.

Она увидела свое отражение в глазах врага и подняла правую руку.

Мельком Кэлен подумала, есть ли у него жена или женщина, которая заботится о нем и будет скучать и тосковать без него. А может быть, у него есть дети. Интересно, чему такой человек учит своих малышей, если они у него, конечно, есть. Кэлен передернулась от омерзения, внезапно представив, что такое животное взбирается на нее и дерет щетиной ей подбородок, слюнявит треснутыми губами ее губы, а его желтые зубы скребут ее шею.

Время искривилось.

Кэлен вытянула руку. Детина обрушился на нее. Упершись ладонью ему в грудь, она почувствовала грубую ткань темно-коричневой рубахи.

Еще не прошло и секунды, как он повалил ее. Еще Ричард не успел сделать полный отчаяния шаг.

Вес детины на ладони Кэлен казался не тяжелее дыхания ребенка.

Пространство словно бы застыло.

Время теперь ее.

Он теперь ее.

Неистовость схватки, крики, вопли, стоны; вонь крови и пота; звук стали, входящей в плоть; проклятия, страх, стук сердца в смертельном ужасе… ярость… ничто не существовало для Кэлен. В ее мире была тишина.

Хотя Кэлен и родилась, обладая силой и ощущая ее внутри себя, она всегда казалась Исповеднице непонятной, непостижимой, невообразимой и далекой. Кэлен знала, что она чувствует себя так, пока не отпустит силу. Но как только захватывающая дух глубина силы вырывалась наружу, она сливалась с нею и трепет отступал. И хотя Кэлен много раз давала волю своей власти, она всякий раз оставалась поражена собственным могуществом.

Кэлен одарила насильника холодным взглядом, готовая к тому, чтобы применить свою власть и силу.

Когда он бежал к ней, время принадлежало ему.

Теперь время принадлежит ей.

Она чувствовала кожей каждую грубую нитку его рубахи, а под ней – каждый жесткий волос его груди.

Биение сердца, вызванное неожиданным нападением врага, прошло. В мире остались только двое – она и этот человек, – навечно связанные тем, что произойдет. Он выбрал свою судьбу, когда решил напасть на них. Уверенность Кэлен исключала эмоции, и она не чувствовала ничего – ни радости, ни облегчения, ни ненависти, ни отвращения, ни жалости, ни сожаления.

Кэлен спрятала эмоции, чтобы открыть путь потоку силы, освободив его.

Теперь у врага не было шанса.

Он – ее.

Лицо громилы было перекошено опьянением уверенности в том, что он – непобедимый герой, который поимеет ее, единственный, в чьих руках находится сейчас ее жизнь.

Кэлен отпустила силу.

Ее намерение, ее роль женщины, от рождения слабого и подчиненного мужчине существа, немедленно изменились, превратившись в силу, способную менять природу сознания.

В темных глазах мужчины промелькнула искра подозрения, что началось нечто неотвратимое. Затем в мгновение он потерял и всю свою жизнь, и все, что знал прежде. Все, к чему он когда-либо стремился, о чем думал, ради чего трудился, на что надеялся, кому молился, чем обладал, кого любил и ненавидел… все потеряло смысл.

В ее глазах враг увидел безжалостность, и это заставило его в ужасе оцепенеть.

Беззвучный гром расколол воздух.

Сила была в одно и то же время древняя и великолепная, она была и совершенна, и ужасна.

Кэлен видела, что он потерял саму мысль о собственном «я». Восприятие себя как личности было вытеснено суровой магией, навсегда разрушившей того, кем был этот человек.

Сила удара потрясла воздух.

Звезды содрогнулись.

Искры костра рассыпались по земле, по которой кругами расходился удар, поднимая пыль. Могучая волна заставила деревья потерять листья и иголки.

Он был ее.

Тяжеленный мужлан слетел с Кэлен, как пушинка, и женщина неторопливо поднялась на ноги. Недавний противник отлетел назад и упал, пропахав лицом землю.

Торопливо он рухнул на колени. Руки сложились в молитвенном обращении. На глазах появились слезы. Его рот, еще мгновение назад искаженный в похотливом ожидании, теперь избороздила настоящая мука.

– Пожалуйста, госпожа, повелевай! – запричитал он.

Кэлен брезгливо посмотрела на него, наградив новой в ее жизни эмоцией – глубочайшим презрением.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54

Поделиться ссылкой на выделенное