Дмитрий Громов.

Новый друг комиссара Фухе

(страница 6 из 38)

скачать книгу бесплатно

Фухе нервно задергался на кровати, с трудом снося это издевательство. И
от кого? От лучшего друга!
- Комиссар! - снова раздалось змеиное шипение Алекса.- Комиссар!.. А как
же те три покойника, что на вашей совести? Спите хорошо? Призраки по ночам
беспокоить не изволят?
Фухе конвульсивно пытался схватить что-то загипсованной рукой.
- И к тому же у меня на два ребра меньше сломано! - продолжал издеваться
Алекс.- Что вы на это скажете?
Фухе ничего не сказал на это: он, наконец, дотянулся до пульта системы
жизнеобеспечения Алекса и с улыбкой выключил подачу кислорода.




Алексей Бугай

ЛИМИНТАРНОЕ ДЕЛО

Это было сразу же после истории с пивной пробкой.
Фердинанда Фухе никогда не колотили просто так. Всегда находилась
причина. А побои были следствием этой причины. Это обстоятельство до
такой степени
удручало комиссара, что он не знал покоя ни днем, ни ночью.
Так было и на этот раз. Стоило комиссару поголовной полиции появиться в
"Дроздах" и отпить из двадцать второй кружки пива, как туда не замедлил
ввалиться старший комиссар Конг. Он имел реанимированный вид, а именно: был
бодр и свиреп. Поискав глазами Фухе, Конг принялся перебирать пухлыми
пальцами четки из гантелей, которые всегда носил при себе.
- Петушок ты мой свежевыпотрошенный! - ласково обратился Конг к Фухе,
когда последний, наконец, оставил четкий след на сетчатке старшего
комиссара.- А позволь узнать, где твоя милость обязана находиться в рабочее
время? - вкрадчиво осведомился Конг, явно издеваясь.
- Я тут... Думаю я здесь...- защищался Фухе. Он хотел достойно ответить
обидчику. При этом комиссар собирал в кучу разлетающиеся мысли, пытаясь
сфокусировать взгляд на огромной размытой фигуре Конга. Конг бесцеремонно
прервал гантелей самокопание комиссара и нагрузил его работой. Работенка,
как обычно после случая с кошмарной фальсификацией, была черновая и
второстепенная.
Имел место случай отравления лорда Кан де Лябра цыпленком табака.
Цыпленок, как выяснилось после вскрытия, имел довольно жалкий вид. Лорд Кан
де Лябр после скармливания ему цыпленка имел вид покойника. В свою очередь
Фухе после лицезрения Конга, цыпленка и останков Кан де Лябра имел вид
ходячего трупа.
С чего начинать, было непонятно. Оба основных участника трагедии были
мертвы. Цыпленок был мертв и почти переварен. Лорд был мертв и разлагался.
Фухе хотя и был пока жив, но тоже стал распространять запах тления.
Следствие зашло в тупик.
Из тупика его вывела случайность.
Как-то, листая один научный, но вовсе не популярный журнал, Фухе обратил
внимание на пеструю картинку и попросил инспектора Лардока прочитать
пояснение.
- Капля никотина убивает лошадь,- продекламировал тот.
- Хм,- сказал комиссар.- А в табаке есть никотин?
- Сколько угодно,- осклабился Лардок.- А вы надумали курить бросить?
- Бросить курить мне никак не возможно,- разоткровенничался Фухе,-
потому как больше ничего толком не умею.
Потом комиссар пошел по ложному пути.
Он стал проверять родословную Кан
де Лябра на предмет того, не было ли у него в роду непарнокопытных. Догадка
не подтвердилась. Фухе сидел у себя в кабинете унылый и скучный и пытался
выдумать нетрадиционный метод расследования. Тут в кабинет просунулась
голова Лардока.
- Ну как, господин комиссар, есть сдвиги? Фухе стал торопливо и сбивчиво
излагать инспектору свою точку зрения. Лардок слушал, слушал, а потом
сразил комиссара длинным и непонятным словом "аллегория".
- Вы, я вижу, ходите по кругу. Хотите поймать черную кошку в темной
комнате, а кошки, знаете ли, там и нет.
- Я хочу поймать убийцу,- сурово ответствовал комиссар.- А если ты
знаешь больше, чем говоришь, то у меня есть свои методы,- комиссар заерзал
в кресле, пытаясь извлечь испытанное пресс-папье.
- Ну что вы! - залебезил Лардок.- Я хочу сказать только, что эта заметка
про лошадь - вы ведь ее помните?..
- Угу,- угрюмо подтвердил Фухе и оставил пресс-папье в покое.
- Так вот, насчет лошади. Это аллегория. Вы меня понимаете? Фухе сделал
вид, что понял, но у него это не получилось.
Тогда Лардок пояснил:
- Аллегория - это когда пишут про лошадь, а имеют в виду человека.
Понятно?
Комиссар стал накаляться.
- Вы что же, за идиота меня принимаете? Это лиминтарные вещи!
Слово "элементарный" Фухе долго репетировал в присутствии Алекса и
теперь пользовался им без запинки.
Посрамленный Лардок убрался.
Комиссар Фухе, окрыленный успехом такого открытия, поспешил к Конгу
похвастаться новостью. Когда Конг выслушал Фухе, он хохотал до изнеможения,
до обморока, а потом, придя в нормальное состояние, спросил:
- Что ты обычно куришь, цыпленок?
- Махорку,- неизвестно почему соврал Фухе и принял стойку смирно.
- Вот тебе десять пачек табаку, и премия будет! Получается, что раз
цыпленок был табака, значит, любого человека убьет, как лошадь!.. Посмешил
старика, ей-богу! А теперь иди. Завтра ты свободен.
Комиссар бодро вышел из управления и поспешил в "Дрозды".
- Гарсон, десять пива! Да поживее!
Дожидаясь пива, Фухе поскреб затылок:

- Кто их, начальников, разберет?.. То кричат, то смеются... Лиминтарное
ведь дело...



6 апреля 1986 г.





Алексей Бугай

АВТОРИТЕТ

Дело попалось необычное. Комиссар Фухе, как правило, не занимался такими
вещами, но на этот раз его вызвал СТАРШИЙ комиссар Конг и НАСТОЯТЕЛЬНО
ПОПРОСИЛ, чтобы Фухе взялся за это дело. А необходимо было обнаружить
авторитет, утерянный одной научно-исследовательской лабораторией. В пропаже
авторитета был повинен целый коллектив сотрудников, конкретные же виновники
так и не объявились.

Мир науки был чужд комиссару. Чужд и враждебен. Такое отношение к науке
и ученым появилось у Фухе много лет назад, когда он был отчислен из первого
класса начальной школы за исключительную тупость и своенравие.

С тех пор отношение это не менялось, а с течением времени только
усиливалось.

Как всегда, отправляясь на задание, комиссар положил в карман
пресс-папье. На его вопрос, как же выглядит этот злосчастный авторитет,
Конг ответил,
что это когда все хорошо, и все тебя уважают... и вообще, нельзя не знать
таких лиминтарных вещей.

- Да,- поспешил согласиться Фухе, услышав знакомое слово; он оживился,
заулыбался, а сам подумал, что для того, чтобы все было хорошо, и все тебя
уважали, достаточно просто выпить пива и выйти на улицу.

- Можно я возьму с собой Алекса? - поинтересовался Фухе у Конга.

- Алекса можешь взять, а вот пресс-папье оставь: ученые народ нервный,
капризный, черепа у них ломкие, могут и не понять. И вообще, пресс-папье -
это прошлый век! Сейчас, когда взлетают "Челленджеры", люди срывают горы и
загрязняют ими океаны...- Конг явно увлекся.

- Да,- пробормотал Фухе,- "Челленждеры" действительно взлетают... но
невысоко... Однако меня это не касается, а что до пресс-папье, то это -
оружие испытанное, и расставаться с ним вот так сразу было бы мучительно...



Лаборатория поразила комиссара обилием блестящих предметов. Блестели
какие-то никелированные трубочки, полированные бока приборов, стеклянные
стаканы, заварная чайница на цифровом миллиамперметре, чайные ложечки в
пузатых колбах с остатками чего-то липкого на дне, стрелочные индикаторы с
указателями "больше-меньше" и графики биоритмов на глянцевой бумаге,
развешанные на стенах и стульях.

- Это у вас пропал раритет? - спросил Фухе у какого-то мужика в огромных
роговых очках.

- У нас,- подтвердил мужик.- Нету авторитету.

- А это чего? - заинтересовался тем временем Алекс и оторвал от стены
полку с приборами.

- Это полка с приборами,- пояснили подоспевшие мужики ученого вида.- А
вы кто? - осведомились они в свою очередь.

- А я - Алекс, друг комиссара Фухе,- с достоинством ответил Габриэль
Алекс.- За компанию пришел.

Фухе тщательно обшарил всю лабораторию, но ничего, похожего на
авторитет, не нашел.

- И давно вы потеряли этот свой...

- Авторитет? - подсказал самый волосатый, а значит, наверное, самый
главный ученый мужик.- Да нет,- ответил он же и смутился.- Как пропал -
сразу к вам обратились: вдруг поможете...- он поправил очки.

- А это что? - раздался голос Алекса откуда-то сбоку. Все обернулись.

Алекс держал в руке выдранную вместе с проводами электронно-лучевую
трубку от осциллографа.

- Это трубка от осциллографа,- объяснили ему.

Фухе очень хотелось узнать, на что похож этот загадочный авторитет, но
он боялся показаться еще глупее, чем был на самом деле.

- А где вы его потеряли? - продолжил он расспросы.

- Здесь, конечно, где же еще? - искренне удивился мужик в очках.

- А как называется...- начал было Алекс. Все резко обернулись.

На Габриэля падал стеллаж с аппаратурой. Стеллаж чудом успели подхватить
и поставили на место.

- Это стеллаж с аппаратурой,- сказал парень в джинсах, переводя дух.

- ...значит, потеряли здесь, но здесь его нет? - уточнил комиссар.

- Да,- подтвердили длинноволосые очки.- Я рад, что вы правильно меня
поняли.

- Не морочьте мне голову! - рассердился Фухе.- Если он был (все согласно
закивали), а теперь его нет (снова согласные кивки), то его кто-то унес!
Это же лиминтарно!

- А это для чего? - донеслось сзади. Все бросились на звук голоса.

Алекс держал в руке обгорелую спичку.

- Это спичка, от нее прикуривают,- пояснил парень в джинсах и глубоко
вздохнул.

(В лаборатории, правда, не курили - ходили курить в соседнюю
лабораторию.)
- Я извиняюсь, конечно, может быть, вас неправильно информировали...-
бородатый мужик был очень смущен.- Но вы хоть знаете, ЧТО мы потеряли?

- Конечно знаю! - обиделся Фухе.- Раритет, кволитет... В общем, знаю!

- А вы знаете, ЧТО ЭТО ТАКОЕ? - бородатый явно чувствовал себя не в
своей тарелке.

- Что это такое? - в тон ему спросил Алекс, но на этот раз на него не
обратили внимания. И зря.

- Да что вы себе позволяете?! Да как вы смеете?! - заорал Фухе.- Я при
исполнении! Да я вас! - и он полез в карман за пресс-папье.

И тут раздался грохот. Грохотало долго, с переливами. Обрушилось что-то
фундаментальное - и потом еще долго хрустело, рассыпалось, лопалось,
позвякивало и тикало. Когда завал разобрали, растащив крошево из бывших
приборов и прочего оборудования, оказалось, что на этот раз Алекса
заинтересовал сучок в ножке шкафа с аппаратурой. И Габриэль до него
добрался.

На Алекса положили компресс с жидким азотом, опустили ноги в бадью с
гелием и так оставили.

Комиссар Фухе быстро успокоился. Ему пообещали канистру нефильтрованного
пива с пивзавода, где у бородача, как оказалось, работали близкие
родственники.

Фухе в свою очередь пообещал, что вернет утерянный авторитет в
двухнедельный срок. Когда комиссар обменивался любезностями с бородачом,
из-за колонны донесся голос Алекса:

- А это еще что такое?

Весь персонал лаборатории сломя голову бросился вызволять Габриэля, но
оказалось, что у него всего-навсего оторвался карман на брюках, когда он
попытался налить туда из банки ртуть.

Перед уходом бородач показал комиссару, что можно сделать с помощью
жидкого азота. Он поспорил с Фухе, что отломает у того лацкан пиджака.

- Что за чушь?! - удивился комиссар.- Я же не идиот и не сумасшедший!

- Хорошо-хорошо,- согласился бородач, попросил Фухе снять пиджак, окунул
его в жидкий азот и отломал лацкан.

- А это для чего? - послышался голос Габриэля.

Фухе дернулся, и на его правую ногу рухнул осциллограф.

Алекс вертел в руках счетчик Гейгера.

- Это счетчик Гейгера,- объяснил бородач.- Положите на место.



Сам того не зная, комиссар Фухе выполнил свое обещание бородачу. Когда
по городу поползли слухи, что комиссар лично, да еще при помощи своего
друга Габриэля Алекса, разгромил злосчастную лабораторию, она тут же
приобрела неслыханный доселе авторитет.

А Фухе и Алекс сидели в пивной и обсуждали подробности этого странного
дела.

- Зачем тебе, Алекс, понадобилось наливать в карман ртуть? -
поинтересовался комиссар, принимаясь за пиво и закуривая "Синюю птицу".

Алекс непонимающе глянул на Фухе, поскреб в затылке и наивно
осведомился:

- А что это такое?

Фухе свалился со стула и поспешил прикрыть руками голову.

Ему стало нехорошо.



1 мая 1986 г.





Алексей Бугай

МАТРИАРХАТ

Моей жене Татьяне Грищенко посвящается

Новый день не сулил ничего необычного. Как всегда, доблестный ветеран
поголовной полиции комиссар Фухе поднялся в семь часов утра, прополоскал
рот пивом, побрился и поспешил на службу. По дороге он купил свежие газеты
и, не читая, запихнул в карман клетчатого пиджака, с которым никогда не
расставался.

Первое потрясение ждало его в кабинете начальника поголовной полиции
Дюмона. Вместо известной всему комиссариату внушительной фигуры шефа в его
кожаном кресле восседала какая-то пигалица с висюльками в ушах и прической
до потолка. Комиссар Фухе опешил. Если бы не напряженные лица Лардока и
Акселя Конга, которые стояли навытяжку перед кожаным креслом, и состояние
Пункса, на первый взгляд близкое к обморочному, можно было бы предположить,
что минуты жизни пигалицы сочтены.

Однако Фухе нутром учуял, что эта накрученная прищепка сегодня
олицетворяет собой власть.

- Так вот,- продолжала дама монолог, прерванный появлением Фухе.- Лардок
отправится на рынок за овощами. Список получишь у секретаря. Конг - в
прачечную-самообслуживание, простирнешь простынки. И чтоб никакого пива! -
Конг послушно кивнул головой.- Пункс отвезет меня в парикмахерскую и
заберет деток из колледжа, а потом заедет с ними за мной. Так...- фурия
прищурилась.- А этот на что годится?

Фухе потупился.

- Ага! Вот тебе ключи,- она швырнула тяжелую связку прямо в голову
комиссару,- приберешься в квартире и сгоняешь за пиццей. Понял? - комиссар
угрюмо кивнул.- Все свободны!

У себя в кабинете Фухе тщетно собирался с мыслями. Ничего путного в
голову не лезло, и он решил прополоскать мозги.

В "Дроздах" за стойкой вместо бармена торчала неизвестная комиссару дама
в бигудях на босу ногу. Она подозрительно покосилась на Фухе:

- Пива захотел? В десять утра? Ты на службе или как?

Пока Фухе придумывал подобающий случаю ответ, барменша сняла телефонную
трубку, набрала номер и о чем-то спросила.

- Да-да, за пивом притащился,- сказала она в трубку и кивнула на
комиссара.

Через секунду она передала трубку Фухе.

Тот угрюмо слушал пару минут, потом обреченно кивнул головой и
отчеканил:

- Есть! Так точно! Разрешите идти? - и с безумными глазами рванулся
куда-то мимо дверей.

Выскочив с трудом на улицу, Фухе принялся ловить такси. Через пятнадцать
минут он уже осторожно открывал массивную дверь с табличкой: "Ст. комиссар
ДЮМОН". В квартире Фухе застал совершенно невозможную картину: шеф
поголовной полиции, гроза преступного мира, ветеран сыска господин Дюмон
стоял в женском халате и с веником в позе нашкодившего кота. На его лице
бродила глупая заискивающая улыбка.

При виде Фухе улыбка потухла. Дюмон вытащил руку из-за спины. В ней
оказалась початая бутыль коньяка. Шеф вопросительно качнул стеклотарой.
Фухе был не против, и сотрудники выпили.

- Что за новости? - изумился Фухе.- Почему всюду эти?..- он выразительно
изобразил высокие женские прически.

- А ты газеты сегодня читал? - спросил шеф.- Там все написано.

Комиссар вынул из кармана мятые газетные листки и принялся за чтение.
Заголовки кричали: "ЕЖЕГОДНЫЙ МАТРИАРХАТ. ТОЛЬКО ОДИН ДЕНЬ В ГОДУ".

Грянул телефонный звонок. Дюмон поднял трубку.

- Да, прибыл, да,- он покосился на комиссара, допившего из стакана и
поставившего его на полированный стол.- Да, уже убрал. Конечно, успеет!

Дюмон положил трубку и тяжело вздохнул. Фухе посмотрел на часы.

- Пицца! - внезапно завопил он.- Я забыл про пиццу! Не видать мне теперь
премии!

- Точно! - подтвердил начальник.- Она у меня такая...

Фухе умчался. Дюмон допил коньяк и стал протирать мебель.

Комиссар так спешил за пиццей, что, увидев на улице Пупендайка - тот уже
год находился в розыске - не стал задерживаться, а, добравшись до пиццерии,
позвонил в участок.

Трубку взяла какая-то дама, вероятно, жена дежурного полицейского. Фухе
доложил обстановку. Дама записала.

- Пупендайк обвиняется в трех убийствах и ограблении Национального
банка. Он был с какой-то барышней...

- С маленькой полной брюнеткой? - внезапно переспросила невидимая
дежурная.

- Нет,- возразил Фухе.- С высокой стройной блондинкой.

- Боже мой! - завизжала дама на том конце провода.- Какое несчастье!
Бедная Лорен!

Телефон дал отбой. Фухе пожал плечами, купил пиццу и заспешил обратно.



На следующий день, когда мужчины снова заняли свои привычные места и
должности, в кабинет Фухе просунулась уборщица Мадлен с донесением.
Комиссар бегло прочитал странички и расплылся в улыбке.

Вошел Дюмон.

- Ты слыхал? - начал он с порога.

Фухе почтительно молчал.

- Надо же, целый год его ищут, чтобы привести в исполнение смертный
приговор, а тут на тебе! - продолжал Дюмон.- Это я о Пупендайке. Найден
мертвым с многочисленными травмами черепа. В голове остались щепки и целые
куски дерева: били, видимо, каким-то тупым предметом, например, дубиной.

- Скалкой,- подсказал догадливый комиссар.- Скалкой или молотком для
отбивания мяса, он тоже деревянный.

- Возможно,- согласился Дюмон.- Но кто этот таинственный мститель?

Фухе загадочно улыбнулся.



23 июля 1991



Алексей Бугай

СКЛЕРОЗ

Комиссар Фухе листал подшивки старых дел. Много времени прошло с тех
пор... Да, много... Вот, например, это... Чудное дельце... И довольно
пикантное... Или это... Сколько неожиданного, захватывающего! Комиссар
погрузился в
воспоминания. Вот дело об убийстве двух женищин в доме для престарелых -
случай экзотический. Как потом выяснилось, это были и не женщины вовсе, а
гваделупские шпионы. А вот дело шантажистки - уличной торговки каштанами.
Помнится, было много возни с доказательствами ее вины. В конце концов ее
повесили, хотя она и оказалась ни при чем, а во всем сознался сутенер по
кличке Длинный Боб. Впрочем, на нее затратили столько времени, что дело не
могло закончиться просто так. Фухе задумчиво перебирал пухлыми волосатыми
пальцами мелочь у себя в кармане и смотрел стеклянными глазами прямо перед
собой. Внезапно до его слуха донесся резкий пронзительный крик:

- Горим! Пожар! - по узким проходам между стеллажами к Фухе стремительно
приближался какой-то человечек. Он оживленно размахивал руками и время от
времени внятно выкрикивал что-то неразборчивое.

- Господин Фухе! Горим! Пожар в архиве!

- Гм! - сказал комиссар.- Пожар в архиве? Не помню такого дела. Хотя
постойте, вспомнил: в одна тысяча восемьсот девяносто четвертом году...- он
оттолкнул обезумевшего от страха человечка и начал проворно взбираться по
стремянке к стеллажу с буквой "П".

- Господин Фухе! Господин комиссар! - жалобно кричали снизу.

- Фухе? Знаю такого! - уверенно заявил Фухе.- Это комиссар поголовной
полиции, родился в одна тысяча восемьсот...

Едкий дым начал заволакивать помещение, от него першило в горле, и на
глаза наворчивались слезы. Огонь уже добрался до полок с документами под
литерой <П". Стеллаж угрожающе затрещал. Маленький человечек в панике
метался среди полок, сослепу натыкаясь на острые углы шкафов, и жалобно
кричал.

- Как же, как же, помню, как сейчас помню,- вещал Фухе из-под потолка.-
Тогда в архиве еще забыли двоих.

Кажется, один из них был служащий архива... Его убила сорвавшаяся
полка...- Внизу раздался отчаянный крик и звук падения чего-то тяжелого.- А
что касается второго, то это был комиссар Фухе! Он прогрыз решетку на окне
и спасся, выпрыгнув со второго этажа. Сейчас попробуем...- Решетка
поддалась легко; стальные зубы комиссара быстро прогрызли в ней огромную
дыру неправильной формы.

Комиссар удовлетворенно хмыкнул.

- А теперь - с богом! - Фухе легко перебрался через подоконник и сиганул
из окна вниз головой.



Когда через два месяца комиссара перевели из реанимации в отделение для
выздоравливающих, к нему наконец пустили его друга Габриэля Алекса.

- Дружище! - прямо с порога закричал Алекс.- Ну как же это тебя
угораздило сигануть с восьмого этажа?!

Шутка ли - если бы не демонстрация протеста против незаконных действий
комиссара Фухе, которая случилась как раз под окном, от тебя бы и мокрого
места не осталось!..

Фухе беззвучно пошевелил губами.

- Склероз,- еле слышно прошептал он, наконец, вяло махнул рукой и
вытянул ноги.





Алексей Бугай

ДУРДОМ

- Вот пройдет еще годик, и стукнет тебе, старому пеньку, уже
шестьдесят шесть!

- Гляди мне, накаркаешь!



(Из разговора Г. Алекса и Ф. Фухе на юбилее последнего)

Когда часть суток сменилась такой же следующей, комиссар Фухе крепко
спал.

Габриэль Алекс впотьмах наехал бульдозером на акацию и перебудил всех
птичек. Те разом запели, и от этого наступило утро.

С некоторых пор управление поголовной полиции взяло шефство над
психиатрической лечебницей. Функции шефов заключались в том, что во время
своих достаточно редких набегов на сумасшедший дом полицейские объедали
несчастных больных, уничтожали за день месячный рацион дуриков, а также
отрабатывали на пациентах лечебницы новые формы допроса с пристрастием,
проверяли функционирование детектора лжи и вообще веселились вовсю.

Самым главным и буйным сумасшедшим в дурдоме был, конечно, главврач.
Затем по степени опасности для общества следовали его заместитель, старшая
медсестра и санитары отделения для буйных. Они отличались от своих
подопечных только формой одежды и никак не уступали им в свирепости и
безумии.

Габриэль Алекс с гиканьем носился по коридорам сумасшедшего дома и лихо
заколачивал гвозди в зазевавшихся санитаров. Встречать же высоких гостей
главврач не вышел. У него начался рецидив крайней степени невменяемости.
Когда шефы вторглись в его кабинет, то застали такую картину: главврач в
белом халате, очках и со стетоскопом на шее сидел в огромном аквариуме,
держа голову ниже уровня воды и дышал через трубочку.

На вошедших он не обратил никакого внимания, а только высунул из
аквариума холеную руку и насыпал сам себе корма из баночки, после чего стал
с жадностью глотать его. Алекс не удержался, подошел к аквариуму и щелкнул
по нему пальцем. Главврач встрепенулся, пустил пару пузырей и ушел на дно,
подняв тучу ила.

Старшую медсестру поголовщики застали за довольно необычным занятием -
она оформляла свою коллекцию.

Коллекция представляла собой неимоверное количество одинаковых колбочек
с образцами собственного кала. Каждая колбочка была снабжена биркой, на
которой значилась дата отправления, а также примерное меню предыдущего дня.
В данный момент почтенная дама занималась тем, что наряжала свои
бесчисленные колбочки в кокетливые разноцветные юбки из полосок бумаги. Она
была так этим увлечена, что неугомонный Габриэль Алекс умудрился стянуть у
нее из-под носа одну из посудин коллекции и спрятать себе за пазуху.

Психи попроще, как только открылась дверь палаты для параноиков,
набросились на шефов и грязными пальцами залезли в должностные носы. Шефы
поспешно ретировались, а Алекс сунул в руки какому-то шизику похищенную
колбу из коллекции старшей медсестры.

Дальше по коридору поголовщики увидели, как группа сотрудников лечебницы
занималась выяснением того, что станется с кошкой после погружения ее в
цементный раствор на различные отрезки времени.

В самом конце коридора на корточках сидели соревнующиеся. Они держали во
рту трубки, соединявшиеся с полным баком пива, который висел под потолком.
Время от времени рефери отпускал прищепки, пережимающие трубки, и пиво
под довольный рев спортсменов устремлялось по пищеводам к желудкам. Через
некоторое время пиво просилось наружу, и тогда троеборцы срывались с места
и под одобрительный гогот публики неслись по коридору к нужнику. Чемпионом
считался тот, кто не расплескает ни капли пива по дороге, кто перенесет


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Поделиться ссылкой на выделенное