Григорий Санжаровский.

Смешинки от Гриши

(страница 2 из 11)

скачать книгу бесплатно

 //-- И не разрешай! --// 
   – Сын, я не разрешаю тебе это делать!
   – И не разрешай. Я сам разрешусь!
 //-- Жэлюзи? --// 
   – А почему детсадовская воспитательница Галина Михайловна жалюзи называет жэлюзи? Неправильно же! Откуда она всё это выдавливает? От верблюда? Или из верблюда?
 //-- Взаимность --// 
   Утром был дождь.
   К обеду всё высушило.
   – Кругом сушь, а у тебя сапоги по самое некуда в грязи. Где ты лужи находишь?
   – Да это лужи меня сами находят! Я их совсемушки не трогаю. Бегу, а они смеются и на меня брызгаются!
   – Лужи?
   – Ну не я же! Я только в ответ на этих задир брызгаю!..
 //-- Мать ставит мат --// 
   Играю с мамой в шахматы.
   – Мат! – сказала мама.
   – Ой! – сказал я, зажал в кулачок штаники и прямой наводкой в туалет. Побрызгать.
   Вчера я амкнул у мамы короля, сегодня – мама. Зато у папы я только выигрываю. Я учу его играть в шахматы.
   Снова присаживаюсь к столу играть. Пою маме свою сочинилку:

     – Разрешите к вам подсесть.
     Короля хочу я съесть!

   Ничего…
   У маленького Гарика мама тоже выигрывала. Но кто стал чемпионом всейского мира?
 //-- Спрашивание --// 
   – Почему ты не спрашиваешь, когда берёшь чужие вещи?
   – Некогда. Их надо быстро-быстро взять!
 //-- Тонкая и толстая --// 
   Кухня.
   На стене круглые часы с горами в снегу.
   Интересно, почему секундная стрелка худая, а часовая – жирная коротулька? Потому что секундная бегает, бегает, бегает! Некогда даже поесть. А часовая шестьдесят минут стоит почти на месте и ест, ест, ест и толстеет, толстеет, толстеет.
   Без движения ж!
 //-- Откровение --// 
   – Пап, тебя видно не только из космоса, но и с твоей кочки зрения.
 //-- Неразбудимый --// 
   – Папа! Ну разве ты не видишь, что я не могу открыть глаза? Ну перестань приставать! Не буди! Не мучайся напрасно… Нет, ты не отец! Ты пума бездомная! Ты не чувствуешь, что ты надо мной издеваешься?!.. Ну ты что, в чужом уме?.. Может, ты и в своём уме, но сошёл с умной дистанции! Ну разве ты не видишь, что я неразбудимый? Ну не приставай же ты к маленьким!.. Несочувственник!
 //-- Наши в космосе --// 
   – Пап, а ты знаешь, что самолёты летают в тропосфере?
   – Да вот, родненький, узнал от тебя.
   – А сверху есть ещё четыре этажа! Стратосфера! Мезо-сфера!! Термосфера!!! Экзосфера!!!!
   – Господи! Да куда тебе топать через неделю в первый класс?! Тебя надо сразу на последний курс Сорбонны! В Сорбонну его, в Сорбонну! И боль никуда!
   – Да ладно тебе про эту Сор… сорную бонну… Энциклопедию читать надушки!

 //-- 25 августа 1998.
Вторник. --// 

 //-- Интерес --// 
   – А во-он пошла интерее-ее-есненькая тётя. Она такая круглая-круглая, что нигде не кончается!
 //-- Звездопадик --// 
   За два дня я получил аж четыре пятёрки. Не цифрой 5, а наклейками.
   Очень уж много наклеек.
   Прямо звёзды падают в тетради!
 //-- Оправдание --// 
   – Сын, ну зачем ты снова сказал ты сегодня Ларисе Соломоновне?
   – Пап! Я запутался в этих ты-вы!
   – Давай распутывайся! Всем взрослым говоришь Вы. Вы!.. Запомнил?
   – А родителям?
   – Конечно, ты. Как самым близким…
   – А учительница разве далёкая?
 //-- Возраст --// 
   – Гриш, тебе сколько лет?
   – Шесть, Вик.
   – А мне семь!
   – А-а! Понял, почему ты на год старше. Я учусь в первом бэ, а ты в первом вэ!
 //-- Осень в Ясеневе --// 

     В Ясеневе осень.
     Что милей бывает?
     В Ясеневе осень.
     Сердце обмирает.
     Из окошка дома —
     Золотые дали.
     Ничего отрадней
     Очи не видали.


 8 октября 1997. Среда.

 //-- Прогулка дождя --// 

     Дождь гулял под зонтиком
     По радуге весь день.
     И вдруг свалился с радуги.
     Споткнулся о плетень!


 25 августа 1998 года. Вторник. (Газета «Труд»,№ 113 за 2000)

 //-- Сапоги --// 

     Купил я сапоги бегучие,
     Весёлые, знатные, летучие.
     Летать орлику над русскими
     снегами
     И над спесивыми смеяться
     холодами.


 21 ноября 1998. Суббота.

 //-- Опечатка --// 
   – Почему математику не до конца сделал? Почему не решил пример 4–0 + 1–7 =?
   – Его, па, не надо решать. В учебнике опечатка! Мы работаем в пределах десяти. Значит, пример надо было составить так: 4–0 – 1 + 7 = 10. Я сказал это Ларисе Соломоновне, а она всему классу: «Последний пример нереша-емый. Не решайте! Там опечатка!"
   – Григореску! Да ты умней учебника?!
   – Никто в классе не заметил. Даже Лариса сама Соломоновна зевнула. Только я как-то сшустрил… Нечаянно…

 21 декабря 1998. Пони /понедельник/.

 //-- Конь --// 
   Девочка Ксюша сказала мне обиду:
   – Козёл!
   – Сюша, а ты знаешь, что это слово плохое?

 Козлоконь Козлоконь

   – Я не про тебя! Я про настоящего козла!
   – А-а… Тогда ты обозналась. По-настоящему я конь! Запомнила?
 //-- Разговор ржанием с учительницей на англе [1 - Англе– экзотическое слово английский.] --// 
   – У нас в школе цирк получился.
   Папа спрашивает:
   – Какой?
   – Такой. Ольга Викторовна Госс проверяла английские кроссворды. Я их на переменке выполнил. Ольга Викторовна подошла ко мне, посмотрела на английский кроссворд мой. И сказала:
   – Гриш! Чего у тебя буквы такие большие?
   – Выросли!
   – Чем ты их кормил?
   – Овсом.
   – Что, ты лошадей любишь? – спросила она.
   – Люблю, – сказал я, прождав десять секунд, и: – И-и-и-го-го-го-го-го-го-го!!! – очень громчайшо [2 - Громчайшо – слово, которое обозначает очень громко.] закрикакал [3 - Закрикакал – перекрученное слово закричал.] я. По-лошадски! [4 - По-лошадски – по-лошадински.]
   И Ольга Викторовна очень удивилась, но не стала меня ругать. Она осмотрела мой кроссворд. И рядом с обозначением, какая страница, поставила пять. И расписалась. Красно.
   И в дневник красной ручкой поставила мне красную пятёрку. И тоже расписалась как там, в дневнике, положено.
 //-- Письмо бабушке в Гай --// 
   16 февраля 19999999999999999 года.

   Здравствуйте, дорогая бабушка Нина!
   Пишет Вам Ваш внук и поздравляет Вас с 8 Марта! Дорогая моя бабушка, желаю Вам здоровья и счастья!
   Бабушка, я Вам пишу самое первое письмо в жизни!!!
   Я люблю Вас больше всех!
   А ещё я люблю (прямо обожаю) лифт и лошадей!
   Ходим с папой в 22-этажные дома. Синие. Заходим в грузовой лифт. Катаемся. Вверх-вниз! Вверх-вниз!
   Я живу хорошо! Приезжайте гостить пораньше в мае!
   До свиданья!
   Бабушка, найдите школу без домашнего задания!
   Сейчас у меня гриппозно-мухоморные халтуркины каникулы. А кончатся каникулы – папанька потащит меня на канате вместо лифта в школу!
   В этой школе одни муки!!! Походите, пожалуйста, по школам в Гае, в Орске, в Оренбурге, в Нижнедевицке, в Тикси, в Магадане, в Токио, в Мельбурне, в Осло, в Париже, в Рио-де-Жанейро, в Вашингтоне, в Веллингтоне…
   Как найдёте мне школу, где нет домашних и классных работ, так мы с Вами туда и поедем. Учиться. Спешите!
   Надо найти до окончания мухоморных каникул!
 Ваш любимый внучек Гриша!
 Далматинчик.


 16 февраля 1999 Вторнёк.


 Я рос у папы на багажнике.

 //-- Выпали глазки --// 
   – Пап, а есть не настоящее, а образное выражение выпали глазки?
   – А что это означает?
   – Это когда не знаешь, что делать. А когда знаешь, что делать, они не будут выпадать.
   – Выпали глаза… Гм…Это немножко похоже на выражение разбежались глаза.
   – Друг от друга? Они ж далеко друг от друга живут!
   – Нет, недалече. Всего-то лишь за горкой носа.
 //-- Крылья --// 
 //-- Ужастик --// 
   Однажды один мальчик выключил электролампы.
   Учитель хотел побить этого мальчика, как вдруг у него выросли крылья, и он вылетел через окно.
   А его родители сказали быстро:
   – Осторожней, Петя! Расшибёшься!!!
   – Да нет! У меня крылья!!! – крикнул Петя.
   – Что? Что?! Крылья??!! Зачем они тебе?
   – Ух! Для того чтобы в любую секунду вылететь через окно любого класса и улететь от драки, от пристающих. А ещё чтобы не спускаться по ступенькам и не ходить по всей школе, а просто открыть окно…
   – Знаю, знаю! – в испуге закричала мама. – Но ты можешь разбиться!!!
   …– и спуститься на крыльях, – договорил Петя.
   Он снова взлетел на крыльях к третьему этажу, и крылья у него отпали.
   Учитель настегал его ремнём, и урок начался хорошо и удачливо.
 //-- Расстрой --// 
   – Пап, я сегодня схлопотал три пятёрки. Но когда придёт мама, ты скажи ей как убитый:
   «Вот… дожили… до светлого праздничка… Наш сегодня в поту добыл ко-ол по поведению. Еле-еле донёс. Ко-о-о-о-л!!!»
   «За что?» – обязательно спросит мама.
   А ты не спеши отвечать. Дай ей поглубже войти в расстрой. Вздохни и добавь:
   «Это ещё не все его громкие успехи. Он ещё две двойки припёр. По мать-и-мачехе и по русскому. Причина одна. Не сделал домашнее задание».
   Папа и скажи, как я научил.
   Но мама обрадовалась:
   – Всё вместе – пять! Отлично!
 //-- С видом на Волгу, или рука без подружки --// 
   Мои первые летние каникулы!
   Уже на второй день лета я с мамой и папой приехал электричкой в Конаково. Потом ещё немножко прокатились на автобусе.
   До Карачарова.
   И влетели в санаторий «Мать и дитя».
   Тётя в регистратуре сказала:
   – Вам номер с видом на лес или на Волгу?
   – С видом на Волгу! – быстрей всех крикнул я, и Волга осталась за нами.
   Мы быстро занесли вещи в свою комнату, и ещё быстрей втолпились все на балкон. Смотреть свой вид на Волгу.
   В просветах между ветками тяжёлых сосен далеко сверкала вода.
   Я первый раз видел Волгу.
   Она была широкая и длинная.
   Мы умылись, немножко посидели и засобирались провожать папу. Раз папа был у нас ни то ни сё – ни мать ни дитя, – то ни под каким видом ему нельзя было дольше здесь и оставаться. Привёз своих и учаливай!
   Мы пошли провожать его до автобуса.
   Было тихо, тепло.
   Вдруг папа погрустнел.
   Погрустнела за ним и мама.
   Я посмотрел, куда они смотрели, и тоже заогорчился.
   За канавкой с водой бугорок окашивал дедушка. Он был старенький. В такой же старенькой одежде. И по лицу ручьился пот.
   У дедушки была всего одна рука. Как он косил одной рукой? Наверно, подумал я, одной руке трудно и невесело без подружки, без второй руки?
   Второй руки у дедушки не было.
   Так прямо сказать нельзя было. Была. Только испорченная. Без кисти. На запястье блестел короткий кожаный грязный чехол.
   Этим огрызком руки он ловко припинал к сердцу рогульку посреди косы и косил очень сноровко. Травы только охали и падали.
   Автобус увёз папу. Взамен него оставил нам посреди земли лишь шаткий комок пыли.
   Поднялся ветер.
   Сердито зашумели на нас деревья.
   Стало холодно.
   Я с мамой побежали в свой двести четырнадцатый номер. Молчали.
   И вид на нарядную, в белых парусниках, речку нас уже не трогал.
   Я с мамой выпросились в номер напротив. В двести седьмой.
   С видом на лес.

 2 июня 1999. Среда. Карачарово, Тверская область.

 //-- У Полли --// 
   Сегодня мама привела меня на качели.
   Катаюсь я, катаюсь себе, прикупаю радости и вдруг вижу: совсем напротив, среди деревьев возбегается ввысь настоящая каменная гора с орлом на вершине.
   Со всей скоростью я побежал к этой горе.
   В боку горы, у самой земли, пряталась и грелась на солнышке мраморная узкая лестничка. Раньше, с качелей, я её не видел за острыми зубцами.
   Я быстро взлетел по тёплым ступенькам к верху горы. К орлу.
   Я обнял орла, выпрямился – и стал выше орла!
   Высоко летает гордый орёл. Но неисправность вознесла меня выше! Аж дух чуть подломило.
   И я потихоньку спустился по лесенке на противоположную сторону горы.
   И тут я увидел. От горы отходила мраморная полоска. На полоске розовел камень с гладким одним боком. Со старыми французскими буквами:

 //-- Полли --// 
 //-- 1904–1913 --// 
 //-- Преданность ее была беспредельна --// 

   Полли бультерьер. (Собак я люблю. Особенно таксочек.)
   Когда Полли умерла, её похоронили вот тут. На берегу Волги. Рядом с тем местом, где она спасла девочку. Та девочка тонула.
   Говорят, Полли положили в могилу лицом к Волге.
   И добрые, знаменитые карачаровские хозяева Гагарины поставили ей этот памятник.
   Все любят сниматься у Полли. Мы с мамой тоже снялись.
   На память.

 4 июня 1999. Пятница. Карачарово, Тверская область.

 //-- Зачем ты учишься? --// 
   – Вик, зачем ты идёшь в школу во второй класс? Недостаточно одного?
   – Тебе, Гриш, может, и сверхдостаточно. Но мне маловато одного класса. Я иду учиться. Чтоб умной быть!
   – Ой-ой-ой!
   – Да! Чтоб хорошо работать!
   – Пр-равильно! Работать да ещё хор-рошо!
   – Конечно! Надо очень хорошо поработать, чтоб много денюшек дали!
   – А зачем тебе деньги?
   – Ты что, с Луны бултыхнулся? На деньги можно покупать вещи! А без вещей чего носить будешь тогда?
   – Котёнка! Он всегда тёплый… Теплячок… Согреет…
   – Ага!.. Не голыми же нам оставаться!
   – Ви-ичка!.. Какая ты уже сейчас вся умная. Ты уже сейчас знаешь всё, всё, всё! Куда тебе ещё учиться? Это уже просто сверхлишнее.

 1 сентября 1999. По пути в школу.

 //-- Первая пятёрка --// 
   На уроке математики Лариса Соломоновна сказала:
   – Ты достоин только кошки!
   – Нет, мне собаку!!!
   – Ну, где ты видишь тут собаку? – показала она свои наклейки.
   – А вот это что?
   – Это медведь.
   – Хоть что это… Пускай кому медведь, а мне собака. Красивая! Ни у кого нет такой!.. И давайте, пожалуйста, мне оценки только собаками!..
   У медведя была вытянутая мордочка, как у шелти. Глаза умные, как у дратхаара. Ну чем этот медведь не собака?!
   Мы с папой шли из школы домой.
   На улице везде проявлялось солнце.
   Нам на пути встретилась таксочка Рамина. Такая сладость! Она с бабушкой пришла встречать моего одноклассника Арсения Фролова.
   – Моя хорошенькая… Моя миленькая… Раминочка… Р-ряв! Р-р-ряв!!
   Посмотрела на меня Рамина внимательно и вежливо промолчала.
   – Раминочка, – сказала бабушка, – поздоровайся с Гришей.
   Бабушка наставила на Рамину строгий палец. Твёрдо сказала:
   – Рамина, голос! Голос!
   Рамина трижды нежно гавкнула.
   Бабушка сказала мне:
   – Погладь Рамину. Она не кусается.
   Я тихонько погладил её по спинке, потом за ушиками и взвизгнул от счастья! Смех во мне сам завёлся. После каникул я первый раз гладил собачку!
   На всё это папа смотрел как-то неприручённо. Его понять можно. Его дважды кусали собаки. Даже в больнице лежал.
   Как обычно, по пути мы заходим за молоком. На ступеньках магазина я и спроси:
   – Пап, у меня над глазами нет жёлтых пятен?
   Папа испуганно уставился на меня.
   – Да ты не бойся, – сказал я. – Эти пятна я видел у Рамины.
   – Нет! Ничего я у тебя не вижу! – почти прокричал папа обрадованно.
   А я огорчился.

 2 сентября 1000 + 999 = 1999. Четверг

 //-- Удивил! --// 
   Ну каким секретом удивить мне папу?
   Думал я, думал, думал и придумал.
   Вернулись мы с папой из школы.
   Поели, что он там приготовил, и пошли в мою, в собачью (я ж собака!) комнату. Одомашниваться. Делать вместе мои домашние задания.
   Раскрыл папа дневник, и глаза у него побежали вверх. Добежали почти до потолка.
   – Это что ещё за морзянка? Ты почему не записал нормально задание по русскому? Куда проще! Пиши обычными цифрами номера страницы и упражнения. Так нет. На точки его повело! Ну что это за пунктирная карусель?
   Я обрадовался.
   Наконец-то хоть разик запутал папу!
   Но уже через минутку я поскучнел. Целую половину секрета моего папа разгадал!
   Он смотрел, смотрел на мои точки и:
   – Ну… Страница четырнадцатая. Докопался. Тэ-экс… А номер упражнения? Двадцать девятый? Ну-ка, уточни.
   Я уставился на свои точки, и теперь пришла уже моя очередь удивляться.
   Точно помню, что писал и двойку, и девятку.
   Но куда они провалились?
   Двойка уже как и не двойка. А вся тройка. И девятка уже почему-то покруглела, как нуль. Вылитый.
   Выбилась в ноли!
   Не мог я век гадать на глазах у папы. Не мог и с лёта соглашаться с его догадкой. И смело выкрикнул:
   – Тридцатый!
   Под наблюдением папы сделал я это тридцатое упражнение.
   Тут он снова сунулся в мой дневник. Хотел узнать, что задали уже по математике. Но ничего не узнал. Так я его и тут запутал.
   Всё б ничего, да сильней папы я запутал себя. Сам ничего не мог разобрать в своих же секретах.
   Папа рассердился.
   Позвонил сам домой моей одноклашке Рите Серёгиной. Я с ней за одним столиком в классе сижу.
   Оказалось, надо было делать именно то упражнение, про которое говорил папа.
   Своими секретами я наказал самого себя.
   Пришлось выполнять и второе упражнение. Двадцать девятое.
   Удивил!
   Но за одним удивлением прибежало другое.
   За каждое упражнение я получил по пятёрке!
   То б была одна пятёрка. А то целых две! Всё-таки две больше.
   В один день! По одному предмету! В одни руки!

 Первая публикация рассказа «Удивил!» в «Пионерской правде» 12 ноября 1999 года. Конечно, всё то, что круто наворочено вокруг текста, – наши с папой прикольчики.

   И я тихонько засмеялся на уроке, когда впервые раскрыл тетрадку с двумя новенькими пятёрочками.
   Я не хотел смеяться.
   Мой смех сам высказался…
 //-- Хоть бы раз наоборот… --// 
   – Ну, сынку, отучился ты во втором полсентября. Какие успехи?
   – А разве, пап, ты сам не знаешь? Еду пока без троек… Пятёрки… Прошмыгивают четвёрки… Да…
   – Что так кисло вздыхаешь?
   – Сладко не выходит. Я всем учителям говорю Вы. В ответ все учителя говорят мне ты. Или они сговорились?.. Я всех их без разбору слушаюсь. А они меня нет. Разве я маленький? Хоть бы разок… хоть бы понарошку сделали наоборот-наобормот…
 //-- Плач --// 
   Мы проходили согласные.
   Антоняк спросил учительницу-чернильницу:
   – А почему, когда люди плачут, они забывают про согласные и тянут только гласные звуки?
   И Лариса Соломоновна ответила:
   – При плаче ты ж не будешь, как паровоз, п-п-п-п-п-п-п-п-пых-пых-пыхтеть?!
 //-- На учениях --// 
   – Гриш, я тренируюсь учительские ставить оценки.
   – Как это, Вик?
   – Просто. Допустим, учитель ляпнул мне в дневник двойку. А я резинкой стираю или лезвием и культурно сажаю на том месте четвёрку. И мамочке покой обеспечен. А то она у меня постоянно переживает. Потому что у меня каждую минуту чэпэ случается. Вот только что я чуть в ванне не утонула. Мама вынула меня оттуда шваброй.
 //-- Падежики --// 
   Падежи озоровать хороши.
   У меня была самая расстроенная неделя, когда я впервые встретился с падежами.
   Они подняли меня на смех. Баловались, толкались, перебегали с места на место, и я никак не мог запомнить, кто же за кем должен идти.
   И тогда я придумал стишок. Каждое слово начиналось с той буквы, что и очередной падеж.

     Илья рисует Дашу.
     Вика тихонько пляшет.

   И падежики послушно выстроились в порядок.
   И совсем позабыли, как скакать с места на место.
 //-- Фантазия «Падуны» --// 
   Однажды я возбежал на гору.
   А на горе на меня напал ветер.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное