Валерий Горшков.

Дискета мертвого генерала

(страница 2 из 33)

скачать книгу бесплатно

Сжимающие сигарету пальцы едва заметно дрожали. Мне всегда было противно, когда бойцов спецподразделений представляли как безмозглых и бесстрашных зомби, «отмороженных» настолько, чтобы вообще не реагировать ни на что, кроме команды «Убивай!». Все это полный бред. И страх на лицах многих из стоящих сейчас передо мной высоких крепких ребят в черной форме еще раз доказывал истину – не боится тот, кто не живет. Мы все пока еще жили.

– Возможно, этим и ограничится, – продолжил я, беспокойно поглядывая на пристегнутую к поясу рацию. – Но мне кажется, что все-таки нет… – Я сделал глубокую затяжку, на секунду задержал в легких едкий сигаретный дым, а потом с силой выдохнул его в сторону строя. – Сейчас всем получить оружие и рассредоточиться по периметру, согласно режиму номер один. Саблин…

– Да, товарищ командир, – отозвался светловолосый старлей, мой единственный настоящий друг, вместе с которым несколько лет назад мы поливали свинцом засевших в горном ущелье «воинов ислама». Саша был моим заместителем. В верхнем ящике моего письменного стола уже двое суток лежал подписанный министром приказ о присвоении ему звания «капитан». Второго сентября у Саблина намечался день рождения, и я решил специально поберечь эту долгожданную новость еще несколько дней.

– Возьми двух человек, пару ручных гранатометов и отправляйся на крышу гаража. Ты понимаешь, о чем я говорю?

Саблин секунду подумал, а потом медленно опустил веки в знак согласия. Если, как и предупреждал генерал Герасимов, все-таки будет предпринята попытка захвата «Золотого ручья», то, пусть теоретически, сделать это возможно только двумя способами. Первый – вертолетный десант, что практически не имело шансов на успех, так как мы расстреляли бы всех захватчиков еще до соприкосновения подошв их ботинок с территорией объекта. Второй – это мощным тараном или направленным взрывом проломать ограждение в любом месте периметра, а уже затем, под прикрытием техники, проникнуть внутрь территории. Самым подходящим для этого местом были раздвижные ворота «Золотого ручья», единственная гибкая секция во всем, опоясывавшем площадь в пять гектаров, трехметровом бетонно-металлическом заграждении.

– Вопросы? – Я внимательно оглядел строй, но не нашел ни одного признака того, что мои слова кто-то не понял. – Если нет, то немедленно в арсенал. Всем брать по три боекомплекта и перевязочный пакет. Через две минуты доклад о готовности от командиров пятерок.

Я быстро дал команду дежурному сержанту отключить сигнализацию, первым прошел в оружейную комнату, взял со стенда свой «АКМ», достал из зеленого деревянного ящика две ручные гранаты, прихватил несколько магазинов с патронами и, отойдя в сторону и пропуская стремительно экипировавшихся бойцов, рассовал боекомплект по кармашкам на поясе. Затем повесил автомат на плечо, встал возле входных дверей и внимательно наблюдал, как поспешно превращались в рейнджеров еще совсем недавно непринужденно переставляющие фигуры на шахматной доске или рассказывающие друг другу анекдоты про Петьку и Василия Ивановича плечистые парни.

На их каменных лицах я видел решимость и азарт. И я готов был поклясться, что кое-кто из бойцов «Тайфуна» молит Бога о том, чтобы заварушка все-таки началась. Болезнь, вызывающая жажду войны и получившая название «Афганский синдром», – вот что это было такое. Они уже не могли жить без постоянного чувства опасности. И даже еженедельные пятичасовые тренировки по системе «спецназ», выматывающие до дрожи в коленях и поистине смертельной усталости, были для пораженных этим «вирусом войны» всего лишь жалкой сублимацией, только на время заглушающей намертво засевшую в сознание жажду крови.

И вдруг я услышал слившийся в одну дьявольскую какофонию звук четырех, одновременно пронзительно засигналивших раций. Система экстренного оповещения была замкнута на командирах пятерок и начальнике охраны. Все мы в данный момент находились или в оружейной, или рядом, в коридоре. Я почувствовал, как по моей спине ледяной волной пробежал смертельный арктический холод.

Я готов был поклясться, что уже знаю, что именно сейчас скажет кто-то из ребят, стоящих на одной из наблюдательных вышек.

– Командир, – я выхватил рацию и включил связь.

– Говорит второй пост! – почти прокричал караульный. Голос его был резким, дыхание – прерывистым. Прорвавшийся из зажатой в моей руке портативной рации, он эхом разнесся по всему помещению оружейной. И я увидел, как мгновенно напряглись мускулы на лицах экипировавшихся рядом со мной бойцов. – Товарищ майор, на границе контрольной территории замечен наблюдатель! Ведет себя очень скрытно, но я обнаружил его по отражению «стекляшек»…

– Так… – Я почувствовал, как моментально закололо кончики сжимающих рацию пальцев. – Объявляю общую тревогу! По коням, ребята. Дай Бог – отстреляемся… – И, сорвав с плеча автомат, я бросился в сторону выхода из серого двухэтажного здания охраны, стоящего в совершенно противоположной от КПП объекта стороне. Согласно схеме один я должен был немедленно встретиться с шефом Экспериментального исследовательского центра генералом Крамским. Об остальном позаботится Саблин.

Дежурный сержант слышал весь разговор с караульным. И в следующую секунду над территорией «Золотого ручья» пронзительно взвыл вызывающий мурашки по всему телу ревун сигнала общей тревоги. Со всех окрестных деревьев моментально взлетели птицы и с громким криком устремились прочь от внезапно испугавшего их дьявольского звука. Больше не имело никакого смысла делать вид, будто охрана секретного объекта еще не заметила работу «Капкана», перерезанный кабель и скрывающегося в лесу наблюдателя.

Я так и не успел добежать до здания Центра, когда снова засигналила рация. На этот раз все было гораздо серьезней. Сразу двое караульных заметили в лесу передвижение вооруженных людей в камуфляже. Ровно через две секунды двое других, чьи вышки располагались со стороны ворот и КПП, сообщили, что по направлению к «Золотому ручью» на большой скорости движется автомашина «Урал». Она неслась по единственной, ведущей к объекту грунтовой дороге, поднимая за собой облако черной пыли, и не принадлежала к числу машин, которым был разрешен въезд на территорию охраняемого секретного объекта. Я тут же включил передачу и что есть силы прокричал, обращаясь к Саблину, который вместе с двумя бойцами из своей пятерки к тому времени уже должен был занять позицию на крыше гаража, находящегося всего в пятнадцати метрах от ворот:

– Саша!!!

– Я в курсе, командир, – спокойно ответил он. – И знаю, что нужно делать. Все будет в порядке…

– Он не должен выбить ворота!!! Ты меня понял?!! – Я почувствовал, как к горлу подкатывается сдавливающий дыхание ком.

– Я уже держу его на прицеле. Считай до тридцати и наслаждайся фейерверком, – так ответить мог только Саблин.

Когда тяжелый армейский «Урал», несущийся на скорости не менее девяноста километров в час, уже отделяло от ворот всего двадцать – двадцать пять метров, в его правый бок одновременно ударили сразу два гранатомета типа «муха». Бензобаки взорвались мгновенно, с оглушительным ревом разметав на десятки метров вокруг покореженные обломки металлического крытого кузова. Загорелись несколько растущих возле дороги деревьев. Машину кинуло в сторону, развернуло поперек дороги, но все еще тянуло вперед. Ни удар двух гранат, ни взрывная сила воспламенившихся топливных баков не смогли полностью погасить инерцию ускорения, уже набранную «Уралом» во время разгона. К тому же масса тяжелого армейского вездехода была слишком внушительна. Словно пылающий огненный дьявол, он с оглушительным грохотом врезался в раздвижные автоматические ворота. Стальной каркас не выдержал – оторвался от бетонных столбов, вывернув наизнанку тридцатисантиметровую арматуру креплений, и двухтонный прямоугольник ворот вместе со всей рамой с мощью парового молота обрушился на землю. «Урал», наткнувшийся на препятствие, с глухим скрежетом перевернулся на бок, пропахал на асфальте пятиметровую борозду и застыл, похожий на только что появившегося из преисподней дьявола. Языки пламени лизали его раскаленное докрасна железо, высоко в небо, словно смерч, поднимался густой черный дым от кипящих в пламени покрышек. Ворота были выбиты, но взорванный вездеход полностью перегородил образовавшуюся дыру. От огня шел нестерпимый жар, смертельный для всего живого. Пройти через КПП, как и за минуту до неудачно завершившегося тарана, было по-прежнему невозможно. Разве что в серебряном огнеупорном комбинезоне, но это абсурд.

– Отлично, Саша, молодец! – прокричал я в рацию, все еще не сводя глаз с полыхающего как факел, рядом с поваленными воротами, вездехода. Я хотел сказать еще что-то, но то, что случилось в следующее мгновение, начисто отняло у меня дар речи.

Увы, «мухи» были не только у нас.

С интервалом в несколько секунд все четыре наблюдательные вышки «Золотого ручья» были буквально стерты с лица земли выпущенными по ним из гранатометов зарядами. Полыхнув ярким оранжевым пламенем, они разлетелись на тысячи бесформенных обломков, взметнувшихся в воздух, а затем словно адский дождь обрушившихся на землю. Около северо-западной вышки полыхнули старые бочки из-под мазута. И практически везде начала стремительно воспламеняться высушенная палящим августовским солнцем трава. Над «Золотым ручьем» медленно поднималось в небо гигантское облако дыма.

В тот момент мне показалось, будто я медленно схожу с ума. Отвыкшая от восприятия таких страшных картин психика отказывалась понимать происходящее прямо на моих глазах. Я вдруг осознал, что только что погибли, даже не успев ничего понять, четверо наших ребят. Им всем было не больше двадцати двух… Какая-то неведомая сила сбила меня с ног, уронила на колени и заставила отчаянно закричать, словно попавшего в медвежий капкан волка. На глаза навернулись слезы, а пальцы смертельной хваткой вцепились в траву, царапая ее в бессильной злобе и вырывая с корнем.

Со всех сторон началась оглушительная стрельба. Я поднялся с колен, схватил лежащий на земле автомат и, скрежеща от злости крепко сжатыми зубами, рванулся в ближайшую от меня сторону, откуда доносился пронзительный треск автоматных очередей. Трое моих бойцов, расположившихся на крыше старого автобуса «ЛиАЗ», еще с незапамятных времен стоящего на территории объекта рядом с ограждением, поливали свинцовым ливнем расположенный напротив забора лес. Оттуда велась точно такая же массированная ответная стрельба.

Я, как вихрь, ворвался внутрь автобуса через вечно открытые заржавевшие двери, вскочил на оборванное донельзя сиденье, схватился руками за края зияющего в крыше отверстия от люка, подтянулся и забрался наверх. «ЛиАЗ» стоял боком к забору возле четырех толстых сосен, укрывшись за которыми бойцы «Тайфуна» планомерно разряжали «магазины» в сторону находящихся где-то в лесу «камуфляжных».

Прижимаясь плечом к коричневой, местами уже вырванной пулями коре вековой сосны, я моментально уловил мелькнувшие за деревьями тени. Автомат сам собой прыгнул в боевое положение, а указательный палец сильно надавил на курок. В пульсирующих от бешеного пульса висках загрохотали чугунные молоточки, «АКМ» дрогнул, из ствола вырвалось ярко-белое пламя. Я видел, как в двадцати метрах от меня размашисто сыпались к подножиям стволов скошенные пулями зеленые ветки…

Наконец я услышал самый приятный для меня в этот момент звук – где-то в том месте, куда только что я разрядил половину «магазина», раздались пронзительные крики, переходящие в нечеловеческий надрывный вопль. Я так давно не стрелял по живым мишеням, что уже начал забывать, какой мощный допинг представляет собой крик поверженного врага! Дьявольский холодный азарт овладел мной. Нащупав в кармашках поясного ремня ручную гранату, я метнул ее прямо туда, откуда доносился вой. В следующее мгновение раздался глухой взрыв, в котором на время потонули доносящиеся со всех сторон выстрелы, и мои уши едва не свернулись в улитку от толкнувшей в барабанные перепонки ударной волны. После взрыва гранаты ответная стрельба на нашем участке прекратилась, и, выпустив для верности еще несколько очередей, ребята перестали давить на курки. Где-то за кустами мелькнула неясная тень, а потом наступила тишина.

– Дайте кто-нибудь закурить, мать вашу за ногу! – Я повернул взмокшее от напряжения лицо к стоящему в метре от меня бойцу и перевел учащенное дыхание. – Перерыв!..

Володя Борисевич нацепил «калашникова» на плечо, достал из помятой пачки две сигареты, быстро прикурил от пластмассовой зажигалки и протянул одну мне. Я курил так, словно перенес зверскую антиникотиновую пытку – глубоко, до боли в ребрах, втягивая в легкие горький дым дешевой украинской «Ватры».

– Где ты взял эту гадость?!

– Нормальные сигареты, – прохрипел в ответ Борисевич, пожимая плечами. – Из дома прислали!..

– Ну, ты даешь… хохол! – Быстро утолив жажду, я выкинул «бычок» и осторожно выглянул из-за ствола толстой сосны.

Тихо. Тишина была везде. В горячке я даже не заметил, когда отзвучал последний выстрел. Слышался лишь треск сгорающего возле КПП «Урала» и приглушенные голоса находящихся на крыше гаража бойцов второй пятерки. Где-то там должен находиться Саблин. Я не мог его видеть, так как между нами было пустующее здание, построенное, вероятно, еще при царе Горохе и до сих пор не нашедшее применения. «Золотой ручей» появился на секретных воинских картах пятнадцать лет назад, шесть лет назад – пропал, одновременно с передачей законсервированного объекта на попечение «конторе».

Неожиданно засигналила пристегнутая к поясу рация, и я узнал голос генерала Крамского. Начало заварушки застигло его в здании Центра, и генерал явно не горел желанием схватить в руки оружие и броситься на помощь взводу охраны.

– Бобров, ответьте!.. – настойчиво вызывал «кагэбэшник». Когда я включил связь, голос Крамского принял более заметный командный тон: – Немедленно жду вас в здании Центра! Слышите, майор?! Немедленно!! Это приказ!!!

– Коз-з-ел… – непроизвольно вырвалось у меня, когда я вешал на плечо автомат и спрыгивал с крыши старого ржавого «ЛиАЗа». По дороге до «Белого дома», которую я покрывал исключительно бегом, связался по рации с командирами пятерок и узнал о полученных еще тремя нашими ребятами серьезных ранениях. Убитых не было, если не вспоминать о погибших ужасной смертью, буквально разорванных на куски четырех бойцах, находившихся на наблюдательных вышках во время выстрелов из «мухи».

С момента обнаружения несущегося к воротам «Золотого ручья» «Урала» и до того, как я быстро вбежал в открытые настежь двери Экспериментального исследовательского центра, прошло всего-навсего семь с половиной минут…

* * *

Крамской, с белым от страха лицом, стоял возле электронного турникета и, когда в дверном проеме вдруг выросла моя фигура, моментально вздрогнул от неожиданности. Окинув меня каким-то странным лисьим взглядом, генерал махнул рукой, чтобы я следовал за ним, а сам направился наверх, минуя болтающуюся из стороны в сторону хромированную вертушку. Я с удивлением отметил, что сложнейшая пропускная система была отключена. Поднявшись по ступенькам на второй этаж, где за все время службы в «Золотом ручье» я никогда не был, мы оказались в узком коридоре, по обе стороны которого выходили шесть совершенно одинаковых дверей. Нетерпеливым размашистым жестом открыв одну из них, Крамской пропустил меня внутрь, а потом, захлопнув, запер на замок.

Это становилось совсем интересным.

Я очутился в тесной полутемной конуре, площадью не больше шести метров. На единственном источнике дневного света – окне – висели плотно прикрытые черные жалюзи. Возле стены стоял серый, обшарпанный металлический шкаф с выдвижными ящиками, вроде тех, что используются в архивах для хранения картотеки. Как ни странно, но больше в помещении ничего не было. Я удивленно огляделся по сторонам, а потом перевел взгляд с полуистлевших зеленых обоев на стенах на стоящего спиной к двери генерала.

– Зачем вы меня вызвали?! – Я ровным счетом ничего не понимал. Уж не поехала ли «крыша» у этого бравого чекиста от внезапно начавшейся пальбы?

– То, что я сейчас вам скажу, майор, представляет государственную тайну… – не сводя с меня настороженных глаз, начал Крамской. – Даже больше, чем государственную тайну. Но прежде чем отдать приказ, я хочу, чтобы вы знали. Иначе мои действия могут показаться вам нелогичными.

– Интересно… – Я смотрел на Крамского и удивлялся происшедшей в нем буквально за несколько минут разительной перемене. Ребята из взвода охраны предпочитали не попадаться ему на глаза, так как Крамской никогда не мог равнодушно пройти мимо, не найдя хотя бы пустякового повода в очередной раз «поучить» бойца. Иногда он так распалялся, что начинал кричать до хрипоты в голосе, его студенистое щекастое лицо моментально краснело, а изо рта, похожего на зловонную яму, вырывались капли слюны. Сейчас же передо мной стоял спокойный, если не сказать – робкий, испуганный мужик в мешковато сидевшем на нем полевом генеральском мундире.

– Вот уже пять с половиной лет профессор Славгородский проводит здесь разработки психотропного оружия, – несколько помедлив, продолжил генерал, нервно вытаскивая из кармана сигареты. – Достигнутые им результаты просто фантастичны. Вы когда-нибудь слышали о кодировании на самоликвидацию? – Крамской внезапно остановился и поднял на меня блуждающие серые зрачки.

– Только в фантастических книжках, – я чуть заметно скривил губы. В моей голове стремительно зрела мысль о том, что после неожиданной «исповеди» генерала для меня уже не существует пути назад. Я становился живым и совершенно не предусмотренным ранее всеми секретными директивами носителем информации. Это плохо пахло.

– Фантастических книжках! – взорвался Крамской. – Это реальность! Во время сеанса гипноза человеку вводят специальный код в виде определенной последовательности слов, записанных на магнитную ленту и произнесенных каким-то одним голосом. В нужный момент звонит телефон, клиент снимает трубку и, услышав сидящие у него глубоко в подсознании слова, тем или иным образом кончает жизнь самоубийством, – генерал жадно затянулся, выпустив через нос две густые струи синеватого дыма. – Те, кто сейчас атакуют объект, – понизив голос, сказал он, – пришли за этой программой. Я знаю…

– Вы знаете, кто они?! – Мои брови немедленно сошлись возле переносицы, а пальцы механически сжали висящий на плече автомат. Его черный стальной ствол еще хранил остатки тепла.

– Я знаю, зачем они пришли! Этого достаточно! – Крамской неожиданно снова сорвался на крик, представ в своем привычном обличье. – Вся дорогостоящая аппаратура лаборатории ничто без специальной программы. Программа кодировки существует, как положено по инструкции, в единственном экземпляре на несгораемой и не копирующейся дискете и находится в сейфе у Славгородского. Ценой любых усилий надо сохранить программу. Для начала ее нужно забрать у Славгородского. Затем – вывезти в безопасное место, генерал покосился в сторону окна. По всему периметру снова возобновилась ожесточенная перестрелка. – Если хотя бы на минуту представить себе, что попытка захвата увенчается успехом, эти твари проверят каждый карман, каждую ниточку, каждый сантиметр живого или мертвого тела у всех, кто сейчас находится в «Золотом ручье»… А если это не принесет успеха, то разберут по кирпичику каждый дом и перекопают каждый метр земли на площади в пять гектаров!

– Мне кажется, вы слишком торопитесь, генерал, – резко перебил я. – Еще ни одна тварь не проникла за ограждение. Они вообще ведут себя словно сонные мухи! После попытки выбить ворота, единственное, на что у них хватает мужества, это…

– Молчать, майор!!! – снова заорал, брызгая слюной, Крамской. – Не считайте их за полных идиотов. Не пройдет и нескольких минут, как нам преподнесут очередной сюрприз!..

И, черт побери, он оказался прав. Практически тут же меня вызвал по рации командир второй пятерки Радич и сообщил, что по направлению к «Золотому ручью» медленно движутся два армейских БТРа. Я нахмурился. Дело пахло керосином. У нас в арсенале, никак не рассчитанном на массированную осаду объекта, оставалась всего одна «муха». Правда, был еще целый ящик ручных гранат «РГД», но от этих противопехотных хлопушек мало толку, если речь идет о броневиках…

К своему огромному удивлению, я заметил на покрасневшем и потном от напряжения лице Крамского едва уловимую ехидную усмешку. Он что, псих? Или просто неадекватно выражает свое удовлетворение от того, что оказался прав насчет грядущего «сюрприза» от «камуфляжных»?! Так или иначе, но мне это не понравилось.

Крамской тем временем изобразил на одутловатой роже подобающее моменту выражение и медленно, выделяя каждое слово, произнес:

– Так что вот вам мой приказ, майор. Немедленно подготовить вертолет, доставить меня вместе с дискетой в условленную точку, а затем вернуться обратно и до конца держать оборону объекта! А я позабочусь, чтобы секретная информация не попала в руки врагов! От вас требуется отдать приказы командирам отделений и готовить вертолет к взлету. Через пять минут я буду в ангаре… Выполняйте!!!

Не дожидаясь моего ответа, Крамской развернулся, открыл дверь, быстрым шагом сбежал по ступенькам на первый этаж, остановился возле неработающего электронного турникета, еще раз окинул меня взглядом, щелкнул указательным пальцем по циферблату наручных часов, кивнул, криво ухмыльнулся и прошел в чрево бункера. Я вышел наружу и короткими перебежками направился в сторону восьмого поста. Именно оттуда слышались самые ожесточенные выстрелы и приглушаемые ими крики, состоящие на две трети из отборного русского мата. Своих ребят я мог узнать по голосу, каждого из двадцати человек. На этот раз голос принадлежал старшему лейтенанту Саблину.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Поделиться ссылкой на выделенное