Уильям Гибсон.

Страна призраков

(страница 3 из 24)

скачать книгу бесплатно

Словно прочитав его мысли, Браун круто развернулся и сердито сверкнул глазами.

Милгрим заморгал, надеясь, что выглядит смирным и безобидным. Это было не сложно: он никого не бил по голове с начальной школы и вряд ли мог ударить сейчас. Впрочем, в плену его тоже раньше не держали.

– Рано или поздно он пошлет или получит эсэмэс у себя в квартире, – сказал Браун, – а ты переведешь.

Милгрим покорно кивнул.


Они остановились в «Нью-Йоркере», на Восьмой авеню. Смежные номера, четырнадцатый этаж. Похоже, Браун питал особую привязанность к этой гостинице, поскольку они въезжали сюда не то в пятый, не то в шестой раз. Почти весь номер Милгрима занимала двуспальная кровать, напротив стоял телевизор на тумбе из ДСП. «Пиксели на облицовочном шпоне слишком крупные», – подумал Милгрим, снимая краденое пальто и садясь на край постели.

Тут появился Браун и повторил свой обычный фокус: укрепил на косяке и на двери по маленькой коробочке того же серого оттенка, что фонарь, пистолет и монокуляр. То же самое он проделал у себя комнате – все ради того, чтобы Милгрим не улизнул, пока он спит. Милгрим не знал, как работают коробочки, но Браун велел не трогать дверь, когда они там. Милгрим и не трогал.

Затем Браун бросил на покрывало в цветочек упаковку таблеток и ушел к себе. Через минуту в соседней комнате заработал телевизор. Теперь уже Милгрим легко узнавал музыкальную заставку канала «Фокс ньюс».

Он покосился на таблетки. О нет, совсем не коробочки на двери удерживали его от побега.

Милгрим поднял упаковку. И увидел надпись: «РАЙЗ, 5 мг» и дальше что-то… вроде бы… ну да, по-японски. По крайней мере, так обычно выглядит декоративный японский шрифт на упаковках.

– Эй?

В соседней комнате за открытой дверью Браун перестал стучать по клавиатуре бронированного лэптопа.

– Чего тебе?

– Что это?

– Твое лекарство.

– Тут написано «райз» и еще что-то по-японски. Это не ативан.

– Один хрен, – произнес Браун, угрожающе растягивая слова. – Тот же четвертый список Управления по борьбе с наркотиками. Ну все, а теперь заткнись.

И пальцы снова застучали по клавишам.

Милгрим посмотрел на упаковку и опустился на кровать. Райз? Первым порывом было позвонить своему дилеру в Ист-Виллидж. Впрочем, гостиничный телефон точно выключен, незачем и проверять. Тут же пришла другая мысль: попросить у Брауна лэптоп и погуглить название. На странице Управления по борьбе с наркотиками есть все наркотические средства из четвертого списка, в том числе иностранного производства. Если Браун действительно федерал, он мог получить таблетки и прямо в УБН. А надежды одолжить лэптоп у Милгрима было не больше, чем позвонить Деннису Бердуэллу.

К тому же он задолжал Бердуэллу при неловких обстоятельствах. Такая вот паршивая история.

Он положил упаковку на угол ближайшего прикроватного столика, на котором остались черные дуги от незатушенных и догоревших сигарет. Дуги чем-то напоминали арки «Макдональдса».

Интересно, скоро ли Браун закажет сэндвичи?

Значит, райз…

7. Буэнос-Айрес

Холлис снилось, что она в Лондоне с Филипом Раушем, торопливо шагает по Монмут-стрит к шпилю Севен-Дайлз. Холлис никогда не видела Рауша, но сейчас, как бывает во сне, он был одновременно Реджем Инчмейлом. Стоял зимний день под серым сплошным небом, и вдруг оно расцветилось карнавальными огнями: прямо на них опускалась цветомузыкальная громада космического корабля-носителя из «Близких контактов третьей степени» – фильм вышел, когда ей было семь, мать его обожала. Корабль странным образом втиснулся в улицу, словно электронагреватель для клеток с рептилиями, и они с Инчмейлом пригнулись, разинув рот.

Но тут Рауш – Инчмейл резко отбросил ее руку и сказал, что это всего лишь рождественское украшение, просто очень большое, подвешенное между отелем справа и кофейней слева. И правда, теперь Холлис ясно увидела натянутые провода, однако в окне кофейни зазвонил телефон, вернее, полевой аппарат времен Первой мировой войны; холщовая сумка была перемазана светлой глиной, как и отвороты колючих шерстяных брюк Рауша – Инчмейла…

– Алло?

– Рауш.

«Рауш твою бабушку», – подумала она, прижимая к уху раскрытый сотовый. Солнце Лос-Анджелеса вгрызалось в края многослойных занавесок отеля «Мондриан».

– Я спала.

– Есть разговор. Мы тут откопали одного человечка, вам надо встретиться. Одиль с ним едва ли знакома, а вот Корралес – наверняка.

– И с кем знаком Альберто?

– С Бобби Чомбо.

– Чомбо?

– Локативные художники на него молятся. Он у них главный технарь. Геохакер. GPS-сигналы не проникают в здания. Чомбо ставит «заплатки». Триангуляция с сотовых вышек, других систем.

– Мне надо с ним встретиться?

– Если не сможешь устроить через Корралеса, звони мне. Что-нибудь придумаем.

Это был не вопрос и даже не просьба. Холлис подняла брови, молча кивнула в темноте: есть, босс.

– Хорошо.

Молчание, затем:

– Холлис?

Она выпрямилась и села в позу лотоса. Мысленно ощетинилась:

– Да?

– Будешь с ним разговаривать – обрати особое внимание на перевозки.

– Перевозки?

– Тенденции глобальных перевозок. Особенно в связи с геопространственной разметкой, которой занимаются Корралес и Одиль. – Опять молчание. – И айподы.

– Айподы?

– Как средство передачи данных.

– Когда их используют как внешние диски?

– Именно.

Внезапно ей совершенно разонравилась эта история. По-новому разонравилась. Постель представилась пустыней, и под белым песком что-то свивалось кольцами – быть может, олгой-хорхой, воображаемая домашняя зверюшка Инчмейла.

Иногда чем меньше мы говорим, тем лучше, решила она.

– Ладно, спрошу Альберто.

– Хорошо.

– А ты разобрался с моими счетами?

– Конечно.

– Не отключайся. Я позвоню на ресепшен по другой линии…

– Подожди минут десять. Я перепроверю на всякий случай.

– Спасибо.

– Тут у нас был о тебе разговор, Холлис.

Ох уж это безличное администраторское «у нас»!

– Да?

– Мы тобой очень довольны. Как насчет того, чтобы поступить на оклад?

Олгой-хорхой подбирался все ближе, прячась в хлопковых дюнах.

– Серьезное предложение, Филип. Надо обдумать.

– Думай.

Холлис закрыла сотовый.

Ровно десять минут спустя она по гостиничному телефону позвонила на ресепшен и получила подтверждение: теперь ее проживание, включая непредвиденные расходы, оплачивалось карточкой «Американ экспресс» на имя Филипа М. Рауша. Холлис переключилась на парикмахерскую гостиницы, узнала, что через час у мастера «окно», и записалась на стрижку.

На часах было около двух, стало быть в Нью-Йорке около пяти, а в Буэнос-Айресе – на два часа позже. Холлис нашла в сотовом номер Инчмейла, но позвонила с гостиничного стационарного телефона.

Инчмейл ответил сразу.

– Редж? Это Холлис. Я в Лос-Анджелесе. Вы обедаете?

– Анжелина кормит Уилли. Как твои дела?

Уилли – их годовалый сын. Анжелина (в девичестве Райан) – жена Инчмейла, аргентинка, чей дед был лоцманом на Рио-Парана. С Инчмейлом она познакомилась, когда работала то ли в «Dazed & Confused»[6]6
  Журнал назван по одноименной песне Led Zeppelin, представляющей собой переработку песни американского автора-исполнителя Джейка Холла. Впоследствии Холл подавал на Пейджа и Планта в суд за нарушение своих авторских прав.


[Закрыть]
, то ли в другом журнале, – Холлис всегда их путала. Зато Анжелина знала о лондонских журналах больше, чем кто-либо еще.

– Непросто, – признала Холлис. – А ты как?

– Понемножку. Временами даже неплохо. Похоже, мне нравится быть отцом. И потом, здесь все-таки… даже не знаю… по старинке. Не успели все отчистить добела. Как старый Лондон. Копоть и сажа. Ну, или как Нью-Йорк.

– Можешь кое-что спросить у жены?

– Дать ей трубку?

– Нет, пусть кормит Уилли. Спроси, что она слышала, если слышала вообще, про новый журнал под названием «Нод».

– «Нод»?

– Косят под «Wired», но вслух так не говорят. А капиталы, думаю, бельгийские.

– Тебя пригласили на собеседование?

– Позвали в штат. Сейчас я у них фрилансером. Просто подумала, вдруг Анжелина что-нибудь знает.

– Погоди, – сказал Редж. – Я положу телефон. А то он на стенке висит, на проводе…

Трубка легла на твердую поверхность. Холлис опустила свою и прислушалась к полуденному шуму машин на Сансет. Неясно, куда подевался робот Одиль, но в комнате было тихо.

В Буэнос-Айресе Инчмейл снова взял трубку.

– Бигенд, – сказал он.

С бульвара донеслись визг тормозов, удар и звон стекла.

– Прости, не поняла.

– Бигенд. Ну, «биг» плюс «энд». Рекламный магнат.

Снаружи запела автомобильная сигнализация.

– Который женат на Найджелле?[7]7
  Найджелла Лоусон (р. 1960) – ведущая кулинарных шоу. Автор четырех книг, собравших огромное множество наград. Десять лет обозревала гастрономию в британском Vogue. До 2013 г. была замужем за магнатом Чарлзом Саатчи, владельцем всемирно известного рекламного агентства Saatchi & Saatchi.


[Закрыть]

– Того зовут Саатчи. А это Губерт Бигенд. Бельгиец. Агентство «Синий муравей».

– И что?

– Анжи говорит, твой «Нод», журнал уж это или нет, – проект Бигенда. Одна из его маленьких лондонских фирм. Вспомнил: у жены, пока она работала в своем журнале, были с ними кое-какие дела. Что-то неприятное.

Сигнализация замолчала, зато раздался вой сирены.

– Что за шум? – спросил Инчмейл.

– Авария на Сансет. Я в «Мондриане».

– У них по-прежнему коридорных выбирает специалист по кастингу?

– Похоже, да.

– Оплачивает Бигенд?

– Ага, – ответила Холлис.

Где-то очень близко завизжали тормоза, сирена взмыла и замолкла.

– Вряд ли все совсем плохо.

– Вряд ли, – сказала Холлис. Хотя не была в этом уверена.

– Мы по тебе скучаем. Звони.

– Хорошо, Редж. Спасибо тебе. И Анжелине тоже.

– Ну, до свидания.

– Ладно, пока, – сказала она и повесила трубку.

Приближалась другая сирена – должно быть, «скорая помощь». Холлис решила не подходить к окну. Судя по звукам, авария была не очень страшная, но и на просто страшное смотреть не хотелось.

Она нащупала в темноте квадратный блок белой гостиничной бумаги с тиснением, взяла безупречно отточенный карандаш с логотипом отеля и записала большими печатными буквами: «БИГЕНД».

Надо будет погуглить.

8. Мороз по коже

Альберто пришлось объясняться с охраной «Virgin» по поводу шлема и лэптопа. Вежливые ребята в форме явно не прониклись идеей локативного искусства. И Холлис, положа руку на сердце, тоже.

Альберто хотел показать ей на Уондерленд-авеню свою композицию, посвященную Джиму Моррисону, но Холлис понимала, что это не для нее. Даже если Альберто сумел затушевать легендарную развязность «короля ящериц» и сделать упор, допустим, на клавишных партиях Рэя Манзарека – Холлис все равно не хотела писать о невидимом виртуальном монументе The Doors. Хотя, как несколько раз указывал Инчмейл, еще когда они были группой, Манзарек и Кригер творили чудеса и тем сводили на нет пьяные художества Джима.

Дыша вечерним выхлопным газом в укромном торговом комплексе на углу Кресент-Хайтс и Сансет, наблюдая, как Альберто Корралес доказывает ее, Холлис Генри, право посмотреть виртуальный сердечный приступ Скотта Фицджеральда, она вдруг ощутила некую отстраненность, краткий период покоя – возможно, из-за новой отличной стрижки, которую сделал ей в «Мондриане» обаятельный и одаренный молодой стилист.

Приступ Фицджеральда был не смертельным. Для статьи тоже было бы не смертельно, если бы Холлис не увидела композицию. Или почти не увидела, как и случилось на самом деле: она лишь мельком глянула, как мужчина в твидовом костюме и с пачкой «Честерфилда» в правой руке держится за грудь у хромированной стойки в стиле модерн. Пожалуй, «Честерфилд» был прорисован в чуть большем разрешении, чем остальное, хотя окружение тоже было сделано занятно, вплоть до непривычных силуэтов машин за окном, но тут охрана «Virgin», недовольная тем, что кто-то надел непонятную маску в отделе мировой музыки, положила конец «безобразию». Холлис быстро вернула Альберто шлем и вышла из магазина.

Одиль могла бы умаслить охранников, но у нее разыгралась астма, то ли от биомассы, поднятой в воздух ночным ураганом, то ли от критической массы разнообразной ароматерапевтической продукции в помещениях «Стандарта».

И все же Холлис чувствовала спокойствие – возможно, ту самую ясность, которую Джимми Карлайл, айовский басист «Ночного дозора», пока не ушел в свою героиновую долину, называл просветлением. В этом состоянии она осознала себя во времени и обстоятельствах и решила, что более или менее ими довольна – или по крайней мере была довольна неделю назад, покуда ей не позвонили из «Нода» и не сделали предложение, которое она не могла ни отклонить, ни по-настоящему понять.

Если «Нод», как описал его моложавый, но металлический голос Рауша, и впрямь научный журнал с культурным уклоном (научный журнал в прикольных штанах, назвала она про себя), следует ли отсюда, что ей, бывшей вокалистке «Ночного дозора» и малоизвестной журналистке, закажут за очень серьезные деньги статью о бредовом направлении в современном искусстве?

Нет, прозвучало в глубине ее краткого спокойствия. Не значит. А главная аномалия отчетливо проступила, когда Рауш приказным тоном потребовал встретиться с Бобби Чомбо и прощупать его на предмет неких «тенденций глобальных перевозок». Это, скорее всего, и было основное, а Одиль Ришар и остальные – только предлог.

И тут в потоке машин на Сансет она вдруг увидела барабанщицу из «Ночного дозора» Лору Хайд, по прозвищу Хайди, за рулем небольшого паркетного внедорожника, вроде немецкого (Холлис не особо разбиралась в автомобилях). Они не общались уже года три, но Холлис знала, что Хайди живет на Беверли-Хиллс и работает в Сенчури-Сити. Сейчас она, скорее всего, возвращалась домой после рабочего дня.

Подошел Альберто с лэптопом под мышкой и шлемом в другой руке и произнес зло:

– Фашистское мудачье.

Слова так не шли к его серьезному виду, что он на минуту представился ей персонажем мультика.

– Все хорошо, – заверила она. – Нет, правда. Я кое-что разглядела. Я видела. Получила общее впечатление.

Он странно заморгал. Неужто боролся со слезами?


От Кресент-Хайтс Альберто по просьбе Холлис отвез ее в закусочную «Hamburger Hamlet».

– Бобби Чомбо, – сказала она, когда они сели.

Альберто свел брови.

– Бобби Чомбо, – повторила Холлис.

Он мрачно кивнул:

– Помогает с моими композициями. Гений.

Холлис попыталась прочесть вычурные синие буквы у него на руках – и ничего не разобрала.

– Альберто, а что у тебя здесь написано?

– Ничего.

– Как ничего?

– Шрифт делал один художник из Токио. Он абстрагирует буквы до полной нечитаемости. Последовательность генерируется рандомно.

– Слушай, а что тебе известно про «Нод», журнал, для которого я пишу?

– Европейский? Новый?

– Ты давно знаком с Одиль?

– Нет.

– А раньше ты про нее слышал?

– Да. Она куратор.

– То есть она с тобой связалась и попросила дать мне интервью для «Нода»?

– Да.

Официант принес две «Короны». Холлис чокнулась с Альберто бутылкой и начала пить из горлышка. Альберто подумал и сделал то же самое.

– Почему ты спрашиваешь?

– Прежде я не писала для «Нода». Хочу разобраться, как они и что.

– А при чем здесь Бобби?

– Я пишу про твое искусство. Почему не поинтересоваться технической стороной?

Альберто явно было не по себе.

– Бобби… – начал он и запнулся. – Очень скрытный человек.

– Правда?

Альберто сник:

– Идея всегда моя, и я выстраиваю изображение, а Бобби привязывает его к конкретному месту. Даже в помещении. И еще устанавливает роутеры.

– Роутеры?

– На сегодняшний день каждая композиция требует отдельной беспроводной сети.

– И где роутер для Ривера?

– Не знаю. Тот, что для Ньютона, закопан в цветочную грядку. С Фицджеральдом гораздо сложнее. Он не всегда там.

– Значит, Бобби не станет со мной говорить?

– Думаю, он будет недоволен, что ты вообще о нем слышала. – Альберто нахмурился. – Кстати, от кого?

– От моего лондонского редактора из «Нода». Его зовут Филип Рауш. Он сказал, что ты наверное знаком с Бобби, а вот Одиль – вряд ли.

– Правильно.

– Уговоришь Бобби потолковать со мной, Альберто?

– Это не…

– Он, случаем, не фанат «Ночного дозора»? – Она внутренне поморщилась, выкладывая на стол эту карту.

Альберто прыснул – как будто под мощным корпусом забулькал углекислый газ – и расплылся в блаженной ухмылке, вспомнив, что перед ним звезда. Отхлебнул еще пива.

– Вообще-то, он правда вас слушает. На этой почве мы с ним поначалу и сошлись.

– Альберто, мне нравятся твои работы. Нравится то, что я видела. Буду рада увидеть еще. Твой Ривер Феникс – мое первое впечатление об этом искусстве, и очень сильное…

Собеседник выжидающе напрягся. Холлис продолжала:

– Но я никогда не писала таких статей. Мне нужна твоя помощь. Надо как-то освоиться в «Ноде», а редакция требует разговора с Бобби. Понятно, у тебя нет причин мне доверять…

– Я тебе доверяю, – осторожно проговорил Альберто. – Доверяю, просто… – Он поморщился. – Ты не знаешь Бобби.

– Расскажи. Расскажи про него.

Альберто указательным пальцем провел на белой скатерти линию. Потом другую, под прямым углом к первой.

– Координатная сетка GPS, – произнес он.

У Холлис по копчику побежали мурашки.

Художник подался вперед:

– Бобби расчертил свое жилье на квадраты. Внутри квадратов сетки, только меньше. Он видит мир в координатах GPS, как будто они везде. То есть они правда везде, но… – Альберто насупил брови. – Бобби не спит две ночи в одном квадрате. Вычеркивает их, никогда не ложится на прежний.

– Тебя это смущает? – Саму Холлис это смущало, но она не знала, каковы критерии странности у Альберто.

– Ну, Бобби… он и есть Бобби. Странный? Безусловно. Трудный человек.

Беседа явно катилась не по тем рельсам.

– И еще я хочу побольше узнать, как ты делаешь свои композиции, – сказала Холлис.

Фраза должна была подействовать безотказно. И действительно, Альберто тут же просветлел.

Прибыли заказанные гамбургеры. Художник глянул на свой, словно хотел отодвинуть его в сторону.

– Я начинаю с ощущения места, – сказал он. – События, места. Потом собираю материал. Ищу фотографии. Например, с Фицджеральдом: снимков события не было, записи пришлось собирать по крупицам. Но есть его фотографии приблизительно того же времени. По ним видно, как он одевался, какая стрижка. Прочие снимки. Плюс то, что удалось найти о Швабской точке, – уйма информации, это был самый знаменитый в Америке драгстор[8]8
  Драгстор – типично американское заведение, сочетающее аптеку и магазинчик товаров первой необходимости. Долгое время здесь также предусматривались стойки с газированной водой и небольшие закусочные. В 1940 г. американский писатель Ф. Скотт Фицджеральд заглянул в аптеку Шваба, чтобы купить пачку сигарет, и у него начался сердечный приступ. В 1986 г. аптеку Шваба закрыли; десятилетием позже на его месте появился музыкальный магазин «Virgin».


[Закрыть]
. Отчасти из-за того, что владелец Леон Шваб утверждал, будто Лану Тёрнер впервые заметили, когда она потягивала через трубочку колу именно там[9]9
  Лана Тёрнер (1921–1995) – американская кинозвезда. По легенде, шестнадцатилетнюю Лану пригласили сняться в кино, когда она пила кока-колу в закусочной, мимо которой проходил главный редактор газеты «Hollywood Reporter».


[Закрыть]
. Она, правда, отрицала все до последнего слова. Похоже, Шваб выдумал это для привлечения покупателей. Зато в журналах появилась куча снимков. В мельчайших подробностях.

– И ты обрабатываешь фотографии в… 3D? – Холлис не знала, как правильно сказать.

– Шутишь? Я все моделирую.

– Как?

– Строю виртуальные модели, натягиваю на них текстуры – их я либо сканирую, либо создаю сам, обычно для конкретной композиции. У каждой модели есть собственный виртуальный скелет, который можно разместить в окружении. Потом я с помощью цифрового освещения добавляю тени и блики. – Альберто изучающе прищурился, словно проверяя, слушает ли Холлис. – Это как лепить из глины. Сперва внутренняя структура: позвоночник, плечи, локти, пальцы. Примерно как создают героев для компьютерной игры. Потом я моделирую множество голов с немного разными выражениями лица и собираю их в одно.

– Зачем?

– Так правдоподобнее. Выражение не кажется искусственным. Раскрашиваю их и оборачиваю каждую модель текстурой. У меня их целая коллекция; некоторые сканированы с реальной кожи. Для Ривера, например, я никак не мог отыскать подходящий семпл. Потом взял скан кожи у одной совсем юной вьетнамки. И получилось. Знавшие Феникса сказали, очень похоже.

Холлис положила гамбургер.

– Надо же, сколько трудов. Я думала, все получается… само собой. С помощью… технологий.

Альберто кивнул:

– Ну да. Этого добра тоже достаточно. Мне остается самая, так сказать, архаичная часть работы. Расставить виртуальное освещение так, чтобы тени падали правильно. И потом создать особую атмосферу, чувство пространства… – Он пожал плечами. – Когда все готово, оригинал существует лишь на сервере, в одних только виртуальных измерениях: высота, длина, ширина. Иногда у меня такое чувство, что если сервер накроется и моя модель с ним, то созданное мной продолжит существовать, по крайней мере как математическая вероятность, и что мир, в котором мы живем… – Альберто нахмурился.

– Да?

– Функционирует по тем же законам. – Он снова пожал плечами и взялся за бургер.

«Жуть, – подумала Холлис. – Ну ты и псих».

Но ничего не сказала, только серьезно кивнула и тоже взяла бургер.

9. Холодная гражданская война

Его разбудил сигнал телефона: пришла эсэмэска. Тито нашарил в темноте сотовый и быстро прочел текст на волапюке. Алехандро ждал снаружи и просил его впустить. Глубокая ночь, десять минут третьего. Тито сел на постели, натянул свитер, носки, джинсы. Обулся и тщательно завязал шнурки: так требовал протокол.

На лестничной площадке было свежо, в лифте немного теплее. Спустившись в узкий, озаренный люминесцентными лампами вестибюль, Тито негромко стукнул в дверь подъезда. В ответ раздались три условных удара и еще один после паузы. Тито открыл. Вошел Алехандро, окутанный нимбом уличной стужи и запахом виски. Тито запер за ним дверь.

– Что, разбудил?

– Да, – ответил Тито и направился к лифту.

– Я тут был у Карлито, – сообщил Алехандро, входя вслед за ним в кабину.

Тито нажал кнопку, лифт закрылся.

– У нас с ним общие дела… – продолжал Алехандро. Имелось в виду: «не связанные с семейным бизнесом». – Так вот, я спросил насчет твоего старика.

– С какой стати? – Тито отпер квартиру.

– Да вот, показалось, что ты не принимаешь меня всерьез.

Они вступили в темноту. Тито включил маленькую лампу, соединенную с MIDI-клавиатурой, и спросил:

– Кофе сделать? Или чая?

– Zavarka?

– Пакетики.

Тито уже не готовил чай по-русски, но по привычке опускал бумажные мешочки в дешевый китайский chainik.

Алехандро пристроился в ногах матраца, подтянул колени к подбородку.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Поделиться ссылкой на выделенное