Геннадий Левицкий.

Великие князья литовские: Ягайло. Исторический роман-биография

(страница 6 из 27)

скачать книгу бесплатно

   Сегодня великий князь литовский вместе с Войдыллом направились к торгу. Вскоре они вышли к конечной цели путешествия – рыночной площади, расположенной в центре города, на скрещении улиц и дорог, ведущих из других городов. Ягайло любил ходить на всегда многолюдный и шумный торг. Как в бурное море, окунался он в эту разноязыкую толпу, разделившуюся на продающих и покупающих, но независимо от этого, одинаково громко кричащих. Горластые купцы наперебой расхваливали свои товары. Покупатели же изо всех сил старались найти в товарах изъяны, чтобы сбить цену.
   Продираясь меж толп своих подданных, заполонивших рыночную площадь, Ягайло пошел вдоль торговых рядов, рассматривая при этом товары. От их обилия даже у великого князя разбегались глаза. Поражали своей красотой и в то же время пугали огромной ценой редкие византийские амфоры. Вокруг них собралось множество народа, но покупали люди, как правило, скромные глиняные кувшины. Бусы из сердолика, сделанные на далеком Востоке, соседствовали с украшениями из янтаря, одинаково привлекая и сводя с ума виленских женщин от желания их иметь. Бойко расходятся гребни из самшита, который произрастал в лесах Кавказа. Аккуратными отрезами и целыми трубами лежали фландрские и английские сукна, голландские и вестфальские полотна. Здесь же можно купить готовый наряд на любой вкус. К покупателям, приобретавшим отрезы материй, нередко тут же подходили виленские портные, предлагая свои услуги.
   По запаху можно найти рыбные ряды. Здесь можно купить и привозную сельдь, и сушеную воблу, и просто свежую рыбу, еще вчера плававшую в многочисленных литовских озерах и реках. Заморское вино, пиво, крепкие меды манили к себе любителей основательно повеселиться. Рядом с сушеными грибами, черникой, орехами лежали малознакомые многим литвинам пряности: перец, имбирь, шафран.
   Быстро находили своих новых хозяев необходимые в быту изделия кузнецов: косы, серпы, безмены, замки, конские путы, ножи. Почтенные отцы семейств не могут оттянуть своих детей от лавки, где продаются погремушки в виде птичек, свистульки, яйца-писанки, украшенные поливным узором. Неизменным спросом пользуется соль, которая употребляется не только в пищу насущную, но и идет для засолки рыбы, применяется в кожевенном деле.
   Вовсю работала рыночная важница, где купцы взвешивали товары; постригальня, в которой приготавливались для продажи сукна и прочие материи. По краям площади раскинулось несколько крамниц и хлебных лавок. Неподалеку от торга расположились золотари, шорники, седляры, рукавичники, сыромятники, сапожники, гончары, меховщики, портные. Ягайло вспоминал, как в детстве они с Витовтом бегали сюда и подолгу, с интересом, наблюдали за работой ремесленников.
   Обойдя рынок, великий князь вновь потянулся туда, куда больше всего его влекло – в ряды, где продавалось оружие и боевые доспехи. Вот он остановился у прилавка с кинжалами и залюбовался французскими мизерикордиями.
   Хозяином товара был пожилой купец, однако, довольно крепкий на вид.
По покрою одежды он не походил на жителей Великого княжества Литовского. «Наверное, иноземец», – подумал Ягайло. Во взгляде торговца не было ничего заискивающе-просящего, что присуще многим литовским и русским купцам. Спокойный и уверенный в добротности своего товара, иноземец даже не пытался его расхваливать. Это было излишним: литовские бояре и прочие служивые люди наперебой расхватывали его оружие.
   Какая-то неведомая сила влекла Ягайлу к этому человеку, и он решился заговорить с ним:
   – Как торг, купец? – обратился Ягайло с традиционным в таких случаях вопросом.
   – Мой товар везде пользуется спросом, князь, – ответил купец.
   – Кто тебе сказал, что я князь?
   – Что ты князь, это видно по богатому наряду. Я знаю, что ты, кроме того, великий князь литовский.
   – Ну, это уж ни на моем наряде, ни на лбу у меня не написано.
   – Плох тот купец, если не знает господина земли, на которой торгует. Прими в дар от меня, великий князь, эту мизерикордию, – купец протянул Ягайлу клинок, на лезвии которого лениво отсвечивало весеннее солнце.
   – Вещь хорошая. И стоит дорого, – заметил Ягайло, принимая неожиданный подарок. – Не жалко расставаться, ничего за нее не получив?
   – Для тебя не жалко, князь, – ответил купец. – Только за сегодняшний день торговли в твоей столице я получил доход во много раз больше, чем стоит эта мизерикордия. Так что прими ее от чистого сердца.
   – Что ж, благодарю тебя, купец, – сказал Ягайло и, будучи не в силах сдержать свое любопытство, продолжил завязавшуюся беседу: – Все никак не пойму: из каких краев ты будешь, торговый человек? Одежда и товар у тебя иноземные, а говоришь так, как будто родился в Вильно.
   – Ты не ошибся, князь, я иноземец, но много лет торгую в здешних краях. Кроме родного языка, я понимаю речь пяти народов.
   – Какой же твой родной язык?
   – Немецкий. Я родом из города Висмара, который входит в торговый союз городов, именуемый Ганзой.
   – Я слышал немного о таком государстве, – задумчиво произнес Ягайло. – Но буду рад, если о нем расскажешь ты.
   – У нас в Германии нет великих князей, подобных тебе, нет огромных княжеств, подобных твоему. Зато каждый князек, владеющий городом или просто замком, считает себя независимым государем и беспрестанно воюет с соседями, чтобы отобрать у них деревеньку в несколько домов или угнать крестьян. Больше всего от таких государей доставалось купцам. При переезде границ многочисленных княжеств они должны платить подать каждому господину земли. Чтобы проехать с севера Германии на юг, купец был вынужден отдавать в счет уплаты различных пошлин почти весь свой товар. Но это еще полбеды. Каждый князь считал для себя особой доблестью ограбить купца до нитки, а иногда и убить, дабы скрыть преступление.
   Вот тогда, чтобы оградить себя от притеснений вельмож и беззастенчивого грабежа, купцы Северной Германии решили объединиться в союз. К середине нынешнего столетия этот союз, именуемый Ганзой, охватил почти все германские города, расположенные на берегах Бельта [7 - Бельт – Балтийское море.] и Северного моря, и ряд других, связанных речными путями с побережьем. Главными городами нашего союза стали Штральзунд, Росток, Висмар, Любек, Гамбург, Бремен. Торговые конторы Ганзы есть в Новгороде, Ковно, Бергене, Стокгольме, Брюгге, Лондоне и многих других городах. Через русские княжества мы ведем торговлю со странами далекого Востока.
   Государством наш союз назвать трудно. Каждый город, состоящий членом Ганзы, ведет свои дела самостоятельно. У союза нет ни общего правителя, ни общей казны, ни общего флота. Главная цель его состоит в том, чтобы совместными усилиями добиваться для своих членов привилегий в районах немецкой торговли.
   – Как же Ганза защищается от посягательств соседей? – спросил Ягайло, явно заинтересовавшийся странным государством.
   – Как и все другие народы – воюем. В 1367 году король Дании Вальдемар IV захватил остров Готланд с городом Висбю. Тогда Ганза в союзе со Швецией и герцогом Макленбургским начала войну с Данией. Три года тянулась тяжелая война, но мы одержали победу. По миру, заключенному в 1370 году Ганзой и Данией в городе Штральзунде, наш союз добился снижения таможенных пошлин и получил четыре крепости в Сконе. Более того, датский король теперь не имеет права короноваться без согласия Ганзы.
   – А князья есть в вашем государстве? Что они делают?
   – Есть у нас и князья, и рыцари. Они воюют за наши интересы, а мы, купцы, платим им за это деньги, – ответил ганзейский купец.
   – Да, – подумал вслух Ягайло, – интересное государство. Князья у них служат купцам, а купцы правят государством, да еще в придачу назначают короля в соседнем.
   Лицо великого князя литовского застыло в задумчивости, но через некоторое время его мысли вернулись к немецкому купцу, и он задал очередной вопрос:
   – Как долго ты будешь торговать в Вильно? Куда потом лежит твой путь?
   – В твоей столице я пробуду еще дней десять, к этому времени дороги должны просохнуть. Затем, присоединившись к купцам из других ганзейских городов, отправлюсь торговать в Золотую Орду.
   – И до Золотой Орды добралась ваша Ганза? – удивленно промолвил Ягайло.
   Упоминание об этом государстве пробудило новый его интерес. Великий князь разобрался с собственными мятежными подданными и теперь присматривался к соседям своих необъятных владений.
   – В Золотой Орде мы частые гости. Правда, в основном торг ведем только в ее столице – Сарай Берке. В этом городе я был пять раз.
   – И когда ты вернешься обратно? – спросил Ягайло, рассеянно пропустив мимо ушей ответ купца.
   – Не скоро, князь. Когда листва, которая еще не распустилась на деревьях, уже начнет опадать.
   – Да, действительно не скоро. Что ж, как говорится – торопись медленно, – о чем-то своем продолжал думать Ягайло. – А кто теперь ханом в Орде? – неожиданно спросил он.
   – Этого я не знаю, великий князь. Улус Джучи переживает сейчас трудные времена. Ханы в Сарай Берке меняются, иногда не процарствовав и года. Чтобы завладеть ханским троном, сын убивает отца, брат брата. Но за всеми этими ханами стоит крымский эмир Мамай, который и правит страною в то время, как потомки Чингисхана выясняют родственные отношения с помощью отравленной стрелы или шелкового шнурка.
   – Не мог бы ты выполнить маленькую просьбу, купец?
   – Для тебя сделаю все, что в силах ничтожного немецкого купца.
   – Сможешь ли ты передать мое послание этому самому Мамаю?
   – Отчего же, смогу. Великий эмир покровительствует иноземным купцам. Он часто принимает оных у себя и подолгу ведет с ними беседы. Но моя жизнь повиснет на волоске, князь, если твое послание окажется черной вестью.
   – Об этом не беспокойся. Я думаю, Мамай останется доволен свитком пергамента, который принесешь ему ты. Если согласен выполнить мое поручение, то приходи завтра утром в Верхний замок. Заодно рассчитаюсь с тобой за мизерикордию.
   – Хорошо, великий князь, завтра утром я буду в Верхнем замке, – ответил купец все тем же ровным и спокойным голосом.
   Попрощавшись с купцом и пожелав ему удачного торга, Ягайло с Войдыллом направились к выходу с торговой площади.
   – Что ты думаешь о нашем разговоре с купцом? – спросил Ягайло спутника.
   – Ты, князь, стал настоящим господарем. Ольгерд не ошибся в выборе преемника. Москва приютила Андрея Полоцкого, она берет под защиту всех бояр и князей, у нас нашкодивших. Следует ей отомстить, а лучшего союзника, чем Золотая Орда, тебе не найти. Она тоже недовольна Русью, которая присылает ханам с каждым годом все меньше и меньше дани. Еще отец твой искал союза с Ордой, чтобы разгромить Москву, но у него так ничего и не вышло.
   – Ну что ж, Войдылло, – подвел итог великий князь, – пойдем в замок и хорошенько подумаем, что написать этому всемогущему Мамаю.


   Лето 1378 года прошло для Ягайлы незаметно, в заботах о своем княжестве и думах о том, как не только сохранить полученное от отца наследство, но и преумножить его. Лишь изредка молодой князь позволял себе развлечься охотой в бескрайних литовских лесах и пущах. Он не был страстным охотником, как его брат, Андрей Полоцкий, но так как охота считалась непременным атрибутом титула князя, то и Ягайло был вынужден соблюдать эти неизвестно кем и когда установленные традиции.
   Наступила тем временем вторая осень его правления. Однажды, сидя у окна, Ягайло заметил, как по дороге, ведущей к Верхнему замку, с трудом преодолевая непривычный крутой подъем, движутся два всадника. Несколько поодаль тащилась повозка с привязанной сзади лошадью. Двое слуг помогали бедным лошадям подняться в гору, на вершине которой расположился величественный, гордый и неприступный Верхний замок.
   Ягайло внимательнее присмотрелся к приближающимся гостям и вдруг радостно стукнул себя ладонью по затылку. Он позволил себе этот далеко не княжеский жест, когда узнал одного из путников: «Это же купец, который повез мою грамоту в Золотую Орду!» Действительно, вернулся из дальних странствий наш старый знакомый ганзейский торговец.
   Ягайло перевел взгляд на второго всадника и принялся с интересом его рассматривать. А любопытство спутник купца вызывал немалое не только у великого князя. На нем был надет яркий халат, из-под распахиваемой ветром полы которого были видны широкие шаровары, такие же необычные для Литвы, как и халат. Смуглое, с желтоватым отливом лицо и узкие глаза как бы дополняли невиданный наряд. «Что за странное привидение? – Ягайло не мог оторвать взгляда от спутника ганзейского купца. – Интересно, кого ко мне тащит немец?»
   Гости приблизились к замковым вратам, и Ягайло наконец покинул свой пост у окна – нужно было готовиться к встрече гостей. Он вышел из комнаты и громко крикнул:
   – Войдылло!
   Одна из дверей почти сразу же распахнулась, и в коридоре показался тот, кого звал князь.
   – Войдылло, – обратился Ягайло к вышедшему фавориту, – сейчас к замку приближается немецкий купец с каким-то странным человеком. Купца немедленно проводи ко мне, а его спутника со слугами размести в комнате для гостей.
   Спустя некоторое время в дверь комнаты Ягайлы вежливо постучали.
   – Входи, дорогой друг, – с широкой улыбкой встретил князь немца и сразу же забросал его вопросами: – Как съездил? Благополучен ли был путь? Выгодно ли продал товар?
   – Благодаренье богу, светлый князь, поездка прошла успешно. Товар свой продал выгодно, а на вырученные деньги привез много редкостных вещей Востока, за которые надеюсь получить хорошие деньги.
   – Не беспокоили тебя в пути лихие и разбойные люди?
   – Бог миловал, князь. О моей безопасности на обратном пути позаботился сам великий татарский эмир Мамай. Для защиты меня и моих товаров он отправил десятка три свирепых всадников, а также выдал охранную грамоту.
   С последними словами купец достал из кармана и развернул перед князем длинный и узкий лист пергамента. Вверху его пестрели какие-то непонятные знаки, а от половины русский текст гласил:

   Предвечного бога силою
   великого хана благоденствием
   указ наш.
   Предписывается
   хакимам и дарагам
   и охранителям путей и перегонов,
   приходящим и уходящим и прочим
   то, что, прибытие его
   дорогим и ценным считая,
   по обычаю
   уважение и предупредительность ему
   уместные оказывая,
   через участки пути и дороги,
   которые опасными являются,
   невредимо его проводя,
   неудобств и препятствий ему
   не причинять,
   животных его, людей и товар
   в качестве улага не захватывать,
   сборщикам тамги
   по поводу торгового налога
   притеснений не производить,
   попечение в делах его
   обязательным считать,
   непременным признавать.

   – Так, значит, Мамай хорошо тебя принял? – то ли спросил, то ли подвел итог Ягайло. – Ну, а ответное послание он мне не передавал?
   – Эмир вместе со мной прислал человека. Прикажи позвать его, и ты узнаешь все, что передал Мамай.
   – Э нет, подожди, купец. Прежде чем принять посла Мамая, я хочу побеседовать с тобой о том, что ты слышал, видел в Золотой Орде, каково ее положение. Понимаешь, купец, я боюсь, как бы не проторговаться.
   – Положение Орды неважное, князь. Ханы дерутся между собой, эмиры отдельных областей хотят отделиться от Золотой Орды. Народы, покоренные Чингисханом и Батыем, отказываются платить дань или дают ее в меньших размерах. Вдобавок ко всему, военачальник Мамая Бегич 11 августа сего года потерпел сокрушительное поражение на реке Воже от войск Дмитрия Ивановича московского. Кстати, в этой битве участвовал и твой брат – Андрей Ольгердович.
   – Старательно служит братец новому господину, – процедил сквозь зубы Ягайло. – Расскажи мне, купец, все, что знаешь об этой битве.
   – С каждым годом слабеет власть Орды над русскими землями, а в ответ на грабительские набеги золотоордынцев русичи совершают походы на их территорию. Так, зимою 1377 года воевода московского князя Дмитрий Волынский-Боброк отправился в поход на Булгар, где разбил войско мамаевых эмиров Асана и Мухаммед Султана. Мамай понял, что если он не разгромит непокорную Русь, то навсегда потеряет власть над ней. И вот он, дабы наказать мятежный улус, посылает против Дмитрия Ивановича своего лучшего военачальника мурзу Бегича во главе пяти туменов.
   – Тумен – это что такое? – спросил Ягайло.
   – Так называется часть войска, состоящая из десяти тысяч воинов, – пояснил купец и продолжил свой рассказ: – Едва Дмитрий Иванович узнал о продвижении рати Бегича, наспех собрал войско и двинулся ему навстречу. Почти одновременно подошли к Воже полки московского князя и тумены Бегича. Подошли и остановились по разные стороны реки, не решаясь напасть друг на друга. Стояние это продолжалось несколько дней, а затем русские полки развернулись и принялись неторопливо отступать от реки.
   Увидев, что противник отходит, Бегич отдал приказ своим темникам переправиться через реку и напасть на бегущего врага. Однако едва первые два тумена переправились на другой берег Вожи, как русские полки прекратили отступление и в мгновенье ока построились в боевые порядки. Такой оборот дела очень не понравился многоопытному Бегичу. На миг он заколебался: не повернуть ли переправившиеся тумены назад? Но было уже поздно. Русские, несомненно, напали бы на отступающие тумены и уничтожили их. После недолгих колебаний татарский военачальник бросил навстречу русским остальные войска.
   Вот они со стремительной быстротой переправляются через Вожу и тут же разбираются на десятки, сотни, тысячи… Русские же терпеливо ждут, пока противник построится. Наконец тумены построились для атаки и стоят в ожидании приказа Бегича. А старый татарский военачальник занят осмотром русских порядков. То, что он увидел, потрясло и испугало Бегича. Он понял, что излюбленный со времен Чингисхана фланговый обхват противника не удастся. С одной стороны русские полки прикрывала река, с другой – густой лес. Возможен был лишь лобовой удар, но навстречу рати Бегича стоял непоколебимый строй пеших воинов. Закованный в железо, закрытый длинными щитами и ощетинившийся копьями, этот строй был не поражаем для татарских стрел и недосягаем для легкой конницы. «Это конец», – сказал старый татарский военачальник, правда, его подчиненные не поняли роковой смысл двух слов и отнесли их на счет русских. Лишь один Бегич видел всю безвыходность положения.
   Единственным спасением было разломить живую железную стену русичей. И Бегич решился на этот шаг, бросив на прорыв лучшие войска. Однако всадники, еще не приблизившись на полет стрелы, сотнями полегли под ударами тяжелых стрел, выпущенных из арбалетов, или самострелов, как их называли на Руси. Те смельчаки, которые прорвались к русскому строю, пали вместе с лошадьми, пронзенные копьями, так и не причинив ни малейшего вреда русским. Первая атака захлебнулась, вторую лавину воинов повел сам разъяренный Бегич.
   Их постигла та же участь. Затем русские, все тем же сомкнутым строем, перешли в наступление и сбросили татар в реку. Жалкие остатки их спаслись бегством, на поле боя остался лежать Бегич и все пять темников. В руки Дмитрия Ивановича попал татарский лагерь вместе с обозом.
   – А каковы потери русских? – спросил Ягайло.
   – Очень малые. Я слышал имена двух знатных воинов в числе павших. Это белоозерский князь Дмитрий Монастырев и рязанский боярин Назар Кучков.
   – Ты рассказал весь ход битвы так, как будто сам участвовал в ней.
   – Битва меня заинтересовала, я беседовал со многими ее участниками и поэтому так хорошо осведомлен. Из этого сражения можно сделать вывод, что Дмитрий Иванович московский – достойный противник и отменный полководец. Тем более многие утверждают, что русских на Воже было гораздо меньше татар.
   – Ну что ж, купец, благодарю за услуги, оказанные мне. Я их никогда не забуду и постараюсь отплатить тем же. Отныне ты будешь беспошлинно торговать во всех городах Великого княжества Литовского и получишь грамоту вроде той, что дал тебе Мамай. Вот теперь можно побеседовать с татарским послом.
   – Благодарю, князь, за доброту твою, – поклонился немец. – Я рад, что оказался тебе полезным.
   – Войдылло! – позвал князь и, когда тот явился, приказал: – Проводишь дорогого гостя в трапезную, а ко мне доставишь его смуглолицего спутника.

   Спустя некоторое время, шаркая пестрыми сафьяновыми сапогами, в комнату вошел татарский посол. Поклонившись князю, он тут же начал свою речь.
   – Великий эмир Золотой Орды Мамай шлет тебе, своему брату, приветствия и желает счастливо царствовать тысячу лет. Позволь моим слугам внести дары высокочтимого эмира.
   Ягайло утвердительно кивнул головой, и татарин два раза хлопнул ладонями. Дверь распахнулась, и четверо слуг внесли серебряные подносы, на которых лежали золотые перстни, жемчуг, дамасский меч, тончайшие, прозрачные шелковые ткани и прочие дары. Поставив все это на ковер, слуги удалились.
   – Хорошие вещи, – произнес Ягайло. – Поблагодари от меня эмира.
   – Это еще не все. Главный подарок ожидает тебя во дворе. Будь добр, подойди к окну, князь.
   Ягайло выполнил просьбу посла и прильнул к оконному стеклу. Там, во дворе, нетерпеливо перебирая ногами и грызя удила, стоял резвый пятнистый жеребец. Конюх, ожидая приказаний, держал его за поводья с золотыми бляшками. Конь был действительно хорош.
   – На какой же земле вырастили такого красавца? – спросил восхищенный Ягайло.
   – Путь этого коня был долог. Он родился в песках далекой Аравии и в числе прочих прислан нашему повелителю египетским султаном, – ответил посол и тут же добавил: – На этом коне, князь, никто не сможет тебя догнать.
   – Я не заяц, чтобы от кого-то бегать.
   – В таком случае на этом коне ты настигнешь всех своих врагов, – поправился посол.
   – Что ж, благодарю тебя и за коня, – сказал Ягайло. – Мы уже довольно долго беседуем, а ты, посол, так и не назвал своего имени.
   – Меня зовут Джувейни, – исправил ошибку посол. – Я рад, что тебе, князь, понравились дары.
   – А теперь, Джувейни, перейдем к главному. Ведь ты приехал не только за тем, чтобы вручить мне чудесные восточные вещи.
   – Ты прав, князь, – согласился посол, – великий эмир, желая иметь в твоем лице союзника, передает свои предложения. Ты, наверно, знаешь о нашем поражении на Воже. (Ягайло утвердительно кивнул головой.) Так вот, эмир уверен, что такая же участь ждет и тебя. Москва с каждым годом становится сильнее, расширяя свою территорию за счет слабых соседей. И если мы не объединимся, она поглотит и твое княжество, и Золотую Орду.
   – Что предлагает твой эмир?
   – Объединить войска Золотой Орды и Великого княжества Литовского и вместе ударить по Москве. На нашей стороне выступит один русский князь, возможно, присоединятся и другие.
   – Кто же он? – заинтересовался Ягайло.
   – Его имя ты узнаешь, лишь когда дашь свое согласие.
   – Что я буду иметь от нашего совместного похода в случае победы? – задал Ягайло вопрос, который больше всего волновал.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Поделиться ссылкой на выделенное