Евгений Сухов.

Тюрьмой Варяга не сломить

(страница 6 из 28)

скачать книгу бесплатно

Глава 11
Привет из прошлого

Фрэнки Галлахер сразу понял, что этот высокий, чуть сутуловатый старик в недорогом плаще и есть тот, кто звонил ему полтора часа назад. Старик увидел его первым и сразу подошел, точно они были давно знакомы. Без всяких приветствий он спокойно сказал:

– А знаете, я хочу передать вам привет от вашей русской приятельницы… Валентины. Помните такую? Вы тогда, кажется, служили в посольской охране.

Даже удар электрическим током не смог бы подействовать на опытного Фрэнки более устрашающе, чем имя этой русской подруги. Теперь он не сомневался в том, что встреча со стариком была очень тонкой комбинацией российских разведслужб.


…История с Валентиной случилась двадцать лет назад, когда Фрэнки в звании младшего офицера проходил службу в морской пехоте. Тогда он был молод, честолюбив, очень уверен в себе и считал, что женщины существуют исключительно для того, чтобы завоевывать их. Сам Фрэнки Галлахер числился женихом в доброй дюжине весьма приличных семей, а во время коротких отпусков не пропускал ни одного публичного дома в иностранных портах, где его тоже принимали за своего парня.

Совсем неожиданно он был откомандирован в Москву охранять американское посольство и заодно выполнять обязанности агента разведки. Неожиданный перевод Фрэнки воспринял как очередную улыбку фортуны и с рвением продолжал службу уже в новом качестве. Приятно было то, что свободного времени у него было теперь побольше, и он использовал его не для того, чтобы насладиться красотой памятников русской архитектуры, а чтобы увеличить число любовных побед, но теперь уже над московскими красавицами.

И все-таки Фрэнки влюбился.

Он никогда не думал, что страсть может быть такой пожирающей. Увидев Валентину – русскую машинистку из отдела информации, – он понял, что пропал.

Валентина была выпускницей филологического факультета Московского университета, бегло гoворила по-английски, была потрясающей в постели и к тому же оказалась неплохим учителем по русскому языку, так что через полгода общения с ней Фрэнки сносно разговаривал по-русски. Возможно, именно это обстоятельство, то есть безупречное знание русского, сыграло в его судьбе определяющую роль, когда его решили перевести в Европейское управление ФБР. Так что, можно сказать, благодаря именно Валентине он делал карьеру эксперта по «русской мафии».

Но он совсем не мог предположить, что через двадцать лет получит «привет» от Валентины в столь неожиданных обстоятельствах от какого-то незнакомого благообразного старика.

Фрэнки, натужно улыбнувшись, ответил:

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

– Напрасно, – твердо отвечал старик. – Вот взгляните на эти фотографии, – и он сунул оторопевшему Фрэнки увесистый пакет.

Помедлив, Фрэнки вытащил одну фотографию, затем другую. Боже мой! Оказывается, русская контрразведка следила за каждым его шагом, даже в квартире на… как его… Кутузовском, где он проводил сладкие минуты в обществе Валентины.

– Вы знаете, кто я? – спросил Фрэнки, нехотя отдавая пакет старику.

– Что за вопрос? Разумеется, – старик осторожно взял пакет из рук Фрэнки, – иначе наш разговор с вами был бы беспредметен.

– А вы не боитесь, что я могу вас…

– Мистер Галлахер, я перестал бояться уже лет двадцать, как только мне перевалило за шестьдесят, – мягко улыбнулся старик. – Я хорошо и долго пожил на этом свете.

И потом, если вы арестуете меня, то это может очень сильно повредить вашей карьере. Хочу вас заверить, что это сугубо частный разговор, который останется между нами. Вам вообще не стоит ничего опасаться, я не работаю ни на какую разведку.

– Кто же вы тогда?

– В Америку я прибыл по одному делу, в котором вы мне могли бы оказать неоценимую помощь.

– Чего вы от меня хотите?

– Давайте отойдем немного в сторону, вот к той скамеечке. Я старый человек, и мне хотелось бы присесть… Ох, как замечательно, ох, славно. Находился, понимаете ли, за день, устал, – усаживаясь на скамейку, старик вытянул длинные ноги. – Скажу вам, мистер Галлахер, нужно прожить долгую жизнь, чтобы вот так наслаждаться покоем.

– Итак… что вы от меня хотите, мистер Нес…

– Меня зовут Егор Сергеевич, – беззаботно и совсем не желая замечать раздраженного тона Фрэнки подсказал собеседнику русский гость. – Три дня назад я купил в Москве ботинки, и, представляете, какая неудача? Они оказались тесноватыми! Вы не будете возражать, если я развяжу шнурки? Нет, в моем возрасте не стоит гоняться за модой, а нужно, чтобы одежда и обувь были в первую очередь максимально удобными… А ведь я с вами знаком давно… заочно. Я знаю, что когда вы закончили юридический колледж, вам пророчили блестящее будущее. Очень обидно, что начальство всегда не замечает лучших, а опирается исключительно на выскочек. Вы сумели перекрыть канал, по которому китайцы доставляли наркотики в Калифорнию. А потом вы доказали, что умеете видеть перспективу и обладаете аналитическим складом ума. Вы составили интересный доклад, где предсказали, что в китайской мафии начнется борьба за власть, что значительно усилится роль японской мафии и она начнет перехватывать инициативу у итальянской мафии по экспорту оружия. Полностью оправдалось и ваше опасение, что на первые роли в Америке выйдет российская организованная преступность. И что она сумеет потеснить даже сицилийских донов. В вашем докладе очень точно было замечено, что русская мафия начнет с того, что будет доставлять из России девушек в стриптиз-бары, а потом переориентируется на наркотики, энергоресурсы и экспорт оружия. Чтобы все это предвидеть и учесть множество тонких моментов, нужно действительно иметь очень светлую голову…

Фрэнки сел рядом – разговор предстоял серьезный. Старик словно читал его личное дело, хранящееся в Вашингтоне, в сейфе отдела кадров ФБР под грифом «строго секретно».

– Откуда вам все это известно? – шепотом спросил Фрэнки Галлахер.

– Давайте договоримся, мой друг, не задавать вопросов, на которые нет ответа. Скажу вам только: у меня много преданных друзей. Вот, например, Майкл… – Старик сделал паузу, наблюдая за тем, какое действие возымела на собеседника последняя информация – Фрэнки сглотнул подступивший спазм. – Итак, что мне нужно от вас? Совсем немного. Я думаю, вы знаете русского бизнесмена Владислава Игнатова?

– Ах вот вы о чем? Разумеется!

– Так вот. Я бы посоветовал вам беречь здоровье и жизнь мистера Игнатова как зеницу ока. Я надеюсь, у него в тюрьме нет неприятелей? Камера со всеми удобствами? Кормят хорошо? Обслуживание на уровне?

Сначала Фрэнки Галлахер подумал, что старик насмехается над ним, но, внимательно всмотревшись, увидел в его глубоко запавших холодных глазах скрытую угрозу. Ему стало не по себе. Если не сказать, что умудренного опытом Фрэнки Галлахера охватил животный страх.

– Вы хотите добиться его освобождения под залог? – спросил он дрогнувшим голосом.

Старик усмехнулся.

– Я хочу добиться его выхода из тюрьмы за отсутствием состава преступления. Вам знаком такой юридический термин? Мистер Игнатов ведь ни в чем не виноват. Правда?!

Фрэнки Галлахер пожал плечами.

– Но это же невозможно. Во всяком случае, лично я не имею полномочий отдать такое распоряжение.

Старик недовольно поднял руку.

– Вам придется потрудиться. А сейчас от вас требуется лишь одно – обеспечить мистеру Игнатову личную безопасность и нормальные условия пребывания в тюрьме на те несколько десятков часов, которые ему осталось там провести. Вам это по силам, я знаю. А в знак моего доверия к вам я, пожалуй, отдам вам этот пакет. Чтобы вы могли вспомнить романтические приключения двадцатилетней давности!

У Фрэнки Галлахера нестерпимо заломило в висках. Кровь прилила к лицу.

– Мне бы потом хотелось получить негативы этих пленок.

– Обязательно. Вы их получите после освобождения Владислава Игнатова.

– Каким образом я могу освободить его? Может, вы мне подскажете? – с иронией сказал Фрэнки.

Фрэнки невольно улыбнулся, вспомнив о том, как в заснеженной Москве трое коротко стриженных парней, угрожая ножом, сняли с него куртку. Если бы нечто подобное случилось с ним в Сан-Франциско, так он по тревоге поднял бы половину города, а в русской столице столь маленькое происшествие вызвало у блюстителей закона легкое сочувствие и пожелание не бродить в одиночестве по ночным улицам.

Пожалуй, старик будет покрепче тех русских молодцов.

– С удовольствием… Вы должны прессе дать полную информацию о происшествии. И как только они поднимут шум, вы должны будете убедить свое начальство как можно быстрее избавиться от этого русского. Такой поступок во всех отношениях будет хорошим. Вы докажете всему обществу, что не намерены терпеть бесчинства иностранцев, и пусть они отправляются туда, откуда прибыли. И, во-вторых, своими действиями очень поможете нам. Уверяю вас, в глазах всех вы будете выглядеть героем!

– Но таким образом я подставлю начальника тюрьмы. А если поднимется шум в прессе, то он не пожелает расхлебывать всю эту кашу в одиночестве и потянет за собой и меня.

– Что я могу вам здесь посоветовать… Если он бабник, то предложите ему красивую женщину. Если ему нужны деньги… этот вопрос тоже решаем. Если у вас имеется на него какой-то компрометирующий материал, то сейчас самое время, чтобы ткнуть ему в нос эти факты. Для меня сейчас самое главное, чтобы мой человек в ближайшее время выехал в Россию.

– Можно мне вам задать еще несколько вопросов?

Старик кивнул:

– Я вас слушаю.

– Валентина работала в КГБ? Все-таки вы тоже оттуда?

Нестеренко внимательно посмотрел на американца. Он, конечно, мог бы ему рассказать, что в России существуют организации не менее мощные, но гораздо более законспирированные, чем КГБ, ФСБ и так далее.

Нестеренко мог бы также рассказать Фрэнки, что кроме него у Валентины в тот год было еще четыре клиента, перед которыми она так же лихо оголяла сиськи: начальник владимирской тюрьмы, два генерала из управления МВД и пожилой полковник из госбезопасности. Молоденький американский лейтенант был для нее всего лишь одним из многих. Однако Валентина обладала удивительным даром, который свойственен только очень тонким и чувствительным натурам: оставаясь с мужчиной наедине, она была способна внушить ему, что он ее единственный избранник. Возможно, в эти минуты она и сама верила в созданный ею миф.

«Да, – подумал Егор Сергеевич, – в Валентине скрывалась актриса потрясающего дарования…»

– Она не работала на КГБ, – спокойным голосом произнес Нестеренко. – И я тем более не оттуда.

Он увидел, что этот короткий ответ вполне устроил мистера Галлахера. Лицо американца просветлело, озарившись надеждой и решимостью сделать все, о чем его попросил этот опасный старец.

Глава 12
Медвежья охота

Фрэнки Галлахер попал в переплет. Старик русский взял его за горло – отказать ему было невозможно. Потому что если бы даже сейчас, через двадцать лет, в Вашингтоне узнали о его московских похождениях, ему – конец! Мало того, что он вылетел бы из ФБР, так его могли еще начать «разматывать» по линии Министерства обороны и ЦРУ и копать, копать – выведывая, не сболтнул ли он тогда лишнего, не взяли ли его под свое крыло оборотистые кагэбэшники и не была ли его мимолетная связь с русской красоткой тонкой операцией вербовки.

Но и вытащить Игнатова из петли сейчас тоже было совершенно невозможно: приказ на уничтожение был отдан давно, еще неделю назад, маховик, как обычно, раскрутился, и остановить его теперь уже не мог никто. Даже адвокат Игнатова успел все просечь и куда-то смылся.

Во всяком случае, то, что он, Фрэнки Галлахер, не сможет остановить машину уничтожения, так это уж точно. За последнюю неделю делом Игнатова занялся окружной прокурор Джуди Хант – дотошный, въедливый, педантичный человек, да к тому же и упрямый борец с «русской мафией». Он готов был годы потратить на то, чтобы нарыть на Владислава Игнатова обвинительный материал и засадить русского лет на восемьдесят. Вот только умник Хант не ведал, что Игнатову не суждено было дожить даже до предварительного слушания в окружном суде.

Что же это за фрукт такой, мистер Игнатов?

Фрэнки знал, что русского арестовали чуть ли не на месте преступления: был убит босс калифорнийской мафии дон Монтессори. Игнатова также взяли по подозрению в убийстве старого итальянца Барбарелли. Русского посадили в блок предварительного заключения без права выхода под залог. Об этом рассказал и Ховански, который регулярно докладывал ему о всех вновь поступивших заключенных, не подозревая, что очень часто они направлялись к нему в тюрьму с ведома Фрэнки. Потом к делу Игнатова подключили окружного прокурора Джуди Ханта. И это означало только одно: Дядя Сэм намеревался устроить показательный суд и упрятать русского за решетку до седых волос.

Джуди Хант был знаменит тем, что почти все его обвинительные заключения – а за многие годы практики у него их набралось больше трех сотен – были поддержаны в судах, обвиняемые получали по полной программе. И вдруг из штаб-квартиры ФБР пришла шифровка, состоящая только из двух слов: «Медвежья охота». Это был смертный приговор Игнатову (русские клиенты в секретном шифре ФБР проходили как «медведи»). Непонятно только, кому понадобилось убрать русского прямо в тюрьме? Ведь участие в деле прокурора Джуди Ханта служило гарантией того, что Игнатову дадут не меньше полусотни лет. Выходит, в Вашингтоне разыгрывалась какая-то очень сложная многоходовая партия и ставкой в ней была жизнь таинственного русского бизнесмена. Во всяком случае, ясно одно: его приятель Майкл играл явно не на стороне тех, кто хотел убрать Игнатова.

Итак, что же теперь делать? Надо каким-то образом дать отбой Стиву и отменить казнь русского. Фрэнки уже потянулся было к телефону, как раздалась трель переговорника. Он нажал клавишу:

– Да, Мэри?

– Вас спрашивает Майкл из Вашингтона. Будете говорить?

О боже! Она еще спрашивает! Конечно буду! Только этого разговора и жду. Взяв себя в руки, Фрэнки наигранно спокойно ответил секретарше:

– Соедините.

Это было спасение. Майкл должен помочь! Фрэнки схватил телефонную трубку.

– Хелло, Майкл! Как погода в Вашингтоне?

– Здравствуй, Фрэнки! – голос Майкла был строг. – Скажи мне лучше: как там обстоят дела с твоим подопечным? С ним все в порядке?

Фрэнки не понял вопроса. Теперь он уже вообще ничего не понимал. О чем спрашивает Майкл? «В порядке» – в смысле, жив или убит? Но отвечать надо было одновременно четко и туманно, так как Фрэнки не знал наверняка, не прослушивается ли его линия.

– Насколько я знаю, он пока в добром здравии, – ответил Фрэнки и порадовался за свою сообразительность. – Майкл, ты можешь перезвонить мне по известному тебе телефону минут через десять? Это срочно.

– Xopoшо! – коротко бросил Майкл. Фрэнки Галлахер вышел в приемную и, стараясь говорить спокойным безразличным тоном, сообщил секретарше: – Мэри, я выйду на угол куплю сигарет. Если кто будет звонить, скажи, что я вернусь через полчаса.

Он спустился на лифте в вестибюль и вышел на улицу. Холодный ветер с залива резко дохнул ему в лицо. Конец декабря в Сан-Франциско в этом году был необычайно суровым. Холода обещали продержаться до Нового года. Фрэнки поежился и поднял воротник пальто. Быстрым шагом он дошел до телефонных будок на углу и вошел во вторую справа. Это был его «связной» телефон-автомат, куда ему звонили секретные агенты, платные осведомители и – Майкл. Он постоял несколько минут, напряженно оглядывая никелированные бока телефона. В начищенном до блеска металле отражалось его лицо. Наконец раздалась переливчатая трель звонка. Чуть дрожащей рукой он снял трубку.

Это был Майкл.

– Ну что там у тебя стряслось? Гостя встретил? – Голос теперь звучал насмешливо.

– Да, – ответил Фрэнки и похолодел: Майкл все знает! – Ты в курсе, значит? Но каким образом?.. Хотя это уже неважно. Что же мне теперь делать? Как отыграть все назад?

– В настоящее время от тебя требуется только одно – отменить приказ. Ты понял меня? Остальное – моя забота.

– Но как я смогу… – начал Фрэнки.

– Езжай туда немедленно! – резко оборвал его суровый голос из Вашингтона. – Как хочешь, а этот парень должен быть цел и невредим. Завтра он выйдет оттуда и в сопровождении наших людей будет отправлен в аэропорт к ближайшему рейсу на Москву. Нужно, чтобы Ховански или ты, а лучше оба, от имени правительства Соединенных Штатов принесли ему свои извинения. На него ничего нет. Его арест был ошибкой. Ясно? Все.

У Фрэнки от волнения закружилась голова. Он облизал пересохшие губы языком и пробормотал срывающимся голосом:

– Но ведь он оформлен по всем правилам. Есть протокол задержания. Рапорты полицейских. Свидетельские показания. Прокурор Джуди Хант развернул бурную деятельность – он кричит, что напал на доказательства каких-то совместных тайных дел калифорнийской мафии с этим Игна… парнем. Он ведь так просто от этого не отвяжется! И журналисты не отстанут. Это же свора голодных и жадных до жареных фактов псов.

В трубке на мгновение повисла тишина.

– Я попробую поговорить с некоторыми людьми в Вашингтоне. Кое-кто мне обязан. Так что с этой стороны я организую поддержку, а ты попробуй подобрать ключик к окружному прокурору, я слышал, у тебя с ним приятельские отношения…

– Все это так, но…

– Вот и отлично! – радостно воскликнул Майкл. – Делай, что я тебе сказал. И поторапливайся – время не терпит!

Фрэнки не хотел задавать Майклу ключевого вопроса. Но не смог удержаться.

– Скажи, Майкл. Очень тебя прошу – ответь, для меня это очень важно. Этот старик… Ну, с которым я сегодня встречался… Он… Ему про меня действительно что-то известно?

– Да. Все.

– А кто он? Твой… друг?

– Он не просто мой друг, Фрэнки. Он мой добрый старый друг, – выделяя каждое слово, заговорил Майкл. – И что самое главное – человек порядочный. Ему можно доверять. Я выразился ясно?

– То есть ты хочешь сказать, – заторопился Фрэнки и почувствовал, как его лоб покрылся крупными каплями пота, – что если он… обещает, то его обещанию можно верить?

На другом конце провода раздался иронический смешок.

– Можно, Фрэнки. А тебе советую впредь всегда вначале думать, а потом уже… расстегивать ширинку. Понял?

Фрэнки Галлахер на ватных ногах вышел из телефонной будки и медленно побрел по заснеженной улице. Он едва не забыл купить в газетном киоске пачку сигарет «Кул-ментол».

Глава 13
Убойный материал

Уже через час Фрэнки листал подробный доклад о происшествии в исправительном центре. Из докладной следовало, что русский хорошо тренирован, умеет мыслить хладнокровно и даже из самой неблагоприятной ситуации способен извлекать какие-то преимущества. А как профессионально он разделался с тремя отпетыми уголовниками! Так мог действовать только специально обученный человек.

Фрэнки сделалось жарко, и он мазнул рукавом рубашки по потному лбу. Агенты российских спецслужб ему стали мерещиться даже в исправительном центре. Не иначе как издержки профессии. Определенно нужно обратиться к психиатру.

Подумав, Фрэнки набрал телефон Гарри Скотта – одного из ведущих репортеров вечерних новостей. Их связывала дружба, начало которой было положено в далекой Москве, где они вместе охраняли здание посольства. Гарри был неисправимый волокита и сердцеед и все свое время проводил в окружении многочисленных подруг, бездумно тратя на них все свое жалованье. Гарри запомнился веселым и беспечным парнем, который, казалось, был создан для того, чтобы перепортить лучшую половину человечества и с цветков удовольствий кружками лакать густой и сладкий нектар.

Со времени их первой встречи он изменился только внешне – растолстел, полысел, длинный с горбинкой нос теперь украшали квадратные в золотой оправе очки, а на шикарных пестрых галстуках теперь он стал носить платиновые заколки. Но в сущности он оставался все тем же неуемным Гарри, который по вечерам в кабинете тискал и ласкал смазливых переводчиц, и уборщицы частенько в урне для корзин находили свидетельства его неуемной похоти.

Имея троих детей, он смело ухаживал за молоденькими журналистками, зная, что даже самая могучая твердыня не сумеет устоять перед его невероятным темпераментом и огромным обаянием. И действительно, редко какая женщина отклоняла его предложение послушать наедине в одной из многочисленных комнат телестудии уроки об искусстве репортажа.

Несколько раз Фрэнки предоставлял Гарри материалы об итальянской и китайской мафии. Подобный шаг всегда был согласован с высшими инстанциями и требовался в первую очередь в интересах дела, чтобы повлиять на общественное мнение. Сейчас он решил действовать в одиночку.

– Гарри, это ты?

– Да.

– Приезжай немедленно. Я тебя жду.

– А что случилось?

– Так, небольшая сенсация.

– Может, мне лучше отправить кого-нибудь из стажеров. Я сейчас очень занят.

– Нет, нужен ты лично.

Гарри был не только самый знаменитый сердцеед телестудии, он был еще и отличный журналист, и, высоко оценивая его профессиональные качества, совет директоров частенько закрывал глаза на его многие чудачества. И если дело касалось чего-то стоящего, он мог примчаться к месту событий даже с расстегнутыми штанами. Поэтому Фрэнки не удивился, когда через пятнадцать минут раздался стук в дверь. Гарри Скотт никогда не звонил – он всегда стучался и делал это с настойчивостью репортера, рвущегося навстречу сенсации. Впрочем, так могла стучаться и полиция, имеющая санкцию от прокурора. Если бы дверь не была бронирована, то она наверняка разлетелась бы под кулаками-кувалдами талантливого репортера.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное