Евгений Сухов.

Казначей общака

(страница 9 из 40)

скачать книгу бесплатно

Уголок рта Шамана неприятно дернулся. Вор достал очередную сигарету. Размял ее тщательно, так что золотые соринки густо просеялись на полированный стол. Зрачки его расширились, будто он отведал отвара из мухоморов.

– Сейчас объясню, – терпеливо ответил он. – Часть денег с зарубежных счетов была перечислена в три московских банка, и через несколько дней деньги были сняты… одним мужчиной.

– Почему же этот перевод никого не насторожил?

– Здесь тоже есть свое объяснение. – Не замечая раздражения Святого, Шаман сдержанно продолжал: – Никто и в мыслях не смог бы предположить, что деньги испарятся таинственным образом. Они были предназначены на текущие дела: пенсии, организация сходняков и все такое. А когда надумали сделать перерасчет, то пропажа обнаружилась, но было уже поздно.

– Почему же тревогу не забили в банке, сразу, едва этот неизвестный пришел за деньгами?

Шаман выдохнул струю дыма в сторону.

– А вот здесь самые большие странности и начинаются, – на его губах появилась злая ухмылка. – Как ты знаешь, деньги могут получать только хранители. Об этом знают и директора банков. Так вот деньги получил Федор Трошин! Я не верю ни в какую мистику… – продолжал Шаман и, помолчав, добавил: – Хотя, конечно, казалось бы, должен все-таки верить. Так вот, за день до того, как деньги исчезли, Федя Трошин был застрелен в Питере. Хорошо, что все обошлось тихо. Мы решили подготовить его к погребению по-человечески, у него было обезображено лицо. Лишняя шумиха вокруг его гибели нам была ни к чему. Разумеется, о смерти Трояна никто из банкиров ничего не знал. А когда мы хотели взять деньги на его погребение и панихиду, то они страшно удивились, потому что в тот самый день, когда, казалось бы, он должен был лежать с раздробленным черепом, Троян получал в банке деньги. Причем обставлялось все это так же солидно, как и раньше. Деньги загрузили в бронированный грузовичок и в сопровождении охраны отбыли в неизвестном направлении.

– И все-таки я не очень понимаю, как ему удалось получить деньги, потому что только одной физиономии недостаточно. Мало ли похожих людей. Может быть, кто-то надел маску, загримировался под покойного Федю. Всякое бывает!

Святой входил в круг посвященных, поэтому вопрос был задан по существу. Каждый из хранителей обладал именным перстнем, удостоверяющим его статус хранителя воровской кассы, перстень этот он обязан был беречь пуще собственной жизни. Святой помнил случай, когда у одного из хранителей перстень выкрала уличная проститутка. Воры дали ему двадцать четыре часа на возвращение перстня, а когда он не смог этого сделать, то его просто пристрелили на одной из глухих улочек Москвы. Со стороны все это выглядело как обыкновенное ограбление, и только посвященные могли догадываться, что это плата за халатность. Не менее драматично сложилась судьба уличной проститутки. Не подозревая о печальной участи своего клиента и о значении перстня, она заложила перстень в ломбард, запросив за него смехотворную сумму.

Едва ли не всю жизнь простоявшая на площади трех вокзалов, она даже не могла предположить, что огромные прозрачные камушки, которые она воспринимала как дешевое стекло, и есть настоящие бриллианты. А перстень, попади он в Алмазный фонд, не затерялся бы среди множества сверкающих драгоценностей. Заведующий ломбардом испытал настоящий ужас, когда в его кабинет заявились двое законных и потребовали указать счастливую обладательницу перстня. В тот же вечер ее труп отыскали в мусорном баке с наглухо завязанным на голове полиэтиленовым мешком.

Точно такой же перстень должен был находиться и на пальце Трояна, и, прежде чем вести разговор, он обязан был предъявить его банкиру как вещь, удостоверяющую его особые полномочия. Об истинном назначении перстня знал очень ограниченный круг людей, это было не меньшей тайной, чем сам общак. Шаману и Святому не следовало объясняться, каждый из них сам владел подобной вещицей.

– Объясняю, – глухо отозвался Шаман, – банкир божился, что Троян показал ему этот перстень, иначе просто бы не выдал деньги. И это очень походит на правду, потому что эта драгоценность очень запоминающаяся, а таких камушков в России не более полусотни. Да и то половина в Алмазном фонде. И еще – перстень не обнаружился при покойнике. Хотя, сам знаешь, он обязан был его оберегать ценой жизни. Вот такая складывается ситуация. Поневоле пришлось кое-что рассказать пацанам. Все равно многое теперь уже не тайна. Понимаешь, как все сейчас стремно?

Глаза Шамана нехорошо блеснули. Таким напряженным Святой его никогда не видел. О Шамане в кругу воров говорили разное. Например, упорно ходила байка о том, что он собирает мухоморы, сушит их и по старой привычке далеких предков раскуривает, когда бывает в скверном настроении.

Святой не без интереса посмотрел на распечатанную пачку сигарет. Похоже, что разговоры не соответствовали действительности: просыпавшийся табак был отменного качества и ничего общего с суррогатами, продающимися в киосках, не имел.

Все-таки слухи!

Шаман, казалось, догадался о мыслях Герасима – губы его невесело скривились в мрачной улыбке. Широким жестом он стряхнул на пол крошки табака и добавил:

– Уж не чертовщина ли здесь какая? Объяснил бы ты мне, святой отец?

– Не буди лихо, пока оно тихо, – вздохнул Святой. – Говоришь, лицо его обезображено? Правда, не исключено, что Трояна действительно убили из-за перстня. Но о его значении могли знать только самые доверенные.

– В этом-то и беда. Но это еще не все новости. В Монреале неизвестный хакер взломал счет в нашем банке и переправил деньги в Санкт-Петербург, но что самое интересное, в этом банке вновь промелькнула физиономия нашего незабвенного Федора Трошина. Несмотря на свои языческие корни, в душе я все-таки в некоторой степени материалист, и мне трудно поверить, что наш Троян встает из гроба только лишь для того, чтобы хапнуть «капусту». Тем более в загробном мире она ему и не нужна.

Святой невольно поежился. Как и всякий верующий человек, он с опаской относился ко всякой сверхъестественной силе и верил в то, что иногда она способна приобретать самое что ни на есть физическое воплощение.

– Почему же вы его не поймали?

– Как только банкир признал в нем Трояна, он тут же позвонил нам, но мы опоздали всего лишь на несколько минут.

– А не глупо ли ему было появляться в том месте, где его могут опознать?

– Не глупо, – возразил Шаман, дыхнув дымом. – Управляющий банком долгое время находился в загранкомандировке и о смерти Трояна не знал. Возможно, и он купился бы на внешность и перстень, если бы не обычная банковская осторожность. Уж слишком странным ему показалось, что от него требуют такую сумму, когда он еще не отряхнул с себя дорожную пыль. Обычно от сходняка к нему приходил человек, который или подтверждал прежние договоренности, или, наоборот, отменял их. В этот раз ничего подобного не произошло. Мы попросили управляющего задержать этого «хранителя» под каким-нибудь благовидным предлогом, что тот и сделал. Затем «хранитель» вышел покурить в туалет и больше не возвращался. У него оказалась звериная интуиция, видно, что-то почувствовав, он пролез через окошко и выбрался во двор. А затем спокойненько вышел на соседнюю улицу. Вот так-то!

– Невеселая получается история.

– Чего уж там! – махнул рукой Шаман. – Хуже не придумаешь! Мы стараемся эти дела не предавать огласке и хотим разобраться собственными силами, но, как говорится, шила в мешке не утаишь. Братва нервничает и требует объяснений, так что, если мы не разберемся с этим в ближайшее время, никакая сила не удержит наши головы на плечах. И потом, найти этих людей – дело чести.

Святой это понимал.

– Ясно. Что еще требуется от меня?

Шаман улыбнулся и спросил:

– Для начала я хочу спросить у тебя, далеко ли ты спрятал свою рясу?

– Ах вот ты о чем… Понимаю. Не беспокойся, сделаю все как нужно.

Глава 9
ЖИЗНЬ СИЛЬНО ИЗМЕНИЛАСЬ

Шаман присмотрел для Святого небольшой тихий домик на самой окраине Москвы. Обещал, что просыпаться он будет не от сигнализации автомобилей, нежданно сработавшей в ночь, а от песен птиц. Отчасти так оно и получилось. Однажды Герасим долго не мог понять, что за звуки пытаются добраться до его подсознания, а когда наконец сообразил, его обдало холодом. Это трещал автомат, причем грохот был такой отчетливый, будто стреляли недалеко, и он очень удивился тому, что до сих пор еще живой. Смахнув с себя одеяло, Герасим метнулся к окну, ожидая, что следующая очередь непременно раскроит его от лопатки до самого пояса. Герасим на мгновение даже представил, как повалится на окно и, разбив его, упадет изрезанным на подоконник. Но ничего подобного не случилось. Огромный дятел вполне мирно выковыривал из ствола дерева каких-то жучков. Причем временами он так старался, что его стук больше напоминал пулеметную очередь. Вполне мирная картина. Если что и могло удивить, так это отчаянность дятла – птицы, как известно, очень осторожной и пугливой, – все-таки огромный город шумел совсем рядом.

Подумав, Герасим надел на шею крестик. Маленький, зато хорошо намоленный и свой. Надел новую, в полоску, рубашку. Взял со стула брюки, безукоризненно отглаженные, и в который раз поймал себя на мысли, что за долгие годы монашества отвык от цивильной одежды.

Долгие молитвы не сломили осанку – спина по-прежнему прямая, а взгляд тверд и дерзок. Через пятнадцать минут должны были подъехать люди от Шамана, и Герасим хотел их встретить у крыльца готовым к действию. Он напоминал сам себе сжатую пружину, которой достаточно всего лишь небольшого усилия, чтобы мощно распрямиться.

Взял со стола «макаров» – мало ли чего – и привычно сунул его в кобуру под мышкой.

Черный «шестисотый» «Мерседес» подъехал в точно назначенное время. Задние дверцы бесшумно распахнулись, и из салона, тускло улыбаясь, вышел Глухой, а за ним, немного бочком, будто краб по песку, проковылял Волына; за рулем, добродушно скалясь, сидел Колода.

– Не ожидал, что так быстро свидимся, – крепко тиснул ладонь Святого Глухой. – Только не надо говорить, что все в руках бога.

Святой невольно улыбнулся.

– Вижу, что ты это знаешь не хуже меня. А наставлять ученого не в моих правилах.

По своим каналам Святой успел навести о Глухом справки. Несколько лет назад, находясь во Владимирском централе, тот пытался получить корону. Рекомендации он имел высокие, от очень уважаемых людей, но когда на запросы пришли малявы, то в одной из них сообщалось, что Глухой не вернул карточного долга. Сумма была небольшой, а для такого опытного игрока, каким был Глухой, – сущие копейки. Но репутация соискателя была значительно подмочена. И напрасно он утверждал, что не сумел отдать долг лишь потому, что его неожиданно перебросили в другой лагерь. Если ты дорожишь своей честью, будь добр, не бегай от долгов, как нерадивый папаша от алиментов. И Глухого презрительно стали называть «сухарь», как человека, не прошедшего коронацию.

– Ладно, куда поедем?

– Давай на Тверскую. Я слышал, там есть неплохие казино.

– А ты слишком азартен для монаха.

У машины Святой остановился и, взявшись за ручку двери, произнес:

– Как ты знаешь, на плечах у каждого человека сидят дьявол и ангел-хранитель. Видно, в этот раз спор между ними выиграл первый.

– И что же ты будешь делать? – усмехнулся Глухой.

– Как и обычно… Помолюсь.

– И часто ты так будешь молиться?

Неожиданно Герасим сделался серьезным. Похоже, подобный вопрос был для него не праздным.

– Несколько лет назад я задал тот же самый вопрос своему настоятелю, когда согрешил очередной раз, и он ответил мне, что нужно каяться и молиться до самой смерти. Вот так-то!

– А ты подковался в религии, – хмыкнул Волына. – С тобой так немного побазаришь, так самому в монастырь захочется… на скудный паек.

– Ладно, погнали, – подал голос Колода, – в дороге побазарим.

* * *

В казино Святой проиграл тысячу долларов. Больше он играть не стал. Азартный по натуре, он осознал, что подобная игра его интересует мало. Она напоминает охоту в заповеднике, где в кармане у клиента есть лицензия на отстрел, но каждый из охотников постоянно помнит о том, что он не должен подстрелить лишнюю дичь, потому что за это могут последовать строгие санкции. Иное дело играть где-нибудь в катране, где каждый катала заряжен по самые уши и десять тысяч баксов воспринимаешь как разовую ставку. Кроме удачной карты, в такой игре важны ловкие руки, крепкие нервы и, конечно же, интуиция. В довершение нужно быть неплохим психологом. Казино почти лишено всего этого, отчего игра получается пресной и малоинтересной.

Святой цепко всматривался в лица игроков. Публика разная: немало встречается мужиков, тертых жизнью и радующихся каждому выигранному рублю, точно дошкольники дармовой конфетке. Хватает и таких, что готовы ставить на кон последние сбережения, но встречаются и другие – в основном молодежь, – что не успели прочувствовать веселящую силу денег и проигрывают со скукой на лице целые состояния. Немало играет женщин – молодых, красивых, по их скучающим лицам было заметно, что они пресытились всеми земными удовольствиями и интерес к жизни пытаются вернуть ценой большого проигрыша. Однако встречались и такие очаровательные малышки, что даже небольшой копейке радовались так отчаянно, как будто бы им подфартило с целым состоянием.

Святой не без грусти отмечал, что жизнь сильно изменилась. Все масти напрочь перемешались, словно карты в обыкновенной колоде, и даже фраера, у которых никогда не сыскать в карманах больше, чем гнутый целковый, держатся с тузами так, как будто бы имеют немереные счета в банке и являются владельцами золотых приисков. Роль женщин тоже качественно изменилась. Каких-то десять лет назад красивая телка воспринималась как недешевый предмет для удовольствия и некая одушевленная вещь, способная украсить богатое застолье. Сейчас многие дамочки сами при делах, у некоторых имеются очень неслабые покровители, да и сами они научились распоряжаться и смотреть на мужиков как на равноправных партнеров. И очень часто у их красивых ножек мельтешит молодежь, смахивающая повадками на профессиональных альфонсов.

И абсолютно нет никого, кто привлек бы его внимание! Похоже, что и его особой тоже мало интересовались – он не ловил на себе якобы случайно брошенных взглядов, никто не обращался к нему с вопросами и не стоял за спиной, тяжело дыша в самое ухо. Где-то за соседним столиком должны играть Глухой с Волыной, Колода, по договоренности, остался в машине.

Публику можно было бы назвать скучноватой, если бы не молодая брюнетка, играющая в рулетку. Огромное декольте притягивало взгляды, казалось, если заглянуть в него, то запросто можно было бы разглядеть всю ее анатомию. Мужчины без конца косили в ее сторону. При каждом выигрыше она хлопала в ладоши, звонко хохотала и так верила в свою удачу, что даже у самых хронических пессимистов вызывала скупую улыбку. Так же искренне девушка огорчалась во время очередного проигрыша, причем всякий раз на ее лице изображалось такое негодование, как будто в очень людном месте мерзкие грабители решили освободить ее от нижнего белья.

Игра девушки забавляла. Но не более. Понаблюдав еще немного за экзальтированной дамой, Герасим двинулся в сторону бара.

Молодой лысоватый бармен тщательно протирал бокалы, время от времени поглядывая на посетителей. Взгляд у него был цепкий, профессиональный. Наверняка он уже оценил каждого клиента и знал, на какие чаевые следует рассчитывать.

– Сок… апельсиновый, – сел на вращающийся стул Святой.

Бармен сделал вид, что не расслышал.

– Слишком много алкоголя вредит здоровью, – жестко произнес Герасим. – Мне апельсинового сока.

Бармен разочарованно поморщился. Судя по тому, как держался клиент, можно было не сомневаться, что он закажет бутылку джина, а это всегда пахнет хорошими чаевыми. Ошибся, какая досада.

– Понял, – поспешнее, чем следовало, произнес бармен и налил из фарфорового кувшина в высокий бокал сока.

– Мужчина, у вас не найдется огонька для дамы? – услышал Святой за спиной голос.

Повернувшись, Герасим увидел ту самую экзальтированную брюнетку. Нельзя сказать, что она была хороша собой, многое в ней было как-то чрезмерно. Природа не знала на ней удержу и наградила с избытком: длинные ноги при слишком коротком теле, большие глаза при очень узком личике, черные волосы, цветом напоминающие воронье перо. Неровные тени падали на ее лицо, отчего макияж казался сочнее и гуще. Губы были ярко накрашены, поэтому она производила впечатление весьма вульгарной особы. Вот только голос у нее был мягким и обволакивающим, словно наркотический дурман.

– Я не курю.

– Ах, какие же вы, мужчины, все скучные, – капризно протянула она и опустилась на соседний стул. Короткая юбка задралась, и Святой увидел полоску темно-синих ажурных трусиков.

Женщина не торопилась поправлять подол, и Герасим невольно отвел взгляд в сторону. Он слегка улыбнулся, подумав о том, какие поносные слова подобрал бы для него старый игумен, заприметив похоть во взоре.

– Так уж и все? – делано удивился Святой.

Девушка равнодушно сунула сигарету в пачку, а потом поинтересовалась:

– А может быть, вы предложите даме выпить, раз уж мы с вами завели светскую беседу?

Странно, брюнетка совсем не походила на проститутку, стремившуюся снять готового клиента. По тому, как она была одета, по украшениям, которые запросто умещались в шестизначное число долларового эквивалента, счет деньгам она знала. А может, нравы за последние десять лет настолько изменились, что состоятельной женщине позволено снимать в баре понравившегося мужчину под одобрительные взгляды завсегдатаев?

Герасим уже открыл было рот, чтобы сказать что-нибудь поучительное из библейских мудростей, но тут его взгляд упал на левую руку девушки. На безымянном пальце у нее поблескивал перстень с бриллиантом величиной с лесной орех. Его Святой видел не однажды, и принадлежал он Федору Трошину. Причем заметно было, что перстень брюнетке был явно великоват, поэтому перед ним она надела узкое колечко с мелкими изумрудами. Как бы случайно девушка положила ладонь на стойку, давая Святому убедиться в подлинности камня. Сомнений быть не могло, это тот самый перстень, который сверкал на пальце Трояна. Но как он попал к ней? Святой удержался от вопроса, который вертелся у него на языке, и поднял два пальца. Бармен отреагировал мгновенно, плеснув в бокалы дорогого коктейля.

Похоже, девушка даже не подозревала о подлинном значении перстня. Взяв бокал, она безжалостно царапнула камнем о стойку и пригубила коктейль – медленно и осторожно.

– У вас неплохой вкус.

– Я знал, что такие женщины, как вы, предпочитают самое лучшее.

Этот перстень Троян не мог подарить или, скажем, проиграть. Разве можно представить, чтобы царствующая особа потеряла державное яблоко или скипетр. Но если на такого самодержца дворцовая челядь посмотрит разве что с улыбкой, то с вора, не сумевшего уберечь перстень хранителя, спрос будет очень строгим.

– У вас очень красивый перстень, – проговорил Святой, отпив небольшой глоток. – Камень настоящий?

– Неужели вы думаете, что такая дама, как я, будет носить дешевую бижутерию? – с вызовом произнесла брюнетка.

Похоже, для нее перстень был обыкновенной красивой вещицей, которой можно похвастаться перед такими же искательницами приключений, как и она сама.

– Очевидно, такой камень стоит целое состояние?

Примерно такой же перстень был у него самого. Ну, может, бриллиант немножечко поскромнее, а корона с несколькими лучами, выгравированная в самом верху, точно такая же. На внутренней стороне перстня должны стоять инициалы владельца, и Святой еле удержался, чтобы не стянуть перстень с пальца девушки.

У шестнадцати человек были такие перстни. Десять человек уже были мертвы. И куда они спрятали свои перстни, уже не узнаешь.

– Однажды мне предлагали за него «Мерседес», – без лишней скромности сообщила девица, – но это украшение стоит гораздо дороже.

Впрочем, был еще один перстень – у самого казначея, Барина, невысокого дядьки лет пятидесяти. Но вместо бриллианта он предпочел крупный изумруд.

Кураторам регионов и смотрящим городов было известно, что владелец подобного знака отличия обладает немалой властью: он вправе единолично созывать сход, выступать в роли третейского судьи и, если понадобится, карать виноватых. Но даже по сравнению с хранителями казначей обладал почти монаршей властью.

– А если я предложу вам за него два «Мерседеса»? – неожиданно серьезно произнес Святой.

В глазах женщины Герасим прочитал нечто похожее на смятение, в следующую секунду она произнесла с улыбкой:

– Я согласна. Так где будет происходить наша сделка? – случайно или нет, но она посмотрела как раз в ту сторону, где играли в карты Глухой с Волыной. – Здесь слишком много народу.

А то, что произошло в следующую секунду, не поддавалось объяснению – она повернула перстень камнем ко внутренней стороне ладони, а растопыренную ладонь плавно положила на стол. Таким образом хранители предупреждали об опасности. Если это опять случайность, то не слишком ли их много за сегодняшний вечер.

Девушка неожиданно поднялась и развязной походкой направилась к выходу. Надо бы было схватить ее за руку, расспросить, каким образом к ней попал перстень, но что-то запретило Святому поступить таким образом.

Он сделал глоток, второй… В этот раз коктейль не показался ему изысканным напитком. Обыкновенное пойло. Монастырская наливка, настоянная на морошке и клюкве, куда поприятнее. Да и физиономия бармена не из обаятельных – приторная, словно переслащенный чай. Наверняка рассчитывает на добрые чаевые, а вот этого ему не видать!

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Поделиться ссылкой на выделенное