Евгений Константинов.

Факультет рыболовной магии

(страница 5 из 30)

скачать книгу бесплатно

– Проходите скорее, а то мало ли кто по округе шляется.

Друзья протиснулись в маленькую сумрачную комнату, освещенную светом лишь одной свечки, стоявшей на небольшом столике-верстаке. Пуслану из-за своего роста пришлось пригибаться.

– Рассаживайтесь, кто куда хочет, – сказал Вога-Йога и, присев на маленькую скамеечку у камина, принялся подбрасывать в него дрова, чтобы вскипятить чай.

Кроме этой скамеечки и столика-верстака в гномьей каморке была кровать и три крепко сколоченных табуретки, по стенам висели полки, забитые всякой всячиной. Там где не было полок, на стенах висело несчетное количество приспособлений для рубки, колки и сверления льда. Здесь были разных размеров и форм пешни, топоры, похожие скорее на рабочий инструмент палача, и ледобуры, начиная от самых современных, до таких, которыми, наверное, пользовались еще прапрадедушки Воги-Йоги, по угрожающему виду ножей которых, казалось, что лунки во льду должны сверлиться сами собой.

Только на стене, в которой был камин, висела одна единственная позолоченная кирка.

– Вот из-за этой кирки все и произошло, – шепнул Тубуз на ухо Алефу и также шепотом стал рассказывать:

– Когда Воге-Йоге его отец, знатный рудокоп Йосифф-Йога, подарил на день совершеннолетия кирку, молодой гном, не желая вредить позолоте, решил найти традиционному гномьему инструменту замену. И посчитал, что лучшей заменой станет усовершенствованный рыболовный коловорот. Он собрал целую коллекцию самых разных коловоротов, а к кирке так ни разу не притронулся. Но все гномье племя очень консервативное, и когда Вога-Йога выступил перед своими с идеей заменить кирку на коловорот, те подняли его на смех. А отец Йосифф-Йога и вовсе обиделся и, не то чтобы проклял, а посоветовал сыночку вместо рудокопа стать рыболовом. Вот Вога на наш Факультет и перебрался. Только стать рыболовом у него тоже как-то не получилось. И все эти коловороты на стенах и пешни с топорами – так, хобби. Но ему и здесь очень неплохо живется. Тем более что его старший брат Мога-Йога тоже рудокопство забросил, и теперь трактиром заведует…

– Вот, скоро и чайничек вскипит, – сказал гном, когда под висящим на цепи чайнике заполыхал огонь. – Все чай пить будут?

– Да нет, спасибо Вога. Мы за другим пришли, – сказал Тубуз. – Лучше вот с нашим новым другом познакомься. Тролль с востока. Пуслан. Он добрый, ты не бойся…

– Чего мне в своем собственном доме бояться? – поежился Вога-Йога, исподлобья глядя на гиганта, который даже сидя на табуретке почти доставал головой до потолка. – Просто, сам знаешь, гномы и тролли – это две противоположности.

– Ерунда, – отмахнулся Тубуз. – Пуслан вместе с нами на один Факультет поступает. Кстати, на нашем Факультете и один твой сородич собирается учиться. Знаешь его, наверное – Четвеерг двести второй?

– Он из другого клана, – буркнул Вога-Йога.

– Да какая разница! Мы сегодня первый экзамен сдали и вот отметить решили. Пивчанского в трактире твоего брата попить.

А другу нашему пиво, как бы это помягче сказать, ну, не очень по душе. Ему бы кварцем похрумкать. Может, дашь ему немного этого минеральчика?

В каморке воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием горящих поленьев в камине. Вога-Йога, от которого все ждали ответа, молчал, и, казалось, обдумывал трудноразрешимую задачу. Гости смотрели на него в ожидании, что хозяин скажет хоть что-нибудь, но тот словно воды в рот набрал. И только когда Тубуз открыл рот, чтобы повторить вопрос, Вога-Йога, наконец, произнес:

– Это вообще-то наглость, или что? Где это видано, чтобы гномы троллям помогали? Я имею в виду за так, за бесплатно! И еще имею в виду…

– Гр, гр, почему – за так? – вдруг подал голос Пуслан. – Тролль что-то на обмен есть, – он полез в свою поясную сумочку. – Вот, гр, может это подойдет? – золотой самородок размером с лекпинский кулак сверкнул на ладони великана.

Лекпины удивленно уставились на золото, а Тубуз даже икнул от неожиданности. Вога-Йога вцепился взглядом в сокровище, глазки его маслянисто заблестели. Как и все гномы, он был очень даже неравнодушен к золоту. Но сейчас постарался повести себя так, словно самородок интересен ему лишь постольку поскольку.

– Дай-ка мне этот кусочек презренного металла. Я должен проверить, как он поведет себя в специально приготовленном растворе. Вдруг это всего-навсего…

– Гр, кусочек, гр, презренного металла?! Проверить!!! – Пуслан вскочил с табурета, ударился головой о потолок, сел обратно, по очереди посмотрел на сидящих справа и слева от него лекпинов и, обнажив могучие клыки, проревел:

– Этот низкорослый сомневается в честности тролля?

– Нет, нет, это он как обыкновенный торговец себя ведет. Цену хочет снизить, – попытался успокоить товарища Железяка, который, кстати, ростом был еще меньше гнома, и в других обстоятельствах на слово «низкорослый» мог бы и обидеться.

– Вот именно, вот именно, – моментально сбавил обороты Вога-Йога. – Я веду себя как торговец, а значит должен убедиться, что золото настоящее. Ведь и ты будешь проверять свой кварц. Так что…

Гном ловко выхватил самородок из лапы великана. В следующую секунду достал откуда-то из-под верстака баночку, наполненную прозрачной жидкостью, поставил ее на верстак, осторожно открыл, после чего положил рядом самородок.

– Так, подойдите-ка сюда, ко мне, – скомандовал Вога-Йога. – Вдруг на кого-нибудь из вас капелюшечка брызнет.

– Ты что, колдовать собираешься? – насторожился Тубуз, сидевший напротив гнома.

– А как же! Заклинание подъема жидкости с целью перемещения на определенный предмет. Меня ему сам Эразм Кшиштовицкий обучил. Я ведь лучший факультетский лодочник, а студиозы, как с рыбалки вернутся, так лодки у пирса и бросают. И кому же за них приходится из этих лодок воду вычерпывать, порядок наводить? Мне – Воге-Йоге. Вот тут заклинаньице это в самый раз подходит. Я с водицей обращаться умею, не то что другие гномы. Но так как сейчас перед нами не вода, а растворчик магический, поэтому всяко разно может случиться…

Не слушая дальнейших пояснений, друзья повскакивали с мест (при этом Пуслан вновь стукнулся головой о потолок) и скучились за спиной гнома. Тот устремил немигающий взгляд сначала на поблескивающий желтым самородок, затем на находящую в банке жидкость. Некоторое время ничего не происходило, потом поверхность жидкости подернулось легкой рябью, вновь стала зеркальной, а в следующий момент у всех сложилось впечатление, что жидкость в баночке кто-то начал взбалтывать. Она стала ходить кругами, все убыстряясь, пока из самого центра не отделилась капля. На глазах у изумленных гостей капля переместилась по воздуху за край банки, на секунду зависла над самородком, потом медленно на него опустилась. И, пшикнув, моментально испарилась.

– Все! – торжествующе крикнул Вога-Йога, закрыл баночку и убрал ее обратно под верстак.

– Что – все? – не понял Тубуз.

– Золото! Что и требовалось доказать. Золото, ваше золото… Этот скромный кусочек золота… настоящий!

Лекпины и тролль с облегчением вздохнули. А гном небрежно взял самородок и взвесил его на руке.

– И что же конкретно ты хочешь длиннорослый?

– Гр, тролль знает цену золота. Поэтому тролль хотеть кварц.

– Прекрасно, прекрасно, – гном сунул руку с зажатым в ней самородком в один из карманов штанов, и вынимать ее, похоже, не собирался. – И сколько же кварца ты хочешь?

– Много прекрасного кварца. Я устал грызть невкусный придорожный камень. Ты мне давать много кварца?

– О да, за тот крохотный самородочек я могу, хм, дать тебе, – Вога-Йога на секунду задумался, – могу давать три больших, нет, три большущих куска отменного кварца!

– Плут! – взревел Пуслан, схватив гнома за грудки. – Плут! Ты знать, сколько стоит этот мой золото? Он стоит три вот такой, как мой сумка кварца и еще три такой сумка кварца, и еще…

– Хватит, хватит! – захрипел гном, пытаясь отбиться левой рукой от сжимающих его лап великана, правую, однако, так и не вынимая из кармана. – Отпусти, верзила! Тут тебе не восточные предгорья. Можно и в факультетскую тюрьму угодить в два счета!

– Пуслан, оставь его, не горячись, – Железяка, подпрыгнув, повис на одной лапе тролля. Второй лекпин таким же манеров повис на другой лапе, что, впрочем, не возымело на великана никакого действия.

– Вога, прекращай торговаться! – крикнул Тубуз. – Назначай настоящую цену, а не то мы в соседний переулок пойдем!

– Хорошо, хорошо, ХОРОШО!!! – выдавил из себя гном, и когда Пуслан отпустил его, затараторил:

– Не надо никуда ходить. И незачем горячиться. Лучше, вон, чайку горяченького попейте. А цену настоящую – почему же не дать? Я всегда даю настоящую цену. Она ведь, цена-то, любая – настоящая. Ненастоящей-то цены и не бывает…

– Сколько давать мне кварца? – Пуслан вновь надвинулся на гнома.

– Ровно столько, сколько попросил большой тролль с востока! – объявил Вога-Йога. – Ровно столько и ни крупицей кварца меньше!!!

Не переставая говорить, он подошел к правой от камина стене и сунул руку в глубину одной из полок. Раздался тихий щелчок, и вся стена вдруг опустилась в образовавшуюся в полу нишу. Перед взорами удивленных друзей предстала комната, превышающая размерами гномью каморку раз в десять. Вся она была загромождена различными шкафами, тумбочками, сундуками и ящиками. Гном принялся двигать всю эту мебель, пока не вытащил на первый план средних размеров сундучок.

– Вот, – сказал он, открывая крышку и предоставляя на обозрение троллю гору разноцветных камешков. – Вот тебе и твой кварц. Этот фиолетовый – аметист, а этот черный – морион, вот цитрин, вот горный дымчатый хрусталь…

– Гр, я должен пробовать. Хвиолетовый. Я его знать. Он покрепче и привкус у него, гр, очень для меня, гр, соответственный.

– Пробуй, пробуй, – гном немного порылся и извлек из груды, наверное, самый маленький фиолетовый камешек. – Пробуй, на здоровье…

Пуслан закинул камень себе в пасть. Раздался громкий хруст, лекпинов аж передернуло. Впечатление было такое, что хрустят их собственные зубы. Великан же зажмурился от удовольствия, на лице его заиграла улыбка.

– Гр, ты теперь не плут, – сказал он, проглотив «лакомство». – Я забираю твой кварц.

– Конечно, конечно забираешь, – согласился Вога-Йога и стал наполнять кварцем троллью сумку. – Все, как договаривались. Все, как просил большой и честный тролль с востока.

Слушая его, Пуслан довольно улыбался, но выражения его лица сразу изменилось, когда Вога-Йога, закрыв наполненную до краев сумку, сказал:

– Вот это – ровно одна треть твоей доли. Ведь большой тролль с востока объявил, что хочет за свой самородок три сумки кварца. А раз тары у тролля с собой не имеется, значит, еще две таких же сумки он получит в следующий раз.

– Постой, Вога-Йога, – возмутился Железяка, – мой друг просил гораздо больше, чем три сумки. Он просил…

– Так, так, так. Сколько же он просил?

– Я просил… просил больше, – сказал Пуслан и беспомощно посмотрел на лекпинов.

– Да, он просил больше! – в один голос поддержали тролля Тубуз и Алеф.

– Больше, чем три, это, к примеру, четыре, пять или двадцать пять, – Вога-Йога напустил на себя очень важный вид. – Я же слышал лишь неоднократно повторенную фразу: «Три сумки кварца». Разве не так говорил наш длиннорослый рыболов? Разве не так, честные лекпины?

* * *

– Вот ведь, как ловко обвели нас вокруг пальца, – не переставал сокрушаться Тубуз по дороге в трактир.

– Да… – только и вздыхал Железяка.

– Гр, гр, – время от времени подавал голос Пуслан. По сравнению с лекпинами, он, казалось, просто сражен неслыханным коварством гнома. Его даже пошатывало от такого удара, и расстроенным лекпинам приходилось в меру своих сил поддерживать товарища. Теперь посетить трактир у троицы было два повода: радостный – в связи со сдачей первого экзамена и грустный – в связи с неудачно прошедшей сделкой.

– Пуслан, – Тубуз вдруг остановился. – А сколько кусков твоего кварца заменяет кружку факультетского светлого?

– Гр? – Пуслан несколько секунд размышлял, потом показал кончик своего мизинца. – Вот такой кусок. Этот один хвакультетский светлый.

– Что? – не понял Алеф. – Ты хочешь сказать, что схрумстав у Воги-Йоги тот маленький кусочек, ты все равно что выпил не меньше трех кружек пива?

– Три и еще три, – сказал Пуслан, еле-еле удерживая равновесие.

Возникла продолжительная пауза, во время которой лекпины взирали на покачивающегося и начинающего слегка икать тролля, пытаясь вникнуть в проблему, кто кого на самом деле облапошил в каморке Воги-Йоги. Когда тролль икнул раз в двадцатый, Тубуз пришел к выводу, что Пуслан, как минимум, остался при своих.

– Что же это получается? – возмутился он, обращаясь к Железяке. – Наш крохотный друг уже напивчанился, а мы с тобой…

– Должны срочно это наверстать, – на лету подхватил мысль лекпин.

Они устремились вдоль чистой улицы, отличавшейся от той, на которой жил Вога-Йога, более богатыми строениями. Судя по гербам, вывешенным на некоторых дверях, владельцами их были преподаватели Факультета Рыболовной магии. Причем, чем дальше продвигалась троица, тем внушительнее выглядели и гербы, и сами строения. Алеф просто не мог не остановиться перед изумительной красоты зданием, похожим на костел. Внушительных размеров дверь, скорее даже ворота, украшало мозаичное полотно, изображавшее борьбу рыболова с гигантским рыбодраконом.

В рыболове без труда можно было узнать декана Факультета Эразма Кшиштовицкого. В развивающемся плаще, с мощным спиннингом в руках он парил над водой, а на другом конце снасти из бурлящей воды на две трети вырывалось невиданных размеров чудовище, которое, судя по выражению выпученных глаз, уже готово было сдаться…

И Железяка, и Пуслан вперились взглядом в красочную мозаику, в то время как Тубуз, не обративший внимания на неповторимое произведение искусства, продолжил свой путь по направлению к трактиру. Когда же двое, наконец, вышли из оцепенения, навеянного выразительностью отображенной на воротах схватки, их проводника, словно след простыл.

* * *

Тубуз Моран целеустремленно двигался к трактиру, когда дорогу ему вдруг преградила группа эльфов. В полной уверенности, что друзья следуют за ним по пятам, он оглянулся, но увидел за собой лишь пустынную улицу. Тубуз снова посмотрел на эльфов, среди которых узнал своего потенциального сокурсника Мухоола, а также господина Лукиина. Остальные трое, судя по нашивкам, тоже были студенты. Смотрели они на него очень даже недружелюбно, и пропускать, по-видимому, не собирались.

– Э-э-э-э, гм, не будут ли любезны, гм, гм, господа эльфы дать мне пройти? – промямлил лекпин.

Те продолжали молча его рассматривать, затем Мухоол что-то сказал Лукиину по эльфийски. Тот его переспросил, Мухоол отрицательно покачал головой, после чего эльфы расступились, и Тубуз, с облегчением, проследовал дальше.

Возвращаться и искать друзей, чтобы ненароком снова повстречать эльфов, ему не очень-то хотелось. Рассудив, что рано или поздно Железяка с Пусланом все равно доберутся до трактира, – языки-то у них есть – он, чуть ли не бегом, припустил к «Двум веселым русалкам».

Оправдывая свое название, на дверях факультетского трактира были нарисованы, впрочем, довольно искусно, две симпатичные улыбающиеся русалки, сидящие в большой пивной бочке и чокающиеся пенистыми пивными кружками. На бочке были написаны три больших буквы «П», а ниже – дружелюбная расшифровка аббревиатуры: «Приглашаем попить пивика».

Лекпин толкнул дверь и оказался в таком любимом ему сумраке трактира. Привычно проскользнув к барной стойке и отыскав свободное место, он устроился на высоком крутящемся стуле.

– Привет, Тубуз Моран, как дела? – спросил у него тут же оказавшийся рядом трактирщик гном Мога-Йога.

– О, приветствую! И передаю привет от твоего брательника – только что от него.

– Чего это ты у Воги забыл? – насторожился трактирщик.

– Да так, знакомил со своими друзьями. Кстати, благодаря мне, к тебе вскоре два новых клиента пожалуют. И будь уверен, они станут постоянными твоими клиентами. Они, как и я – будущие студенты. Мы, между прочим, сегодня первый экзамен сдали, с высшей оценкой.

– Значит, как я понимаю, ты отметить это дело заявился? Кружечку светлого факультетского?

– Пару! Пару кружечек, – лекпин радостно потер ладони.

– Как всегда, с орешками земляными?

– С ними! С ними, солененькими…

– А деньги у тебя сегодня есть? – вдруг отчеканил Мога-Йога.

– Мога, тот случай единичным был, – затараторил Тубуз. – Я же, ты знаешь, честный. Я же отработал все, я же все кружки тебе перемыл, дважды перемыл. А деньги у меня есть, есть деньги, – лекпин достал из кармана горсть монеток.

– Ладно, все нормально, – узрев, что клиент кредитоспособен, трактирщик моментально сменил гнев на милость, и через пару секунд перед лекпином появились две кружки такого популярного у студентов факультетского светлого и тарелочка с земляными орешками.

Тубуз вцепился в ближнюю кружку и жадно опустошил ее наполовину. Только после этого перевел дух и стал попивать пиво уже спокойно, смакуя орешки и поглядывая по сторонам.

В правом дальнем углу, где было наиболее сумрачно, и который очень напоминал пещеру, расположилась шумная компания гномов, среди которых лекпин узнал Четвеерга. Впрочем, судя по схожим фасонам одежды, в той компании Четвеергами звали всех.

Двести второй угощал соплеменников в связи со сдачей столь непростого экзамена. Гуляла компания довольно шумно, и полненькая жена Моги-Йоги гномиха Пална только успевала подносить гостям новые кружки, заменяя их на опустошенные. Тубуз успел отметить, что гномы налегали больше на темное пиво, кое-кто даже пил портер «Факультетский глубинный» – напиток довольно крепкий. Даже, несмотря на полумрак, можно было видеть, что лица у гномов чересчур раскрасневшиеся. Четвеерг двести второй, как можно было догадаться, уже раз в десятый повторял рассказ об успешной сдаче экзамена, но гномы все равно внимали ему с неподдельным интересом, то и дело одобрительно покряхтывая, а те, кто был поближе, дружески похлопывали его по спине, отчего пиво из кружки периодически выплескивалось.

По соседству с шумной компанией за столом сидела четверка незнакомых Тубузу лекпинов. Сидели они тихо, солидно потягивая пиво и изредка бросая недовольные и немного опасливые взгляды на гномов.

Слева за маленьким столиком Тубуз заприметил одинокого человека в очках со стеклами из затемненной слюды, которые закрывали чуть ли не половину лица. Под носом у человека щетинилась щеточка рыжих усов. Криво ухмыляясь неизвестно чему, человек, как и все, пил пиво. Тубуз отвернулся, чтобы поменять опустевшую кружку на полную, а когда снова кинул взгляд на человека в очках, с удивлением обнаружил того в компании двух гоблинов, подобострастно ему кивающих.

Кого всеми фибрами души не любили лекпины, так это гоблинов. «Странно, не знал, что люди с этими зелеными якшаются», – подумал Тубуз…

* * *

– Грхрм! О! Кого я видел?! Ты?! – у Железяки даже уши заложило от раздавшегося сзади громыхания. Он обернулся и увидел, что Пусланов стало двое. «Кажется, не у меня должно в глазах двоиться», – подумал он. Но, приглядевшись, разобрал, что из обнимающихся троллей, Пуслан лишь один, а другой просто очень на него похож. В следующее мгновение он узнал имя незнакомца.

– Щербень! – радостно зарычал Пуслан. – Сколько трижды веков мы не видеться?

Судя по выражению лица, вопрос этот поверг второго тролля в мучительные подсчеты. Он поднес к лицу две лапищи, в одной из которых был зажат берет рыжего цвета, и начал на второй загибать пальцы. После того, как четвертый палец был загнут наполовину, тролль сбился и начал считать по новой. Пуслан сосредоточенно следил за этой процедурой. Когда Щербень сбился в четвертый раз, Железяка не выдержал:

– Может быть, мы все-таки познакомимся? – спросил он.

– Это – э-э… мой родич, – сказал Пуслан лекпину, – он – э-э…

– Магостраж четвертого уровня Щербень, – представился тролль и нахлобучил на голову берет. – Обязан следить за порядком в факультетском городке. Так что если лекпин хулиган – я тут как тут. Проверяю пропуск, отбираю пропуск, сажаю в тюрьму…

– Лекпин Железяка – мой друг, – перебил родича Пуслан. – Мы сдали экзамен. Идем гулять в «Две веселые русалки». Хочешь кварца?

– Кварца?! У тебя есть кварц?

– Одна сумка кварца! – похвастался довольный Пуслан. – И будут еще две сумки кварца. Вот, – он достал кусок минерала, чуть-чуть от него отгрыз и отдал большую часть Щербеню.

Тот, с загоревшимися глазами, принял подарок и целиком положил его себе в рот. Потом тролли приблизились друг к другу вплотную, с громким звуком трижды стукнулись лбами и с блаженством захрустели лакомством. Железяка догадался, что, стукнувшись лбами, великаны все равно что чокнулись стаканами, и теперь Пуслан должен и вовсе захмелеть.

– Эй, хорош набираться, мы так до трактира никогда не дойдем! – запаниковал он, но тролли его не слушали.

Перейдя на свой, тролльский язык, они начали что-то друг другу втолковывать, их речь слилась непрерывным, без пауз, потоком-громыханием, и вставить хоть слово у лекпина никак не получалось.

Железяка отошел в сторонку и огляделся по сторонам, в надежде спросить у кого-нибудь из прохожих дорогу к трактиру, и увидел, что к ним приближаются несколько эльфов. Он сразу понял, эльфы не просто идут мимо, а направляются именно к нему. Впереди компании шагал угрюмый Мухоол. Алеф вдруг подумал, что предстоящий разговор не сулит ему ничего хорошего. Поэтому, когда между ним и эльфами осталось шагов десять, лекпин махнул Мухоолу рукой и, сказав: «Привет!», развернулся и торопливо засеменил к троллям, не обращая внимания на окрики за спиной с требованием остановиться.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Поделиться ссылкой на выделенное