Елена Усачева.

Время верить в чудеса

(страница 2 из 7)

скачать книгу бесплатно

– Ох, – прижала руки к груди старушка, – да я ни на кого и не смотрела. У меня вот яблоки…

«Подавись ты своими яблоками!» – чуть не выкрикнула Иринка. И вдруг вспомнила: аптека! Тут рядом! Мама по выходным водит их с Аленкой туда молочные коктейли пить, все говорит, что очень полезно. Вдруг Аленка по своей глупости туда забрела?

Впервые ступеньки аптеки показались такими скользкими и бесконечными, а проход вдоль прилавка – таким длинным. Но вот и ширма, а за ней касса и аппарат для коктейлей.

– К вам девочка не приходила? Семи лет. Одна, без родителей…

– Ой, да кто ж на вас тут смотрит-то? – хихикнула молодая женщина. – Коктейль сделать? А то мне идти надо.

«Да идите вы куда хотите…» – жалобно подумала Сапожкина. И побрела обратно – через длинный холл, по скользким ступенькам, по холодной улице, в свой одинокий двор.

– Я тут все вокруг обошел. Нет нигде, – раздался вдруг голос Грана. Его сутулые плечи еще больше обвисли. – Может, матери твоей позвоним?

Иринка еле качнула головой. Если звонить матери, то шансов на спасение не будет. А так есть слабая надежда, что все как-то само собой разрешится, что Аленка вдруг появится из-за угла дома и весело сообщит, что заигралась со щенком или ждала сестру в гостях у соседки. Пусть она отсидится где угодно, хоть на трамвае по кругу катается, лишь бы нашлась до маминого возвращения!

Для верности Сапожкина еще несколько раз обошла вокруг дома. Но, как говорится, от сестры не было ни слуху ни духу.

– Там Пантелеева про тебя всякие глупости говорила. – Гран не знал, чем утешить подругу, поэтому бормотал то, что в голову приходило. – Типа, сестру ты не любишь. И вообще, злая.

«Ха, вовремя уела!» – хмыкнула про себя Иринка. У Атоса родственников полон дом – старшая сестра, младшая сестра и еще младший брат. Он оттого и добрый и терпеливый, что все домашние на нем «отрабатывают» боксерские приемы. Нелюбовь к мелким, по его шкале ценностей, приравнивалась к предательству.

Ну-ну, это еще надо посмотреть, кто кого добрее.

– Пойдем, что ли, ко мне… – Иринка окончательно пала духом. День сегодня был явно неудачный. – Может, она домой придет? Или позвонит.

На третий этаж оба поднимались в молчании. С каждой ступенькой на плечи Сапожкиной все сильнее давило осознание трагедии. Пускай ей Аленка мешала, пускай она младшую сестру не любила, но что она теперь без нее делать будет?

До квартиры оставался один пролет, когда около стояка с мусоропроводом мелькнуло знакомая желтая шапка.

Аленка сидела на корточках перед окном, спиной прислонившись к перилам. На коленях у нее лежал учебник.

– Ой, Ира! – подпрыгнула сестра. – А я во дворе тебя видела!

– Ты что здесь делаешь? – Если бы не Гран, то покачнувшаяся Иринка точно оказалась бы на полу.

– Тебя жду. – И тут Аленка вспомнила, что она в этом деле сторона обиженная, и надула губки. – А ты все не идешь и не идешь! Я видела, как ты вот с ним вокруг дома ходила… – И первоклашка ткнула пальцем в опешившего Ваньку.

Иринка обо всем забыла и бросилась вперед.

– Я тебя убью! – выкрикнула она подготовленную фразу. – Ты где была? Я все вокруг избегала! Я уже матери позвонила!

Она схватила сестру за воротник пальто и встряхнула.

Аленка посмотрела на нее огромными, перепуганными, полными слез глазами. Ирин– ка отпихнула ее от себя и побежала наверх в квартиру.

Глава 2
Рецепт Крошки Енота

В сказках за все хорошее герою полагался приз – скатерть-самобранка, цветик-семицветик, говорящий волк или волшебный клубок. А вот за черные дела нехорошим людям причиталась всякая бяка – им подсовывали мертвую воду вместо живой, яблочко на тарелочке показывало не ту картинку, а вредной царице волшебное зеркало говорило одни гадости.

Иринка, по своему глубокому убеждению, делала не просто хорошее дело, а как минимум подвиг совершала. Причем каждый день. И какая ей за труды благодарность? Сестра ушла из школы одна, даже не предупредив, и теперь еще наверняка маме нажалуется. Ну, за что ей все это?

Не успела она вечером сесть за кухонный стол, как сбылись ее самые страшные предчувствия. Мама сбросила с доски в миску с салатом порезанный огурец и повернулась к дочерям. Иринка придвинула к себе пустую чашку и стала с любопытством изучать дно с застаревшими чайными разводами. Вот эта завитушка похожа на скалу, а другая как морской прибой, все в пене, в пене…

– Ира! Я не понимаю, что происходит!

– Чаю хочу, – буркнула Иринка и покосилась на младшую сестру. Аленка сидела с красным носом и опухшими глазами. Наверное, она хотела похвастаться маме, как здорово провела два часа около мусоропровода, сколько стихов успела выучить, а в ответ схлопотала большой нагоняй. Теперь пришла Иринкина очередь.

– Неужели так сложно вместе с сестрой дойти от школы до дома?

– Мама! – Иринка сделала трагическое лицо. – Ма-ма…

– Ой, – схватилась за сердце мама. – Что еще?

– Жизнь не удалась. – Иринка опустила глаза и силой заставила свои губы собраться в ниточку, а то они все норовили расплыться в улыбку.

– Что такое? – Мама на всякий случай оперлась о край столешницы.

– Он меня не любит! – Ирина резко опустила голову на сложенные руки, пуговички на кофте звонко цокнули, встретившись с поверхностью стола.

– Кто кого не любит? О чем ты? – засуетилась мама.

Из-под локтя Иринка глянула на сестру. Аленка довольно скалила щербатый рот – первоклашка как раз сейчас переживала период буйного выпадения молочных зубов. Ничего, эту улыбку Иринка ей тоже припомнит!

– Математик мне опять тройку поставил.

– Тьфу ты! – всплеснула руками мама, тяжело опускаясь на стул. – Я о серьезном, а ты… – Она отбросила полотенце. – Ешьте сами! С вами всякий аппетит пропадет.

Мама ушла, закрыв за собой дверь. И еще как закрыла! Шарахнула от души, так что подкова, висящая под потолком, опасно закачалась. Вот ведь счастье кому-то будет, когда она сорвется с гвоздика и встретится с чьей-нибудь макушкой!

– А папа сказал, что я молодец. – Аленка, не чувствуя за собой какой бы то ни было вины, потянулась к вазочке с вареньем – раз мама ушла, то ужин можно себе позволить нормальный: хлеб с вареньем и чай. – Что я уже совсем взрослая.

– Угу, – Иринка грызла миндальное печенье, салат есть она тоже не собиралась. – В следующий раз кое-кто взрослый точно получит от меня по шее. А лучше я договорюсь с местными бандитами, чтобы они тебя украли.

– Как украли? – Темная струйка варенья побежала из уголка приоткрытого Аленкиного рта.

– Очень просто! – Иринка придвинула к себе вазочку и прямо печеньем зачерпнула тягучей массы. – Посадят в мешок и унесут в темный лес. Там за соснами волки сидят голодные. Им бандиты и носят плохих девочек, убегающих от сестер. А бандиты – страшные-престрашные, сами лохматые, руки у них черные, ногти длинные, ходят они в рваных телогрейках и в галошах на босу ногу. Из носа у них растут волосы, а губы у них синюшные, потому что они без пяти минут мертвецы!

– Ой… – Аленка отодвинулась от стола, с опаской покосилась на темное окно. – А когда ты с ними будешь договариваться?

– Вот сейчас и пойду, – с мрачной ухмылкой пообещала Иринка. – Чай допью и пойду. В такое время они всегда около нашего подъезда сидят.

– Ой! – Аленка всхлипнула. – Не надо с ними договариваться, я теперь всегда тебя ждать буду. Честно-честно!

– Ну, не знаю… – Иринка вальяжно откинулась на спинку стула. – Я им уже обещала прийти. Волки голодные, им кушать хочется.

– Пускай они кого-нибудь другого возьмут, – жалобно попросила Аленка. – Вон у нас Вадик на пятом этаже живет.

– И не стыдно тебе? – Иринка взяла очередное печенье. – Отдашь Вадика на съедение волкам вместо себя?

Аленка вздохнула с протяжным всхлипом и ушла из кухни.

Иринка усмехнулась. Эх, мало она рассказала, надо было еще про Бабайку поведать, чтобы Аленка по вечерам боялась к окну подойти. А то распустилась – ходит где хочет, сестру ждать отказывается… Подумаешь, два часа! Иринка ее, может, больше ждала. Долгих пять лет.

В этом месте можно и заплакать. Причем, черт возьми, проникновенно. Надо запомнить.

Иринка с удовольствием доела печенье, потом подумала и подтянула к себе батон, который до этого ела сестра, и стала с неменьшим удовольствием есть варенье с хлебом, придумывая, что бы такого еще сказать Аленке, чтобы та по утрам быстрее просыпалась, а то ведь так вся личная жизнь стороной пройдет.

Мысли о личной жизни увлекли Сапожкину, поэтому она не сразу услышала, что в прихожей кто-то шебуршится.

Что такое? Все дома, и никто вроде на улицу не собирался!

Иринка выскочила в коридор.

Аленка в больших летних сапогах, в длинном отцовском плаще и с сачком стояла около двери и безуспешно пыталась ее открыть – тугая ручка не поддавалась. Услышав шаги сестры, малышка вздрогнула и медленно осела на придверный коврик.

– Не надо Вадика, – тихо заплакала Аленка. – Я сама пойду.

Ага, так это она, значит, в лес собралась… А в сачок, видимо, грибы и головы убитых волков складывать…

– Поздно, – жестко отрезала Иринка. – Съели уже твоего Вадика. Можешь раздеваться.

Тут Аленка заорала в голос. На ее трубный рев вышел папа, и девочка ткнулась головой ему в живот. Всхлипывая и глотая слова, она стала рассказывать про лес и бандитов. Но папа не слушал ее. Гладил Аленку по голове, но смотрел на Иринку.

– Что ж вы мирно-то не живете? – грустно покачал он головой. Сейчас все в нем было печальным – и большие добрые глаза в сеточке морщин, и опущенные плечи под спортивной курткой. И даже ноги в тапочках выражали полное разочарование.

– Чего не мирно? Очень даже мирно! – Иринка втихаря сбоку показала сестре кулак. – Она сама куда-то намылилась. А я говорила, что бабочки еще не проснулись.

Папа вынул из скрюченных Аленкиных пальцев сачок, стянул с плеч младшей дочери ненужный плащ.

– Есть такая сказка… – начал папа и повел Аленку в комнату.

Иринка тяжело потопала следом. Нет, все-таки младшая сестра хуже цунами!

– Сказка про Крошку Енота, – говорил между тем папа, усаживая обмякшую от треволнений сегодняшнего дня Аленку на кровать. – Мама Енотиха послала Крошку Енота за осокой. Он пошел к пруду и по дороге встретил Обезьянку. Она предупредила Крошку Енота, что надо опасаться Того, кто сидит в пруду. И Крошка Енот испугался. Он стал корчить незнакомцу в пруду рожи, грозить палкой и камнем. Тот, кто сидит в пруду, тоже корчил ему рожи, грозил палкой и камнем. Испуганный Крошка Енот побежал домой. И тогда мама посоветовала сыну снова пойти на пруд, но не брать с собой камень или палку, а просто улыбнуться.

Папа накрыл Аленку одеялом и поцеловал в лоб. А потом повернулся к старшей дочери:

– Ирина, мне кажется, ты просто не умеешь улыбаться людям. И любить их.

– Чего это я не умею? – фыркнула Иринка. – Я всех люблю. И тебя тоже!

Ей вдруг стало остро завидно, что Аленке досталось столько ласки, и она кинулась к папе на шею.

– Подлиза! – Иринке достался поцелуй в нос. – Любить надо учиться.

– Зачем учиться? – отмахнулась Иринка. – Любить все умеют. Это же как дышать!

– Даже дышать кое у кого получается не сразу. – Папа ткнул дочку пальцем в подбородок. – Ко многим умение любить приходит со временем. Но кому-то надо тренироваться заранее.

Иринке тренироваться не надо было, она и так знала, что значит любить – это значит смотреть, не отрывая глаз, ходить везде вместе, созваниваться и иметь общих друзей. В список еще что-то вполне могло поместиться, только с ходу ничего не придумывалось.

– И что надо делать? – спросила она на всякий случай. Сама-то знала точно, кому следует умение любить еще тренировать и тренировать – Пантелеевой.

– Начни за кем-нибудь ухаживать.

– За Ленкой, что ли? – фыркнула Иринка, косясь на непривычно тихую сестру. – У нее, кстати, юбка порвалась, и я ее заколола. А собаку вы мне заводить не разрешаете. Я бы ее заухаживала…

– Чего уж так сразу на других переходить? Начни с себя. – Папа оглядел их небольшую, заваленную вещами комнату. – Вон, цветы свои полей. А то они уже и не помнят, когда последний раз лейку видели.

Вслед с папой Иринка посмотрела на подоконник. Там доживали свои скорбные дни две фиалки, декабрист и почти совсем облетевший ванька-мокрый, он же бальзамин.

– А чего они, – сразу перешла в глухую оборону Иринка, – чуть что – сразу вянут.

– Люди тоже вянут, когда на них не обращают внимания. А любовь тем более, – туманно добавил папа и вышел из комнаты, потушив свет.

Пока они разговаривали, Аленка уснула.

Иринка перебралась за письменный стол, включила настольную лампу. С высокого куста ваньки-мокрого слетел очередной увядший листок.

Значит, ухаживать, говорите?

Иринка сбегала на кухню, набрала полную чашку воды и щедро ливанула под корень бальзамину. Вода, смешавшись с сухой землей, полилась через край в поддон, оттуда на подоконник. Иринка изучила пустое дно чашки, глянула на скукожившиеся фиалки. Еще раз бежать на кухню было лень.

– В следующий раз, – пробормотала она, переворачивая над цветочным горшком пустую чашку. С края упала одинокая капля и затерялась в пушистых листиках.

А тем временем в голове у Иришки уже созрел план по «ухаживанию» за Атосом.

С минуту она грела в руке телефонную трубку. Просто так Смехову Иринка еще не звонила, поэтому немного волновалась. Но раз уж она решилась, то отступать некуда.

– Привет, Матвей! – выпалила она быстрым речитативом. – Как там твой бокс поживает?

– Нашла сестру? – Казалось, что Атос не услышал Иринкиного приветствия.

– Она и не терялась, – все еще пыталась сохранить бодрый настрой Сапожкина. – Мы договорились с ней встретиться дома. Она уже давно спит.

– В следующий раз договаривайтесь лучше, – буркнул Матвей. – Ну все, пока, я тут немного занят…

– А… – начала Иринка, но трубка уже плюнула ей в ухо обидные гудки отбоя.

Вот и поухаживала! Да на этого костолома никакие знаки внимания не действуют. Поливай его, не поливай – никакого эффекта.

Иришка бухнулась на кровать с твердым намерением с завтрашнего дня Атоса вообще не замечать. Пускай живет как хочет. Ей и Грана будет достаточно. Зачем ей двое поклонников? У нее же один портфель. И подъезд в доме один. Не будет же она ходить от школы до дома два раза, лишь бы с обоими кавалерами прогуляться…

Утро все раскрасило для нее в новые краски.

Для начала вредная Штанишкина пришла в школу вместе с Атосом. И еще демонстративно дернула в сторону Иринки бровью. Мол, учись, подруга. Хотя Сапожкина руку дала бы на отсечение – Шурка все подстроила. Наверняка дождалась Атоса на улице и демонстративно либо плюхнулась перед ним в лужу, либо изобразила, какой тяжелый у нее портфель. Смехов на такое поведется в минуту, тут же кинется помогать. Они все, мушкетеры, такие, даму в беде не бросят. Доведут до ближайшей лавочки да там и оставят. Дальше пойдут своей дорогой – Анну Австрийскую выручать или Францию спасать. Дел они себе, что ли, не найдут?

Пока же Шурка праздновала победу – прошла мимо Иринки, да так, что ту сквозняком обдало.

Второй удар Сапожкину настиг в классе – верный Гран даже не подошел с ней поздороваться.

Весь первый урок Иринка хлопала ресницами, не понимая, что происходит. А что она такого сделала? Ну, заигралась, ну, забыла про Аленку. С кем не бывает? Нашлась сестра, никуда не делась! Да и что с ней сделается? Любят взрослые пугать всякими страстями. А на самом деле ничего нет. Никто в тридевятое царство не провалится, в тридесятое королевство не убежит. Сказки это все. Сказки!

Аленка уже большая, чтобы за ней ухаживать. Сапожкина лучше ваньку-мокрого лишний раз польет. Ей не тяжело, а цветку приятно.

Иринка достаточно себя накрутила, а потому встретила зашедшую к ней на перемене Аленку в штыки.

– Ну, что тебе? – буркнула она, не поднимая головы от учебника – впереди была история, о которой она, увлеченная своими личными переживаниями, дома забыла, надо было хоть сейчас что-то прочитать.

– Ира! – Аленка легла животом на парту, загородив учебник от глаз сестры. – Нам задали рассказ придумать про семью. О ком мне рассказывать?

– Приехали… – фыркнула Иринка. – С кем ты живешь, о тех и рассказывай.

– Про маму с папой? – еле слышно уточнила Аленка.

– Про них, – подтвердила Сапожкина, придвигая к себе учебник.

– А про щенка я могу рассказать? Ну, про того, которого мы летом на море кормили?

– Можешь, – отмахнулась от сестры Сапожкина, глазами разыскивая место, на котором она остановилась.

Аленка насупленно кивнула и медленно пошла из класса. Когда ее понурая спина скрылась за дверью, до Иринки дошел смысл сказанного сестрой.

– Эй, погоди! – выскочила она в коридор. – У тебя что, кроме папы с мамой, больше никого нет?

Аленка подняла на нее глаза, силясь понять, что та хочет услышать.

– Еще телевизор, – прошептала первоклашка. – Да?

– Ты что, плюшек с утра объелась? – от ярости кровь бросилась Иринке в лицо. – Я-то у тебя куда делась?

– Ой, правда, – кивнула Аленка, наивно улыбаясь. – А про телевизор можно?

– Только попробуй меня в следующий раз забыть! – показала Сапожкина сестре кулак и ушла в класс.

«Вот ведь молодежь пошла! – Она просто искрила от накрывшего ее с головой бешенства. – Ты для них стараешься, стараешься… А они тебя вычеркивают из жизни».

– Ах, какая трогательная семейная сцена, – всплеснула руками Пат, когда Иринка вернулась к своей парте. – Шуз, ты просто мать Тереза.

– А ты клоун Полунин, – отмахнулась от нее Сапожкина. – Любить не умеешь, а туда же!

– Чего это я не умею любить? – скривилась Пантелеева. – Если хочешь знать, я уже целовалась!

– Ничего подобного, – произнесла Иринка со значительным лицом. – Любить – это значит уметь ухаживать.

Шурка прыснула, повалившись на парту. На ее веселье обернулся Матвей. Посмотрев в его ясные глаза, Иринка внезапно вспомнила второе правило Крошки Енота и улыбнулась нахмуренному Атосу во весь рот.

Смехов недовольно качнул головой и отвернулся.

Иринка опешила. Не то чтобы она очень уж верила папиным словам, но очередной сорвавшийся эксперимент – это уже чересчур.

Хотя с другой стороны, Крошке Еноту было проще. Улыбался он своему отражению, а отражению всегда приятно видеть хозяина.

Весь урок истории Иринка просидела в мрачном расположении духа, судьба несчастной средневековой Европы ее не сильно трогала.

Заботиться… А это, оказывается, не так просто. Нужно, и правда, потренироваться. На сестре.

На следующей перемене Сапожкина сама нашла Аленку. Ее появление в классе у малышей вызвало настоящий переполох. Иринка почувствовала себя Гулливером, внезапно проснувшимся в стране лилипутов. Мелюзга крутилась возле нее, только что не издавая мышиный писк.

– Ну, что твое сочинение? – Иринка попыталась усесться на маленький стульчик, но для этого ей пришлось сдвинуть полряда. Да, тесновато живет молодежь.

– Меня учительница похвалила, – заулыбалась Аленка. – Сказала, что у нас очень дружная семья.

– Ну, то-то же! – снисходительно сказала Сапожкина. – Сколько у тебя еще уроков?

Ответить Аленка не успела. Ураганом летевший по проходу мальчишка толкнул Аленку, задел Иринку и маленьким ледоколом понесся дальше.

– Ой, Виталик! – захлопала в ладоши Аленка. Она, казалось, не заметила, что ее толкнули.

Ну, молодежь пошла…

– Стоять! – Иринка слегка наклонилась вперед, выуживая из разноцветной толпы белобрысого Виталика. – Жить надоело?

– А чего сразу я? – тут же стал отпираться шустрый первоклассник.

– Сейчас на атомы разберу, тогда и узнаешь чего, – грозно пообещала Иринка, сжимая кулак. Не то чтобы она была сильно драчливая, но на Виталика сил у нее явно хватало.

– Ой, не надо! – повисла на руке сестры Аленка. – Он пошутил. Мы дружим!

– Ничего себе дружба! – возмутилась Иринка.

– Он хороший! – продолжала защищать одноклассника Аленка.

Виталик быстро сориентировался и, пока сестры выясняли отношения, нырнул за дверь.

– Да чего в нем хорошего? – развела руками Иринка. – От горшка два вершка, еще и толкается!

– Ты ничего не понимаешь! – отпихнула сестру Аленка и тоже убежала в коридор.

– Ну а вы чего уставились? – накинулась на не отрывающую от нее глаз мелюзгу Иринка. – Учебники читайте.

Что же выходит? Еще вчера эта подхалимщица рыдала, что Виталик ей юбку порвал, мать дыру весь вечер штопала, а теперь она его защищает! И где тут ухаживание и забота, скажите на милость?

Мрачнее тучи Иринка вернулась к себе в класс, оглядела довольных жизнью друзей-приятелей и остановила взгляд на Атосе. Он играл в свою новую игрушку, и, судя по восхищенным крикам стоящих вокруг ребят, у него неплохо получалось.

– Слушай, Смехов, – пробралась к нему Иринка. – Что ты сегодня делаешь?

– Сегодня у меня тренировка, – добродушно улыбнулся Матвей, ставя игрушку на паузу.

– А завтра? – с нажимом спросила Сапожкина. Завтра была суббота, они не учились.

– Тренировка, – с нежностью ответил Смехов – бокс он очень любил.

– В воскресенье тоже тренировка? – снова начала злиться Иринка. Да что ж такое, все мимо…

– Не, – качнул головой Матвей, – в воскресенье у меня тренировок нет.

Иринка торжественно оглядела собравшихся – это был ее звездный час.

– Давай я тебе с уроками помогу.

– Как поможешь? – От такого предложения Атос слегка растерялся.

– Приду, и ты у меня все спишешь. – Щедрости Иринки не было предела.

– Приходи, – согласился Матвей, – а то я не все успеваю. У нас сейчас соревнования…

– И на соревнованиях я могу помочь, – неслась вперед Иринка.

– Грушей поработаешь? – пропела у нее над плечом вездесущая Пат.

– Тебя забыли спросить! – шикнула на нее Иринка.

– А чего, приходите, девочки, – разрешил Матвей. – Я вас с Семеном Ивановичем познакомлю, с моим тренером.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное