Елена Усачева.

Три желания для золотой рыбки

(страница 2 из 12)

скачать книгу бесплатно

   – Не люди, – вдруг поднял голову Пращицкий. Его нелюбовь к червякам была легко объяснима – в классе «Б» обитал Генка Сидоров. И был он не просто отличником, а самым настоящим вундеркиндом, совершенно непонятно почему все еще сидящим в девятом классе, хотя давно уже тянул программу университета. Ему несколько раз предлагали закончить школу экстерном, но Генка отказывался. На соревнования и олимпиады их посылали вдвоем – Митьку и Генку. Выигрывал обычно Сидоров. Пращицкому всего пару раз удавалось вырвать у него победу. И то лишь потому, что Генка во время выполнения задания вдруг начал доказывать теорему не классическим методом, а по-своему. А в другой раз он настолько увлекся спором с преподавателем, что его просто вычеркнули из списка претендентов на награды.
   – У нас все красивые! – вдруг выкрикнула Царькова. – А ты, Костик, слепой. И вообще – где твоя солидарность?
   – Кто? – презрительно скривил губы Ян.
   – Солидарность! – От волнения Царькова покраснела. – Наши завсегда лучше червяков.
   – Если сравнивать с тобой – то да! – закивал Константинов, и все засмеялись.
   На этом тема вроде была закрыта, общий разговор развалился на десяток мелких бесед. Снова стали обсуждать, что же произошло в кабинете химии у бэшек, придумывать, чем себя занять на следующем уроке.
   – Вот чучело! – Наумова уселась на подоконник и одернула на коленях юбку – для нее беседа не была закончена. – Как всех развел!
   – А тебе хотелось бы, чтобы он назвал тебя? – На щеках Наташки Жеребцовой все еще полыхал предательский румянец: признания Константинова ее тоже сильно задели.
   – Ой, ну подумаешь! Костик ничего хорошего сказать не может, – подскочила Аська. Она любила быть в центре событий, поэтому такой разговор пропустить не могла. – Нашла кого слушать!
   Юлька смерила презрительным взглядом Репину и фыркнула.
   Лера подняла голову от тетрадки. Девчонки стояли рядом с ее партой, и она невольно оказалась участницей их перепалки.
   – Больно нужны мне от него комплименты! – буркнула Наумова, старательно делая вид, что ей все равно. – Пусть прибережет их. Пригодятся, когда станет грустно, что о нем никто не говорит.
   – Слушай, а не все ли равно? – рядом с бурлящей негодованием Юлькой Наташка была само спокойствие. – Подумаешь! Тебя разве волнует, что говорит этот клоун? Да он Курбаленко назвал только для того, чтобы тебя позлить.
   – Ой, подумаешь! – не унималась Наумова. – Да кому сдалось это пугало Курбаленко?
   – Ему и сдалось, – выразительно закрыла и открыла глаза Жеребцова.
   – Ты хочешь сказать?.. – начала Юлька и вдруг застыла, открыв рот.
   – Да, – медленно кивнула Наташка. – Это только слепой мог не заметить, что наш Янчик сохнет по Курбаленко.
   – А она?
   – А что она? – пожала плечами Наташка. – У червяков своих парней хватает.
И вообще, сунься Костян к червякам, ему быстро объяснят, что у них там и почем.
   – Ну да, – вздохнула Юлька и уставилась в окно.
   Лера не поняла такого внезапного согласия между подружками и решила спросить:
   – А почему он не может туда сунуться?
   – Ты как младенец! – снова округлила глаза Наумова, но теперь уже в адрес Гараевой. – Тебе же сказали: у них своих парней достаточно. Кто ж ему позволит за их девчонкой ухаживать?
   – На это разве надо спрашивать разрешение?
   – Ну ты совсем, – Юлька начала заводиться по второму кругу. – Какие разрешения? Они в «Б», мы в «А», вот и все. Между нами – стена.
   – А если кто-то кому-то нравится? – наивно спросила Лера.
   – Нравится – перенравится, – поддержала подружку Жеребцова. – Пусть встречаются за стенами школы, чтобы их никто не видел.
   – Иначе что?
   – Иначе морду набьют, – легко, словно это было самым естественным, ответила Наташка.
   – А как же школьные вечеринки? – не сдавалась Лера. – Мы же на них все вместе…
   – Кто ходит на эти вечеринки? – Жеребцова оттолкнулась от подоконника и пошла к своей парте. – Одни лохи и ботаники. Им необходимо кучковаться. Нормальные люди там не появляются.


   – А ты знаешь, почему Наумова бесится? – таинственным шепотом спросила Ася.
   – Почему? – Лера списывала из тетрадки пример, и ей было не до репинских сообщений.
   – Ей Янчик самой нравится. Вот она и сходит с ума.
   Гараева удивленно подняла глаза. День какой-то сегодня, сплошные новости. И вроде осень, не весна, а всех на любовь потянуло.
   – Тебя послушать, так у нас не класс, а бразильский сериал. С чего это вдруг к ноябрю все так обвалилось?
   – Погода соответствующая, – загадочно ответила Ася. – Холодно, дождь, народ по домам сидит, а чтобы скучно не было, романы заводит.
   – Заводят комнатных собачек и грампластинки, – огрызнулась Лера, которой порядком надоели все эти разговоры.
   Шуму много, толку мало. Как в девятый класс перешли, так все от этой любви с ума сходить начали. Даже Митька Пращицкий отличился: с ним приключилась кратковременная и страшно неудачная влюбленность.
   – Как ты можешь быть такой спокойной! – Репину остановить было трудно.
   – А зачем суетиться? – Упражнение не решалось, поэтому Гараева начала злиться и на соседку, и на повальные влюбленности, и на некстати произошедший взрыв в кабинете химии. – Как будто Костик с Юлькой не каждый день цапаются! Пошумят и перестанут.
   – Неужели тебе не интересно? – Казалось, Аська сейчас начнет прыгать на стуле от нетерпения. Как это так – столько событий, а подруга сидит, вся такая безучастная, и в окно смотрит! Словно за этим окном что-то может произойти.
   – Интересно, что мы будем делать на следующем уроке. – Лера придвинула к себе учебник. – Все, больше мне ничего неинтересно.
   На самом деле ей все было очень даже интересно. Последние события наверняка как-то были связаны между собой… Погром в кабинете химии, ее разговор с Маканиной, ссора Яна и Юльки. Еще это внимание к ней темноволосого парня. Как там его? Быков?
   Гараева положила учебник поверх тетрадки. Она вчитывалась в хорошо знакомые слова и ничего не понимала. Х с У налезали друг на друга, знак «равно» путался со знаком «больше», латинские буквы теряли смысл. Получалась одна сплошная неразбериха. Как и весь этот день – шум, гам, трам-пам-пам.
   М-дя, вот тебе и рифма.
   Топот в классе прервал ее тягостные размышления.
   – Вставай, пошли! – Репина поспешно собирала портфель.
   – Куда? – Лера нехотя закрыла учебник.
   – Пойдем посмотрим, что там творится. – Асины глаза горели азартом погони. – Ты что, не слышала? На пятом этаже подрались!
   На лестничном пролете между четвертым и пятым этажами толпился народ, так что пробиться вперед и хоть что-то рассмотреть было невозможно.
   – Я же говорила, надо было сразу идти! – пыталась просочиться сквозь плотный строй спин низенькая Аська.
   По ногам тянуло холодом, видимо, окно на лестнице было то ли распахнуто, то ли разбито. Стоять на сквозняке было неуютно, и Лера пошла вниз. Она уже миновала четвертый этаж, когда среди мелькающих перед ней лиц она заметила Лизу Курбаленко. Ту самую Лизу, которую Константинов назвал эталоном красоты.
   Сейчас Курбаленко ни на какой эталон не тянула. Лицо ее было заплакано, нос припух, волосы разлохматились. Она стояла в нише, плотно прижавшись спиной к стене, и покорно слушала, что ей говорит невысокая девчонка с аккуратной прической и изящно накрашенным лицом. Макияж был положен на удивление искусно. Учителя обычно к такому не придираются.
   «У мальчишек странное представление о красоте, – мелькнуло в Лериной голове. – На что они смотрят?» Из этой пары лично ей скорее понравилась бы невысокая девчонка. Было в ней что-то, в то время как в Курбаленко чувствовалось больше злобы и напряжения.
   Ну, да ладно…
   Гараевой не хотелось больше сидеть в школе, ждать невразумительного урока русского языка. Где-то в груди засела непонятная тревога. Переживала она, что ли, за этого неизвестного Галкина? Вряд ли. Какое ей дело до класса «Б»? Ее это совершенно не касалось.
   – Аська, я ушла! – крикнула она в сторону увеличившейся толпы. И, не дожидаясь ответа, побежала вниз.
   Снег лег на землю ровным мохнатым ковром. На площадке перед школой его уже растоптала сотня ног, превратив в грязную кашу. В вершине берез скрипел первый снегирь. В воздухе отчетливо пахло зимой.
   Лера уже не была в том младенческом возрасте, когда каждое лето заставляет напрочь забыть о зиме. Но до сих пор она искренне изумлялась первому снегу, морозному воздуху, застывшим деревьям. В Махачкале все было по-другому, не так красиво, не так празднично. В первый год жизни в Москве она с легкостью могла вызвать из памяти тяжелый, влажный воздух родного города, запах цветущих деревьев с привкусом соленой воды. Сейчас это получалось с трудом – воспоминания постепенно стирались.
   Гараева вышла на улицу. Людей видно не было, и это усиливало ощущение фантастичности происходящего. Но очарование это вскоре улетучилось. Леру обогнали, и этот ушедший вперед человек словно унес с собой всю сказочность дня.
   Высокий темноволосый парень перебежал дорогу и скрылся за домами.
   Лера остановилась.
   Ну вот, теперь у нее начались галлюцинации! Это опять он, тот неизвестный, что разговаривал с Маканиной за воротами школы. Как его? Быков?
   Или ей только показалось?
   Гараева заспешила следом, зачем-то пересекла улицу, прошла между магазином и пятачком детской площадки. Дальше никого видно не было.
   Только не надо говорить, что эта история ее хотя бы немного заинтересовала! Нисколечко. И вообще, все это больше похоже на розыгрыш, чем на правду!
   Лера повернула обратно.
   Надо выкинуть эту ерунду из головы. Нечего, нечего! Не хватало еще, чтобы об этом кто-нибудь узнал!
   Она вновь перешла дорогу, возвращаясь к тому месту, откуда начала свое преследование. Постояла, глубоко вдыхая пока еще непривычный воздух, рождающий легкое покалывание в носу.
   Медленные снежинки кружились, разлетаясь в разные стороны от малейшего движения, холодными иголочками падали на кисть руки. Лера до того засмотрелась на этот завораживающий танец снега, на который всегда в начале зимы обращаешь особенное внимание и тут же забываешь, как только снегопады начинают идти каждый день, что на какое-то время выпала из действительности. Все вокруг двигалось медленно, словно снег грузом лег на секундные стрелки времени, и те притормозили свой бег.
   Под ее ногой хрустнул снег.
   Лера оглянулась, чтобы посмотреть, какой отпечаток она оставила на асфальте, и краем глаза заметила темную тень.
   Секундные стрелки стряхнули с себя наваждение и быстро побежали вперед.
   Тинк, танк. Тинк, танк.
   По дороге пронеслась машина, разбрызгивая снег из грязных луж. Ворона тяжело сорвалась с ветки и, задевая крыльями макушки деревьев, полетела прочь, оставляя после себя белый вихрь взбаламученных снежинок.
   Лера стояла, внимательно глядя назад. Сейчас на дороге опять никого не было.
   Но не померещилась же ей эта темная тень! Кто-то шел за ней, причем давно, внимательно следя за тем, что она делает. Настолько внимательно, что успел заметить, как она повернулась, и вовремя спрятался.
   Лера двинулась по своим следам в обратном направлении. С начала снегопада по дороге прошло немного народа. Она легко различала свои следы. Вскоре к ним присоединились чьи-то свежие отпечатки. Человек шел сначала вот сюда, а вот здесь бросился в сторонку. Он бежал, загребая снег, – на асфальте остались более глубокие, тяжелые следы с длинным прошаркиванием, – поднимать ноги ему было некогда. Человек очень спешил.
   Лера прошла немного по этим отпечаткам, но под деревьями они потерялись, смешавшись со слежавшейся листвой.
   Окружающая действительность перестала быть спокойной и умиротворяющей. Снег все еще продолжал шуршать, старательно сглаживая все неровности земли, но за всем этим уже ощущались опасность и неизвестность.
   Некто, зачем-то идущий по Лериным следам. Что ему надо?
   Или это снова тот самый парень с внимательным взглядом? Почему он ходит кругами? Уж здесь-то, вне школы, можно не прятаться, не скрываться.
   Больше Лера по сторонам не смотрела. Дорога теперь не казалась ей сказочно-красивой. Скорее, тревожной. Да и кому это понравится, если за ним ни с того ни с сего станут следить? Пусть даже и мальчишка из параллельного класса.
   В подъезде своего дома она все же оглянулась. Детская площадка, засыпанная снегом, была печальна. Белые меховые холмики вместо песочницы и столбиков ограждения рождали грустные мысли.
   «Карр», – слетела с качелей ворона.
   Лера вздрогнула и шагнула за дверь. Ей не нравилась эта непонятная слежка, этот странный молчаливый день, полный невнятных шорохов и чужих следов.
   Большая квартира встретила Гараеву душной тишиной. Но то была приятная и знакомая тишина. Лера прошла в свою комнату, задернула шторы, включила свет. Стало спокойнее.
   Ну вот, теперь можно освободиться от утренних переживаний и заняться делом. До тренировки у нее еще есть время, и она успеет что-нибудь почитать. Лера скользнула пальцами по стопке с дисками, выбрала XVII век: Боккерини. Пока проигрыватель прощупывал вложенный в него диск, Лера сходила в кабинет отца. Принесла том Лотмана, устроилась на диване, положив толстую книгу на подлокотник.
   Она еще бегала глазами по хорошо знакомому оглавлению, выбирая, что будет читать, когда в квартире призывно задребезжал телефон. Секунду она злилась сама на себя, что сразу не принесла трубку, – вставать и идти к аппарату не хотелось. Наконец, она столкнула себя с дивана.
   – Ты куда пропала? – захлебывалась Репина. – Такое творится, а тебя нет! Почему ты на русский не пошла? Химичка задание оставила. Ты слышала? Костик с Юлькой чуть не сцепились. А Жеребцова сказала…
   – Что там с химией? – прервала словесный поток подруги Гараева. – Диктуй, я записываю. – Она придвинула к себе блокнот, отчеркнула логотип отцовской фирмы.
   – При чем здесь химия! – искренне возмутилась Аська. – Ты знаешь, что у червяков произошло? У них там полкласса выгоняют!
   – Так сразу и полкласса? – поморщилась Лера, нервно заштриховывая вензель, украшавший начало страницы в блокноте.
   – Ну послушай! – изо всех сил пыталась привлечь внимание подруги Репина. – Как ты можешь быть такой равнодушной! Драка! Розыгрыш! Представляешь? Курбаленко рассказала Жеребцовой. Та – Наумовой. И уже Наумова – нам. Помнишь, они на каникулы в Питер ездили? Еще нас отказались брать. Ну, там, короче, какое-то дело было. Неважно! Короче, Галкин в Маканину влюбился, а она его послала. А тут еще Васильев с Рязанкиной решили их разыграть. Ну вот, и Курбаленко сказала… Короче, там Сидоров еще оказался. Он как даст Галкину по лицу, тот и отпустил Васильева [1 - Об этих событиях читайте в предыдущей книге «Не время для шуток» Е. Усачевой.].
   Незнакомые и знакомые фамилии горохом ссыпались в Лерину память, не оставляя после себя следа: она всегда плохо запоминала имена. В своем-то классе только через полгода перестала путаться в ребячьих фамилиях. Все остальные учащиеся для нее так и осталась темным лесом.
   – Что молчишь? – ворвался в Лерины размышления крик Аси. – Я говорю, ужас какой!
   – Ужас, – лениво согласилась она.
   – А Маканиной – ничего, – все еще бушевала Репина. – Говорят, отец ее отмазал.
   Гараева вырвала изрисованный лист бумаги и скомкала его.
   – Мне на тренировку пора. – Она снова отчеркнула логотип. – Так что там с химией?
   – Стрелять идешь?
   Лера поморщилась. С чьей-то легкой руки по классу прошел слух, что она занимается стрельбой, хотя никакой стрельбы и в помине не было. Она занималась спортивным ориентированием на местности. На тренировках их учили читать карту, определять стороны света, разбираться в звездном небе, на силовых занятиях они бегали и прыгали, сдавали бесконечные нормы и зачеты. Раз в месяц, а то и чаще, на выходные они выбирались в лес, до изнеможения бродили среди деревьев, пробивались через буреломы, искали секретики, оставленные тренерами. Лера всегда быстро решала даже самое запутанное задание, ей нравилось читать знаки дорог, разгадывать маршруты, доказывать самой себе, что она сильнее окружающей действительности, что она выйдет из любого, даже самого глухого места. Это была своеобразная игра с установленными правилами и законами природы. Еще дед учил ее ориентироваться в горах, порой на целый день уводя внучку в ущелья в окрестностях Махачкалы. Обычно из этой игры она выходила победителем.
   – Иду, только не стрелять, а стреляться, – буркнула Гараева, сминая второй листок. – Ладно, до завтра.
   После всего произошедшего химию можно было не готовить. Людмила все равно не сможет нормально вести урок. Если класс разрушен, как рассказывал Махота, то уроки отложатся на неделю. Ну и ладно, химию Лера никогда не любила.
   Да, кстати, ее ведь ждет Лотман!
   Гараева вернулась в свою комнату. Из колонок звучала мягкая успокаивающая музыка.
   Это хорошо. Пусть там, за окнами, идет снег, школа гудит, переполненная новостями, девчонки обрывают телефоны, обсуждая последние события. У нее здесь, за бордовыми шторами, под музыку Боккерини идет совсем другая жизнь. И в своем пространстве она уж как-нибудь сориентируется.
   Пришла мать. Было слышно, как она ходит по коридору, щелкает выключателями, шумит водой. Забормотал на кухне телевизор.
   Пора уходить. Лера встала, быстро собрала сумку и выскользнула в коридор. Мама промелькнула в дверях кухни. В их семье не было принято лезть в дела друг друга.


   На следующий день Лере хотелось одной прийти в школу, подумать, полюбоваться на выпавший снег. Но около подъезда ее перехватила Ася, и до школьных ворот они дошли вместе. Впрочем, так происходило всегда.
   – Ты как? – понеслась Репина с места в карьер.
   – Все хорошо, – медленно ответила Гараева, не понимая, что именно подруга подразумевает под этим многозначительным «ты как?».
   – Представляю, что сегодня в школе будет твориться! – схватила ее за руку Ася. – Дурдом.
   – Там всегда дурдом, – пожала плечом Гараева. – И неудивительно. Как покрасили ее в желтый цвет, так все с ума и посходили.
   Ася довольно захихикала. Шутка по поводу цвета школьного здания была привычной. Когда-то оно было белым, но два года тому назад его перекрасили в желтый цвет, чем вызвали недоумение не только у старшеклассников, но даже у малышей.

   – А что там Наумова с Костиком не поделили? – вяло поинтересовалась Лера, желая сменить тему разговора.
   – Да они на русском сцепились, – отмахнулась Ася, старательно делая вид, что ее это не очень волнует, хотя ее буквально трясло от возбуждения. – Сочинение обсуждали. Дура или нет Татьяна, что отказала Онегину? Мнения разделились.
   – Дура, конечно, – хмыкнула Гараева. – Такого парня видного бортанула! Юлька, конечно, была не согласна?
   – Да ты что! Они чуть не подрались! А Янчик все твердил, что Юлька в любви вообще ничего не понимает. Что было!
   Лера представила себе толстую русичку Галину Георгиевну, пытающуюся рассказать девятиклассникам о любви. На примере бабника Онегина… Да еще этот дурацкий открытый финал, когда муж Татьяны застал Онегина в ее комнатах. Вот это тема!
   – Крику столько было! – тараторила Ася. – Завуч прибежала. Сказала, что драк на сегодня достаточно, и отпустила всех по домам. Даже замечание Янчику не сделала, хотя он орал громче всех… На всю школу было слышно. А потом…
   – Погоди.
   Они уже пересекли школьный сад и подошли к крыльцу, где сегодня на удивление было много народа. Чуть ли не вся начальная школа торчала на крыльце. Малыши с визгом носились в салочки, девчонки ухитрялись прыгать в резиночку и в классики. И вот среди всей этой суеты Лера заметила Маканину.
   С их последней встречи прошел всего день, но Олеся за это время сильно изменилась. Она словно похудела и вытянулась, глаза еще больше потемнели, вокруг них залегли круги, словно предыдущую ночь она не спала. Маканина вопросительно смотрела на Леру, точно у нее был к ней вопрос, но она не могла вспомнить, какой.
   Ей хочется о чем-то поговорить?
   Олеся все еще стояла в немом оцепенении, как будто совершенно не ожидала увидеть здесь, около школы, кого-то знакомого.
   – Я сейчас, – шепнула Лера Репиной и шагнула вперед. – Привет! – улыбнулась она.
   Маканина ответила не сразу. Еще какое-то время она с удивлением смотрела на Гараеву, а потом сунула руки в карманы куртки, явно собираясь уходить. Вдруг на лице у нее появилась радость.
   – Привет, – быстро произнесла она, будто только-только рассмотрела Леру и, испугавшись, что она уйдет, затараторила: – Тебе тут просили передать…
   Олеся вынула ладошку из кармана и протянула сложенный в несколько раз листок. Первой мыслью Гараевой было: «Конечно, это ошибка!» Ей никто не мог писать. Да и зачем нужна эта записка, когда к ней в любой момент можно подойти и поговорить? Бред какой-то…
   И тут она вспомнила. Быков! За вчерашний вечер он совершенно выветрился у нее из головы. Вот кто не станет говорить, а, скорее всего, напишет.
   Сердце громко стукнуло в груди, и Лере тоже захотелось сунуть руки в карманы, но она вовремя остановилась – Маканина еще решит, что она ее копирует. А это сейчас было ни к чему.
   – Как его зовут? – решила уточнить Лера. И, уже задав вопрос, подумала, что спросила зря. В письме должна быть подпись.
   – Давай, бери! – Маканина нетерпеливо тряхнула посланием, и Лера, наконец, протянула руку. – Павел его зовут. Быковский. Там наверняка все написано.
   Ах, Быковский. Как она забавно перепутала. Что же ему надо?
   Лера секунду изучала свернутую бумажку, потом быстро посмотрела на Маканину.
   – А ты Олеся, да?
   Затрезвонил, зашелся в истошном скрипе звонок. Малыши с визгом побежали к школе.
   – Олеся, Олеся, – поддакнула Маканина, отворачиваясь.
   Гараевой захотелось еще немного поговорить, чтобы эта странная девушка не подумала что-то плохое. Поэтому она шагнула вперед, не давая Олесе уйти.
   – Он какой-то странный, ваш Павел, – произнесла она, заглядывая Маканиной в лицо. – Смотрит, а потом убегает.
   – Слушай. – Маканина резко повернулась, и Лера сразу пожалела, что заговорила с ней. Сейчас опять начнет орать. – Что ты капризничаешь? Тебе все девчонки нашего класса завидовать будут. Пашка, знаешь, какой классный! И хватит через меня решать свои дела. Разбирайтесь дальше сами. Мне не до тебя сейчас! Пока!
   Маканина взбежала по ступенькам, хлопнула входной дверью, срывая на ней свое раздражение.
   Да, да, надо было спешить на урок. Лера оглянулась, ища Асю. Та широко распахнутыми от удивления глазами смотрела на подругу.
   – Ты? С ней? Общаешься? – произнесла Репина таким тоном, словно сейчас перед ее глазами Гараева продала американцам самую большую военную тайну.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Поделиться ссылкой на выделенное