Елена Усачева.

Принцесса на белом коне

(страница 2 из 8)

скачать книгу бесплатно

Жеребята оказались трогательными существами. Они смешно трясли головами, шевелили ушами, а во время бега высоко забрасывали задние ноги.

– Этот Пегашкин, а этот Дашкин, – раздался голос с другой стороны загородки. Там на толстых перекладинах сидел невысокий паренек в черной драной куртке и тыкал рукой в жеребят. – А вы прокатчики?

Слово «прокатчики» Даша не поняла, но на всякий случай кивнула.

– Какая смешная, – захихикала Зиночка, показывая на невысокую толстую лошадку с крупными белыми пятнами на боках.

– Это Пегашка и есть. – Парень спрыгнул на землю и чуть покачивающейся походкой пошел к новеньким. – Она смирная.

Он остановился напротив Даши и внимательно посмотрел ей в лицо. От такого пристального взгляда Даше стало неловко. Чего он так на нее уставился?

– А ты красивая, – вдруг заявил парень, хватая Дашу за руку. – Пойдем, я тебе лучшего коня выберу.

– Глеб, ты что там делаешь? – От низенького домика к лошадиному загону шел невысокий мужчина с сильно загоревшим, обветренным лицом. – Я кому говорил, чтобы ты не приставал к туристам!

– А я и не пристаю, – голос у Глеба был наглый. Он тут же выпустил Дашину руку и с вызовом посмотрел на подошедшего. – Я коней показываю.

– Позже покажешь, – недовольно произнес мужчина. – Люди только приехали. Дай им в себя прийти.

– Ладно, потом выберем. – Глеб с явным нежеланием отошел от Даши. – Все равно лучший конь твой будет.

– А мне с жеребенком, ладно? – напомнила о себе Зиночка.

– А то! – с видом хозяина пообещал мальчишка.

Самый лучший конь Даше не достался. Пока выгружали вещи из машины, пока расчищали место под палатки, пока вновь выбрались к загону, оказалось, что почти всех лошадей разобрали. За загородкой оставалось всего пять понурых лошадок. Юрка даже присвистнул, когда увидел, какое сокровище им выпадает.

– Да, весело у них здесь. – Брат с тоской смотрел на животных.

– Дашка, зараза! – раздалось над полем.

Даша вздрогнула, а Юрка решительно шагнул вперед, видимо, собираясь защитить сестру от безвестного нахала.

Щелкнул хлыст. Лошадь, уныло жующая войлочную попону, шарахнулась в сторону, выпуская добычу. Была она бесцветно-серая, с повисшими ушами и грустными глазами.

– А я испугалась, что ты мне кричишь, – улыбнулась Даша идущему к ней Глебу. – А ты, оказывается, лошади…

– Да ну? Тебя тоже Даша зовут? – Глеб был уже рядом. – Вот ведь. А лошадь Дашкой. Бери ее. Она смирная. А тебе, – повернулся он к Юрке, – Анальгин. Он упрямый, но зато ходкий. До конца похода с него не слезешь.

Фраза была многообещающей. Сама лошадь такого же впечатления не производила. Анальгин оказался бежевой масти с торчащими ребрами и отвисшей губой.

– Ну и лошадки нам достались… – протянул Юрка.

За спиной у них послышался топот. Вадим успел оседлать своего коня и теперь скакал галопом вдоль дальнего забора.

И вновь Даша забыла, где находится. Конь у Вадима был отменный.

Тонкие точеные ноги, изящная шея, блестящая черная шерсть, на уздечке поблескивали медные бляшки. Вадим сидел в седле идеально, и вместе с конем они смотрелись так хорошо, что…

– Рот закрой, – раздалось привычное напоминание брата.

– Эй, эй, эй, – из домика вновь появился недавний дядька. Звали его Сергей, и был он старшим конюхом. – Куда расскакался! Дай коню отдохнуть, слезай! Он только что с маршрута.

– Зря радуется. – Глеб тоже смотрел на ловкого всадника, который не спешил осаживать коня. – Это Кутузов, он плохой.

– Почему плохой? – Ничего плохо в красавце коне Даша не видела.

– На первом же перегоне встанет, – как приговор произнес Глеб. – Слабый он. Под вещами пойдет.

В правильности слов конюха – а Глеб оказался вторым конюхом после Сергея – Даша убедилась на следующий же день.

И поход начался. Светило солнышко, чирикали птички, над цветами мелькали мошки. Длинная кавалькада из четырнадцати лошадей растянулась цепочкой. Впереди на низенькой резвой лошадке со смешной кличкой Лизка ехал инструктор Леха. На голову он себе повязал черную бандану, из-за чего стал похож на пирата. За ним пристроились Зиночка с мамой. Зиночка сидела на понравившейся ей пятнистой лошади по кличке Пегашка, рядом трусил жеребенок, что вызывало у Зиночки ежеминутный восторг. Ее радостные крики, наверное, были слышны в конце колонны. За ними шли Вадим с мамой. Сзади встали две Даши, рядом с ними тоже трусил черномордый жеребенок. Он то отставал, то забегал вперед, и когда ухитрялся потеряться, то издалека раздавалось его жалобное игогоканье.

Даша много бы отдала, чтобы оказаться рядом с Вадимом, но между ними была его мама на светлой толстой лошадке. Поэтому из всех радостей Даше осталось только наблюдать, как без устали размахивает хвостом Кутузов, и думать о превратностях судьбы. А судьба ее поставила перед нешуточным выбором – дальше сверлить взглядом спину Вадима и пытаться его разговорить или плюнуть на все и начать получать удовольствие от этого странного похода.

С удовольствием у нее пока не очень получалось. Даша с трудом взгромоздилась в седло – Глебу пришлось два раза ее подсаживать. Первый час она думала только о том, как бы не упасть. Малейшее движение лошади вызывало у нее в душе жуткий страх – а ну как она действительно пустится в карьер, и будут потом Дашу собирать по лоскуточку.

Когда же стало ясно, что падать здесь некуда, что никто никуда «скакать» не намерен, что «карьер» или хотя бы «галоп» и эти заморенные лошадки две вещи несовместимые, Даша до того устала, что добровольно готова была вывалиться из седла.

На вопрос, скоро ли они дойдут до места, дядя Коля усмехнулся и сказал, что это случится через две недели, а привал будет часа через три. Тут Даша почувствовала, что натерла ногу, что у нее болит спина и вообще не мешало бы повернуть обратно. В ответ Юрка только зло пошутил. В общем, удовольствий не предвиделось. Оставалось одно – смотреть вперед, а вернее, ловить редкие моменты, когда из-за спины Ксении появлялась спина Вадима.

Вадим оказался на редкость неразговорчивым субъектом. Еще утром, когда седлались, Даша покрутилась около этой странной семейки, перекинулась парой слов с Ксенией. Сам Вадим ни в какую не желал вступать в разговор. Даже мама его удивилась, что это сын ходит букой. Не мешало бы ему прекратить изображать рыцаря печального образа. Но Вадим продолжал хранить молчание. Один раз к ним подошла Василиса, о чем-то пошепталась с Ксенией, пыталась заговорить с Вадимом, но он только мотнул головой и ушел к лошадям.

Над головой настойчиво звенела мошкара. Становилось скучно. Вокруг простирались луга, высокая трава задевала коленки, на горизонте тянулась нескончаемая цепочка гор.

Первое время Даша еще пыталась держать спину, сохранять на лице подобие улыбки, короче, создавать впечатление, что все хорошо. Но вскоре она забыла об этом. Какой смысл беспокоиться о внешнем виде, если от солнца лицо у нее раскраснелось, а на носу уже вскочили веснушки, если под ногтями появилась грязь, и уже до конца похода ее оттуда не вычистишь. Если волосы под кепкой от жары слиплись, и от ее прически не осталось и следа.

Но вскоре и эти мысли вылетели из ее головы. Монотонность ходьбы совершенно не давала ни на чем сосредоточиться. Хотя нет, кое на ком сосредоточиться у нее получалось. На Вадиме.

И что она в нем нашла?

Влюбилась? Вроде нет. В любовь с первого взгляда Даша не верила, а толком познакомиться с Вадимом она еще не успела.

Тогда что она на него смотрит?

«Все, не буду смотреть», – решила Даша. Она отвернулась и тут же встретилась взглядом с Глебом. Оказывается, он уже какое-то время ехал рядом.

– Устала? – весело спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Поначалу всегда тяжеловато. Зато потом слезать не захочешь!

– Потом я к лошади близко не подойду, – проворчала Даша. – Я себе ногу натерла. И спина у меня болит.

– Пройдет!

Глеб улыбался, и задетая Даша тут же решила, что он над ней смеется.

– На том свете у меня все пройдет, – себе под нос буркнула она.

– У тебя лошадь хорошая, у нее шаг мягкий.

Казалось, Глеб пытался ее утешить. Вот это новость! Ни в чьих утешениях она не нуждалась!

– А тот, чернявый, скоро встанет. – Глеб кивнул в сторону Вадима.

– Чего это он встанет? – фыркнула Даша и попыталась заставить свою лошадку шагать быстрее, чтобы оторваться от назойливого конюха.

Ей не нравилось, что Глеб столь открыто оказывает ей знаки внимания. После слов «ты красивая» он успел подарить Даше охапку полевых колокольчиков, угостить конфетой, а заодно рассказать о своей жизни. Даша узнала, что живет Глеб с отцом в деревне на берегу Телецкого озера. Что им принадлежат три лошади, Дашка, Лизка и Лёник. Что Глеб впервые пошел в поход, а до этого только гонял лошадей через горы на базу. Тот маршрут, что туристы проделывали за две недели, он налегке проходил за два дня. Да, а еще лошадь, на которой он едет, зовут Мамай. Правда, смешно?

Разговор все время прерывался, потому что Глеб неожиданно гнал свою лошадь вперед, несся вдоль кавалькады, проверяя, все ли хорошо, и, вернувшись, ухитрялся продолжить рассказ, словно и не отъезжал никуда.

Делал он это не специально. Даше только казалось, что Глеб над ней смеется, что его радует ее неумение сидеть в седле. На самом деле Глеб просто не мог долго находиться рядом с Дашей. Около нее он чувствовал странную радость, даже восторг. Распирающие Глеба чувства гнали его вперед. И он несся вдоль вяло плетущихся всадников, готовый с каждым поделиться своим счастьем. Но до его счастья никому не было дела, он видел это по скучным сонным лицам. И он вновь возвращался к Даше, к этой городской девчонке, которая сама не знала, что ей надо. А через пять минут Мамай снова уносил его вдаль, потому что нахлынувшие эмоции нужно было развеять по ветру.

Когда Даше надоели метания Глеба туда-сюда, а его безудержная разговорчивость достала больше, чем возмущенное сопение Юрки за спиной, она открыла рот, чтобы послать конюха куда подальше, но тут на довольно крутом подъеме всадники остановились. Вернее первые три лошади еще шли вперед, а вот Кутузов встал, гордо вскинув вверх черную морду.

– Я же говорил! – захохотал Глеб, проезжая вперед.

Вадим хлопал пятками по черным бокам, натягивал повод, выкрикивал угрозы, но наглый конь даже не думал двигаться с места.

– Наездник, – зло прошептал Юрка. Сзади послышался смех. Хохотали Рита с Василисой. Их забавляло, как Вадим воюет со своим Кутузовым.

– Ты с ручного тормоза сними, – шутили они. – И по колесам постучи, может, пойдет.

– Что, забуксовал? – к Вадиму подъехал конюх Сергей.

– У него бензин кончился, – недобро пошутил Юрка.

– Слезай, джигит. – Сергей и не думал щадить заметно покрасневшего Вадима. – Говорили тебе, не выпендривайся. Не устроил бы ты с утра скачек, он бы у тебя еще полдня прошел. А так все, дальше хода нет.

Вокруг снова засмеялись, и Даша не выдержала.

– А хочешь, возьми мою лошадь! – крикнула она, поравнявшись с Вадимом. – Возьми! Она послушная… Только с жеребенком.

Даша уже вынула ноги из стремян, чтобы спрыгнуть на землю, но сзади кто-то дернул ее за куртку.

– У тебя совсем крыша поехала? – От злости у всегда бледного Юры щеки стали розовыми. – Что ты перед этим пацаном выделываешься? Другого занятия нет?

– Твое какое дело? – зашипела в ответ Даша и на всякий случай посмотрела вокруг – не слышит ли их кто. Но все были заняты обсуждением случившегося.

Пока брат с сестрой препирались, Вадим попытался спрыгнуть на землю. С первого раза у него не получилось. Брючиной он зацепился за седло и стал дергать ногой, чтобы освободиться. Кутузов попятился. Стоящие за ними лошади тоже стали сдавать назад. Дашка резко дернулась в сторону, уворачиваясь от наседающего на нее Кутузова. Даша, больше озабоченная судьбой Вадима, нежели своей, совершенно не смотрела вперед. Поэтому от толчка ее вышибло из седла, и она приземлилась в ближайшие кусты.

– С почином тебя, – засмеялся Глеб, перегибаясь через переднюю луку. – С первым падением!

– А чего она? – жалобно прошептала Даша, пытаясь вдохнуть. Удар от падения пришелся как раз под ребра, из-за чего вдохнуть у нее никак не получалось. Она беспомощно разевала рот, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

– Нормально! – Глеб продолжал смеяться, все еще оставаясь в седле. Поднимать даму сердца он не спешил. – Новички всегда падают.

– Чего ты разлеглась? – подскочил Юрка. – Упала – вставай!

Он слез с коня и, не выпуская повод, протянул руку сестре. Рывок был такой сильный, что Даша не только дышать начала, но и про слезы забыла.

– Что ты на него уставилась? – зло шептал брат прямо в ухо сестре, пока Даша трясущимися руками пыталась поймать стремя. – Влюбилась, что ли? Ты за лошадью следи да вперед смотри. Без головы останешься, смотреть нечем станет.

– Не ори на меня, – не выдержала Даша, отталкивая от себя лошадь, из-за чего сама опять чуть не упала. – Как вы мне все надоели! Туда не смотри, сюда смотри. Что ты ко мне пристал? На кого хочу, на того и смотрю. И вообще – сами садитесь на эту лошадь!

Даша уперлась в теплый бок своей лошадки, но сдвинуть ее с места не смогла. Тогда она поднырнула под брюхом неповоротливого животного и стала карабкаться наверх.

Ух, какая она сейчас была злая!

Пройдя несколько шагов, Даша снова увидела Вадима. Он стоял рядом с невозмутимым Кутузовым и выслушивал наставления Сергея.

– Ничего. – Сергей не прятал довольной улыбки. – Сейчас мы тебе другую лошадку подберем. А этот постоит полчасика и оклемается. Молодой еще, силенок не нагулял.

– Можете мою лошадь взять, я пешком пойду, – буркнула Даша, проходя мимо.

– Эй! – догнал ее Глеб. – Почему пешком? Пешком устанешь. Нам еще в горы подниматься и реку переходить.

– Без вас разберусь!

Советчиков вокруг собралось – не пройти, не проехать!

В этот момент Даша ненавидела всех – и дядю с его дурацкой поездкой, и Юрку с неуместными замечаниями, и глупого Глеба, и даже свою лошадь Дашку, хотя, казалось бы, она тут была совершенно ни при чем. И только Вадим оставался в ее глазах прекрасным рыцарем, у которого и так-то все не очень хорошо, а тут еще и лошадь подсунули плохую. В том, что Кутузова Вадиму именно подсунули, а не он сам его выбрал, Даша не сомневалась. И сделал это, судя по всему, Глеб, который тоже, как и Юрка, заметил, что Даша неравнодушна к этому молчаливому парню.

– Устала, что ли? – снова догнал ее молодой конюх. – Так садись ко мне!

– Не хочу я больше нигде сидеть! – Даша попыталась обогнуть настырного всадника.

– Ноги натерла? Это бывает!

Видимо, жителя Алтайских гор вообще тяжело было чем-то смутить. Намеков и прямых слов Глеб не понял и отставать от Даши не спешил. Он снял с себя драную куртку, постелил ее на холку своему коню и протянул Даше руку.

– Забирайся.

Даша быстро оглянулась на все еще стоящего Вадима, на уже усевшегося в седло Юрку и вдруг поняла, что это будет хороший повод утереть всем нос. Раз Юрка на нее все время ворчит, а Вадим не замечает – вот вам, получайте, она с другим на лошади поедет.

Даша схватила Глеба за руку и уселась на шею недовольно вздохнувшего Мамая.

Взгляды обоих парней прожгли в ее спине дырку.

– Теперь точно не свалишься, – весело крикнул Глеб и погнал свою лошадку вперед.

Даша сидела, свесив ноги на одну сторону, что было не очень удобно, но зато надежно. Потому что сзади ее крепкой рукой обнимал Глеб.

«Утритесь теперь своими принципами», – торжествующе думала Даша, представляя, как сейчас и Юрка, и Вадим кусают локти из-за своей глупости.

Ехали они так недолго. Вскоре Сергей объявил привал и тут же подозвал к себе помощника. Даша догадалась, что Глеба будут отчитывать «за неправильное поведение с туристами». Посочувствовать своему кавалеру она не успела, потому что перед ней возник Юрка.

– Что, я так и буду твою лошадь за повод тащить? – холодно спросил он.

– Ваша была идея идти в конный поход – вот и тащи, – огрызнулась Даша. – А мне надоело с ней возиться!

Лошадь с осуждением посмотрела на свою наездницу и вздохнула.

– Тебе надоело? – еле слышно переспросил Юра, но было в этом тихом голосе столько угрозы, что Даша подняла на брата испуганные глаза. – Это мне надоело наблюдать, как ты тихо сходишь с ума! У тебя на свежем воздухе совсем плохо с башкой стало или после падения мозги все перемешались?

– Ты за своей головой следи! – Даша из последних сил сдерживалась, чтобы не заорать.

– Молодежь, что вы опять не поделили? – подошел к ним дядя Коля.

– Да вот Дашка в Москву собралась, – ехидно доложил Юрка. – Так пешком и потопает через Уральские горы.

– Что ты ко мне привязался? – перешла на крик Даша. – Покомандовать захотелось – командуй своей лошадью.

Она вырвала из рук брата повод и отвела свою Дашку в сторону.

– Дура! – долетел до нее Юркин окрик. – Ты – дура! Поняла?

На следующем переходе Юрка оттеснил Зиночку и встал сразу за Лехой.

«Это чтобы не видеть, как я смотрю на Вадима», – догадалась Даша.

Но расчет его оказался неверный. На Кутузова навьючили мешки с вещами и провизией, Вадиму дали нового коня, и вместе с ним он перешел в конец кавалькады. Поминутно оборачиваться было неудобно – так и второй раз навернуться недолго, поэтому Даша ехала, глядя на лохматую гриву своей лошадки, и думала, что сейчас она самый несчастный человек в мире.

Глава 2
Лошади тоже умеют любить

Молчит. Он все время молчит. Даже с матерью не разговаривает. Василиса к нему подошла, попыталась заговорить. Еще больше набычился и отошел в сторону, расстроенная Василиса направилась к Лехе. Ой, что-то происходит. Но что?

К концу второго дня Даша ни о чем другом думать уже не могла – только о молчаливой фигуре, пристроившейся в конце их длинной колонны.

Все говорят. Не умолкает ни на минуту Глеб, рассказывает веселые байки Рита, Леха что-то постоянно объясняет Зиночкиной маме, даже Сергей под конец запел.

А он молчит. И если поначалу из него еще пытались вытащить хоть слово, то ближе к обеду даже самые настойчивые бросили эти попытки. Какой смысл разговаривать с человеком, если он только угукает или кивает.

Ну, почему он молчит? Вроде не немой! Сказал ведь тогда, около реки в первый вечер, что там красиво! Неужели сейчас некрасиво? Вон какие вокруг деревья высокие. А голубые горы на горизонте? А снежные шапки? А высоченные цветы вокруг?

А вдруг Даша так страшно выглядит, что при ее виде люди теряют дар речи. И немудрено – расчесываешься наугад, лицо умываешь ледяной водой. От этого руки стали сухие и шершавые. Что же тогда с лицом?

Даша машинально потрогала себя за щеку. Ничего вроде, ровная, бугристого слоя грязи нет.

Уже на второй день она стала меньше волноваться о том, что выглядит не на все сто. Как-то в походе, где никто не заботился об идеальном состоянии ногтей, можно было спокойно жить и без косметики, и без короткой юбки. Ее здесь просто некуда было надевать!

Если все в порядке с внешностью, тогда почему он молчит?

А если его толкнуть? Пройти мимо и неожиданно заехать по плечу? Неужели промолчит? Или напугать? Все равно ничего не скажет? Хорошо, от испуга он еще сильнее сожмет зубы. А если случайно облить его супом из котелка? Хотя бы заорет. А потом возьмет и выложит свою историю. Скажет, что надоели ему все со своими вопросами, потому что… Тут-то все и станет ясно.

Нет, не станет. Молчит, значит, хранит какую-то тайну. Не улыбается, значит, пережил большую трагедию. Довольно крепкий, значит, занимается спортом, готовит себя к подвигам. Или уже совершил подвиг и поэтому хранит молчание.

Как все запутанно!

Любопытство распирало Дашу изнутри. От этого она ерзала в седле, чем вызывала недовольное пофыркивание Дашки и понимающие кивки Глеба – он считал, что начинающая наездница просто уже не может ехать верхом.

А Даша правда не могла. Ничего не могла. В голове крутились тяжелые мысли, и избавиться от них не было никаких сил.

А время тянулось с неспешной скоростью ленивой Пегашки. Солнце клонилось к закату, а они все шли и шли вперед.

Куда идут? Зачем? Боже, как все запутанно!

Вечером с палаткой Даша справилась почти сама. Юрка только чуть-чуть помог.

– Может, все-таки вместе? – без энтузиазма спросил дядя Коля. – Замерзнешь. В горах ночи холодные.

В ответ племянница фыркнула и побежала к костру, где уже расположились Вадим с мамой.

– Ой, а давайте в «Ассоциации» играть, – предложила Даша, когда миски с кружками опустели.

– Во что?

Несмотря на все наставления Сергея, Глеб упорно вертелся среди туристов. Как говорится, нарушал субординацию, ведь конюх при лошадях должен быть. Вот и сейчас он сидел со всеми и первым задал вопрос про странную игру.

– Все просто, – заторопилась Даша. – Ведущий загадывает слово, а остальные задают вопросы, на которые ведущий отвечает «да», «нет» или «не относится». Кто отгадает слово, тот становится ведущим.

– Ага, – довольно сощурился Леха. – Вы поиграйте тогда, а я спать пошел.

Веселая Рита хихикнула и подмигнула Василисе.

– Сейчас мы слов наотгадываем… – многообещающе хмыкнула она. Василиса в ответ засмеялась каким-то своим мыслям.

– Ладно, я начну. – Даша боялась, что уставший после первого дня народ разбежится по палаткам, поэтому спешила начать игру. – Загадала! Задавайте вопросы.

– Это существительное? – первой спросила Зина.

Даша кивнула и почувствовала, как ее щеки наливаются румянцем.

– Одушевленное? – Зиночка продолжала сражать всех наповал знанием русского языка.

– Нет, – качнула головой Даша, а сама подумала, что не мешало бы это слово в разряд одушевленных перевести, уж больно много в жизни людей оно значило.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Поделиться ссылкой на выделенное