Елена Нестерина.

Пудель бродит по Европе

(страница 2 из 10)

скачать книгу бесплатно

   – Не волнуйся, Галиночка, зачем волноваться-то? Конечно, полное! Я тебя очень взаимно понимаю!
   Галина Гавриловна, по жизни совершенно не плакса, от этих слов тут же начала успокаиваться, выхватила у мужа и закинула подальше мочалку, которая изрядно ободрала ей нос и щёки.
   Но мир так и не наступил.
   – Но вот только на пуделя согласиться никак не могу, – добавил Пётр Брониславович.
   И слёзы вновь потекли по щекам его жены.
   – Ты совсем игнорируешь мои желания, да, Петруччио? – трогательным жалобным голосом спросила Галина.
   – Я пуделей игнорирую! – честно заявил Пётр Брониславович. – Особенно с голой попкой и с чёлочкой! Тяп-тяп-тяп-тяп-тяп, просто срам один!
   Галина Гавриловна горестно уселась на стул и сказала как будто сама себе:
   – И это говорит он… Боже, за какого бессердечного тирана я вышла замуж! Пётр Грженержевский не любит животных, ещё он не любит…
   – Люблю! – возмущённый такой несправедливостью, воскликнул тиран Грженержевский. – Галиночка! У меня в детстве хомяк был! И рыбки!
   – Не верю!
   – Ну зачем тебе пудель, душа моя? – взмолился Пётр Брониславович, взглянув на часы и сообразив, что уже опаздывает на первый урок.
   – Он мне нужен, нужен, нужен! – точно пудель, взмахивая чёлкой, мокрой от слёз, твердила Галина. – А ты, Петя, такой бессердечный, не нужен мне совсем.
   Вот этого Пётр Брониславович совершенно не ожидал. В растерянности он сел на пол, затем встал, схватил себя за нос, за подбородок, пожал плечами и замер, хлопая глазами.
   – Не нужен? Как же не нужен, Галиночка? Я же хороший, – только и смог сказать бедный Пётр Грженержевский, первый раз оказавшийся в такой ситуации.
   – Пуделёк тоже хороший, – был ему ответ. – Даже лучше. Ах, ты ничего не понимаешь… Всё, Петя, всё… Вот и кончилась наша счастливая совместная жизнь.
   – Как же, Галиночка? Почему?.. – Петру Брониславовичу казалось, что мир рушится, исчезает в пасти насмешливого дьявола. И физиономия у этого дьявола такая задорная, дурашливая, с кудрявой чёлочкой. Совсем как у… Ой, нет, нельзя даже думать!
   – Да потому что, Петя, – отвечала Галина Гавриловна голосом старухи Изергиль, наполненным горечью многочисленных прожитых лет, состоящих сплошь из утрат и лишений, – был у меня такой ма-а-аленький каприз. А ты его проигнорировал… У нас разные вкусы, Пётр. И мы с тобой совсем не схожи.
   Галина Гавриловна надвигалась, подталкивая сатрапа-мужа к выходу из квартиры. Тот трепыхался, пытаясь что-то объяснить, но Галина Гавриловна была неумолима. Все вопросы были ею решены и выводы сделаны.
   – Но это же не так, не так, Галиночка! – кричал Пётр Брониславович, протягивая руки к любимой жене. – Мы с тобой – и вдруг… И всё из-за какого-то кудрявого заморыша!
   – Конечно, заморыша… – услышал Пётр Грженержевский, вылетая из собственной квартиры. – Ты солдафон, Петя.
И никогда не поймёшь женского сердца…


   С маркой «солдафон» Пётр Брониславович и появился сегодня в школе. Возвращение домой без пуделя было невозможно. Об этом он и сообщил Арине с Витей, не вдаваясь, конечно же, в детальное описание произошедшего сегодня утром.
   – Уж на что я только, братцы мои, в школе не насмотрелся, уж кого я только не усмирял, – так заканчивал свой рассказ Пётр Брониславович, – меня уж, наверно, ни львом не испугать, ни тираннозавром. А вот пудель меня до белого каления может довести. Эх, судьбинушка моя незадачливая… Из-за какой мельтешни на ножках жизнь рушится…
   – А без пуделя вас точно дома видеть не желают? – спросила Арина.
   – Не желают. – Пётр Брониславович понурил свою бедовую головушку. – Так что придётся завести мне этого пуделя. Ребят, а нет ли у вас какого-нибудь пуделевода на примете? Знакомый, может, какой-нибудь пуделей разводит. А?
   – Нужно прямо сегодня? – раздался вдруг звонкий голос из мальчишеской раздевалки.
   Пётр Брониславович повернул голову. Он-то рассказывал о своих злоключениях двоим, а тут вдруг кто-то третий объявился.
   Антоша Мыльченко, деятельный и вездесущий Антошенька, выскочил из своего укрытия и рванул на помощь классному руководителю.
   – Мыльченко! – вскинулась Арина. – Опять подслушивал?
   – Я не подслушивал, я сочувствовал беде! – подбегая, воскликнул Антоша. – А это две большие разницы. Так сегодня пудель нужен, Пётр Брониславович? Или когда?
   – Сегодня, – вздохнул Пётр Брониславович. – Вот закончатся все уроки, поеду на Птичий рынок. Если там будут пудели, куплю прямо первого попавшегося – и к Галиночке! Даже брить ему попу не буду – пусть она сама его до ума доводит.
   – Знаете что, Пётр Брониславович! Вы подождите, никуда не ездите, ведите свои уроки, – взвился Антоша Мыльченко и принялся активно взмахивать руками и трясти светлой кудрявой головой, отчего и сам напоминал сейчас задорного пуделька.
   – За это спасибо, – первый раз за всё время улыбнулся Пётр Брониславович.
   – За что? – не понял Антоша.
   – Что уроки вести разрешаешь.
   – А… – Антоше некогда было обижаться. – Вам любой пудель нужен, скажите?
   – Пёс его знает, – ответил Пётр Брониславович неуверенно. – Наверно, любой. Но чтобы сегодня.
   – Будет вам пудель! – с пафосом произнёс Антоша, отбежал на несколько шагов в сторону и встал, точно Наполеон, заложив одну руку за борт пиджака и гордо откинув голову назад. – Ничего не предпринимайте и не волнуйтесь. Будет вам пудель, да такой, что мало не покажется. Я сказал!
   Увидев это, Пётр Брониславович совсем потерял надежду. Но Арина и Витя поддержали Антошу – и уж им-то Пётр Брониславович больше поверил.
   – Мы вам его в школу приведём, – уверенно сказала Арина, – вы когда уроки во второй смене заканчиваете?
   – Сегодня у меня много уроков, – ответил Пётр Брониславович, – только в пять часов вечера освобожусь.
   – Хорошо. Ну вот до пяти вечера мы и постараемся управиться. Вы нас дождитесь.
   Арина Балованцева могла убедить кого угодно в чём угодно, такой уж она была юный командир. Пётр Брониславович успокоился. Где-то вдалеке, на самом горизонте поля битвы за его счастливую семейную жизнь, всходило солнце надежды.
   – Неужели правда пуделя найдёте, ребята? – проговорил он чуть не плача, глядя на Арину, Витю и Антошу. – Ох, вот хорошо бы. Вы как только придёте, я его сразу Галиночке-то, в смысле, Галине Гавриловне, и отведу, она, бедная, приболела, одна сидит дома, мается, скучает… С урока прямо уйду, ребятки тут и без меня мяч погоняют. Эх, неужели и правда найдёте мне спасение? Я бы за это был вечный ваш должник.
   – Ах, пустое, – махнул ручкой Антоша.
   – Ну, если семья под угрозой… – проговорил Витя.
   – А вы, Пётр Брониславович, не думайте о плохом! – крикнула Арина Балованцева, удаляясь по коридору к выходу и увлекая за собой Антошу и Витю. – И всё будет хорошо! Ждите нас с пуделем!
   Так, оставив сумки с учебниками в раздевалке, направились ребята вместо ледяной горы на поиски пуделя-миротворца.
   А приободрившийся учитель физкультуры уединился в своей каптёрке возле спортзала. Скоро должен был начаться урок в одном из старших классов. Пётр Брониславович сел за стол и принялся ждать. И начала урока. И чудо-пуделя.

   – …Так, Мыльченко, а теперь рассказывай, что за пуделя такого для Петра Брониславовича ты имел в виду? – прижав Антошу к стене школы, поинтересовались Арина и Витя.
   – Помочь человеку – это благородно! – пискнул Антоша. – Ну чего пристали?
   – Подслушивать неблагородно, – заметила Арина.
   – Так ведь если бы я не подслушал, не было бы спасения семье Петра Брониславовича!
   – Эх, – вздохнула Арина, – видно, Мыльченко, тебя не переделаешь. Давай-ка лучше рассказывай, что за пудель у тебя такой необыкновенный. Вить, отпусти его.
   – А вы какого пуделя Петру Брониславовичу собирались предложить? – хитренько прищурился Антоша. Он явно не хотел раскрывать сразу все свои козырные карты. Но не понимал, наивный дурачок, что Арина и Витя знают его как облупленного.
   – Ну, раз ты отвечаешь вопросом на вопрос, тогда чего разговаривать… – пожала плечами Арина и развернулась, будто намереваясь уйти и унести с собой свою тайну.
   Витя направился вслед за Ариной.
   – Ой, ну подождите! – Антоша испугался, что выберут не его пуделя, а какого-то другого. А ведь его пуделёк-то как раз подходил для будущей миссии. Очень подходил – в этом Антон не сомневался! – Я сейчас вам всё расскажу!
   – Ну, так и быть, давай рассказывай, – согласилась Арина.
   У неё не было знакомых с пуделями. Всё, что она могла предложить, – это либо немедленно купить газету или найти в Интернете объявление, где пуделя срочно отдавали в хорошие руки. Или где щенков пуделиных продавали. Но, может, Мыльченко действительно что-то дельное предложит? Только бы он не суетился…
   – У сестры моей бабушки, – так начал Антоша свой рассказ, подводя Арину и Витю к автобусной остановке, – то есть у бабы Лизы, есть пудель!
   – И что, она хочет его кому-нибудь сбагрить? – поинтересовался Витя.
   – Нет, она его очень любит, – ответил Антоша.
   – Так кто же отдаст кому-то незнакомому своего любимого пуделя, Антоша? – Арина с удивлением посмотрела в лицо Антона Мыльченко.
   – Ну… Может, баба Лиза, – протянул Антоша.
   – Она что – не в себе? – спросил Витя.
   – Как раз в себе! – обиделся Антоша. – И как раз пуделя своего очень любит!
   – Тогда я тебя не понимаю, – покачала головой Арина.
   В это время подъехал автобус.
   – Забирайтесь, забирайтесь в автобус, нам совсем недалеко! – замахал руками Антоша. – Можно и пешком, но холодно же! А я вам всё расскажу! Нам обязательно нужно к бабе Лизе ехать, и вы сейчас это поймёте! У меня же не голова, а Дом Советов!
   Арина и Витя с усмешкой переглянулись, но всё-таки зашли в автобус вслед за Антоном. Ехать оказалось действительно мало – всего три остановки. И за это время Антошка успел протарахтеть то, что, собственно, и собирался.
   – Это такой пудель, Бима его зовут, что после десяти минут общения с ним на всю жизнь отбивается желание заводить каких бы то ни было домашних животных! – уверенно начал он.
   – С дурью Бима? – поинтересовалась Арина.
   – Ещё с какой! – уверил её Антоша. – Ничего не соображает, вещи портит, меня не любит, гадит где ни попадя, не слушается бабу Лизу…
   – И давно это он так?
   – Уже лет пять, с самого щенячьего возраста.
   – А приучить нельзя? – спросил Витя. – Собаки же существа умные.
   – Не все! – со знанием дела заявил Антоша. – Этот паршивец Бима ну вот начисто ничего не понимает. Но прикидывается смышлёным и, главное, обаятельным. Баба Лиза от него до сих пор без ума. Я думаю, пострадал от Бимы её ум-то… Лучше бы меня так любила… Из-за него моя бабушка не ходит к бабе Лизе домой. И к себе бабу Лизу, представляете – родную свою сестру! – пускает только без Бимы.
   Антоша ещё долго рассказывал о том, что вытворял Бима и как ему за это никогда ничего не было. Витя Рындин смеялся, Арина молча слушала и изредка улыбалась, думая о чём-то. Даже люди, что стояли рядом и слышали Антошин рассказ о проделках Бимы, не могли сдержаться и хохотали.
   Пришла пора выходить из автобуса.
   – Во-он дом бабы Лизы! – на улице махнул рукой Антоша.
   – Давайте-ка тут, на остановке, постоим, решим, как нам красавца Биму получить, – предложила Арина.
   На опустевшей остановке было довольно неплохо. Она защищала от ветра, который вдруг налетал и поднимал в воздух недавно выпавший колючий снег.
   – Мы же не враги Петру Брониславовичу? – спросила Арина.
   – Нет, само собой, – подтвердил Витя.
   – Ему не нужен ХОРОШИЙ пудель, да? В смысле, смирный, покладистый, чтобы он у него дома прижился, правильно?
   – Правильно.
   – Значит, Бима – лучший кандидат.
   – Я это, Арина, сразу сказал, – решил обидеться Антоша. Он вообще часто обижался.
   – Не дуйся, Мыльченко. – Арина подняла палец вверх. – Если Бима действительно такой монстр, как ты рассказываешь, то он явно ПЛОХОЙ пудель. Так?
   – Так.
   – Значит, нам его не нужно у бабы Лизы ни покупать, ни воровать, а просто взять часочка на два! – улыбнулась Арина. – А раз он такой придурок, то он тут же покажет жене Петра Брониславовича все прелести собаководства, и она быстренько от него откажется!
   – А вдруг он Галине понравится? – спросил Витя.
   – Нет-нет, не понравится! – уверенно замахал руками Антоша. – Он с такой дурью, мамочка дорогая! Баба Лиза с ним даже на улицу по-нормальному не может выйти. Я его когда во двор гулять вывожу, проклинаю всё на свете! Бима как чумной на всё кидается, через голову перекувыркивается. А лает… Как же он лает! До колик брешет, пока икать не начинает!
   Чувствовалось, что у Антоши наболело. Замучил его, видать, пудель Бима.
   – Значит, это наш клиент, – кивнула Арина. – Я уверена, что жена Брониславовича нашего – тётенька нормальная.
   – Да, – произнёс Витя Рындин, – не должен Галине Гавриловне такой дурной Бима понравиться.
   Арина и Антоша согласились с ним. Арина потёрла нос и задумчиво сказала:
   – Теперь другой вопрос: как его выманить?
   – Напрокат взять, – предложил Витя.
   – Как – напрокат? – удивился Антоша.
   – Так, Антон, этот Бима на вид приличный? – вопросом на вопрос ответила ему Арина.
   – Шампунями ежедневно намываемый, – голосом профессиональной рассказчицы русских народных сказок затянул Антоша – жертва пуделеводства, – собачьим парикмахером регулярно подстригаемый, побриваемый и почесаемый… В смысле, причесывают его и кудри навивают. Бантиками его обвязывают, в кофту во время морозов наряжают, тапки у него тоже есть, но он их с лап скусывает. Ошейники антиблошиные, прививки ото всех на свете болезней, спит он на подушке, ест…
   – Ясно, – перебила его Арина. – Короче, только что его не пудрят.
   – Почему, может, и пудрят, – развёл руками Антоша.
   – Вот, точно! Мы пригласим бабы-Лизиного красавца-пуделя на фотосъёмки! – воскликнула Арина.
   – Но он не даётся фотографировать! – всплеснул руками Антоша. – Родственники пробовали. Всё норовит, подлец, в объектив запрыгнуть. Люди даже от испуга фотоаппараты роняли, а дядя Гриша вообще свой разбил. Ох, он был злой… Но баба Лиза не дала Биму отлупить…
   – Да мы и не будем его фотографировать, Мыльченко! – прервала его Арина. – Я сейчас всё объясню. Мы проведём культурную и красивую акцию – и все останутся довольны. И Пётр Брониславович, и его Галина Гавриловна… И твоя баба Лиза. Давайте определим, кто что будет говорить во время акции у бабы Лизы дома. Чтобы наш ансамбль получился слаженным. Ух, как приведём этого Биму – то-то будет праздник в доме Петра Брониславовича!


   В тесной однокомнатной квартире, всюду застеленной клеёнками, было тихо. Никого не ждала в этот час старушка Елизавета Прокофьевна. Забалтывая время, тикали ходики на кухне. За их жестяным, чуть погнутым с правой стороны маятником, который из-за этой своей погнутости болтался туда-сюда и то торопил, то замедлял старушкино время на циферблате часов, вот уже минут десять пристально следил пудель средних размеров. Следил, норовя прыгнуть повыше и откусить странный суетливый предмет, который вдруг привлёк его внимание.
   И только пудель подобрал под себя голые задние лапы, чтобы сигануть повыше, как раздался звонок в дверь.
   От неожиданности пудель вздрогнул, его лапы скользнули по постеленной на пол клеёнке. Пудель растерялся, но ненадолго…
   Старушка Елизавета Прокофьевна выронила из рук газету, бодро выскочила из кресла и бросилась открывать.
   Впереди неё уже нёсся пудель, его оглушительный лай был слышен, наверное, отсюда, с первого, до самого последнего этажа дома.
   – Бима, Бима, ну не грызи ты мои тапочки, дай пройти! – просила старушка, остановленная пуделем в полуметре от входной двери. – Слышишь, Бима, нам звонят! К нам пришли!
   Бима, периодически гавкая, продолжал рвать и трепать хозяйкины тапочки, но та, наученная горьким опытом, знала – чтобы он не разодрал их, ни в коем случае нельзя отрывать ноги от пола. Она, не делая больше ни одного шага вперёд, изогнулась, кончиками пальцев дотянулась до замка, с трудом повернула его.
   Лай усилился.
   – Бима, смотри, это же гости! – воскликнула обрадованно старушка. – А ну глянь? Узнал? Антошенька наш пришёл!
   – Здрасте, баба Лиза! – бодро крикнул Антоша, стараясь заглушить тявканье Бимы. – Да, мы пришли, мы гости… Это мои друзья Арина и Витя!
   Арина и Витя тоже поздоровались.
   Их взорам предстало странное зрелище. Обои в квартире чуть ли не до самого потолка были изодраны в клочья. Очевидно, кто-то периодически, в припадках особого гнева или азарта, вдруг бросался их рвать. По полу, куда ни кинь взгляд, лежали клеёнки всех мастей – от оранжевых больничных до разноцветных кухонных.
   Тут же стало понятно, зачем клеёнки.
   – Мы по делу, баба Лиза! – всё так же бодро заявил Антоша.
   – Понятно, Бима? Они по делу! – на полном серьёзе обратилась старушка к своему пуделю.
   – Ой… – только и сказал Витя Рындин, отскакивая от пуделя как можно дальше.
   Но всё равно было уже поздно – под ногами у него образовалась лужица. Как раз на специально подстеленной для этого клеёнке. И на джинсы Вите маленько попало…
   – Ах, прости, мальчик… – замахала ручками старушка. – Это Бима волнуется.
   – Да ладно, что уж… – пробормотал Витя.
   – Ой! – настала очередь Арины.
   Дело в том, что Бима вдруг подпрыгнул, завидев на Арине что-то для себя привлекательное.
   – Девочка, спрячь скорее помпончики от шапки! – воскликнула старушка Елизавета Прокофьевна. – Бима очень их не любит и, если увидит, как они качаются, немедленно отгрызёт!
   Арина схватилась за пушистые помпоны на завязках своей шапки. Но, чтобы всё-таки безумный Бима на Арину больше не бросился, верный Витя, забыв о том, какую гадость сделал пудель с его джинсами, вылез вперёд, что было весьма непросто в тесной прихожей старушкиной квартирки, и загородил Арину собой.
   – Ах, игрун! Ах, шалунишка! – умилялась тем временем Антошина родственница, глядя на своего разлюбезного пуделька.
   А пуделёк был очень странного вида. Шерсть на задней части его тельца отсутствовала начисто, зато полтуловища, плечики и голова заросли густой и длинной, чрезвычайно кудлатой шерстью розового цвета. Да-да, розового. Такими же розовыми были шерстяные шарики на кончиках лапок и массивный шар-набалдашник на непрерывно виляющем хвосте. На шее пуделя мотался перекрученный шёлковый бант, а глазёнки блестели и демонстрировали полное отсутствие рассудка у их хозяина.
   – Елизавета Прокофьевна, вы не могли бы помочь юным арт-дизайнерам? – проникновенным голосом начала Арина, обращаясь к старушке.
   – А что такое, Мариночка?
   – Баба Лиз, Арина, Ариночка, – поправил её Антоша.
   – Ага, ага, прости, деточка…
   – Дело в том, что мы участвуем в новом проекте «Лики прекрасного», – уверенно говорила Арина. – Фотографируем цветы, детей и животных, то есть самое прекрасное на нашей планете. И для фотосессии нам нужна собака редкой красоты. Мы много искали, перепробовали снимать разных животных, фотографы и телеоператоры сделали множество дублей – и всё не то. Наконец мы узнали, что есть такой редкой красоты пудель – в смысле, ваш Бима.
   – И теперь вот мы просим: баба Лиза, можно пригласить Биму в фотостудию? – подхватил самозабвенно Антоша. – Он будет снят на переднем плане, окружённый прекрасными девушками и цветами! Бима будет фотомодель!
   – Ой… – Хозяйка будущей фотомодели прижала руки к сердцу. Предложение её красавцу-питомцу необычайно польстило старушке. Вот какое чудо она вырастила и воспитала! – Бима, хочешь сниматься? – спросила она у пуделя.
   Тот с упоением принялся жевать клеёнку, на которую сам только что налил лужу.
   – Чувствуется, хочет, – уверенно сказала Арина. – Видите, головой качает. Ах, какой умница!
   – Мы возьмём его всего на несколько часов – и тут же в целости и сохранности вернём обратно! – заверил Елизавету Прокофьевну до этого молчавший Витя Рындин.
   – Баба Лиза, мы его даже прогуляем, тебе не придётся по морозу с ним таскаться! – с энтузиазмом подхватил Антоша.
   – Бима, ты пользуешься популярностью! – в восхищении воскликнула Елизавета Прокофьевна, шустро хватая своего любимца, и, несмотря на то что он принялся изо всех сил вырываться, стала натягивать на него малиновую попонку, подбитую кроличьим мехом. – Ну, Бима, иди. Я тебя отпускаю. Только веди себя хорошо. Надеюсь, он будет выглядеть фотогенично!
   – Спасибо! Спасибо! Как вы любите искусство и готовы отдать для него самое дорогое! – хором затянули коварные дети.
   Елизавета Прокофьевна открыла им входную дверь, протянула Антоше как наиболее знакомому с повадками несравненного Бимы поводок. А Арине всунула в руку целлофановый мешочек.
   – Зачем? – удивилась девочка, у которой никогда не было собаки.
   Старушка мелко замахала ручками.
   – А это, – забормотала она, – если Бимушка прямо на асфальте, на дороге или в студии в вашей присядет, так вы за ним фекалики-то подберите. И вот в этот мешочек их сложите.
   – Х-хорошо… – пробормотала Арина, запихивая мешочек в карман.
   – Всё сделаем! – заверил бабу Лизу Витя. – Вернём вашего красавца целым и невредимым!
   – Ох… – Старушка с умилением провожала процессию, пока она не скрылась за дверями подъезда. – Береги себя, Бима!


   Чуть не разбив голову о входную дверь, Бима вылетел из подъезда на улицу. Антон Мыльченко, в руке которого был Бимин поводок, понёсся вслед за ним. Они мгновенно скрылись бы из виду – такую скорость взял с ходу чумной Бима, но Арина и Витя не растерялись, они догнали Антона и тоже схватились за поводок бабы-Лизиного пуделя. И тому уже оказалось не по силам тащить за собой такую тяжесть – троих детей.
   – Иди смирно, Бима! – скомандовал Антоша грозным голосом.
   Бима остался этим недоволен. Он остановился и принялся визгливо облаивать наглых усмирителей, сверкая из-под кудрявой чёлки бессмысленными глазами-бусинками.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Поделиться ссылкой на выделенное